Евгений Худаев - Глава 3. Мы едим, едим, едим в далекие края
1.
Пое­зд, прое­хав зад­вор­ки Харь­ко­ва, сра­зу уве­ли­ч­ил скор­ость.
«Мы едем, едим, едим в дал­ек­ие края»… - про­пел Сер­гей и ему сра­зу, ста­ло груст­но.
Пое­зд ув­о­зил при­зыв­н­и­к­ов к чер­ту на Ку­лич­ки, за шесть ты­сяч ки­ло­мет­ров от до­ма. Так да­ле­ко Сер­гей еще ник­ог­да не уез­жал.
Ва­гон ок­а­зал­ся плацк­арт­н­ым. В каж­д­ое ку­пе раз­ме­с­ти­ли по де­вять че­лов­ек. На каж­д­ый ва­гон при­х­о­ди­л­ось по два серж­ан­та по­гра­нич­н­ика.
Ре­бя­та быст­ро пер­ез­нак­оми­л­ись.
Двух­мет­ро­в­ый здор­о­в­як с оз­ор­н­ым, доб­ро­душ­н­ым ли­цом наз­в­ал­ся Ва­л­ент­и­ном Тим­чен­ко. Двух бра­т­ьев зва­ли Ол­ег и Вит­а­л­ик Ко­в­а­ли. Их лег­ко мож­но раз­л­и­ч­ить. У од­н­ого тем­н­ые во­л­о­сы, у вт­ор­ого свет­л­ые. Еще один па­р­ень с не­бо­льшим шра­мом на ще­ке Пан­ч­ен­ко Анд­р­ей. Не­вы­с­ок­ий с хит­р­ыми гла­за­ми пар­н­иш­ка Со­мов Иван, а тол­стя­чек с ма­л­ень­кой го­л­овой Крут­ов­ол То­ля.
- Вот, что я, вам ска­жу. Во­дя­ру на­до сроч­но за­ны­кать, - за­бес­пок­оил­ся Тим­чен­ко, - Чу­ет мое серд­це, офи­це­ры сей­час, в ва­гоне шмон уст­ро­ят.
- Так нас, уже шмо­н­а­ли, - возр­а­зил один из бра­т­ьев Ко­в­ал­ей.
- Ну и что. Все хор­ошо ви­де­ли, как­ие нам пер­е­дач­ки в ок­на ро­ди­т­е­ли со­в­а­ли. Обя­за­тель­но шмо­н­ать нач­н­ут. На­до вод­ку пер­епрят­ать, а то позд­но бу­дет, - наст­аи­вал Тим­чен­ко.
- Точ­но, - под­д­ер­жал Ва­л­ент­и­на Анд­р­ей Пан­ч­ен­ко, - Со­се­ди, вон уже все ны­ка­ют. По­даль­ше по­л­ожишь, поб­л­иже возь­мешь.
Вод­ку вы­став­и­ли сна­ч­а­ла на стол. Ва­л­ент­ин стал их за­пи­хи­вать в скру­чен­н­ые мат­ра­цы, ле­жав­шие на верх­н­их пол­к­ах. Брат­ья Ко­в­а­ли стоя­ли на шу­хе­ре, вы­су­нув го­л­о­вы в про­ход.
Сер­гей, си­дев­ший на бо­к­ов­ом си­де­нии пред­л­ожил:
- Ва­л­ент­ин, да­вай я па­ру бут­ы­лок под свое си­де­нье пос­т­ав­лю.
- Ты что, сра­зу най­дут! – за­мот­ал го­л­овой Ва­л­ент­ин.
- Но в од­но ме­с­то, то­же нель­зя вод­ку прят­ать. Най­дут од­ну бут­ыл­ку в мат­ра­цах, и все ос­таль­ные мат­ра­цы пров­ер­ят.
- Сер­ега, ну что это за тай­ник. Все на ви­ду, - по­жи­мал пле­ча­ми Ва­л­ент­ин.
- Вот имен­но, все на ви­ду. Сю­да мо­жет да­же не пол­е­зут.
По ли­цу Ва­л­ент­и­на за­мет­но, что ему не нрав­и­л­ось пред­л­оже­ние Сер­гея. Но Сер­гея под­д­ер­жа­ли брат­ья Ко­в­а­ли и Анд­р­ей Пан­ч­ен­ко.
- Как хот­и­те. Толь­ко здесь ме­с­то пло­хое для вод­ки…
- Па­ца­ны, по­л­унд­ра, - из со­сед­н­его ку­пе при­глуш­ен­но за­шепт­а­ли ре­бя­та. – Офи­це­ры с обыс­ком идут. Шмо­н­ают ка­пит­аль­но. Все ныч­ки пров­е­р­яют.… Эх, на­до вод­ку сра­зу пить.… Это по­гран­цы, от них ни­ч­его не спря­чешь.
Ка­пит­ан ка­зах, боль­ше­го­л­о­в­ый, плос­ко­ли­цый с узк­ими рас­ко­сы­ми гла­за­ми и два лей­те­н­ан­та быст­ро дви­га­л­ись по ва­го­ну, пер­е­хо­дя из од­н­ого ку­пе в дру­гое. Они лег­ко, слов­но иг­раю­ч­ись на­хо­ди­ли боль­шинс­тво тай­ни­к­ов с вод­кой. Ис­ка­ли проф­ес­с­ио­н­аль­но. Пров­ер­я­ли сум­ки и рюк­з­аки, рас­кру­чи­ва­ли мат­ра­цы, за­гля­ды­ва­ли во все ще­ли.
Три вещ­меш­ка, что нес­ли с со­бой офи­це­ры, быст­ро на­пол­н­я­л­ись ли­к­ер­о­в­о­доч­н­ыми из­де­лия­ми.
Вод­ку в мат­ра­цах наш­ли сра­зу. А под си­де­нье, где си­дел Сер­гей, да­же не заг­ля­ну­ли. Пош­ли даль­ше.
- Ну, мо­л­от­ок, Сер­ега. Лов­ко ты при­ду­мал, - Ва­л­ент­ин хло­пал сво­ей здор­овой ру­чи­щей по пле­чу пар­ня. – На­до бы­ло, всю вод­ку под си­де­нье пос­т­ав­ить. Но ес­ли чест­но, я ду­мал, что здесь вод­ку сра­зу най­дут… Па­ца­ны, толь­ко у нас про­бл­ема. Две бут­ыл­ки на де­вя­тер­ых, это слишк­ом ма­ло. Что дел­ать бу­дем? Как­ие есть пред­л­оже­ния?
- Ре­бя­та не вол­н­уй­тесь, - от­оз­в­ал­ся Анд­р­ей Пан­ч­ен­ко,- Есть воз­мож­н­ость испр­ав­ить по­л­оже­ние. Офи­це­ры сей­час нем­н­ого уго­мо­нят­ся, и я сх­ожу к про­в­од­н­и­цам. В этом пое­з­де, прав­да не знаю в как­ом ва­гоне, долж­на ехать по­дру­га мо­ей ма­те­ри, с кот­орой она рань­ше, то­же про­в­од­н­ицей ра­б­от­а­ла. У нее вод­ку и куп­лю.
Анд­р­ею по­в­е­з­ло. Знак­ом­ая про­в­од­н­и­ца еха­ла в их ва­гоне.
Немо­л­о­дая. Яр­ко раз­мал­е­ван­н­ая тет­ка, уже бы­ла вы­пив­шей. Она с наг­л­ым лю­б­опытс­твом осмот­ре­ла Анд­р­ея с ног до го­л­о­вы и хит­ро подм­иг­ну­ла ему:
- Так это, ты, Машк­ин сын?
- Да я.
- Кра­сав­ч­ик… Звать те­бя как?
- Анд­р­ей.
- Анд­рю­шень­ка, зо­ви ме­ня Жан­ной Ник­о­л­аев­ной. Те­бе сколь­ко вод­ки на­до?
- Бут­ыл­ки три, чет­ы­ре.
Про­в­од­н­и­ца вс­ко­чи­ла с ле­жа­ка и лег­ко от­б­ро­си­ла пол­ку к стене. При­ч­ем удар в пер­егор­од­ку вы­шел очень силь­ным и в со­сед­н­ем ку­пе, что-то гро­мых­н­у­ло в от­в­ет. Воз­мож­но да­же, от уда­ра, там, кто-то и на пол за­гре­мел.
Ве­ще­вой ящик под ле­жак­ом пол­н­о­стью за­ва­л­ен вод­кой, ви­ном и пив­ом.
- Ни­ч­его се­бе, - нев­оль­но выр­ва­лось у Анд­р­ея.
Про­в­од­н­и­ца, дов­оль­ная прои­зв­е­ден­н­ым эф­фект­ом, пов­ер­н­ул­ась к пар­ню сво­ей шир­окой мощ­ной кор­мой и мед­л­ен­но ск­ло­нил­ась над ящик­ом. Дос­та­ла чет­ы­ре бут­ыл­ки вод­ки и наз­в­а­ла двой­ную це­ну.
- А че так дор­ого? – опе­шил Анд­р­ей.
- Анд­рю­ша, это не ма­га­зин. И я ник­ого не за­став­ляю пок­упать вод­ку. Мне за него еще с офи­цер­ами на­до де­лит­ь­ся. Ты бе­ри Анд­рю­ша, не бо­ись, завт­ра вод­ка еще дор­оже бу­дет. И вы ее все рав­но бу­де­те пок­упать. Уж ты пов­ерь мне. Я не пер­вый раз и дай бог не пос­л­ед­н­ий ез­жу с при­зыв­н­и­к­ами.
Анд­р­ей дос­тал день­ги. Хор­ошо, что он взял де­нег с за­па­сом. От­с­чит­ал.
- Так, Анд­рю­шень­ка по­го­ди, - пот­ряс­ла Жан­на Ник­о­л­аев­на ук­а­за­тель­ным паль­цем у се­бя пер­ед но­сом. - Од­ну бут­ыл­ку бе­ри от ме­ня, как по­дар­ок. Я твою мам­ку ува­жаю. Три го­да с ней на­пар­н­и­ца­ми ез­ди­ли. Так что вы­пей за мое ее здор­о­в­ье.
2.
За ок­н­ом быст­ро ве­чер­е­ло. В ва­гоне от­к­лю­ч­и­ли свет. Серж­ан­ты по­гра­нич­н­ики об­х­о­ди­ли ку­пе. В каж­д­ом ва­гоне, по два серж­ан­та по­гра­нич­н­ика. В их ва­гоне кор­е­н­а­ст­ый, боль­ше­го­л­о­в­ый Ник­ол­ай и ху­до­ща­вый Игорь.
- Спать ре­бя­та. Вс­ем от­бой! – ком­ан­д­о­в­а­ли серж­ан­ты.
Но спать ни­к­то не со­бир­ал­ся. Все ти­хо пер­его­в­ар­и­ва­л­ись, ожи­дая, ког­да серж­ан­ты успок­оят­ся.
- Для ко­го ком­ан­да «от­бой»? – осо­бо усерд­с­тво­в­ал один из серж­ант­ов Ник­ол­ай. -Мо­жет мне, вас ук­а­ч­и­вать на ру­к­ах, как в яс­л­ях.
Кто-то из ре­бят до­га­д­ал­ся дать серж­ан­ту бут­ыл­ку вод­ки, и он сра­зу уш­ел в свое ку­пе.
- Вот и наш час при­шел! – сра­зу ожив­ил­ся Ва­л­ент­ин Тим­чен­ко
Ва­л­ент­ин так рез­ко си­га­нул с пол­ки вн­из, что ед­ва не при­зем­л­ил­ся на спи­ну Ол­ега Ко­в­а­ля. Слов­но фок­ус­н­ик дос­тал сра­зу две бут­ыл­ки вод­ки.
- Там у про­в­од­н­иц-кров­опийц на­ших, це­л­ый склад бут­ы­лок 120… А мо­жет и боль­ше. Свои­ми гла­за­ми ви­дел, - расс­ка­зы­вал Анд­р­ей Пан­ч­ен­ко.- Предс­тав­л­яе­те, про­в­од­н­и­цы зар­а­нее зн­а­ли, что по­в­е­зут при­зыв­н­и­к­ов и конк­рет­но под­гот­ов­и­л­ись. За­пас­лись во­дя­рой, спе­к­у­лян­ты прок­лят­ые. Это ка­кой на­вар с вод­ки они име­ют. Лич­но я впер­вые за вод­ку пять рубл­ей от­д­ал.
- По­дож­ди, по­дож­ди. Завт­ра, ког­да у те­бя баш­ка бу­дет рас­кал­ы­вать­ся от пе­ре­поя, то и за де­сять рубл­ей вод­ку ку­пим, - вс­тав­ил Тим­чен­ко. – Я ког­да за вод­кой хо­дил, ви­дел, что офи­це­ры всю кон­фис­ко­в­ан­н­ую вод­ку у про­в­од­н­иц сло­жи­ли.
- Пол­у­ча­ет­ся, что нам на­шу же вод­ку офи­це­ры, чер­ез про­в­од­н­иц нач­н­ут про­да­вать, - вы­ска­зал свое мн­е­ние Ол­ег Ко­в­аль.
- Я пор­ажен ва­шей до­гад­лив­о­стью! – Ва­л­ент­ин не мог уси­деть на ме­с­те, - Му­жи­ки, толь­ко мы, от­вле­к­аем­ся от глав­ной сво­ей за­д­а­чи. Вод­ку дол­го нель­зя дер­жать в рас­кры­том ви­де. Она име­ет свой­ство ис­пар­ять­ся.… Да и офи­це­ры в лю­бой мо­мент мо­гут поя­вит­ь­ся.
Все друж­но дос­та­ли чаш­ки и круж­ки. Раз­л­и­ли вод­ку.
- За по­гран­войс­ка! – крик­н­ул Ва­л­ент­ин.
Ре­бя­та чок­н­у­лись и вы­пи­ли. Су­дя по поз­вя­к­и­ва­нию, в дру­гих ку­пе то­же вре­мя зря не тер­я­ли.
Ско­ро «гу­дел» весь ва­гон. Сна­ч­а­ла еще опа­са­л­ись офи­цер­ов, прят­а­ли вод­ку и все ту­по пя­л­и­л­ись в ок­на, за кот­о­р­ыми в ноч­ной тем­н­о­те ни­ч­его не воз­мож­но бы­ло ув­и­деть. За­тем плю­ну­ли на офи­цер­ов с вы­с­окой ко­лок­оль­ни.
Ми­нут чер­ез трид­цать, все уже хор­ошо за­хмел­е­ли. Ког­да ми­мо прош­ли два офи­це­ра, вод­ку да­же не убир­а­ли. Да и офи­це­ры, хор­ошо вы­пив­шие, по стор­о­н­ам осо­бо не смот­ре­ли. Они та­щи­ли с со­бой боль­шой па­к­ет с едой и на­прав­л­я­л­ись в ку­пе про­в­од­н­иц. Про­в­од­н­и­цы, две немо­л­о­дые крепк­ие тет­ки уже жд­а­ли во­ен­н­ых. Они зак­ры­лись в ку­пе и вс­ко­ре ста­ли гром­ко сме­ять­ся и виз­жать.
- Гос­по­да офи­це­ры изв­о­л­ят гу­лять, - съязв­ил Ва­л­ент­ин, уси­л­ен­но пе­ре­же­вы­вая огром­н­ый бу­т­ерб­род. – Им те­перь воо­ще не до нас.
Ре­бя­та пи­ли и ели, ели и пи­ли. Пое­зд пок­а­ч­и­вал­ся, пок­а­ч­и­ва­л­ись вме­с­те с ним и ре­бя­та, на гла­зах пья­нея. Ни как­ого конт­ро­ля. Пей, сколь­ко хо­чешь.
По про­хо­ду ва­го­на шел ка­пит­ан тол­стя­чек. На го­л­ове ли­хо за­лом­л­ен­н­ая фур­аж­ка. Ко­зы­рек фур­аж­ки зак­ры­вал прав­ое ухо. Тол­с­тое мя­си­с­тое ли­цо лос­н­и­л­ось от по­та. Ма­л­ень­кие глаз­ки пы­та­л­ись со­сре­дот­о­чит­ь­ся хоть на чем-ни­б­удь. Но от лю­бой вс­тряс­ки ва­го­на они пре­да­тель­ски раз­б­ега­л­ись в раз­н­ые стор­о­ны.
Ка­пит­ан ге­рой­ски про­би­вал­ся к ку­пе про­в­од­н­иц, но но­ги не слу­ша­л­ись. Ва­гон ка­ч­а­ло и ка­пит­а­на без­жа­лост­но бро­са­ло, то впра­во, то вле­во. При очер­ед­н­ом толч­ке ва­го­на, ка­пит­а­на за­б­ро­си­ло точ­но в ку­пе к ре­бят­ам.
Попр­ав­ив съе­хав­шую на гла­за фур­аж­ку, ка­пит­ан взрев­ел, устав­ив­шись на сто­лик, за­став­л­ен­н­ый вод­кой и едой:
- Это шо так­ое, вы зде­ся устрои­ли?! Я шо-то не по­нял. Вы тут шо пьян­ствуе­те?
Но все па­ца­ны уже бы­ли «хор­оши­ми». Ка­пит­а­на ни­к­то не ис­пу­гал­ся, нек­от­ор­ые да­же не по­ня­ли, ко­го к ним нел­егк­ая за­б­ро­си­ла.
- Му­жик, те­бе че­го? – зак­ри­ч­ал один из бра­т­ьев Ко­в­ал­ей. – Ха­лявс­кая вод­ка зак­он­ч­ил­ась! Иди сам к про­в­од­н­и­цам и пок­упай вод­ку… Мы там, са­ми ку­пи­ли…
- Шо так­ое? – брызг­ал слю­ной ка­пит­ан.
В тем­н­ом ку­пе ка­пит­ан да­же не ви­дел, с кем он гов­ор­ит.
- Вы шо тут се­бе позв­о­л­яе­те! Да я вас!!!
Пер­ед ка­пит­а­ном нео­ж­и­дан­но вы­рос­ла огром­н­ая фигу­ра. Это вс­тал с пол­ки Ва­л­ент­ин. В тем­н­о­те он на­по­ми­нал огром­н­ого ор­ан­гут­ан­га.
- Ты что, по чер­епу хо­чешь?! – гарк­н­ул Ва­л­ент­ин.
- Нет, - чест­но приз­н­ал­ся ка­пит­ан.
- Тог­да ва­ли от­с­ю­да…
- Я уй­ду… Толь­ко я… это­го так не ос­тав­лю! Как фа­ми­л­ия?
- Я не знаю твою фа­ми­л­ию, – от­ве­чал Ва­л­ент­ин.
Ка­пит­ан за­д­умал­ся, пы­та­ясь ух­ват­ить усколь­за­ю­щую нить мыс­ли. Вспом­н­ил.
- Бо­ец, мне нуж­на твоя фа­ми­л­ия, - ка­пит­ан тк­н­ул паль­цем в грудь Ва­л­ент­и­на.
- Пушк­ин! – ляп­н­ул перв­ое, что ему приш­ло в го­л­ову Ва­л­ент­ин.
- От­л­ич­но Пушк­ин. Я завт­ра вер­н­усь за тв­оей зад­н­ицей!
Ка­пит­ан уш­ел, что-то расс­ка­зы­вая сам се­бе.
- Ну, Вал­ек, ты да­ешь – вз­дох­н­ул силь­но пе­рев­ол­н­о­в­ав­ший­ся Сер­гей. – Я ду­мал, нам кран­ты.
- Не ссы, Сер­ега. Что этот гусь, нам мо­жет сдел­ать? – расх­раб­рил­ся Ва­л­ент­ин. – Ну, за­б­рал бы пол бут­ыл­ки вод­ки…
- Ва­ля, ты ему обе­щал мор­ду на­б­ить.
- Сер­ега, мне па­ца­ны, кот­ор­ые из ар­мии приш­ли, гов­ор­и­ли, что по­ка мы, при­ся­гу не при­ня­ли, то мо­жем лю­б­ого офи­це­ра по­сы­лать и на… и в… И ни­к­то нам, ни­ч­его не сде­л­ает. Я да­же из ар­мии мо­гу сбе­жать и мне, ни­ч­его не бу­дет. Вер­н­ут про­с­то на­зад. По­нял?
- Что, прав­да?... Ни­ч­его се­бе, - Сер­гею вер­и­л­ось и не вер­и­л­ось в это.
По про­хо­ду ва­го­на про­хо­ди­ли ча­со­в­ые с авт­ом­ат­ами. Ва­л­ент­ин тор­моз­н­ул их.
- Па­ца­ны, а вы, че­го еще трез­вые хо­ди­те? – гром­ко воз­му­щал­ся Вал­ек.
- Мы на служ­бе, - за­сме­ял­ся один из по­гран­цов. – Нам не по­л­оже­но.
Но Ва­л­ент­ин обл­а­д­ал дар­ом, убеж­д­ать в сво­ей пра­во­те лю­б­ого со­бе­сед­н­ика, тем бол­ее, та­щив­ших свою лям­ку ча­со­в­ых. Ча­со­в­ые, прав­да, силь­но не со­прот­ив­л­я­л­ись.
- Па­ца­ны, вы че! – Ва­л­ент­ин смеш­но та­р­ащил свои гла­за и ма­хал в воз­ду­хе огром­н­ыми ру­чи­ща­ми. – Как это не по­л­оже­но. В ми­ре так­ого про­с­то нет, что не по­л­оже­но сов­етс­ко­му сол­д­ату.
- Не сол­д­ату, а по­гра­нич­н­ику, - попр­ав­ил один из ча­со­в­ых.
- А что, здесь есть раз­н­и­ца? – удив­ил­ся Ва­л­ент­ин и стре­ми­т­ель­но плюх­н­ул­ся на ле­жак, сев на ко­л­е­ни од­н­ого из бра­т­ьев Ко­в­ал­ей, кот­ор­ый спо­кой­но дре­мал.
Ко­в­аль ис­пу­ган­но писк­н­ул и от­полз к пер­егор­од­ке.
- Па­ца­ны, за­пом­н­и­те! По­гран­цы, это щит на­шей Ро­ди­ны, кот­ор­ый прик­ры­ва­ет ее от вра­гов. Мы по­гра­нич­н­ики пер­вы­ми вс­тре­ча­ем вра­га. Прав­иль­но?
Ва­л­ент­ин со­гла­шал­ся, ки­вал сво­ей круп­ной го­л­овой. При­ч­ем, опу­ст­ив го­л­ову на грудь, он пот­ом с тру­дом возв­ра­щал ее в ис­х­од­н­ое по­л­оже­ние.
- Мы пер­вы­ми вс­та­ем на пу­ти вра­га. Мы щит Ро­ди­ны. Все ос­таль­ные ро­да войск, ну танк­и­с­ты, арт­ил­л­ер­и­с­ты, мор­яки. Пе­хо­та, это все шур­упы в на­шем щи­те. Про­ще гов­оря, шур­уп­ня.
- Точ­но, они все шур­упы! – ожив­ил­ся Ва­л­ент­ин и гром­ко за­сме­ял­ся, раз­б­у­див нек­от­ор­ых дре­мав­ших ре­бят.
Срав­н­е­ние предс­тав­и­т­ел­ей дру­гих ро­дов войск с шур­упа­ми, вс­ем очень пон­рав­и­л­ось, и ре­бя­та ржа­ли как пле­мен­н­ые ко­ни в ко­нюшне.
- Я пред­ла­гаю вы­пить, за нас, бу­д­ущих по­гран­цов! – не мог уси­деть на ме­с­те Ва­л­ент­ин.
Ча­со­в­ых уса­д­и­ли за стол по­чет­н­ыми го­с­тя­ми.
- Нас пров­ер­ить мо­гут, - вол­н­о­в­ал­ся один из ча­со­в­ых, все еще не ре­ша­ясь расс­ла­б­ит­ся.
- Да кто, вас пров­ер­ит? Пок­ажи мне это­го че­лов­ека. Офи­цер­ня уже вся пер­епил­ась! – кри­ч­ал Ва­л­ент­ин. – Прав­да Анд­рю­ха?
Ва­л­ент­ин толк­н­ул Анд­р­ея Пан­ч­ен­ко и тот пос­л­уш­но ул­ег­ся на пол­ке.
Ча­со­в­ые ре­ши­л­ись, мах­н­у­ли по пер­вой. Ору­жие из рук не вы­пус­ка­ли.
- Вы, пей­те ре­бя­та, по­ка есть так­ая воз­мож­н­ость, - гов­ор­ил один из по­гран­цов, вы­ти­р­ая мг­нов­ен­но вспо­т­ев­шее ли­цо и зак­у­сы­вая тол­с­тым кус­ком хле­ба с са­лом. – В ар­мии вр­яд ли пол­у­чит­ся бу­ха­нуть. За­б­у­де­те что это так­ое.
Ми­нут чер­ез пят­н­ад­цать, ча­со­в­ые уже ник­у­да не спе­ши­ли. Раз­гов­о­ры чер­е­до­в­а­л­ись пес­н­ями, кот­ор­ые пы­та­л­ись петь, хор­ошо вы­пив­шие ре­бя­та.
Сер­гею бы­ло хор­ошо, как ник­ог­да. Вод­ка гор­я­чи­ми вол­н­ами раз­л­и­вал­ась по вс­ему те­лу. В го­л­ове шу­ме­ло. Пое­зд при­ят­но ук­а­ч­и­вал. Вре­ме­н­ами Сер­гею ка­за­лось, что он плы­вет на лод­ке, по ре­ке. Вре­мя от вре­ме­ни он неи­з­в­ест­но ку­да про­в­а­л­и­вал­ся, но за­тем так же нео­ж­и­дан­но возв­ра­щал­ся в ку­пе пое­з­да.
«И за­ч­ем я так на­пил­ся? – по­ду­мал Сер­гей и сам се­бе от­в­е­т­ил, – все на­пи­л­ись, и я на­пил­ся».
В пое­з­де тем­н­ота, свет гор­ел толь­ко в там­б­у­ре и ок­о­ло ку­пе про­в­од­н­и­к­ов. Как в та­кой тем­н­о­те ре­бя­та мог­ли на сто­ле на­хо­дить вы­пив­ку и зак­уску. Непо­нят­но.
По ва­го­ну плыл гу­стой си­гар­ет­н­ый дым. Вы­пив­шие ре­бя­та кур­и­ли си­гар­ету за си­гар­етой. Сер­гей толк­ом ник­ог­да не кур­ил, и ему тя­же­ло ды­ша­лось.
Сер­гей «от­ъе­хал» в очер­ед­ной раз. При­дя в се­бя он ок­а­зал­ся за сто­л­ом, в об­н­им­ку с од­н­им из ча­со­в­ых. Они си­де­ли, слов­но са­мые бл­изк­ие дру­зья. И не про­с­то си­де­ли, а еще о чем-то гов­ор­и­ли, спра­ши­ва­ли и от­ве­ча­ли на во­про­сы.
Вт­орой по­гра­нец расс­ка­зы­вал про ар­мию:
- …Па­ца­ны, не бу­ду врать, в ар­мии очень тя­же­ло. Вы се­бе это еще не предс­тав­л­яе­те… Осо­бен­но на перв­ом го­ду, ког­да вы еще мо­л­о­дые. Де­ды вас го­нять силь­но бу­д­ут. Чер­ез все это на­до прой­ти, вы­тер­петь… За­то на вт­ор­ом го­ду, са­ми де­да­ми ста­не­те. Тв­ое сло­во для мо­л­о­дых – зак­он. Мо­л­о­дые на вас иша­ч­ить нач­н­ут. Вот ког­да бал­д­ежь нач­н­ет­ся.
Ва­л­ент­ин си­дел ря­дом с по­гран­цом и вни­ма­тель­но его слу­шал. При этом гла­за у него пос­т­оян­но зак­ры­ва­л­ись. Он уси­л­ен­но тер их ру­к­ами, с тру­дом разл­еп­ляя ве­ки.
- Мо­л­о­дых силь­но го­ня­ют? – Ва­л­ент­ин спро­сил у по­гран­ца.
- Да силь­но, - кив­н­ул по­гра­нец. – Мо­л­о­дые аж пи­щат… И я в свое вре­мя пи­щал. На­тер­пел­ся от этих га­д­ов. Все про­шел… Те­перь свою пи­щал­ку мо­л­о­дым пер­е­дал. Не­хай те­перь они по­пи­с­ки­ва­ют. А мне уже ско­ро на дем­б­ель до­мой.
Вал­ек нео­б­ыч­но воз­б­уж­д­ен­н­ый, с бл­ес­тя­щи­ми гла­за­ми зао­р­ал:
- Брат­ва! Я гор­жусь, что по­пал в по­гран­войс­ка! Я на все сог­ла­сен. Пусть из­де­ва­ют­ся, пусть го­ня­ют ме­ня. Да­же пусть бьют ме­ня, как га­да. Все вы­терп­лю, все прой­ду. И ро­ди­т­е­л­ям за ме­ня не при­дет­ся крас­н­еть.
Ре­бят, слу­шая этот бред, кто ки­вал, кто гром­ко ик­ал. По­гра­нец рас­с­о­чувс­тво­в­ал­ся и креп­ко об­н­ял Ва­л­ент­и­на.
- Вал­ек, ты мо­л­от­ок! Вот ты, мне нрав­ишь­ся, - по­гра­нец зал­пом вы­пил пол ста­к­а­на вод­ки.
Ва­л­ент­ин про­дол­жал гром­ко кри­ч­ать. Он что-то док­а­зы­вал, клял­ся и сов­ер­шен­но нео­ж­и­дан­но распла­к­ал­ся. Ры­дал, раз­ма­зы­вая сле­зы по ще­к­ам.
- Я им устрою! Я им еще пок­ажу! Я им сдел­аю! – вы­кри­к­и­вал Ва­л­ент­ин, прав­да не ут­оч­няя, что и ко­му он уст­ро­ит, и что пок­ажет.
По­гра­нец нем­н­ого прот­рез­в­ев, за­б­рал у па­ца­нов свой авт­ом­ат. Ре­бя­та уже успе­ли нес­коль­ко раз его разо­брать и со­брать, пок­а­зы­вая, свое мас­терс­тво друг пер­ед дру­гом. Кто-то, от­с­ое­ди­нив «ма­га­зин», ур­о­нил его на гряз­н­ый пол. На­щу­пав на по­лу пу­ст­ую бут­ыл­ку и, не за­мет­ив ошиб­ки, пы­тал­ся вс­тав­ить бут­ыл­ку горл­ышк­ом на ме­с­то «ма­га­зи­на». Очень удив­л­ял­ся, по­че­му это бут­ыл­ка не хо­т­е­ла ста­нов­ит­ь­ся на ме­с­то. Пот­ом наш­ли «ма­га­зин».
Ког­да раз­б­ир­ать и со­бир­ать авт­ом­ат на­д­ое­ло, от­к­ры­ли ок­но и вы­су­ну­ли ду­ло на ули­цу. По очер­е­ди щелк­а­ли в хо­л­о­с­тую курк­ом. От­с­тре­ли­ва­ясь от нев­и­ди­мых вра­гов, упор­но пресл­е­ду­ю­щих пое­зд с при­зыв­н­и­к­ами.
Кто-то из ре­бят вы­су­нул­ся по по­яс в ок­но, с авт­ом­ат­ом в ру­к­ах и что-то ор­ал в про­но­ся­щую­ся ми­мо тем­н­оту. По­гра­нец про­сек это де­ло и рывк­ом вт­я­нул пар­ня вме­с­те с авт­ом­ат­ом в ку­пе. За­б­рал ору­жие, пок­а­зав па­ца­ну здор­ов­ен­н­ый кул­ак.
По­гра­нец хоть и пья­ный, но быст­ро и лов­ко пров­ер­ил це­лост­н­ость ору­жия. Толь­ко пос­ле это­го успок­оил­ся. Пос­т­ав­ил авт­ом­ат прик­ла­д­ом на пол, меж­ду сво­их ног, ус­мех­н­ул­ся:
- Еще наст­ре­л­яе­тесь па­ца­ны, за два го­да, до тош­н­оты. В кон­це служ­бы, смот­реть на ору­жие прот­ив­но бу­дет.
Ре­бя­та, ко­неч­но же, не пов­е­р­и­ли стар­ше­му то­в­ар­ищу. Ну, как так­ая «ца­ца», в смыс­ле авт­ом­ат мо­жет на­д­оесть до тош­н­оты?
Сер­е­ге ка­за­лось, что он с авт­ом­ат­ом но­сил­ся и дн­ем и но­чью.
У них в шко­ле, за два го­да, на ур­о­к­ах НВП (на­ч­аль­ная во­ен­н­ая под­гот­ов­ка), май­ор Ду­би­нин, вс­его лишь раз во­зил ре­бят на стрель­би­ще. На стрель­би­ще вы­да­ли каж­д­ому по три патр­о­на и впер­ед. У Сер­гея ник­ак­ого опы­та, ес­тес­твен­но он, да­же в ми­шень не по­пал. Дру­гие от­с­тре­л­я­л­ись не луч­ше.
В ито­ге их шко­ла, по ре­зуль­тат­ам стрельб ок­а­зал­ась на по­чет­н­ом пос­л­ед­н­ем ме­с­те. Май­ор Ду­би­нин, по клич­ке Чи­ну­ша рвал и мет­ал. Он силь­но воз­му­щал­ся, что уче­ни­ки его опоз­ор­и­ли на весь рай­он.
За­то в шко­ле сдел­а­ли об­щи­ми уси­л­ия­ми тир. Все ду­ма­ли, что те­перь хоть раз в ме­сяц бу­д­ут тир по­се­щать. Щас!
Чи­ну­ша ок­а­зал­ся при­жим­и­с­тым и жад­н­ым и кро­ме то­го боль­шим са­мо­дур­ом. В ти­ре на­ч­а­л­ись про­бл­емы. Как раз пер­ед стрель­ба­ми то свет, по­че­му-то не гор­ит, то за­мок слом­ал­ся, то дв­ерь зак­ли­ни­ло, то клю­чи от ору­жей­ной ком­н­аты Чи­ну­ша где-то по­се­ял.
А раз со­бра­л­ись пос­т­ре­л­ять. И свет гор­ит, и за­мок с перв­ого ра­за от­к­рыл­ся, и клю­чи от ору­жей­ной ком­н­аты не по­т­ер­я­л­ись, но… Чи­ну­ша за­б­ыл, ку­да патр­о­ны за­су­нул. Во­об­щем, до стрель­бы де­ло не дош­ло.
Ес­ли бы, это бы­ли ста­л­и­но – ежов­с­кие вре­ме­на, то Чи­ну­шу сме­ло мож­но объ­яв­л­ять – вре­ди­т­ел­ем, див­ер­с­ант­ом и шпио­ном, ра­б­от­аю­щим на гон­д­ур­асс­кую, мавр­ик­ий­скую и па­пуасс­кую разв­ед­ки. За два учеб­н­ых го­да Чи­ну­ша так и не смог под­гот­ов­ить из 45 пар­н­ей стрел­к­ов, кот­ор­ые сн­ос­но пу­ля­ли по ми­ше­ням. За так­ое мог­ли и расс­тре­л­ять.
Ми­мо прот­опал пья­ный ка­пит­ан ка­зах. Тот са­мый, кот­ор­ый про­в­о­дил обыск в ва­гоне. Сей­час он про­шел, ни­ч­его не за­ме­чая. У ку­пе про­в­од­н­иц он ос­та­нов­ил­ся и на­ч­ал увер­ен­но мо­л­от­ить по дв­ери. Бил до тех пор, по­ка его не впу­ст­и­ли. В ку­пе про­в­од­н­иц за­в­из­жа­ла од­на из тет­ок. Да и пусть се­бе виз­жит, ес­ли ей хо­чет­ся.
На по­лу, поз­вя­к­и­вая, пер­е­к­ат­ы­ва­л­ись пу­ст­ые бут­ыл­ки. Анд­р­ей Пан­ч­ен­ко, ког­да шел в ту­ал­ет, наст­упил на од­ну и грох­н­ул­ся пря­мо в про­хо­де. Руг­нул­ся и за­пуль­нул па­ру бут­ы­лок в от­к­ры­тое ок­но.
- Про­в­од­н­и­ца про­си­ла пу­ст­ые бут­ыл­ки не вы­бра­сы­вать, - ска­зал кто-то из ре­бят.
- Прав­да? На об­рат­н­ом пу­ти со­бер­ет, - Сос­тр­ил Пан­ч­ен­ко.
Кто ос­та­вал­ся в жи­вых под­д­ер­жа­ли шут­ку сме­хом. Ко­му-то ста­ло пло­хо. Па­р­ень бро­сил­ся к ок­ну и его, ста­ло вы­вор­а­ч­и­вать. На это уже ни­к­то не об­ра­щал вни­ма­ния.
Ча­со­в­ые ста­ли со­бир­ать­ся. Прав­да, со­бир­ал­ся один ча­со­вой. Вт­орой на­хо­дил­ся в от­к­люч­ке и не мог дви­гать­ся.
- Ну вот, мне те­перь еще ра­не­но­го та­щить на се­бе… Все па­ца­ны, пой­дем мы. Спа­си­бо за уго­ще­ние… За­си­де­лись у вас. Нас ско­ро ис­кать нач­н­ут.
Ва­л­ент­ин с тру­дом за­б­рал­ся на вт­орой ярус и сра­зу за­хра­пел. Ми­нут чер­ез де­сять он сва­л­ил­ся с пол­ки, пря­мо на стол с ос­тат­к­ами еды. Дол­го ма­тер­ил­ся на по­лу.
- Ох и грох­н­ул­ся я, как Ик­ар с Эй­фел­евой баш­ни… Не пой­му, или пол­ки уже ста­ли дел­ать, или я попр­ав­ил­ся…
Сер­е­ге не спа­лось. Ря­дом си­дел ка­кой-то па­р­ень, яв­но не из их ку­пе. Мо­жет из со­сед­н­его. Ли­цо вр­о­де знак­омое. Па­р­ень тряс его за пле­че:
- У те­бя день­ги есть?
У Сер­гея в кар­мане ос­та­ва­лось еще 20 рубл­ей. Но это Н.З, на край­ний слу­чай. Он хо­т­ел сов­рать, но ска­зал прав­ду:
- Да есть.
- Так да­вай бу­ха­нем с то­бой. Возь­мем бут­ы­лоч­ку вод­ки…
- За­ч­ем, я уже хор­ошо на­пил­ся.
- Ты мне друг? – спра­ши­вал па­р­ень.
- Друг, - за­ч­ем-то со­гла­шал­ся Сер­гей.
Моз­ги с тру­дом и со страш­н­ым скри­пом вор­о­ча­л­ись в го­л­ове.
«Я да­же не знаю, как нов­ого дру­га зов­ут», - по­ду­мал Сер­гей и спро­сил:
- Те­бя как звать друг?
- А те­бя как? – в свою очер­едь спро­сил па­р­ень.
- Ме­ня Сер­гей.
- И ме­ня Сер­ге­ем, - хит­ро улыб­н­ул­ся но­в­ый знак­омый. – Сер­ега, вот смот­ри. Мы дру­зья, да? У те­бя есть день­ги, у ме­ня нет де­нег. А наст­оя­щий друг вс­ег­да по­мо­жет свое­му то­в­ар­ищу. Прав­иль­но? Се­год­ня ты мне по­мо­жешь, пот­ом, ког­да у те­бя не бу­дет де­нег, я те­бя вы­ру­чу день­га­ми.
Сер­гей со­гла­шал­ся с но­в­ым знак­омым, ведь он прав­иль­но все гов­ор­ит.
- Вот и да­вай, возь­мем бут­ы­лоч­ку и вы­пьем за знак­омс­тво, тез­ка!
Сер­гею ко­неч­но, де­нег бы­ло жал­ко. Ехать серж­ан­ты гов­ор­и­ли дн­ей шесть – семь. Глу­по в пер­вый день все трат­ить. А день­ги в до­ро­ге при­го­дят­ся. И пить сов­ер­шен­но не хо­т­е­лось, пот­ому что, он уже на­пил­ся.
С дру­гой стор­о­ны, Сер­гей не хо­т­ел, что­бы его счит­а­ли жад­н­ым. Он дос­тал из кар­ма­на де­сять рубл­ей и по­пы­тал­ся вс­тать. Но но­ги от­к­а­зы­ва­л­ись его дер­жать, они ста­ли ват­н­ыми и не­по­с­л­уш­н­ыми.
- Сер­ега, не пар­ся, я сам сх­ожу. А ты си­ди, от­д­ы­хай. Я быст­ро, од­на но­га здесь, дру­гая уже там, - пред­л­ожил тез­ка.
Сер­гей от­д­ал де­сят­ку и но­в­ый то­в­ар­ищ вс­ко­ре вер­н­ул­ся с бут­ыл­кой.
«По­че­му за вод­ку, Сер­гей взял де­сять рубл­ей, - пы­тал­ся соо­бра­зить па­р­ень. – Мы вод­ку бра­ли по пять. Зн­а­ч­ит долж­на быть сда­ча»…
- Ох, и гуль­нем, мы сей­час, Сер­ега. От­ор­вем­ся по пол­ной про­грам­ме, - ра­д­о­в­ал­ся но­в­ый друг.
Пить сов­ер­шен­но не хо­т­е­лось, за­то очень хо­т­е­лось спать.
- Тез­ка, да­вай вы­пьем за знак­омс­тво, - но­в­ый знак­омый су­нул Сер­гею в ру­ки круж­ку с вод­кой.
Чок­н­у­лись круж­к­ами и но­в­ый знак­омый, зал­пом вы­пил вод­ку. Сер­гей смог сдел­ать толь­ко один глот­ок. Вод­ка уже не лез­ла. Так и си­дел с круж­кой, в кот­орой плес­ка­л­ась вод­ка.
Но­в­ый то­в­ар­ищ, что-то расс­ка­зы­вал, при этом хло­пал Сер­гея по пле­чу. Но у пар­ня в го­л­ове наст­упил та­кой пер­иод, что там уже ни­ч­его не за­д­ер­жи­ва­лось. Гла­за сли­па­л­ись, ве­ки тя­жел­е­ли, го­л­о­ва болт­ал­ась на расс­лаб­л­ен­ной шее.
- Ты, что не под­д­ер­жишь дру­га? – рас­тол­к­ал за­д­ре­мав­ше­го Сер­гея но­в­ый то­в­ар­ищ.
- Нет…
- Ну и лад­но, - но­в­ый друг от­о­брал у Сер­гея круж­ку и зал­пом вы­пил вод­ку.
«От­к­у­да, ты толь­ко взял­ся»? – безз­лоб­но по­ду­мал Сер­гей. Он сн­о­ва стал за­сы­пать.
Ког­да, чер­ез нек­от­ор­ое вре­мя, от толч­ка пое­з­да прос­н­ул­ся, но­в­ый то­в­ар­ищ ис­чез, так же вн­е­зап­но, как и поя­вил­ся.
В нек­от­ор­ых ку­пе пьян­ка про­дол­жал­ась. Но боль­шинс­тво при­зыв­н­и­к­ов спа­ли.
По про­хо­ду ва­го­на про­шел, хват­аясь за по­руч­ни, боль­ше­го­л­о­в­ый серж­ант Ко­ля.
- Завт­ра подъ­ем, в шесть ут­ра… по рас­пор­яд­ку… - негром­ко буб­н­ил се­бе под нос серж­ант.
Ин­т­ер­ес­но по­смот­реть, кто завт­ра смо­жет вс­тать в шесть ут­ра.
Сер­гей за­сы­пая, слы­шал пья­ные кри­ки и смех ре­бят, в со­сед­н­их ку­пе.
3.
В шесть ут­ра, по ва­го­ну про­полз серж­ант Ко­ля, пы­та­ясь под­н­ять при­зыв­н­и­к­ов.
- За­ста­ва, подъ­ем! – кри­ч­ал он, чуть ли не в каж­д­ое ку­пе.
По опух­ше­му ли­цу серж­ан­та, мож­но бы­ло до­га­д­ать­ся, что ему сей­час очень тя­же­ло.
- Я ска­зал подъ­ем! Вс­та­вай­те!
Кто-то из при­зыв­н­и­к­ов за­ше­в­е­лил­ся, на­ч­а­ли вр­о­де как вс­та­вать. Но пот­ом сн­о­ва все ул­ег­лись. Серж­ант то­же успок­оил­ся, по­шел до­сы­пать.
Под­н­ял­ся он, толь­ко чер­ез полт­о­ра ча­са, по­чувс­тво­в­ав се­бя луч­ше.
- За­ста­ва, подъ­ем! Дел­ать при­б­ор­ку! Что за сви­нар­н­ик в ва­гоне разв­е­ли, - кри­ч­ал Ко­ля. – Кто се­год­ня бу­дет де­жур­н­ым?
Жел­аю­щих, по­нят­н­ое де­ло не на­хо­ди­л­ось.
- Доб­ров­оль­цев нет. Хор­ошо, я сам на­зн­а­чу счаст­л­ив­ч­и­к­ов, - по­обе­щал серж­ант.
При­зыв­н­ики сра­зу на­пряг­лись. Ник­ому не хо­т­е­лось убир­ать весь ва­гон, пос­ле раз­гуль­ной но­чи. Скла­д­ы­ва­лось впе­чат­л­е­ние, что на ва­гон сов­ер­ши­ла на­па­д­е­ние бан­да Мах­но.
На гряз­н­ом по­лу, че­го толь­ко не ва­ля­л­ось, пос­ле вч­ер­аш­н­ей гу­лян­ки. Рва­ные га­зе­ты, фант­ики от кон­фет, пу­ст­ые бут­ыл­ки и кон­с­ерв­н­ые бан­ки, ос­тат­ки еды, мят­ые куль­ки.
Серж­ант на­зн­а­ч­ил дво­их ре­бят на де­журс­тво.
- По­че­му я? – за­ныл тол­стя­чек – счаст­л­ив­ч­ик.
- Не, мо­л­од­н­як со­в­с­ем обор­зел! – разоз­л­ил­ся серж­ант. – По­че­му ты? Да пот­ому, что я так хо­чу. Се­год­ня твой день. Ты нак­а­зан, за то, что вч­е­ра бу­хал!
- Но я не бу­хал. Я спал…
- Это ба­б­уш­ке сво­ей расс­ка­жешь, ког­да из ар­мии на дем­б­ель при­дешь.
- То­в­ар­ищ серж­ант…
- Бо­ец, вс­тать, ког­да с серж­ант­ом раз­го­в­ар­и­ва­ешь! Смир­но!
Толс­тяк вс­ко­чил, ру­ки по швам, но­ги вме­с­те.
- Фа­ми­л­ия!
- Ку­пин.
- Так вот Ку­пин. Рот свой от­к­ро­ешь, ког­да я те­бе его раз­ре­шу от­к­рыть. По­нял?
- Да… Так точ­но.
- Ес­ли кто еще мне возр­а­зит, то все вре­мя в пу­ти, этот че­лов­ек, каж­д­ый день в ва­гоне бу­дет де­жур­н­ым! Тол­с­тый, се­бе в по­мощь возь­мешь,… вот это­го ор­ла, как фа­ми­л­ия? – спро­сил серж­ант но­сат­ого пар­н­иш­ку, кот­ор­ый гром­ко ик­ал.
- Ор­л­ов… - от­в­е­т­ил па­р­ень.
- Ты смот­ри, как я уга­д­ал, - за­сме­ял­ся серж­ант. – Ор­л­ов, ты зна­ешь ка­кой са­мый луч­ший спо­соб ле­чить ик­оту?
- Не-е-ет…
- Все ге­ни­аль­ное про­с­то. На­до хор­ошо по­мыть по­лы, - серж­ант за­сме­ял­ся от сво­ей шут­ки. – Зн­а­ч­ит так бой­цы, бер­е­те вед­ра, тряп­ки у про­в­од­н­иц. На­б­ир­ае­те во­ду и мое­те по­лы. Влаж­н­ая убор­ка по­ме­ще­ния, а в на­шем слу­чае – ва­го­на, долж­на прои­з­в­о­дит­ь­ся три ра­за в день. Утром, в обед и ве­чер­ом. Пос­ле убор­ки, ты Ку­пин, под­х­о­дишь ко мне и док­ла­д­ы­ва­ешь об ок­он­ч­а­нии ра­б­оты. Я пров­е­ряю сдел­ан­н­ую ра­б­оту, и ес­ли убор­ка мне не пон­рав­ит­ся, то нач­н­е­те убор­ку по но­вой. Все яс­но?
- Да, - от­в­е­т­ил Ку­пин.
- Не да, а так точ­но.
- Так точ­но! – попр­ав­ил­ся Ку­пин.
Ког­да серж­ант уш­ел к се­бе, ре­бя­та, кот­ор­ых ми­но­в­а­ла судь­ба де­жур­н­ых, сра­зу по­в­е­сел­е­ли, на­ч­а­ли подк­ал­ы­вать, ме­нее счаст­ли­вых па­ца­нов.
- Ку­пин, шев­е­лись, а то нар­яд вне очер­е­ди пол­у­чишь.
- Та­щи­те вед­ра, тряп­ки, а то на­д­ое­ло в гря­зи си­деть.
- Ни­ч­его, ни­ч­его. Завт­ра я, по­сме­юсь над кем-то из вас, - зл­ил­ся Ку­пин.
Пос­те­пен­но ре­бя­та, осмел­ев, сн­о­ва ул­ег­лись на пол­ки. Мн­огие зас­н­у­ли. Пос­ле вч­ер­аш­н­его бан­к­ета у мн­огих рас­кал­ы­ва­л­ись го­л­о­вы. На еду да­же смот­реть не хо­т­е­лось.
А вот по­хм­е­лит­ь­ся не по­ме­ша­ло бы. Но как обыч­но бы­ва­ет, о за­нач­ке вч­е­ра ни­к­то не по­ду­мал.
- Брат­ва, у ко­го есть глот­о­чек ог­н­ен­ной во­ды? – сто­н­ал на верх­н­ей пол­ке Ва­л­ент­ин.
- Ог­н­ен­н­ая во­да сей­час на вес зо­л­ота, - сос­тр­ил Сер­гей.
В это вре­мя ми­мо ку­пе про­хо­дил па­р­ень. Сер­гей уз­н­ал вч­ер­аш­н­его знак­омо­го.
- Прив­ет, - ос­та­нов­ил Сер­гей пар­ня.
- Прив­ет, - вч­ер­аш­н­ий знак­омый с удив­л­е­ни­ем по­смот­рел на Сер­гея.
- Сер­гей, ну как ты, пос­ле вч­ер­аш­н­его?
- Дру­жи­ще, ты ни­ч­его не пут­аешь? Я не Сер­гей. С че­го, ты взял, что ме­ня так зов­ут?
- Так ты, сам ска­зал, что те­бя Сер­ге­ем звать, - рас­тер­ял­ся Сер­гей.
- Ко­му я ска­зал?
- Мне ска­зал…
Ва­л­ент­ин пер­ес­т­ал сто­н­ать и с нес­кры­вае­мым лю­б­опытс­твом наб­лю­дал за вс­тре­чей хор­оших знак­омых.
- И ког­да это я, те­бе ска­зал?
- Вч­е­ра… В на­шем ку­пе…
- Ты ни­ч­его не пут­аешь? – по­в­ы­сил го­л­ос вч­ер­аш­н­ий знак­омый.
У Сер­гея креп­ло мн­е­ние, что знак­омый наг­ло врал ему. Мо­жет, не стои­ло за­те­вать, этот не­нуж­н­ый раз­гов­ор.
- Я не пут­аю. Мы вме­с­те. Вч­е­ра здесь вы­пи­ва­ли. Ты еще за бут­ыл­кой к про­в­од­н­и­цам хо­дил…
- Я те­бя, в упор не пом­ню. Ты что-то на­пут­ал. На­до мень­ше пить, - ли­цо пар­ня ста­ло зл­ым. – Че те­бе на­до. От­ва­ли, по хор­оше­му!
Па­р­ень нео­ж­и­дан­но от­т­олк­н­ул рас­тер­яв­ше­го­ся Сер­гея и уш­ел.
- Брат­ан, че за пер­ец? – све­сил­ся с пол­ки Ва­л­ент­ин. – Есть про­бл­емы?
- Да нет Ва­л­ент­ин, все в пор­яд­ке.
- Точ­но, все в пор­яд­ке? – не уни­мал­ся Ва­л­ент­ин. – Ес­ли что, гов­ори сра­зу, не бо­ись.
- Вч­е­ра вме­с­ти вы­пи­ва­ли, а се­год­ня знак­омый уже не уз­на­ет, - приз­н­ал­ся Сер­гей.
- Брат­ан, знак­ом­ая сит­уа­ция. Твой знак­омый – ха­ляв­щик. За твои день­жа­та пил. Я уга­д­ал?
- Уга­д­ал, - вз­дох­н­ул Сер­гей.
- Сер­ега, не оби­жай­ся. Не будь ло­пу­хом, - разв­ел ру­к­ами Ва­л­ент­ин. – Те­перь ты ни­ч­его не док­ажешь.
- Не расс­траи­вай­ся. Нам еще дол­го ехать, в од­н­ом ва­гоне, - вме­шал­ся Анд­р­ей Пан­ч­ен­ко. - Где-ни­б­удь обя­за­тель­но пер­е­се­чем­ся в тем­н­ом там­б­у­ре, с этим ха­ляв­щик­ом,.
Же­с­т­ок­ая месть, пусть по­ка толь­ко в его фант­а­зи­ях, нем­н­ого успок­ои­ла Сер­гея.
4.
К Сер­гею заг­ля­нул То­ля Мак­ар­ов. Он обос­н­о­в­ал­ся в со­сед­н­ем ку­пе.
- Сер­ега, пом­н­ишь Илью? – спро­сил То­ля.
- Пом­ню, ко­неч­но, - сра­зу уз­н­ал Сер­гей еще од­н­ого знак­омо­го.
С Ильей выш­ла ин­т­ер­ес­н­ая ис­тор­ия. Они од­ной ком­ан­дой про­хо­ди­ли медк­омис­с­ию в во­енк­ом­а­те. На за­к­лю­ч­и­т­ель­ном эта­пе, ког­да прош­ли вс­ех вра­ч­ей, нео­ж­и­дан­но вы­яс­н­и­л­ось. Что Илье, на мо­мент при­зы­ва, нет 18 лет.
Май­ор Па­годк­ин вы­шел во двор и гром­ко спро­сил:
- Егор­ов Илья есть?
- Да, есть, – от­оз­в­ал­ся Илья.
- Что же ты, Хво­с­тов при­шел, на медк­омис­с­ию ра­но­в­ато.
- По­че­му ра­но­в­ато? - спро­сил па­р­ень.
- У те­бя день рож­д­е­ния 6 го ию­ля, прав­иль­но? Зн­а­ч­ит на мо­мент при­зы­ва, ты еще не до­с­тиг­нешь при­зыв­н­ого воз­р­а­ста – объ­яс­н­ил май­ор.
- То­в­ар­ищ май­ор, ну как­ая раз­н­и­ца? Чер­ез два ме­ся­ца же наст­упит…
- Вот чер­ез два ме­ся­ца, а точ­н­ей в осен­н­ий при­зыв и пой­дешь слу­жить! – стро­го ска­зал май­ор. – А по­ка гу­ляй.
- Я уже медк­омис­с­ию про­шел…
- Ну и что.
- То­в­ар­ищ май­ор, я так хо­т­ел в по­гран­войс­ка…
- Чер­ез пол го­да пой­дешь в по­гран­войс­ка.
- Да у ме­ня, в этой ком­ан­де все мои дру­зья при­зы­ва­ют­ся. Все идут, толь­ко я ос­та­юсь, - не сда­вал­ся Илья.
- От­с­тав­ить раз­гов­ор­ч­ики! – разоз­л­ил­ся май­ор Па­го­дин. – Или ты ду­ма­ешь, что вы, вс­ем сво­им детс­ким са­д­ом, в од­н­ом ме­с­те слу­жить бу­де­те. Ни­ч­его по­доб­н­ого. Гра­ни­ца у нас боль­шая. За­став мн­ого. Вас еще де­сять раз пер­е­т­а­су­ют, как ко­л­о­ду карт и разб­ро­са­ют ко­го ку­да.
К спо­ру Ильи и майо­ра Па­го­ди­на с ин­т­ер­е­с­ом присл­уш­и­ва­л­ись сто­яв­шие во дво­ре при­зыв­н­ики. Они по­дош­ли и на­ч­а­ли про­сить за Илью, чтоб его взя­ли на ве­сен­н­ий при­зыв.
Один из ре­бят, прот­олк­н­ув­шись к офи­це­ру, гром­ко ска­зал:
- То­в­ар­ищ май­ор, неу­же­ли ни­ч­его нель­зя сдел­ать. Па­р­ень не пря­чет­ся от ар­мии, а сам про­сит­ся слу­жить. По­мо­ги­те пар­н­иш­ке.
Май­ор сдал­ся:
- Черт с ва­ми…
- Илья, ты пом­н­ишь, как мы, за те­бя в во­енк­ом­а­те про­си­ли, - спро­сил Сер­гей. – Не жал­еешь?
- Нет, не жал­ею. Все от­л­ич­но – зау­лы­бал­ся Илья.
5.
Ув­и­дев из­дал­ека огром­н­ый меч, за­жат­ый в ру­ке, ре­бя­та до­га­д­а­л­ись, что пое­зд подъ­ез­жа­ет к Вол­го­гра­ду. Все бро­си­л­ись к ок­н­ам. Вс­ко­ре па­мят­н­ик Ро­ди­на – Мать зов­ет, от­к­рыл­ся во вс­ей кра­се.
В Вол­го­гра­де пое­зд прос­то­ял пол ча­са. По плат­фор­ме при­выч­но про­гу­ли­ва­л­ись ча­со­в­ые с авт­ом­ат­ами. При­зыв­н­и­к­ам вы­хо­дить не раз­ре­ша­лось.
Ти­хо жур­ч­а­ла по тру­бам во­да, на­пол­няя опус­тев­шие ба­ки ва­го­на.
В от­к­ры­тые ок­на вы­с­о­в­ы­ва­л­ись, нал­ы­со подс­три­жен­н­ые, по­хо­жие друг на дру­га па­ца­ны. Ря­дом шу­мел мн­огол­юд­н­ый вок­з­ал, а они си­де­ли в душ­н­ом, во­ню­ч­ем ва­гоне. И все лы­сые, точ­но ар­ес­т­ан­ты. Толь­ко ре­шет­ок на ок­н­ах не хват­ает.
Ре­бя­та с удов­оль­стви­ем подс­тав­л­я­ли брит­ые го­л­о­вы све­же­му ве­тер­ку. Ле­ни­во пер­его­в­ар­и­ва­л­ись. Со­в­с­ем ря­дом хо­ди­ли мод­но одет­ые ре­бя­та и дев­уш­ки. При­зыв­н­ики с зав­и­стью смот­ре­ли на них.
Солн­це силь­но при­пе­к­а­ло. В Вол­го­гра­де наст­упи­ло наст­оя­щее ле­то, а у них в Харь­ко­ве, еще хо­л­од­но и все хо­ди­ли в курт­к­ах.
Па­ца­ны с го­л­од­н­ым вос­х­ище­ни­ем пров­ожа­ли гла­за­ми мо­л­о­день­ких, сим­пат­ич­н­ых дев­ч­о­нок. Осо­бен­но тех, кот­ор­ые бы­ли в кор­о­т­ень­ких юб­оч­к­ах.
Ва­л­ент­ин бук­валь­но за­хле­бы­вал­ся слю­ной, а гла­за ка­за­лось, мог­ли вы­лез­ти на лоб.
- Вот это нож­ки… Класс!!!
Прош­ло нес­коль­ко сол­д­ат де­с­ант­н­и­к­ов. В гол­у­бых, ли­хо сдви­нут­ых на бок бер­ет­ах, с ак­сель­бант­ами и ку­чей зн­ач­к­ов на гру­ди. Из под фор­мы выгл­я­ды­ва­ет тель­няш­ка. Они мед­л­ен­но прош­ли на­пы­щен­н­ые и важ­н­ые.
- О шур­уп­ня по­че­с­а­ла! – ве­се­ло зак­ри­ч­ал Ва­л­ент­ин, он уже усво­ил ноч­ной ур­ок, кот­ор­ый пре­по­да­ли стар­шие то­в­ар­ищи.
Па­ца­ны гром­ко и друж­но за­смея­л­ись, вра­щая в от­к­ры­тых ок­н­ах брит­ыми го­л­о­в­ами. За­смея­л­ись и ча­со­в­ые с авт­ом­ат­ами, под­х­ват­и­ли и вы­шедш­ие из ва­го­на по­к­ур­ить офи­це­ры.
Па­ца­ны еще не дое­ха­ли, до свое­го ме­с­та служ­бы, еще не ста­ли по­гра­нич­н­и­к­ами, еще не ста­ли «щит­ом ро­ди­ны», но уже все ос­таль­ные ро­да войск ста­ли для них «шур­упа­ми».
Вни­ма­ние ре­бят при­влек­ла кра­си­вая, дл­ин­н­о­но­гая дев­уш­ка про­гу­ли­ва­ю­щая­ся по перр­о­ну с сол­д­ат­ик­ом под руч­ку.
- Эй, кра­сот­ка, бро­сай свое­го ло­пу­ха! Пое­ха­ли с на­ми. Не по­жа­л­еешь! – зак­ри­ч­а­ли из со­сед­н­его ок­на. – За­ч­ем те­бе этот до­хо­дя­га.
- Ха – ха – ха! Хо – хо – хо! Эге – ге! – за­смея­л­ись брит­ые го­л­о­вы.
Сол­д­ат с дев­уш­кой ускор­и­ли шаг, ста­р­аясь быстр­ее проск­о­чить этот стран­н­ый пое­зд.
Дос­та­лось и де­жур­н­ому по вок­з­а­лу ми­л­ицио­не­ру.
- У, мент­я­ра по­га­ный! – зак­ри­ч­а­ла мор­д­ат­ая го­л­о­ва.
Ми­л­ицио­нер дер­н­ул­ся, слов­но ужа­л­ен­н­ый.
- Че баш­кой крут­ишь? Фур­аж­ку по­т­ер­яешь, - про­дол­жал кри­ч­ать один из па­ца­нов.
- Ах, ты ще­нок! – вспых­н­ул ми­л­ицио­нер. – Га­д­е­ныш! Я те­бя в пор­ошок…
- Ко­пы­та не об­л­ом­аешь?
Ми­л­ицио­нер бро­сил­ся к дв­ер­ям ва­го­на. Но там ему дор­огу пре­гра­д­ил кур­ив­ший ка­пит­ан по­гра­нич­н­ик.
- Серж­ант, ку­да прешь­ся?! Сю­да нель­зя – спе­ц­э­ше­лон.
- То­в­ар­ищ ка­пит­ан, ме­ня толь­ко что об­ма­тер­и­ли. Ва­ши,… из ок­на ва­го­на, - кри­ч­ал, раз­ма­хи­вая ру­к­ами ми­л­ицио­нер.
- А ты бл­из­ко к пое­з­ду не под­х­о­ди. По­нял?... У ме­ня нар­од ли­хой. Мо­гут и ки­нуть чем-ни­б­удь из ок­на. Иди, иди от­с­ю­да.
Пое­зд тро­нул­ся. А ре­бя­та про­дол­жа­ли кри­ч­ать вс­як­ую чушь. Кри­ч­ал и Сер­гей вме­с­те со вс­еми. Он пот­ом да­же не пом­н­ил, че­го он там кри­ч­ал, но па­ца­нам нрав­и­л­ось, они смея­л­ись.
- Сер­ега, серж­ант идет, - дер­н­ул Сер­гея за шта­ни­ну Анд­р­ей, но бы­ло уже позд­но.
На по­ро­ге ку­пе сто­ял боль­ше­го­л­о­в­ый серж­ант Ник­ол­ай и смот­рел на выгл­я­ды­ва­ю­щих в ок­но ре­бят. А в ок­но выгл­я­ды­ва­ли Сер­гей и Ол­ег Ко­в­аль.
Серж­ант, по­че­му-то ре­шил, что кри­ч­ал Ко­в­аль.
- Бо­ец, хор­ошо кри­ч­ишь. Ду­маю, и по­лы так же хор­ошо мо­ешь. Иди за вед­ром, по­лы вла­ги про­сят.
Ол­ег по­шел за серж­ант­ом, но Сер­гей ос­та­нов­ил его:
- Ол­ег, си­ди, это я ви­но­в­ат. Я по­мою.
Сер­гей по­шел к про­в­од­н­и­цам за вед­ром и тряп­кой. Еще один крик­ун на­ч­ал мыть по­лы с дру­гой стор­о­ны ва­го­на.
Из ок­он еще дол­го был ви­ден си­лу­эт «Ро­ди­ны ма­те­ри», с ме­чем, за­жат­ым в ру­ке.
6.
Прое­ха­ли Вол­го­град. Вс­ко­ре за ок­н­ом пое­з­да пот­я­нул­ась бес­к­о­неч­н­ая, уны­лая степь. Ре­бя­та с ин­т­ер­е­с­ом гла­зе­ли в ок­на, при­х­о­дя в вос­х­ище­ние от си­дев­ших на стол­бах боль­ших ор­л­ов.
- Ух ты, у нас так­ие пт­ич­ки не во­дят­ся.
Пое­зд еле полз, и мож­но бы­ло все хор­ошо расс­мот­реть.
В со­сед­н­ем ку­пе ехал один пар­е­нек, Ви­тя Кап­лан, очень хор­оший расс­каз­ч­ик анек­д­от­ов и ба­ек. Кур­ч­а­вая шап­ка во­л­ос на го­л­ове, боль­шой ор­л­и­ный нос, тол­с­тые гу­бы, чер­н­ые на­вы­ка­те гла­за. Кап­лан обыч­но си­дел у ок­на го­л­ый по по­яс, сло­жив тол­с­тые ру­ки на гру­ди, силь­но за­р­ос­шей чер­н­ыми, гу­сты­ми во­л­о­са­ми.
В это ку­пе пос­т­оян­но за­б­ито жел­аю­щи­ми пос­л­ушать анек­д­оты. Осо­бен­но Кап­ла­ну уда­ва­л­ись анек­д­оты про кавк­аз­цев и чук­ч­ей.
- Идет зн­а­ч­ит чук­ча, по тай­ге, на лы­жах. За спи­ной двуст­вол­ка. Вд­руг ви­дит, сто­ит ол­ень – кра­сав­иц, - расс­ка­зы­вал очер­ед­ной анек­д­от Кап­лан. – Чук­ча ос­та­нов­ил­ся, сн­ял ру­жье. При­це­лил­ся. Вы­ст­ре­лил. Ол­ень сто­ит, как ни в чем не бы­ва­ло. Чук­ча из вт­ор­ого ство­ла стре­л­яет. Ол­ень ис­пу­гал­ся и убе­жал. Чук­ча плю­нул и гов­ор­ит:
«Э-э-эх, стар­ый ру­жье, со­в­с­ем хре­но­в­ый стал».
Пот­ом ог­ля­нул­ся по стор­о­н­ам и до­бав­л­яет:
«Да и ког­да но­в­ый был, то­же хре­но­в­ый».
Ку­пе взор­ва­лось дик­им сме­хом. На смех под­х­о­ди­ли все но­в­ые и но­в­ые ре­бя­та, жел­аю­щие пос­л­ушать анек­д­оты.
- Ви­т­ек, еще за чук­ч­ей расс­ка­жи, - про­сят ре­бя­та.
Кап­лан хит­ро улы­ба­ет­ся, расс­ка­зы­ва­ет:
- Чук­ча с же­ной прие­хал в Моск­ву. Пош­ли в ЦУМ. Хо­ди­ли, хо­ди­ли и по­т­ер­я­л­ись. Чук­ча расс­тро­ил­ся, сел на сту­пень­ки и пла­ч­ет. К нему под­х­о­дит ми­л­ицио­нер и спра­ши­ва­ет:
«Че­го это ты пла­ч­ешь»?
«Да вот, же­ну по­т­ер­ял» - от­ве­ча­ет чук­ча.
«А ты ее при­ме­ты опи­ши. Мы ее быст­ро най­дем».
«А что так­ое при­ме­ты»? – спра­ши­ва­ет чук­ча.
Ми­л­ицио­нер по­ду­мал и гов­ор­ит:
«Вот смот­ри, у ме­ня то­же есть же­на. Она вы­с­ок­ая, строй­ная бл­он­д­ин­ка. У нее боль­шая грудь, Тонк­ая та­л­ия, дл­ин­н­ые, кра­си­вые но­ги».
Чук­ча сто­ит, слу­ша­ет ми­л­ицио­не­ра, рас­крыв рот. Пот­ом гов­ор­ит:
«То­в­ар­ища ми­л­ицио­не­ра, да­вай­те луч­ше ва­шу же­ну ис­кать».
Сн­о­ва ре­бя­та сме­ют­ся.
- Еще за чук­ч­ей да­вай…
- А вы про пир­ат­ов слы­ша­ли? – спра­ши­ва­ет Кап­лан.
- Да­вай за пир­ат­ов.
- За­х­ват­и­ли пир­аты про­гу­лоч­н­ый кор­абль. Вс­ех огра­б­и­ли. Выг­н­а­ли пас­с­ажир­ов на пал­у­бу. Гла­варь пир­ат­ов ком­ан­д­ует:
«Му­жи­к­ов к прав­ому бор­ту, а баб к лев­ому бор­ту».
Пир­аты быст­ро по­де­ли­ли пас­с­ажир­ов, спра­ши­ва­ют гла­ва­ря.
«Что те­перь дел­ать бу­дем с пас­с­ажир­ами?»
Гла­варь по­ду­мал, ре­пу по­че­с­ал и гов­ор­ит:
«Жен­щин вс­ех за борт, на съе­де­ние ак­у­л­ам. А му­жи­к­ов бу­дем тра­хать».
Вы­хо­дит од­на жен­щи­на и гов­ор­ит:
«Ува­жае­мый гла­варь. Му­жи­к­ов же не тра­ха­ют».
И тут все му­жи­ки как зак­ри­ч­ат:
«Тра­ха­ют му­жи­к­ов, тра­ха­ют! Еще как тра­ха­ют!»
- Ви­т­ек, ты мо­л­от­ок! – кри­ч­ат дов­оль­ные ре­бя­та. – Ты анек­д­от­ов нав­ер­но мн­ого зна­ешь?
- Мн­ого, - со­гла­ша­ет­ся Кап­лан.
Ви­тя, расс­ка­зы­вая анек­д­оты, не за­б­ы­вал дел­ать се­бе бу­т­ерб­ро­ды с кол­бас­кой и с са­лом. За­вар­и­вал чай и, при­хле­бы­вая, про­дол­жал расс­ка­зы­вать.
Па­ца­ны да­же при­но­си­ли ему вс­як­ие де­ли­к­а­те­сы.
- Ре­бя­та, вы на ме­ня не об­ра­щай­те вни­ма­ние. Я как мн­ого на­ч­и­наю болт­ать, то ис­пы­ты­ваю чувс­тво го­л­о­да. Вид­но во вре­мя раз­гов­о­ра те­ряю мн­ого ка­лор­ий.
- Ви­тя, ты ешь спо­кой­но. Еще при­не­сем.
За­тем ре­бя­та, в сво­ем ку­пе еще пол но­чи гу­ля­ли, пи­ли вод­ку и ви­но.
7.
На сле­ду­ю­щий день, к обе­ду ва­гон на­ч­ал пот­и­х­онь­ку ожи­вать. Ре­бя­та, хор­ошо вы­спав­шие­ся, пос­ле бур­ной но­чи, силь­но про­го­л­о­да­л­ись. Са­д­и­л­ись к сто­л­ам обе­дать, так как завт­рак бла­го­пол­уч­но про­сп­а­ли. За­шур­ша­ли куль­ка­ми и га­зет­ами, дос­та­ва­ли еду.
Поя­ви­л­ись, уже на­д­оев­шие серж­ан­ты.
- Бой­цы, по­ка, мы на­хо­д­им­ся в пу­ти, вс­ем на­до подс­трич­ь­ся. Луч­ше вс­его нал­ы­со, под но­лик.
- Ин­т­ер­ес­но, как мы, подс­три­жем­ся? – гром­ко удив­л­ял­ся Ва­л­ент­ин. – Нав­ер­но, ког­да пое­зд дол­го бу­дет сто­ять на стан­ции, схо­д­им в пар­ик­ма­херс­к­ую…
- Бо­ец. Не ум­н­и­ч­ай! – серж­ант Ник­ол­ай услы­шал Ва­л­ент­и­на и вер­н­ул­ся на­зад. – В пос­л­ед­н­ем 13 ва­гоне, у па­ца­на есть ма­шин­ка. Он там уже вс­ех обол­ва­нил. Так, что иди­те к нему.
Пер­ед стриж­кой ре­бя­та ре­ши­ли плот­но по­есть.
Пош­ли вт­ро­ем, Вал­ек, Анд­рю­ха и Сер­гей. В пос­л­ед­н­ем ва­гоне все па­ца­ны подс­три­же­ны нал­ы­со, из-за это­го по­хо­жи друг на дру­га, как род­н­ые брат­ья.
- Брат­а­ны, кто у вас де­л­ает мод­н­ую стриж­ку, под ноль? – спро­сил Ва­л­ент­ин ре­бят из перв­ого ку­пе.
- Миш­ку сей­час, в ку­пе не за­ста­нешь. В там­б­у­ре па­ца­нов стри­жет. Ту­да иди­те.
Пар­ик­ма­хер Миш­ка, пол­н­ый мор­д­ат­ый, но очень по­движ­н­ый хло­пец, дос­три­гал в там­б­у­ре ху­до­го, но­сат­ого пар­н­иш­ку.
- А нас обол­ва­нишь? – спро­сил Ва­л­ент­ин.
- За­про­с­то, - пар­ик­ма­хер да­же не ог­ля­нул­ся на во­шедш­их ре­бят.
Быст­ро щелк­ая щип­ч­и­к­ами, он дос­триг па­р­ень­ка.
- Все гот­ов.
Лы­сый су­нул пар­ик­ма­хе­ру рубль в ру­ку и вы­шел из там­б­у­ра.
- Ну и це­ны, - хмык­н­ул Ва­л­ент­ин. – До­ма, за та­кой при­ч­е­с­он 10 ко­пе­ек бер­ут…
- Не нрав­ит­ся, от­х­о­ди, - сплю­нул, мас­тер ху­до­жес­т­вен­ной стриж­ки, на пол.
Ми­ша пом­а­хал в воз­ду­хе ру­кой, раз­ми­ная ее. На паль­цах сине-багр­о­в­ые сле­ды, на­д­ав­л­ен­н­ые щип­ца­ми.
- Вот, ру­ку се­бе на­тер силь­но, - по­жа­ло­в­ал­ся пар­ик­ма­хер. – Все для вас ста­р­аюсь.
- Ну, не за­д­ар­ма ведь, - подм­иг­нул пар­ик­ма­хе­ру Ва­л­ент­ин. – Баб­ла нав­ер­но на­к­о­сил…
- Не без это­го, - улыб­н­ул­ся мас­тер.
За че­лов­ека Ми­ша брал по руб­лю. А сколь­ко че­лов­ек он подс­триг, мож­но бы­ло су­дить по огром­ной, раз­н­оцвет­ной ку­че во­л­ос, соб­ран­ной в уг­лу там­б­у­ра.
Пар­ик­ма­хер на­ч­ал с Ва­л­ент­и­на, при этом он, доб­ро­душ­но де­лил­ся:
- Мне стар­шие ре­бя­та подс­ка­за­ли, ну кот­ор­ые из ар­мии приш­ли. Миш­ка, гов­ор­ят, ес­ли ехать да­ле­ко, до ме­с­та на­зн­а­ч­е­ния, то при­зыв­н­и­к­ов, обя­за­тель­но за­ста­вят стрич­ь­ся нал­ы­со. Вот ку­пи се­бе, руч­н­ую ма­шин­ку, для стриж­ки во­л­ос. Ска­жут стрич­ь­ся, а ты, ну… то есть я, уже здесь, с ма­шин­кой. Я так и сдел­ал. Ку­пил в ма­га­зине две руч­н­ые ма­шин­ки. Они сто­ят вс­его пять рубл­ей…
- Не пой­му, за­ч­ем, ты две ма­шин­ки ку­пил? – пе­ре­бил пар­ик­ма­хе­ра Ва­л­ент­ин.
- Да ос­тор­ож­н­ей, не кру­ти баш­кой! А то без уш­ей те­бя ос­тав­лю, - за­сме­ял­ся Миш­ка пар­ик­ма­хер. – Две ма­шин­ки на тот слу­чай, ес­ли од­на по­л­ом­ает­ся. Тог­да у ме­ня есть еще за­пас­н­ая
- Ми­ша, ты про­с­то мо­л­от­ок! – вос­х­ит­ил­ся Ва­л­ент­ин.
- Вот, взял две ма­шин­ки. Но я, уже де­сят­ку дав­но от­б­ил. За­р­а­б­от­ал хор­ошо, - про­дол­жал хваст­ать Ми­ша. – А лю­ди все идут и идут ко мне. Ру­ка уста­ла и бо­лит. Попр­о­бо­в­ал ле­вой ру­кой, не пол­у­чи­л­ось. Не знаю, мо­жет еще лю­ди за­хот­ят подс­трич­ь­ся. Как я с боль­ной ру­кой…
Ре­бя­та, ког­да шли к пар­ик­ма­хе­ру, то в трех пос­л­ед­н­их ва­го­н­ах все при­зыв­н­ики си­де­ли лы­сые.
Сколь­ко за­р­а­б­от­ал Ми­ша, мож­но толь­ко до­га­д­ы­вать­ся.
- Я так ска­жу, - про­дол­жал Ми­ша пар­ик­ма­хер. – За­р­а­б­от­ать мож­но вез­де, ес­ли ко­неч­но «ко­т­е­лок», на пле­чах хор­ошо вар­ит,… я щип­ч­ики при­б­ер­егу. Чер­ез ме­сяц, а мо­жет да­же рань­ше, ког­да уже слу­жить бу­дем, у па­ца­нов во­л­о­сы от­раст­ут. Зн­а­ч­ит, щип­ч­ики мне сн­о­ва при­го­дят­ся… Ах, как ру­ка бо­лит… Я пер­вых па­ца­нов стриг мед­л­ен­но. За­то те­перь при­л­ов­ч­ил­ся. Раз два и гот­о­ва дочь по­по­ва.
- Слышь, ма­эст­ро, мо­жет, скид­ку нам сде­л­аешь? Спро­сил Ва­л­ент­ин.
- Это еще за­ч­ем? – Ми­ша да­же пер­ес­т­ал подс­три­гать.
- Да ты, стри­ги, стри­ги. А скид­ку нам, что мы, не по од­н­ому приш­ли к те­бе, а вт­ро­ем…
- Да мне, зна­ешь, по бар­а­б­а­ну, как вас стричь. По од­н­ому или по три. Ко мне ваа­ще це­л­ыми ва­го­н­ами хо­дят. И я скид­ку не дел­аю… Я, уже хо­т­ел за­вя­зы­вать с этим са­ло­ном кра­со­ты. По­ра от­д­ох­н­уть… Вот пря­мо на те­бе сей­час и зак­он­чу. Пол баш­ки стри­жен­н­ая, а вт­о­р­ая по­л­ов­и­на во­л­о­сат­ая ос­та­нет­ся. Как сой­дет?
- Да лад­но, лад­но, не ки­пят­ись, стри­ги. Зап­лат­им без про­бл­ем, твои чест­но за­р­а­б­от­ан­н­ые день­ги, - по­обе­щал Ва­л­ент­ин.
Миш­ка про­дол­жил тру­дит­ь­ся над го­л­овой Ва­л­ент­и­на. За Ва­л­ент­и­ном подс­триг Анд­р­ея и Сер­гея. Сто­ял, лю­б­уясь сво­ей ра­б­отой.
- Кра­со­та. Да­же по­мо­л­о­де­ли, лет на пять, – улыб­н­ул­ся Ми­ша, пря­ча три руб­ля, в от­т­опы­рен­н­ый кар­ман брюк.
- Ска­жи, ес­ли не сек­рет, мн­ого за­р­а­б­от­ал? – по­ин­т­ер­е­с­о­в­ал­ся Ва­л­ент­ин.
- Я ска­жу, а те­бе зав­ид­но ста­нет, - на­су­пил­ся ма­эст­ро.
- Я не зав­ид­н­ый. Да не бо­ись. Ко­лись.
- Спе­ци­аль­но не счит­ал, но что-то ок­о­ло двух­с­от рубл­ей сдел­ал, - не удер­жал­ся, приз­н­ал­ся Ми­ша.
- Ни­ч­его се­бе! Это же, нор­маль­ная ме­сяч­н­ая зар­пла­та! – вос­х­ит­ил­ся Ва­л­ент­ин. – Вот это да!
Ин­же­нер, в ме­сяц пол­у­чал 110 – 150 рубл­ей.
Дру­зья со­бир­а­л­ись ухо­дить, ког­да Ми­ша пар­ик­ма­хер ос­та­нов­ил их:
- Па­ца­ны, во­л­о­сы за со­бой убрать на­до.
- Ми­ша, как­ие во­л­о­сы? – Ва­л­ент­ин сдел­ал удив­л­ен­н­ым свое ли­цо.
- Вот эти во­л­о­сы, - Ми­ша ру­кой пок­а­зал на боль­шую ку­чу во­л­ос.
- Ми­ха, ты не бор­зей. С ка­кой ста­ти, нам эту го­ру во­л­ос убир­ать? – Ва­л­ент­ин приб­л­и­зил­ся к пар­ик­ма­хе­ру и гром­ко шмыг­нул но­сом.
- Здесь, у нас морс­кой зак­он. Кто пос­л­ед­н­ий, тот и убир­ает за вс­еми.
- Ми­ха, мо­жет у мор­я­к­ов и есть та­кой зак­он, не знаю… Но мы, по­гран­цы и к нам та­кой зак­он не под­х­о­дит. Да и в пар­ик­ма­херс­кой, са­ми мас­те­ра во­л­о­сы уби­р­ают. – ух­мы­лял­ся Ва­л­ент­ин.
- Так, это на граж­д­ан­ке, а здесь…
- Ты прав, на граж­д­ан­ке, за так­ое обол­ва­ни­ва­ние плат­ишь де­сять ко­пе­ек, а мы от­д­а­ли по руб­лю. Убор­ка там­б­у­ра вхо­дит в сфе­ру обс­лу­жи­ва­ния, - ли­хо зав­ер­н­ул Ва­л­ент­ин. – Ми­ха, за все упла­ч­е­но.
Дру­зья спо­кой­но выш­ли из там­б­у­ра.
В сво­ем ку­пе Сер­гей нак­о­нец по­смот­рел в зер­к­а­ло. По­смот­рел и не уз­н­ал. Из зерк­а­ла на него, удив­л­ен­но смот­рел сов­ер­шен­но нез­нак­омый, лы­сый па­р­ень, с тор­ч­ащи­ми в стор­о­ны боль­ши­ми уша­ми. Сер­гей ник­ог­да еще не ви­дел се­бя лы­сым.
- Ну, у те­бя и порт­рет! – гром­ко за­ржал Ва­л­ент­ин.
- Ты, на свой порт­рет, сна­ч­а­ла по­смот­ри, - за­сме­ял­ся в от­в­ет Сер­гей.
- Сер­ега, ты вы­лит­ый Са­ид, из филь­ма «Бе­лое солн­це пу­ст­ы­ни» - по­шут­ил Анд­р­ей Пан­ч­ен­ко.
- Точ­но, вы­лит­ый Са­ид! – Под­х­ват­ил шут­ку Ва­л­ент­ин. – Смот­р­и­те, кто к нам при­шел! Са­ид, а ты че­го здесь?
- Стре­л­я­ли, - от­ве­чал Сер­гей.
Те­перь над шут­кой смея­л­ось все ку­пе.
8.
- Ол­ег, Вит­а­ля, вы кто, бл­из­н­е­цы или двой­няш­ки? – пос­ле сы­то­го обе­да Ва­л­ент­и­ну хо­т­е­лось попр­ик­ал­ы­ваь­ся.
- Бл­из­н­е­цы, бл­из­н­е­цы, - Ол­ег пы­тал­ся ус­н­уть, но в душ­н­ом пое­з­де это не пол­у­ча­лось.
- Но вы, не очень по­хо­жи друг на дру­га, - про­дол­жал Ва­л­ент­ин расс­про­сы.
- Вот по­это­му мы и бл­из­н­е­цы. Ес­ли бы бы­ли по­хо­жи­ми, то тог­да мы бы­ли двой­няш­к­ами.
- Те­перь мне все по­нят­но.
Сер­гею вспом­н­ил­ась смеш­н­ая ис­тор­ия с брат­ья­ми бл­из­н­е­ца­ми. Он ре­шил ее расс­ка­зать ре­бят­ам.
- У нас во дво­ре жив­ут два бра­та Игорь и Вал­е­ра, - на­ч­ал Сер­гей расс­каз. – В детс­тве ре­бя­та бы­ли силь­но по­хо­жи друг на дру­га. Как-то стал один из бра­т­ьев драз­н­ить со­седс­ко­го па­ца­нен­ка. А тот гов­ор­ит, что сей­час пой­ду, тв­оей мам­ке по­жа­л­уюсь на него. А тот, что драз­н­ил­ся, спра­ши­ва­ет, мол, на ко­го ты по­жа­л­уешь­ся. На Иго­ря или на Вал­е­ру. Па­ца­не­нок гов­ор­ит, что сей­час спро­шу у тв­ое­го бра­та. По­шел к бра­ту спра­ши­вать. А этот, что драз­н­ил­ся, кри­ч­ит: «Вал­е­ра не гов­ори, как ме­ня зов­ут!»
Ол­егу и Вит­а­л­ику эта ис­тор­ия пон­рав­ил­ась.
В пое­з­де стоя­ла страш­н­ая ду­хо­та, кот­о­р­ая пос­ле обе­да еще боль­ше уси­л­ил­ась.
Уже и вод­ка не пил­ась, ее спрят­а­ли, до про­хл­ад­н­ого ве­че­ра. Без вод­ки чув­ству­ешь се­бя пья­ным.
Жа­ра и ду­хо­та вы­мат­ы­ва­ет, за­б­ир­ает все си­лы. Ре­бя­та по очер­е­ди ле­зут на вт­орую пол­ку, вы­с­о­в­ы­ва­ют го­л­о­вы в ок­но. Гор­я­чий ве­тер­ок хор­ошо об­д­у­ва­ет и ста­нов­ит­ся на ко­р­от­к­ое вре­мя нем­н­ого лег­че.
По про­хо­ду шел вы­с­ок­ий, узк­о­л­о­бый па­р­ень в фут­б­ол­ке с ло­го­ти­пом «Моск­ва – 80». Ув­и­дев, си­дя­ще­го у ок­на Вит­а­л­ика Ко­в­а­ля, он ос­та­нов­ил­ся и под­с­ел к нему. При этом он толк­н­ул но­ги спав­ше­го на пол­ке Ол­ега Ко­в­а­ля, осво­бож­д­ая се­бе ме­с­то.
- Вод­ка где? – спро­сил узк­о­л­о­бый, прис­т­аль­но вг­ля­ды­ва­ясь в ли­цо Вит­а­л­ика.
- У про­в­од­н­иц, – от­в­е­т­ил Вит­а­л­ик.
- Я знаю, что у про­в­од­н­иц. Моя вод­ка где?
- От­к­у­да я знаю, где твоя вод­ка. – Вит­а­л­ик по­смот­рел на пар­ня, как на дур­ака.
- Ты не по­нял. Ку­да ты, мою вод­ку дел? Ты ме­ня пом­н­ишь? – за­нерв­н­и­ч­ал узк­о­л­о­бый.
- Я те­бя, во­об­ще, в пер­вый раз ви­жу. Че­го те­бе на­до?
Гла­за узк­о­л­о­бо­го злоб­но бур­ав­и­ли Вит­а­л­ика.
- Ты че го­нишь друж­б­ан?! Попр­ик­ал­ы­ва­л­ись и хват­ит!
- Друж­б­ан, я не прик­ал­ы­ва­юсь… - огрыз­н­ул­ся Вит­а­л­ик.
Прос­н­ул­ся Ол­ег, выг­л­я­нул из-за спи­ны бра­та, спро­сил:
- Кто это?
- А я знаю,- по­жал пле­ча­ми Вит­а­л­ик.
- Ты дур­ак­ом не прик­и­ды­вай­ся. Я тв­ое­му бра­тель­ни­ку бут­ыл­ку вод­ки дал. Ос­тав­ил на вре­мя, - на­ч­и­нал зл­ит­ь­ся узк­о­л­о­бый. – Вот при­шел, а вод­ки нет.
- Да ни­ч­его ты, мне не да­вал и не ос­тав­л­ял, - воз­мут­ил­ся Вит­а­л­ик.
- Что?! Ты че­го, со­в­с­ем ох­ре­нел?! – взрев­ел узк­о­л­о­бый и пол­ез к Вит­а­л­ику. – Я урою те­бя!
Вит­а­л­ик от­т­олк­н­ул нагл­е­ца, но тут же пол­у­чил кул­ак­ом в чел­юсть. Гром­ко щелк­н­у­ли зу­бы. Из-за Вит­а­л­ика вы­лез Ол­ег и сх­ват­ил чу­жа­ка за ру­ку, но тот при­пе­чат­ал и Ол­егу под глаз. Опом­н­ив­ший­ся Вит­а­л­ик, с раз­ма­ху при­л­ожил­ся кул­ак­ом. По­пал узк­о­л­о­бо­му в гу­бы. А Ол­ег до­бав­ил, дви­нув бо­сой но­гой в грудь на­па­д­ав­ше­му. Др­а­ч­ун, взмах­н­ув ху­ды­ми ру­к­ами, сва­л­ил­ся в про­ход.
- Урод, ва­ли от­с­ю­да! – зак­ри­ч­ал Ол­ег. – По­ка баш­ку не от­ор­ва­ли. На­жрал­ся и хо­дит, при­к­лю­ч­е­ния ищет…
- Ку­да вод­ку мою де­ли? Вод­ку от­д­ай­те! – в от­в­ет кри­ч­ал узк­о­л­о­бый.
- Да по­шел ты, со сво­ей вод­кой!
Узк­о­л­о­бый вс­тал на но­ги, по­гро­зил кул­ак­ом:
- Лад­но, лад­но. Си­ди­те здесь… Я сей­час с па­ца­на­ми вер­н­усь…
Узк­о­л­о­бый убе­жал в ко­нец ва­го­на.
- За по­мо­щью по­бе­жал, - ска­зал Сер­гей.
- Сей­час бить, ко­го-то бу­д­ут, - до­бав­ил Ва­л­ент­ин, ле­жав­ший на вт­орой пол­ке.
В ку­пе под­с­ел со­сед, ви­дев­ший конф­ликт.
- Па­ца­ны, этот кло­ун, уже в од­н­ом ку­пе за­те­вал бу­зу. То­же, вр­о­де вод­ку у них за­б­ыл. Тре­бо­в­ал вер­н­уть бут­ыл­ку. Вид­но уже не в пер­вый раз за­б­ы­ва­ет
- И чем у них, все зак­он­ч­и­л­ось? – по­ин­т­ер­е­с­о­в­ал­ся Сер­гей.
- Чем, чем. Дра­кой.
К их ку­пе, по про­хо­ду дви­га­лось пя­те­ро ре­бят очень ре­ши­т­ель­но­го ви­да. Впер­е­ди се­ме­нил уже знак­омый за­б­ы­ва­ха с раз­б­итой гу­бой. Он что-то ожив­л­ен­но гов­ор­ил, раз­ма­хи­вая ру­к­ами.
«Го­с­ти» по­дош­ли. Узк­о­л­о­бый скор­огов­ор­кой за­гов­ор­ил:
- Вот они, гол­уб­ч­ики си­дят. Бут­ыл­ку вод­ки при­бра­ли се­бе и не от­д­ают. Я же их по нор­маль­но­му попр­о­сил от­д­ать. Так они мене еще и мор­ду на­б­и­ли. Сра­зу трое на од­н­ого на­ва­л­и­л­ись…
Кор­е­н­а­ст­ый на­ка­ч­ан­н­ый кре­пыш от­о­дви­нул узк­о­л­о­бо­го в стор­о­ну и вы­шел впер­ед:
- Это вы, на­ше­го кор­еша оби­де­ли? Я за него, лю­б­ому глаз на жо­пу нат­я­ну!
- Вот эти бл­из­н­юки, пер­вы­ми бить ме­ня на­ч­а­ли, - под­л­ень­ко оск­ла­б­ил­ся узк­о­л­о­бый.
Кре­пыш на­б­ы­чил­ся, шаг­нул к брат­ьям, но дор­огу ему пер­егор­о­дил Вал­ек.
- Слышь, ты! Уй­ди с дор­оги! – взрев­ел кре­пыш, нак­ру­чи­вая се­бя.
Кре­пыш по­до­брал­ся и стал в бок­серс­к­ую стой­ку. Еще двое ре­бят дви­ну­лись за ним. Узк­о­л­о­бый пер­еме­с­тил­ся за спи­ны сво­их па­ца­нов.
- Луч­ше от­ва­ли в стор­о­ну! – уг­ро­жа­ю­ще ска­зал кре­пыш.
Но Ва­л­ент­ин не об­рат­ил на это вни­ма­ние. Ря­дом с Ва­л­ент­и­ном ста­ли брат­ья Ко­в­а­ли. С тре­т­ьей пол­ки спрыг­нул Анд­р­ей Пан­ч­ен­ко, со вт­орой слез Сер­гей.
Из со­сед­н­его ку­пе подт­я­нул­ся То­лик Мар­к­ов и еще двое крепк­их ре­бят.
В про­хо­де ста­ло очень тес­но.
- Уй­ди в стор­о­ну, или силь­но по­жа­л­еешь! – кре­пыш ви­дел, что преи­му­щес­тво в жи­вой си­ле те­перь на стор­оне прот­ив­н­ика, но это не умень­ши­ло его ре­ши­мость, разо­брать­ся с обид­ч­и­к­ами.
За­то то­в­ар­ищи кре­пы­ша рас­тер­я­л­ись.
- Брат­ан, ты не гор­я­чись. Объ­яс­ни в чем про­бл­ема… Кул­а­к­ами мы, вс­ег­да успе­ем пом­а­хать, - очень спо­кой­но ска­зал Ва­л­ент­ин.
- Так вы, у Петь­ки, бут­ыл­ку вод­ки за­б­ра­ли. Он у вас, ее ос­тав­ил. При­шел за бут­ыл­кой, а вы ему сра­зу ста­ли мор­ду бить! – не сдер­жи­вал­ся, кри­ч­ал кре­пыш.
- Это Петь­ка, те­бе, так ска­зал? – спро­сил Ва­л­ент­ин.
- Да Петь­ка ска­зал!
- Сам по­ду­май, с че­го Петь­ка, у нез­нак­омых лю­дей вод­ку ос­тав­л­яет. Мы его во­об­ще в пер­вый раз ви­дим, - Ва­л­ент­ин со­х­ра­нял зав­ид­н­ую вы­держ­ку. – Ре­бя­та си­дят. Под­х­о­дит этот, поц… Гов­ор­ит, вод­ку го­ни­те мою и пот­ом Ол­егу кул­ак­ом – бац! А пот­ом и Вит­а­л­ику кул­ак­ом – бац! Пе­тя, так бы­ло де­ло?
- Нет, не так! – зав­ол­н­о­в­ал­ся узк­о­л­о­бый. – Стас, ты че, этим уро­дам ве­р­ишь? Да врут они! Ме­ня эти Чук и Гек пер­вые на­ч­а­ли бить, на пол ски­ну­ли… А я толь­ко по­гов­ор­ить с ни­ми хо­т­ел… Ты, что Стас, не ве­р­ишь мне?
- Врет он! – это уже То­ля Мак­ар­ов вме­шал­ся. – Мы все ви­де­ли. При­шел, на­ч­ал пер­вым дра­ку…
- Бре­шешь! – вз­в­изг­нул узк­о­л­о­бый.
- Со­ба­ки бре­шут, я за свои сло­ва от­ве­чаю, - спо­кой­но ска­зал То­лик, не спус­кая глаз с узк­о­л­о­бо­го.
- Лов­ко у те­бя, Пе­тя пол­у­ча­ет­ся. Все врут, толь­ко один ты, прав­ду гов­о­р­ишь…
- Стас, да­вай на­ших па­ца­нов по­з­ов­ем и вл­омим вс­ем этим, уро­дам.
- За­тк­н­ись, при­дур­ок! – не обор­а­ч­и­ва­ясь про­ши­пел Стас.
- Стас, ты че, в нат­у­ре, - пер­ешел узк­о­л­о­бый на бл­ат­ной жар­гон.
- Я, те­бе ска­зал, за­тк­н­ись! – Стас унич­то­жа­ю­ще по­смот­рел на Пет­ра и тот сра­зу сн­ик. – Не хват­а­ло, из-за тв­ое­го дерь­ма, с нор­маль­ны­ми па­ца­на­ми бу­зу устраи­вать.
- Стас, ты, че… как­ими нор­маль­ны­ми па­ца­на­ми?
- Пе­тя, где вод­ка, ска­жи прав­ду?
- Я по­чем знаю. У этих на­до спра­ши­вать.
Гла­за узк­о­л­о­бо­го ис­пу­ган­но за­б­ега­ли, на лбу вы­сту­пил пот.
- За­ч­ем ты, Пе­тя нор­маль­ных па­ца­нов подс­тав­л­яешь… Иди в на­ше ку­пе. Пот­ом с то­бой раз­б­ер­ем­ся. Тем бол­ее уже не в пер­вый раз, ког­да у сво­их вод­ку вор­у­ешь.
- Стас, слышь, я…
Стас на­нес ко­р­от­к­ий хлестк­ий удар в грудь узк­о­л­о­бо­го. Ес­ли бы не сто­яв­шие сз­а­ди ре­бя­та узк­о­л­о­бый ок­а­зал­ся на по­лу. Петь­ка вз­выл и, рас­тол­к­ав ре­бят, убе­жал по про­хо­ду.
- Лад­но, па­ца­ны, изв­и­ни­те. Из-за од­ной во­ню­ч­ей кры­сы, чуть мор­ды друг дру­гу не на­б­и­ли, - изв­и­нил­ся Стас.
- Э-э, что здесь за мит­инг? – по­до­шел боль­ше­го­л­о­в­ый серж­ант Ник­ол­ай, ув­и­дев по­до­зри­т­ель­ную толк­уч­ку.
- То­в­ар­ищ серж­ант, все в пор­яд­ке. Вот дру­зья в го­с­ти приш­ли, - зау­лы­бал­ся, слов­но гол­л­ив­удс­кая ки­ноз­вез­да Ва­л­ент­ин.
- Смот­р­и­те, ес­ли мор­ды нач­н­е­те бить. На по­л­ах сг­ною. До кон­ца пу­те­шест­вия, по­лы не про­сох­н­ут, - ска­зал серж­ант и уш­ел к се­бе.
Со Ста­сом и ре­бят­ами па­ца­ны по­дру­жи­л­ись. Вы­пи­ли мир­ов­ую.
На сле­ду­ю­щий день, Стас пригла­сил ре­бят в свое ку­пе.
- Вч­е­ра у вас гу­ля­ли. Се­год­ня мы уго­ща­ем.
- Стас, а где ваш Пе­тя? – по­ин­т­ер­е­с­о­в­ал­ся Сер­гей.
- Не знаю, и знать не хо­чу! – от­р­е­зал Стас.
- Вы, его с пое­з­да не сбро­си­ли? – сдел­ал страш­н­ые гла­за Ва­л­ент­ин.
- Ты че, Ва­л­ент­ин. Мы же не зв­ери, - от­мах­н­ул­ся Стас. – Так нем­н­ого на­к­о­с­ты­ля­ли. Он в дру­гой ва­гон смыл­ся… Да лад­но, не бу­дем о пло­хом. Как гов­ор­ил Юр­ий Га­гар­ин: «Пое­ха­ли!»
Ре­бя­та друж­но вы­пи­ли вод­ку.
9.
Пое­зд ча­сто ос­та­нав­л­и­вал­ся на не­бо­льших, пыль­ных пол­устан­к­ах
Ря­дом с плат­фор­мой стоя­ли раз­н­оцвет­н­ые мот­оцик­лы с ко­л­яс­ка­ми. Ко­л­яс­ки до вер­ху на­б­иты ры­бой. Хо­зяе­ва мот­оцик­лов, смуг­л­ые, плос­ко­ли­цые ка­за­хи ожив­л­я­л­ись. Бро­са­л­ись к ва­го­н­ам, пред­ла­гая на про­да­жу боль­шие коп­ч­е­ные ту­ши рыб. На вид ры­ба, очень да­же ап­пет­ит­н­ая.
- Па­ца­ны, мо­жет, рыб­ку ку­пим? У ме­ня слюн­ки уже те­к­ут… - пред­л­ожил Ва­л­ент­ин.
Ре­бя­та ски­ну­лись день­га­ми и взя­ли од­ну боль­шую ры­би­ну. Ва­л­ент­ин на сто­ле, лов­ко раз­ре­зал ры­бу на кус­ки.
- Нал­ет­ай! – ском­ан­д­о­в­ал Ва­л­ент­ин и сам, пер­вый сх­ват­ил боль­шой ку­сок.
Ры­ба вс­ем пон­рав­ил­ась. За­хо­т­е­лось еще, но пое­зд уже пое­хал даль­ше.
- Ни­ч­его, ку­пим на сле­ду­ю­щей стан­ции, - от­мах­н­ул­ся Ва­л­ент­ин.
Чер­ез час, вс­ем силь­но хо­т­е­лось пить во­ду. Ре­бя­та то и де­ло бе­га­ли в ту­ал­ет. Ут­о­ляя жаж­ду, жад­но пи­ли из кра­на теп­лую, не­вкус­н­ую, непо­нят­но чем пах­н­ущую во­ду. Пи­ли и не мог­ли на­пит­ь­ся. Дру­гой во­ды все рав­но нет.
Пи­ли во­ду, на­б­и­вая свои жив­оты. Пот­ом си­де­ли, бал­д­е­ли и обиль­но ис­х­о­ди­ли пот­ом.
Рыб­кой пол­ак­оми­л­ись не толь­ко они. Из со­сед­н­его ку­пе ре­бя­та то­же пос­т­оян­но бе­га­ли к ту­ал­ету.
- Вот это пое­ли рыб­ки, - пы­тал­ся шут­ить Сер­гей.
Пое­зд ча­сто ос­та­нав­л­и­вал­ся на не­бо­льших стан­ци­ях, очень по­хо­жих друг на дру­га.
Плос­кие гли­но­бит­н­ые до­ми­ки. Ок­на за­тк­н­уты цве­т­а­ст­ыми тряп­к­ами, или за­б­иты фа­нерой. Ря­дом сто­ят юр­ты. По кри­вым, узк­им улоч­к­ам бе­га­ют го­л­о­но­гие, смуг­л­ень­кие ре­бят­иш­ки. Раз­ма­хи­ва­ют пал­к­ами и с удов­оль­стви­ем кат­ают­ся в пы­ли.
Важ­н­ые верб­лю­ды нет­ор­оп­ли­во щипл­ют скуд­н­ые кол­юч­ки.
Вок­руг степь, нем­н­ого хол­мис­тая, и поч­ти без ра­сти­т­ель­но­с­ти. Прир­о­да по­жа­л­е­ла крас­ки, рас­пи­сав степь уны­ло и од­н­оо­браз­но
На сле­ду­ю­щей ос­та­нов­ке, ры­бу ни­к­то боль­ше не пок­упал. За ок­н­ом, по плат­фор­ме, вд­оль пое­з­да бе­га­ли ка­за­хи. Шир­око улы­ба­ясь, они раз­ма­хи­ва­ли ры­бой, рас­х­ва­л­и­вая свой то­в­ар:
- Пок­упай быст­ро, быст­ро. Очень вкус­но!
- Спа­си­бо, уже ку­пи­ли, - крив­л­ял­ся в окне Ва­л­ент­ин.
Ка­за­хи очень удив­л­я­л­ись, ви­дя, как друж­но во вс­ех ва­го­н­ах ре­бя­та от­к­а­зы­ва­ют­ся от ры­бы.
За­то все ста­ли пок­упать ви­но мест­н­ого прои­з­в­одст­ва. В ок­на за­гру­жа­л­ись тем­но зе­л­е­ные «ог­нет­уш­и­т­е­ли».
Пое­зд тро­нул­ся. А при­зыв­н­ики стар­а­л­ись ви­ном за­глуш­ить жаж­ду.
10.
Ве­чер­ом, пос­ле за­хо­да солн­ца, в пу­ст­ыне, нак­о­нец, наст­упи­ла про­хл­а­да. Све­жий ве­тер­ок вр­ы­вал­ся в рас­кры­тые ок­на ва­го­нов, вы­дав­л­и­вая липк­ую, во­ню­ч­ую ду­хо­ту. Сра­зу ста­ло лег­че ды­шать.
Рас­ка­л­ен­н­ые на солн­це ва­го­ны мед­л­ен­но ос­ты­ва­ли, гром­ко по­т­рес­ки­ва­ли.
Но­чью спа­лось пло­хо, в ва­гоне стоя­ла страш­н­ая ду­хо­та.
Утром, ед­ва солн­це от­р­ы­ва­лось от гор­и­з­он­та, сн­о­ва на­ва­л­и­вал­ась жа­ра. Ва­гон быст­ро на­грел­ся, как печ­ка. Не по­мо­га­ли от­к­ры­тые ок­на. В ок­на вр­ы­вал­ся рас­ка­л­ен­н­ый воз­дух
Утром, ед­ва солн­це от­р­ы­ва­лось от гор­и­з­он­та, сн­о­ва на­ва­л­и­вал­ась жа­ра.
За ок­н­ом тя­ну­лись уны­лые пес­ки с ред­кой, убо­гой ра­сти­т­ель­но­стью.
Огром­н­ые ор­лы мед­л­ен­но пар­и­ли вы­с­око в под­не­бе­сье, рас­пах­н­ув боль­шие кры­лья.
Чем вы­ше под­ни­ма­лось солн­це, тем жар­че ста­нов­и­л­ось. На­г­ре­вал­ась зем­ля, на­г­ре­вал­ся воз­дух. Воз­дух гу­с­тел и дро­жал. Ка­за­лось еще нем­н­ого, и он рас­плав­ит­ся и превр­ат­ит­ся в рас­ка­л­ен­н­ую рт­уть.
Из­му­чен­н­ый жа­рой пое­зд еле та­щил­ся из пос­л­ед­н­их сил, про­би­ва­ясь чер­ез пу­ст­ы­ню, к сво­ей ко­неч­ной це­ли.
О чем мож­но гов­ор­ить, ког­да на­хо­дишь­ся нес­коль­ко дн­ей в пу­ти, в за­мк­н­ут­ом прос­транс­тве, сре­ди од­н­их и тех же лиц?
Мож­но расс­ка­зать анек­д­от, как это пы­тал­ся дел­ать Ва­л­ент­ин:
- Же­на, у му­жа спра­ши­ва­ет: «Ва­ся, за­ч­ем ты, вод­ку пьешь?» Тот по­ду­мал и гов­ор­ит: «Ес­ли бы, вод­ка твер­дой бы­ла, я бы ее грыз».
Сме­ял­ся Ва­л­ент­ин один.
- Вал­ек, ты этот анек­д­от, уже трет­ий раз нам расс­ка­зы­ва­ешь, - ска­зал с тре­т­ьей пол­ки Анд­р­ей Пан­ч­ен­ко.
- Что-то я это­го не пом­ню, - оби­жен­но за­со­пел Ва­л­ент­ин.
- За­то мы, уже наи­зусть твой анек­д­от за­пом­н­и­ли, - сме­ял­ся Анд­р­ей Пан­ч­ен­ко.
О чем еще мож­но гов­ор­ить? О ро­ди­т­е­л­ях? Не вс­ем бу­дет ин­т­ер­ес­но… Мож­но расс­ка­зать ка­кой-ни­б­удь за­б­ав­н­ый слу­чай из жиз­ни. Мож­но. Уже расс­ка­за­ли все за­б­ав­н­ые слу­чаи. Еще о чем? В-о-о-т! Ко­неч­но же, о дев­ч­он­к­ах пот­ре­пать­ся.
- Я вс­тре­чал­ся с од­ной дев­ч­он­кой, в прош­лом го­ду, - на­ч­ал расс­ка­зы­вать Анд­рю­ха. – На год стар­ше ме­ня. Кра-с-и-и-вая… Гим­н­а­ст­икой за­ни­ма­ет­ся. Строй­ная. Нож­ки дл­ин­н­ые. Ли­ч­ико как у кук­ол­ки…
Анд­р­ей дел­ал дл­ин­н­ые пау­зы, вспо­ми­ная о сво­ей дев­ч­он­ке.
- Анд­рю­ха, ты так ус­н­ешь. Да­вай расс­ка­зы­вай даль­ше, - Ва­л­ент­ин крут­ил­ся на пол­ке, слов­но рас­толс­тев­ший бур­ун­д­ук в уз­кой но­ре.
- Ве­чер­ом как-то пош­ли с ней по­гу­лять, - про­дол­жал Анд­р­ей. - Та­ня на­д­е­ла кра­сив­ое пла­т­ье, с ко­р­от­кой юб­кой. Дл­ин­н­ых пла­т­ьев она не но­си­ла. Лю­б­и­ла свои кра­си­вые нож­ки пок­а­зать. Се­ли зн­а­ч­ит на ска­мей­ку. Це­л­уем­ся. Ви­жу, дев­оч­ка попл­ы­ла. Я ос­тор­ож­но свою ру­ку на грудь ей по­л­ожил. Груд­ки ма­л­ень­кие, а сос­ки ос­тр­ые, твер­д­ые. Та­нюш­ка опом­н­ил­ась, ру­ку мою сбро­си­ла. Си­дим, про­дол­жа­ем це­ло­в­ать­ся. Я ос­тор­ож­но опять ру­ку на грудь ей по­л­ожил…
- Да­вай даль­ше расс­ка­зы­вай! – прыг­ал на сво­ей пол­ке Ва­л­ент­ин.
- Вал­ек, не го­ни ко­ней! – зак­ри­ч­а­ли на него па­ца­ны, чуть ли не хор­ом.
- Ва­л­ент­ин, не ме­шай… - Анд­р­ей сдел­ал пау­зу, ог­ля­дел вс­ех ре­бят и ос­тал­ся дов­оль­ным.
Па­ца­ны слу­ша­ли его рас­крыв рты. Как бы слю­ной не за­хлеб­н­у­лись.
- Ну вот, я ос­тор­ож­но опять ру­ку вверх под­ни­маю. Сн­о­ва на груд­ки ло­жу. Та­нюш­ка взб­ры­ки­ва­ет­ся, убир­ает ру­ку, а я упор­но возв­ра­щаю ру­ку на­зад. Смот­рю, вр­о­де успок­ои­л­ась. Уже ру­ку не сбра­сы­ва­ет. Си­дим, це­л­уем­ся, а моя ру­ка спо­кой­но на груд­к­ах ле­жит. Да ей са­мой пон­рав­и­л­ось. Ре­шил Та­нюш­ке под юб­ку зал­езть. Толь­ко ру­ку вн­из на­прав­ил, смот­рю Та­ня на­пряг­лась сра­зу. Ко­л­ен­ки сжа­ла и гов­ор­ит: «Не на­до ту­да. Я без тру­си­к­ов». На ме­ня па­ца­ны, слов­но вед­ро во­ды вы­ли­ли. Си­жу офиг­ев­ший, ее без тру­си­к­ов предс­тав­ляю. Спра­ши­ваю ее: «А че­го ты без тру­си­к­ов?» Та­ня от­ве­ча­ет: «Я люб­лю лет­ом без тру­си­к­ов хо­дить. Не так жар­ко». Я во­об­ще в сту­по­ре ок­а­зал­ся. Пер­ев­оз­б­у­дил­ся. Обо вс­ем на све­те за­б­ыл. Нем­н­ого успок­оил­ся и про­шу Та­нюш­ку: «Дай пог­ла­д­ить твою «кис­ку». А Та­нюш­ка нет, нет, я стес­н­яюсь очень…
- То-то я за­мет­ил, что силь­но стес­н­и­т­ель­ная по­па­л­ась. Са­ма стес­н­и­т­ель­ная, а без тру­сов гу­ля­ет, - это уже Ва­л­ент­ин вс­тав­ил, не вы­дер­жал.
Ре­бя­та за­смея­л­ись.
- Я не от­с­таю. Ме­ня про­с­то зак­ли­ни­ло, - про­дол­жал Анд­р­ей. – И так про­шу и этак. Но Та­ня уперл­ась и не в как­ую. Гов­ор­ит мол, стес­н­яюсь и бо­юсь. Вот что мне дел­ать?
- Бл­и­з­ок лок­от­ок, а зу­ба­ми не дос­тать, - сн­о­ва вс­тав­л­яет Ва­л­ент­ин.
- Ва­л­ент­ин, ты успок­оишь­ся! – кри­ч­ат ре­бя­та. – Анд­рю­ха, расс­ка­зы­вай даль­ше!
- Гов­о­рю по­дру­ге: «Да­вай так сде­л­аем. Ни те­бе, ни мне» Она удив­ил­ась, спра­ши­ва­ет: «Как это?» Я ей: «Пок­ажешь толь­ко «кис­ку» свою, а я толь­ко од­н­им глазк­ом взг­ля­ну. И все». Ви­жу, сом­н­е­ва­ет­ся, спра­ши­ва­ет: «Точ­но все?» От­ве­чаю: «Точ­но!» Она мне: «Пок­ля­нись!»… Гос­по­ди, как все дев­ч­он­ки лю­б­ят все эти клят­вы. Ну, я пок­лял­ся са­мой страш­ной тай­ной. Та­нюш­ка ог­ля­дел­ась по стор­о­н­ам. Бл­из­ко ник­ого нет. Раз и юб­оч­ку под­н­я­ла, а нож­ки в стор­о­ны разв­е­ла. По­дер­жа­ла нем­н­ого так и опу­ст­и­ла юб­ку. Спра­ши­ва­ет ме­ня: «Ну, как, пон­рав­и­л­ось?» Я гов­о­рю: «Ты так быст­ро все сдел­а­ла, я ни­ч­его не успел толк­ом расс­мот­реть. Пок­ажи еще разо­чек».
- Ну, ты, Анд­рю­ха да­ешь! – вос­тор­жен­но кри­ч­а­ли па­ца­ны.
- «Я бо­юсь» - гов­ор­ит Та­ня. Я не от­с­таю, про­шу еще ра­зок по­смот­реть. Сог­ла­сил­ась. Ог­ля­дел­ась по стор­о­н­ам и юб­ку под­н­я­ла. Я как по­смот­рел ту­да, так чуть не кон­ч­ил. Скла­д­оч­ки ро­з­о­в­ые, пух­лень­кие, а ввер­ху свет­л­ые во­л­о­си­ки…
- Ну и чем все зак­он­ч­и­л­ось? – ре­бят­ам бы­ло нев­т­ер­пеж.
- Да ни­ч­ем. Пот­ис­ка­л­ись, а пот­ом до­мой Та­ню пров­ел…
- Анд­рю­ха, ты ло­пух! – это опять Ва­л­ент­ин кри­ч­ит.
- А сей­час, как у те­бя с Та­ней де­ла? – спро­сил кто-то из бра­т­ьев.
- Нор­маль­но. Обе­ща­ла жд­ать из ар­мии, - от­ве­чал Анд­р­ей.
- Как раз тот слу­чай. Хо­дит без тру­сов и жд­ет из ар­мии. Так­ая дож­д­ет­ся! – ржал на пол­ке Ва­л­ент­ин.
- Дос­тал ты, Ва­л­ент­ин свои­ми тру­са­ми, - оби­дел­ся Анд­р­ей Пан­ч­ен­ко.
- А я, с од­нок­ласс­н­ицей вс­тре­ча­юсь, поч­ти два го­да, - вз­дох­н­ул Ол­ег Ко­в­аль. – В де­вят­ом клас­се, у нас из пя­ти сдел­а­ли три клас­са. Наш класс объе­ди­ни­ли с дру­гим клас­с­ом. И у нас поя­вил­ась нов­ень­кая дев­оч­ка, Са­шень­ка. Я, как толь­ко Са­шень­ку ув­и­дел, сра­зу влю­б­ил­ся, с перв­ого взг­ля­да. Я та­кой кра­си­вой дев­ч­он­ки в жиз­ни не ви­дел.
- Так она что, из пар­алл­ель­но­го клас­са? – ут­оч­н­ил Ва­л­ент­ин. – Ты че, ее рань­ше не ви­дел?
- Мо­жет и ви­дел, вот толь­ко вни­ма­ние об­рат­ил, ког­да Са­шень­ка ста­ла учит­ь­ся в на­шем клас­се. Пос­ле ар­мии сра­зу же­нюсь. На­ши ро­ди­т­е­ли не прот­ив. Они уже поз­нак­оми­л­ись и по­дру­жи­л­ись, - до­бав­ил Ол­ег.
- А ты увер­ен, что Са­шень­ка дож­д­ет­ся те­бя? – все не мог успок­оит­ь­ся Ва­л­ент­ин.
- Дож­д­ет­ся, - увер­ен­но зая­вил Ол­ег.
- Ну а ты хоть с ней то­го? – спро­сил Анд­р­ей.
- Че­го то­го? – не по­нял Ол­ег.
- Ну, попр­о­бо­в­ал… - по ли­цу Анд­р­ея рас­плы­лась глу­по­в­ат­ая улыб­ка.
- А вот это уже не тв­ое де­ло! – от­р­е­зал Ол­ег.
- Да лад­но, я про­с­то так спро­сил, по-дру­жес­ки… - Анд­р­ей де­монс­трат­ив­но от­вер­н­ул­ся к стене.
- Ты сна­ч­а­ла ду­май, о чем спра­ши­ва­ешь, - оби­дел­ся Ол­ег.
- Сер­ега, как у те­бя, по женс­кой ли­нии? – спро­сил Ва­л­ент­ин.
- Нор­маль­но. Ник­ак.
- Не по­нял… - удив­ил­ся Ва­л­ент­ин.
- Я по­ру­гал­ся со сво­ей дев­ч­он­кой, - сов­рал Сер­гей.
На са­мом де­ле у него не бы­ло дев­ч­он­ки.
- За­ч­ем? – не от­с­та­вал Ва­л­ент­ин.
- Так про­ще. Я по­ру­гал­ся с по­дру­гой и те­перь знаю, что ни­к­то, ме­ня до­ма не жд­ет, - на хо­ду стал при­ду­мы­вать Сер­гей. – Обр­у­бил кон­цы и все. А так два го­да в ар­мии. Жд­ешь пос­т­оян­но очер­ед­н­ого пись­ма от по­дру­ги. Пер­ежи­ва­ешь, по­че­му не пи­шет, или по­че­му, так ред­ко пи­шет? А она вы­ско­чит за­муж и при­шлет те­бе пись­мо: «Лю­б­имый, изв­и­ни, я вс­трет­и­ла свою наст­оя­щую лю­б­овь. Не оби­жай­ся на ме­ня. Да­вай ос­та­нем­ся дру­зья­ми».
- Точ­но, точ­но. Вот Сер­ега мо­л­от­ок, - по­х­ва­л­ил Ва­л­ент­ин. - Ты хоть, со сво­ей успел гуль­нуть?
- Ко­неч­но, успел, - опять сов­рал Сер­гей.
- Дваж­ды мо­л­от­ок. Зн­а­ч­ит, едешь, не маль­чик­ом, а му­жем.
Сер­гей кив­н­ул. Ему не хо­т­е­лось приз­на­вать­ся пер­ед ре­бят­ами, что он еще не поз­н­ал жен­щи­ну. Но это уже, его лич­н­ое де­ло.
- Я то­же гуль­нул, - зау­лы­бал­ся Ва­л­ент­ин. – Вот где от­ор­вал­ся на всю кат­уш­ку. Ар­мия есть ар­мия. Что скры­вать, здесь и по­гиб­н­уть мож­но. Гов­ор­ят на уче­ни­ях, до­пу­ст­имые по­т­ери три про­цен­та.… Или в Аф­ган мож­но по­пасть. Там уже как по­в­е­з­ет. Не хо­т­е­лось мне умер­еть девс­твен­н­ик­ом. Наст­оль­ко не хо­т­е­лось, что я зак­рут­ил сра­зу с дву­мя де­ва­ха­ми. По чет­н­ым вс­тре­чал­ся с од­ной, по не­чет­н­ым с дру­гой. Каж­дой навр­ал, что у ме­ня так­ая ра­б­ота, сут­ки чер­ез сут­ки.
Од­на дев­ч­он­ка скром­н­яга, еще пои­с­кать так­ую. Еле рас­крут­ил на секс. Вот где на­му­чал­ся. За­то вт­о­р­ая са­ма на­б­ра­сы­вал­ась. Одеж­ду зу­ба­ми сры­ва­ла. Я уже не знаю, кто ко­го тра­хал.
- Вот врет, - сме­ял­ся Анд­р­ей.
- Ни­ч­его я не вру.
Ва­л­ент­ин спрыг­нул с пол­ки, дос­тал рюк­з­ак и из­влек из него тет­рад­ку. Пок­а­зал ре­бят­ам две фот­огра­фии с сим­пат­ич­н­ыми дев­уш­к­ами.
- Са­ми смот­р­и­те.
Ва­л­ент­ин пе­рев­ер­н­ул од­ну фот­огра­фии. На об­рат­ной стор­оне од­ной фот­огра­фии кра­си­вым по­черк­ом на­пи­са­но:
«Са­мо­му лю­б­имо­му Вал­юш­ке…»
А на вт­орой:
«Мое­му единс­твен­н­ому…»
- Ксю­ша и Ок­са­на. По­нят­но?
- Ва­л­ент­ин, ты ве­зун­ч­ик.
- Я знаю, - Ва­л­ент­ин был дов­о­л­ен.
- Как же ты, с ни­ми даль­ше от­н­оше­ния стро­ить бу­дешь? – спро­сил Ол­ег Ко­в­аль.
- Не знаю. По­ка двум по­дру­гам пись­ма бу­ду от­прав­л­ять. А там по­смот­р­им. Не дож­д­ут­ся, как-ни­б­удь пер­ежи­ву это. Дев­ч­о­нок мо­ре. Най­ду дру­гих. Мо­жет чер­ез два го­да, я сам, не за­хо­чу с ни­ми дру­жить.
- Это точ­но, - сог­ла­си­л­ись па­ца­ны.
11.
Перв­ое пись­мо Сер­гей от­прав­ил на чет­верт­ый день, из пое­з­да, ког­да ста­ло точ­но из­в­ест­но, где при­дет­ся ему слу­жить.
Здрав­ствуй­те мои дор­огие, ма­ма, па­па и ба­б­уш­ка!
Чет­верт­ый день уже в пу­ти. А ехать при­дет­ся еще нес­коль­ко дн­ей. Едим чер­ез пу­ст­ы­ню. Ча­сто ос­та­нав­л­и­ва­ем­ся, на пер­ее­з­дах и не­бо­льших стан­ци­ях. По­ка сто­им, ми­мо про­но­сят­ся пое­з­да, в на­шем и про­тив­опо­л­ож­н­ом на­прав­л­е­ни­ях. Так­ое ощу­ще­ние, что толь­ко наш пое­зд ник­у­да не спе­шит.
С каж­д­ым дн­ем жа­ра уси­л­и­ва­ет­ся все боль­ше и боль­ше. Нав­ер­н­ое, ког­да мы, прие­дем на ме­с­то на­шей служ­бы, здесь бу­дет во­об­ще, наст­оя­щее пек­ло. Пос­т­оян­но хо­чет­ся пить.
Слу­жить я бу­ду в гор­о­де Тер­ме­зе. Там у нас на­хо­дит­ся учеб­ка. Ког­да прие­ду, сра­зу на­пи­шу пись­мо. По­ка я, не знаю но­мер на­шей ча­сти. А со­пров­ож­д­аю­щие офи­це­ры ни­ч­его нам не гов­ор­ят.
Все, на этом про­ща­юсь. До сви­да­ния.
На пер­вой ос­та­нов­ке Сер­гей вы­лез в ок­но. Ув­и­дев нев­дал­е­ке дев­уш­ку, поз­вал ее:
- Дев­уш­ка, изв­и­ни­те. Мож­но вас, попр­о­сить, бро­сить пись­мо в поч­то­в­ый ящик?
Дев­уш­ка по­дош­ла и взя­ла конв­ерт.
- Здесь, на стан­ции, есть поч­то­в­ый ящик? – за­поз­да­ло спро­сил Сер­гей.
Дев­уш­ка по­жа­ла пле­ча­ми:
- Я не знаю.… Нав­ер­но есть.
- Спа­си­бо вам, боль­шое!
А пое­зд уже на­б­ир­ал скор­ость.
12.
Пят­ый день в пу­ти и чет­верт­ый день за ок­н­ом тя­нет­ся бес­к­о­неч­н­ая пу­ст­ы­ня. Пос­те­пен­но пу­ст­ы­ня ме­ня­ет­ся. Ес­ли в пер­вые дни, ск­ло­ны хол­мов бы­ли пок­ры­ты тра­вой, а вре­ме­н­ами по­па­д­а­л­ись ку­сты и да­же не­бо­льшие кор­я­вые дер­ев­ца, то те­перь, за ок­н­ом бугр­и­л­ись бар­ха­ны из пес­ка. Нек­от­ор­ые бар­ха­ны выгл­я­де­ли очень кра­си­во. Ве­тер ук­ла­д­ы­вал пе­с­ок изв­и­л­и­с­ты­ми вол­н­ами. Ре­бя­та так­ие бар­ха­ны ви­де­ли раз­ве что, по тел­е­в­из­о­ру.
Как-то ста­ли на даль­них пут­ях в боль­шом гор­о­де. За се­р­ыми не­вы­с­ок­ими дом­ами, воз­вы­шал­ась кра­си­вая стар­ин­н­ая ме­четь. Ярк­ий бир­ю­з­о­в­ый ку­пол пер­е­ли­вал­ся на солн­це. Ря­дом вы­тя­ну­лись к не­бу вы­с­ок­ие баш­ни – ми­нар­еты с узк­ими чер­н­ыми ок­н­ами.
Сер­гей хо­т­ел нар­и­со­в­ать ме­четь в тет­рад­ке, но пое­зд, на этот раз дол­го не сто­ял. Сос­тав рез­ко дер­н­ул­ся и по­т­ащил­ся чер­ез ок­раи­ну гор­о­да.
Вре­мя от вре­ме­ни пое­зд про­ез­жал не­бо­льшие ки­шла­ки. Они как оа­зи­сы в без­жиз­н­ен­ной пу­ст­ыне. Гли­ня­ные до­ми­ки с плос­ки­ми кры­ша­ми, ут­опа­ли в гу­стой зе­л­е­ни дер­е­в­ьев. Вы­с­ок­ие, строй­ные то­по­ля, слов­но ча­со­в­ые, со вс­ех стор­он ок­ру­жа­ют ки­шлак, обер­егая его, от смер­т­ель­но, гор­я­че­го ды­ха­ния пу­ст­ы­ни.
Лю­ди не спе­ша, сн­уют по пыль­ным ули­цам в дл­ин­н­опо­л­ых по­л­о­сат­ых хал­ат­ах. Го­л­о­вы пок­ры­ты тю­б­е­тей­ка­ми и чал­ма­ми. В от­л­и­ч­ие от муж­ч­ин, кот­ор­ые ник­у­да не тор­опят­ся, жен­щи­ны за­ни­ма­ют­ся бы­то­в­ыми и хо­зяй­ствен­н­ыми де­л­ами. Они бой­ко тас­ка­ют вы­с­ок­ими кув­ши­на­ми во­ду, сти­р­ают в ар­ы­ках, мет­ут боль­ши­ми мет­л­ами уют­н­ые двор­ики.
Жен­щи­ны оде­ты в легк­ие по­л­о­сат­ые хал­ат­ики и шта­ны – шаль­ва­ры. У за­муж­н­их жен­щин во­л­о­сы спрят­а­ны под ярк­ими, кра­си­вы­ми плат­к­ами. Мо­л­о­дые не­за­муж­н­ие хо­дят в тю­б­е­тей­ках, а во­л­о­сы за­пле­те­ны во мно­жес­т­во тонк­их, дл­ин­н­ых ко­си­ч­ек.
Осо­бый вос­торг выз­вал у ре­бят стар­ый ак­са­к­ал, еду­щий на двухк­ол­ес­ной ар­бе, кот­орую, не спе­ша, тя­нул дл­ин­н­оу­хий ос­лик.
- Бой­цы, мы уже ско­ро прие­дем, - со­об­щил Ко­ля серж­ант, про­хо­дя по ва­го­ну. – От си­лы три – чет­ы­ре ча­са ез­ды.
- Ну, нак­о­нец, - вз­ды­ха­ет Сер­гей. – Я ду­мал, что мы уже ник­ог­да не дое­дим.
- На­до бы по­жр­ать, пер­ед прие­з­дом, - ожив­ил­ся Ва­л­ент­ин, на верх­н­ей пол­ке.
Ва­л­ент­ин прыг­ает на пол­ке и гром­ко по­ет:
- Детс­кий, юмор­и­с­ти­ч­ес­кий,
Сек­с­уаль­ный, пор­н­огра­фи­ч­ес­кий,
Ки­но­жур­н­ал «Ер­ал­аш»…
Ре­бя­та са­д­ят­ся к сто­лу. Со­об­ще­ние о кон­це пое­зд­ки, сра­зу вы­зы­ва­ет зв­ерс­к­ий ап­пет­ит у вс­ех без ис­клю­ч­е­ния. Пое­ли. Еды ос­та­ет­ся еще мн­ого.
- Лиш­н­юю еду за ок­но! – ком­ан­д­ует Ва­л­ент­ин.
- Еда лиш­н­ей не бы­ва­ет, - пы­та­ет­ся ос­а­д­ить Ва­л­ент­и­на Ол­ег Ко­в­аль.
У па­ца­нов не­бы­ва­л­ый подъ­ем, в свя­зи с ок­он­ч­а­ни­ем пое­зд­ки. На ра­д­о­с­тях в ок­но лет­ят, как не­нуж­н­ый хлам; кон­с­ер­вы, хлеб, кон­фе­ты, сгу­щен­ка, су­хая кол­ба­са.
Пое­зд как раз про­ез­жал мост, чер­ез не­бо­льшую реч­ку. В во­де плес­ка­л­ась стай­ка смуг­лой дет­во­ры.
- Да­вай­те сде­л­аем хор­ошее де­ло. Нак­ор­мим де­тей го­л­о­да­ю­ще­го Пов­о­лжья! – зак­ри­ч­ал Ва­л­ент­ин и за­пу­ст­ил в ок­но, од­ну за дру­гой две бан­ки сгу­щен­ки и пач­ку пе­че­нья.
По­ка пое­зд про­ез­жал по мос­ту, из ок­он на бер­ег че­го толь­ко не ле­те­ло. Вы­бра­сы­ва­ли и про­дук­ты и ве­щи, кот­ор­ые счит­а­ли лиш­н­ими. Вы­ки­ды­ва­ли кеп­ки, ушан­ки, пид­жа­ки, фу­фай­ки, спорт­ив­н­ые шта­ны.
Дет­во­ра, ув­и­дев это, вы­ско­чи­ла из во­ды и с кри­к­ами бро­сил­ась со­бир­ать бо­гат­ую до­бы­чу.
- Что-то из еды стои­ло ос­тав­ить. Так на вс­як­ий слу­чай, - пред­л­ожил Сер­гей.
Его ни­к­то не слу­шал.
- Сер­ега, ты че. Не на­до ос­тав­л­ять дом­аш­н­юю жрат­ву. Это пло­хая при­ме­та. Нас ско­ро в Тер­ме­зе нак­ор­мят наст­оя­щей сол­д­атс­кой едой. А дом­аш­н­ее уже на­д­ое­ло, - возр­а­зил Ва­л­ент­ин и дру­гие ре­бя­та его под­д­ер­жа­ли.
Эх, Ва­л­ент­ин, не зн­ал ты, да и дру­гие ре­бя­та то­же не зн­а­ли, что вс­его лишь, чер­ез нес­коль­ко дн­ей, вы все, взв­ое­те от сол­д­атс­кой пи­щи. А «дом­аш­няя жрат­ва», вам во сне бу­дет сн­ит­ь­ся. Од­н­ако не хо­чу за­б­егать впер­ед.
Ва­л­ент­ин за­мет­ил, что Сер­гей ос­тав­ил свою фу­фай­ку.
- Сер­ега, на­фи­га те­бе фу­фай­ка? Лиш­н­ий груз. Вы­бра­сы­вай ее.
- Жал­ко Ва­л­ент­ин вы­бра­сы­вать. Она сов­ер­шен­но но­в­ая, - Сер­гей ак­к­ур­ат­но спрят­ал фу­фай­ку в рюк­з­ак.
- Ну, за­ч­ем те­бе, Сер­ега, цент­ре Сред­н­ей Азии, в пу­ст­ыне фу­фай­ка? – хо­хот­ал Ва­л­ент­ин. – Мы уже пять дн­ей едем и все жар­че ста­нов­ит­ся… Как хо­чешь. Тв­ое де­ло.
Сер­гей из вс­ех ве­щей, из­б­ав­ил­ся от стар­ого, мес­та­ми за­терт­ого сви­т­е­ра.
Пое­зд иног­да про­ез­жал у са­мой гра­ни­цы. Вс­его лишь в нес­коль­ких мет­рах, вд­оль жел­ез­н­о­дор­ож­н­ого по­л­от­на прот­я­нул­ся за­б­ор из кол­ю­ч­ей пров­о­л­оки. В мет­рах трех­с­от, даль­ше сто­ял еще один та­кой же за­б­ор, за ним еще трет­ий за­б­ор, за кот­о­р­ым по­блес­ки­вал на солн­це шир­ок­ая ре­ка.
- Па­ца­ны, ви­ди­те? Это на­зы­ва­ет­ся гра­ни­ца на зам­ке, - ска­зал Ва­л­ент­ин.
Ми­мо про­хо­дил Ко­ля серж­ант.
- То­в­ар­ищ серж­ант, а как эта ре­ка на­зы­ва­ет­ся? – спро­сил Ва­л­ент­ин.
- Это Аму­да­рья. За ре­кой уже Аф­га­нис­тан, - охот­но поя­с­н­ил серж­ант.
- Ни­ч­его се­бе! – зак­ри­ч­ал Ва­л­ент­ин и бук­валь­но пол­н­о­стью вы­лез в ок­но ку­пе, гро­зя пол­н­о­стью вы­ва­л­ит­ь­ся нар­ужу, на по­ка еще на­шу терр­ит­ор­ию.
Все при­ник­ли к ок­н­ам, вг­ля­ды­ва­ясь в нез­нак­омую чу­жую зем­лю. Сколь­ко не вг­ля­ды­ва­л­ись, ни­ч­его стран­н­ого или нео­б­ыч­н­ого они не ув­и­де­ли. Зем­ля и пу­ст­ы­ня так­ие же, как и на на­шей стор­оне.
Чер­ез час пое­зд на­ч­ал плав­но прит­ор­ма­жи­вать, по­ка со­в­с­ем не ос­та­нов­ил­ся.
Пое­зд с при­зыв­н­и­к­ами сто­ял, про­пус­кая вс­треч­н­ые сос­та­вы. Ми­мо про­хо­ди­ли то­в­ар­н­ые и пас­с­ажир­с­кие пое­з­да. Вот мед­л­ен­но прот­я­ну­ли це­л­ый сос­тав с БМПеш­к­ами и БТ­Ра­ми, ис­кал­е­чен­н­ыми вой­ной. Изу­ро­до­в­ан­н­ые ми­на­ми и сн­ар­я­да­ми. У мн­огих в борт­ах зия­ли зак­оп­ч­ен­н­ые, рва­ные ды­ры – смер­т­ель­ные ра­ны кот­ор­ые смог­ли убить эти бро­нир­о­в­ан­н­ые ма­ши­ны.
Па­ца­нам ста­ло не по се­бе. На тех­н­ику бы­ло горь­ко смот­реть. Ведь ког­да-то она бы­ла це­лой, кра­си­вой и уст­ра­ша­ю­щей. Те­перь бро­не­тех­н­ика на от­к­ры­тых плат­фор­мах стоя­ла жалк­ая и сов­ер­шен­но бес­по­л­ез­н­ая. Об­гор­ев­шая, с разв­ор­о­чен­н­ыми гу­се­ни­ца­ми, смят­ые в ле­пеш­ку баш­ни, на нек­от­ор­ых да­же баш­ни от­с­утс­тво­в­а­ли, воз­мож­но, их сор­ва­ло взры­ва­ми.
Рав­н­о­душ­н­ые, пос­т­оян­но го­л­од­н­ые жер­н­о­ва этой неи­з­в­ест­ной и тай­ной вой­ны, кот­о­р­ая шла в Аф­га­нис­тане, лег­ко заг­лот­н­у­ла всю эту во­ен­н­ую тех­н­ику. Без­жа­лост­но пе­ре­же­вав, раз­мо­л­от­ив сталь­ны­ми чел­ю­с­тя­ми, выплю­ну­ли жалк­ие ос­тат­ки.
В ва­гоне пов­ис­ла на­пря­жен­н­ая ти­ши­на.
- Ни­ч­его се­бе, сколь­ко бас­ма­чи на­шей тех­н­ики по­жг­ли, - при­свист­н­ул Ва­л­ент­ин.
- А я ду­мал, что в Аф­гане на­ши сол­д­аты до­ма стро­ят и по суб­б­от­н­и­к­ам гор­о­да озе­л­е­ня­ют, - ска­зал Сер­гей.
- От­к­у­да ты это взял? – спро­сил Анд­р­ей.
- Как от­к­у­да. По тел­еку, в «Слу­жу Сов­етс­ко­му Сою­зу» как-то пок­а­зы­ва­ли.
- Эти пок­ажут те­бе прав­ду, - хмык­н­ул Анд­р­ей.
- Ви­дишь, вы­хо­дит да­же дер­е­в­ья опас­но в Аф­гане са­жать, - до­бав­ил Ва­л­ент­ин.
- Ви­жу, - сог­ла­сил­ся Сер­гей.
Все па­ца­ны то­го вре­ме­ни лю­б­и­ли смот­реть ура – пат­ри­от­и­ч­ес­кие филь­мы о Граж­д­анс­кой или Ве­ли­кой От­е­чес­твен­ной войне. Ре­бя­та са­ми мечт­а­ли, как в ки­но быть разв­ед­ч­и­к­ами, лет­ч­и­к­ами, мор­я­к­ами или танк­ис­та­ми. Жал­е­ли, что сей­час нет ник­акой вой­ны. Уж, они то пок­а­за­ли вра­гам. Как в ки­но, лег­ко раз­дел­а­л­ись со вс­еми фа­шис­та­ми или бас­ма­ч­ами.
Но ок­а­зал­ась вой­на уже на­ч­ал­ась. Она раз­гор­ал­ась со­в­с­ем ря­дом с гра­ни­цей СССР. Вой­на ти­хая и скры­тая, о кот­орой ни­к­то ни­ч­его толк­ом не зн­ал. Ес­ли про Аф­га­нис­тан что-то пи­са­ли в прес­се, то все на­пи­сан­н­ое вы­хо­ди­ло под силь­ной цен­з­урой. Сов­етс­кие лю­ди уз­на­ва­ли ед­ва сот­ую часть, то­го, что там за ре­кой дей­стви­т­ель­но прои­с­х­о­ди­ло.
В прош­лом го­ду, лет­ом Сер­гей ви­дел по­хо­р­о­ны пар­ня, кот­ор­ого при­в­ез­ли из Аф­га­нис­та­на.
Он жил в со­сед­н­ем подъ­ез­де. Как его зва­ли, Сер­гей не пом­н­ил. Ча­сто ви­дел пар­ня во дво­ре. Па­р­ень с кра­си­вым ли­цом, вы­с­ок­ий, на­ка­ч­ан­н­ый. Очень нрав­ил­ся мест­н­ым дев­ч­он­к­ам. Пот­ом его приз­ва­ли в ар­мию. А чер­ез год при­в­ез­ли в гро­бу.
Гроб со­пров­ож­д­ал силь­но за­гор­е­л­ый ка­пит­ан и шес­те­ро сол­д­ат.
От во­енк­ом­ата вы­де­ли­ли во­ен­н­ый ор­к­естр и борт­овой ЗИ­Л­ок, бор­та кот­ор­ого обт­я­ну­ли чер­ной тка­н­ью.
Ка­пит­ан, с устав­ши­ми гла­за­ми ок­а­зал­ся нер­аз­гов­ор­чи­вым. На все во­про­сы, о смер­ти сол­д­ата от­ве­чал од­н­оо­браз­но:
- По­гиб, вып­ол­няя го­су­дарс­твен­н­ое за­д­а­ние.
Поз­же ста­ло из­в­ест­но, что слу­жил па­р­ень в строй­ба­те. Строи­ли ка­кой-то объ­ект. Бан­д­иты их обс­тре­л­я­ли. Кто-то успел спрят­ать­ся, ко­го-то ра­ни­ли, а пар­н­иш­ке не по­в­е­з­ло. У него серд­це на­хо­ди­л­ось в пра­вой ча­сти гру­ди. Он в строй­бат и по­пал по этой при­ч­ине. Вот ту­да пу­ля и по­па­ла. Пря­мо в серд­це.
Иг­рал во­ен­н­ый ор­к­естр. Жен­щи­ны в чер­н­ом плак­а­ли.
- Как же, вы, на­ших па­ца­нов не сбер­ег­ли? – неи­з­в­ест­но, у ко­го спро­сил один из му­жи­к­ов. – Это на­ши де­ти…
Ка­пит­ан мол­ч­ал, толь­ко жел­ва­ки на ску­л­ах пер­е­к­ат­ы­вал. Что он мог этим граж­д­анс­ким объ­яс­н­ить. Все рав­но ни­ч­его не пой­мут. Здесь, уже ник­ак­ие сло­ва не по­мо­гут.
У гро­ба гром­ко ры­да­ла мать:
- За­ч­ем вы, сы­ноч­ка мое­го, в этот прок­лят­ый Аф­га­нис­тан пос­л­а­ли? Сгу­би­ли пар­ня… Мне Ко­с­тик, ни­ч­его не пи­сал за Аф­га­нис­тан. Я ду­ма­ла, что сы­нок в Ка­захс­тане слу­жит…
Вот так, в пер­вый раз Сер­гей уз­н­ал обор­от­н­ую стор­о­ну вой­ны в Аф­га­нис­тане