Евгения Дюкар - Теодора
Все ее мыс­ли ли­бо суи­ци­даль­ны, ли­бо слишк­ом нел­епы. Все свои мыс­ли она пред­по­чит­ает не озву­чи­вать, вы­да­вая за свои сов­ер­шен­но чу­жие мыс­ли – бол­ее опт­им­и­с­тич­н­ые, бол­ее ней­траль­ные, бол­ее нор­маль­ные.
Вот и сей­час на ле­пет «по­дру­ги» о том, как важ­но най­ти прав­иль­но­го муж­ч­и­ну, за кот­ор­ого не страш­но и за­муж, Тео­до­ра ду­ма­ет, но ник­ог­да не ска­жет вс­лух: «мож­но и жен­щи­ну».
Мож­но, но у Тео­до­ры ее ник­ог­да не бу­дет. Ма­ло то­го, что ро­ди­т­е­ли ее бук­валь­но обоз­в­а­ли Тео­до­рой, так она еще и ле­с­би­ян­ка, ла­тент­н­ая, но, мать ее, ле­с­би­ян­ка, в, мать ее, гре­ба­ной Рос­с­ии. Влюб­л­ен­н­ая в го­мо­фоб­ку по­друж­ку, мечт­аю­щую вый­ти удач­но за­муж и нар­ожать ку­чу де­тей. И, ко­неч­но, по­с­т­ить фот­ки в этот не ме­нее гре­ба­ный Instagram счаст­лив­ого се­мейст­ва.
Тео слу­ша­ет по­дру­гу и улы­ба­ет­ся, как­ая же она… глу­пая? Но от это­го, к со­жа­л­е­нию, не ме­нее лю­би­мая. В сер­е­дине мо­но­л­ога о том, как бу­д­ут звать ее де­тей, Тео раз­мыш­ля­ет – «а что бу­дет, ес­ли я ей сей­час ска­жу?».
Но Тео­до­ра не ска­жет ник­ог­да. У нее во­об­ще-то есть мо­л­о­дой че­лов­ек, при­ят­н­ый во вс­ех от­н­оше­ни­ях. Тео­до­ра ду­ма­ла, они дру­жат, ок­а­за­лось, вс­тре­ча­ют­ся. Так­ое то­же бы­ва­ет.
Тео­до­ра туш­ит си­гар­ету о по­док­он­н­ик, про­но­ся ми­мо ла­д­о­ни, сдер­жал­ась с тру­дом. Предс­тав­ляя, как боль от ожо­га за­став­ит ис­чез­н­уть весь мир, предс­тав­ляя, как ис­пу­га­ет­ся ее (не за нее) по­дру­га. Мо­жет быть, этот ма­л­ень­кий ожог за­став­ит ис­чез­н­уть этот ще­бет о том, как лег­ко быть счаст­ли­вой?
- Пой­дем на ули­цу?
- Ко­неч­но, - улы­ба­ет­ся. – Ты се­год­ня опять груст­н­ая.
- Те­бе пок­а­за­лось, про­с­то все эти раз­гов­о­ры о счаст­ли­вой се­мей­ной жиз­ни не мое, ты же зна­ешь.
- Знаю, про­с­ти, про­с­то…
Про­с­то дев­оч­ке нуж­на дев­оч­ка. Это непр­ав­иль­но. Нев­озмож­но. Не с этой дев­оч­кой, и не с этой. И не в этом прос­транс­тве.
- Про­с­то, что?
Тео, нак­о­нец, на­хо­дит си­лы вг­ля­деть­ся в ли­цо, кот­ор­ое хо­чет­ся за­це­ло­в­ать. Счаст­лив­ое ли­цо. Нео­б­ыч­но счаст­лив­ое.
- Влад сдел­ал мне пред­л­оже­ние.
«Ко­зел».
- Кру­то! – Тео улы­ба­ет­ся, при­т­яги­ва­ет по­дру­гу к се­бе и об­ни­ма­ет ее креп­ко-креп­ко, за­по­ми­ная очерт­а­ния той, кот­о­р­ая ее по­дру­га. – Поз­драв­ляю. Ког­да свад­ь­ба?
Та лишь по­жи­ма­ет пле­ча­ми. Гор­ящие гла­за от­ве­ча­ют за нее – ско­ро, очень ско­ро. И Тео, ко­неч­но, бу­дет по­друж­кой не­в­е­с­ты.
- Са­мой кра­си­вой по­друж­кой.
- Са­мой, - «чу­жой» про­глат­ы­ва­ет­ся, - кра­си­вой не­в­е­с­ты.
И гу­ляя по мед­л­ен­но по­гру­жа­ю­ще­му­ся в тем­н­оту гор­о­ду, Тео за­по­ми­на­ет свою лю­б­овь, по­ка та еще наст­оя­щая, неи­спор­ч­ен­н­ая се­мей­ным счас­тьем.
Тео кур­ит пря­мо в по­с­те­ли, ей пле­вать, что ду­ма­ет об этом ее лю­б­ов­н­ик. Ес­ли не нрав­ит­ся, пусть ва­л­ит к сво­ей жене, хо­тя он и так сва­л­ит чер­ез нес­коль­ко ча­сов. А Тео смо­жет уже стать со­бой – оз­лоб­л­ен­ной и оди­но­кой, влюб­л­ен­ной в счаст­л­ив­ую мать дво­их де­тей. Они не об­ща­ют­ся, Тео­до­ра не за­хо­т­е­ла наб­лю­дать, как ис­че­за­ет легк­ая и без­з­а­б­от­н­ая Она, и по­яв­л­яет­ся пос­т­оян­но чем-то оза­б­о­чен­н­ая мать се­мейст­ва. Но спа­си­бо со­ци­аль­ным сет­ям, Тео зна­ет, что Она счаст­л­и­ва. Или де­л­ает вид, что счаст­л­и­ва.
Тео­до­ра то­же пы­та­ет­ся дел­ать вид, она все еще не гов­ор­ит то, что ду­ма­ет. И не бу­дет гов­ор­ить ник­ог­да.
«Ра­ди вс­его свят­ого, за­тк­н­ись», - зву­ча­ло бы ча­ще, чем все дру­гие сло­ва.
Как тя­же­ло слу­шать лю­дей и мол­ч­ать. Но Тео­до­ра мол­ч­ит и наб­лю­да­ет за чу­жой жиз­н­ью.