Николай Шахмагонов - Незаслуженная награда
***РАСС­КА­ЗЫ О СОВ­ЕТС­КИХ ВОО­РУЖЁН­Н­ЫХ СИ­Л­АХ***
НЕ­ЗА­СЛУЖЕН­Н­АЯ НАГРА­ДА
Расс­каз
С то­го са­мо­го мо­мен­та, как на­ч­аль­ник по­гра­нич­н­ого от­р­я­да, вы­с­ок­ий стат­н­ый пол­к­ов­н­ик, кот­ор­ый спе­ци­аль­но при­б­ыл на за­ста­ву по слу­чаю вру­че­ния го­су­дарс­твен­н­ых на­град, прик­ре­пил к ки­т­е­лю еф­ре­йто­ра Вла­д­им­и­ра Хох­ло­ва ор­д­ен Крас­ной Звез­ды, мл­ад­ш­его серж­ан­та Ми­хаи­ла Кры­ло­ва не пок­и­да­ло гне­т­ущее чувс­тво от соз­на­ния неле­по­с­ти то­го, что прои­з­ош­ло.
Вот уже и Хох­лов вер­н­ул­ся на своё ме­с­то в строй, вы­тя­нут­ый на бет­он­ной пло­щад­ке вд­оль зда­ния по­гран­з­аста­вы. Вот и его, Кры­ло­ва, выз­ва­ли к пок­ры­то­му крас­ной ма­тер­ией сто­лу, прик­о­л­о­ли к ки­т­е­лю ме­даль «За от­л­и­ч­ие в ох­ране го­су­дарс­твен­ной гра­ни­цы СССР», поз­драв­и­ли, по­же­л­а­ли успе­хов в служ­бе, а он всё не мог вый­ти из оце­пе­не­ния, и в го­л­ове неот­с­туп­но вер­т­ел­ся во­прос: «Неу­же­ли ник­ому не из­в­ест­но, как всё бы­ло на са­мом де­ле?»
По-свое­му рас­це­нив сос­тоя­ние мл­ад­ш­его серж­ан­та, на­ч­аль­ник по­гран­з­аста­вы стар­ший лей­те­н­ант Нес­тер­ов теп­ло, одоб­р­яю­ще улыб­н­ул­ся ему, а пот­ом звон­ко, от­р­ыви­с­то ском­ан­д­о­в­ал:
– Воль­но! Р-ра­зой­дись!
И тот­ч­ас лоп­н­у­ла тор­жес­т­вен­н­ая ти­ши­на, рас­ко­л­о­ли её ве­сё­л­ые, ра­д­ост­н­ые го­л­о­са по­гра­нич­н­и­к­ов. Все бро­си­л­ись поз­драв­л­ять на­граж­д­ён­н­ых и, ко­неч­но, в первую очер­едь Хох­ло­ва, нем­нож­ко рас­тер­ян­н­ого, сму­щён­н­ого, украд­кой ко­сив­ше­го гла­за­ми на свер­к­аю­щий эм­а­лью ор­д­ен. И лишь Кры­лов не мог за­став­ить се­бя по­дой­ти к нему, что­бы ис­кренне, как все ос­таль­ные, по­жать ру­ку, не мог, пот­ому что один, толь­ко он один из вс­ех зн­ал, как на са­мом де­ле прои­с­х­о­ди­ла сх­ват­ка на гра­ни­це, за кот­орую они те­перь на­граж­д­е­ны, и был увер­ен: Хох­лов на­г­ра­ду не за­слу­жил.
…В том па­мят­н­ом для них по­гра­нич­н­ом нар­я­де Ми­ха­ил Кры­лов, кот­ор­ого не­за­д­ол­го до то­го на­зн­а­ч­и­ли ком­ан­д­ир­ом от­д­е­л­е­ния, был стар­шим. Хох­лов, поск­оль­ку слу­жил в дру­гом от­д­е­л­е­нии, впер­вые ок­а­зал­ся в его под­ч­и­не­нии и, очев­ид­но, не слишк­ом ра­д­о­в­ал­ся это­му: смот­рел от­ч­уж­д­ён­но, на во­про­сы от­ве­чал од­н­ос­лож­но.
Кры­лов не­доу­ме­вал, ведь дру­жи­ли они со школь­ной ска­мьи, вме­с­те ре­ши­ли ид­ти слу­жить в по­гра­нич­н­ые войс­ка и до­би­л­ись на­зн­а­ч­е­ния на од­ну по­гра­нич­н­ую за­ста­ву. В школь­ные го­ды к раз­молв­ке не прив­е­ла да­же су­щес­твен­н­ая при­ч­и­на – они бы­ли влюб­л­е­ны в од­ну дев­ч­он­ку. А тут?! Впро­чем, тог­да тр­ив­иаль­ный треу­голь­ник не пол­у­чил­ся. Та дев­ч­он­ка пред­по­ч­ла Кры­ло­ва. Хох­лов же смир­ил­ся, и ско­ро ис­чез хо­л­о­док, кот­ор­ый уже на­ме­чал­ся в их от­н­оше­ни­ях. Кры­лов по­на­ч­а­лу ощу­щал нек­от­орую не­лов­к­ость, но её рас­с­ея­ла Нат­аша, зая­вив, что пер­ед ней и во­про­са не стоя­ло, ко­му от­д­ать серд­це. Да и Хох­лов со­в­с­ем пер­ес­т­ал об­ра­щать на неё вни­ма­ние. Не вспо­ми­нал он о ней и во вре­мя служ­бы на гра­ни­це. Да и от­н­оше­ния с Кры­ло­в­ым бы­ли са­мим дру­жес­к­ими, тёп­лы­ми, но лишь до на­зн­а­ч­е­ния Ми­хаи­ла стар­шим нар­я­дом. Во вс­як­ом слу­чае, Кры­лов преж­де не мог за­мет­ить ни­ч­его по­до­зри­т­ель­но­го. А здесь вд­руг что-то пер­еме­ни­л­ось…
Они выш­ли на доз­ор­н­ую тро­пу под ут­ро. Всю ночь сы­пал­ась с не­ба жёст­к­ая кру­па, пор­ы­вы силь­но­го вет­ра бро­са­ли её в ок­на, дре­без­жа­ли стёк­ла, и бы­ло от это­го трев­ож­н­ого их дре­без­жа­ния как-то неу­ют­но, и по­че­му-то имен­но в ту ночь осо­бен­но не хо­т­е­лось ухо­дить в бу­шу­ю­щую кру­гов­ерть. Но служ­ба есть служ­ба. Они мол­ча вы­бра­л­ись на маршр­ут, мол­ча дви­ну­лись по за­ме­тён­ной лыжне вд­оль конт­роль­но-сле­до­вой по­л­о­сы, тща­тель­но осматр­и­вая каж­д­ый шаг пу­ти. Мор­оз всё силь­нее по­щи­пы­вал ще­ки, хват­ал за кон­ч­ик но­са, со вс­ех стор­он обс­ту­па­ла непр­о­ни­цае­мая, свет­ло-се­р­ая пе­л­е­на.
Кры­лов пер­вым за­мет­ил нел­ад­н­ое, ос­та­нов­ил­ся. В ша­ге от него на конт­роль­но-сле­до­вой по­л­о­се вид­н­е­лось как­ое-то углуб­л­е­ние в сн­егу. При­сел на карт­оч­ки, при­смот­рел­ся пов­ни­ма­тель­нее. Поо­даль за­мет­ил ещё од­ну поч­ти за­ме­тён­н­ую лун­ку, за­тем ещё.. По­смот­рел в тыл – там бы­ло что-то по­хо­жее.
«Уж не сле­ды ли за­ме­тён­н­ые? – по­ду­мал и, при­г­ля­дев­шись вни­ма­тель­нее, по­нял: – Да, это сле­ды!»
Вс­тал, обер­н­ул­ся к Хох­ло­ву, мол­ча ук­а­зал на лун­ки. Тот приб­л­и­зил­ся и спро­сил с трев­о­гой:
– Что это?
– След…
– Чей? Мо­жет, зв­ерь?
Кры­лов не от­в­е­т­ил. Он и сам сом­н­е­вал­ся. Удив­и­т­ель­но бы­ло, что нар­уш­и­т­ель пол­ез чер­ез су­г­ро­бы не на лы­жах. Впро­чем, ос­тавь он лыж­ню, сом­н­е­ний не бы­ло бы во­в­се. Ну а зв­ерь? Вр­яд ли зв­ерь в так­ую пур­гу дви­нет­ся в даль­ний путь по от­к­ры­то­му, про­ду­вае­мо­му со вс­ех стор­он по­лю, скор­ее уж пер­еж­д­ёт непо­го­ду где-то в ти­х­ом ме­с­те. След же наи­с­кось пер­е­се­к­ал конт­роль­но-сле­до­в­ую по­л­о­су, и ли­бо тя­нул­ся из ов­ра­га, что на на­шей терр­ит­ор­ии, ли­бо вёл с со­п­ре­дель­ной стор­о­ны в тот са­мый ов­раг. Од­н­им слов­ом, воз­н­ик­ло мн­ого во­про­сов, ре­шать кот­ор­ые предс­тоя­ло немед­л­ен­но, поч­ти мг­нов­ен­но.
– Что же бу­дем дел­ать? – спро­сил Хох­лов.
– Преж­де вс­его, до­л­ожу на за­ста­ву, – ре­ши­т­ель­но зая­вил Кры­лов.
Де­жур­н­ый по за­ста­ве, при­няв со­об­ще­ние, пе­ре­сп­ро­сил:
– Так в как­ом же на­прав­л­е­нии про­шёл пред­по­ла­гае­мый нар­уш­и­т­ель?
– Пы­та­юсь разо­брать­ся, – от­в­е­т­ил Кры­лов. – Очень силь­но за­ме­те­ны сле­ды.
Труб­ку взял на­ч­аль­ник за­ста­вы, спро­сил:
– Ва­ше ре­ше­ние?
Кры­лов увер­ен­но до­л­ожил:
– Ви­жу один вы­ход – ид­ти по сле­ду в тыл и вы­яс­н­ить, кем он ос­тав­л­ен.
– Ре­ше­ние прав­иль­ное. Дей­ствуй­те! – одоб­рил на­ч­аль­ник за­ста­вы.
Кры­лов за вре­мя служ­бы хор­ошо изу­чил мест­н­ость, мог и в так­их слож­н­ых услов­иях ор­иент­ир­о­в­ать­ся на ней. Мысль о том, что нар­уш­и­т­ель на­прав­ил­ся к ов­ра­гу, что­бы чер­ез него до­брать­ся до шос­се, кот­ор­ое ве­дёт в круп­н­ый на­се­л­ён­н­ый пункт, воз­н­ик­ла сра­зу, ед­ва он оп­ре­де­лил на­прав­л­е­ние це­поч­ки еле за­мет­н­ых лу­нок. Да, це­поч­ка ве­ла к ов­ра­гу, те­ни­с­то­му лет­ом, а сей­час за­ме­тён­н­ому сн­егом. До него – мет­ров три­с­та, а до то­го ме­с­та, где он бл­иже вс­его под­х­о­дил к шос­се – ки­ло­мет­ра три.
«А что ес­ли на­пер­ер­ез, к шос­се, и там вс­трет­ить? – раз­мыш­лял он. – На лы­жах-то быстр­ее... А ес­ли нар­уш­и­т­ель из­б­ер­ёт дру­гой путь или за­д­ума­ет от­с­и­деть­ся в ов­ра­ге?»
Ко­л­о­сов от­ор­вал от мысл­ей, ска­зав с не­тер­пе­ни­ем:
– Ре­шай же что-ни­б­удь. По­ра пресл­е­до­в­ать, ведь на­ч­аль­ник за­ста­вы ре­ше­ние тв­оё одоб­рил.
– Я пой­ду по сле­ду, – ре­шил Кры­лов. – Ты же пря­мик­ом к до­ро­ге. Зат­аись и, ес­ли поя­вит­ся, за­д­ер­жи. Смо­жешь один?
– А ко­неч­но, че­го там, – с нек­от­орой бра­ва­дой от­в­е­т­ил Хох­лов, но и бра­ва­да не мог­ла скрыть трев­оги, скво­зив­шей у него в го­л­о­се.
Кры­лов по­до­шёл бл­иже, пы­та­ясь раз­г­ля­деть ли­цо то­в­ар­ища. Но тот от­вер­н­ул­ся, де­л­ая вид, что зак­ры­ва­ет­ся от вет­ра, и ска­зал:
– Ну, я по­шёл!
– Уда­чи те­бе, Во­л­о­дя! – с чувс­твом про­гов­ор­ил Кры­лов и, попр­ав­ив лы­жи, по­шёл по сле­ду.
В ов­ра­ге бы­ло ти­хо. Ту­да не за­д­у­вал ве­тер, и сле­ды за­ме­ло мень­ше. Они ста­нов­и­л­ись с каж­д­ым ша­гов всё от­ч­ёт­ли­в­ее, и Кры­лов по­нял, что не ошиб­ся: сле­ды при­надл­ежа­ли че­лов­еку, кот­ор­ый на­прав­л­ял­ся вглубь на­шей терр­ит­ор­ии.
Кры­лов ускор­ил шаг, хо­тя пер­е­дви­гать­ся по ов­ра­гу бы­ло нел­ег­ко. Успок­аи­ва­ло од­но: нар­уш­и­т­е­лю без лыж ещё труд­н­ее, а, сле­до­в­а­тель­но, дог­нать его мож­но вполне. Но толь­ко по­ду­мал так, сле­ды из­ме­ни­л­ись – пот­я­ну­лись две про­дол­го­в­ат­ые лож­б­ин­ки. Нар­уш­и­т­ель вс­тал на лы­жи, кот­ор­ые ли­бо при­нёс с со­бой, ли­бо взял из тай­ни­ка в ов­ра­ге. Кры­лов по­нял: рас­чёт дел­ал­ся на то, что в так­ую ме­тель сле­ды бу­д­ут за­ме­те­ны и их спут­ают со сле­да­ми зв­еря. Пот­ому, вер­оят­но, и по­шёл нар­уш­и­т­ель на­пря­мик по от­к­ры­той мест­н­о­с­ти, вы­брав про­ме­жут­ок меж­ду дви­же­ни­ем по­гра­нич­н­ых нар­я­дов.
Кры­лов осмот­рел­ся, пы­та­ясь оп­ре­де­лить, где мог­ли быть спрят­а­ны лы­жи, но ку­да там – всё вок­руг за­ме­те­но. Вер­оят­но, нар­уш­и­т­ель при­нёс лы­жи с со­бой…
Про­дол­жил пресл­е­до­в­а­ние, те­перь уже бес­пок­оясь, что не успе­ет дог­нать нар­уш­и­т­е­ля до дор­оги. Ос­та­ва­лось на­д­еять­ся на то, что Хох­лов су­ме­ет рань­ше вый­ти на вер­оят­н­ое на­прав­л­е­ние дви­же­ния нар­уш­и­т­е­ля и зай­мёт вы­год­н­ую по­зи­цию.
Сом­н­е­ния в том, прав­иль­но ли сдел­ал, что пос­л­ал Хох­ло­ва к до­ро­ге, а в пресл­е­до­в­а­ние от­прав­ил­ся один, прош­ли лишь от­ч­а­сти. Те­перь, ког­да ста­ло яс­но, что нар­уш­и­т­ель идёт к до­ро­ге ов­ра­гом, он жал­ел, что не по­шёл к до­ро­ге сам: «Вы­дер­жит ли Во­л­о­дя? Справ­ит­ся ли?»
Ов­раг сдел­ал кру­той пов­о­р­от. Те­перь предс­тоя­ло под­н­ять­ся по его ск­ло­ну, кот­ор­ый чуть даль­ше пер­е­хо­дил в от­р­ыви­с­тый, поч­ти от­вес­н­ый. Кры­лов стал про­бир­ать­ся чер­ез куст­ар­н­ик, не упус­кая лыж­ню из ви­ду. И вд­руг из-за дер­е­ва мет­н­ул­ась тень ему на­пер­ер­ез. Кры­лов сдёр­н­ул с пле­ча авт­ом­ат, но в сле­ду­ю­щее мг­нов­е­ние услы­шал знак­омый го­л­ос:
– Стой! – и тут же разо­чар­о­в­ан­н­ое: – А это ты…
Сцен­ка по­че­му-то пок­а­зал­ась фаль­ши­вой. Фаль­ши­вым был и сле­ду­ю­щий во­прос. Ко­л­о­сов не мог не ви­деть лыж­ни и удив­ил во­про­сом:
– А где же нар­уш­и­т­ель? Ты его дог­нал? Мо­жет, он свер­н­ул в стор­о­ну.
Кры­лов рез­ко от­в­е­т­ил:
– Ты что, не ви­дишь? Вот ведь лыж­ня…
– Он же не на лы­жах был… Он же пешк­ом… Что я, сле­ды не пом­ню, те, что на конт­роль­но-сле­до­вой? – за­ч­ем-то гов­ор­ил Ко­л­о­сов.
– Он вс­тал на лы­жи в ов­ра­ге, – не­дов­оль­но поя­с­н­ил Кры­лов и тут же прик­а­зал: – За мной! Пресл­е­ду­ем!
Нек­ог­да бы­ло ду­мать над тем, что прои­з­ош­ло, и по­че­му Ко­л­о­сов не бро­сил­ся по сле­ду сам, об­н­ар­ужив лыж­ню. Он не мог не по­нять, что это лыж­ня ос­тав­л­е­на нар­уш­и­т­ел­ем, поск­оль­ку след Кры­ло­ва, ес­ли бы он успел здесь прой­ти, не был бы так за­ме­тён, да и не мог он успеть, ведь Хох­лов шёл на­пря­мик… Обо вс­ём этом Кры­лов за­д­умал­ся уже позд­н­ее, ког­да ок­а­за­лось дос­тат­оч­но вре­ме­ни…
След пер­е­сёк дор­огу и уг­лу­бил­ся в лес, где стал ещё бол­ее за­ме­тен. Про­ез­жая часть бы­ла за­не­се­на. Вид­но, ма­ши­ны пос­ле на­ч­а­ла ме­те­ли здесь уже не про­хо­ди­ли. Не успел ещё при­б­ыть сю­да и вез­де­ход с трев­ож­ной груп­пой.
– По­жи­в­ей! – крик­н­ул Кры­лов, за­мет­ив, что Ко­л­о­сов от­с­та­ёт. – Да что ты всё во­зишь­ся с авт­ом­ат­ом? – сер­д­ито при­б­ав­ил он, услы­шав кла­ца­н­ье за­тво­ра.
– Зае­ло! – бурк­н­ул Ко­л­о­сов.
– А ну, дай! – по­т­ре­бо­в­ал Кры­лов и прот­я­нул ру­ку.
Он быст­ро уст­ра­нил неи­спр­ав­н­ость, вер­н­ул авт­ом­ат и бро­сил на­зи­да­тель­но:
– Ору­жие на­до луч­ше знать! Пе­ре­к­ос патр­о­на… За­ч­ем ты его?..
Он не до­гов­ор­ил, пот­ому что обо­жг­ла до­гад­ка: «Неу­же­ли Ко­л­о­сов ви­дел нар­уш­и­т­е­ля, но ког­да пер­е­дёр­ги­вал за­твор, у него слу­чил­ся пе­ре­к­ос и он… Нет, не мо­жет быть, не мо­жет быть, – прог­нал он от се­бя эти мыс­ли, но тут же по­ду­мал: – По­че­му же нар­уш­и­т­ель имен­но здесь из­ме­нил на­прав­л­е­ние дви­же­ния? Вон как лыж­н­ый след из­ог­нул­ся…»
И опять не бы­ло вре­ме­ни для раз­ду­мий. След вёл к прис­т­ан­ци­он­н­ому по­сёл­ку. Там нар­уш­и­т­ель мог лег­ко за­тер­ять­ся.
Пер­е­сек­ли лес, сн­о­ва выш­ли в по­ле.
– Сти­ха­ет ве­тер, – ска­зал Кры­лов, пол­уо­бер­н­ув­шись.
Ему важ­но бы­ло ви­деть, не от­с­тал ли Хох­лов. Тот шёл, тя­же­ло ды­ша, авт­ом­ат болт­ал­ся на гру­ди, ме­шая дви­же­нию. Кры­лов за­б­ро­сил свой за спи­ну. Хо­т­ел по­сов­ет­о­в­ать и Хох­ло­ву сдел­ать то же са­мое, да раз­ду­мал: «Пусть. Мо­жет, так ему спо­кой­нее».
Впер­е­ди пок­а­зал­ась неглу­бок­ая бал­ка, за­р­ос­шая мелк­им куст­ар­н­ик­ом. На дне её Кры­лов за­мет­ил что-то тём­н­ое. Это что-то шев­е­ли­л­ось.
«Нар­уш­и­т­ель!» – по­нял он и бро­сил­ся впер­ёд, на хо­ду стя­ги­вая авт­ом­ат.
Но не успел взять его бое­в­ое по­л­оже­ние, как услы­шал резк­ий ок­рик:
– Ещё дви­же­ние и стре­ляю!
Кры­лов на мг­нов­е­ние за­мер, за­тем сдел­ал шаг впер­ёд, не спус­кая глаз с под­н­ят­ого и нав­е­дён­н­ого на него пис­тол­ета. Спо­кой­ным, твёр­д­ым го­л­о­сом про­из­н­ёс:
– Вы об­н­ар­уже­ны, рай­он оцеп­лен, со­прот­ив­л­е­ние бес­по­л­ез­но.
– Не под­х­о­ди! – от­р­е­зал нар­уш­и­т­ель.
Кры­лов вс­ки­нул авт­ом­ат, и тут же про­гре­мел вы­стрел. Па­д­ая, он услы­шал за спи­ной дл­ин­н­ую авт­ом­ат­н­ую очер­едь. При­под­н­ял­ся на ру­к­ах и ув­и­дел опрок­и­нув­ше­го­ся на­вз­н­ичь нар­уш­и­т­е­ля. Он ле­жал без дви­же­ний, а чуть в стор­оне чер­н­ел вы­бит­ый из рук пис­тол­ет. Ос­т­рая боль прон­з­и­ла те­ло, и Кры­лов рух­н­ул в сн­ег, по­т­ер­яв соз­на­ние.
Оч­н­ул­ся в гос­пит­а­ле. Пер­вым его на­в­е­с­тил Хох­лов.
– Нас предс­тав­и­ли к на­г­ра­д­ам, – со­об­щил он пос­ле то­го, как справ­ил­ся о са­мо­чув­ствии, и расс­ка­зал о том, что нар­уш­и­т­ель убит в пер­ес­трел­ке.
– К на­г­ра­д­ам? За что? – удив­ил­ся Кры­лов.
– Как за что? Мы же вып­ол­н­и­ли за­д­а­чу Да... Я на­пи­сал Нат­аше, что… ты ра­нен.
– За­ч­ем?
– Чтоб не бес­пок­ои­л­ась… Те­бя же жд­ёт ку­ча пи­сем от неё.
– Хо­т­ел, да вот, по­ни­ма­ешь, за­б­ыл…
– А что за нар­уш­и­т­ель? От­к­у­да он?
– Кто ж его зна­ет?
– Вот ви­дишь! На­до бы­ло жи­вым брать, – ска­зал Кры­лов.
– Ка­кой там, жи­вым. Он ведь чуть бы­ло те­бя не уг­ро­хал. Хо­т­ел до­бить, но я его сра­зу, на­по­в­ал. Ув­и­дел, как ты па­д­аешь, ну и… Раз­ду­мы­вать бы­ло нек­ог­да!
Кры­лов пы­тал­ся со­пос­т­ав­ить расс­каз Хох­ло­ва с тем, что успел за­мет­ить до то­го, как по­т­ер­ял соз­на­ние. Что-то не сов­па­д­а­ло. Он си­л­ил­ся вспом­н­ить, но Хох­лов ме­шал со­сре­дот­о­чит­ь­ся, расс­ка­зы­вая пос­л­ед­н­ие нов­о­с­ти. Кры­лов да­же не по­ин­т­ер­е­с­о­в­ал­ся, как­ие на­г­ра­ды их ожи­да­ют, пот­ому что всё вре­мя хо­т­ел за­д­ать Хох­ло­ву щек­от­ли­вый во­прос: ви­дел ли тот нар­уш­и­т­е­ля до пер­е­се­че­ния с дор­о­гой, ког­да вы­шел ему на­пер­ер­ез, и по­че­му по­н­а­д­о­би­л­ось пер­е­дёр­ги­вать за­твор? Не за­д­ал, по­ни­мая, что тот не от­в­е­т­ит ни за что. Единс­твен­н­ый сви­де­тель – сам нар­уш­и­т­ель – был мёртв. И тут вспом­н­ил­ась увер­ен­н­ость нар­уш­и­т­е­ля, с кот­орой тот кри­ч­ал: «Ещё дви­же­ние и стре­ляю!» По­че­му он счёл, что мо­жет ис­пу­гать, за­став­ить ос­та­нов­ит­ь­ся и уй­ти от пресл­е­до­в­а­ния?
А Хох­лов про­дол­жал гов­ор­ить без умол­ку, слов­но ста­р­аясь не дать воз­мож­н­о­с­ти за­д­ать ему ка­кой-то опас­н­ый для него во­прос. И Кры­ло­ву по­че­му-то ка­зал­ся тон нем­н­ого заи­с­ки­ва­ю­щим. Уже пер­ед ухо­дом Ко­л­о­сов прот­я­нул га­зе­ту, ви­но­в­ато поя­с­н­ив:
– Вот, кста­ти, чуть не за­б­ыл… Здесь о нас…
– Хор­ошо, спа­си­бо, пот­ом по­чит­аю, – ска­зал Кры­лов, об­рат­ив вни­ма­ние на за­го­л­о­в­ок: «По зак­о­н­ам му­жест­ва».
– По­чит­ай, по­чит­ай – за­к­и­вал Ко­л­о­сов и при­б­ав­ил ос­тор­ож­но: – Прав­да, кор­ре­сп­он­д­ент кое что на­пут­ал… Ну там, преу­ве­ли­ч­ил. Но, нав­ер­н­ое, так нуж­но для га­зе­ты?!
В ста­т­ье ок­а­за­лось всё не со­в­с­ем так, как бы­ло на са­мо де­ле. Кры­лов чит­ал и удив­л­ял­ся. В его ад­р­ес мн­ого тёп­л­ых слов, и оби­жать­ся, ка­за­лось, не на что. Но вот са­мо опи­са­ние за­д­ерж­а­ния удив­и­ло. Ни сло­ва о ре­ше­нии пре­гра­д­ить нар­уш­и­т­е­лю путь к до­ро­ге. Пол­у­ча­лось, что они с са­мо­го на­ч­а­ла ве­ли пресл­е­до­в­а­ние вме­с­те. Нес­коль­ко ис­ка­жен был и за­к­лю­ч­и­т­ель­ный эпиз­од.
«– Стой! Брось ору­жие! – ском­ан­д­о­в­ал стар­ший нар­я­да мл­ад­ш­ий серж­ант Ми­ха­ил Кры­лов.
В от­в­ет гря­нул вы­стрел, и мл­ад­ш­ий серж­ант рух­н­ул в сн­ег.
И тог­да в еди­но­борс­тво с опас­н­ым, ма­тё­р­ым прес­туп­н­ик­ом вс­ту­пил еф­ре­йтор Хох­лов. Он пы­тал­ся взять нар­уш­и­т­е­ля жи­вым, но тот со­прот­ив­л­ял­ся, от­с­тре­ли­вал­ся. Пу­ли сви­с­те­ли над го­л­овой по­гра­нич­н­ика. А ря­дом ис­те­к­ал кро­в­ью ра­не­ный то­в­ар­ищ. Его на­до бы­ло спа­сать. К то­му же Кры­лов за­ше­в­е­лил­ся, при­под­н­ял­ся на ру­к­ах, и нар­уш­и­т­ель на­прав­ил на него свой пис­тол­ет. Метк­ая очер­едь, пу­щен­н­ая Хох­ло­в­ым, пок­он­ч­и­ла с вра­гом, нар­уш­ив­шим Го­су­дарс­твен­н­ую гра­ни­цу СССР с чёр­н­ыми, ко­в­ар­н­ыми це­л­ями».
Кры­лов от­л­ожил га­зе­ту. Пря­мой непр­ав­ды в ста­т­ье не бы­ло. Но как-то не­хор­ошо ста­ло на ду­ше, ведь он по­нял: всё на­пи­са­но со слов са­мо­го Хох­ло­ва. Боль­ше нег­де бы­ло взять жур­н­а­л­ис­ту фак­ты.
А вс­ко­ре приш­ло пись­мо от Нат­аши, пись­мо, как вс­ег­да, неж­н­ое, тёп­лое и бодр­ящее. Од­н­ако и в нём он на­шёл стро­ки, удив­ив­шие его. Нат­аша вос­х­ищал­ась му­жес­т­вом Хох­ло­ва, кот­ор­ый, риск­уя жиз­н­ью, спас его, Кры­ло­ва. Об этом она про­чит­а­ла всё в той же га­зе­те, вы­рез­ку из кот­орой присл­ал ей Вла­д­им­ир. Кры­лов не мог по­нять сам по­че­му, но чит­ать эти стро­ки по­че­му-то бы­ло непр­ият­но. Что-то уни­зи­т­ель­ное по­чу­ди­л­ось ему в них, а точ­н­ее в том, что пи­са­ла на их ос­н­о­в­а­нии Нат­аша. Пол­у­ча­лось, что он, Кры­лов, прои­грал бой и что нар­уш­и­т­ель ок­а­зал­ся бол­ее соо­бра­зи­т­ель­ным, лов­к­им, сн­ор­ов­и­с­тым, что ес­ли бы не Хох­лов…
«Ес­ли бы не Хох­лов, – по­ду­мал Ми­ха­ил, – я бы дей­ство­в­ал ина­че, вый­дя один на один с нар­уш­и­т­ел­ем. На то и рас­чёт был, что ув­и­дев двух по­гра­нич­н­и­к­ов, он не дол­жен был стре­л­ять, а по­спе­шил бы сдать­ся. А ви­дел ли он Ко­л­о­со­ва? Шёл ли тот за мной сле­дом или пер­е­дви­гал­ся от укры­тия к укры­тию так, на вс­як­ий слу­чай…»
Что же те­перь ос­та­ва­лось Кры­ло­ву? Осуж­д­ать Хох­ло­ва? Но в чём? Как док­а­зать, что тот спа­со­в­ал в за­са­де, что нер­еши­т­ель­но дей­ство­в­ал в от­в­етс­твен­н­ый мо­мент? Впро­чем, по­че­му нер­еши­т­ель­но? Ведь, в ко­неч­н­ом счё­те, он ликв­и­дир­о­в­ал опас­н­о­го вра­га, кот­ор­ый, ви­ди­мо, не расс­чит­ы­вал на ми­л­о­сер­д­ие, ес­ли по­шёл на пер­ес­трел­ку с по­гра­нич­н­ым нар­я­дом.
Кры­лов пы­тал­ся пос­т­ав­ить се­бя на ме­с­то Ко­л­о­со­ва, пор­аз­мыш­лять, как бы дей­ство­в­ал он, слу­чись по­доб­н­ое?
И при­шёл к вы­во­ду: «Я бы по­шёл на за­д­ерж­а­ние да­же с неи­спр­ав­н­ым ору­жи­ем, про­с­то зат­аил­ся бы и на­пал вн­е­зап­но… Да ведь ина­че и нель­зя! За­д­ер­жать вра­га – вот глав­н­ое. Об ином ду­мать не мог!»
В гос­пит­а­ле Кры­лов прол­ежал дол­го. Его ча­сто нав­еща­ли то­в­ар­ищи, при­ез­жал и на­ч­аль­ник за­ста­вы. Всё подм­ы­ва­ло спро­сить у стар­ше­го лей­те­н­ан­та Нес­тер­о­ва, по­че­му поя­вил­ась в га­зе­те стат­ья с ис­ка­жён­н­ым опи­са­ни­ем со­бы­тий, неу­же­ли нель­зя бы­ло по­дож­д­ать, ког­да он, Кры­лов, стар­ший по­гра­нич­н­ого нар­я­да, расс­ка­жет о том, как бы­ло де­ло. Хо­т­е­лось по­де­лит­ь­ся свои­ми сом­н­е­ния­ми от­н­о­си­т­ель­но Ко­л­о­со­ва, ведь на­ч­аль­ни­ку за­ста­вы очень важ­но знать, на что спо­со­бен каж­д­ый из его под­ч­и­нён­н­ых, что и от ко­го мож­но ожи­дать.
Но Нес­тер­ов ни ра­зу не кос­н­ул­ся в раз­гов­о­ре то­го па­мят­н­ого нар­я­да. А пер­ед ухо­дом ска­зал:
– Вы с Ко­л­о­со­в­ым предс­тав­л­е­ны к на­г­ра­д­ам. Так что жди­те. Ско­ро со­с­то­ит­ся ук­аз.
Вот тут-то и поя­вил­ся пред­л­ог за­гов­ор­ить о Ко­л­о­со­ве, но как? Ска­зать, что тот не­до­с­то­ин на­г­ра­ды? А как же сам? Не­хор­ошо так. Ска­зать, что оба не­дос­той­ны – не про­зв­у­чит ли фаль­ши­во?
Пор­аз­мыс­лив, от­л­ожил раз­гов­ор до вы­пис­ки, как гов­ор­ит­ся, на пот­ом. По­ду­мы­вал и о том, что луч­ше вс­его вы­не­с­ти та­кой раз­гов­ор на ком­с­омоль­ское соб­ра­ние. Но вре­ме­ни на это не ок­а­за­лось…
Вы­пи­сал­ся Кры­лов, ког­да уже от­з­в­е­не­ла ка­пель, ста­ял сн­ег, и дер­е­в­ья пок­ры­лись све­жей зе­л­е­нью. Хох­лов вс­трет­ил его прив­ет­ли­во, со­об­щил о том, что то­же на­зн­а­ч­ен ком­ан­д­ир­ом от­д­е­л­е­ния и ско­ро вме­с­то од­ной еф­ре­й­торс­кой на­шив­ки, на по­гоне бу­д­ут две – мл­ад­ш­его серж­ан­та.
Он не от­х­о­дил от Кры­ло­ва весь ве­чер, ин­т­ер­е­с­о­в­ал­ся, как здор­о­в­ье, как за­жи­ва­ет ра­на. А Кры­лов, соск­у­чив­ший­ся по дру­зьям, по за­ста­ве хо­дил, не об­ра­щая вни­ма­ния на то, сколь фаль­ши­вы все эти во­про­сы. Не сра­зу по­нял, что Хох­лов бо­ит­ся от­с­тав­ить его нае­дине с дру­зья­ми…
А на сле­ду­ю­щий день на за­ста­ву прие­хал на­ч­аль­ник по­гра­нич­н­ого от­р­я­да. Де­жур­н­ый объ­явил пос­т­рое­ние в пар­ад­ной фор­ме на пло­щад­ке пер­ед вхо­дом в зда­ние. Прол­е­тел слух, что бу­дет вру­че­ние на­град.
В строй Кры­лов ста­нов­ил­ся с вол­н­е­ни­ем. Что-то трев­ожи­ло. Опа­сал­ся, что свер­шит­ся как­ая-то несп­рав­ед­лив­ость, что Ко­л­о­сов бу­дет от­ме­чен не по за­слу­гам, но да­же пред­по­л­ожить не мог, сколь вы­с­око тот бу­дет от­ме­чен.
И вот те­перь он, стоя в стор­он­ке и наб­лю­дая за тем, как то­в­ар­ищи поз­драв­л­я­ли Ко­л­о­со­ва – ор­д­ен не шут­ка. Гов­ор­ить о том, что слу­чи­л­ось в тот дал­ёк­ий уже зим­н­ий день, бы­ло позд­но. Да и как бы те­перь это выгл­я­де­ло? Оби­жен на то, что на­граж­д­ён ме­да­лью, а не ор­д­е­ном?
Так и не поз­драв­ив Ко­л­о­со­ва, Кры­лов пов­ер­н­ул­ся и мед­л­ен­но побр­ёл к вхо­ду в зда­ние за­ста­вы.
***---***
…Ко­л­о­сов, рас­с­еян­но при­ни­мая поз­драв­л­е­ния, ис­кал гла­за­ми Кры­ло­ва. Но тот ис­чез. То­в­ар­ищи что-то гов­ор­и­ли, что-то жел­а­ли, кто-то в шут­ку пред­ла­гал об­мыть ор­д­ен, чтоб не пос­л­ед­н­им был. Ко­л­о­сов же впер­вые со вс­ею ос­тро­той по­чувс­тво­в­ал не­лов­к­ость. Ор­д­ен слов­но ощу­щал­ся вс­ем те­лом, слов­но жёг рас­ка­л­ён­н­ым жел­е­з­ом, чер­ез пар­ад­н­ый мун­д­ир. Нуж­но бы­ло как-то реа­гир­о­в­ать, как-то вы­хо­дить из по­л­оже­ния… Спас­ло пос­т­рое­ние на обед.
Но и на обе­де про­дол­жал­ся празд­н­ик, пот­ому что обед по слу­чаю вру­че­ния на­град был празд­н­ич­н­ым. На сто­л­ах пир­оги, ис­пе­чён­н­ые спе­ци­аль­но к это­му дню, бут­ыл­ки с га­зир­о­в­ан­ной во­дой. Ра­зу­ме­ет­ся, в га­зир­ов­ке ор­д­ен и ме­даль об­мы­вать не ста­ли, но сн­о­ва бы­ли поз­драв­л­е­ния на­ч­аль­ни­ка за­ста­вы, зам­по­ли­та…
Лишь ве­чер­ом, пос­ле ком­ан­ды «От­бой» Ко­л­о­сов смог ос­тать­ся нае­дине с са­мим со­бой, со свои­ми мыс­л­ями.
За весь день он так и не об­молв­ил­ся ни еди­ным слов­ом с Ми­хаи­л­ом Кры­ло­в­ым. Тот из­б­егал вс­треч.
«А ведь он зна­ет, всё зна­ет или, во вс­як­ом слу­чае, до­га­д­ы­ва­ет­ся, как бы­ло на са­мом де­ле», – по­нял Ко­л­о­сов.
…До то­го са­мо­го дня ни Ко­л­о­со­ву, ни Кры­ло­ву не до­в­о­ди­л­ось участ­во­в­ать в за­д­ерж­а­нии нар­уш­и­т­ел­ей. Собс­твен­но, ни­ч­его удив­и­т­ель­но­го в этом не бы­ло – боль­шин­ству вои­нов по­гра­нич­н­и­к­ов и за всю служ­бу свою не уда­ва­лось вс­тре­чать­ся с те­ми, кто стре­мил­ся про­ник­н­уть на терр­ит­ор­ию Сов­етс­ко­го Сою­за с ко­в­ар­н­ыми це­л­ями. Уж ес­ли гра­ни­ца на зам­ке, так на зам­ке, и проч­н­ость это­го зам­ка пров­ер­ять вра­гу бы­ло бесс­мыс­лен­но.
Са­мое слож­н­ое – не расс­ла­б­ит­ь­ся в обс­та­нов­ке ви­ди­мо­го спо­кой­ствия. Враг, ко­неч­но, ник­ог­да не от­к­а­зы­вал­ся от сво­их агрес­с­ив­н­ых пла­нов в от­н­оше­нии Сов­етс­ко­го Сою­за и, ко­неч­но, ожи­дать нар­уш­е­ний нуж­но бы­ло пос­т­оян­но. По­пыт­ки ис­пы­тать проч­н­ость на­ших гра­ниц вре­мя от вре­ме­ни всё же пред­при­ни­ма­л­ись. И слу­ча­л­ись они, сколь бы их не ожи­да­ли, вн­е­зап­но.
Вот и в ту ночь, ув­и­дев ед­ва за­мет­н­ые лун­ки на сн­егу, над кот­о­р­ыми ск­ло­нил­ся Кры­лов, Ко­л­о­сов по­чувс­тво­в­ал, как у него всё по­хо­л­о­де­ло вн­утри. Не то чтоб ис­пу­гал­ся, но всё же бы­ло не по се­бе – ох­ват­и­ло вол­н­е­ние, ведь предс­тоя­ла вс­тре­ча с воо­ру­жён­н­ым вра­гом, кот­ор­ый не ос­та­нов­ит­ся пер­ед тем, что­бы при­ме­нить ору­жие. На­д­еж­да бы­ла на то, что нар­уш­и­т­ель, су­дя по сле­дам, был один, а они всё-та­ки вд­во­ём с Кры­ло­в­ым, а Кры­лов уже не раз пок­а­зы­вал се­бя ре­ши­т­ель­ным и сме­л­ым, прав­да, по­ка что не в бое­вой обс­та­нов­ке.
И тут Кры­лов прик­а­зал ему ид­ти на­пер­ер­ез нар­уш­и­т­е­лю. Вид­но бы­ло, что он ко­ле­бал­ся, раз­ду­мы­вая, не пой­ти ли са­мо­му крат­ч­ай­шим пу­тём? Но, ви­ди­мо, ре­шил, что до­го­нять, идя по сле­ду, слож­н­ее. В том, что Кры­лов взял на се­бя бол­ее важ­н­ую за­д­а­чу, Ко­л­о­сов не сом­н­е­вал­ся, поск­оль­ку хор­ошо зн­ал свое­го школь­но­го то­в­ар­ища. По­го­ня за нар­уш­и­т­ел­ем по сле­ду бол­ее ре­зуль­тат­ив­на, неже­ли вы­ход на вер­оят­н­ое на­прав­л­е­ние дви­же­ния, ведь нар­уш­и­т­ель мог не пой­ти пря­мо к до­ро­ге, а сов­ер­шить ка­кой-то хит­ро­ум­н­ый ма­нёвр. В этом слу­чае Ко­л­о­сов мог на­прас­но про­си­деть в за­са­де.
Ит­ак, за­да­ча бы­ла пол­у­че­на. Ко­л­о­сов дви­нул­ся по крат­ч­ай­ше­му пу­ти к то­му мес­ту, где ло­щи­на бл­иже вс­его под­х­о­ди­ла к до­ро­ге. Вот и из­гиб ло­щи­ны. Он вы­брал гу­стой куст­ар­н­ик, прит­аил­ся за ним и бук­валь­но чер­ез ми­ну­ту ув­и­дел си­лу­эт лыж­н­ика.
«Кто это? Кры­лов про­с­то не мог дой­ти сю­да так быст­ро. Да и за­ч­ем ему ид­ти, ведь ниг­де ник­ак­их сле­дов… Так кто же идёт? Неу­же­ли это и есть нар­уш­и­т­ель? Но по­че­му на лы­жах?»
Впро­чем, раз­мыш­лять бы­ло нек­ог­да… Дож­д­ав­шись, ког­да неи­з­в­ест­н­ый приб­л­и­зит­ся, Ко­л­о­сов крик­н­ул:
– Стой!
Он пер­е­дёр­н­ул за­твор авт­ом­ата. И тут… Это­го он не ожи­дал… Прои­з­ош­ло ут­ы­ка­ние патр­о­на…
Нар­уш­и­т­ель ос­та­нов­ил­ся и вс­ки­нул ру­ку с пис­тол­ет­ом. Он, ви­ди­мо, не смог от­ыс­кать гла­за­ми то­го, кто по­дал ком­ан­ду. И, рез­ко пов­ер­н­ув, стал ухо­дить по краю ло­щи­ны.
Ко­л­о­со­ву ста­ло жут­ко… Он ник­ак не мог справ­ит­ь­ся с авт­ом­ат­ом, а нар­уш­и­т­ель ухо­дил. Ок­лик­н­уть его ещё раз не ре­шал­ся, ведь враг воо­ру­жён, а он всё во­зил­ся со сво­им авт­ом­ат­ом. По­ни­мая, что ник­ак нель­зя упус­кать нар­уш­и­т­е­ля, он в то же вре­мя оправ­д­ы­вал своё без­дей­ствие – как ид­ти на вор­о­нё­ный глаз пис­тол­ета без­ор­уж­н­ым…
И тут сн­о­ва пок­а­зал­ся си­лу­эт лыж­н­ика. Он спе­шил…
«Так это ж Ми­ха­ил, – по­нял Ко­л­о­сов. – Что же дел­ать? Он всё пой­мёт».
И тог­да по­шёл на хит­рость, гроз­но ок­лик­н­ув то­в­ар­ища, слов­но не уз­н­ал его…
Кры­лов ни­ч­его не за­мет­ил или сдел­ал вид, что не за­мет­ил. Он по­мог испр­ав­ить авт­ом­ат, и по­го­ня про­дол­жил­ась.
Ко­л­о­сов сле­до­в­ал за то­в­ар­ищем, ста­р­аясь по воз­мож­н­о­с­ти пер­е­дви­гать­ся от укры­тия к укры­тию. Нео­ж­и­дан­но Кры­лов сдел­ал пре­ду­п­ре­ди­т­ель­ный ок­рик, и тут же в от­в­ет про­зв­у­чал вы­стрел. Кры­лов упал. Ко­л­о­сов по­нял, что нар­уш­и­т­ель ви­дел лишь то­в­ар­ища, а его не за­мет­ил за куст­ар­н­ик­ом.
«Что дел­ать? За­д­ер­жи­вать? Сдел­ать пре­ду­п­ре­ди­т­ель­ный вы­стрел? А ес­ли нар­уш­и­т­ель сдаст­ся, по­няв, что ок­а­зал­ся на муш­ке, не расс­ка­жет ли он пот­ом, как я упу­ст­ил его?» – всё это мо­мент­аль­но про­мельк­н­у­ло в го­л­ове у Ко­л­о­со­ва, и он, при­це­лив­шись, дал дл­ин­н­ую очер­едь.
Сна­ч­а­ла под­б­ежал к нар­уш­и­т­е­лю и, толь­ко убе­див­шись, что он мёртв, ре­шил по­смот­реть, что с Кры­ло­в­ым. Тот был без соз­на­ния. А спус­тя ми­ну­ты по­до­спе­ла ре­з­ерв­н­ая груп­па.
Ну а даль­ше на­ч­а­лось шест­вие к три­ум­фу. Ко­л­о­сов ок­а­зал­ся единс­твен­н­ым участ­н­ик­ом со­бы­тий, кот­ор­ый мог расс­ка­зать о том, что слу­чи­л­ось – Кры­лов в бес­с­оз­на­тель­ном сос­тоя­нии был на­прав­л­ен в гос­пит­аль, ну а нар­уш­и­т­ель – убит. Ко­л­о­сов ок­а­зал­ся не толь­ко участ­н­ик­ом, но и по­бе­ди­т­ел­ем в сх­ват­ке с вра­гом… Ну а расс­ка­зы­вал он всё в вы­год­н­ом для се­бя све­те. При­ч­ём, лгать осо­бен­но не тре­бо­в­а­лось, а лишь не­дос­ка­зы­вать то­го, что не­вы­год­но.
Но ког­да раз­гов­о­ры о прои­сшест­вии поу­т­их­ли, ког­да жизнь вош­ла в своё рус­ло, Ко­л­о­сов вспом­н­ил, что Кры­лов, воз­мож­но, име­ет свой, сов­ер­шен­но осо­бый взгляд на прои­сшедш­ее. Он очень бо­ял­ся, что Ми­ха­ил под­н­имет эту те­му, но и тут всё обош­лось. И вот тог­да нео­ж­и­дан­но прос­н­ул­ась дре­мав­шая со­в­есть… Что­бы по­нять, по­че­му прос­н­ул­ась, нуж­но предс­тав­ить се­бе колл­ект­ив, в кот­ор­ом на­хо­дил­ся Ко­л­о­сов – по-наст­оя­ще­му друж­н­ый, здор­о­в­ый колл­ект­ив по­гра­нич­ной за­ста­вы. Сре­ди по­гра­нич­н­и­к­ов очень ред­ко вс­тре­ча­ют­ся него­дяи, а ес­ли и вс­тре­ча­ют­ся, то дол­го не мо­гут ос­та­вать­ся в колл­ек­ти­ве – колл­ект­ив из­жи­ва­ет их. То есть ни­к­то их, ко­неч­но, не из­го­ня­ет из колл­ект­и­ва, но как-то так пол­у­ча­ет­ся, что они са­ми ухо­дят, слов­но Пров­и­де­ния осво­бож­д­ает еди­ную и друж­н­ую се­мью по­гра­нич­ной за­ста­вы от уро­дов, кот­ор­ые, по из­в­ест­ной пос­л­ов­ице, бы­ва­ют и в так­их се­мьях. Ну а не со­в­с­ем по­т­ер­ян­н­ых для об­щест­ва колл­ект­ив вос­пит­ы­ва­ет, при­ч­ём вос­пит­ы­ва­ет не толь­ко пу­тём пров­е­де­ния спе­ци­аль­ных вос­пит­а­тель­ных мер­оприя­т­ия, а сво­им бы­ти­ем, свои­ми тра­д­иция­ми, пов­е­де­ни­ем чле­нов это­го колл­ект­и­ва.
Ес­ли в ду­ше че­лов­ека ос­та­л­ись ис­кор­ки доб­ра, из этих ма­л­ень­ких ис­кор­ок в добр­ом, хор­ошем колл­ек­ти­ве мо­жет раз­гор­еть­ся доб­рое пла­мя. Так слу­чи­л­ось и с Ко­л­о­со­в­ым. Его ни­к­то и ни в чём не по­до­з­ре­вал. На­прот­ив, его предс­тав­и­ли к на­г­ра­де, ему бы­ла по­с­вя­ще­на стат­ья в га­зе­те – в боль­шей сте­пе­ни ему, неже­ли Кры­ло­ву. Но чем доль­ше его хва­л­и­ли, тем боль­нее ра­ни­ли уг­ры­зе­ния со­в­е­с­ти. Ког­да он крит­и­ч­ес­ки ана­л­и­зир­о­в­ал всё то, что прои­з­ош­ло в тот дал­ёк­ий зим­н­ий день на гра­ни­це, то с ужа­сом ду­мал о том, что не за­слу­жил на­г­ра­ды… Слов­но два оп­по­нен­та бо­р­о­лись вн­утри. Один пря­мо гов­ор­ил: «Стру­сил, стру­сил, стру­сил…» Вт­орой возр­ажал, за­щи­щая: «Но что мог сдел­ать, ес­ли вы­шел из строя авт­ом­ат? Ид­ти на вра­га без­ор­уж­н­ым?» Пер­вый го­л­ос на­по­ми­нал: «Но ты же по­гра­нич­н­ик! Ты в от­в­е­те за Го­су­дарс­твен­н­ую гра­ни­цу стра­ны! Ты не име­ешь пра­ва спа­со­в­ать. Ес­ли кон­ч­и­л­ись патр­о­ны, ты дол­жен бить вра­га шты­ком и прик­ла­д­ом… Ты дол­жен сто­ять на­смерть, как стоя­ли вои­ны-по­гра­нич­н­ики в пер­вые дни вой­ны. И ни один не от­ошёл с по­зи­ций!» Го­л­ос-за­щит­н­ик не сда­вал­ся: «Но то бы­ла вой­на… А здесь, в мир­н­ое вре­мя пол­у­чить пу­лю в лоб? А ведь за­да­ча не бу­дет вып­ол­н­е­на, ес­ли пол­у­чишь эту пу­лю». И сн­о­ва ук­о­р­яю­щий го­л­ос: «На гра­ни­це – вс­ег­да вой­на или поч­ти вой­на, ибо про­с­то так чер­ез гра­ни­цу лю­ди не хо­дят – гра­ни­цу нар­уша­ют нел­ю­ди».
Дош­ло до то­го, что он, вы­хо­дя в нар­яд, уже мечт­ал о вс­тре­че с нар­уш­и­т­ел­ем. Он хо­т­ел реа­б­и­л­ит­ир­о­в­ать­ся, преж­де вс­его, пер­ед са­мим со­бой. Он хо­т­ел выгл­я­деть в ином све­те и пер­ед школь­ным сво­им то­в­ар­ищем Ми­хаи­л­ом Кры­ло­в­ым.
Вре­мя шло, но нар­уш­и­т­ел­ей не бы­ло. Не слу­чай­но это. Все пре­ды­ду­щие по­пыт­ки прор­ы­ва чер­ез гра­ни­цу бы­ли жёст­ко пре­се­че­ны.
И вд­руг ор­иент­ир­ов­ка. Из ко­л­о­нии сбе­жал опас­н­ый прес­туп­н­ик, бан­д­ит, убий­ца. Его ви­де­ли в рай­он­н­ом гор­од­ке, что непо­дал­ёку от го­су­дарс­твен­ной гра­ни­цы. Мест­н­ые жи­т­е­ли за­мет­и­ли на авт­о­бус­ной ос­та­нов­ке, со­об­щи­ли в по­гра­нич­н­ый от­р­яд, но ме­ры, при­нят­ые для пои­ска, успе­хов не при­нес­ли. Бан­д­ит как в во­ду ка­нул.
Нес­коль­ко дн­ей подр­яд на­ч­аль­ник за­ста­вы стар­ший лей­те­н­ант Нес­тер­ов, ин­структ­ир­уя по­гра­нич­н­ые нар­я­ды, не уста­вал пов­т­ор­ять, что прес­туп­н­ик, вер­оят­но, не слу­чай­но поя­вил­ся вб­л­и­зи гра­ни­цы. Скор­ее вс­его, он хо­чет пер­ей­ти на со­п­ре­дель­ную стор­о­ну, по­ни­мая, что здесь его ра­но или позд­но най­дут, и, очев­ид­но, на­д­еясь за­тер­ять­ся там, за кор­д­о­ном.
Ко­неч­но, прес­туп­н­ик мог сдел­ать по­пыт­ку прор­ы­ва чер­ез гра­ни­цу и на участ­к­ах со­сед­н­их за­став, но это не да­ва­ло пра­ва ос­ла­б­ить бд­и­т­ель­ность.
На­ч­аль­ник за­ста­вы ин­структ­ир­о­в­ал нар­я­ды под­роб­но. Он пре­ду­преж­д­ал, что у прес­туп­н­ика нав­ер­н­яка есть как­ая-то за­цеп­ка в этих кра­ях, воз­мож­но, есть да­же по­мощ­н­ик или по­мощ­н­ики. Гов­ор­ил и о том, что воо­ру­жён бан­д­ит мо­жет быть дос­тат­оч­но силь­но.
Со­об­ще­ние с гра­ни­цы приш­ло вн­е­зап­но. Прес­туп­н­ик был об­н­ар­ужен по­гра­нич­н­ым нар­я­дом, вс­ту­пил в пер­ес­трел­ку, ра­нил од­н­ого по­гра­нич­н­ика, и ухо­дя на­зад, в глубь сов­етс­кой терр­ит­ор­ии, су­мел от­ор­вать­ся от пресл­е­до­в­а­ния. Ре­з­ерв­н­ые груп­пы немед­л­ен­но вые­ха­ли к мес­ту столк­н­ов­е­ния. Од­ной ком­ан­д­о­в­ал мл­ад­ш­ий серж­ант Кры­лов, дру­гой – мл­ад­ш­ий серж­ант Ко­л­о­сов. Груп­па Кры­ло­ва разв­ер­н­ул­ась у дор­оги и дви­нул­ась в стор­о­ну гра­ни­цы. Груп­па Ко­л­о­со­ва пресл­е­до­в­а­ла прес­туп­н­ика от то­го ме­с­та, где был ра­нен по­гра­нич­н­ик.
Ка­за­лось, пре­дус­мот­ре­ли всё… Но… Обе груп­пы в кон­це кон­цов вс­трет­и­л­ись, так и не об­н­ар­ужив прес­туп­н­ика. Ма­ло то­го, со­ба­ки по­т­ер­я­ли след, кот­ор­ый обор­вал­ся на бер­егу ру­ч­ья. Вд­оль рус­ла ру­ч­ья в стор­о­ну гра­ни­цы Кры­лов на вс­як­ий слу­чай пос­л­ал двух по­гра­нич­н­и­к­ов. Разв­ер­н­ув в цепь ос­таль­ных вои­нов, он пов­ёл их вглубь терр­ит­ор­ии. Ко­л­о­сов пос­л­е­до­в­ал его при­ме­ру. Кры­лов по­шёл вд­оль лев­ого бер­ега ру­ч­ья, Ко­л­о­сов – вд­оль прав­ого. И вд­руг вы­стрел… С го­л­о­вы Кры­ло­ва сл­е­те­ла фур­аж­ка. В сле­ду­ю­щую ми­ну­ту Круг­лов ув­и­дел стре­л­яв­ше­го, кот­ор­ый был за­жат в угол и, ви­ди­мо, хо­т­ел ис­поль­зо­в­ать свой пос­л­ед­н­ий шанс. Он уже бе­жал к ру­ч­ью с кар­а­б­и­ном на­пер­е­в­ес. Ос­та­нов­ил­ся и сн­о­ва при­це­лил­ся в Кры­ло­ва. Ко­л­о­со­ва он до сих пор не за­мет­ил – сн­о­ва, мож­но ска­зать, по­в­е­з­ло. Прав­да, стре­л­ять бы­ло несп­од­руч­но – ме­ша­ло дер­ево, за кот­о­р­ым скрыл­ся прес­туп­н­ик.
Но на этот раз, ви­дя, что друг в опас­н­о­с­ти, Ко­л­о­сов прыг­нул к нему и, дёр­н­ув за ру­к­ав, бук­валь­но спас от про­свис­тев­шей в сле­ду­ю­щее мг­нов­е­ние пу­ли. Сам же вс­ки­нул авт­ом­ат и дал очер­едь, поч­ти не це­л­ясь. В от­в­ет про­зв­у­чал ещё один вы­стрел, и пу­ля скольз­н­у­ла по ще­ке… Не об­ра­щая вни­ма­ния на кровь, Ко­л­о­сов сдел­ал пе­ре­беж­ку, но в этот мо­мент в бой вс­ту­пил Кры­лов. Он дал очер­едь, при­жи­мая прес­туп­н­ика к зем­ле и гром­ко прик­а­зал:
– Брось ору­жие. Сле­ду­ю­щий вы­стрел на пор­аже­ние!
Чуть по­мед­л­ив, оце­ни­вая обс­та­нов­ку, прес­туп­н­ик, ви­ди­мо, по­нял, что на­хо­дит­ся на муш­ке, бро­сил кар­а­б­ин и под­н­ял ру­ки.
Чер­ез ми­ну­ту он был уже скру­чен по­до­спев­ши­ми по­гра­нич­н­и­к­ами. Кры­лов же ки­нул­ся к Ко­л­о­со­ву:
– Что с то­бой? – спро­сил он ис­пу­ган­но.
– Да так, цар­апи­на. Сей­час кровь ос­та­нов­лю, – от­в­е­т­ил он, прик­ла­д­ы­вая к ще­ке бинт из ин­д­ив­и­ду­аль­но­го пер­е­вяз­оч­н­ого па­к­ета.
Кры­лов по­мог зак­ле­ить ран­ку и ска­зал с чувс­твом:
– Спа­си­бо… ес­ли б не ты, я б цар­апи­ной не от­д­ел­ал­ся…
Ко­л­о­сов от­в­е­т­ил с улыб­кой:
– Да что там… Пус­т­яки, – и впер­вые за мн­ого дн­ей ощут­ил нео­б­ык­н­ов­ен­н­ую лег­к­ость на ду­ше.
*-*-*
Га­зе­та «По­гра­нич­н­ик За­б­ай­ка­лья» 16 и 18 ноя­бря 1986 го­да.