Людмила Ураева - Русские поэты и писатели о Петре I
«Прок­лят­ие Пет­ру» - Чи­чи­б­а­б­ин Б.А. (1923-1994)
http://chichibabin.narod.ru/v028.htm
Будь прок­лят, им­пер­ат­ор Петр,
Сте­лив­ший ду­ши, как со­л­ому!
За боль тек­уще­го бы­ло­му
По­ра устро­ить пер­ес­мотр.
Сам бра­ды стриг? Сам гла­вы сек!
Будь прок­лят, царь – хрис­т­оу­бий­ца,
за то, что кров­ию упит­ь­ся
ни ра­зу до­сы­та не смог!
А Русь уш­ла с ли­ца зем­ли
в тай­но­х­ра­ни­т­ель­ные сру­бы,
где ник­ак­ие душ­егу­бы
ее оби­деть не мог­ли.
Будь прок­лят, рат­н­ик сат­а­ны,
Смот­р­и­т­ель ка­мен­ной мерт­вец­кой,
кто от нел­епи­цы стрел­ец­кой
натр­яс в немецк­ие шта­ны.
Будь прок­лят тот, кто прок­лял Русь –
сию мор­оз­н­ую Элл­а­ду!
Ру­би мне го­л­ову в на­г­ра­ду,
что вме­с­те с ней, - НЕ ПОК­О­Р­ЮСЬ!
***
Вла­д­им­ир Со­л­оу­хин
"Чёр­н­ые дос­ки"
Один раз мы по­т­ер­я­ли Рос­с­ию при Пет­ре I. В то вре­мя прош­ли мас­штаб­н­ые ак­ции не толь­ко по сбри­ва­нию бор­од и пе­рео­де­ва­нию во все евр­опей­ское, но бы­ли унич­то­же­ны це­л­ые биб­л­ио­т­еки др­ев­н­ер­усс­кой ли­т­ер­ат­у­ры. Не пот­ому ли мн­ого позд­н­ее Пушк­ин воск­лик­н­ет, что «Сло­во о пол­ку Иго­ре» единс­твен­н­ым па­мят­н­ик­ом воз­вы­ша­ет­ся в пу­ст­ыне др­ев­н­ер­усс­кой ли­т­ер­ат­у­ры? Но хор­ошо по­нят­но, что ни один ше­девр нель­зя соз­д­ать на пу­ст­ом ме­с­те, к нему под­во­дит опыт пред­к­ов. Вот и пол­у­чи­л­ось, что па­мят­н­ик ос­тал­ся, а опыт унич­то­жи­ли.
Петр рас­шир­ил гра­ни­цы, укре­пил го­су­дарс­тво, раз­б­ил шве­дов, пос­т­ро­ил Пе­тер­б­ург, мн­ого че­го хор­оше­го сдел­ал для го­су­дарст­ва рос­с­ий­ско­го, а вот его си­лы ду­хов­н­ые по­дор­вал, впу­ст­ив в стра­ну инор­од­н­ые мыс­ли, разр­уша­ю­щие пат­ри­ар­халь­ные и нравс­твен­н­ые устои. Вот так-то. Не бу­дем спор­ить, что важ­н­ее и нуж­н­ее.
Сле­ду­ю­щая по­пыт­ка разр­уш­ить все стар­ое до ос­н­о­в­а­ния бы­ла пред­при­ня­та в 17-м го­ду прош­ло­го ве­ка. Вме­с­те с прош­л­ым унич­то­жа­л­ись и лю­ди. Круш­и­ли, расс­тре­ли­ва­ли, вы­жи­га­ли – ма­тер­иаль­но­го мн­ого унич­то­жи­ли, а вот ду­хов­н­ое непо­дв­ласт­но ок­а­за­лось. И до сих пор то тут, то там яв­л­яют­ся на бе­л­ый свет чер­н­ые дос­ки, кот­ор­ые прош­ли чер­ез ве­ка, что­бы ук­а­зать путь заб­лу­див­ше­му­ся нар­о­ду.
http://online-urok.ru/sochinenie-na-temu-istoricheskaya-pamyat-vladimir-solouhin-chernyie-doski/
***
Лев Гу­мил­ёв
Л. Н. Гу­мил­ев так­же счит­ает, что «пет­ров­с­кую ле­ген­ду» соз­д­а­ла Ек­а­тер­и­на II, нем­ка по прои­с­х­ож­д­е­нию, в це­л­ях про­па­ган­ды.
По­лит­ика Пет­ра I бы­ла так­же, как по­лит­ика кн­я­зя Го­ли­цы­на, ор­иент­ир­о­в­а­на на Евр­опу, но не на кат­о­ли­ч­ес­кую, а на про­т­ес­тант­с­кую ее часть, как то: Анг­лия, Голл­ан­д­ия, Бран­д­ен­б­ург. Все его по­пыт­ки из­об­ра­зить из Рос­с­ии Голл­ан­д­ию не мог­ли ни к че­му при­в­е­с­ти, т.к. фа­зы эт­н­о­сов да­же бл­из­ко не сов­па­д­а­ли.
Пос­ле унич­то­же­ния стрел­ецк­их войск, по­дав­л­е­ния восс­та­ний башк­ир и донс­ких ка­за­к­ов, у Пет­ра не бы­ло пос­т­оян­ной и мн­ого­чис­лен­ной ар­мии.
И ему приш­лось ее соз­д­ать с по­мо­щью «рек­рут­ов», кот­ор­ых при­зы­ва­ли в ар­мию на 25 лет, т.е. прак­т­и­ч­ес­ки на­в­с­ег­да. Войс­ка эти об­х­о­ди­л­ись казне дор­ого.
Вк­упе с рас­цвет­шей в управ­л­е­нии стра­ной корр­упци­ей это вы­зы­ва­ло пос­т­оян­н­ый де­фи­цит го­су­дарс­твен­н­ого бюд­же­та. Что, по-ви­ди­мо­му, по­спо­собс­тво­в­а­ло вве­де­нию в 1714 го­ду по­душ­ной по­да­ти - на­ло­га с жи­т­ел­ей Рос­с­ии за то, что они су­ще­ству­ют. Для бол­ее ка­ч­ес­твен­н­ого пол­у­че­ния это­го на­ло­га приш­лось про­в­е­с­ти пер­епись вс­его на­се­л­е­ния. В след­ствие че­го за на­лог с бед­н­ых ста­ли от­ве­чать бол­ее бо­гат­ые: от­цы гор­о­да, губ­н­ые стар­о­с­ты, а так­же, как это ни стран­но, по­ме­щи­ки-двор­яне, кот­ор­ые долж­ны бы­ли плат­ить по­душ­н­ую по­дать со сво­их кре­стьян. В ре­зуль­та­те че­го поя­вил­ась осо­бо гнус­н­ая фор­ма кре­пост­н­ого пра­ва, кот­о­р­ая бы­ла упразд­н­е­на толь­ко в 1861 го­ду.
Вы­во­ды из это­го та­к­о­вы: во-пер­вых, Петр I яв­л­ял­ся пас­с­ио­н­ар­ием, что соо­т­в­етс­тво­в­а­ло тог­даш­н­ей ак­мат­и­ч­ес­кой фа­зе рос­с­ий­ско­го эт­ног­е­не­за, и все его дей­ствия и пос­т­уп­ки дик­т­о­в­а­л­ись в первую очер­едь имен­но этим обс­тоя­тель­ством; во-вт­ор­ых, дея­тель­ность это­го ца­ря не яв­л­ял­ась столь воз­вы­шен­ной, бла­гор­од­ной и необ­хо­д­имой для стра­ны, как ее опи­сы­ва­ли и опи­сы­ва­ют и по сей день ис­тор­ики. А нек­от­ор­ые пос­л­ед­ствия это­го прав­л­е­ния, ук­а­зы­ва­ет Гу­мил­ев , ок­а­за­л­ись впос­л­ед­ствии да­же паг­уб­н­ыми.
Это бы­ло расс­мот­ре­ние прав­л­е­ния Пет­ра I в соо­т­в­ет­ствии с теор­ией эт­ног­е­не­за Ль­ва Ник­о­л­ае­в­и­ча Гу­мил­е­ва . (Л. Н. Гу­мил­ев «От Ру­си до Рос­с­ии»)
***
Лев Толс­той про Пет­ра ска­зал-"Зв­ерь,Сат­а­на,бе­зум­н­ый са­д­ист.За­б­ыть,а не па­мят­н­ики став­ить."
Как мож­но на­зы­вать Ве­лик­им то­го, кто убил сы­на, сос­лал же­ну в мо­н­а­ст­ырь, за­в­ёз вод­ку и та­б­ак, муж­ч­и­нам стриг бор­о­ды и за­став­л­ял но­сить женс­кие пар­ики???!!!
http://www.antimyth.ru/mif-o-petre1.html
***
Ф. М. До­с­то­евс­кий вни­ма­тель­но изу­чил ис­тор­ию Рос­с­ии, рос­с­ий­ско­го об­щест­ва и вер­но оп­ре­де­лил на­ч­а­ло-при­ч­и­ны ли­б­ер­аль­ной, за­пад­ной бол­ез­ни рос­с­ий­ско­го об­щест­ва:
“Мы учи­л­ись и приу­ча­ли се­бя лю­б­ить фран­цу­з­ов и нем­цев и вс­ех, как буд­то те бы­ли на­ши­ми брат­ья­ми, и нес­мот­ря на то, что те ник­ог­да не лю­б­и­ли нас, да и ре­ши­ли нас не лю­б­ить ник­ог­да. Но в этом сос­тоя­ла на­ша ре­фор­ма, всё Пет­ро­во де­ло: мы вы­нес­ли из нее, в полт­о­ра ве­ка, рас­шир­е­ние взг­ля­да, еще не пов­т­ор­яв­шее­ся, мо­жет быть, ни у од­н­ого нар­о­да ни в др­ев­н­ем, ни в нов­ом ми­ре.
До­пет­ров­с­кая Рос­с­ия бы­ла дея­тель­на и креп­ка, хо­тя и мед­л­ен­но сла­гал­ась по­лит­и­ч­ес­ки; она вы­ра­б­от­а­ла се­бе единс­тво и гот­ов­ил­ась зак­ре­пить свои ок­раи­ны; про се­бя же по­ни­ма­ла, что не­сет вн­утри се­бя дра­го­цен­н­ость, кот­орой нет ниг­де боль­ше, – прав­о­с­лав­ие, что она – хра­ни­т­ель­ни­ца Хри­с­т­овой ис­ти­ны, но уже ис­тин­ной ис­ти­ны, наст­оя­ще­го Хри­с­т­о­ва об­ра­за, за­тем­н­ив­ше­го­ся во вс­ех дру­гих вер­ах и во вс­ех дру­гих нар­о­дах. Эта дра­го­цен­н­ость, эта веч­н­ая, при­су­щая Рос­с­ии и дос­тав­шая­ся ей на хра­не­ние ис­ти­на, по взг­ля­ду луч­ших тог­даш­н­их русс­ких лю­дей, как бы из­б­ав­л­я­ла их со­в­есть от обя­зан­н­о­с­ти вс­як­ого ино­го про­све­ще­ния.
Ма­ло то­го, в Москве дош­ли до по­нят­ия, что вс­як­ое бол­ее бл­изк­ое об­ще­ние с Евр­о­пой да­же мо­жет вред­но и разв­рат­и­т­ель­но пов­ли­ять на русс­кий ум и на русс­кую идею, изв­р­ат­ить са­мое прав­о­с­лав­ие и сов­лечь Рос­с­ию на путь по­ги­б­е­ли, “по при­ме­ру вс­ех дру­гих нар­о­дов”. Так­им об­ра­зом, др­ев­няя Рос­с­ия в за­мк­н­ут­о­с­ти сво­ей гот­ов­ил­ась быть непр­а­ва, – непр­а­ва пер­ед че­лов­е­чес­твом, ре­шив без­дея­тель­но ос­тав­ить дра­го­цен­н­ость свою, свое прав­о­с­лав­ие, при се­бе и за­мк­н­уть­ся от Евр­опы, то есть от че­лов­е­чест­ва, вр­о­де иных рас­коль­ни­к­ов, кот­ор­ые не ста­нут есть из од­ной с ва­ми по­су­ды и счит­ают за свят­ость каж­д­ый за­в­е­с­ти свою чаш­ку и лож­ку.
Это срав­н­е­ние вер­но, пот­ому что пер­ед при­шест­ви­ем Пет­ра у нас имен­но вы­ра­б­от­а­л­ись поч­ти точ­но так­ие же по­лит­и­ч­ес­кие и ду­хов­н­ые от­н­оше­ния к Евр­опе. С Пет­ров­с­кой ре­фор­мой яви­л­ось рас­шир­е­ние взг­ля­да бес­при­мер­н­ое, – и вот в этом, пов­т­о­ряю, и весь по­двиг Пет­ра. Это-то и есть та са­мая дра­го­цен­н­ость, про кот­орую я гов­ор­ил уже в од­н­ом из пре­ды­ду­щих № “Дн­ев­н­ика”, – дра­го­цен­н­ость, кот­орую мы, верх­н­ий куль­тур­н­ый слой русс­кий, не­сем нар­о­ду пос­ле пол­ут­ор­аве­к­ов­ого от­с­ут­ствия из Рос­с­ии…”.
Так­им об­ра­зом Ф. До­с­то­евс­кий оце­нил ин­т­ер­н­ацио­н­аль­ные и кос­мо­по­лит­и­ч­ес­кие за­слу­ги Пет­ра I, но… – Ф. М. До­с­то­евс­кий:
“Ускор­ять же ис­кусс­твен­но необ­хо­д­имые и пос­т­оян­н­ые ис­тор­и­ч­ес­кие мо­мен­ты жиз­ни нар­од­ной ник­ак нев­озмож­но. Мы ви­де­ли при­мер на се­бе, и он до сих пор про­дол­жа­ет­ся: еще два ве­ка то­му на­зад хо­т­е­ли по­спе­шить и всё по­дог­нать, а вме­с­то то­го и за­стря­ли; ибо, нес­мот­ря на все тор­жес­т­вен­н­ые возг­ла­сы на­ших за­пад­н­и­к­ов, мы не­с­ом­н­ен­но за­стря­ли.
На­ши за­пад­н­ики – это та­кой нар­од, что се­год­ня тру­бят во все тру­бы с чрез­вы­чай­ным злор­ад­с­твом и тор­жес­т­вом о том, что у нас нет ни нау­ки, ни здрав­ого смыс­ла, ни тер­пе­ния, ни уме­нья; что нам да­но толь­ко полз­ти за Евр­о­пой, ей под­ра­жать во вс­ем раб­с­ки и, в ви­дах евр­опей­ской опе­ки, прес­туп­но да­же и ду­мать о собс­твен­ной на­шей са­мос­тоя­тель­но­с­ти; а завт­ра, за­ик­н­и­т­есь лишь толь­ко о ва­шем сом­н­е­нии в бе­зус­лов­но це­ли­т­ель­ной си­ле быв­ше­го у нас два ве­ка на­зад пер­ев­ор­ота, – и тот­ч­ас же зак­ри­ч­ат они друж­н­ым хор­ом, что все ва­ши меч­ты о нар­од­ной са­мос­тоя­тель­но­с­ти – один толь­ко квас, квас и квас и что мы два ве­ка на­зад из тол­пы вар­в­ар­ов ста­ли евр­опей­ца­ми, про­све­щен­н­ей­ши­ми и счаст­лив­ей­ши­ми, и по гроб на­шей жиз­ни долж­ны вспо­ми­нать о сем с бла­го­дар­н­о­с­тию…
К то­му же нау­ка есть де­ло все­об­щее, и не один ка­кой-ни­б­удь нар­од в Евр­опе из­об­рел ее, а все нар­о­ды, на­ч­и­ная с др­ев­н­его ми­ра, и это де­ло пре­емс­твен­н­ое. Со сво­ей стор­о­ны русс­кий нар­од ник­ог­да и не был вра­гом нау­ки, ма­ло то­го, она уже про­ник­а­ла к нам еще и до Пет­ра. Царь Иван Ва­си­льев­ич упот­реб­л­ял все уси­л­ия, чтоб зав­ое­вать Балт­ий­ское прибр­ежье, лет сто трид­цать рань­ше Пет­ра. Ес­ли б зав­ое­вал его и за­вла­д­ел его га­ва­ня­ми и порт­ами, то неми­нуе­мо стал бы стро­ить свои кор­аб­ли, как и Петр, а так как без нау­ки их нель­зя стро­ить, то явил­ась бы неми­нуе­мо нау­ка из Евр­опы, как и при Пет­ре… Пет­ров­с­кая ре­фор­ма, про­дол­жав­шая­ся вп­лоть до на­ше­го вре­ме­ни, дош­ла, нак­о­нец, до пос­л­ед­н­их пре­де­лов. Даль­ше нель­зя ид­ти, да и нек­у­да: нет дор­оги, она вся прой­де­на… Вся Рос­с­ия сто­ит на ка­кой-то ок­он­ч­а­тель­ной точ­ке, ко­леб­л­ясь над безд­ною”.
http://romankluchnik.narod.ru/3-3-09.htm
***
Пушк­ин пи­шет: "Петр не стра­шил­ся нар­од­ной сво­бо­ды, неми­нуе­мо­го след­ствия про­све­ще­ния, ибо дов­еряя свое­му мо­гу­ще­ству, и пре­зир­ал че­лов­е­чес­тво, мо­жет быть, бол­ее чем На­по­ле­он".
К этой оцен­ке Пушк­ин де­л­ает сле­ду­ю­щее хар­ак­т­ер­н­ое при­ме­ча­ние:
"Ис­тор­ия предс­тав­л­яет ок­о­ло него все­об­щее раб­с­тво. Ук­аз разор­ван­н­ый кн.Дол­гор­ук­им, и пись­мо с бер­егов Пру­та при­но­сят ве­лик­ую честь нео­б­ык­н­ов­ен­ной ду­ше са­мов­ласт­н­ого Го­су­да­ря: впро­чем, все сос­тоя­ния, ок­о­в­ан­н­ые без раз­б­о­ра,бы­ли рав­ны пер­ед его ду­бин­кой. Все дро­жа­ло, все без­молв­но пов­и­но­в­а­лось".
Так­ими спо­со­ба­ми власт­во­в­а­ния, как из­в­ест­но, Пушк­ин ник­ог­да не вос­х­ищал­ся.
Изу­чать ма­тер­иа­лы Пет­ров­с­кой эпо­хи он про­дол­жал до пос­л­ед­н­их дн­ей жиз­ни.
12 ян­в­аря 1832 г. Нес­с­ель­ро­де за­пра­ши­вал «бла­гоу­год­но ли бу­дет» ца­рю, что­бы Пушк­и­ну «от­к­ры­ты бы­ли все сек­рет­н­ые бу­ма­ги вре­мен им­пер­ат­о­ра Пет­ра I», «как-то: о пер­вой су­пру­ге его, о цар­ев­и­че Ал­ек­сее Пет­ров­и­че; так­же де­ла быв­шей Тай­ной кан­це­л­яр­ии». (Сб. «Пушк­ин». До­к­умен­ты Го­су­дарс­твен­н­ого ар­хи­ва. Сост. Н. Гаст­фрейнд. СПб. 1900, стр. 17-18). Царь рас­пор­я­дил­ся, что­бы по­доб­н­ые ис­тор­и­ч­ес­кие до­к­умен­ты вы­да­ва­л­ись Пушк­и­ну «по на­зн­а­ч­е­нию», то есть под конт­рол­ем Д.Н. Блу­до­ва, ве­дав­ше­го сек­рет­н­ыми ар­хив­н­ыми де­л­ами, от­н­о­сив­шим­и­ся к скры­вае­мым в то вре­мя со­бы­ти­ям по­лит­и­ч­ес­кой ис­тор­ии пет­ров­с­к­ого и пос­ле­пет­ров­с­к­ого вре­ме­ни.
В том же 1832 г. Пушк­ин чер­ез Бен­к­ен­д­ор­фа об­рат­ил­ся к ца­рю с прось­бой «о до­зв­о­л­е­нии» ему «расс­мот­реть» куп­лен­н­ую Ек­а­тер­и­ной II и «на­хо­дя­щую­ся в Эр­мит­аже биб­л­ио­т­еку Воль­те­ра, поль­зо­в­ав­ше­го­ся раз­н­ыми редк­ими кн­ига­ми и рук­о­пи­ся­ми», кот­ор­ые дос­тав­л­я­л­ись Воль­те­ру в пер­иод его ра­б­оты над «Ис­тор­ией Рос­с­ии в царс­тво­в­а­ние Пет­ра Ве­лик­ого». Дос­туп в биб­л­ио­т­еку Воль­те­ра в царс­тво­в­а­ние Ник­о­л­ая I был стро­го за­пре­щен, но для Пушк­и­на сдел­а­но бы­ло ис­клю­ч­е­ние, и он пол­у­чил воз­мож­н­ость оз­нак­омит­ь­ся с соб­ран­н­ыми Воль­тер­ом ис­тор­и­ч­ес­ки­ми ма­тер­иа­л­ами, сос­тав­л­яю­щи­ми пять рук­опис­н­ых то­мов (кот­ор­ые со­х­ра­ни­л­ись до на­ше­го вре­ме­ни).
Тур­ге­нев оз­нак­омил Пушк­и­на с из­вле­чен­н­ыми из пар­ижс­ких ар­хив­ов и при­в­е­з­ен­н­ыми им — в ко­пи­ях — до­не­се­ния­ми фран­цузс­ких пос­л­ов при дво­ре Пет­ра I и его пре­ем­н­и­к­ов. С эти­ми ар­хив­н­ыми ма­тер­иа­л­ами Пушк­ин знак­омил­ся в пос­л­ед­н­ий раз на­к­а­нуне дуэ­ли.
За не­де­лю до смер­ти по­эт в раз­гов­о­ре с П.А. Плет­н­е­вым соз­на­вал­ся, од­н­ако, что «Ис­тор­ию Пет­ра по­ка нель­зя пи­сать, то есть, — поя­с­н­ил он, — ее не позв­о­л­ят пе­чат­ать». Тем не ме­нее Пушк­ин, по сви­де­тель­ству упо­мя­нут­ого уже А.Н. Вуль­фа, «рас­по­ла­гал попл­ат­ит­ь­ся за ду­эль лишь но­вою сс­ыл­кой в Ми­хай­лов­с­к­ое... и там-то, на сво­бо­де пред­по­ла­гал за­нять­ся сос­тав­л­е­ни­ем ис­тор­ии Пет­ра Ве­лик­ого» (Сб. «Пушк­ин в вос­по­ми­на­ни­ях сов­ре­мен­н­и­к­ов», 1936, стр. 311).