РавиШанкаР - Щит Беллоны
Про­л­ог.
Вот уже не­де­ля, как один­н­ад­цат­ик­ласс­н­ику Тим­ке Ли­вад­н­ому ка­за­лось, что за ним сле­дят. Ощу­ще­ние это воз­н­ик­ло вн­е­зап­но, на вы­хо­де из «Связ­н­ого», ку­да Тим­ка за­хо­дил по­л­ожить день­ги на мо­биль­ник. Он про­с­то спи­ной по­чувс­тво­в­ал этот взгляд. Прис­т­аль­ный, неми­га­ю­щий, не­доб­рый… Сол­н­еч­н­ый, тёп­лый и мягк­ий день «ба­б­ье­го ле­та» вд­руг об­д­ал ле­дя­ным хо­л­о­дом, и Тим­ка по­нев­о­ле зао­гля­ды­вал­ся. Но то­го, кто сле­дил за ним столь прис­т­аль­но, не об­н­ар­ужил – на со­сед­н­ей ос­та­нов­ке го­мо­ни­ла мелк­ота с раз­н­оцвет­н­ыми ран­ца­ми, кот­орую бла­го­пол­уч­но от­пу­ст­и­ли с прод­л­ён­ки. На ска­ме­еч­ке поо­даль ба­б­уш­ка-пен­с­ио­нер­ка тор­го­в­а­ла се­меч­к­ами и га­зе­той «Ве­чер­н­ий Гор­од» с про­грам­мой тел­ев­и­де­ния на сле­ду­ю­щую не­де­лю, тор­опи­л­ись ку­да-то по сво­им де­л­ам нес­коль­ко про­хо­жих, но ни в ком из них не чувс­тво­в­а­лось той уг­ро­зы, кот­орую Тим­ка ощут­ил толь­ко что. Маль­чик по­жал пле­ча­ми. Пок­а­за­лось…
Но пот­ом он вн­овь стал ощу­щать этот стран­н­ый, пу­га­ю­щий прис­т­аль­ный взгляд – в су­пер­мар­к­е­те, вы­хо­дя из шко­лы, на вхо­де с дру­зья­ми в «Крош­ку-карт­ош­ку», спус­ка­ясь по сту­пень­кам Цент­раль­ной Гор­одс­кой биб­л­ио­т­еки. Тим­ке ста­ло ка­зать­ся, что он ре­аль­но сх­о­дит с ума, а поск­оль­ку па­р­ень он был разв­ит­ый и на­ч­ит­ан­н­ый, то сдел­ал вы­вод, что это пос­л­ед­ствия стрес­са, выз­ван­н­ого не­дав­н­им раз­в­о­дом ро­ди­т­ел­ей. Да-да. Тимк­и­ны ро­ди­т­е­ли разв­е­лись со­в­с­ем не­дав­но. Ок­о­ло двух ме­ся­цев на­зад. Из се­мьи уш­ла мать – про­с­то в один прек­рас­н­ый день пос­т­ав­и­ла му­жа и сы­на пер­ед фак­т­ом, что «дав­но лю­б­ит прек­рас­н­о­го че­лов­ека», что «дол­го тер­пе­ла и боль­ше не мо­жет» и что «сы­нок, ты уже вз­р­ос­л­ый и дол­жен ме­ня по­нять»…
От­ец и сын бы­ли в шо­ке, но мать ни­ч­его не ста­ла боль­ше объ­яс­н­ять, про­с­то взя­ла зар­а­нее соб­ран­н­ую сум­ку, по­це­ло­в­а­ла Тим­ку в щё­ку – су­хо, слов­но клю­ну­ла – и уш­ла.
Уже пот­ом он уз­н­ал, что «прек­рас­н­ым че­ло­век­ом» ок­а­зал­ся один дов­оль­но сос­тоя­тель­ный инос­тра­нец, ме­нед­жер авс­трий­ской тор­го­во-про­мыш­лен­ной ком­па­нии, в рос­с­ий­ском фи­л­иа­ле кот­орой мать ра­б­от­а­ла пос­л­ед­н­ие пять лет. Пос­ле быст­ро­го раз­в­о­да мать и Ниг­ель – так зва­ли авс­трий­ца – быст­ро зар­егис­трир­о­в­а­ли брак и от­б­ы­ли на ис­тор­и­ч­ес­кую Ро­ди­ну су­пру­га. В этой кра­си­вой, но­вой евр­опей­ской жиз­ни Тим­ке ме­с­та не наш­л­ось. Он ос­тал­ся с от­цом.
Но он бы ос­тал­ся с от­цом да­же в том слу­чае, ес­ли бы мать зва­ла его пое­хать с ней. Нет, не пот­ому, что не мог про­с­тить мать-пре­да­тель­ни­цу, хо­тя боль пос­ле её ухо­да бы­ла поч­ти не­вы­но­си­мой. Де­ло бы­ло в том, что, ос­тав­шись со­в­с­ем один, от­ец про­пал бы.
Ник­ол­ай Ли­вад­н­ый с ви­ду ка­зал­ся вполне силь­ным, увер­ен­н­ым в се­бе и успеш­н­ым че­ло­век­ом. Но же­ну свою он лю­б­ил наст­оль­ко силь­но, что это сос­тав­л­я­ло весь смысл его су­щес­тво­в­а­ния. Да­же не­с­ом­н­ен­н­ая лю­б­овь к сы­ну ос­та­вал­ась где-то на пер­ифер­ии. И вот, пос­ле ухо­да же­ны из Ник­о­л­ая слов­но вы­ну­ли вн­утрен­н­ий стер­жень. Он ча­са­ми си­дел, гля­дя в од­ну точ­ку, пот­ом на­ч­ал пить, в до­ме поя­ви­л­ись стран­н­ые лич­н­о­с­ти не­хор­оше­го ви­да и за­па­ха, а сам дом стал на­по­ми­нать бом­жат­н­ик. Тим­ка тер­пел, сколь­ко мог, на­д­еясь, что от­ец об­ра­зу­мит­ся, но ста­нов­и­л­ось толь­ко ху­же. И тог­да Тим­ка по­зво­нил дя­де Юре – дво­юр­од­н­ому бра­ту от­ца, кот­ор­ый ра­б­от­ал экс­перт­ом в Гор­одс­кой по­ли­ции. Дя­дя Юра вы­слу­шал ко­р­от­к­ий сбив­чи­вый расс­каз, про­из­н­ёс:
- По­нял. Жди в го­с­ти, - и по­в­е­сил труб­ку.
Тим­ка во­шёл на кух­ню и по­пы­тал­ся до­не­с­ти до от­ца мысль о том, что го­с­тям сле­ду­ет ук­а­зать на дв­ерь, а в до­ме на­в­е­с­ти хо­тя бы от­н­о­си­т­ель­ный пор­я­док. Но пья­ный от­ец толь­ко что-то про­мы­чал в от­в­ет, а обор­зев­шие го­с­ти при­ня­л­ись оскорб­л­ять маль­чи­ка сло­в­ес­но, а пот­ом один из них с нео­ж­и­дан­ной си­лой удар­ил Тим­ку в сол­н­еч­н­ое спле­те­ние, так что тот от­л­е­тел к стене и боль­но удар­ил­ся го­л­овой. Пер­ед гла­за­ми всё попл­ы­ло, но тут в кух­ню вле­те­ла не­вы­с­ок­ая, дов­оль­но-та­ки хрупк­ая с ви­ду жен­щи­на, кот­о­р­ая мо­мент­ом про­сек­ла дис­по­зи­цию и от­прав­и­ла Тимк­и­но­го обид­ч­ика в нок­аут метк­им удар­ом но­ги в чел­юсть. Сле­дом за ней в кух­ню заг­ля­нул дя­дя Юра и ещё один вы­с­ок­ий муж­ч­и­на с дл­ин­н­ыми гу­сты­ми свет­л­ыми во­л­о­са­ми, соб­ран­н­ыми в хвост.
Кух­ня опу­с­те­ла, как по вол­шеб­ству, дя­дя Юра успок­оил маль­чи­ка, выз­вал по­хм­ель­щи­к­ов для от­ца и неот­л­ож­ку для Тим­ки, так что сле­ду­ю­щие де­сять дн­ей тот про­в­а­лял­ся в боль­ни­це с по­до­з­ре­ни­ем на сот­ря­се­ние моз­га.
А ког­да он вер­н­ул­ся до­мой – всё вн­овь из­ме­ни­л­ось. Кварт­и­ра ок­а­зал­ась при­бран­ной и чис­той, от­ец – трез­вым, а в хо­л­о­диль­ни­ке бы­ла еда, а не по­в­е­сив­шая­ся мышь, как в пос­л­ед­н­ее вре­мя.
Уж как­им об­ра­зом дя­дя Юра и его колл­еги вправ­и­ли от­цу моз­ги, но вправ­и­ли они их дос­тат­оч­но ка­ч­ес­твен­но, что­бы Ли­вад­н­ый-стар­ший взял­ся за ум, пов­и­нил­ся пер­ед Тим­кой и попр­о­сил у сы­на про­ще­ния, а пот­ом от­прав­ил­ся ис­кать ра­б­оту, поск­оль­ку с пре­ды­ду­щей зак­о­но­мер­но успел вы­ле­теть с трес­ком.
Ра­б­ота на­шл­ась, но, увы, толь­ко вахт­о­в­ым мет­о­дом, поск­оль­ку от­ец был ин­же­нер­ом-нефт­я­ник­ом и пос­л­ед­н­ие го­ды ра­б­от­ал на мест­н­ом неф­те­пер­егон­н­ом за­в­о­де, а боль­ше в са­мом Гор­о­де по спе­ци­аль­но­с­ти ему устро­ит­ь­ся бы­ло нек­у­да. Вот и приш­лось сог­ла­сит­ь­ся на ра­б­оту вахт­о­в­ым мет­о­дом у чёр­та на ку­лич­к­ах, где-то в Хат­ан­ге, с гра­фик­ом две ра­б­о­чих не­де­ли – од­на не­де­ля от­д­ы­ха. Прав­да, зар­пла­та бы­ла очень хор­ошей, да и Тим­ка был уже поч­ти вз­р­ос­л­ый и сов­ер­шен­н­ол­ет­н­ий, и осо­бо­го при­смот­ра не тре­бо­в­ал. Тим­ка во­об­ще был очень се­рьёз­н­ым и от­в­етс­твен­н­ым – учил­ся хор­ошо, пить и про­бо­в­ать нарк­от­ики да­же не ду­мал, с не­хор­оши­ми ком­па­ния­ми не свя­зы­вал­ся, прав­да, иног­да по­к­ур­и­вал. Нет, не тра­ву, упа­си Бо­же, обыч­н­ые си­гар­еты. А ещё он со­бир­ал­ся пос­ле один­н­ад­цат­ого клас­са пос­т­упать не ку­да-ни­б­удь, а в МГУ, поск­оль­ку ма­те­мат­икой не про­с­то увле­к­ал­ся – ма­те­мат­ика бы­ла его са­мым лю­б­имым предм­ет­ом. Тим­ка был по­бе­ди­т­ел­ем и при­зёр­ом вс­ев­озмож­н­ых гор­одс­ких, обл­аст­н­ых, об­щер­ос­с­ий­ских и да­же пар­оч­ки меж­д­у­н­ар­од­н­ых олим­пи­ад, так что ре­аль­ные шан­сы пос­т­упить у него бы­ли.
По­это­му от­ец, осо­бо не бес­пок­оясь за мор­аль­ный об­л­ик сы­на, до­гов­ор­ил­ся с со­сед­кой – ба­б­уш­кой-пен­с­ио­нер­кой Та­ма­рой Пет­ров­ной на предм­ет вкус­ной и здор­овой пи­щи и под­д­ерж­а­ния пор­яд­ка в кварт­и­ре, на что та сог­ла­сил­ась с ра­д­о­стью, и от­б­ыл к мес­ту но­вой ра­б­оты. Ра­б­ота ему нео­ж­и­дан­но при­шлась по ду­ше, да и зар­пла­та при­ят­но ра­д­о­в­а­ла глаз, да и у на­ч­альст­ва Ли­вад­н­ый ок­а­зал­ся на хор­ошем сче­ту. Так что сей­час он был на очер­ед­ной вах­те, и зво­нить, что­бы расс­ка­зать о сво­их глу­пых стра­хах, Тим­ке ка­за­лось пол­н­ей­шим иди­от­из­мом. Ко­неч­но, от­ец от­н­ёс­ся бы к его сло­в­ам с пол­ной се­рьёз­н­о­стью и, не дай Бог, сор­вал­ся бы по­ср­е­ди вах­ты… а ес­ли все Тимк­и­ны по­до­з­ре­ния туф­та? Про­с­то раз­гу­ляв­шие­ся нер­вы? Нет, ещё пять дн­ей до прие­з­да от­ца он точ­но по­дож­д­ёт.
По­зво­нить дя­де Юре? Он-то точ­но по­мо­жет. Но вот Тим­ка точ­но зн­ал, что сей­час дя­дя Юра за­нят, как тот вы­ра­жал­ся, «как сва­деб­н­ая ло­шадь – го­л­о­ва в цвет­ах, а жо­па в мы­ле», ибо в Гор­о­де объ­явил­ся ка­кой-то очер­ед­ной зл­о­дей и душ­егуб, кот­ор­ого нуж­но бы­ло сроч­но при­жать к ног­тю. Так что Тим­ка со свои­ми детс­ки­ми стра­ха­ми в эту дис­по­зи­цию точ­но не впи­сы­вал­ся. Так что Тим­ка тер­пел и толь­ко зар­ок се­бе дал – быть поо­с­тор­ож­н­ее. К то­му же – ка­кой ин­т­ер­ес за ним сле­дить? Он что – сын мил­л­ио­не­ра за кот­ор­ого мож­но вы­ру­чить немер­я­ное ко­ли­ч­ес­тво де­нег? А ник­ак­ого дру­го­го мот­и­ва Тим­ка и при­ду­мать не мог. Раз­ве что сдать на ор­га­ны, но это ка­за­лось уже пол­ной глу­по­стью.
Вот и пол­у­чи­л­ось, что со вс­еми свои­ми пер­ежи­ва­ния­ми Тим­ка на­пи­сал сре­зо­в­ую ра­б­оту чуть ху­же обыч­н­ого. И ма­те­мат­ик Лев Бор­и­сов­ич ос­тав­ил его пос­ле ур­о­к­ов, дав ещё па­ру сх­ожих ра­б­от, что­бы вы­яс­н­ить, не по­глу­пел ли его лю­б­имый уче­ник за ле­то, или незн­а­ч­и­т­ель­ная ошиб­ка в сре­зо­вой ра­б­о­те про­с­то ми­нут­н­ая рас­с­еян­н­ость ума. Тим­ка успок­оил­ся, со­сре­дот­о­чил­ся и все за­д­а­ния вып­ол­н­ил без­ук­ор­из­н­ен­но. Ма­те­мат­ик ос­тал­ся им дов­о­л­ен, но из шко­лы Тим­ка возв­ра­щал­ся яв­но позд­н­ее обыч­н­ого. И сн­о­ва, са­д­ясь в маршр­ут­ку, ощут­ил тот же прис­т­аль­ный, неми­га­ю­щий взгляд. И сн­о­ва ник­ого не об­н­ар­ужил, ог­ля­нув­шись.
Вер­н­ув­шись до­мой, Тим­ка по­ел без вс­як­ого ап­пет­ита, и его ру­ка са­ма пот­я­нул­ась к тел­е­фо­ну. Наб­рав дом­аш­н­ий но­мер дя­ди Юры, он услы­шал го­л­ос его же­ны – тё­ти Ма­ши, кот­о­р­ая, по прав­де ска­зать, бы­ла ещё со­в­с­ем мо­л­о­дая и на тё­тю не слишк­ом тя­ну­ла. Но так уж по­ла­га­лось – же­на дя­ди – зн­а­ч­ит тё­тя. Тё­тя Ма­ша то­же бы­ла экс­перт­ом, прав­да, ра­б­от­а­ла со­в­с­ем не­дав­но.
- Здр­ась­те, тёть Маш! – поз­д­ор­о­в­ал­ся Тим­ка. – А дя­дя Юра до­ма?
- Здрав­ствуй, Ти­ма, - от­оз­в­ал­ась тё­тя Ма­ша, - нет ещё, он за­д­ер­жал­ся нем­н­ого. Но уже в пу­ти. Так что пер­е­зво­ни чер­ез ча­сик – Юра как раз поу­жи­нать успе­ет. Или у те­бя что-ни­б­удь сроч­н­ое?
- Не то, что­бы очень, - вы­дох­н­ул Тим­ка, - мне про­с­то по­сов­ет­о­в­ать­ся нуж­но.
- Ну, пер­е­зво­ни чер­ез ча­сик – по­сов­ет­уешь­ся, - доб­ро­душ­но ска­за­ла тё­тя Ма­ша.
Тим­ка изв­и­нил­ся и от­с­ое­ди­нил­ся. Лад­но, ещё час он по­дож­д­ёт.
И тут Тим­ка вспом­н­ил, что к завт­раш­н­ему дню нуж­но сроч­но под­гот­ов­ить док­лад по ис­тор­ии. А его тет­рад­ка с те­ма­ми и во­про­са­ми ос­тал­ась у Лар­ис­ки Гор­и­ной, кот­орой бы­ло ле­ни­во за­пи­сы­вать са­мой – вот она и взя­ла Тимк­и­ну тет­рад­ку, да так за­б­ы­ла вер­н­уть. Тим­ка плю­нул и по­зво­нил Лар­ис­ке. Та ок­а­зал­ась до­ма и ра­д­ост­но за­ще­бет­а­ла, что Ти­моч­ка её очень вы­ру­чил и что бук­валь­но чер­ез пять ми­нут она убе­га­ет по сроч­н­ому де­лу, так что ес­ли ему нуж­на тет­рад­ка – пусть за­хо­дит немед­л­ен­но. Тим­ка плю­нул, ибо все сроч­н­ые го­р­инс­кие де­ла бы­ли обыч­но мужс­ко­го по­ла, ро­с­том под два мет­ра и из­л­иш­н­им ин­т­елл­ект­ом не от­яго­щён­н­ые. Ро­ди­т­е­ли же Лар­ис­ки от­н­о­си­л­ись к гу­лян­к­ам до­че­ри сн­ис­х­о­ди­т­ель­но, ибо оба бы­ли пос­т­оян­но за­ня­ты на ра­б­о­те, а вне её ча­ще об­ща­л­ись с зе­л­ё­ным зми­ем, чем с собс­твен­ной до­че­рью.
Но за тет­рад­кой Тим­ка от­прав­ил­ся, бла­го жи­ла Лар­ис­ка не­да­ле­ко – чер­ез два до­ма, прав­да нуж­но бы­ло ми­но­в­ать про­ход­ной двор, где лам­поч­ка в ар­ке пос­т­оян­но не гор­е­ла. Но дел­ать бы­ло не­че­го, и маль­чик тор­оп­ли­во про­бе­жал чер­ез ар­ку, тор­опясь по­пасть в осве­щён­н­ый двор Лар­и­ск­и­но­го до­ма.
«Сроч­н­ое де­ло» в ви­де вы­с­о­чен­н­ого пар­ня на нав­ор­о­чен­н­ом бай­ке уже мая­чи­ло во дво­ре, а ми­ну­ту спус­тя там нар­и­со­в­ал­ась и Лар­ис­ка, кот­о­р­ая ра­д­ост­но по­це­ло­в­а­ла ка­вал­е­ра в щёч­ку и, прив­етс­твен­но мах­н­ув Тим­ке ру­кой, прот­я­ну­ла ему тет­рад­ку. Тим­ка тет­рад­ку взял, Лар­ис­ка ли­хо вс­ко­чи­ла на мот­оцикл, и байк взял с ме­с­та рез­во, как нор­ов­и­с­тый конь. Тим­ка нев­оль­но чих­н­ул, и от­прав­ил­ся об­рат­но.
И тут, на вхо­де в ар­ку пер­ед ним воз­н­ик­ла нез­нак­ом­ая щуп­лая фигу­ра. Тим­ка сна­ч­а­ла ос­та­нов­ил­ся, но пот­ом обл­ег­ч­ён­но пер­ев­ёл дух. Щуп­лый бл­ед­н­ый подр­о­с­ток лет шест­н­ад­ца­ти вр­яд ли мог на­не­с­ти се­рьёз­н­ый вред во­об­ще ко­му-ли­бо. А пар­н­иш­ка умо­л­яю­ще об­рат­ил­ся к Тим­ке:
- Слу­шай, по­мо­ги, а? У ме­ня ще­нок в ре­шёт­ке за­стрял…
- Ка­кой ще­нок? Как­ая ре­шёт­ка? – не по­нял Тим­ка.
- Мой, - тер­пе­ли­во поя­с­н­ил па­цан, - он ма­л­ень­кий ещё и глу­пый. От по­в­од­ка от­це­пил­ся и стал бе­гать. А пот­ом за­стрял в ре­шёт­ке под­валь­но­го ок­на. Слу­шай, я бы и сам его осво­бо­дил, но его дер­жать нуж­но и прут от­ог­нуть. У од­н­ого не пол­у­чит­ся. По­мо­ги, а? Я по­дер­жу, а ты от­ог­нёшь – там пру­тья хлипк­ие…
Тим­ка хо­т­ел бы­ло пос­л­ать па­ца­на по ад­р­е­су, но пот­ом гля­нул и по­жа­л­ел бе­дол­агу. Па­р­ень выгл­я­дел… как­им-то боль­ным – ху­дой, бл­ед­н­ый, кру­ги под гла­за­ми тём­н­ые. Да и одеж­да – чис­тая, но но­ше­н­ая… То­же, нав­ер­н­ое, ро­ди­т­е­ли пьют…
-Лад­но, да­вай, пок­а­зы­вай, где твой ще­нок, - улыб­н­ул­ся Тим­ка. – Сей­час вы­та­щим.
Пар­н­иш­ка пок­а­зал ру­кой ку­да-то в на­прав­л­е­нии ар­ки и кив­н­ул, при­гла­шая сле­до­в­ать за со­бой. Тим­ка по­шёл, маль­чиш­ка сдел­ал шаг впер­ёд… и ис­чез в тем­н­о­те.
- Эй, - крик­н­ул Тим­ка, - эй, где твой ще­нок?
Но в этот са­мый мо­мент сз­а­ди раз­да­л­ись дру­гие ша­ги – тя­жё­л­ые ша­ги вз­р­ос­ло­го че­лов­ека. И преж­де чем Тим­ка успел хоть как-то среа­гир­о­в­ать, его ух­ват­и­ли за шею и при­жа­ли ко рту и но­су прот­ив­но во­ня­ю­щую тря­пи­цу. Пер­ед Тимк­и­ны­ми гла­за­ми за­мель­ка­ли раз­н­оцвет­н­ые звез­доч­ки, и он от­к­лю­ч­ил­ся.
Гла­ва 1. "По­т­ер­яш­ки"
За не­де­лю до со­бы­тий, опи­сы­вае­мых в про­ло­ге.
Ша­ман­ка вор­вал­ась в ка­б­и­нет­ик Мак­са в сво­ём обыч­н­ом сти­ле – как ма­л­ень­кий ура­ган, смет­аю­щий всё на сво­ём пу­ти. Макс, за­д­ум­чи­во му­ча­ю­щий коф­е­вар­ку, слег­ка при­под­н­ял бровь и удив­л­ён­но по­смот­рел на бое­в­ую по­дру­гу:
- Что за шум, а дра­ки нет? Неу­же­ли зл­о­дей но­в­ый объ­явил­ся, а я не в кур­се?
- Да нет, не объ­явил­ся по­ка… - от­оз­в­ал­ась Ша­ман­ка, цап­н­ув круж­ку со све­же­за­вар­ен­н­ым ко­фе, - но не ис­клю­ч­аю та­кой воз­мож­н­о­с­ти. На­ч­аль­ство нас жд­ёт чер­ез пят­н­ад­цать ми­нут. Кста­ти, ты ж обыч­но до­ма коф­ей с ут­ра рас­пи­ва­ешь… С че­го се­год­ня так­ая ми­л­ость? Неу­же­ли пред­ч­увс­тво­в­ал моё поя­в­л­е­ние?
- Не-а, - от­оз­в­ал­ся Макс и шир­око зев­н­ул. – Про­с­то не вы­спал­ся. У Ма­ло­го но­чью тем­пер­ат­у­ра под­н­ял­ась, по­ка сбить пы­та­л­ись, по­ка неот­л­ож­ку вы­зы­ва­ли… Кор­о­че, за­б­ра­ли его в боль­ни­цу с по­до­з­ре­ни­ем на вос­па­л­е­ние лёгк­их. Ва­д­ик с ним пое­хал… Так что до­ма с ут­ра по­пить ко­фе я про­с­то не успел.
С эти­ми сло­в­ами Макс вы­лил ос­тат­ки ко­фе во вт­орую круж­ку и сдел­ал боль­шой глот­ок:
- Хоть моз­ги проя­с­н­ят­ся…
В это вре­мя мо­биль­ный Мак­са ожил при­выч­ной ме­ло­ди­ей: «Идёт охо­та на вол­к­ов, идёт охо­та…». Макс тор­оп­ли­во гля­нул на экран и быст­ро ска­зал Ша­ман­ке:
- Ва­д­ик… - а за­тем от­вер­н­ул­ся к ок­ну, - Да, Вадь… Что? Не под­твер­д­и­л­ось? На обс­ле­до­в­а­ние ос­тав­и­ли на па­ру дн­ей? Тем­пер­ат­у­ру сби­ли, сей­час спит? Ну и ла­д­уш­ки… Ез­жай до­мой, от­д­ох­ни. Что? На ра­б­оту? Ну, лад­но, толь­ко за рул­ём не зас­ни. Так­си выз­вал? Ах, да, ты ж без кол­ёс… Лад­но, пос­т­а­р­аюсь осво­бо­дит­ь­ся пор­ань­ше, зае­ду за то­бой. Что? Не за­га­д­ы­вать? А в боль­ни­цу? Анд­р­ей зай­дёт с ре­бят­ами? Лад­но, поз­же со­зво­ним­ся, а то мне тут на ков­ёр по­ра. Да нет, ни­ч­его… Сам не знаю… Ну, всё, со­зво­ним­ся. Да, и я…
Ша­ман­ка нев­озмут­имо пог­ло­ща­ла ко­фе, со­зер­цая тре­щи­ны на пот­ол­ке ка­б­и­нет­ика – с ни­ми мест­н­ый за­в­хоз бор­ол­ся дав­но и бе­зус­пеш­но, нес­мот­ря на все уси­л­ия и по­пыт­ки ре­мон­та, тре­щи­ны в фор­ме бук­вы «W» прос­ту­па­ли всё рав­но. Макс же, зак­он­ч­ив раз­гов­ор, по­ба­р­а­б­а­нил паль­ца­ми по сто­лу и ти­хо ска­зал:
- Толь­ко бы всё бы­ло в пор­яд­ке…
- Ну что ты так нерв­н­и­ч­аешь? – по­пы­тал­ась успок­оить его Ша­ман­ка. – Прос­ту­дил­ся Сер­ёж­ка где-ни­б­удь, вот тем­пер­ат­у­ра и подс­ко­чи­ла. Вы­пи­шут его чер­ез па­ру день­ков, и всё бу­дет в пор­яд­ке.
- Дай-то Бог… - вз­дох­н­ул Макс, - зна­ешь, Га­ля, бес­по­ко­юсь я. Ког­да Сер­ёж­ка был… ну, ты пом­н­ишь…* Эти тва­ри из «Ан­ге­ла ми­л­о­сер­д­ия» ему как­ие-то таб­л­ет­ки да­ва­ли, он не­дав­но расс­ка­зы­вал. Им-то его крепк­ое здор­о­в­ье бы­ло ни к че­му, глав­н­ое, чтоб пос­л­уш­н­ый был… Да и у то­го, ко­му его про­дать со­бир­а­л­ись, он бы вр­яд ли про­жил дол­го. Вот я и бес­по­ко­юсь – не по­с­а­д­и­ли бы ему поч­ки этой га­д­о­стью. Сер­ёж­ка рас­т­ёт, всё это проя­вит­ь­ся мо­жет…
- Да ну… Вр­яд ли бы его там трав­ить ста­ли, - возр­а­зи­ла Ша­ман­ка.
- Трав­ить – нет, - пар­ир­о­в­ал Макс, - но все эти лек­арст­ва успок­ои­т­ель­ные… Мн­ого ли на­до так­ому ма­л­ень­ко­му?
- Лад­но, Макс, не бе­ги впер­е­ди пар­ов­о­за, не нак­ру­чи­вай се­бя. Мо­жет быть, у Сер­ёж­ки всё в пор­яд­ке, а ты вол­н­уешь­ся. Вот ког­да бу­дет ка­кой-то конк­рет­н­ый диа­г­ноз – тог­да и бу­дем ду­мать, что дел­ать. А сей­час ты толь­ко сам се­бя из­в­о­дишь по­пу­сту. И во­об­ще, пош­ли, нам по­ра. На­ч­аль­ство жд­ёт.
- Ты пра­ва, Га­ля, - сог­ла­сил­ся Макс, до­пил ко­фе од­н­им глот­к­ом, и сле­дом за Ша­ман­кой вы­шел из ка­б­и­нет­ика.
На­ч­аль­ство их до­жи­да­лось от­н­юдь не в оди­но­чес­тве. В ка­б­и­не­те при­сутс­тво­в­ал ещё немо­л­о­дой, но подт­я­нут­ый се­дой муж­ч­и­на в ки­т­е­ле с под­пол­к­ов­н­и­ч­ьи­ми по­го­н­ами. Макс и Ша­ман­ка веж­ли­во поз­д­ор­о­в­а­л­ись и с нек­от­о­р­ым не­доу­ме­ни­ем по­смот­ре­ли на лю­б­имое на­ч­аль­ство. Оно не­за­мед­л­и­т­ель­но от­р­еа­гир­о­в­а­ло на взг­ля­ды:
- Га­л­и­на, Мак­сим, это под­пол­к­ов­н­ик Март­ы­нов из служ­бы по роз­ыс­ку про­пав­ших лю­дей. Под­пол­к­ов­н­ик, а это и есть май­ор Ша­ма­но­ва и гос­по­дин Трау­бе, наш пси­х­о­л­ог-крим­и­на­л­ист.
- Насл­ышан про ва­шу чу­до-пар­оч­ку, - по­к­и­вал под­пол­к­ов­н­ик. – Рад поз­нак­омит­ь­ся лич­но.
- Бла­го­да­рю, - от­оз­в­ал­ся Макс. – Но хо­т­е­лось бы уз­нать, в чём смысл на­ше­го знак­омст­ва.
- Сра­зу к де­лу? – улыб­н­ул­ся под­пол­к­ов­н­ик. – Что ж, ува­жаю по­доб­н­ый под­х­од. Хор­ошо. Ду­маю, что я при­нёс вам нов­ое де­ло, с кот­о­р­ым по­ли­ция по­ка не в сос­тоя­нии справ­ит­ь­ся. Вот…
И под­пол­к­ов­н­ик же­с­т­ом пок­а­зал на ту­го на­б­ит­ую карт­он­н­ую кор­об­ку, сто­яв­шую ря­дом с ним на сту­ле.
- Но мы обыч­но с «по­т­ер­яш­к­ами» не ра­б­от­аем… - удив­ил­ась Га­л­и­на. – Стар­аем­ся рас­крыть всё по гор­я­чим сле­дам.
- Тем не ме­нее, прак­т­и­ч­ес­ки все ва­ши де­ла име­ют кор­ни мн­огол­ет­н­ей дав­н­о­с­ти, - возр­а­зил Март­ы­нов. – Ду­маю, что то, о чём я вам расс­ка­жу, как раз из разр­я­да так­их же.
- Хор­ошо, - кив­н­ул Макс, по­ни­мая, что под­пол­к­ов­н­ик вр­яд ли от­прав­ил­ся бы на пок­лон к его на­ч­аль­ству без осо­бой на то при­ч­и­ны. – Мы вас слу­ша­ем.
Пол­к­ов­н­ик кив­н­ул и прис­т­упил к расс­ка­зу:
- По­ни­мае­те, в Гор­о­де про­па­д­ают де­ти. Не так ча­сто, стат­и­с­ти­ка у нас дов­оль­но спо­кой­ная, и в ос­н­ов­н­ом это де­ти… ска­жем так, мар­ги­на­лов. Не­бла­го­пол­уч­н­ые се­мьи, се­мьи алк­ого­ли­к­ов, непол­н­ые се­мьи, слу­чаи се­мей­но­го на­си­л­ия… Аб­с­ол­ют­н­ое боль­шинс­тво про­пав­ших при­х­о­дит­ся имен­но на по­доб­н­ые се­мьи. Де­ти сбе­га­ют от та­кой жиз­ни, по­па­д­ают в ла­пы к тор­гов­цам жи­вым то­в­ар­ом, пе­до­фи­л­ам, сек­с­уаль­ным са­д­ис­там, ста­но­в­ят­ся во­р­иш­к­ами, бро­дя­га­ми, попр­ошай­ка­ми, вов­ле­к­ают­ся в про­с­тит­уцию… Иног­да они про­па­д­ают, пот­ому что их уби­ва­ют собс­твен­н­ые род­н­ые и бл­изк­ие – бы­ва­ет и так­ое… Всё это от­в­рат­и­т­ель­но, но объ­яс­н­имо. Иног­да мы на­хо­д­им так­их де­тей… Но ча­ще вс­его – нет, бу­ду от­к­ров­е­нен… Есть и слу­чаи по­хи­ще­ния, но тут дру­гое – по­хи­т­и­т­е­ли вы­би­р­ают де­тей сос­тоя­тель­ных ро­ди­т­ел­ей и тре­бу­ют вы­куп. В этом слу­чае ре­бё­нок ча­сто ос­та­ёт­ся в жи­вых, хо­тя и тут вс­як­ое бы­ва­ет… Но бы­ва­ет и дру­гое – вполне бла­го­пол­уч­н­ая пол­н­ая се­мья, ро­ди­т­е­ли ре­бён­ка обо­жа­ют, ник­ак­их про­бл­ем с зак­о­ном… и вд­руг мал­ыш про­па­д­ает бесс­лед­но. Ник­ак­их тре­бо­в­а­ний о вы­ку­пе… И ник­ак­ого те­ла. Был ре­бё­нок – нет ре­бён­ка.
- Всё это пе­чаль­но, ко­неч­но… - вз­дох­н­у­ла Ша­ман­ка, - но всё-та­ки я не очень по­ни­маю, по­че­му вы ре­ши­ли об­рат­ит­ь­ся к нам.
- Я, знае­те ли, на пен­с­ию ухо­жу, - вз­дох­н­ул под­пол­к­ов­н­ик, - полт­о­ра ме­ся­ца ос­та­лось… А смен­щик мой из «по­зво­ноч­н­и­к­ов»** - мо­л­о­дой да ран­н­ий. Не бо­лит у него ду­ша за по­т­ер­яшек. А у ме­ня это пос­л­ед­н­ий шанс с чис­той со­в­е­стью на пен­с­ию уй­ти. По­мо­ги­те мне, ре­бя­та, че­стью про­шу…
- Про­дол­жай­те, под­пол­к­ов­н­ик, - ска­зал Макс, - мы вас слу­ша­ем.
- Я к че­му вам всё это расс­ка­зы­вал… - про­дол­жил под­пол­к­ов­н­ик, - лет пять на­зад вы­явил я нек­ую стран­н­ую зак­о­но­мер­н­ость. Не­хор­ошую, на­до ска­зать, зак­о­но­мер­н­ость.
Пять лет на­зад, - про­дол­жил Март­ы­нов, нем­н­ого по­мол­ч­ав, - в ко­р­от­к­ий про­ме­жут­ок вре­ме­ни пос­т­упи­ло сра­зу чет­ы­ре зая­в­л­е­ния о про­пав­ших дет­ях. Три маль­чи­ка и од­на дев­оч­ка. Все чет­ве­ро из бла­го­пол­уч­н­ых се­мей, как ныне при­ня­то гов­ор­ить, сред­н­ий класс. Ро­ди­т­е­ли не на зо­л­о­те ели, но и в день­гах не нуж­д­а­л­ись. Все чет­ве­ро ис­чез­ли бесс­лед­но. Слов­но рас­твор­и­л­ись. И ещё один мо­мент – все чет­ве­ро бы­ли од­н­ого воз­р­а­ста – вось­ми лет – и сх­ожей вн­еш­н­о­с­ти. Свет­л­ень­кие, во­л­о­сы вьют­ся, гла­за гол­у­бые. Чи­с­то ан­ге­лоч­ки. У ме­ня да­же серд­це ёк­н­у­ло – так жал­ко их ста­ло. Ро­ди­т­е­ли… Ро­ди­т­е­ли так уби­ва­л­ись. По­ли­ция но­сом зем­лю ры­ла. Ни­ч­его. Ник­ак­их сле­дов.
- И? – тре­бо­в­а­тель­но спро­си­ла Ша­ман­ка.
- И что-то ме­ня подт­олк­н­у­ло стар­ые де­ла про­смот­реть. И я… на­шёл. Де­сять лет на­зад бы­ла по­хо­жая сер­ия ис­чез­н­ов­е­ний. Толь­ко тог­да трое про­па­ли. Два маль­чи­ка и дев­оч­ка. То­же лет се­ми-вось­ми, то­же бе­л­ень­кие и гол­у­бог­ла­зые. То­же бесс­лед­но.
Макс с Ша­ман­кой пер­ег­ля­ну­лись. Де­ло ок­а­зы­ва­лось наст­оль­ко сквер­н­ым, наск­оль­ко это во­об­ще воз­мож­но. А под­пол­к­ов­н­ик про­дол­жал:
- Но я и на этом не ос­та­нов­ил­ся. Серд­це чуя­ло, что это ещё не ко­нец. Стал смот­реть бол­ее ран­н­ие де­ла. И не ошиб­ся. Пят­н­ад­цать лет на­зад. Пят­н­ад­цать лет на­зад всё на­ч­а­лось. То­же про­па­ли чет­ве­ро. По­хо­жей вн­еш­н­о­с­ти. То­го же воз­р­а­ста. На этот раз – все маль­чи­ки. Но тог­да это де­ло во­об­ще на тор­мо­зах пош­ло. Ко­нец де­вя­но­с­тых – та­кой бар­д­ак вез­де твор­ил­ся, толь­ко-толь­ко нал­ажи­вать­ся что-то ста­ло… И нет, тог­да то­же ник­ого не об­н­ар­ужи­ли. Как в во­ду ка­ну­ли де­ти.
- Но ведь бы­ло что-то ещё? – на­стой­чи­во ска­зал Макс. – Что-то ещё, что за­став­и­ло вас прий­ти сю­да, не так ли?
- Ис­тин­но так, - вз­дох­н­ул Март­ы­нов. – Всё сн­о­ва на­ч­а­лось.
- То есть? – удив­ил­ась Ша­ман­ка.
- Две не­де­ли на­зад про­па­ли вось­мил­ет­няя Ар­иша Дан­к­ев­ич и се­мил­ет­н­ий Ва­ня Груз­дев. Вот их фо­то, - пол­к­ов­н­ик дос­тал из ле­жа­щей пер­ед ним ко­жа­ной пап­ки две цвет­н­ые фот­огра­фии. Маль­чик в си­нем кос­тюм­чи­ке – свет­л­ень­кий, кудр­я­вый, с ум­н­ым жи­вым ли­цом. И хор­ошень­кая, как кук­ол­ка, дев­оч­ка в пыш­н­ом нар­яд­н­ом ро­з­ов­ом пла­т­ье – этак­ая ма­л­ень­кая Бар­би.
- По­ка их толь­ко двое. Но по­хи­т­и­т­е­лю нуж­но боль­ше. Зн­а­ч­ит, эта тварь най­дёт се­бе ещё од­н­ого-дво­их и сн­о­ва за­ля­жет на дно на пять лет. Най­ди­те де­тей, ре­бят­ки… Или хо­тя бы тварь эту най­ди­те – что­бы боль­ше ни­к­то от неё не пос­т­ра­д­ал.
Макс и Ша­ман­ка пер­ег­ля­ну­лись сн­о­ва. За­тем Макс ска­зал:
- Ва­ши… по­до­з­ре­ния не ли­ше­ны ос­н­о­в­а­ний. Вер­оят­но, здесь дей­стви­т­ель­но име­ет ме­с­то быть сер­ия. Но… ду­маю, что всё гор­аз­до ху­же. Учит­ы­вая так­ое ко­ли­ч­ес­тво по­хи­щае­мых зар­аз де­тей… Од­н­ому с этим справ­ит­ь­ся труд­н­о­в­ато. Скор­ее вс­его, зл­о­де­ев двое.
- Но раз­ве так мо­жет быть? – удив­ил­ся под­пол­к­ов­н­ик. – Я чит­ал, что по­доб­н­ые…эээ… субъ­ек­ты – со­ци­о­па­ты и по прир­о­де сво­ей – оди­ноч­ки, не спо­соб­н­ые на при­вя­зан­н­ость к ко­му-ли­бо. А по­доб­н­ое дов­ер­ие пред­по­ла­га­ет глу­бок­ий ур­ов­ень при­вя­зан­н­о­с­ти.
- Или зав­и­си­мо­с­ти, - вз­дох­н­ул Макс, - я имел воз­мож­н­ость ви­деть ма­н­ья­ка, вос­пит­ан­н­ого дру­гим ма­н­ьяк­ом.*** Они дос­тат­оч­но дол­гое вре­мя уби­ва­ли вме­с­те, а пос­ле смер­ти свое­го… эээ… вос­пит­а­те­ля вос­пит­ан­н­ик на­ч­ал собс­твен­н­ую месть.
- Ужас ка­кой… - вз­дох­н­ул под­пол­к­ов­н­ик. – Да, я про это слы­шал. Юж­н­ый Гор­о­док, да?
- Да, - от­в­е­т­ил Макс. – Но вы пра­вы, ес­ли у нас тут дей­стви­т­ель­но сер­ия, то тип от­н­оше­ний у зл­о­де­ев дру­гой. Они глу­бо­ко при­вя­за­ны друг к дру­гу, эта связь очень дав­няя и аб­с­ол­ют­но доб­ров­оль­ная.
- И тог­да это?.. – спро­сил Март­ы­нов.
- Ду­маю, что это ли­бо брат­ья, ли­бо се­мей­ная па­ра.
- Но тог­да за­ч­ем им де­ти? – пор­а­зил­ся Март­ы­нов.
- А они иг­ра­ют в се­мью. И иг­ра­ют очень свое­о­браз­но, ес­ли им каж­д­ые пять лет тре­бу­ют­ся но­в­ые де­ти. Но по­ка это толь­ко ги­по­т­е­за. Знае­те что, гос­по­дин под­пол­к­ов­н­ик…
- Ге­ор­гий Ми­хай­лов­ич, ес­ли мож­но, - быст­ро вс­тав­ил Март­ы­нов.
- …хор­ошо, Ге­ор­гий Ми­хай­лов­ич, - про­дол­жил Макс, - мы изу­чим с май­ор­ом Ша­ма­но­вой ма­тер­иа­лы де­ла. Пот­ом по­бе­се­ду­ем с ро­ди­т­е­л­ями ны­неш­н­их про­пав­ших де­тей. И с ро­ди­т­е­л­ями тех, кто про­пал в прош­л­ые го­ды. Воз­мож­но, тог­да моё пред­по­л­оже­ние ли­бо пол­у­чит подк­реп­ле­ние, ли­бо бу­дет от­б­ро­ше­но и воз­н­ик­н­ет но­в­ая вер­с­ия. Мы бер­ём­ся за это де­ло.
- Вот и слав­но, - вме­ша­лось в раз­гов­ор вни­ма­тель­но слу­шав­шее их до сих пор на­ч­аль­ство. – Ра­б­от­ай­те.
- Лит­ви­но­ва, еже­ли он нам по­н­а­д­о­бит­ся силь­но, за­д­ей­ство­в­ать мож­но? – ме­до­в­ым го­л­ос­ком под­л­и­зы-от­л­ич­н­и­цы по­ин­т­ер­е­с­о­в­ал­ась Ша­ман­ка.
На­ч­аль­ство тя­же­ло вз­дох­н­у­ло и вы­да­ло:
- Чёрт с ва­ми, за­д­ей­ствуй­те. Вы же всё рав­но не от­с­та­не­те. Лад­но, иди­те, я по­зво­ню экс­перт­ам, об­ра­д­ую.
Вот так за не­де­лю до ис­чез­н­ов­е­ния Тим­ки Ли­вад­н­ого и на­ч­а­лось это расс­ле­до­в­а­ние, к кот­ор­ому по­хи­ще­ние подр­ост­ка не име­ло ник­ак­ого от­н­оше­ния. Ка­за­лось бы, не име­ло, ибо Макс и Ша­ман­ка, на­ч­ав своё расс­ле­до­в­а­ние, как обыч­но, пот­рев­ожи­ли та­кой змеи­ный клу­бок, что са­ми пот­ом ди­ву да­ва­л­ись.
*Макс вспо­ми­на­ет со­бы­тия ор­ид­жа «Се­реб­ро Гос­по­да».
** «По­зво­ноч­н­ик» - обыч­но сын или родс­твен­н­ик влия­тель­но­го ли­ца, пол­у­чив­ший неп­л­ох­ую долж­н­ость «по звон­ку».
*** См. ор­идж «Кук­оль­ный дом».
Гла­ва 2. Игор­ёк
За де­сять лет до опи­сы­вае­мых со­бы­тий.
Се­мил­ет­н­ий Игор­ёк Ага­пов прос­н­ул­ся в хор­ошем наст­рое­нии. Вч­е­ра у него был день рож­д­е­ния, при­х­о­ди­ли дру­зья, при­нес­ли по­дар­к­ов, ба­б­уш­ка ис­пек­ла огром­н­ый пир­ог с виш­н­ями и мно­жес­т­во ма­л­ень­ких пир­ож­к­ов с ка­пу­стой, мя­сом, ва­р­е­ньем и твор­огом, был да­же торт со све­ча­ми, пол­н­ая ва­за шок­ол­ад­н­ых кон­фет, мор­оже­ное и «Ко­ла». Па­па пригла­сил клоу­на и клоу­нес­су, и они ве­се­ли­ли де­тей нес­коль­ко ча­сов. Бы­ло ве­се­ло и здор­ово, а се­год­ня, в суб­б­оту, был вы­ход­ной и у па­пы с ма­мой, и они вс­ей се­мьёй со­бир­а­л­ись в не­дав­но от­к­ры­тый Гор­одс­кой парк атт­рак­цио­нов – а там бы­ло мн­ого вс­як­ого – и ку­ча раз­н­ых кар­у­сел­ей, и стал­к­и­ва­ю­щие­ся авт­омо­биль­чи­ки, и пу­зат­ые чаш­ки-болт­ал­ки, и да­же воз­мож­н­ость про­к­ат­ит­ь­ся на са­мом наст­оя­щем кос­ми­ч­ес­ком кор­аб­ле и по­бы­вать в не­в­е­с­омо­с­ти. Глав­н­ое, что­бы опять не рас­ка­приз­н­и­ч­ал­ась мл­ад­ш­ая сес­т­рён­ка – чет­ырёхл­ет­няя Ми­л­е­на. Вч­е­ра она как ув­и­де­ла клоу­нов, так убе­жа­ла из-за сто­ла в спаль­ню к ба­б­уш­ке. Там и про­си­де­ла, по­ка они не уш­ли. Ну и лад­но. Без неё ве­сел­ее, а то с тех пор, как в до­ме поя­вил­ась эта ма­л­ень­кая плак­са, ро­ди­т­е­ли толь­ко ей вни­ма­ние и уде­л­яют, а Игорь­ку час­тень­ко гов­ор­ят: «Ты боль­шой, ты стар­ший…»
Быть боль­шим и стар­шим, ко­неч­но, при­ят­но, да и Ми­л­ен­ка со­в­с­ем не так­ая уж прот­ив­н­ая плак­са и крив­л­яка, как он ду­ма­ет иног­да, ког­да зл­ит­ся. Но… Те­перь ему ник­ак не раз­ре­ша­ют за­в­е­с­ти щен­ка – у Ми­л­е­ноч­ки, ви­ди­те ли, как­ое-то стран­н­ое за­б­ол­е­ва­ние… ил­ер­гия… или нет, как-то по дру­го­му… Но от со­ба­ч­ьей шер­с­ти она на­ч­и­на­ет чи­хать, каш­лять и пок­ры­вать­ся прот­ив­н­ыми крас­н­ыми пят­н­ами. Так что ей нуж­но пос­т­оян­но пить спе­ци­аль­ное лек­арс­тво… и ник­ак­их жив­от­н­ых в до­ме. А то, что Игорь­ку да­же во сне сн­ят­ся щен­ки – ве­сё­л­ые, неу­к­лю­жие, толс­тол­апые… Нель­зя ему щен­ка. Ник­ак нель­зя. Из-за Ми­л­ен­ки.
Прав­да, со­седс­кая дев­оч­ка Та­ня раз­ре­ша­ет ему иг­рать со сво­им щенк­ом – пуш­и­с­тым, бе­л­ень­ким, с гол­у­бы­ми гла­за­ми. Так­ая пор­о­да на­зы­ва­ет­ся «хас­ки», это ез­до­в­ые со­ба­ки, и Кид – про­с­то меч­та, та­кой дру­жел­юб­н­ый и ум­н­ый, так лю­б­ит свою хо­зяй­ку… и Игорь­ка то­же лю­б­ит, вс­ег­да уз­на­ёт его из­да­ли и бе­жит, что­бы об­л­и­зать, смеш­но ви­ляя тол­с­тым пуш­и­с­тым хво­с­том и пут­аясь в собс­твен­н­ых ла­пах. Но ведь чу­жая со­ба­ка – это со­в­с­ем да­же не то…
Нет, Игор­ёк всё по­ни­ма­ет, Ми­л­ен­ка не ви­но­в­ата, что у неё эта… иле­грия… но щен­ка-то всё рав­но хо­чет­ся. Прав­да ему по­дар­и­ли боль­шой ак­ва­р­иум с за­б­ав­н­ыми со­ми­к­ами и гуп­пи, на них то­же ин­т­ер­ес­но смот­реть, и уха­жи­вать за ни­ми на­до, но со­ба­ка… Со­ба­ка это дру­гое.
Но Игор­ёк был устро­ен так, что пе­ча­л­ит­ь­ся дол­го про­с­то не умел. В кон­це кон­цов, у него са­мые за­ме­ча­тель­ные па­па и ма­ма, са­мая доб­р­ая ба­б­уш­ка… и Ми­л­ен­ка, как ни кру­ти, то­же его лю­б­ит – са­ма сдел­а­ла от­к­рыт­ку-ап­п­лик­ацию в по­дар­ок – вон сто­ит на книж­ной пол­ке за стек­л­ом. Боль­шой пу­зат­ый крас­н­о­го­л­о­в­ый му­хо­мор с при­зем­л­ив­шим­ся на шляп­ку кл­е­но­в­ым ли­с­том. Кра­си­во пол­у­чи­л­ось, ни­ч­его не ска­жешь. Хо­тя и нем­н­ого кри­во, но ведь и Ми­л­ен­ка ещё ма­л­ень­кая.
И во­об­ще – се­год­ня они бу­д­ут ве­се­лит­ь­ся – по­к­ат­ают­ся на атт­рак­цио­н­ах, пое­дят мор­оже­но­го в «Бас­кин-Роб­б­инс», а пот­ом ещё сх­о­дят в ки­но. И во­об­ще, Игор­ёк уже боль­шой, ему ис­пол­н­яет­ся семь лет, а зн­а­ч­ит, перв­ого сент­яб­ря он пой­дёт в шко­лу – для неё всё то­же уже куп­ле­но – и тет­рад­ки, и кар­ан­д­аши, и раз­н­оцвет­н­ый рюк­з­ак с ма­шин­к­ами, и да­же фор­ма. Фор­ма, пот­ому что Игор­ёк идёт не в про­с­тую шко­лу, а в гим... гим­н­а­зию. А Ми­л­ен­ке ещё три го­да жд­ать, и во­об­ще, она ма­ляв­ка.
Плав­н­ое те­че­ние Игорь­ко­в­ых мысл­ей прер­в­а­ла ма­ма, кот­о­р­ая ве­се­ло по­ин­т­ер­е­с­о­в­ал­ась, вс­тал ли уже её боль­шой маль­чик, или он хо­чет ос­тать­ся до­ма, нес­мот­ря на чу­дес­н­ую по­го­ду. Игор­ёк со­лид­но от­в­е­т­ил, что уже поч­ти вс­тал, сей­час вот оде­нет­ся и при­дёт завт­ра­к­ать.
Ма­ма на­пом­н­и­ла, что преж­де на­до по­чи­с­тить зу­бы и умыть­ся. Игор­ёк вз­дох­н­ул, но спор­ить с ма­мой не стал, од­н­ако пос­т­ар­ал­ся все вод­но-ги­гие­ни­ч­ес­кие про­це­ду­ры вып­ол­н­ить мак­си­маль­но быст­ро. Так что к завт­ра­ку он при­шёл очень быст­ро и да­же не пос­л­ед­н­им. Пос­л­ед­н­ей приш­ла Ми­л­ен­ка, кот­орой по­мо­га­ла одеть­ся ба­б­уш­ка. Дев­оч­ка то­же бы­ла ве­сё­лой, от вч­ер­аш­н­их ка­при­з­ов не ос­та­лось и сле­да, она, как и брат, ра­д­ост­но предв­к­уша­ла по­ход в парк атт­рак­цио­нов.
День дей­стви­т­ель­но был хор­оший – сол­н­еч­н­ый, тёп­лый ав­гу­стов­с­кий день, ког­да ка­жет­ся, что ни осе­ни, ни хо­л­о­дов не бу­дет во­об­ще – толь­ко веч­н­ое ле­то, ве­се­лье и ра­д­ость. В пар­ке бы­ло мн­ого нар­о­ду, иг­ра­ла му­зы­ка, ве­се­ло крут­и­л­ись раз­н­оцвет­н­ые кар­у­се­ли – с ло­шад­к­ами, ло­доч­к­ами, ка­ч­е­л­ями на це­поч­к­ах, сверк­а­ли раз­н­оцвет­н­ыми ог­н­ями крут­ящие­ся чаш­ки, под­ни­ма­л­ись и опус­ка­л­ись ле­бе­ди с из­ог­нут­ыми шея­ми, нес­л­ись воп­ли вос­тор­га и ужа­са с амер­и­к­анс­ких гор­ок, злоб­но ска­л­ил­ся Драк­у­ла, ме­ха­ни­ч­ес­ки взма­хи­ва­ю­щий ру­кой, при­гла­шая в ком­н­ату ужа­сов… Игорь­ку уда­лось по­бы­вать поч­ти вез­де – бы­ли ко­неч­но атт­рак­цио­ны, на кот­ор­ые до­пус­ка­ли толь­ко вз­р­ос­лых – на­при­мер кар­у­сель, под­ни­мав­шая­ся на немыс­ли­мую вы­с­оту и на­ч­и­нав­шая­ся вра­щать­ся уже там или что-то вр­о­де цент­ри­фу­ги, к кот­орой жел­аю­ще­го пол­у­чить зар­яд ад­р­е­н­а­л­и­на тща­тель­но прис­тё­ги­ва­ли рем­н­ями, пот­ому что вы­с­око под­н­яв­шись, это устрой­ство на­ч­и­на­ло не про­с­то вра­щать­ся, а вы­пи­сы­ва­ло в воз­ду­хе за­мыс­ло­в­ат­ые пи­ру­эты. Но и тех, на кот­ор­ые пус­ка­ли де­тей, бы­ло дос­тат­оч­но. Так что Игор­ёк вд­ов­оль на­к­ат­ал­ся на кар­у­се­л­ях, по­бы­вал вн­утри кос­ми­ч­ес­ко­го кор­аб­ля, прое­хал чер­ез ком­н­ату ужа­сов, пос­т­ал­к­и­вал­ся с дру­ги­ми, виз­жа­щи­ми от вос­тор­га дет­иш­к­ами на ма­л­ень­ких авт­омо­биль­чи­к­ах… да и мн­ого че­го ещё. Ми­л­ен­ка же, кот­орую мн­огие раз­вле­че­ния про­с­то пу­га­ли, толь­ко про­к­ат­ил­ась на детс­ком пар­ов­о­зи­ке, по­ка­ч­ал­ась на ка­ч­е­л­ях-ло­доч­к­ах и по­пы­тал­ась нес­коль­ко раз вы­та­щить мягк­ую иг­руш­ку из авт­ом­ата со вс­якой ме­ло­чью. Дос­та­ла тол­с­тую мох­н­ат­ую пч­е­лу и ра­д­ост­но за­в­из­жа­ла. Пот­ом па­па вы­бил в ти­ре ку­чу ми­ше­ней и пол­у­чил за­ме­ча­тель­ный приз – боль­шо­го мягк­ого дель­фи­на, кот­ор­ого тор­жес­т­вен­но по­дар­ил ма­ме. Но тут Ми­л­ен­ка за­про­си­ла са­хар­ной ва­ты, кот­о­р­ая в дру­гое вре­мя ей бы­ла стро­го-наст­ро­го за­пре­ще­на, но день был та­кой хор­оший… И ма­ма от­прав­ил­ась к не­бо­льшой очер­е­ди пер­ед авт­ом­ат­ом, в кот­ор­ом ми­л­ень­кая дев­уш­ка в си­нем пер­ед­н­и­ке стар­а­тель­но на­мат­ы­ва­ла са­хар­н­ые ни­ти на дер­е­вян­н­ую па­лоч­ку.
Па­па ос­тал­ся её жд­ать, под мыш­кой он дер­жал плю­шев­ого дель­фи­на, в пра­вой ру­ке сжи­мал ма­л­ень­кую руч­ку Ми­л­е­ны. Игор­ёк дис­цип­ли­нир­о­в­ан­но сто­ял ря­дом и жд­ал ма­му с са­хар­ной ва­той. Ему очень хор­ошо объ­яс­н­и­ли, что в люд­н­ых мес­тах нель­зя от­х­о­дить от ро­ди­т­ел­ей – так и по­т­ер­ять­ся не­дол­го. И тут раз­да­л­ись визг­ли­вые зву­ки ду­доч­ки, и ря­дом с од­н­им из атт­рак­цио­нов пок­а­зал­ся кло­ун – в ры­жем пар­и­ке, с крас­н­ым но­сом и в огром­н­ых бот­ин­к­ах. Кло­ун зав­ер­ещал что-то про кон­к­урс для хор­оших дет­ишек, обе­щая розыг­рыш при­з­ов, Ми­л­ен­ка мг­нов­ен­но нак­ук­сил­ась, гот­о­в­ясь зар­ев­еть, па­па при­сел пер­ед ней, пы­та­ясь успок­оить… и на мг­нов­е­ние упу­ст­ил из ви­ду стоя­ще­го за спи­ной Игорь­ка. А ког­да Ми­л­е­на успок­ои­л­ась и по­дош­ла ма­ма с са­хар­ной ва­той, пер­вым во­про­сом кот­орой бы­ло:
- А ку­да ты Игорь­ка од­н­ого от­пу­ст­ил? – па­па рас­тер­ян­но ог­ля­нул­ся… и не на­шёл сы­на.
Так де­сять лет на­зад на­ч­ал­ась сер­ия стран­н­ых про­паж де­тей. Уже не пер­вая сер­ия, но тог­да эти фак­ты ни­к­то так и не до­га­д­ал­ся увя­зать.
***
На­ше вре­мя.
Ра­б­о­чий день прол­е­тел как-то слишк­ом не­за­мет­но, а Макс с Ша­ман­кой успе­ли расс­мот­реть толь­ко по­л­ов­и­ну дел. На­ч­а­ли они с двух са­мых пос­л­ед­н­их, пот­ом пер­еш­ли к де­л­ам пят­ил­ет­н­ей дав­н­о­с­ти и успе­ли расс­мот­реть толь­ко од­но де­ло, кот­ор­ому бы­ло уже де­сять лет. Пот­ом Ша­ман­ка на­пом­н­и­ла Мак­су, что он обе­щал заб­рать с ра­б­оты Ва­ди­ма и на­в­е­с­тить в боль­ни­це Ма­ло­го, по­это­му ему приш­лось пок­и­нуть род­ной ка­б­и­нет, хо­тя нек­от­орую часть бу­маг Макс за­б­рал с со­бой, на­д­еясь про­смот­реть поз­же. К то­му же он улов­ил нек­ую зак­о­но­мер­н­ость в по­хи­ще­ни­ях, толь­ко вот не по­нял, что она ему да­ёт и при­го­дит­ся ли во­об­ще.
Но бес­с­он­н­ая ночь всё-та­ки да­ва­ла о се­бе знать, да и о здор­о­в­ье Ма­ло­го предс­тоя­ло справ­ит­ь­ся, по­это­му Макс, до­гов­ор­ив­шись на завт­ра о вс­тре­че с ро­ди­т­е­л­ями про­пав­ших Ва­ни Груз­де­ва и Ар­иши Дан­к­ев­ич, от­прав­ил­ся вс­тре­чать Ва­ди­ма.
Но нем­н­ого он всё-та­ки опоз­дал, Ва­д­им уже успел уе­хать в боль­ни­цу, там они и вс­трет­и­л­ись. И вы­ра­же­ние ли­ца Ва­ди­ма, зак­он­ч­ив­ше­го бе­се­ду с вра­ч­ом, Мак­су очень не пон­рав­и­л­ось.
- Что слу­чи­л­ось, Вадь? – ти­хо спро­сил он. – Что док­т­ор гов­ор­ит?
- Гов­ор­ит, что по­ка ни­ч­его се­рьёз­н­ого у Ма­ло­го не об­н­ар­ужи­ли. Но ему не нра­вят­ся нек­от­ор­ые симпт­омы. Завт­ра при­дут ре­зуль­та­ты ана­л­и­з­ов, пот­ом Сер­ёж­ке сдел­ают ещё од­но обс­ле­до­в­а­ние. Ес­ли всё бу­дет чи­с­то – зн­а­ч­ит, по­ка всё в пор­яд­ке, - ти­хо от­оз­в­ал­ся Ва­д­им.
- По­ка?
- Я ему расс­ка­зал… ну ты по­ни­ма­ешь… Док­т­ор счит­ает, что твои по­до­з­ре­ния мо­гут быть не­бе­спочв­ен­ны, Макс. У Ма­ло­го мо­гут быть про­бл­емы с поч­к­ами.
- И? – не­тер­пе­ли­во спро­сил Макс.
- Ес­ли это прои­зой­дёт – Се­рё­же мо­жет по­н­а­д­о­бит­ь­ся опер­ация. До­норс­кая поч­ка. По­ни­ма­ешь?
- По­го­ди-по­го­ди… - вы­ска­зал­ся Макс, - ещё ни­ч­его толк­ом неи­з­в­ест­но, а те­бе гов­ор­ят об опер­ации? Да ещё та­кой слож­ной, как пер­е­с­ад­ка поч­ки? Ой, по­до­зри­т­ель­но всё это. Зна­ешь, Ва­д­им, ты у нас че­лов­ек сос­тоя­тель­ный, не пол­у­чит­ся ли так, что это всё за­те­ва­ет­ся с це­лью вы­бить те­бя из кол­еи, за­став­ить пер­ежи­вать, а пот­ом пред­л­ожить как­ое-ни­б­удь чу­до-лек­арс­тво за боль­шие де­неж­ки? Ес­ли Сер­ёж­ка здор­ов, то его чу­дес­н­ое ис­це­л­е­ние врач при­пи­шет дей­ствию лек­арст­ва – и пол­у­чит хор­ошие де­неж­ки и твою гор­я­чую бла­го­дар­н­ость впри­да­чу.
- Ты дей­стви­т­ель­но ду­ма­ешь, что врач спо­со­бен на­жи­вать­ся на стра­хе ро­ди­т­ел­ей за ре­бён­ка? – ти­хо спро­сил Ва­д­им.
- Врач, ко­неч­но, проф­ес­с­ия бла­гор­од­н­ая. Но и сре­ди них то­же га­ды вс­тре­ча­ют­ся. Зна­ешь что, не па­ни­к­уй рань­ше вре­ме­ни. Ес­ли всё в пор­яд­ке – то так то­му и быть, а ес­ли Сер­ёж­ке пос­т­а­вят ка­кой-ни­б­удь се­рьёз­н­ый диа­г­ноз – дуб­л­ир­уем обс­ле­до­в­а­ние в дру­гой кли­ни­ке. Мо­жет быть, да­же не в Гор­о­де. И толь­ко в этом слу­чае бу­дем ис­кать вы­ход.
Ва­д­им слег­ка на­хмур­ил­ся, но пот­ом кив­н­ул, со­гла­ша­ясь:
- Ду­маю, ты прав. Я про­с­то так разв­ол­н­о­в­ал­ся, не вы­спал­ся ещё вдо­ба­в­ок, на ра­б­о­те приш­лось ку­чу во­про­сов ре­шить. А этот док­т­ор… Он ме­ня чуть не убаю­к­ал го­л­о­сом сво­им. Пря­мо цыг­анс­кий гип­н­оз ка­кой-то.
- Вот и лад­но, - ус­мех­н­ул­ся Макс, - пош­ли к Ма­ло­му. Ему тут Га­ля книж­ку ку­пи­ла. Про ди­но­завр­ов. Прел­есть, что за книж­ка.
- Ага, - кив­н­ул Ва­д­им, - у него там сей­час маль­чиш­ки вс­ей ком­па­ни­ей, так что наш хитр­ец про­с­то ку­па­ет­ся во все­об­щем вни­ма­нии и за­б­о­те.
Макс ви­дел, что Ва­д­им так не от­ошёл до кон­ца от вол­н­е­ния, по­это­му стал гов­ор­ить что-то ве­сё­лое, на от­вле­чён­н­ую те­му, хо­тя боль­ше вс­его ему хо­т­е­лось Ва­ди­ма об­н­ять и успок­оить нем­н­ого по-дру­го­му. Нель­зя, увы. При­дёт­ся до до­ма тер­петь.
Так что де­ло о про­па­же Игорь­ка Ага­по­ва Макс смог по­смот­реть толь­ко глу­бо­кой но­чью. И от­мет­ил, что вы­яв­л­ен­н­ая им зак­о­но­мер­н­ость прос­ле­жи­ва­ет­ся и в этом слу­чае.
Гла­ва 3. Стран­н­ые обс­тоя­тельст­ва
Не бе­че­но!
Пос­ле ур­о­к­ов Анд­р­ей по­спе­шил на ос­та­нов­ку, что­бы ехать на за­нят­ия в ху­до­жес­т­вен­н­ую шко­лу – ре­ше­ние пос­т­упить не ку­да-ни­б­удь, а в пи­т­ерс­к­ую Ак­а­д­емию Ху­до­жеств про­дол­жа­ло ос­та­вать­ся в си­ле тем бол­ее что пос­ле ок­он­ч­а­ния один­н­ад­цат­ого клас­са пос­т­упать в Пи­т­ер со­бир­ал­ась вся ком­па­ния. Ну, с Иг­нат­ом всё бы­ло по­нят­но – Яр­ик уже обос­н­о­в­ал­ся в Пи­т­е­ре весь­ма проч­но, сни­мал­ся успеш­но и был весь­ма по­пу­ля­рен и зн­аме­нит. По­боч­н­ым эф­фект­ом сла­вы бы­ло то, что бед­н­ого Яр­ика ста­ли одол­е­вать пок­лон­н­и­цы… и пок­лон­н­ики. Перв­ое Иг­на­та вол­н­о­в­а­ло ма­ло, а вот вт­ор­ое он на са­мо­т­ёк пус­кать не со­бир­ал­ся. Так что бе­дол­агу Яр­ика жд­а­ли ещё все прел­е­с­ти со­в­мест­ной жиз­ни с лю­б­имым… и до ужа­са рев­ни­вым Иг­нат­ом. Анд­р­ей с Ар­т­емом для се­бя всё ре­ши­ли ещё в прош­лом го­ду, да и Дан­ька успел вы­брать се­бе под­х­о­дя­щее учеб­н­ое зав­е­де­ние. По­это­му сей­час, в один­н­ад­цат­ом клас­се, при­х­о­ди­л­ось уде­л­ять учё­бе очень мн­ого вре­ме­ни, к то­му же в пер­вый класс пош­ли Ал­и­са и Ма­лой, кот­о­р­ым то­же нуж­но бы­ло по­мочь при смене при­выч­ной обс­та­нов­ки. Так что Анд­р­ей, да и все ос­таль­ные то­же, ску­чать не име­ли ни вре­ме­ни, ни воз­мож­н­о­с­ти. Единс­твен­н­ое, о чём по­рой за­д­умы­вал­ся Анд­р­ей, бы­ло то, как Сер­ёж­ка пер­е­не­сёт разл­уку с брат­ом. Ма­лой по-преж­н­ему был очень силь­но при­вя­зан к Анд­рю­хе и вр­о­де бы всё по­ни­мал… По­ка. Но то, что он бу­дет ску­чать и расс­траи­вать­ся – про­с­то к га­д­ал­ке не хо­ди. Макс, кот­ор­ому Анд­р­ей как-то за­д­ал во­прос на эту те­му, от­в­е­т­ил так:
- По­ни­ма­ешь, Анд­рюш, ты уже прак­т­и­ч­ес­ки вз­р­ос­л­ый. Те­бе по­ра стро­ить свою жизнь так, как ты счит­аешь нуж­н­ым. Здесь твой тал­ант не пол­у­чит долж­н­ого разв­ит­ия, и ты это прек­рас­но по­ни­ма­ешь. Зн­а­ч­ит, твой от­ъезд неи­з­бе­жен. Да, нам очень бу­дет те­бя не хват­ать. Да, Сер­ёж­ка бу­дет ску­чать без те­бя, как и Ал­ис­ка без Иг­на­та, но ты ведь бу­дешь при­ез­жать на ка­ник­у­лы. И мы с Ва­д­имом пос­т­ар­аем­ся, что­бы с Сер­ёж­кой всё бы­ло в пор­яд­ке. Так что не из­в­о­ди се­бя – сей­час тв­оё де­ло ду­мать о хор­ошем ат­т­ес­та­те. И зна­ешь… есть так­ое вы­ра­же­ние – не пом­ню чьё, да это и не важ­но… Ро­ди­т­е­ли долж­ны не толь­ко да­вать ре­бён­ку лю­б­овь и за­щи­ту, но и вов­ре­мя от­пус­кать его, ког­да он бу­дет гот­ов к это­му. Так вот… ду­маю, ты сам по­ни­ма­ешь, что уже поч­ти гот­ов.
Анд­рю­ха трях­н­ул го­л­овой, от­го­няя вос­по­ми­на­ние, и ускор­ил шаг, но тут сз­а­ди раз­дал­ся го­л­ос:
- Мо­л­о­дой че­лов­ек! По­дож­ди­те!
Анд­р­ей мед­л­ен­но ог­ля­нул­ся. То, что ок­лик­а­ли имен­но его, не подл­ежа­ло ник­ак­ому сом­н­е­нию – жен­щи­на сред­н­их лет, с ко­р­от­кой стриж­кой, в си­нем паль­то, с сум­кой-порт­фел­ем в ру­к­ах, пом­а­ха­ла ему ру­кой. Анд­р­ей ос­та­нов­ил­ся, жен­щи­на быст­ро наг­на­ла его и ска­за­ла:
- Здрав­ствуй­те, Анд­р­ей. Вы ведь Анд­р­ей Гай­ду­к­ов, вер­но?
- Да, это я, - мед­л­ен­но кив­н­ул Анд­рю­ха, и где-то вн­утри у него на­ч­а­ло мед­л­ен­но фор­мир­о­в­ать­ся не­хор­ошее пред­ч­ув­ствие. – А вас я не знаю.
- Ел­е­на Ива­нов­на Ефи­мо­ва, - быст­ро предс­тав­ил­ась жен­щи­на, - я из Гор­одс­кой со­ци­аль­ной служ­бы и хо­т­е­ла бы по­гов­ор­ить с то­бой.
- Во-пер­вых, - нет­ор­оп­ли­во от­в­е­т­ил Анд­р­ей, - я хо­т­ел бы ви­деть до­к­умент, подт­верж­д­аю­щий, что вы имен­но из со­ци­аль­ной служ­бы. Во-вт­ор­ых, я ещё не­с­ов­ер­шен­н­ол­ет­н­ий и вы не имее­те пра­ва ме­ня ни о чём спра­ши­вать в от­с­ут­ствие ро­ди­т­ел­ей или лиц их за­ме­ня­ю­щих. В-тре­тьих, я не по­ни­маю ин­т­ер­е­са со­ци­аль­ной служ­бы ко мне лич­но и, я так по­ни­маю, к на­шей се­мье. И, нак­о­нец, в-чет­вёрт­ых, ес­ли я про­пу­щу маршр­ут­ку, то опоз­даю на за­нят­ия в ху­до­жес­т­вен­н­ую шко­лу. Так что, про­шу про­ще­ния, но наш раз­гов­ор не со­с­то­ит­ся.
- Вот как! – жен­щи­на тор­оп­ли­во ста­ла рыть­ся в сум­ке, но ни­ч­его там так и не об­н­ар­ужи­ла. Тог­да она ми­ло зау­лы­бал­ась и ска­за­ла:
– Про­с­ти, но удо­с­тов­ер­е­ние я, ви­ди­мо, ос­тав­и­ла до­ма. При­дёт­ся те­бе пов­е­р­ить мне на сло­во. К то­му же, я мо­гу те­бя под­в­ез­ти до ху­до­жес­т­вен­ной шко­лы. Пое­дем?
- Нет, - спо­кой­но ска­зал Анд­р­ей, - я вас не знаю, к нез­нак­омым лю­дям в ма­ши­ну не са­жусь, а ес­ли вы хот­и­те по­бе­се­до­в­ать – свя­жи­т­есь с мо­им при­ём­н­ым от­цом. Я так по­ни­маю, его имя, фа­ми­л­ия и ко­ор­д­и­на­ты вам из­в­ест­ны?
- Неп­л­о­хо те­бя об­р­а­б­от­а­ли! – на­хмур­ил­ась жен­щи­на. – Лад­но, пусть бу­дет так, как ты ска­зал, но это не пос­л­ед­няя на­ша вс­тре­ча. И учти, я ведь мо­гу и не быть наст­оль­ко доб­ро­жел­а­тель­ной.
- До сви­да­ния, - ска­зал Анд­р­ей, пов­ер­н­ул­ся и тор­оп­ли­во по­шёл, уже поч­ти по­бе­жал, ув­и­дев про­хо­дя­щую маршр­ут­ку. Он и не ви­дел, как по­мрач­н­ев­шая жен­щи­на дос­та­ла мо­биль­ный, на­б­ра­ла но­мер и про­из­нес­ла в труб­ку нес­коль­ко ко­р­от­к­их фраз.
Од­н­ако перв­ое, что сдел­ал Анд­р­ей, вс­ко­чив в маршр­ут­ку и при­жав карт­оч­ку к ва­л­и­дат­о­ру*, - дос­тал свой мо­биль­ник и на­б­рал но­мер Ва­ди­ма.
***
К ве­че­ру вт­ор­ого дня Макс и Ша­ман­ка успе­ли поз­нак­омит­ь­ся поч­ти со вс­еми ста­р­ыми роз­ыск­н­ыми де­л­ами. Карт­и­на вы­ри­со­в­ы­вал­ась очень непри­гляд­н­ая – немо­л­о­дой под­пол­к­ов­н­ик из от­д­е­ла «по­т­ер­яшек» был наск­возь прав – на­л­ицо бы­ла сер­ия. Макс по­пы­тал­ся све­с­ти к об­ще­му зн­аме­н­а­те­лю все воз­н­ик­шие у него мыс­ли и на­ч­ал за­пол­н­ять на боль­шом ли­с­те ват­ма­на что-то вр­о­де таб­л­и­цы, взг­ля­нув на кот­орую мож­но бы­ло ещё яс­н­ее улов­ить кое-как­ие об­щие мо­мен­ты. Ша­ман­ка же от­прав­ил­ась бе­се­до­в­ать с ро­ди­т­е­л­ями про­пав­ших Ва­ни и Ар­иши, а ког­да вер­н­ул­ась – расс­ка­за­ла, что оба по­хи­ще­ния прои­з­ош­ли из люд­н­ых мест – Ва­ня с ро­ди­т­е­л­ями и мл­ад­ш­им брат­ик­ом был в зоо­п­ар­ке, Ар­иша – то­же с ро­ди­т­е­л­ями и сес­т­рён­кой – на школь­ном ба­за­ре. В обо­их слу­ча­ях ма­ма и па­па ос­та­ва­л­ись по раз­н­ым при­ч­и­нам с детьми в оди­ноч­ку – пусть и на ко­р­от­к­ое вре­мя, от­влек­а­л­ись на ка­кой-ни­б­удь вн­еш­н­ий раздр­ажи­т­ель… и всё. Вт­орой ре­бё­нок ис­че­зал бесс­лед­но.
- Ка­ме­ры? – по­ин­т­ер­е­с­о­в­ал­ся Макс. – Неу­же­ли они ни ра­зу не по­па­д­а­ли в по­ле зре­ния ни од­ной из ка­мер? Лад­но, в зоо­п­ар­ке их, воз­мож­но, не так уж и мн­ого, но в тор­гов­ом цент­ре…
- Ко­неч­но, они есть на ка­мер­ах, - сер­д­ито от­в­е­т­и­ла Ша­ман­ка. – Но сам мо­мент по­хи­ще­ния ни в том, ни в дру­гом слу­чае в объ­ект­ив не по­пал.
- Но что же слу­чи­л­ось? Лад­но, ро­ди­т­е­ли от­влек­л­ись, но ведь сам ре­бё­нок дол­жен был крик под­н­ять.
- Не обя­за­тель­но, - хлад­н­ок­ров­но от­в­е­т­и­ла Ша­ман­ка, хо­тя Макс по­ни­мал, что это хлад­н­ок­ров­ие да­ёт­ся ей с боль­шим тру­дом, в кон­це кон­цов, по­хи­щен­н­ые де­ти то­го же воз­р­а­ста, что Ал­ис­ка и Ма­лой. И ес­ли Ма­лой – не со­в­с­ем тот тип, кот­ор­ый тре­бу­ет­ся по­хи­т­и­т­е­л­ям, то кудр­явень­кая бе­ло­к­у­р­ая гол­у­бог­ла­зая Ал­и­са… Ша­ман­ка, вер­оят­но, то­же по­ду­ма­ла о чём-то по­доб­н­ом, пот­ому что упря­мо трях­н­у­ла го­л­овой и про­дол­жи­ла тем же хо­л­од­н­ым то­ном:
- Ес­ли нео­ж­и­дан­но по­дой­ти сз­а­ди с за­жат­ым в ру­ке платк­ом, смо­чен­н­ым хлор­офор­мом с точ­но расс­чит­ан­ной до­зой – а эти упы­ри уже в до­зе под­н­ат­ор­е­ли, с так­им-то опы­том, - то ре­бё­нок и по­нять не успе­ет, что с ним. Про­с­то вы­ру­бит­ся.
- Ро­ди­т­е­ли от­влек­а­л­ись бук­валь­но на сек­ун­ду… - за­мет­ил Макс.
- Смот­ри, - вз­дох­н­у­ла Ша­ман­ка, - предс­тавь, что я под­х­ожу… вот так… при­жи­маю плат­ок… ре­бё­нок тер­яет соз­на­ние… Я быст­ро разв­ор­а­ч­и­ва­юсь, при­жи­маю его к се­бе, от­вор­а­ч­и­ва­юсь от ма­те­ри или от­ца, пов­о­р­а­ч­и­ва­юсь к ним спи­ной и ухо­жу мед­л­ен­н­ым ша­гом. Ре­бён­ка при этом дер­жу на ру­к­ах так, что­бы ка­за­лось, что он про­с­то устал от из­б­ыт­ка впе­чат­л­е­ний… Это бе­гу­щий че­лов­ек вы­зы­ва­ет по­до­з­ре­ние и жел­а­ние немед­л­ен­но дог­нать. Иду­щий мед­л­ен­но, но цел­еу­стрем­л­ён­но, в тол­пе так­ого вни­ма­ния не при­в­ле­к­ает. К то­му же мне толь­ко дос­тат­оч­но свер­н­уть ку­да-ни­б­удь, что­бы ме­ня во­об­ще по­т­ер­я­ли из ви­ду – и в зоо­п­ар­ке, и в тор­гов­ом цент­ре в этом смыс­ле наст­оя­щий ла­б­ир­инт.
Свои сло­ва Ша­ман­ка подк­реп­ля­ла соо­т­в­ет­ству­ю­щи­ми дви­же­ния­ми, и Макс был вы­нуж­д­ен приз­нать – дей­стви­т­ель­но про­с­то. Но…
- Рис­к­о­в­ан­но… - за­д­ум­чи­во про­из­н­ёс Макс. – Всё рав­но, кто-то мог за­мет­ить. Хо­тя… Ты что-то гов­ор­и­ла, о том, что ро­ди­т­е­ли на что-то от­влек­а­л­ись… На что?
- Ма­ма Ва­ни гов­ор­ит, что по за­лу за­мет­ал­ась как­ая-то су­ма­сшедш­ая сект­ант­ка с крик­ом про ге­ен­ну ог­н­ен­н­ую. Кри­ч­а­ла гром­ко, на неё мн­огие обер­н­у­лись, прав­да ох­ра­на её вы­ве­ла быст­ро, но это­го вре­ме­ни хват­и­ло. А па­па Ар­иши от­влёк­ся на жен­щи­ну, кот­о­р­ая гром­ко зва­ла свое­го ре­бён­ка и кри­ч­а­ла, что Са­шень­ка по­т­ер­ял­ся.
- О как. А опи­са­ние хоть как­ое-то этих жен­щин ты пол­у­чи­ла?
- Аб-би­жа­ешь! – ус­мех­н­ул­ась Ша­ман­ка. – Толь­ко вот ма­ло тол­ку от этих опи­са­ний. Ма­ма Ва­ни за­пом­н­и­ла толь­ко сер­ое дл­ин­н­ое паль­то и чёр­н­ый плат­ок. Ли­ца сект­ант­ки она не раз­г­ля­де­ла, ска­за­ла толь­ко что та не­вы­с­ок­ая и ху­до­ща­вая. Па­пе Ар­иши за­пом­н­и­л­ось толь­ко то, что на жен­щине бы­ла шляп­ка и что-то си­нее. И что она бы­ла яв­но и очень за­мет­но бер­емен­н­ая.
- А плён­ки с ка­мер?
- Изъя­ла, - вз­дох­н­у­ла Ша­ман­ка. – Лит­ви­нов уже их про­сматр­и­ва­ет, он в кур­се де­ла.
- Ну, хоть од­на хор­ошая нов­ость, - вз­дох­н­ул Макс. – Ес­ли там что-то и есть – Юр­ка это­го не про­пу­ст­ит. Но тог­да… Тог­да со­в­с­ем стран­н­ый рас­клад пол­у­ча­ет­ся.
- Озвучь, - немед­л­ен­но от­оз­в­ал­ась Ша­ман­ка, на­ч­ав­шая тер­зать мн­огос­тра­д­аль­ную Мак­с­ову коф­е­вар­ку.
- А рас­клад пол­у­ча­ет­ся та­кой… Я из­на­ч­аль­но ре­шил, что зл­о­де­ев двое.
- Ну да, - кив­н­у­ла Ша­ман­ка, - всё так.
- А те­перь смот­ри, - за­мет­ил Макс, - один… или од­на… от­вле­к­ает лю­дей. Вт­орой по­хи­ща­ет ре­бён­ка и от­н­о­сит его… ку­да?
- В авт­омо­биль, - спо­кой­но от­в­е­т­и­ла Ша­ман­ка, - но авт­омо­биль яв­но при­пар­к­о­в­ан не на об­щей сто­ян­ке. Там то­же есть ка­ме­ры.
- Так. Не на об­щей, но поб­л­из­о­с­ти. И ему немед­л­ен­но нуж­но уе­хать. Зн­а­ч­ит…
- Зн­а­ч­ит… - оза­д­а­ч­ил­ась Ша­ман­ка, - есть кто-то трет­ий. Тот, кто си­дит и жд­ёт. Тот, кто мо­мент­аль­но уез­жа­ет, сто­ит зл­о­дею по­ме­с­тить ре­бён­ка в авт­омо­биль. Но это зн­а­ч­ит, что зл­о­де­ев… трое?
- Нет, - за­д­ум­чи­во ска­зал Макс. – Ду­маю, что трет­ий – не зл­о­дей. Это жерт­ва. Быв­шая жерт­ва, кот­орой ос­н­о­в­а­тель­но про­мы­ли моз­ги и кот­о­р­ая гот­о­ва на всё, лишь бы вы­жить. Пот­ому что эта жерт­ва слишк­ом хор­ошо зна­ет, что бы­ва­ет в слу­чае не­по­с­л­уша­ния. Она ви­де­ла, что бы­ло с дру­ги­ми, с те­ми, кто не слу­шал­ся… или пы­тал­ся бе­жать… И это наст­оль­ко ужас­но, что она под­ч­и­ня­ет­ся по­хи­т­и­т­е­л­ям без­ог­ов­ор­оч­но.
- Бл­ядь… - выр­ва­лось у Ша­ман­ки. – Да что ж это за нел­ю­ди так­ие?
- Возь­ми се­бя в ру­ки, Га­ля, - твёр­до ска­зал Макс, - ра­б­от­аем.
Ша­ман­ка мол­ча кив­н­у­ла, но Макс за­мет­ил, что кос­тяш­ки её паль­цев, сжи­ма­ю­щих кер­ами­ч­ес­кую круж­ку с гор­я­чим ко­фе, по­бе­л­е­ли от на­пря­же­ния.
*Ва­л­и­дат­ор – устрой­ство для счит­ы­ва­ния ин­фор­ма­ции с прое­зд­н­ых бил­ет­ов, ес­ли кто не зна­ет.
Гла­ва 4. Пер­вые вер­с­ии
- Возь­ми се­бя в ру­ки, Га­ля, - твёр­до ска­зал Макс, - ра­б­от­аем.
Ша­ман­ка мол­ча кив­н­у­ла, но Макс за­мет­ил, что кос­тяш­ки её паль­цев, сжи­ма­ю­щих кер­ами­ч­ес­кую круж­ку с гор­я­чим ко­фе, по­бе­л­е­ли от на­пря­же­ния. Но го­л­ос жен­щи­ны был спок­оен:
- По­го­ди. Я толь­ко Иг­на­ту пер­е­зво­ню и ска­жу, что­бы глаз с Ал­ис­ки не спус­кал. Ма­ло ли что. Бе­ре­жё­но­го Бог бе­ре­жёт…
- А не­бе­ре­жё­но­го – кон­вой сте­ре­жёт, - улыб­н­ул­ся Макс. – Пла­ва­ли, зна­ем. Зво­ни да­вай.
Ша­ман­ка от­ош­ла к ок­ну, пер­егов­ор­и­ла с Иг­нат­ом нес­коль­ко ми­нут и вер­н­ул­ась.
- А у те­бя есть что? – по­ин­т­ер­е­с­о­в­ал­ась она.
- Да, кое-что есть, - от­в­е­т­ил Макс. – Да­вай обоб­щим то, что нам уже из­в­ест­но. За пят­н­ад­цать лет мы име­ем три­над­цать по­хи­щен­н­ых де­тей, ес­ли вк­лю­ч­ить в это чис­ло Ар­ишу и Ва­ню. А ос­н­о­в­а­ний ис­клю­ч­ать их у нас нет. Те­перь сле­ду­ю­щее – один­н­ад­цать из по­хи­щен­н­ых – маль­чи­ки. Дев­о­чек – толь­ко две. Ар­иша Дан­к­ев­ич и Ал­ё­на Ма­л­и­ни­на. Все по­хи­щен­н­ые име­ют сх­ожий тип вн­еш­н­о­с­ти – свет­л­ов­о­л­о­сые, гол­у­бог­ла­зые, во­л­о­сы вью­щие­ся.
- По­че­му толь­ко две дев­оч­ки? – по­ин­т­ер­е­с­о­в­ал­ась Ша­ман­ка.
- Вер­оят­но, - вз­дох­н­ул Макс, - сек­с­уаль­ные пред­поч­те­ния по­хи­т­и­т­ел­ей ле­жат нем­н­ого в дру­гой обл­а­сти.
- Тог­да за­ч­ем во­об­ще по­хи­щать дев­о­чек? Пер­епут­а­ли?
- Нет-нет. Они нав­ер­н­яка хор­ошо зн­а­ли пол ре­бён­ка. Ес­ли по­хи­т­и­ли дев­о­чек – зн­а­ч­ит, на этом эта­пе им нуж­ны бы­ли имен­но дев­оч­ки. По­хи­т­и­т­е­ли, ко­неч­но, зак­он­ч­ен­н­ые со­ци­о­па­ты, но они чёт­ко зна­ют, что им нуж­но, ве­лик­ол­еп­но мас­кир­уют­ся и у них… у них своя ло­ги­ка, Га­ля.
- Ло­ги­ка ма­н­ья­ка…
- Да, ло­ги­ка ма­н­ья­ка. Но да­вай пой­дём даль­ше. По­хи­ще­ния бы­ли по схе­ме: пов­т­ор­я­л­ись ров­но чер­ез пять лет, де­ти бы­ли прак­т­и­ч­ес­ки од­н­ого воз­р­а­ста – семь-во­семь лет и чис­ло их каж­д­ый раз бы­ло поч­ти оди­на­к­о­в­ым. Пят­н­ад­цать лет на­зад – чет­ве­ро, де­сять лет на­зад – трое, пять лет на­зад – опять чет­ве­ро, в этом го­ду – двое. То есть ещё од­н­озн­ач­но бу­д­ут од­но или два по­хи­ще­ния. По­ни­ма­ешь, что это зн­а­ч­ит?
- На­до ид­ти к на­ч­аль­ству. Ну­жен ин­структ­аж сот­руд­н­и­к­ов ППС. Инс­пек­ции по де­л­ам не­с­ов­ер­шен­н­ол­ет­н­их про­в­е­с­ти бе­се­ды в шко­л­ах, ро­ди­т­ель­ские соб­ра­ния в пер­вых и вт­ор­ых клас­с­ах.
- Мо­жет на­ч­ать­ся па­ни­ка.
- Ещё как мо­жет. Но это, по-мое­му, тот слу­чай, ког­да важ­н­ее пе­реб­д­еть, чем не­доб­д­еть, - за­мет­и­ла Ша­ман­ка.
- Я сог­ла­сен. Но сог­ла­сит­ся ли на это на­ч­аль­ство?
- На­ше – да.
- А Гор­одс­кое? Лич­но я не увер­ен. Они оглас­ки так­их дел, как ог­ня, бо­ят­ся. Но ты пра­ва. Непр­емен­но сто­ит попр­о­бо­в­ать. На­д­еюсь, что у са­мо­го вы­с­ок­ого на­ч­альст­ва есть де­ти и вну­ки это­го воз­р­а­ста…- вз­дох­н­ул Макс.
- Да уж. Завт­ра с ут­ра идём к на­ч­аль­ству. «Об­ра­д­уем»…
- Идём. Те­перь – даль­ше. Все де­ти бы­ли по­хи­ще­ны от­н­юдь не из тём­н­ых пер­еул­к­ов. Ро­ди­т­е­ли о них за­б­от­и­л­ись, ни­ч­его так­ого не позв­о­л­я­ли, де­ти прак­т­и­ч­ес­ки ниг­де, кро­ме шко­лы не бы­ва­ли без со­пров­ож­д­е­ния. Так что все де­ти бы­ли по­хи­ще­ны из люд­н­ых мест – ги­пер­мар­к­ет, Гор­одс­кая яр­мар­ка, парк атт­рак­цио­нов, зоо­п­арк, празд­н­ик мор­оже­но­го в «Мак­д­о­н­алд­се» и то­му по­доб­н­ое. Ро­ди­т­е­ли от­влек­а­л­ись бук­валь­но на как­ие-то ми­ну­ты – и всё. Ре­бё­нок ис­че­зал бесс­лед­но. Сле­ду­ю­щий мо­мент – у вс­ех по­хи­щен­н­ых бы­ли мл­ад­ш­ие брат­ья и сёс­т­ры, а Ал­ё­ны Ма­л­и­ни­ной да­же двое брат­и­к­ов, бл­из­н­е­цы. Имен­но мл­ад­ш­ие, не стар­шие. И в ме­с­то, от­к­у­да прои­с­х­о­ди­ло по­хи­ще­ние, се­мья при­х­о­ди­ла в пол­н­ом сос­та­ве.
- Зл­о­деи гу­ма­низм про­яв­л­я­ли? – кри­во ус­мех­н­ул­ась Ша­ман­ка. – Дес­кать, вам ещё ре­бё­но­чек в уте­ше­ние ос­тал­ся?
- Да нет, что ты… Про­с­то будь брат­ья или сёс­т­ры стар­ше по­хи­щен­н­ых, они бы к се­бе по­в­ы­шен­н­ого вни­ма­ния не тре­бо­в­а­ли, да и са­ми бы мог­ли что-то за­мет­ить, дет­иш­ки – они зорк­ие, зна­ешь ведь. А тут… Стар­шим лет по семь-во­семь, они, ко­неч­но, вполне са­мос­тоя­тель­ные, но в этом возр­а­с­те лю­бой вз­р­ос­л­ый – авт­ор­и­т­ет, де­ти дос­тат­оч­но лег­ко вн­ушае­мы, их пси­хи­ка пла­стич­на. Они – гли­на, из кот­орой мож­но вы­ле­пить очень мн­огое. Неу­див­и­т­ель­но, что зл­о­деи вы­бра­ли имен­но этот возр­аст. А мл­ад­ш­ие – им по три-чет­ы­ре го­ди­ка, ре­же – уже по пять. Имен­но на них кон­цент­рир­у­ет­ся ро­ди­т­ель­ское вни­ма­ние, в от­н­оше­нии се­мил­ет­ки они нем­н­ого расс­лаб­л­яют­ся, зн­ая, что тот уже всё прек­рас­но по­ни­ма­ет и пос­л­уш­ен. Обыч­но в этом нет ни­ч­его страш­н­ого…
- Но не в на­шем слу­чае.
- Да, Га­ля, не в на­шем.
- Пол­у­ча­ет­ся, что эти зл­о­деи или, по край­ней ме­ре, один из них, неп­л­о­хо раз­б­и­р­ают­ся в пси­х­о­л­огии.
- А ты как ду­ма­ешь? Столь­ко лет за­ни­мать­ся тем, чем они за­ни­ма­ют­ся, и не по­пасть­ся? Я ду­маю, на­ши зл­о­деи в оп­ре­де­л­ён­н­ом смыс­ле сов­ер­шен­но су­ма­сшедш­ие, но они очень ум­ны и обл­а­д­ают прек­рас­н­ыми спо­соб­н­о­с­тя­ми к мас­кир­ов­ке. Вспом­ни, сколь­ко лет лов­и­ли Чи­к­ат­и­ло?
- А Дже­ка Пот­ро­ши­т­е­ля, кста­ти, так и не пой­ма­ли. А уж он по срав­н­е­нию с на­ши­ми зл­о­дея­ми был пол­н­ый псих со съе­хав­шей кры­шей… - кив­н­у­ла Га­л­и­на.
- Лад­но, да­вай от дел дав­но ми­нув­ших дн­ей пер­еме­с­тим­ся к на­шим зл­о­де­ям… Я тут ещё кое-что от­мет­ил… Вс­ех де­тей по­хи­ща­ли чер­ез не­де­лю или две пос­ле дня рож­д­е­ния. Не знаю, прав­да, ку­да это при­спо­со­бить, но то, что как­ое-то от­н­оше­ние к по­хи­ще­ни­ям дни рож­д­е­ния име­ют, не сом­н­е­ва­юсь. При­ч­ём все по­хи­ще­ния при­х­о­ди­л­ись на лет­н­ие или осен­н­ие ме­ся­цы. Так­ие де­ла.
Ша­ман­ка за­д­ум­чи­во по­че­с­а­ла зат­ы­лок:
- Ин­т­ер­ес­но… А ес­ли пров­ер­ить тех, кто при­сутс­тво­в­ал на этих дн­ях рож­д­е­ния?
- Ты предс­тав­л­яешь, ка­кой это объ­ём ра­б­оты? Быст­ро не справ­им­ся.
- Тог­да нуж­но ещё раз по­гов­ор­ить с ро­ди­т­е­л­ями Ар­иши и Ва­ни. Мо­жет, что-то и проск­ольз­н­ёт.
- Да­вай, - кив­н­ул Макс, - и, зна­ешь, на­пря­га­ет ме­ня что-то этот пят­ил­ет­н­ий ин­т­ер­вал… Что бы это зн­а­ч­и­ло? И ведь по стат­и­с­ти­ке боль­шая часть по­хи­щен­н­ых де­тей по­ги­б­ает в пер­вые сут­ки пос­ле по­хи­ще­ния… Да­же ес­ли нек­от­ор­ых зл­о­деи ос­тав­л­яют в жи­вых на­д­ол­го… Всё рав­но слишк­ом дол­го пол­у­ча­ет­ся. Я тут в со­сед­н­ие гор­о­да ор­иент­ир­ов­ки разос­лал, в от­д­е­лы по роз­ыс­ку про­пав­ших лю­дей. Ес­ли там выя­вят­ся по­хо­жие сер­ии…
- Макс, ты с ума со­шёл! За­ч­ем им так­ое ко­ли­ч­ес­тво де­тей? Ку­да их де­вать?
- Я ду­маю, что де­тей мо­гут пер­еп­ро­да­вать. Об­раз жиз­ни зл­о­де­ев тре­бу­ет уе­ди­не­ния… и боль­шо­го ко­ли­ч­ест­ва де­нег. Так что у них нав­ер­н­яка име­ет­ся ка­кой-то ка­нал сбы­та. А, мо­жет, и не один.
- Ду­маю, что ты пер­ег­нул пал­ку. Часть де­тей, скор­ее вс­его, это боль­шая часть, по­ги­б­ает, ос­тав­шие­ся нек­от­ор­ое вре­мя ещё жив­ут, но пот­ом на­д­ое­да­ют по­хи­т­и­т­е­л­ям, и их то­же уби­ва­ют. Один из по­хи­щен­н­ых док­а­зал зл­о­де­ям свою пол­ез­н­ость и ос­та­ёт­ся в жи­вых дов­оль­но дол­го. Но и он об­ре­чён. Слишк­ом вз­р­ос­л­ым он им не ну­жен.
- Да, ты пра­ва. Ду­маю, что по­мощ­н­ику сей­час лет сем­н­ад­цать, он из вт­орой парт­ии по­хи­щен­н­ых. Двад­цать два го­да – это вр­яд ли. И ещё мо­мент, Галь…
- Да?
- По­че­му де­сять лет на­зад они по­хи­т­и­ли толь­ко тро­их? Со­ци­о­па­ты весь­ма стат­ич­ны в сво­их при­выч­к­ах…
- М-да, - вз­дох­н­у­ла Га­л­и­на, - за­гад­ки, од­ни за­гад­ки.
- Ес­ли мы их разг­а­д­аем, Га­ля, спа­сём как ми­ни­мум од­н­ого ре­бён­ка. На­до раз­ры­вать этот пор­оч­н­ый круг, - тут Макс оза­д­а­ч­ен­но на­хмур­ил­ся и дёр­н­ул са­мо­го се­бя за во­л­о­сы – так бы­ва­ло иног­да, ес­ли его что-то вн­е­зап­но осе­ня­ло. - Зна­ешь, я тут по­ду­мал… Разош­лю-ка я ещё один за­прос. Не бы­ло ли пять лет на­зад по­до­зри­т­ель­но­го ис­чез­н­ов­е­ния ре­бён­ка на­ше­го ти­па вн­еш­н­о­с­ти, воз­р­а­ста се­ми-вось­ми лет, лет­ом или осе­нью? Мо­жет быть, они по­хи­т­и­ли в Гор­о­де толь­ко тро­их, пот­ому что чет­вёрт­ого уже укра­ли в од­н­ом из со­сед­н­их Гор­о­дов?
- Зна­ешь, а вот это очень зд­ра­вая мысль, - сог­ла­сил­ась Ша­ман­ка, - лад­но, да­вай за­к­ан­ч­и­вать на се­год­ня, позд­но уже.
***
Ва­д­им, вы­слу­шав расс­каз Анд­р­ея, ес­тес­твен­но, вс­трев­ожил­ся и на­б­рал но­мер Гор­одс­кой со­ци­аль­ной служ­бы, где ра­б­от­а­ла од­на из его быв­ших од­нок­ласс­н­иц, с кот­орой у него до сих пор со­х­ра­ни­л­ись вполне тёп­лые от­н­оше­ния. Од­нок­ласс­н­и­ца ок­а­зал­ась на ме­с­те, да­же не очень за­ня­та, и по­мочь Ва­д­иму тут же сог­ла­сил­ась, по­ин­т­ер­е­с­о­в­ав­шись, в чём про­бл­ема.
- Слу­шай, Нат­уль, кто там у вас на ме­ня кл­ыки то­чит? Се­год­ня к мое­му при­ём­н­ому сы­ну на ули­це по­дош­ла как­ая-то жен­щи­на, наз­в­ал­ась сот­руд­н­ицей ва­шей служ­бы, на раз­гов­ор вы­зы­ва­ла… Ес­ли есть как­ие-то про­бл­емы – при­х­о­ди­те до­мой, мы с Анд­р­еем и Сер­ёж­кой всё вам пок­ажем и расс­ка­жем, а за­ч­ем так-то?
- На ули­це? – удив­ил­ась од­нок­ласс­н­и­ца. – Ну, не знаю, мы ж не име­ем пра­ва про­с­то так не­с­ов­ер­шен­н­ол­ет­н­их опра­ши­вать – толь­ко в тв­оём при­сут­ствии, в край­нем слу­чае – учи­т­е­ля и пси­х­о­л­ога. А фа­ми­л­ию она на­зы­ва­ла? Удо­с­тов­ер­е­ние пок­а­зы­ва­ла?
- Фа­ми­л­ию на­зы­ва­ла – Ефи­мо­ва Ел­е­на Ива­нов­на. На вид ей лет сор­ок, как Анд­р­ей гов­ор­ит. Удо­с­тов­ер­е­ние не пок­а­зы­ва­ла, бол­ее то­го, ког­да Анд­р­ей попр­о­сил его пок­а­зать – ска­за­ла, что за­б­ы­ла до­ма.
- Удив­и­т­ель­ный непр­оф­ес­с­ио­н­а­л­изм! – от­оз­в­ал­ась од­нок­ласс­н­и­ца. – Лад­но, пер­е­зво­ни чер­ез пол­ч­а­си­ка, попр­о­бую уз­нать, кто из на­ших вд­руг ре­шил за те­бя взять­ся и с ка­кой ста­ти.
- Вот спа­си­бо! – об­ра­д­о­в­ал­ся Ва­д­им.- С ме­ня при­ч­ит­ает­ся!
- Да лад­но, - от­в­е­т­и­ла од­нок­ласс­н­и­ца, - ты мне то­же по­мог, ког­да мне день­ги на опер­ацию му­жу по­н­а­д­о­би­л­ись. А я доб­ро пом­ню.
Ва­д­им на­жал на кноп­ку от­к­лю­ч­е­ния, и тут же тел­е­фон вн­овь ожил. На сей раз зво­нил док­т­ор из боль­ни­цы, и го­л­ос у него был не слишк­ом ра­д­ост­н­ый. Он со­об­щил, что приш­ли ре­зуль­та­ты ана­л­и­з­ов, что Сер­ёж­ку мож­но заб­рать уже се­год­ня и что пер­ед этим он хо­т­ел бы по­бе­се­до­в­ать с гос­по­ди­ном Вор­о­но­в­ым лич­но.
Ва­д­им ска­зал, что, ко­неч­но же, по­бе­се­ду­ет, вс­е­непр­емен­но, а как же, зак­он­ч­ил раз­гов­ор и на­хмур­ил­ся. Неу­же­ли у Сер­ёж­ки всё так се­рьёз­но? Но пот­ом вспом­н­ил раз­гов­ор с Мак­с­ом и ре­шил не впа­д­ать в па­ни­ку. К то­му же ему по­чу­ди­л­ось в го­л­о­се вра­ча что-то… этак­ое… А сво­им ощу­ще­ни­ям Ва­д­им при­вык дов­ер­ять.
А пот­ом он вн­овь пер­е­зво­нил од­нок­ласс­н­ице, и та, взяв труб­ку, быст­ро зат­ар­ат­ор­и­ла:
- Слу­шай, Ва­д­ик, что-то здесь не так. Ни­к­то ва­ми за­ни­мать­ся и не ду­мал, нам и не­бла­го­пол­уч­н­ых се­мей хват­ает вы­ше кры­ши, еле успе­ва­ем пов­о­р­а­ч­и­вать­ся. И нет у нас Ефи­мо­вой Ел­е­ны Ива­нов­ны, сор­ока лет. Есть Ва­л­ент­и­на Сер­ге­ев­на, но она уже поч­ти на пен­с­ии, и Светл­а­на Ев­ге­ньев­на, ей трид­цать во­семь, но она сей­час в от­пус­ке, в Тур­цию ул­е­те­ла. Точ­но знаю, пот­ому что по­зав­ч­е­ра её в аэро­порт подв­о­зи­ла. Так что здесь что-то дру­гое, не на­ши это де­ла…
- Спа­си­бо, Нат­аша, - по­бла­го­дар­ил Ва­д­им, по­же­л­ал быв­шей од­нок­ласс­н­ице вс­ех бл­аг и зак­он­ч­ил раз­гов­ор. А пот­ом на­б­рал но­мер Анд­р­ея и ска­зал, что пос­ле ху­дож­ки за­б­ер­ёт его сам. Го­л­ос Ва­ди­ма при этом зву­чал так, что у Анд­р­ея и мыс­ли не воз­н­ик­ло про­т­е­с­то­в­ать – он сра­зу по­нял, что прои­з­ош­ло что-то се­рьёз­н­ое.
Гла­ва 5. Но­в­ые обс­тоя­тельст­ва
Вер­н­ув­ший­ся до­мой Макс сра­зу же ощут­ил, что что-то идёт не так. Ва­д­им был гру­с­тен и за­д­ум­чив, Анд­рю­ха, от­с­ижи­вав­ший­ся в сво­ей ком­н­а­те с Ар­т­ёмом под пред­л­огом сроч­н­ого док­ла­да по ли­т­ер­ат­у­ре и вы­шедш­ий толь­ко к ужи­ну, как-то на­пря­жён, а Ар­т­ём, при­т­ащен­н­ый им за ру­ку, яв­но ни­ч­его не по­ни­мал и был рас­тер­ян.
Так­их не­до­мол­в­ок Макс не лю­б­ил, по­это­му тут же на­ч­ал вар­ить ко­фе, по­ка Анд­р­ей с Ар­т­ёмом нак­ры­ва­ли на стол, а Ва­д­им по­до­гре­вал ужин. Про­цесс вар­ки ко­фе для него был срод­ни ме­дит­ации, да и ос­таль­ные как-то прио­бодр­и­л­ись. Ва­д­им со­об­щил, что Ма­ло­го завт­ра вы­пи­сы­ва­ют с нак­а­зом по­быть до­ма ещё па­ру дн­ей, но вот врач ему не нрав­ит­ся всё боль­ше и боль­ше, ибо пред­л­ожил как­ие-то дор­огу­щие им­порт­н­ые таб­л­ет­ки и ту­ман­но на­ме­к­ал, что у Ма­ло­го по­ка всё нор­маль­но, но на гра­ни нор­мы, и он не ис­клю­ч­ает разв­ит­ия за­б­ол­е­ва­ния по­чек.
- И ты взял таб­л­ет­ки?
- Ага, - спо­кой­но от­в­е­т­ил Ва­д­им. – И об обс­ле­до­в­а­нии в дру­гой кли­ни­ке уже до­гов­ор­ил­ся. Завт­ра же с Сер­ёж­кой и съез­дим – там кли­ни­ка плат­н­ая, дор­огая, по­это­му всё де­л­ает­ся очень быст­ро. К то­му же зна­ю­щих лю­дей по­сп­ра­ши­вал – ре­пут­ация у та­мош­н­их док­т­ор­ов хор­ошая, им мож­но дов­ер­ять. А те­бя попр­ошу – возь­ми ты эти таб­л­ет­ки, пусть Лит­ви­нов по­смот­р­ит, что там за сос­тав. Ес­ли что – я из это­го док­т­о­ра ду­шу вы­ну. Я ж за Сер­ёж­ку ис­пу­гал­ся очень…
- Ко­неч­но, Юра всё сде­л­ает, не во­прос. Толь­ко ты пос­т­ар­ай­ся без тру­пов, ес­ли что не так… - ус­мех­н­ул­ся Макс.
- Как мож­но… - хмык­н­ул Ва­д­им, - я ж че­лов­ек вос­пит­ан­н­ый… Хаи­та с Гри­шей возь­му – сам вос­пит­а­тель­ную бе­се­ду с док­т­ор­ом бу­ду про­в­о­дить, а они пос­т­оят, пос­л­уша­ют…
Макс ус­мех­н­ул­ся ещё раз. Ох­ран­н­ики Ха­ит и Гри­ша бы­ли доб­ро­душ­ны, как боль­шинс­тво силь­ных лю­дей, од­н­ако при те­лос­ло­же­нии Ник­о­л­ая Ва­л­уе­ва и гли­ня­ной непо­движ­н­о­с­ти лиц это бы­ло за­мет­но да­ле­ко не вс­ег­да. По прав­де ска­зать, че­лов­ек, с ни­ми нез­нак­омый, вс­трет­ив их в тём­н­ом пер­еул­ке, бе­жал бы без огляд­ки. Так что вос­пит­а­тель­ный эф­фект от та­кой бе­се­ды был бы ко­л­ос­с­аль­ным.
- Вот и ла­д­уш­ки, - ска­зал Макс. – Как там Сер­ёж­ка?
- Нор­маль­но, - в один го­л­ос от­оз­в­а­л­ись Анд­р­ей с Ар­т­ёмом, - ску­ча­ет уже. Книж­ку про ди­но­завр­ов уже поч­ти про­чит­ал, сей­час карт­ин­ки ри­су­ет и мед­с­ес­трам дар­ит. Они ему за это пир­ож­ки но­сят из до­му. И кон­фе­ты. А он всё со­се­дям по пал­а­те от­д­аёт.
Макс улыб­н­ул­ся. Убой­ное обая­ние Ма­ло­го с го­да­ми не умень­ша­лось, а, по­хо­же, толь­ко уве­ли­ч­и­ва­лось. Ед­ва пос­т­упив в пер­вый класс, он умудр­ил­ся по­дру­жит­ь­ся со вс­еми, а уж дев­оч­ки все по­го­л­ов­но бы­ли в него влюб­л­е­ны, но с да­ма­ми Ма­лой вёл се­бя ис­клю­ч­и­т­ель­но по-ры­царс­ки, не от­д­а­вая по­ка пред­поч­те­ния ни од­ной.
Но да­же расс­каз о Ма­лом не умень­шил вит­аю­щей в воз­ду­хе трев­оги. Макс наст­ор­ожил­ся:
- Что-то ещё? Ну-ка ко­ли­т­есь, я же чув­ствую.
Ва­д­им с Анд­р­еем пер­ег­ля­ну­лись, Ар­т­ём гля­нул непо­ни­ма­ю­ще, но тут ко­л­от­ь­ся всё же на­ч­а­ли.
- Ви­дишь ли, Макс, се­год­ня к Анд­р­ею под­х­о­ди­ла жен­щи­на, предс­тав­ив­шая­ся сот­руд­н­ик­ом со­ци­аль­ной служ­бы, и очень на­стой­чи­во хо­т­е­ла с ним по­бе­се­до­в­ать.
- Что? – по­хо­л­о­дел Макс. – Завт­ра же по­зво­ню…
- Не сто­ит, - ска­зал Ва­д­им. – У ме­ня там од­нок­ласс­н­и­ца быв­шая ра­б­от­ает, я уже с ней свя­зал­ся. Ник­ак­ая это не сот­руд­н­и­ца, а, по­хо­же, со­в­с­ем ле­вая тёт­ка. Но она бы­ла ис­клю­ч­и­т­ель­но на­стой­чи­ва.
- Анд­р­ей? – спро­сил Макс.
Анд­рю­ха вз­дох­н­ул и крат­ко пер­ес­ка­зал всю ис­тор­ию.
- Я его пос­ле это­го сам из ху­дож­ки за­б­рал, - за­мет­ил Ва­д­им. – Ма­ло ли что.
- По­нят­но, - за­д­ум­чи­во прот­я­нул Макс, дое­дая пос­л­ед­н­ий ку­сок жар­е­ной ры­бы и бер­ясь за ко­фе. – Всё прав­иль­но сдел­а­ли. Анд­р­ей, ты мо­л­о­дец. Зна­ешь, что, сядь-ка сей­час и попр­о­буй нар­и­со­в­ать эту жен­щи­ну – ты ведь её за­пом­н­ил, прав­да?
- Прав­да, - за­к­и­вал Анд­рю­ха. – Идём, Ар­т­ем, по­мо­жешь.
- Это как? – оза­д­а­ч­ил­ся Ва­д­им.
- Мор­аль­но, - хит­ро ус­мех­н­ул­ся Анд­р­ей, и Макс с удов­лет­в­ор­е­ни­ем от­мет­ил, что маль­чик нем­н­ого расс­ла­б­ил­ся. Всё прав­иль­но, глав­н­ое на­ч­ать дел­ать что-то нуж­н­ое и пол­ез­н­ое, это луч­ше пол­ной неоп­ре­де­л­ён­н­о­с­ти. Но те­перь, по­хо­же, опять при­дёт­ся нар­ушать за­прет о рас­прос­тра­не­нии следс­твен­ной ин­фор­ма­ции. Пот­ому как вся эта ис­тор­ия с не­в­есть от­к­у­да вы­плыв­шей да­мой… як­о­бы соц­р­а­б­от­н­ик­ом… пах­н­ет очень не­хор­ошо.
Маль­чиш­ки уш­ли в ком­н­ату, и Ва­д­им сра­зу же спро­сил:
- Опять?
- Что «опять»? – пе­ре­сп­ро­сил Макс, до­пи­вая ко­фе.
Ва­д­им быст­ро от­о­брал Мак­с­ову круж­ку, пос­т­ав­ил её на стол и по­це­ло­в­ал лю­б­ов­н­ика в гу­бы. А пот­ом зая­вил:
- Ты да­же не слишк­ом удив­ил­ся на­ше­му расс­ка­зу. Зн­а­ч­ит, опять ка­кой-то зл­о­дей объ­явил­ся.
- Объ­явил­ся, Вадь. И не один, скор­ее вс­его, - вз­дох­н­ул Макс, и воз­мож­но бол­ее ко­р­от­ко опи­сал сло­жив­шую­ся сит­уа­цию. Ва­д­им за­д­ум­чи­во ска­зал:
- Вот как… Но при чём здесь Анд­р­ей?
- Не знаю по­ка. Но, смот­ри, Вадь, мы взя­ли нов­ое де­ло… очень дур­н­опах­н­ущее де­ло… и тут же объ­яв­л­яет­ся эта неи­з­в­ест­н­ая жен­щи­на. Ей-Бо­гу, сма­хи­ва­ет на пре­ду­преж­д­е­ние – не суй­тесь, ку­да не по­л­оже­но, а то ху­же бу­дет.
- Но тог­да твои ма­н­ья­ки долж­ны так­ие свя­зи иметь… Ты предс­тав­л­яешь?
Макс вз­дох­н­ул:
- Ме­ня уже нич­то не удив­ит. Тем бол­ее, что так­ое раз­вле­че­ние, как по­хи­щен­н­ые дет­иш­ки из хор­оших се­мей, мо­гут се­бе позв­о­лить толь­ко весь­ма бо­гат­ые и влия­тель­ные мер­зав­цы. Пол­у­ча­ет­ся, что я опять став­лю вас под уг­ро­зу.
Ва­д­им зло сверк­н­ул гла­за­ми:
- Да­же ду­мать о так­ом не смей! Вы ведь их най­дё­те! И де­тей спа­сё­те… Ес­ли не этих, так хоть тех, ко­му по­хи­ще­ние угро­жа­ет. А вме­с­те мы справ­им­ся. Вс­ег­да справ­л­я­л­ись.
- Что бы я без те­бя дел­ал… - вз­дох­н­ул Макс. – Как же здор­ово, что я вс­трет­ил те­бя, Вад­ька…
***
На сле­ду­ю­щее ут­ро Макс, поя­вив­шись на ра­б­о­чем ме­с­те, пер­вым де­лом от­л­ов­ил Лит­ви­но­ва и оза­д­а­ч­ил его на предм­ет сос­та­ва таб­л­ет­о­чек. Лит­ви­нов кив­н­ул и по­ин­т­ер­е­с­о­в­ал­ся, есть ли для него что-ли­бо ещё. В от­в­ет Макс дос­тал сдел­ан­н­ый вч­е­ра Анд­рю­хой порт­рет неи­з­в­ест­ной жен­щи­ны и попр­о­сил его от­с­ка­нир­о­в­ать и прог­нать чер­ез все име­ю­щие­ся ба­зы дан­н­ых. Порт­рет был очень хор­ош, и Макс на­д­еял­ся на уда­чу. Лит­ви­нов сн­о­ва кив­н­ул и от­б­ыл в своё экс­перт­н­ое царс­тво.
А Макс от­прав­ил­ся к се­бе и пер­вым де­лом пров­ер­ил поч­ту. По за­про­сам на про­пав­ших де­тей по­ка ещё ни­ч­его не приш­ло. За­то по вт­ор­ому за­про­су от­в­ет при­шёл… И это­му от­в­е­ту Макс очень не об­ра­д­о­в­ал­ся. Пот­ому как де­ло за­пут­ы­ва­лось ещё боль­ше.
Пять лет на­зад, лет­ом, в Со­сед­н­ем Гор­о­де про­пал се­мил­ет­н­ий Ди­ма Ко­но­нен­ко. Свет­л­ень­кий, гол­у­бог­ла­зый, кудр­я­вый. День рож­д­е­ния его при­х­о­дил­ся на ко­нец ию­ня, про­пал он в сер­е­дине ию­ля. Бесс­лед­но, как и все про­чие жерт­вы.
Но на этом сх­одс­тво с сер­ией за­к­ан­ч­и­ва­лось, и на­ч­и­на­л­ись сп­лош­н­ые раз­л­и­ч­ия. У Ди­мы бы­ла сес­т­ра – но не мл­ад­ш­ая, а стар­шая, чет­ыр­н­ад­цат­ил­ет­няя Ира. И сес­т­ра бы­ла по­хи­ще­на вме­с­те с маль­чик­ом. Се­мей­ство Ко­но­нен­ко от­д­ы­ха­ло на да­че в дер­евне Юрьев­ка, где про­жи­ва­ла прес­т­ар­е­л­ая мать гла­вы се­мейст­ва. В этот ро­к­овой ве­чер Ди­ма за­д­ер­жал­ся у прия­те­ля, жив­уще­го на про­тив­опо­л­ож­н­ом кон­це дер­ев­ни, мать же, ког­да ста­ло тем­н­еть, за­бес­пок­ои­л­ась и от­прав­и­ла стар­шую сес­т­ру за маль­чик­ом. Ни­ч­его страш­н­ого в этом не бы­ло – Юрьев­ка бы­ла весь­ма гу­сто­н­а­се­л­ён­ной дер­ев­н­ей, лю­ди хор­ошо друг дру­га зн­а­ли, к то­му же с прие­з­дом гор­одс­ких дач­н­и­к­ов ма­ло кто ло­жил­ся спать ра­но. Ира от­прав­ил­ась за брат­ом, за­б­ра­ла его, и они вме­с­те пош­ли до­мой. Ид­ти им бы­ло ров­но пол­ч­а­са по хор­ошо осве­щен­ной ули­це, где ещё тол­к­а­лось нема­ло нар­о­да. Но Ира по­че­му-то вы­бра­ла ко­р­от­к­ую дор­огу чер­ез ов­раг и… До­мой де­ти так и не вер­н­у­лись. По­ли­ция и доб­ров­оль­цы обыс­ка­ли все ок­рест­н­о­с­ти Юрьев­ки и бл­изл­ежа­щие ле­са. Без­ре­зуль­тат­но.
Но позд­н­ей осе­нью Иру всё же наш­ли. Гриб­н­ик, чья со­ба­ка на­ч­а­ла рыть ку­чу лис­тьев, по­пы­тал­ся от­оз­в­ать её… по­до­шёл бл­иже, и чуть не ск­он­ч­ал­ся на ме­с­те от раз­ры­ва серд­ца. Нет, ник­ак­их сле­дов по­бо­ев и про­чих уве­чий на дев­оч­ке об­н­ар­уже­но не бы­ло, толь­ко сле­ды рем­н­ей на за­пя­стьях и че­го-то силь­но сма­хи­ва­ю­ще­го на ошей­ник на шее. К то­му же экс­перт­и­за пок­а­за­ла на­л­и­ч­ие мн­огок­рат­н­ых из­н­а­си­л­о­в­а­ний, в том чис­ле и в изв­р­ащен­ной фор­ме. Но не это пов­ерг­ло в шок по­жи­л­ого гриб­н­ика. Но­ги Иры бы­ли ам­пут­ир­о­в­а­ны ни­же ко­л­ен, куль­ти укра­ша­ли не слишк­ом проф­ес­с­ио­н­аль­но на­ло­жен­н­ые вос­па­л­ив­шие­ся швы, хо­тя бы­ло за­мет­но, что ей пы­та­л­ись ок­а­зать по­мощь. Но ор­га­низм дев­оч­ки к мо­мен­ту пров­е­де­ния ам­пут­ации был уже дос­тат­оч­но ис­то­щён, к то­му же у неё на­ч­ал­ся сеп­с­ис… Вер­оят­но, со­чет­а­ние этих стресс-фак­т­ор­ов плюс не слишк­ом здор­ов­ое серд­це и прив­е­ло к то­му, что Ира умер­ла. Спе­ци­аль­но её не уби­вал ни­к­то.
По­ли­ция очень стар­ал­ась най­ти хоть что-то, что мог­ло вы­ве­с­ти на воз­мож­н­ого по­хи­т­и­т­е­ля де­тей. Но не преу­спе­ла. Пол­у­чил­ся доб­рот­н­ый, проч­н­ый «ви­сяк».
Проч­тя всё и по­смот­рев при­ла­га­ю­щие­ся фот­огра­фии, Макс по­т­ёр ла­д­о­ня­ми вис­ки и ти­хо, смач­но вы­ру­гал­ся. Он по­че­му-то не сом­н­е­вал­ся, что ги­б­ель Иры и по­хи­ще­ние Ди­мы – де­ло рук имен­но тех, ко­го он сей­час пы­тал­ся най­ти. Но во­про­сов, воз­н­ик­ших по проч­те­нии, бы­ло слишк­ом мн­ого. И от­в­е­ты на них, хо­тя бы ча­стич­но, мог дать толь­ко че­лов­ек, ра­б­от­ав­ший над этим де­лом. По­это­му Макс пои­с­кал в до­к­умент­ах фа­ми­л­ию сле­до­в­а­те­ля, кот­ор­ый вёл де­ло, и стал на­б­ир­ать но­мер убой­но­го от­д­е­ла Со­сед­н­его Гор­о­да.
Гла­ва 6. Ам­пу­ти?
На счас­тье Мак­са сле­до­в­а­тель Гор­о­хов, за­ни­мав­ший­ся де­лом про­пав­ших де­тей Ко­но­нен­ко и смерт­ью Иры, в убой­ном от­д­е­ле ещё тру­дил­ся. Прав­да, в дан­н­ый мо­мент он пре­бы­вал в от­пус­ке за гра­ни­цей, но вер­н­уть­ся дол­жен был уже пос­л­е­завт­ра, так что колл­еги по­обе­ща­ли дать ему тел­е­фон Мак­са и пер­е­дать по­же­л­а­ние свя­зать­ся с ним сроч­но и немед­л­ен­но. А пот­ом… Пот­ом Макс сх­ват­ил­ся за го­л­ову. Ка­жет­ся, сос­тав­ляя за­прос, он сов­ер­шил ро­к­ов­ую ошиб­ку – непр­ав­иль­но ук­а­зал вре­мя ис­чез­н­ов­е­ния. Вот что зн­а­ч­ит за­ни­мать­ся важ­н­ым де­лом с хро­ни­ч­ес­ко­го не­до­сы­пу. Трое де­тей ис­чез­ли не пять, а де­сять лет на­зад, сле­до­в­а­тель­но, по­хи­ще­ние Иры и Ди­мы ли­бо не мог­ло иметь к ним ник­ак­ого от­н­оше­ния, ли­бо гов­ор­и­ло о том, что зл­о­деи сме­ни­ли тип жертв… Точ­н­ее, рас­шир­и­ли его и на­ч­а­ли по­хи­щать ещё и подр­ост­к­ов. Креп­ко вы­ма­тер­ив се­бя за до­пу­щен­н­ую ошиб­ку, Макс сос­тав­ил два но­в­ых за­про­са – один – ка­са­тель­но де­сят­ил­ет­н­ей про­па­жи ре­бён­ка, вт­орой – по по­в­о­ду подр­ост­к­ов, чьи тру­пы мог­ли быть об­н­ар­уже­ны с ам­пут­ир­о­в­ан­н­ыми ко­неч­н­о­с­тя­ми. За­од­но он по­зво­нил и в род­ной ар­хив на предм­ет по­хо­жих дел, а пот­ом свя­зал­ся с под­пол­к­ов­н­ик­ом Март­ы­но­в­ым, попр­о­сив по­смот­реть, не бы­ло ли в пер­иод, свя­зан­н­ый с ис­чез­н­ов­е­ния­ми де­тей, ис­чез­н­ов­е­ний ещё и подр­ост­к­ов – так же из бла­го­пол­уч­н­ых се­мей. Макс сдел­ал вы­вод, что де­ти мар­ги­на­лов или улич­н­ые бес­приз­ор­н­ики зл­о­де­ям не под­х­о­дят ка­те­гор­и­ч­ес­ки сра­зу по нес­коль­ким при­ч­и­нам.
Во-пер­вых, они крайне не­дов­ер­чи­вы ко вс­ем без ис­клю­ч­е­ния. Жизнь с ро­ди­т­е­л­ями-алк­аша­ми или пре­бы­ва­ние на ули­це вы­ра­б­ат­ы­ва­ет стой­кую увер­ен­н­ость в том, что бес­плат­н­ый сыр бы­ва­ет толь­ко в мы­ше­лов­ке, а доб­ро­та пос­т­ор­он­н­их лег­ко мо­жет вый­ти бок­ом. Во-вт­ор­ых, так­ие де­ти, осо­бен­но улич­н­ые, обл­а­д­ают гор­аз­до боль­шей со­прот­ив­л­яе­мо­стью ко вс­як­ого ро­да про­мыв­ке моз­гов. Да, для то­го, что­бы вы­жить, они мо­гут сыг­рать что угод­но, но при мал­ей­шей воз­мож­н­о­с­ти и ос­лаб­л­е­нии конт­ро­ля сра­зу же удер­ут. В-тре­тьих, как это ни пе­чаль­но, о девс­твен­н­о­с­ти при та­кой жиз­ни час­тень­ко и гов­ор­ить не при­х­о­дит­ся, плюс бу­кет не­хор­оших при­вы­чек, из кот­ор­ых кур­е­ние – са­мая безо­б­ид­н­ая. В-чет­вёрт­ых – дом­аш­н­ие де­ти из хор­оших се­мей ку­да бол­ее вос­пит­ан­ны и пос­л­уш­ны, да и за здор­о­в­ьем их ро­ди­т­е­ли сле­дят.
А Ира? - тут же всплыл в соз­на­нии во­прос. – Ведь в де­ле гов­ор­и­л­ось о её про­бл­емах с сердц­ем? То есть, в дан­н­ом слу­чае по­хи­ще­ние всё-та­ки бы­ло спонт­ан­н­ым? Или… Или прес­туп­н­ики на­ч­а­ли ос­ваи­вать нечто нов­ое? Но что? За­ч­ем по­н­а­д­о­би­л­ось ам­пут­ир­о­в­ать дев­оч­ке но­ги? Что­бы не убе­жа­ла? В нак­а­за­ние за неу­дав­ший­ся по­бег? Чушь… Су­дя по сле­дам на ру­к­ах и шее, она ник­у­да бы не дел­ась и так. Или это кто-то из зл­о­де­ев про­с­то ре­шил пои­грать? Вр­яд ли… Их ин­т­ер­е­сы по боль­шей ча­сти ле­жат в обл­а­сти дру­го­го по­ла… Или Ира – это единс­твен­н­ое ис­клю­ч­е­ние – пои­гра­ли… попр­о­бо­в­а­ли… не пон­рав­и­л­ось, к то­му же иг­руш­ка умер­ла, и они ре­ши­ли вер­н­уть­ся к преж­н­ему спо­со­бу – даль­ше-то, в Гор­о­де, бы­ли толь­ко од­ни маль­чи­ки… Стоп. Ес­ли счит­ать Иру и Ди­му – то это шес­те­ро про­пав­ших. Шесть, а не чет­ы­ре. И Иру с Ди­мой по­хи­т­и­ли нем­н­ого не так, как обыч­но дей­ство­в­а­ли зл­о­деи. И гор­од дру­гой. А что, ес­ли…
С мо­мен­та пер­вых по­хи­ще­ний прош­ло уже де­сять лет. То есть, ко­му-то из пер­вых по­хи­щен­н­ый ис­пол­н­и­л­ось лет по сем­н­ад­цать-во­сем­н­ад­цать, и как они про­жи­ли эти де­сять лет – да­же ду­мать не хо­чет­ся. А ес­ли смот­реть по дат­ам – то по­хи­ще­ние Иры и Ди­мы бы­ло рань­ше, чем по­хи­ще­ния маль­чи­к­ов в Гор­о­де. То есть… Это мог­ло быть чем-то вр­о­де эк­з­аме­на для жерт­вы, кот­о­р­ая ста­ла их по­мощ­н­ик­ом… Бред? Но ведь как-то они долж­ны бы­ли пров­ер­ять тех, ко­го приз­на­ва­ли перс­пект­ив­н­ыми. И ес­ли кан­д­и­дат пров­ер­ку не про­хо­дил… Нав­ер­н­яка его уст­ра­ня­ли – весь­ма же­с­т­око и бол­ез­н­ен­но. Это име­ло сра­зу два смыс­ла – и ин­с­тинк­ты свои по­т­ешить, и ос­таль­ным пок­а­зать, что их жд­ёт в слу­чае че­го. Что­бы по­га­сить да­же на­мёк на со­прот­ив­л­е­ние. Хо­тя… Ка­са­тель­но воз­р­а­ста. А что, ес­ли это был эк­з­амен не для пер­вой, а для вт­орой парт­ии по­хи­щен­н­ых? Дв­е­н­ад­цать-три­над­цать лет… Учит­ы­вая то, что в Юрьев­ке бы­ло пол­но дач­н­и­к­ов с детьми… Ну да, пусть дер­ев­ня, но нез­нак­омый ре­бё­нок ку­да мень­ше опа­се­ний вы­зы­ва­ет, чем поч­ти вз­р­ос­л­ый па­р­ень. Мог­ли по­ду­мать, что к ко­му-то из гор­о­да друг прие­хал… Нет, всё-та­ки, как всё за­пу­ще­но… И как­ая жа­лость, что у нас мор­ат­ор­ий на смерт­н­ую казнь. Не­с­част­н­ым жерт­вам про­мы­ва­ли моз­ги го­да­ми и нав­ер­н­яка са­мы­ми изу­верс­к­ими мет­о­да­ми.
Ублюд­к­ов, спо­соб­н­ых на так­ое, сле­ду­ет каз­н­ить без вс­як­ого со­жа­л­е­ния и огляд­ки на пра­ва че­лов­ека. Пот­ому как они уже не яв­л­яют­ся люд­ьми, а бе­ше­ных жив­от­н­ых вс­ег­да унич­то­жа­ют.
Раз­ду­мья Мак­са прер­в­а­ла поя­вив­шая­ся Ша­ман­ка, кот­о­р­ая хищ­но ог­ля­де­ла ка­б­и­нет на предм­ет свар­ен­н­ого ко­фе. По пу­ти к Мак­су она заг­ля­ну­ла в ла­б­ор­ат­ор­ию и ска­за­ла, что Юра уже пров­ер­ил хим­и­ч­ес­кий сос­тав таб­л­ет­ок.
- И что? – по­ин­т­ер­е­с­о­в­ал­ся Макс.
- А ни­ч­его. Са­ха­ру чуть-чуть. Крах­мал опять же. Ну и кап­с­у­лы жел­ат­и­но­в­ые. Пла­це­бо, кор­о­че. Он тут всё под­роб­но рас­пи­сал, - и Ша­ман­ка прот­я­ну­ла Мак­су экс­перт­н­ое за­к­лю­ч­е­ние.
- Да, порт­ре­т­ик твой он уже на­ч­ал про­го­нять чер­ез ба­зы дан­н­ых. По­ка ре­зуль­тат­ов ноль. Я, кста­ти, от ро­ди­т­ел­ей Ар­иши и Ва­ни. И плён­ки с мест по­хи­ще­ний Юр­ке при­в­ез­ла. Пус­кай пок­ол­д­ует.
- А что ро­ди­т­е­ли ска­за­ли по по­в­о­ду дн­ей рож­д­е­ния? Бы­ли там пос­т­ор­он­н­ие?
- Да нет, толь­ко дет­иш­ки, их дру­зья, ро­ди­т­е­ли и родс­твен­н­ики. Сов­па­д­е­ний меж­ду се­мья­ми нет. Од­н­ако…
- Ну?
- И в перв­ом, и во вт­ор­ом слу­чае при­гла­ша­ли спе­ци­аль­ных лю­дей про­в­о­дить детс­кую ве­чер­ин­ку. Что-то вр­о­де мас­с­ов­и­к­ов-за­тей­ни­к­ов. Клоу­н­а­да там, шут­оч­ки-прик­о­лы, кон­к­ур­сы вс­як­ие…
- Из фир­мы? «Твой празд­н­ик» или…
- Да в том-то и де­ло, что нет. Наш­ли объ­яв­л­е­ния в га­зе­те, в фир­мах це­ны дов­оль­но вы­с­ок­ие, а чер­ез га­зе­ту по­доб­н­ые услу­ги пред­ла­га­ют­ся на пор­я­док де­шев­ле. В обо­их слу­ча­ях устрои­т­е­ли празд­н­ика бы­ли в кло­унс­ких кос­тю­мах и тра­д­ици­он­н­ом гри­ме. Вр­о­де бы, муж­ч­и­на и жен­щи­на… Но да­же с оп­ре­де­л­е­ни­ем воз­р­а­ста про­бл­емы. И сло­в­ес­н­ый порт­рет пол­у­чить не предс­тав­л­яет­ся воз­мож­н­ым, сам по­ни­ма­ешь.
- Ну да… бе­ли­ла, вес­н­уш­ки, ры­жие во­л­о­сы, на­мал­ё­ван­н­ая улыб­ка, крас­н­ый нос и хар­ак­т­ер­н­ая меш­к­о­в­ат­ая ярк­ая одеж­да. И баш­ма­ки огром­н­ые – да­же раз­мер но­ги уз­нать нель­зя. Очень хор­ошая мас­кир­ов­ка. Бра­во. Кто ж опа­са­ет­ся клоу­нов? А де­тей к ним пря­мо маг­нит­ом тя­нет. Про­с­то Стив­ен Кинг ка­кой-то пол­у­ча­ет­ся.
- Скор­ее уж «Сверхъ­ес­твен­н­ое», - вз­дох­н­у­ла Ша­ман­ка.
- Не по­нял? – удив­ил­ся Макс.
- Да сер­иал та­кой есть, амер­и­к­анс­кий… Иг­нат его в пос­л­ед­н­ее вре­мя смот­р­ит. Там од­на из сер­ий так и на­зы­ва­ет­ся: «Все лю­б­ят клоу­нов».
- Ну, по­хо­же, не толь­ко Иг­нат его смот­р­ит, - улыб­н­ул­ся Макс.
- Ну, да, здор­ово моз­ги расс­лаб­л­яет, - не ста­ла спор­ить Ша­ман­ка. - И пос­ле вс­ех на­ших ма­н­ья­к­ов-са­д­юг-упы­рей все эти сверхъ­ес­тес­твен­н­ые ужа­сы сов­ер­шен­но не пу­га­ют.
- Да­вай-ка бл­иже к де­лу, Галь. Вер­н­ём­ся к ро­ди­т­е­л­ям. Они слу­чай­но тел­е­фон­ч­ик тех, ко­го на день рож­д­е­ния зак­а­зы­ва­ли, не за­пи­са­ли?
- Ро­ди­т­е­ли Ар­иши Дан­к­ев­ич – нет. Им за­тей­ни­ки не осо­бо пон­рав­и­л­ись. А вот Ва­ни­на ма­ма да­же га­зе­ту со­х­ра­ни­ла с но­мер­ом. Я уже на­б­ир­а­ла - не от­ве­ча­ет. «Обс­лу­жи­ва­ние аб­о­нен­та вре­мен­но прек­ра­ще­но»… Но­мер, кста­ти, Юр­ка уже прог­нал чер­ез ба­зу дан­н­ых. Зар­егис­трир­о­в­ан на Му­хи­на Ива­на Дм­ит­рие­в­и­ча, оди­нок­ого пен­с­ио­не­ра, бла­го­пол­уч­но по­чив­ше­го в бо­зе аж полт­о­ра го­да на­зад. Де­д­уш­ке бы­ло семь­де­сят де­вять, умер он в боль­ни­це от эм­фи­зе­мы лёгк­их, ник­ак­ого крим­и­на­ла.
- А пас­порт? – по­ин­т­ер­е­с­о­в­ал­ся Макс. – Его ж в пас­порт­н­ый стол по­ла­га­лось сдать.
- Вот это­го я по­ка не знаю, - приз­н­ал­ась Ша­ман­ка. – Ду­ма­ешь, сле­ду­ет в боль­ни­це пок­рут­ит­ь­ся? И бл­ижай­шее ок­ру­же­ние стар­ич­ка про­шер­с­тить?
- Ду­маю. А за­од­но пров­ер­ить Гор­одс­кие га­зе­ты на предм­ет по­доб­н­ых объ­яв­л­е­ний. Воз­мож­но, на­тк­н­ём­ся на этих… за­тей­ни­к­ов по дру­го­му но­ме­ру. Кста­ти, пош­ли к на­ч­аль­ству. Попр­о­бу­ем, как и до­гов­ор­и­л­ись, док­а­зать, что необ­хо­д­имо пре­ду­п­ре­дить на­се­л­е­ние. Бу­дем на­жи­вать очер­ед­н­ые непр­ият­н­о­с­ти
- Бу­дем, - легк­омыс­лен­но сог­ла­сил­ась Ша­ман­ка. – Кста­ти, а это что так­ое? Жен­щи­на кив­н­у­ла на экран ком­пью­те­ра, где в тот мо­мент вид­н­е­лось нес­коль­ко сн­им­к­ов с ме­с­та об­н­ар­уже­ния те­ла Иры Ко­но­нен­ко.
Макс об­ри­со­в­ал обс­та­нов­ку и оз­нак­омил Ша­ман­ку с ре­зуль­тат­ами сво­их раз­ду­мий. Жен­щи­на впе­чат­л­ил­ась. А пот­ом подк­и­ну­ла идею.
- Слу­шай, а мо­жет быть, они так­им об­ра­зом про­с­то «ам­пу­ти» гот­ов­и­ли? Хо­т­е­ли раз­н­оо­бра­зить, так ска­зать, ас­с­орт­имент… Или у них поя­вил­ся но­в­ый пок­упа­тель… С дру­ги­ми тре­бо­в­а­ния­ми.
- Воз­мож­но… - прот­я­нул Макс, - ещё как воз­мож­но. А поск­оль­ку они не хир­ур­ги, то попр­ос­ту зря заг­у­би­ли дев­оч­ку. «Ам­пу­ти»… На­до же…
На­ч­аль­ство, вы­слу­шав до­в­о­ды Мак­са и Ша­ман­ки, как и ожи­да­лось, ста­ло возр­ажать. Пер­вым до­в­о­дом бы­ло то, что сре­ди на­се­л­е­ния мо­жет на­ч­ать­ся па­ни­ка. Вт­о­р­ым – что прес­туп­н­ики, уз­нав о том, что ими за­ни­ма­ют­ся, мо­гут про­с­то свер­н­уть свою не­хор­ошую дея­тель­ность и зал­ечь на дно.
- Не за­ля­гут, - увер­ен­но от­оз­в­ал­ся Макс. – По­ка не зак­он­ч­ат цикл – не за­ля­гут. К то­му же они увер­о­в­а­ли в свою неу­я­зв­имость, де­тей по­хи­ща­ют из весь­ма люд­н­ых мест, они, по­хо­же, уже хот­ят вни­ма­ния. По­ни­мае­те?
- Нет, ре­бят­ки, - от­в­етс­тво­в­а­ло на­ч­аль­ство. - Ра­но­в­ато ещё. Са­мо со­бой, служ­ба ППС бу­дет пре­ду­преж­д­е­на. Но по­ка не бол­ее то­го, са­ми по­ни­мае­те, это зав­и­сит не от ме­ня. Попр­о­бую ва­шу идею нав­ерх прот­олк­н­уть, но не знаю… не знаю. К то­му у вас по­ка нет ни­ч­его конк­рет­н­ого, не так ли?
- Это по­ка, - дерз­ко от­в­е­т­и­ла Ша­ман­ка. – А по­ка мы тут раз­го­в­ар­и­ва­ем, зл­о­деи, мо­жет, очер­ед­н­ое по­хи­ще­ние гот­о­в­ят. Мы это­го жд­ём?
- То­в­ар­ищ май­ор! – рявк­н­у­ло на­ч­аль­ство. – Ра­б­от­ай­те! У вас есть нит­оч­ки – вот и тя­ни­те за них! С га­зет­ами – идея хор­ошая, с ок­ру­же­ни­ем пен­с­ио­не­ра – то­же. И в Со­сед­н­ий Гор­од, ес­ли нуж­но – съез­ди­те! Что у вас там за идея нас­ч­ёт уби­той дев­оч­ки поя­вил­ась?
- Ам­пу­ти – так на­зы­ва­ют лю­дей с ам­пут­ир­о­в­ан­н­ыми ко­неч­н­о­с­тя­ми, - поя­с­н­ил Макс. – Нек­от­ор­ые… эээ… ис­пы­ты­ва­ют к так­им сек­с­уаль­ным парт­н­ёр­ам непре­одо­ли­мую тя­гу. Ну и… в Се­ти есть сай­ты, по­с­вя­щён­н­ые это­му. Сай­ты знак­омств.
- Тьфу ты, - фырк­н­у­ло на­ч­аль­ство.
- Ну по­че­му… - вз­дох­н­ул Макс, - ес­ли лю­ди вз­р­ос­л­ые и соз­на­тель­но хот­ят устро­ить свою лич­н­ую жизнь – по­че­му бы и нет? Но тут-то дру­гое. Во-пер­вых, яв­н­ая пе­до­фи­л­ия. Во-вт­ор­ых – дев­оч­ку сдел­а­ли ин­в­а­л­и­дом, с но­га­ми у неё бы­ло всё в пор­яд­ке. То есть, ка­кой-то изв­р­аще­нец по­же­л­ал пол­у­чить ре­бён­ка-ам­пу­ти. А зл­о­деи по­пы­та­л­ись вып­ол­н­ить зак­аз. Не выш­ло. И не дай Бог, ес­ли они про­дол­жи­ли тре­нир­о­в­ать­ся.
- Или наш­ли се­бе ещё од­н­ого со­общ­н­ика. Вра­ча, - за­мет­и­ло на­ч­аль­ство.
- Нет, - от­оз­в­ал­ся Макс, - это вр­яд ли. На­ши зл­о­деи дов­е­р­яют друг дру­гу. Лом­ают и под­ч­и­ня­ют се­бе де­тей – один или нес­коль­ко из по­хи­щен­н­ых точ­но ста­ли иг­рать ро­ли их по­мощ­н­и­к­ов. Но они не бу­д­ут дов­ер­ять тре­т­ье­му – вз­р­ос­л­ому че­лов­еку, на кот­ор­ого слож­н­ее воз­дей­ство­в­ать, к то­му же, ес­ли он спо­со­бен на так­ое – сле­до­в­а­тель­но, аб­с­ол­ют­но амор­а­л­ен и к нему луч­ше не пов­о­р­а­ч­и­вать­ся спи­ной. Он бу­дет пос­т­оян­ной уг­ро­зой их бла­го­пол­у­чию, по­ни­мае­те?
- И?
- По­ка не знаю, - чест­но от­в­е­т­ил Макс. – Не скла­д­ы­ва­ет­ся карт­ин­ка.
- Тог­да иди­те и ра­б­от­ай­те, - на­путс­тво­в­а­ло Мак­са и Ша­ман­ку на­ч­аль­ство. – Мне ну­жен ре­зуль­тат, что­бы до­бит­ь­ся нав­ер­ху то­го, о чём вы про­си­те.
***
Маль­чик очень устал. Се­год­ня Па­поч­ка и Ма­моч­ка сн­о­ва за­б­ра­ли нов­ую дев­оч­ку к се­бе нав­ерх. А пот­ом маль­чи­ку приш­лось её за­б­ир­ать. Маль­чик слишк­ом хор­ошо зн­ал, в как­ие иг­ры лю­б­ят иг­рать Па­поч­ка и Ма­моч­ка, по­это­му не удив­ил­ся то­му, что дев­оч­ка бы­ла без соз­на­ния, а всё её те­ло бы­ло в руб­цах и си­ня­к­ах. И кровь… Там…
- Ну и что ты устав­ил­ся? – хо­л­од­но спро­сил Па­поч­ка. – За­б­ир­ай дев­ч­он­ку, пусть Ага­фья о ней по­за­б­от­ит­ся. И возв­ра­щай­ся.
Маль­чик по­бе­л­ел:
- Но я же был хор­ошим…
- За­тк­н­ись! – удар­и­ла его по ще­ке по­до­шедш­ая Ма­моч­ка. Се­год­ня она бы­ла оде­та в кра­сив­ое крас­н­ое пла­т­ье с шир­окой юб­кой и бе­л­ым лак­ир­о­в­ан­н­ым поя­сом и бе­л­ые же узк­о­но­сые туф­ли на вы­с­ок­ом каб­л­у­ке. Кра­си­вая при­ч­ёс­ка, бе­л­ые пер­ч­ат­ки, си­гар­ета в дл­ин­н­ом се­реб­ри­с­т­ом мунд­ш­ту­ке, нар­и­со­в­ан­н­ое крас­ной – в тон к плат­ью – пом­а­дой сер­д­еч­ко на гу­бах. Ма­моч­ка ча­сто оде­вал­ась по­хо­жим об­ра­зом, а маль­чик не зн­ал, что этот мод­н­ый стиль на­зы­ва­ет­ся «нью-лук» и бер­ёт своё на­ч­а­ло в ше­с­т­и­де­сят­ых го­дах прош­ло­го ве­ка. Не для то­го его здесь дер­жа­ли.
- Ты слы­шал, что ска­за­ла Ма­моч­ка? – лас­ко­во улыб­н­ул­ся Па­поч­ка. – От­н­е­си её вн­из и возв­ра­щай­ся. По­мо­жешь нам зак­он­ч­ить иг­ру.
Маль­чик боль­ше не осме­лил­ся пер­е­чить – он ос­тор­ож­но под­н­ял по­т­ер­яв­шую соз­на­ние дев­оч­ку – ве­си­ла она со­в­с­ем нем­н­ого, и по­нёс её вн­из. В под­вал. Там, где дер­жа­ли дру­гих Вре­мен­н­ых.
Гла­ва 7. Сов­па­д­е­ние
Сколь­ко пот­ом ни спра­ши­ва­ли Иг­на­та, по­че­му он об­рат­ил вни­ма­ние имен­но на это­го че­лов­ека, он так и не смог толк­ом от­в­е­т­ить. Про­с­то по­жи­мал пле­ча­ми и зас­тен­чи­во улы­бал­ся. Он и сам се­бе не мог объ­яс­н­ить, по­че­му. Но имен­но его, Иг­на­та, пос­т­упок дал де­лу сов­ер­шен­но нео­ж­и­дан­н­ый тол­ч­ок с той стор­о­ны, с кот­орой Макс и Ша­ман­ка ник­ак не жд­а­ли прор­ы­ва.
А де­ло бы­ло так. Са­мо со­бой ра­зу­ме­ет­ся, что и Макс, и Ша­ман­ка пре­ду­п­ре­ди­ли маль­чи­шек, что­бы они ниг­де не по­яв­л­я­л­ись поо­ди­ноч­ке, а уж за Ма­л­ым и Ал­ис­кой бд­и­ли пу­ще гла­за. Осо­бен­но за Ал­и­сой. Ко­неч­но, Макс не стал по­с­вя­щать маль­чи­шек в суть де­ла, ре­зон­но опа­са­ясь их стой­ко­го жел­а­ния вли­пать во вс­як­ие непр­ият­н­о­с­ти, но вся друж­н­ая ком­па­ния сдел­а­ла прав­иль­ный вы­вод – в Гор­о­де поя­вил­ся но­в­ый граж­д­а­нин очень не­хор­ошей ма­н­ьяч­ной на­прав­л­ен­н­о­с­ти, кот­ор­ому глу­бо­ко ин­т­ер­ес­ны ма­л­ень­кие де­ти. Осо­бен­но так­ие, как Ал­и­са. Ес­тес­твен­но, все по­же­л­а­ния род­н­ых и бл­изк­их бы­ли при­ня­ты маль­чиш­к­ами вполне се­рьёз­но, но… Это Анд­рю­хе с Ар­т­ёмом лег­ко, они и так поч­ти вс­ег­да вме­с­те – ду­мал Иг­нат. А вот им с Яр­ик­ом… Яр­ик и так пос­т­оян­но на съём­к­ах, в Гор­од прил­ет­ает не­ча­сто. Ко­неч­но, звон­ки, СМС и бе­се­ды по скай­пу это здор­ово, хва­ла сов­ре­мен­ной тех­н­и­ке… Но Иг­на­ту жут­ко не хват­а­ло Яр­и­к­о­ва при­сут­ствия ря­дом. Воз­мож­н­о­с­ти быть вме­с­те, болт­ать о раз­ной ер­ун­де, имея воз­мож­н­ость кос­н­уть­ся бл­из­ко, вме­с­те при­ни­мать душ и гот­ов­ить завт­рак, вме­с­те где-то бы­вать и… И сек­са то­же очень силь­но не хват­а­ло, ес­ли чест­но. Да что там не хват­а­ло – тем­пер­амент­н­ый от прир­о­ды, Иг­нат по­рой был гот­ов на стен­ку лезть от его от­с­ут­ствия. Но, увы… Га­л­и­на, кот­о­р­ая вр­о­де бы смир­ил­ась со вз­р­ос­л­ыми от­н­оше­ния­ми Иг­на­та, бы­ла неу­мо­ли­ма – на перв­ом ме­с­те Ал­и­са и при­смотр за ней. А вся лич­н­ая жизнь уже пот­ом. Иг­нат с сест­рой… он всё-та­ки пред­по­чит­ал счит­ать Га­л­и­ну стар­шей сест­рой и не слишк­ом за­д­умы­вать­ся об осо­бен­н­о­с­тях собс­твен­н­ого ро­дос­лов­н­о­го др­е­ва,* бла­го оно, это са­мое др­ево, здор­ово от­рав­и­ло ему пер­вые чет­ыр­н­ад­цать лет его жиз­ни… так вот, Иг­нат с сест­рой не спор­ил, но и про­пу­ст­ить так­ое редк­ое со­бы­тие, как прие­зд Яр­ика, не мог. К то­му же, че­го гре­ха та­ить, Иг­на­та иног­да грыз­ла рев­н­ость – Яр­ик та­кой… та­кой… а на съём­к­ах пол­н­ым-пол­но пар­н­ей по­сим­пат­ич­н­ее Иг­на­та. А вд­руг Яр­ик ре­шит, что Иг­нат – со­в­с­ем не его наст­оя­щая лю­б­овь?
В кон­це кон­цов, ког­да ста­ло из­в­ест­но, что у Яр­ика об­ра­зо­в­ал­ся не­за­п­ла­нир­о­в­ан­н­ый пер­ер­ыв в съем­к­ах и он прил­ет­ает из Пи­т­е­ра бук­валь­но на сут­ки, парл­амен­т­ёр­ом к Ша­ман­ке от­прав­ил­ся Анд­р­ей, попр­о­сив от­пу­ст­ить Иг­на­та на ве­чер с но­чёв­кой. Про­бл­ему сос­тав­л­я­ло ещё и то, что у Ша­манк­и­но­го му­жа нео­ж­и­дан­но об­ра­зо­в­ал­ась не­за­п­ла­нир­о­в­ан­н­ая ком­ан­д­ир­ов­ка в со­сед­н­юю обл­асть и при­смот­реть за Ал­и­сой он не мог. Тог­да Анд­р­ей дал страш­н­ую клят­ву, что Ал­и­са бу­дет долж­н­ым об­ра­зом при­смот­ре­на вме­с­те с Ма­л­ым, и что они с Ар­т­ёмом и Дан­ькой не спус­т­ят глаз с под­р­аста­ю­ще­го пок­о­л­е­ния.
Ша­ман­ка зак­оле­бал­ась, но пот­ом сог­ла­сил­ась, пред­вар­и­т­ель­но по­зво­нив Яр­ику и по­обе­щав ему пар­оч­ку страш­н­ых кар из ар­с­е­н­а­ла ис­панс­ких инк­в­и­зит­ор­ов, ес­ли Иг­нат не бу­дет дос­тав­л­ен утром по мес­ту жи­т­ельст­ва жи­вым и здор­о­в­ым. Яр­ик пок­лял­ся по ста­рой па­мя­ти лик­ом Пер­у­на и па­нёвой Ма­к­оши, что всё так и бу­дет, и во­прос был ре­шён. Так что в суб­б­оту пос­ле шко­лы маль­чиш­ки вме­с­те с Ал­и­сой друж­но дое­ха­ли на маршр­ут­ке до нов­ого тор­гов­ого цент­ра, где Иг­нат и со­шёл, ска­зав Ал­и­се, что сей­час она пое­дет к Се­рё­же в го­с­ти, а ес­ли бу­дет хор­ошо се­бя ве­с­ти – то и но­че­вать там ос­та­нет­ся. Ал­и­са, успев­шая соск­у­чит­ь­ся по Ма­ло­му за не­дол­гое вре­мя его при­сут­ствия в боль­ни­це, ра­д­ост­но зав­ер­и­ла, что всё бу­дет очень, про­с­то прео­чень хор­ошо, но, су­дя по её за­гор­ев­шим­ся гла­зам, Анд­р­ею, Ар­т­ёму и Дан­ь­ке сле­до­в­а­ло пред­при­нять двой­ные уси­л­ия, что­бы спа­сти кварт­и­ру от пар­оч­ки раз­гу­ляв­ших­ся се­мил­ет­ок, ибо Ма­лой в боль­ни­це то­же успел соск­у­чит­ь­ся по ак­т­ив­н­ым дей­стви­ям.
Ит­ак, Иг­нат со­шёл у тор­гов­ого цент­ра и стал до­жи­дать­ся Яр­ика, кот­ор­ому стро­го-наст­ро­го бы­ло прик­а­за­но вс­трет­ить маль­чи­ка, что­бы тот не шёл один про­ход­н­ыми двор­ами. Яр­ик по­зво­нил, ска­зал, что уже в пу­ти и ми­нут чер­ез пять-семь по­дой­дёт.
Иг­нат при­сел на ска­ме­еч­ку и стал осматр­и­вать­ся. День был сол­н­еч­н­ый, по­го­жий, и пря­мо у тор­гов­ого цент­ра бы­ла устрое­на пре­з­ент­ация нов­ого ма­га­зи­на детс­ких иг­ру­ш­ек и разв­и­ва­ю­щих игр. Мам с мал­ыша­ми бы­ло пре­дос­тат­оч­но, поск­оль­ку уш­л­ые устрои­т­е­ли сдел­а­ли всё, что­бы при­влечь пуб­л­ику – тут и на­д­ув­н­ые бат­уты на детс­кой пло­щад­ке, и раз­да­ча бес­плат­н­ых фут­б­о­л­ок и шар­и­к­ов, и кон­к­ур­сы, уча­стие в кот­ор­ых да­ва­ло воз­мож­н­ость вы­иг­рать нов­ень­кую иг­руш­ку, и предс­тав­л­е­ние, устро­ен­н­ое для де­тей, и кат­а­ние на по­ни, и ка­фе на от­к­ры­том воз­ду­хе со вс­як­ими вкус­н­яш­к­ами, и неиз­мен­н­ые – ку­да от них де­вать­ся – попк­орн с са­хар­ной ва­той. Иг­нат толь­ко ти­хо пор­а­д­о­в­ал­ся, что Ал­ис­ка не успе­ла всё это ве­лик­ол­епие раз­г­ля­деть из ок­на маршр­ут­ки – ина­че непр­емен­но ста­ла бы про­сит­ь­ся по­смот­реть и пои­грать. А Га­ля стро­го-наст­ро­го за­прет­и­ла по­се­ще­ние по­доб­н­ых мер­оприя­т­ий. По­че­му – Иг­нат так и не по­нял, но поск­оль­ку у Ша­ман­ки не бы­ло при­выч­ки за­пре­щать что-то по­пу­сту, он ре­шил, что это как-то свя­за­но с но­в­ым де­лом. Прав­иль­но, в об­щем-то, ре­шил.
А ещё в тол­пе бро­ди­ли ги­гант­с­кие сме­шар­ики, фик­си­ки, Лунт­ик, Ма­ша, Медв­едь и про­чие предс­тав­и­т­е­ли муль­тяш­н­ого пле­ме­ни, кот­ор­ых Иг­нат идент­ифи­цир­о­в­ал без осо­бо­го тру­да – ска­зы­вал­ся стаж про­смот­ра муль­ти­к­ов на ночь вме­с­те с Ал­и­сой. Они фот­огра­фир­о­в­а­л­ись с ра­д­ост­но виз­жа­щей мел­юз­гой, раз­да­ва­ли шар­ики и ли­с­тов­ки, тан­це­ва­ли… И тут Иг­нат нат­олк­н­ул­ся на взгляд подр­ост­ка, кот­ор­ый вр­о­де бы вн­ешне не от­л­и­ч­ал­ся от про­чих – джин­сы, кр­ос­с­ов­ки, курт­ка с ка­пю­шо­ном. Да, всё не нов­ое, но дос­тат­оч­но ак­к­ур­ат­н­ое и чи­с­тое. Да, маль­чиш­ка был ка­кой-то бл­ед­н­ый, ху­дой, с тём­н­ыми кру­га­ми под гла­за­ми, как пос­ле дол­гой бол­ез­ни. И взгляд. Ког­да Иг­нат вс­трет­ил­ся с ним взг­ля­дом, ему ста­ло не­хор­ошо… Слишк­ом ча­сто он ви­дел та­кой… в зерк­а­ле. Нау­т­ро пос­ле то­го, как его по­се­щал Ми­ха­ил Го­л­ов­ин.** Об­ре­чён­н­ый, от­ч­аян­н­ый, уста­л­ый, боль­ной, в кот­ор­ом чит­а­лось толь­ко од­но жел­а­ние – жел­а­ние вы­жить.
Подр­о­с­ток – на вид ему бы­ло лет шест­н­ад­цать – пой­мал взгляд Иг­на­та и сдел­ал чуть за­мет­н­ое дви­же­ние го­л­овой в стор­о­ну. А пот­ом сдел­ал неу­лов­имое дви­же­ние, вв­инт­ил­ся в тол­пу… и ис­чез. Р-раз – и нет его. И поч­ти сра­зу же где-то там, в тол­пе, раз­дал­ся звон раз­б­и­ва­ю­щей­ся по­су­ды, крик, и женс­кий визг. Прак­т­и­ч­ес­ки все в тол­пе пот­я­ну­лись к ис­точ­н­ику зву­ка, но не Иг­нат. Его взгляд об­рат­ил­ся в ту стор­о­ну, ку­да кив­н­ул стран­н­о­в­ат­ый подр­о­с­ток. И Иг­нат успел за­мет­ить то, че­го не за­мет­ил ни­к­то дру­гой в тол­пе.
А там бы­ла ма­моч­ка с дву­мя детьми – дев­оч­кой и маль­чик­ом, дев­оч­ке го­ди­ка три, маль­чи­ку – лет семь, вид­но бы­ло по раз­н­оцвет­н­ому ран­цу, что его толь­ко не­дав­но за­б­ра­ли из шко­лы и сра­зу от­прав­и­л­ись вс­ей се­мьёй в тор­го­в­ый центр. Так вот, ма­моч­ка попр­ав­л­я­ла хны­чу­щей доч­ке ша­поч­ку и пы­тал­ась её успок­оить, уса­д­ив на пла­сти­к­о­в­ый стул за край­ний сто­лик от­к­ры­то­го ка­фе. Маль­чик сто­ял ря­дом и тер­пе­ли­во жд­ал, по­ка сес­т­ра успок­оит­ся, а ещё на сто­ли­ке ле­жа­ли мужс­кие ко­жа­ные пер­ч­ат­ки – зн­а­ч­ит, и па­па где-то ря­дом, скор­ее вс­его, ре­шил пой­ти по про­с­то­му пу­ти – за­тк­н­уть ка­при­зу­лю ка­кой-ни­б­удь вкус­н­яш­кой - и от­прав­ил­ся к стой­ке. Дев­оч­ка про­дол­жа­ла хны­кать, но уже не так ин­т­ен­с­ив­но, и тут Иг­нат за­мет­ил, как за спи­ной у маль­чи­ка ма­тер­иа­л­и­з­о­в­ал­ся муж­ч­и­на – сов­ер­шен­но обыч­н­ый, непр­имет­н­ый, но… Но то, что он стал дел­ать даль­ше, за­став­и­ло Иг­на­та зав­опить в го­л­ос:
- Ты что де­л­аешь, гад? Жен­щи­на, смот­р­и­те, ваш маль­чик в опас­н­о­с­ти!!!
И в са­мом де­ле – муж­ч­и­на сов­ер­шен­но нео­ж­и­дан­но вы­нул из кар­ма­на курт­ки как­ую-то тряп­ку, кот­орую быст­р­ым, от­ра­б­от­ан­н­ым дви­же­ни­ем под­н­ёс ко ли­цу маль­чи­ка, и тот на­ч­ал за­ва­л­и­вать­ся на­б­ок. Но Иг­нат­ов от­ч­аян­н­ый вопль возы­мел своё дей­ствие – лю­ди на­ч­а­ли ог­ля­ды­ва­ясь, си­л­ясь по­нять, в чём де­ло, от­р­еа­гир­о­в­а­ла, к сча­стью, и ма­моч­ка. Жен­щи­на обер­н­ул­ась, вз­в­изг­ну­ла и бро­сил­ась на муж­ч­и­ну. А от стой­ки на по­мощь ей нёс­ся вы­с­о­чен­н­ый плот­н­ый свет­л­ов­о­л­о­сый па­р­ень – ви­ди­мо, муж.
По­хи­т­и­т­ель прав­иль­но оце­нил по­л­оже­ние, по­это­му быст­ро от­пу­ст­ил маль­чи­ка, кот­ор­ый стал не­лов­ко за­ва­л­и­вать­ся на пол, вв­инт­ил­ся в тол­пу, кот­о­р­ая не успе­ла толк­ом ни­ч­его по­нять, и… ис­чез. И толь­ко в эту ми­ну­ту на­ч­ал­ась па­ни­ка. Жен­щи­на успе­ла под­х­ват­ить сы­на, муж­ч­и­на тор­оп­ли­во при­жал к се­бе дочь, про­чие ро­ди­т­е­ли то­же быст­рень­ко ста­ли хват­ать на ру­ки и при­жи­мать к се­бе сво­их кров­и­нуш­ек, а из от­к­ры­тых дв­ер­ей тор­гов­ого цент­ра вы­ско­чи­ло с пол­д­е­сят­ка ох­ран­н­и­к­ов в чёр­ной фор­ме, кот­ор­ые то­же вв­инт­и­л­ись в тол­пу, пы­та­ясь на­в­е­с­ти пор­я­док.
Иг­нат за­мет­ил спе­ша­ще­го к нему Яр­ика, пом­а­хал ему ру­кой – дес­кать, здесь я, и, об­ре­чён­но вз­дох­н­ув, стал на­б­ир­ать но­мер Га­л­и­ны, от­л­ич­но по­ни­мая, что ром­ант­и­ч­ес­кий ве­чер ему об­л­ом­ал­ся, но не со­об­щить сес­т­ре о прои­сшест­вии он не мог.
***
Па­ру ча­сов спус­тя, вы­слу­шав тор­оп­ли­вый расс­каз Иг­на­та… ра­за чет­ы­ре, пол­у­чив под­роб­н­ое опи­са­ние маль­чиш­ки и со­в­с­ем рас­плыв­ч­ат­ое – не­с­ос­то­яв­ше­го­ся по­хи­т­и­т­е­ля, Ша­ман­ка всё-та­ки от­пу­ст­и­ла пар­ня, кот­ор­ого немед­л­ен­но ув­о­л­ок до­жи­дав­ший­ся в кор­и­до­ре Яр­ик. С Иг­на­та при этом бы­ло взя­то клят­вен­н­ое обе­ща­ние, что завт­ра с ут­ра он явит­ся в РОВД и попр­о­бу­ет сос­тав­ить сло­в­ес­н­ый порт­рет маль­чи­ка. Иг­нат обе­щал, и Ша­ман­ка та­ки от­пу­ст­и­ла его душ­ень­ку на пок­ая­ние, то есть, в тёп­лые Яр­и­к­о­вы объ­ят­ья.
Тем вре­ме­нем Макс в Пер­вой Гор­одс­кой боль­ни­це бе­се­до­в­ал с ро­ди­т­е­л­ями не­с­ос­то­яв­шей­ся тре­т­ьей жерт­вы. Су­пру­ги Сав­е­лье­вы – Дм­ит­рий и Ел­е­на – до сих пор пре­бы­ва­ли в сос­тоя­нии пси­хи­ч­ес­ко­го шо­ка. К сча­стью, их се­мил­ет­н­ий сын Лё­ша, как увер­я­ли вра­чи, не пос­т­ра­д­ал, хоть и был дос­тав­л­ен в от­д­е­л­е­ние ток­сик­о­л­огии в бес­с­оз­на­тель­ном сос­тоя­нии. Как ска­зал Мак­су врач, маль­чи­ка дей­стви­т­ель­но «вы­клю­ч­и­ли» хлор­офор­мом, но до­за бы­ла расс­чит­а­на ис­клю­ч­и­т­ель­но тон­ко. Чер­ез нес­коль­ко ча­сов Лё­ша дол­жен был оч­н­уть­ся, так что ему про­с­то пос­т­ав­и­ли ка­пель­ни­цу и ос­тав­и­ли под при­смот­ром пал­ат­ной мед­с­ес­т­ры.
Дм­ит­рий и Ел­е­на со­об­щи­ли Мак­су, что день рож­д­е­ния сы­на при­х­о­дил­ся на ко­нец ав­гу­ста, из-за это­го его да­же не слишк­ом охот­но за­пи­са­ли в пер­вый класс, да­же приш­лось прой­ти соо­т­в­ет­ству­ю­щее те­с­тир­о­в­а­ние. Но Лё­ша пок­а­зал вы­с­ок­ий ре­зуль­тат, и в шко­лу его всё-та­ки взя­ли. Вн­ешне маль­чик был имен­но то­го ти­па, кот­ор­ый по­хи­ща­ли неи­з­в­ест­н­ые – свет­л­ов­о­л­о­сый, гол­у­бог­ла­зый, кудр­я­вый. И, как увер­я­ли ро­ди­т­е­ли, очень доб­рый и вос­пит­ан­н­ый маль­чик. На во­прос Мак­са, бы­ли ли пос­т­ор­он­н­ие на дне рож­д­е­ния маль­чи­ка, Дм­ит­рий от­в­е­т­ил:
- Да что вы! Как­ие пос­т­ор­он­н­ие. Ре­бя­та дер­ев­енс­кие, дру­зья Лёш­ки… ба­б­уш­ки обе, и дед, Ле­нин от­ец. Мы на да­че у нас празд­н­о­в­а­ли, у Ле­ни­ных ро­ди­т­ел­ей. Ле­то нын­че хор­ошее, тёп­лое. Да и у нас от­пуск на ав­густ при­шёл­ся. Мы во­об­ще-то в Тур­цию со­бир­а­л­ись вс­ей се­мьёй, но ре­ши­ли, что луч­ше ро­ди­т­е­л­ям Ле­ны на да­че по­мочь – они немо­л­о­дые уже. Да и Леш­ке с Кар­и­ной там нрав­ит­ся – реч­ка под бок­ом, дру­зья опять же… Нет, не бы­ло ник­ого пос­т­ор­он­н­их.
- А где у вас да­ча на­хо­дит­ся? – пол­ю­б­опытс­тво­в­ал Макс.
- Ле­ноч­ка ро­дом из Со­сед­н­его Гор­о­да, так что да­ча, хоть и не очень да­ле­ко, но терр­ит­ор­иаль­но в со­сед­н­ей обл­а­сти на­хо­дит­ся, - улыб­н­ул­ся муж­ч­и­на. – Дер­ев­ня Юрьев­ка.
- Что? – пор­а­зил­ся Макс. А в го­л­ове за­зв­у­ча­ло: «Вот оно – сов­па­д­е­ньи­це!»
*,** - см. ор­идж "Се­реб­ро Гос­по­да"
Гла­ва 8. По­пыт­ка слы­шать нес­л­ыши­мое
Маль­чик си­дел в сво­ей ка­мор­ке и слу­шал, как за сте­ной ру­га­ют­ся Ма­моч­ка и Па­поч­ка. Они ру­га­л­ись ред­ко, Ма­моч­ка с Па­поч­кой во­об­ще бы­ли весь­ма гар­мо­нич­ной па­рой… во вс­ех смыс­лах. Но на этот раз Ма­моч­ка разоз­л­ил­ась вс­е­рьёз. Ведь Ма­моч­ке нуж­на бы­ла но­в­ая иг­руш­ка, а с иг­руш­кой всё сор­ва­лось. Не без его, маль­чи­ка, по­мо­щи, сор­ва­лось. Но маль­чи­ку всё труд­н­ее и труд­н­ее бы­ло по­мо­гать Ма­моч­ке и Па­поч­ке в пол­у­че­нии но­в­ых иг­ру­ш­ек. Он слишк­ом хор­ошо зн­ал, что бы­ва­ет с ни­ми пос­ле… Что слу­чи­л­ось с ним са­мим… Маль­чик мн­огое за­б­ыл из детст­ва, из той жиз­ни, кот­о­р­ая бы­ла до Ма­моч­ки и Па­поч­ки. Но од­но он пом­н­ил хор­ошо – у него бы­ли ма­ма и па­па. Наст­оя­щие. И они его лю­б­и­ли. Не так, как Ма­моч­ка и Па­поч­ка. Маль­чик пом­н­ил, как дол­го и от­ч­аян­но на­д­еял­ся, что ма­ма и па­па при­дут и спа­сут его. И всё бу­дет как рань­ше. Но они не приш­ли. Не спас­ли. Маль­чик не зл­ил­ся на них – он по­ни­мал, как хор­ошо Ма­моч­ка и Па­поч­ка уме­ют хор­о­нить кон­цы. Он про­с­то ре­шил, что дол­жен вы­жить и най­ти сво­их ма­му и па­пу. Сам. Мо­жет быть, они ещё не за­б­ы­ли его и лю­б­ят по-преж­н­ему? Маль­чик на­д­еял­ся на это, пот­ому что боль­ше ему бы­ло на­д­еять­ся не на что.
Он под­ч­и­нял­ся Ма­моч­ке и Па­поч­ке. Он су­мел стать Пос­т­оян­н­ым. Но ещё… ещё он их бо­ял­ся. Очень бо­ял­ся. Маль­чик слишк­ом хор­ошо зн­ал, на что спо­соб­ны Ма­моч­ка и Па­поч­ка. И те лю­ди… Кот­ор­ые за­б­ир­а­ли Вре­мен­н­ых, тех, с кем Ма­моч­ка и Па­поч­ка нем­н­ого пои­гра­ли. А иног­да те лю­ди иг­ра­ли с детьми пря­мо здесь… И Вре­мен­н­ых ник­у­да не ув­о­зи­ли. Печь в под­ва­ле бы­ла очень жар­кой, а пот­ом… Пот­ом, ког­да она ос­ты­ва­ла, Па­поч­ка её чи­с­тил. Сам. Вс­ег­да сам. А пе­пел со­бир­ал в бу­маж­н­ый па­к­ет и ку­да-то ув­о­зил – ку­да-то по­даль­ше. Так что не ос­та­ва­лось ни­ч­его.
Маль­чик смог бы, нав­ер­н­ое, сбе­жать, Па­поч­ка с Ма­моч­кой ему мн­огое позв­о­л­я­ли, ведь он был Пос­т­оян­н­ым – как Ага­фья и Гавр­иил. Он мог спать на наст­оя­щей кро­в­ати, при­ни­мать тёп­лый, а не хо­л­од­н­ый душ, ему да­ва­ли по­есть три, а не два ра­за в сут­ки, как Вре­мен­н­ым, иног­да да­же позв­о­л­я­ли по­смот­реть тел­е­в­из­ор и по­чит­ать. Кн­иг в этом до­ме бы­ло мн­ого – Ма­моч­ка иног­да гов­ор­и­ла, что это биб­л­ио­т­ека её от­ца.
Но маль­чик не убе­гал. Пот­ому что зн­ал – ес­ли он убе­жит – Па­поч­ка с Ма­моч­кой убьют Ага­фью. Или про­да­д­ут ко­му-ни­б­удь из тех, ко­му тре­бо­в­а­л­ись иг­руш­ки на один раз. А это ещё ху­же. И вме­с­те с Ага­фьей убе­жать он не смо­жет – её ник­ог­да не вы­пус­ка­ли из под­ва­ла. А ког­да поя­вил­ся ре­бё­но­чек – тем бол­ее. Ма­моч­ка тог­да силь­но ру­га­ла Па­поч­ку и на­зы­ва­ла его «ко­бе­ли­ной», а он безз­лоб­но от­ве­чал, что так да­же ин­т­ер­ес­н­ее. А ес­ли с Ага­фьей что-ни­б­удь слу­чит­ся – ре­бё­но­чек по­гиб­н­ет – он ведь ещё со­в­с­ем ма­л­ень­кий.
Но с нек­от­ор­ых пор маль­чик стал по­ни­мать, что Па­поч­ка с Ма­моч­кой хот­ят ку­да-то уе­хать. Ку­да-то. Да­ле­ко. А ес­ли они уе­дут – то не возь­мут с со­бой ник­ого – да­же Пос­т­оян­н­ых. Зн­а­ч­ит… зн­а­ч­ит, их вс­ех жд­ёт печь в под­ва­ле – и его, и Ага­фью, и Гавр­ии­ла, и Ага­фьи­но­го ре­бё­ноч­ка, и да­же то­го дядь­ку… Па­поч­ка с Ма­моч­кой вс­ех… «за­ч­ис­тят»… Имен­но так­ое сло­во про­из­н­о­сил Па­поч­ка. И маль­чик прек­рас­но по­ни­мал, что ни­ч­его хор­оше­го их не жд­ёт.
Имен­но по­это­му, се­год­ня, ког­да маль­чик вс­трет­ил­ся гла­за­ми с тем па­р­ень­ком на ска­мей­ке, он вс­е­рьёз за­хо­т­ел по­ме­шать Па­поч­ке… Что-то бы­ло так­ое в гла­зах у это­го па­р­ень­ка, что маль­чик по­нял – его пой­мут. И его по­ня­ли.
У маль­чи­ка бол­е­ло всё те­ло пос­ле бе­се­ды с Па­поч­кой, но лечь он не мог – Ма­моч­ка и Па­поч­ка мог­ли вой­ти в лю­бой мо­мент. Но он впер­вые за дол­гое вре­мя не ду­мал о бо­ли. Он ду­мал о том парне на ска­мей­ке… о том, что Па­поч­ка с Ма­моч­кой впер­вые за дол­гое вре­мя ос­та­л­ись без иг­руш­ки, и что это он, имен­но он су­мел им по­ме­шать. А пол­у­чи­л­ось один раз – мо­жет пол­у­чит­ь­ся и ещё раз…
И маль­чик улыб­н­ул­ся.
***
- Дер­ев­ня Юрьев­ка? – вс­ки­нул­ась Ша­ман­ка в от­в­ет на расс­каз Мак­са. – Опять? Макс, нуж­но ту­да ехать! Мо­жет быть, у на­ших зл­о­де­ев и леж­б­ище где-ни­б­удь непо­дал­ёку?
- Это вр­яд ли, - за­д­ум­чи­во про­из­н­ёс Макс. – Они не бу­д­ут так рис­к­о­в­ать. Это же не пол­у­бе­зум­н­ые пси­х­опа­ты с бенз­опи­л­ами из амер­и­к­анс­ких ужа­сти­к­ов. Но ты пра­ва – в Юрьев­ку на­до ехать. Что-то эта дер­ев­ня зн­а­ч­ит для этой пар­оч­ки – или, хо­тя бы для од­н­ого из них. Что-то бы­ло у них в прош­лом, свя­зан­н­ое с этой дер­ев­н­ей, что ник­ак от­пу­ст­ить не мо­жет. Что-то, прои­з­ошедш­ее бол­ее пят­н­ад­ца­ти лет на­зад.
- Де­ло гов­о­р­ишь… Сам пое­дешь? – по­ин­т­ер­е­с­о­в­ал­ась Ша­ман­ка.
- По­жа­л­уй, сам, - кив­н­ул Макс. – За­од­но и в Со­сед­н­ий Гор­од нав­е­да­юсь – со сле­до­в­а­тел­ем, кот­ор­ый вёл де­ло Ди­мы и Иры, по­бе­се­дую. По тел­е­фо­ну вс­ех ню­ан­с­ов не улов­ишь.
- А по по­в­о­ду леж­б­ища – что ду­ма­ешь?
- Ду­маю, что это ка­кой-то от­д­ель­но стоя­щий дом, где про­жи­ва­ет доб­ро­пор­я­доч­н­ая с ви­ду чу­да­к­о­в­ат­ая се­мей­ная па­ра.
- По­че­му не кот­т­едж­н­ый по­сё­лок? Не дер­ев­ня? Не гор­одс­кая ок­раи­на?
- Гор­одс­кая ок­раи­на? Не ду­маю. Су­дя по вс­ему, им ну­жен мак­си­мум ком­фор­та и ми­ни­мум чу­жо­го при­сут­ствия. Предс­тавь се­бе, что зл­о­деи на Та­б­ор­ах жив­ут? Или на Хим­з­а­в­о­де? Да у цыг­ан разв­ед­ка пос­т­ав­л­е­на чи­ще ру­мынс­кой си­гур­ан­цы в вой­ну – вы­чис­ли­ли бы зл­о­де­ев за ми­л­ую ду­шу и са­ми бы в ле­су зак­опа­ли. И не важ­но – гад­жо* этим за­ни­ма­л­ись или свои… Что-что, а де­ти для цыг­ан – это свят­ое… да и хим­з­а­в­о­дов­с­кие мн­ого греш­к­ов име­ют, но так­ую мразь ря­дом тер­петь бы не ста­ли. Так что ок­раи­ны от­па­д­ают. Что же ка­са­ет­ся кот­т­едж­н­ого по­сёл­ка… Ну, да, его элит­н­ые обит­а­те­ли мо­гут меж со­бой не об­щать­ся. Но там ещё ку­ча раз­н­ого нар­о­да – гор­н­ич­н­ые, ох­ран­н­ики, по­в­а­ра, ня­ни, си­дел­ки, гу­вер­н­ант­ки, до­мо­прав­и­т­ель­ни­цы… да ма­ло ли ещё кто. Они ж всё про хо­зя­ев зна­ют, да и про со­се­дей то­же… За столь­ко лет… Слу­хи бы точ­но по­по­лз­ли бы. И точ­но бы на­шл­ась хоть од­на ду­ша, что в по­ли­цию по­бе­жа­ла бы… Нет, и это от­па­д­ает. А в дер­евне нар­од во­об­ще лю­б­опыт­н­ый до­нель­зя и вс­ем рот точ­но не за­ма­жешь – мент­а­л­и­т­ет та­кой. Нет, ес­ли бы они жи­ли в ок­ру­же­нии дру­гих лю­дей – за столь­ко лет всё рав­но что-то бы, да про­со­чи­л­ось. Зн­а­ч­ит, жив­ут они от­д­ель­но, в от­д­а­л­е­нии от на­се­л­ён­н­ых пунк­т­ов, это дос­тат­оч­но боль­шой дом или что-то при­спо­со­б­л­ен­н­ое под него. Ду­маю, там име­ет­ся боль­шой под­вал – как в го­л­ов­инс­ком особ­н­я­ке, пом­н­ишь?
Ша­ман­ку пер­е­дёр­н­у­ло:
- Век бы не вспо­ми­нать. Но тог­да у нас про­бл­ема, Макс. На­ша обл­асть и Со­сед­няя - это ж по пло­ща­ди це­л­ая Фран­ция. И по­л­ов­и­на – лес­ной мас­с­ив. И теор­ет­и­ч­ес­ки этот до­мик ужа­сов мо­жет быть где угод­но.
- В том-то и де­ло, что нет… - от­оз­в­ал­ся Макс. – Им нуж­на бол­ее или ме­нее при­л­ич­н­ая дор­ога – хо­тя бы грунт­ов­ка. Дом дол­жен быть в пре­де­л­ах до­ся­гае­мо­с­ти вы­шек сот­овой свя­зи – ведь ес­ли пред­по­л­ожить, что они подр­а­б­ат­ы­ва­ют клоу­н­ами, по­ме­щая объ­яв­л­е­ния в га­зе­ту, и да­ют тел­е­фон, то им долж­ны зво­нить. Так что не всё так без­н­а­д­ёж­но. То есть, ме­с­то ма­ло­по­се­щае­мое, но вы­чис­лить его мож­но.
- Лад­но, - поды­то­жи­ла Ша­ман­ка, - ты едешь в Юрьев­ку, я ра­б­от­аю с га­зет­ами и по­се­щаю боль­ни­цу, в кот­орой тот де­д­уш­ка ск­он­ч­ал­ся, на кот­ор­ого сим­ка ле­вая бы­ла зар­егис­трир­о­в­а­на, пом­н­ишь? Да ещё и с Иг­нат­ом сло­в­ес­н­ый порт­рет ос­тав­ить попр­о­бую. А пот­ом попр­ошу Лит­ви­но­ва – пусть срав­н­ит с на­ши­ми по­т­ер­яш­к­ами – вд­руг удаст­ся уста­нов­ить лич­н­ость маль­чи­ка.
- Воз­мож­но, это та са­мая жерт­ва, став­шая со­общ­н­ик­ом, - кив­н­ул Макс. - И он по­шёл на от­ч­аян­н­ый шаг… рис­к­о­в­ал ведь.
- Ес­ли это так – маль­чиш­ка про­с­то мо­л­о­дец… Столь­ко лет на­си­л­ия… Тут вз­р­ос­л­ый с ума сой­дёт, - от­оз­в­ал­ась Ша­ман­ка.
- Да, - кив­н­ул Макс. – Скор­ее вс­его, что-то прои­з­ош­ло. Что-то, что за­став­и­ло его вз­б­унт­о­в­ать­ся пос­ле столь­ких лет из­де­ва­тельств. И это вр­яд ли что-то хор­ошее.
- А мо­жет быть, это во­об­ще гаст­рол­ё­ры? Не из Гор­о­да, не из Со­сед­н­его Гор­о­да – ле­вые во­об­ще?
- Это то­же вр­яд ли. Вез­ти по­хи­щен­н­ого ре­бён­ка нес­коль­ко ча­сов? В бес­с­оз­на­тель­ном сос­тоя­нии? В лю­бой мо­мент он мо­жет оч­н­уть­ся и под­н­ять крик, а хлор­оформ они при­ме­ня­ли, скор­ее вс­его, толь­ко один раз, во вре­мя по­хи­ще­ния – это шту­ка силь­ная, от пер­е­до­зир­ов­ки ре­бё­нок мо­жет и не прос­н­уть­ся. А так рис­к­о­в­ать они не мог­ли. И сн­от­вор­н­ое пот­ом вк­ал­ы­вать опас­но – то­же мо­жет зак­он­ч­ит­ь­ся пло­хо. Так что это то­же при­вяз­ка к мест­н­о­с­ти – два-три ча­са ез­ды, не боль­ше. При­ч­ём, ис­клю­ч­и­т­ель­ной ак­к­ур­ат­ной ез­ды – не все сот­руд­н­ики ДПС про­даж­ны, зна­ешь ли, как бы на этот счёт ни из­ощр­я­л­ись анек­д­оты. И де­жур­ят не поо­ди­ноч­ке обыч­но – так про­с­то от них не от­вя­жешь­ся. Ба­гаж­н­ик от­к­рыть попр­о­сят или до­смотр ма­ши­ны прои­з­в­о­дить нач­н­ут – и оп-па! А что это у вас ди­тё в ба­гаж­н­и­ке де­л­ает, граж­д­ане не­хор­ошие?
- Да ну… А ес­ли про­с­то ре­бён­ка на зад­н­ее си­де­нье по­л­ожить и в слу­чае че­го от­б­оя­р­ит­ь­ся – уста­ло, мол, ди­тё…
- Мож­но, ко­неч­но, - кив­н­ул Макс. – Толь­ко вот за­к­а­вы­ка – сот­руд­н­ики ДПС на од­н­их и тех же пос­т­ах ча­сто сто­ят од­ни и те же. Мо­гут и за­пом­н­ить. Опять-та­ки риск – а по­че­му у вас вд­руг сы­но­чек Ва­неч­ка стал до­чень­кой Та­неч­кой? Есть же сре­ди ДПС-ни­к­ов так­ие въед­ли­вые ре­бя­та. А на­ши зл­о­деи очень ум­ны – ина­че за столь­ко лет непр­емен­но на чём-ни­б­удь бы, да по­па­л­ись. Зн­а­ч­ит, не так уж да­ле­ко они рас­по­л­ожи­л­ись. На­до про­с­то по­си­деть и по­ду­мать… с карт­ами… с очень под­роб­н­ыми карт­ами, и, жел­а­тель­но, не толь­ко све­жи­ми, но и прош­л­ых лет. И боль­ни­ца…
- А что боль­ни­ца? – удив­ил­ась Ша­ман­ка.
- Зна­ешь, не идут у ме­ня из го­л­о­вы эти ам­пу­ти. Как­ая-то мысль верт­ит­ся, а ух­ват­ить не мо­гу.
- Лад­но, пош­ли к на­ч­аль­ству. До­л­ожим ему все на­ши умо­за­к­лю­ч­е­ния. А ты тог­да завт­ра с ут­ра – в ком­ан­д­ир­ов­ку. Хо­тя… завт­ра ж вос­кре­се­нье…
- Ни­ч­его. С участ­к­о­в­ым и дер­ев­енс­ки­ми ба­б­у­ля­ми мне это пер­егов­ор­ить не ме­ша­ет. Да и сле­до­в­а­тель толь­ко из от­пус­ка – не ду­маю, что от­к­ажет во вс­тре­че – де­ло-то се­рьёз­н­ое.
***
Ва­д­им про­шёл на вт­орой этаж Гор­одс­кой детс­кой боль­ни­цы – ту­да, где рас­по­ла­гал­ась ор­д­и­на­т­орс­кая нуж­н­ого ему от­д­е­л­е­ния. Он толь­ко что бе­се­до­в­ал с вра­ч­ом в дру­гой кли­ни­ке – где Ма­ло­му приш­лось прой­ти пов­т­ор­н­ое обс­ле­до­в­а­ние. Док­т­ор зав­ер­ил его, что всё в пор­яд­ке и не сто­ит пер­ежи­вать – по­в­ы­ше­ние тем­пер­ат­у­ры не бы­ло пред­в­ест­н­ик­ом че­го-то бол­ее ужас­н­о­го, что и подт­верж­д­ают ана­л­и­зы. И под­роб­но всё объ­яс­н­ил. А для очист­ки со­в­е­с­ти по­сов­ет­о­в­ал обс­ле­до­в­ать­ся каж­д­ый год – ес­ли уж есть так­ая воз­мож­н­ость. Ва­д­им док­т­о­ра по­бла­го­дар­ил и сра­зу же по­зво­нил Хаи­ту и Гри­ше – наст­оль­ко его разоз­л­и­ла эта сит­уа­ция. Ка­жет­ся, врач из пер­вой боль­ни­цы про­с­то ре­шил нем­н­ого за­р­а­б­от­ать де­нег по-лёгк­ому – сна­ч­а­ла неоп­ре­де­л­ён­но на­мек­н­уть на разв­ит­ие не­хор­ошей бол­ез­ни, пот­ом пред­л­ожил лек­арс­тво – хор­ошо, хоть пла­це­бо, а не как­ую-ни­б­удь га­д­ость, кот­о­р­ая мог­ла ре­аль­но навр­е­дить. А пот­ом, пос­ле сле­ду­ю­щих ана­л­и­з­ов… где-ни­б­удь чер­ез па­ру ме­ся­цев ли­бо пред­л­ожить пов­т­ор­н­ый курс, ли­бо объ­явить ре­бён­ка чу­дес­но ис­це­лив­шим­ся бла­го­да­ря дор­ого­му им­порт­н­ому сред­ству. При­ч­ём, оно бы­ло дос­тат­оч­но дор­огим да­же для Ва­ди­ма. А ес­ли доб­рый док­т­ор пред­ла­гал его ро­ди­т­е­л­ям ме­нее обес­пе­чен­н­ым? Лю­ди нав­ер­н­яка в дол­ги зал­е­за­ли, что­бы зап­лат­ить за пу­ст­ыш­ку, лишь бы мал­ыш был здор­ов… Вот ведь тварь… Ну ни­ч­его. Ка­жет­ся, ка­рье­ра это­го вра­ча сей­час зак­он­ч­ит­ся, не на­ч­ав­шись.
Ва­д­им веж­ли­во пос­т­у­чал, а ког­да знак­омый го­л­ос нес­коль­ко раздр­ажён­но от­оз­в­ал­ся:
- Вой­ди­те! – от­к­рыл дв­ерь и улыб­н­ул­ся так, что че­лов­ек, си­дя­щий за сто­л­ом, по­бл­ед­н­ел.
- Здрав­ствуй­те, док­т­ор! – веж­ли­во ска­зал Ва­д­им. – Я тут к ва­ше­му непо­ср­едс­твен­н­ому на­ч­аль­ству за­хо­дил… Главв­рач сей­час по­дой­дёт, и мы все друж­но по­бе­се­ду­ем… на раз­н­ые ин­т­ер­ес­н­ые те­мы.
* Гад­жо – не цыг­ан.
Гла­ва 9. Се­мья главв­ра­ча Кал­мы­ко­ва
- Здрав­ствуй­те, док­т­ор! – веж­ли­во ска­зал Ва­д­им. – Я тут к ва­ше­му непо­ср­едс­твен­н­ому на­ч­аль­ству за­хо­дил… Главв­рач сей­час по­дой­дёт, и мы все друж­но по­бе­се­ду­ем… на раз­н­ые ин­т­ер­ес­н­ые те­мы.
- А в чём де­ло, гос­по­дин Вор­о­нов? – по­пы­тал­ся от­к­ре­с­тит­ь­ся врач. – И во­об­ще, кто вам дал пра­во вр­ы­вать­ся на терр­ит­ор­ию ле­чеб­н­ого учреж­д­е­ния с эти­ми… эти­ми бан­д­ит­ами? Это про­изв­ол! Нар­уш­е­ние прав че­лов­ека!!
- Об­ра­щай­тесь в Га­агс­кий меж­д­у­н­ар­од­н­ый суд, лю­б­ез­н­ый, - хо­л­од­но от­оз­в­ал­ся Ва­д­им, – там вас вы­слу­ша­ют, им не впер­вой иметь де­ло со вс­якой шуш­ерой.
Ли­ца же Хаи­та и Гри­ши, кот­ор­ые за­д­ум­чи­во под­пир­а­ли стен­ку, при сло­ве «бан­д­иты» прио­бре­ли вои­с­ти­ну фи­л­о­софс­кую за­д­ум­чив­ость. Зре­ли­ще бы­ло наст­оль­ко впе­чат­л­яю­щее, что лю­бой че­лов­ек, ма­ло-маль­ски знак­омый с ин­с­тинк­т­ом са­мо­со­х­ра­не­ния, вс­трет­ив этих дво­их в тём­н­ом пер­еул­ке, бе­жал бы прочь, ро­няя тап­ки и опер­ежая звук собс­твен­н­ого виз­га. А Ва­д­им так же хо­л­од­но про­дол­жил:
- Не сто­ит оскорб­л­ять сот­руд­н­и­к­ов мо­ей служ­бы без­оп­ас­н­о­с­ти, они от­л­ич­н­ые ра­б­от­н­ики… и очень за­б­от­ли­вые от­цы. И с ва­шим фок­у­сом с лек­арст­ва­ми я их поз­нак­омил. Так что они мо­гут и оби­деть­ся… Силь­но оби­деть­ся.
Ли­ца Хаи­та и Гри­ши тут же из­об­ра­зи­ли вс­е­л­енс­кую скорбь и несп­рав­ед­л­ив­ую оби­ду, став со­в­с­ем уж… фи­л­о­софс­ки­ми. Они синх­рон­но от­л­епи­л­ись от сте­ны и сдел­а­ли мал­ю­сень­кий ша­жок в стор­о­ну док­т­о­ра, свер­ля его неми­га­ю­щи­ми взг­ля­да­ми. Док­т­ор вжал­ся в крес­ло и зав­опил:
- Ох­ра­на!!!
- Да здесь ох­ра­на, экий вы бес­по­кой­ный, - уже доб­ро­душ­но за­мет­ил Ва­д­им. – И на­ч­аль­ство ва­ше уже здесь.
В этот судь­бо­нос­н­ый мо­мент дв­ерь рас­пах­н­ул­ась, и в неё вле­тел стре­ми­т­ель­ным ша­гом муж­ч­и­на лет сор­ока пя­ти-пят­и­де­ся­ти, в от­гла­жен­н­ом бе­ло­с­неж­н­ом хал­а­те, с яв­ной во­ен­ной вы­прав­кой.
- И что ж вы так ор­ё­тё, Ми­ха­ил Бор­и­сов­ич? – спо­кой­но по­ин­т­ер­е­с­о­в­ал­ся он. – Со­в­есть ва­ша не­чис­тая пок­оя не да­ёт? Ду­ма­ли, что раз на­ч­аль­ство нов­ое, так сра­зу в ва­шу кух­ню не вл­е­з­ет?
По­мя­нут­ый Ми­ха­ил Бор­и­сов­ич смот­рел в стор­о­ну с са­мым скорб­н­ым вы­ра­же­ни­ем ли­ца, на кот­ор­ом чит­а­лось – да, та­ки ду­мал. Главв­рач же про­дол­жал буш­е­вать. Он быст­ро и чёт­ко из­л­ожил суть Ва­д­имо­в­ых пре­тен­з­ий и зая­вил, что со вс­еми па­ци­ент­ами доб­ро­го док­т­о­ра по­бе­се­ду­ет лич­но и вы­яс­н­ит, сколь­ким из них впар­и­ва­ли «пла­це­бо» под ви­дом чу­до­де­йствен­н­ого лек­арст­ва, за­став­ляя на­прочь опуст­ошать се­мей­ный бюд­жет и вл­е­зать в огром­н­ые дол­ги. И что гос­по­дин Вор­о­нов уже по­дал зая­в­л­е­ние в соо­т­в­ет­ству­ю­щие ком­пе­тент­н­ые ор­га­ны, а он, главв­рач Мак­си­мов, бу­дет наст­оя­тель­но ре­ко­мен­д­о­в­ать вс­ем пос­т­ра­д­ав­шим сдел­ать то же са­мое и ис­тре­бо­в­ать от со­гре­шив­ше­го док­т­о­ра воз­ме­ще­ния мор­аль­но­го и ма­тер­иаль­но­го ущер­ба. И так дал­ее, и то­му по­доб­н­ое. Главв­рач пор­вал на тря­поч­ки про­штра­фив­ше­го­ся под­ч­и­нён­н­ого чёт­ко и гра­мот­но, а за­тем зая­вил, что тот бу­дет ув­о­л­ен по соо­т­в­ет­ству­ю­щей ста­т­ье, а пос­ле су­да да­же ле­пи­лой* на зоне быть не смо­жет, раз­ве что по­лы мыть в про­зек­т­орс­кой.
Ва­д­им со сво­ей стор­о­ны то­же до­бав­ил нес­коль­ко вполне прис­той­ных по фор­ме и крайне жёст­к­их по со­держ­а­нию пред­л­оже­ний, пос­ле че­го главв­рач зая­вил, что Ми­ха­ил Бор­и­сов­ич мо­жет сда­вать де­ла и в бл­ижай­шее вре­мя у него не бу­дет ник­ак­их иных за­б­от, кро­ме по­се­ще­ния про­к­ур­ат­у­ры.
Унич­то­жен­н­ый этим сло­в­ес­н­ым ура­га­ном, Ми­ха­ил Бор­и­сов­ич сдул­ся, как воз­душ­н­ый шар­ик. При дру­гих обс­тоя­тельст­вах Ва­д­им его бы по­жа­л­ел, но не сей­час. На­жи­вать­ся на ро­ди­т­ель­ской люб­ви – мер­зее за­нят­ия и не при­ду­ма­ешь.
Уже пот­ом главв­рач вн­овь пригла­сил Ва­ди­ма в свой ка­б­и­нет и чёт­ко, по-во­ен­н­ому, изв­и­нил­ся.
- Я тут три ме­ся­ца вс­его, ад­м­и­нис­трир­о­в­а­ние не моя сте­зя, я во­ен­н­ый врач, но вот… угов­ор­и­ли… Не во вс­ём по­ка разо­брал­ся, вот и рас­поя­са­л­ись вс­як­ие-раз­н­ые. Но я с се­бя ви­ны не сни­маю, хор­оший ру­к­о­в­о­ди­т­ель так­ие ве­щи за верс­ту чу­ять дол­жен… При­но­шу вам свои изв­и­не­ния, с пер­с­о­н­а­лом разъ­яс­н­и­т­ель­ную ра­б­оту… пров­е­ду. А врач этот... точ­н­ее, рвач... бу­дет ув­о­л­ен. И ес­ли пос­т­ра­д­ав­ших бу­дет нес­коль­ко – ду­маю, что он и ре­аль­ный срок пол­у­чит, хоть и не­бо­льшой.
- К со­жа­л­е­нию, УК не пре­дус­матр­и­ва­ет нак­а­за­ния за эле­мент­ар­н­ое от­с­ут­ствие со­в­е­с­ти, ему ведь толь­ко мо­шен­н­и­ч­ес­тво и мож­но вме­нить… - вз­дох­н­ул Ва­д­им.
Главв­рач кив­н­ул:
- Увы…
- Позв­оль­те спро­сить, а вас-то как­ими судь­ба­ми в Гор­од за­нес­ло? – спро­сил Ва­д­им. – Ес­ли вы во­ен­н­ый врач…
- Ну, да, - вз­дох­н­ул главв­рач, - я во­об­ще-то хир­ург, но опер­ир­о­в­ать сей­час не мо­гу. В од­ной… эээ… гор­я­чей точ­ке наш гос­пит­аль под бом­б­ёж­ку по­пал. Ру­ку мне пов­р­е­ди­ло се­рьёз­но, точ­н­ее, су­хо­жи­л­ие. Пра­вой ру­ки. В бы­ту это поч­ти не ме­ша­ет, но для хир­ур­га по­доб­н­ая негиб­к­ость паль­цев – проф­ес­с­ио­н­аль­ная смерть. В прин­ци­пе, мне во­ен­н­ую пен­с­ию неп­л­ох­ую нас­чит­а­ли, а вра­ч­ом в по­лик­ли­ни­ке на приё­ме си­деть… к это­му я по­ка был не гот­ов. Так что я пом­а­л­ень­ку кон­с­уль­тир­о­в­а­ни­ем за­ни­мал­ся… по­ка вд­о­ва Са­ши не по­зво­ни­ла. Но я вас, нав­ер­н­ое, за­д­ер­жи­ваю?
Ва­д­им по­ка­ч­ал го­л­овой. По­хо­же, на вра­ча на­к­ат­ил тот са­мый «синд­ром по­пут­ч­ика», и его яв­но тя­ну­ло вы­го­в­ор­ит­ь­ся. И Ва­д­им на­д­еял­ся, что смо­жет най­ти в этом раз­гов­о­ре что-ли­бо стоя­щее. Для Мак­са. Ибо был в кур­се вс­ех пе­ри­пет­ий ок­аян­н­ого де­ла кид­н­епп­ер­ов.
Тем вре­ме­нем главв­рач попр­о­сил сек­рет­ар­шу при­не­с­ти ко­фе, а сам про­дол­жил:
- Мы с Са­шей Кал­мы­ко­в­ым… С преж­н­им главв­ра­ч­ом дав­но знак­омы бы­ли, хоть и учи­л­ись в раз­н­ых ВУ­Зах. Дру­жи­ли в детс­тве, а пот­ом у каж­д­ого из нас воя жизнь на­ч­ал­ась. Я с мо­ей ок­аян­ной ра­б­отой ни се­мьи, ни де­тей не на­жил, а вот Саш­ка же­нил­ся, сын у него кра­са­в­ец… ум­н­и­ца… был.
- По­че­му был? – спро­сил Ва­д­им. – С ним что-то слу­чи­л­ось?
- Слу­чи­л­ось, - кив­н­ул главв­рач. – Год на­зад Ни­к­ита Кал­мы­ков ис­чез бесс­лед­но вме­с­те с пле­мян­н­ицей На­с­тей. Пое­ха­ли на вы­ход­н­ые на да­чу к Саш­ке, се­ли в элект­рич­ку, сош­ли в Юрьев­ке… и ис­чез­ли.
- Юрьев­ка? Так это ж со­сед­няя обл­асть. – удив­ил­ся Ва­д­им.
- Ну, да. Это лет двад­цать на­зад так­ая перт­ур­б­ация прои­з­ош­ла. А рань­ше, ещё во вре­ме­на СССР, Юрьев­ка к на­шей обл­а­сти от­н­о­сил­ась. С тех вре­мён у Саш­ки да­ча там, точ­н­ее, не у са­мо­го Саш­ки, а у его ро­ди­т­ел­ей. Там непо­дал­ёку ка­кой-то во­ен­н­ый за­в­од был… мн­огие ра­б­от­н­ики там да­чи тог­да пол­у­чи­ли – в Юрьев­ке. И ме­с­то пре­с­тиж­н­ое счит­а­лось – да­чи там не про­с­тым ра­б­о­т­ягам да­ва­ли, а слу­жа­щим и ИТР.**
- А Ни­к­ита то­же вра­ч­ом был? – спро­сил Ва­д­им.
- Да, - кив­н­ул главв­рач. – Хир­ург. Толь­ко ор­д­и­нат­у­ру ок­он­ч­ил. Ре­шил пой­ти по сто­пам от­ца, так ска­зать. И тут так­ое… Са­ша дол­го на­д­еял­ся, что Ни­к­иту и На­стю най­дут. Пер­ежи­вал, вол­н­о­в­ал­ся… Вот серд­це и не вы­дер­жа­ло. Пол­го­да на­зад он ск­он­ч­ал­ся от ин­фарк­та. А его вд­о­ва, Мар­и­на, мне три ме­ся­ца на­зад по­зво­ни­ла… До это­го она са­ма в боль­ни­це бы­ла – столь­ко на неё сва­л­и­л­ось – и сын, и внуч­ка, и муж… Вот я и прие­хал сю­да – как-то мор­аль­но под­д­ер­жать, что ли… Как раз кон­к­урс объ­яви­ли на за­ме­ще­ние ва­к­ант­ной долж­н­о­с­ти – я за­яв­ку по­дал. Так и ок­а­зал­ся… в главв­ра­ч­ах. Мар­и­на со­в­с­ем од­на ос­тал­ась, сей­час она ин­в­а­л­ид. Не мог я так всё ос­тав­ить – она ж без еди­ной род­ной ду­ши.
- А ро­ди­т­е­ли На­сти?
- Три го­да на­зад дочь Са­ши, Сне­жа­на и её муж из Тур­ции ле­те­ли. Са­мол­ёт раз­б­ил­ся. На­стю они с со­бой тог­да не взя­ли – ма­л­ень­кая ещё. Так что дев­оч­ка ос­тал­ась сир­отой в од­н­о­ча­сье. Как сгла­зи­ли се­мью. По­ни­мае­те? Три го­да на­зад Са­ша был счаст­ли­вым че­ло­век­ом – от­л­ич­н­ый проф­ес­с­ио­н­ал, же­на – зо­л­ото, сын – гор­д­ость, доч­ка – ум­н­и­ца, внуч­ка – кра­сав­и­ца… И вот так всё зав­ер­т­е­лось.
- Кош­мар, - ис­кренне по­со­чувс­тво­в­ал Ва­д­им. И по­ду­мал, что цепь смер­т­ей и ис­чез­н­ов­е­ний в этой се­мье выгл­я­дит бол­ее чем… стран­но.
***
Суб­б­от­н­им ве­чер­ом вер­н­ув­ший­ся с ра­б­оты Макс имел честь наб­лю­дать идил­л­и­ч­ес­кую карт­и­ну – Ма­лой с Ал­и­сой мир­но со­бир­а­ли боль­шой пазл, ис­чер­пав свою бур­н­ую энер­гию в пре­ды­ду­щие ча­сы, а Анд­р­ей с Ар­т­ёмом в той же ком­н­а­те тру­дол­ю­би­во за­ни­ма­л­ись дом­аш­н­им за­д­а­ни­ем. Макс по­т­ёр гла­за, не пов­е­р­ив сам се­бе.
- Зау­чи­л­ись вы, ре­бят­ки, - по­сет­о­в­ал он. – Это в суб­б­оту-то ве­чер­ом…
- Ни­ч­его, - мир­но улыб­н­ул­ся Анд­р­ей, - сей­час до­де­л­аем – и всё вос­кре­се­нье сво­бод­ны. И во­об­ще – уло­жим мелк­их, и… и… мож­но, Ар­т­ём у нас се­год­ня но­че­вать ос­та­нет­ся?
Макс вз­дох­н­ул. С од­ной стор­о­ны, всё и так бы­ло по­нят­но, с дру­гой же…
- А Иван в кур­се ва­ших пла­нов? – по­ин­т­ер­е­с­о­в­ал­ся он.
- Ага, - от­оз­в­ал­ся Ар­т­ём. – Он не прот­ив. Нао­бор­от. Он на вы­ход­н­ые в Швей­цар­ию ул­ет­ает – ма­му опять в кли­ни­ку по­л­ожи­ли. Ей ро­жать ско­ро – вот он и бес­пок­оит­ся. Па­па да­же ска­зал, что луч­ше бу­дет, ес­ли я не бу­ду один в кварт­и­ре си­деть, а бу­ду под при­смот­ром.
Макс кив­н­ул. Эв­ол­юция взг­ля­дов Ар­т­ёмо­ва от­ца… вдох­н­ов­л­я­ла. Хо­тя бы на то, что у маль­чи­шек есть воз­мож­н­ость вс­тре­чать­ся нор­маль­но. Ну, от­н­о­си­т­ель­но нор­маль­но, ко­неч­но, но собс­твен­н­ый от­ец Мак­са от­н­ёс­ся к по­доб­н­ым увле­че­ни­ям сы­на ку­да ме­нее ли­б­ер­аль­но. И ка­минг-аут зак­он­ч­ил­ся для Мак­са раз­ры­вом с се­мьёй на мн­ого лет.*** Так что Макс ска­зал:
- Ну, ес­ли так – то, ко­неч­но… А Ва­д­ик где?
- Зво­нил, ска­зал, что ско­ро бу­дет, - от­ч­ит­ал­ся Анд­р­ей. – У него там как­ие-то де­ла… в боль­ни­це.
Макс не­хор­ошо при­щур­ил­ся. Как­ие де­ла у Ва­ди­ма мог­ли быть в боль­ни­це – он при­мер­но предс­тав­л­ял. И зар­а­нее со­чувс­тво­в­ал не­за­д­ач­лив­ому лек­а­рю. Но тут он при­смот­рел­ся к то­му, чем за­ни­ма­л­ись маль­чиш­ки, и спро­сил:
- Док­лад де­л­ае­те? А это что за пер­с­о­н­аж?
На ри­сун­ке Анд­р­ея да­ма весь­ма ре­ши­т­ель­но­го ви­да со щит­ом и двой­ной сек­ирой в ру­к­ах, в пан­ци­ре и др­ев­н­ер­имс­ком шле­ме с греб­н­ем, с рас­кры­тым в яр­ост­н­ом кри­ке рт­ом несл­ась впер­ёд, ку­да-то на нев­и­ди­мо­го вра­га.
- Нам по МХК за­д­а­ли, - поя­с­н­ил Ар­т­ём. – Др­ев­н­ер­имс­кие бо­ги. Анд­р­ей ри­су­ет, а я текст рас­пе­чат­ы­ваю. Нам дос­та­л­ись Марс и Бел­л­о­на – др­ев­н­ер­имс­кие бо­ги вой­ны. Бел­л­о­на – сес­т­ра Мар­са.
- Или же­на, - пе­дант­ич­но поя­с­н­ил Анд­р­ей. – А в нек­от­ор­ых ис­точ­н­и­к­ах – во­об­ще мать. Это бо­ги­ня опуст­оши­т­ель­ной вой­ны, в Ри­ме был храм, по­с­вя­щён­н­ый ей, и ког­да рим­л­яне объ­яв­л­я­ли вой­ну ко­му-ни­б­удь, из вор­от это­го хра­ма бро­са­ли ко­пьё в стор­о­ну зе­мель пред­по­ла­гае­мо­го вра­га. Но во­об­ще-то её ору­жие – двой­ная сек­и­ра.
- Да… - прот­я­нул Макс, - же­с­т­ок­ая да­ма.
- А ещё есть так­ая ле­ген­да, - про­дол­жил Ар­т­ем, - что щит Бел­л­о­ны обл­а­д­ал те­ми же свойст­ва­ми, что и эги­да Зев­са. То есть, был не­с­ок­руш­им и да­вал сто­про­цент­н­ую за­щи­ту. И сво­их лю­б­им­цев в бит­ве Бел­л­о­на ча­сто прик­ры­ва­ла этим щит­ом. По­это­му имен­но ей при­но­си­ли жерт­вы римс­кие ве­тер­а­ны, су­мев­шие уцел­еть во мн­огих бит­вах. Прав­да, сей­час об этой ле­ген­де поч­ти не упо­ми­на­ет­ся, мы на неё слу­чай­но на­тк­н­у­лись.
- Нуж­н­ая вещь – этот щит Бел­л­о­ны, - улыб­н­ул­ся Макс. – Жаль, что так­ая ин­т­ер­ес­н­ая ле­ген­да поч­ти за­б­ылась...
Маль­чиш­ки зау­лы­ба­л­ись в от­в­ет, пот­ом объ­яви­ли, что они зак­он­ч­и­ли и пусть Ма­лой с Ал­и­сой идут мыть ру­ки, пот­ому что ско­ро прие­дет Ва­д­им и во­об­ще по­ра ужи­нать.
***
Ва­д­им возв­ра­щал­ся из боль­ни­цы в при­под­н­ят­ом наст­рое­нии. Во-пер­вых, не­хор­оший док­т­ор пол­у­чил своё, и его непр­ият­н­о­с­ти толь­ко на­ч­и­на­ют­ся, во-вт­ор­ых, у него бы­ло пред­ч­ув­ствие, что ис­тор­ия, расс­ка­зан­н­ая главв­ра­ч­ом Мак­си­мо­в­ым, бу­дет Мак­су ин­т­ер­ес­на.
Он быст­ро дое­хал до до­ма, пос­т­ав­ил авт­омо­биль на при­до­мо­вой пар­к­ов­ке и во­шёл в подъ­езд. И не за­мет­ил, что из-за за­б­о­ра за ним наб­лю­да­ет не­вы­с­ок­ая ху­день­кая фигур­ка в меш­к­о­в­атой по­но­шен­ной одеж­де. Ког­да Ва­д­им скрыл­ся в подъ­ез­де, фигур­ка пов­ер­н­ул­ась и мед­л­ен­но дви­нул­ась прочь, стран­но при­хра­мы­вая.
* ле­пи­ла – тюр­ем­н­ый, ла­гер­н­ый врач или фельдш­ер(жарг.)
** ИТР – ин­же­нер­но-тех­н­и­ч­ес­кие ра­б­от­н­ики.
*** См. ор­идж «Се­реб­ро Гос­по­да».
Гла­ва 10. Юрьевс­кие стран­н­о­с­ти
Ког­да Ва­д­им скрыл­ся в подъ­ез­де, фигур­ка пов­ер­н­ул­ась и мед­л­ен­но дви­нул­ась прочь, стран­но при­хра­мы­вая. Но в оди­но­чес­тве фигур­ка дви­гал­ась не­дол­го. Ско­ро к ней при­со­е­ди­нил­ась вт­о­р­ая – вы­с­ок­ий ху­до­ща­вый муж­ч­и­на в тём­ной курт­ке, ша­поч­ке-терр­ор­ист­ке и по­т­ёрт­ых чёр­н­ых джин­с­ах.
- Опять? – ти­хо спро­сил он.
- Мне нуж­но, - шел­ес­тя­щим го­л­о­сом от­оз­в­ал­ась фигур­ка. – Нуж­но знать…
- Ты всё уже зна­ешь. Нам по­ра возв­ра­щать­ся, - от­оз­в­ал­ся муж­ч­и­на.
- Мне нек­у­да спе­шить… По­жа­л­уй­ста, ещё нес­коль­ко дн­ей. Мне это важ­но. Очень.
- Не вор­оши. Не сто­ит. Прош­лое прош­ло, - ти­хо ска­зал муж­ч­и­на.
- Знаю. Но ещё нес­коль­ко дн­ей. Не­де­ля. Да, пусть бу­дет не­де­ля. Пот­ом всё бу­дет так, как ты ска­жешь. Про­шу, да­вай ещё по­дож­д­ём. Мне это важ­но.
Муж­ч­и­на тя­же­ло вз­дох­н­ул:
- Хор­ошо. Возь­му грех на ду­шу.
Фигур­ка спо­тк­н­ул­ась.
- Пло­хо? – обес­пок­оил­ся муж­ч­и­на.
- Всё в пор­яд­ке, - про­шел­е­с­те­ла фигур­ка. – Идём. У те­бя ведь есть? Прав­да?
- Есть. Не сле­до­в­а­ло те­бе тя­нуть, - от­оз­в­ал­ся муж­ч­и­на.
- Уже не­дол­го, - от­оз­в­ал­ась фигур­ка, - идём.
И стран­н­ая пар­оч­ка свер­н­у­ла в узк­ий пер­еу­лок, в кот­ор­ом чу­дом уцел­е­ли нес­коль­ко хру­щоб*, хо­зяе­ва кот­ор­ых сда­ва­ли жи­льё про­дав­цам с бл­ижай­ше­го рын­ка и про­чим стран­н­ым лич­н­о­с­тям, в ос­н­ов­н­ом из стран бл­иж­н­его зар­у­бе­жья.
***
Вы­слу­шав расс­каз Ва­ди­ма, Макс воск­лик­н­ул:
- Ни­ч­его се­бе! Опять Юрьев­ка! Ох, Ва­д­им, ка­кой же ты мо­л­о­дец, что с этим Мак­си­мо­в­ым по­бе­се­до­в­ал! Да это про­с­то кла­д­езь ин­фор­ма­ции! Да, не зря я в эту Юрьев­ку со­брал­ся!
- Завт­ра едешь? – спро­сил Ва­д­им.
- Ну, да, пря­мо с ут­ра и пое­ду. По­ни­маю, что вос­кре­се­нье, но де­ло не тер­пит, сам по­ни­ма­ешь…
- По­ни­маю, - ух­мыль­нул­ся Ва­д­им, - и на­мер­ен нак­а­зать те­бя са­мым зв­ерс­к­им об­ра­зом.
- Бро­сить в тер­н­о­в­ый куст?** – по­ин­т­ер­е­с­о­в­ал­ся Макс, чьё зна­ние детс­кой ли­т­ер­ат­у­ры пос­т­оян­но осве­жа­лось бла­го­да­ря чте­нию ска­зок Ма­ло­му.
- Не-а… Но си­деть до Юрьев­ки те­бе точ­но бу­дет неу­доб­но.
- Ужас ка­кой… - пор­а­зил­ся Макс. – А мо­жет, это… рок­ир­ов­ку сов­ер­шим?
- Ну уж нет… - зл­ов­еще улыб­н­ул­ся Ва­д­им, - бу­дешь знать, как бро­сать ме­ня од­н­ого с ку­чей де­тей в вос­крес­н­ый день.
- А маль­чиш­ки? – по­пы­тал­ся вы­тор­го­в­ать се­бе ин­д­уль­ген­цию Макс.
- А что маль­чиш­ки? – ехид­но от­в­е­т­ил Ва­д­им. – Анд­р­ей с Ар­т­ёмом нав­ер­н­яка до обе­да др­ых­н­уть бу­д­ут, и пусть их. Иг­нат то­же нав­ер­н­яка ра­но не поя­вит­ся, раз уж всё-та­ки к Яр­ику от­прав­ил­ся. А эти два ура­га­на ни свет, ни за­ря вс­ко­чат… и пой­дёт в до­ме пот­оп и раз­граб­л­е­ние. Так что мне по­ла­га­ет­ся. За вред­н­ость.
- Да, - вз­дох­н­ул Макс, об­ра­ща­ясь к да­лёк­ому кос­мо­су, - рас­пу­ст­ил­ась нын­че мо­л­о­дёжь…
Дал­ёк­ий кос­мос со­х­ра­нил бла­гор­а­зум­н­ое мол­ч­а­ние, а ехид­н­ый Ва­д­им за­мет­ил:
- То­пай в душ… пен­с­ио­нер. По хо­ду раз­б­ер­ём­ся, кто ку­да рас­пу­ст­ил­ся.
И ведь прав­да, разо­бра­л­ись. Но по до­ро­ге в Юрьев­ку Макс и, прав­да, ощу­щал… нек­от­ор­ый дис­ком­форт, что, впро­чем, не порт­и­ло его наст­рое­ния, вполне се­бе да­же нао­бор­от.
***
Участ­к­о­в­ый в Юрьев­ке на удив­л­е­ние ок­а­зал­ся жен­щи­ной. Точ­н­ее, вполне се­бе сим­пат­ич­ной дев­ицей лет двад­ца­ти пя­ти, не­дав­н­ей вы­пуск­н­ицей шко­лы по­ли­ции. Зва­ли её На­стя Вор­о­ни­на, и она сра­зу поя­с­н­и­ла, что в Юрьев­ке вре­мен­но, поск­оль­ку не­до­бра­ла бал­л­ов на юр­фак Гор­одс­ко­го унив­ер­с­и­т­ета, а ид­ти пер­екл­а­д­ы­вать бу­маж­ки в пас­порт­н­ый стол или об­щать­ся с нер­а­ди­вы­ми ро­ди­т­е­л­ями и их нерв­н­ыми от­прыс­ка­ми не хо­т­е­ла ка­те­гор­и­ч­ес­ки. По­се­му её и от­прав­и­ли в эту глушь, поск­оль­ку строп­ти­вых в по­ли­ции не осо­бо лю­б­ят, а уж ес­ли по­мя­нут­ое ли­цо при­надл­ежит к женс­ко­му по­лу – не лю­б­ят вд­войне. У жен­щи­ны тра­д­ици­он­но ма­ло шан­с­ов сдел­ать ка­рье­ру в по­ли­ции, хо­тя, вот пар­а­д­окс, сре­ди сле­до­в­а­тел­ей и экс­перт­ов жен­щин дос­тат­оч­но мн­ого. Но зва­ние пол­к­ов­н­ика для них как прав­и­ло – пот­о­л­ок и для боль­шинст­ва – аб­с­ол­ют­но не­до­с­ти­жи­мый. Вот и тя­нут­ся боль­шинс­тво кра­сав­иц и ум­н­иц в ад­во­к­ат­у­ру. Или во­об­ще на­хо­дят сво­ей кра­со­те и уму дру­гое при­ме­не­ние.
На­стя же бы­ла из тех, кто хо­т­ел за­ни­мать­ся наст­оя­щей, се­рьёз­ной ра­б­отой, а при­ме­ра, по­доб­н­ого Ша­ман­ке, у по­ли­цей­ско­го на­ч­альст­ва Со­сед­н­его Гор­о­да пер­ед гла­за­ми не име­лось. Так что луч­шую вы­пуск­н­и­цу шко­лы по­ли­ции зак­о­но­пат­и­ли в Юрьев­ку.
Но На­стя нео­ж­и­дан­но при­шлась там к мес­ту. Она су­ме­ла на­в­е­с­ти пор­я­док на мест­ной дис­ко­т­е­ке, прис­т­ру­ни­ла пар­оч­ку са­мых от­ъяв­л­ен­н­ых ху­ли­га­нов, от­ыска­ла про­пав­шее по­с­тель­ное бе­лье из нат­ур­аль­но­го ль­на, кот­ор­ое бы­ло дор­ого од­ной из мест­н­ых ба­б­уш­ек, как па­мять, ре­гу­ляр­но по­се­ща­ла шко­лу на предм­ет про­фил­ак­т­ики вс­як­ого ро­да без­об­ра­зий и су­ме­ла как­им-то об­ра­зом на­в­е­с­ти нек­от­ор­ое про­свет­л­е­ние в мозг­ах пью­щих обит­а­тел­ей Юрьев­ки, что бы­ло подк­реп­ле­но кон­фис­ка­ци­ей аж трёх доб­ро­со­в­ест­но соб­ран­н­ых му­жи­к­ами са­мо­гон­н­ых ап­пар­ат­ов уник­аль­ной кон­струк­ции. Кор­о­че, за­став­и­ла се­бя зау­ва­жать.
Мак­су На­стя пон­рав­ил­ась, а ког­да он расс­ка­зал ей о це­ли свое­го прие­з­да, она воск­лик­н­у­ла:
-Да, я то­же знаю про эти ис­чез­н­ов­е­ния! И ещё два бы­ло! Прав­да, са­ма лич­но я об этом ни­ч­его ска­зать не мо­гу, но с де­л­ами я знак­омил­ась, и дя­дя Ге­на то­же гов­ор­ил, что тут де­ло не­чи­с­то… И со­в­ать­ся мне в него не вел­ел. Но я всё пос­т­ар­ал­ась ра­зу­з­нать. Но ког­да я за­гов­ор­и­ла о сер­ии, ме­ня в обл­а­сти на смех под­н­я­ли и вел­е­ли не фант­а­зи­р­о­в­ать! А вы, пол­у­ча­ет­ся, из-за это­го и прие­ха­ли?
- Пол­у­ча­ет­ся, да, - кив­н­ул Макс. – А дя­дя Ге­на – это кто?
- Это преж­н­ий участ­к­о­в­ый, - ска­за­ла На­стя. – Он на пен­с­ии сей­час, у него но­ги боль­ные. И серд­це.
- И с ним мож­но по­бе­се­до­в­ать?
- От­ч­его ж нель­зя, - улыб­н­ул­ась дев­уш­ка. – Толь­ко вот бе­да – он с ут­ра в Со­сед­н­ий Гор­од к до­че­ри уе­хал, толь­ко пос­ле обе­да вер­н­ёт­ся. Или бл­иже к ве­че­ру. На как­ую элект­рич­ку успе­ет.
- Ни­ч­его, - кив­н­ул Макс. – Я по­дож­ду. А по­ка с ва­ми, На­стя, по­бе­се­дую. Ну, и с мест­н­ыми стар­ожи­л­ами то­же. Хор­ошо? Я ва­шим пла­нам не ме­шаю?
- Нет, ко­неч­но! – за­гор­е­лись гла­за у дев­уш­ки. – Я вам всё расс­ка­жу. И к Ек­а­тер­ине Фё­дор­овне от­ве­ду – ей семь­де­сят пять лет, но она здесь всё про вс­ех зна­ет. И па­мять у неё от­мен­н­ая.
- Вот и слав­но, - улыб­н­ул­ся Макс, - тог­да по­бе­се­ду­ем.
Бе­се­да с На­с­тей выш­ла не слишк­ом дл­ин­ной, но дов­оль­но поз­на­ва­тель­ной. Как ок­а­за­лось, Ира и Ди­ма Ко­но­нен­ко, а так же Ни­к­ита Кал­мы­ков и его пле­мян­н­и­ца На­стя Зальц­ман бы­ли не единс­твен­н­ыми про­пав­ши­ми в ок­рест­н­о­с­тях этой дер­ев­ни за пос­л­ед­н­ие пять лет. Бы­ло ещё два ис­чез­н­ов­е­ния – се­мил­ет­н­ий Ва­ня Плот­н­и­к­ов и пят­н­ад­цат­ил­ет­н­ий Илья Ива­нов. Ва­ня Плот­н­и­к­ов от­прав­ил­ся с ре­бят­ами в лес за гри­б­ами и от­с­тал от стар­ших. Маль­чи­ка ис­ка­ли вс­ей дер­ев­н­ей нес­коль­ко дн­ей, пот­ом наш­ли на краю огром­н­ого клюк­вен­н­ого бо­л­ота, но­сив­ше­го у мест­н­ых по­э­ти­ч­ес­кое наз­ва­ние Хвош­ня, Ва­ни­но лу­к­ош­ко и бей­с­бол­ку и сдел­а­ли вы­вод, что ре­бё­нок, от­с­тав от стар­ших, за­плут­ал­ся, заб­рёл на бо­л­ото и, по­пав в топь, ут­о­нул. Пе­чаль­но, но объ­яс­н­имо. Макс бы то­же так по­ду­мал, ес­ли бы не два обс­тоя­тельст­ва. Ва­ня про­пал год на­зад, при­мер­но в од­но вре­мя с Ни­к­итой и На­с­тей, а ещё по опи­са­нию он очень под­х­о­дил под изл­юб­л­ен­н­ый кидн­эп­пер­ами тип. Свет­л­ов­о­л­о­сый, си­негла­зый, с вью­щим­и­ся во­л­о­са­ми. Как о нём гов­ор­и­ли дер­ев­енс­кие ба­б­уш­ки – чи­с­то ан­ге­лок. К то­му же Ва­ня пел в мест­н­ом школь­ном хо­ре, и го­л­ос у него дей­стви­т­ель­но был ан­гель­ский. И се­мья – хоть и мн­ого­дет­н­ая, но пол­н­ая и по дер­ев­енс­ким мер­к­ам вполне сос­тоя­тель­ная. Плот­н­и­к­о­вы за­ни­ма­л­ись фер­мерс­твом, вы­ра­щи­ва­ли как­ую-то осо­бен­н­ую клуб­н­ику удив­и­т­ель­ной сла­д­о­с­ти и огром­н­ого раз­ме­ра, и их про­дук­ция рас­х­о­дил­ась влёт. Де­тей у Плот­н­и­к­о­в­ых бы­ло чет­ве­ро – от шест­н­ад­ца­ти до трёх лет и все веж­ли­вые, вос­пит­ан­н­ые и ни в чём дур­н­ом не­за­ме­чен­н­ые. Пос­ле про­па­жи Ва­неч­ки его ро­ди­т­е­ли чуть не рех­н­у­лись от го­ря, но су­ме­ли как-то взять се­бя в ру­ки и да­же при­ня­ли в се­мью двух дет­ишек из детс­ко­го до­ма – в па­мять о Ва­неч­ке.
Дру­гое де­ло – Илья Ива­нов. В изл­юб­л­ен­н­ый ти­паж кидн­эп­пер­ов он не ук­ла­д­ы­вал­ся. Мат­уш­ка Ильи бы­ла да­мой креп­ко пью­щей и от­к­ров­ен­но за­б­ив­шей болт на сы­на и двух до­чер­ей – де­ся­ти и трёх лет. От­цы у вс­ех тро­их бы­ли раз­н­ые, поск­оль­ку де­ти бы­ли непо­хо­жи, но кто конк­рет­но по­мог поя­в­л­е­нию на свет Ильи и дев­о­чек, дер­ев­ня толк­ом не зн­а­ла – граж­д­ан­ка Из­оль­да (да-да, имен­но так­ое имя да­ли дев­оч­ке ро­ди­т­е­ли!) Ива­но­ва бы­ла весь­ма люб­вео­биль­ной да­мой и по­ка не спил­ась – дов­оль­но сим­пат­ич­ной. Илью же мест­н­ые ре­бят­иш­ки драз­н­и­ли Цыг­а­ном, поск­оль­ку был он смуг­л­ый, ку­чер­я­вый и кар­ег­ла­зый. Пар­н­иш­ка был ер­ши­с­тый, учил­ся кое-как, но о сёс­трах за­б­от­ил­ся тро­га­тель­но и ник­ому их в оби­ду не да­вал. Бол­ее то­го, приу­чал их к пор­яд­ку, подр­а­б­ат­ы­вал лет­ом, что­бы со­брать сред­н­юю – Лен­ку – в шко­лу, и, как мог, про­тив­ос­то­ял ма­те­ри в по­пыт­к­ах про­пить те жалк­ие гро­ши, кот­ор­ые иног­да по­яв­л­я­л­ись в до­ме. Илья мечт­ал за­р­а­б­от­ать де­нег и раз­вя­зать­ся с пью­щей ма­те­рью, заб­рав сес­тёр. Но… не сло­жи­л­ось. Маль­чик про­пал, дев­о­чек чер­ез нек­от­ор­ое вре­мя за­б­ра­ла опе­ка, мать сов­ер­шен­но спил­ась и по­т­ер­я­ла че­лов­е­чес­кий об­л­ик. Алк­ого­лич­ку подк­арм­л­и­ва­ли те же жа­лост­ли­вые ба­б­уль­ки.
- Ког­да про­пал Илья? – по­ин­т­ер­е­с­о­в­ал­ся Макс.
- Три ме­ся­ца на­зад, – от­в­е­т­и­ла На­стя. – Как раз пер­ед мо­им на­зн­а­ч­е­ни­ем в Юрьев­ку. Его то­же ис­ка­ли. Но так и не наш­ли. Знае­те, Мак­сим Ген­р­и­х­ов­ич, стран­но всё это. Мать Ильи… Она ведь жи­ва до сих пор. Ужас, до че­го дош­ла… Но знае­те, ког­да на­пи­ва­ет­ся – на­ч­и­на­ет пла­к­ать и твер­д­ит од­но: Иу­да я, и ме­с­то мне на осине.
- Вот как… - прот­я­нул Макс, - а что эти сло­ва зна­ч­ат?
- Не знаю… - вз­дох­н­у­ла На­стя. – Её раз­гов­ор­ить нев­озмож­но. Толь­ко это и пов­т­ор­яет, а пот­ом на­пи­ва­ет­ся и за­сы­па­ет.
- А на что пьёт? – спро­сил Макс.
- И прав­да… - прот­я­ну­ла На­стя. – Рань­ше-то она детс­кие день­ги про­пи­ва­ла, а сей­час дет­ок нет. И пен­с­ии у неё нет – она ж ещё не ста­р­ая. И по­со­бия нет. А ба­б­уль­ки её нак­ор­мить мо­гут, а на­л­ить – нет, не на­льют ни грам­муль­ки. В ма­га­зине ей в долг не да­д­ут – с че­го ей от­д­а­вать… И прав­да, от­к­у­да день­ги?
- Мо­жет, у неё… муж­ч­и­на есть?
- Да вы что! – расс­мея­л­ась На­стя. – Вы б её толь­ко ви­де­ли… Ка­кой муж­ч­и­на?
- Ну, ска­жем, от­ец Ильи. Или ко­го-ни­б­удь из дев­о­чек. Из жа­ло­с­ти, к при­ме­ру. Или по дру­гим при­ч­и­нам… Знае­те, На­стя, да­вай­те-ка для на­ч­а­ла по­бе­се­ду­ем с граж­д­ан­кой Ива­но­вой, как её там…
- Из­оль­дой Гавр­и­л­ов­ной, - подс­ка­за­ла На­стя.
- Да уж, она ещё и Гавр­и­л­ов­на… - вз­дох­н­ул Макс. – Ну, что ж, идём­те об­щать­ся с граж­д­ан­кой Из­оль­дой Гавр­и­л­ов­ной Ива­но­вой.
* Хру­що­бы - дру­гое наз­ва­ние "хру­що­в­ок", т.е. мн­огок­варт­ир­н­ых до­мов пос­т­ро­ен­н­ых в пер­иод прав­л­е­ния Н.С. Хру­що­ва (60-е гг. XX ве­ка)
** Макс пер­еф­ра­зир­ует сло­ва Брат­ца Кро­ли­ка из "Ска­зок дя­дюш­ки Ри­му­са".
Гла­ва 11. Граж­д­ан­ка Ива­но­ва
Граж­д­ан­ка Из­оль­да Гавр­и­л­ов­на Ива­но­ва про­жи­ва­ла на ок­ра­ине Юрьев­ки в дов­оль­но-та­ки прос­тор­н­ом до­ме, кот­ор­ый яв­но зна­вал луч­шие вре­ме­на. Но сей­час… Доб­рот­н­ая ши­фер­н­ая кры­ша яв­но тек­ла, по­л­ов­и­на ок­он зия­ла вы­бит­ыми стёк­ла­ми и бы­ла за­д­ел­а­на тем, что Бог пос­л­ал – рва­ной по­ли­эти­л­е­но­вой плён­кой, кот­орую хор­ошие хо­зяе­ва вы­бра­сы­ва­ли, пе­рек­ры­вая в се­зон пар­н­ики, и раз­н­оо­браз­н­ым тря­пьём, от­ч­его обит­а­л­ище Из­оль­ды Гавр­и­л­ов­ны име­ло вид нес­коль­ко сюрр­еа­л­и­с­ти­ч­ес­кий. До­пол­н­я­ли об­щую карт­и­ну разр­у­хи и за­пус­те­ния за­ва­л­ив­шее­ся крыль­цо, за­б­ор, от кот­ор­ого ос­та­л­ись толь­ко вк­опан­н­ые в зем­лю доб­рот­н­ые стол­бы, ка­л­ит­ка, болт­ав­шая­ся на од­ной пет­ле, и об­щий бар­д­ак во дво­ре.
- М-да… - выр­ва­лось у Мак­са. – Ну и ло­го­во.
При зву­ке его го­л­о­са нес­коль­ко то­щих, сов­ер­шен­но нев­оо­бра­зи­мой рас­цвет­ки ко­шек, кот­ор­ые разл­ег­лись по­пе­р­ёк крыль­ца, тут же наст­ор­ожи­ли уши, а пот­ом, узрев, что ви­зи­т­ё­ры не со­би­р­ают­ся про­хо­дить ми­мо, про­с­то стре­к­а­ну­ли в гу­стые за­р­ос­ли бу­рья­на на быв­шем огор­о­де. Ви­зи­т­ё­ры Из­оль­ды Гавр­и­л­ов­ны яв­но не жа­ло­в­а­ли её чет­ве­р­о­но­гих дру­зей, от­т­ого ум­н­ые жив­от­н­ые и ре­ши­ли ис­чез­н­уть от ис­точ­н­ика нев­е­до­мой опас­н­о­с­ти. Му­жик же са­мо­го за­тра­пез­н­ого ви­да, воль­гот­но разл­ёгш­ий­ся пря­мо во дво­ре на ку­че как­ого-то тря­пья, это­го сдел­ать не успел в си­лу пол­н­ей­шей не­в­ме­няе­мо­с­ти, по­это­му, ког­да На­стя лас­ко­во тк­н­у­ла его в бок и по­ин­т­ер­е­с­о­в­ал­ась, по как­ому слу­чаю бан­к­ет и кто прос­тав­л­яет­ся, про­с­то вы­пу­чил гла­за, как рак, и по­пы­тал­ся от­полз­ти. По­няв нер­еаль­ность сво­их на­мер­е­ний, предс­тав­и­т­ель слав­н­ого пле­ме­ни мест­н­ых алк­ашей про­мы­чал что-то вр­о­де:
- Золь­ка прос­тав­л­яет­ся… Ил­ю­ху по­ми­на­ет… - и, ис­то­щён­н­ый этим уси­л­ием, вн­овь зак­рыл гла­за и бо­гат­ырс­ки за­хра­пел.
Макс пор­а­зил­ся бо­гат­ству русс­ко­го язы­ка, превр­ат­ив­ше­го Из­оль­ду в Золь­ку, но пот­ом по­ду­мал, что для спив­шей­ся алк­ого­лич­ки Золь­ка яв­но боль­ше под­х­о­дит.
Но тут на сцене пок­а­за­лось нов­ое дей­ству­ю­щее ли­цо. Во двор вле­те­ла здор­ов­ен­н­ая ба­ба в си­нем сат­и­нов­ом хал­а­те с над­пи­сью на спине «Агр­о­фир­ма «Клуб­н­ич­ка» и умо­л­яю­ще за­ч­а­сти­ла:
- На­стя Вал­е­рьев­на, не за­б­ир­ай­те его, га­да так­ого в от­д­е­л­е­ние, я его щас до­мой от­т­ащу и в по­греб по­са­жу, пу­щай по­ду­ма­ет! У-у-у, ир­од прок­лят­ый, опять на­жрал­ся ни свет ни за­ря! От­к­у­да толь­ко день­ги у сво­л­о­чи – ведь в ма­га­зи­нах стро­го-наст­ро­го зак­а­за­ла в долг да­вать, зар­пла­ту ев­он­н­ую Плот­н­и­к­о­вы мне на ру­ки от­д­ают – и где толь­ко день­ги бер­ёт, Ка­л­игу­ла этак­ий, кров­опи­в­ец! Неу­жто опять пол­меш­ка са­ха­ру ув­о­л­ок и зар­е­ченс­ким за две пол­л­ит­ры заг­нал, как в прош­л­ый раз? Убью за­сран­ца!
- Успо­кой­тесь, Мар­и­на Ми­хай­лов­на, он ска­зал, что Золь­ка прос­тав­л­яет­ся, - за­д­ум­чи­во от­в­е­т­и­ла На­стя.
- О, как! Да ког­да уж у неё пе­чён­ка от­ва­л­ит­ся, у пья­ни­цы этой! И где толь­ко день­ги бер­ёт, прор­ва не­н­а­сыт­н­ая! Ещё од­на Ка­л­игу­ла на на­ши го­л­о­вы – рань­ше пер­ед вс­еми му­жи­к­ами хво­с­том крут­и­ла да в ку­сты та­щи­ла, а те­перь спаи­ва­ет, вот Нас­тень­ка Вал­е­рьев­на, за­б­ер­и­те луч­ше её – пусть у вас про­сп­ит­ся – мо­жет, хоть нем­н­ого трез­вая по­хо­дит, да и по­ду­ма­ет о том, как Ил­юш­ка те­перь му­ча­ет­ся!
По­хо­же, из вс­ех пер­с­о­н­ажей др­ев­н­ей ис­тор­ии Ка­л­игу­ла за­пал ре­ши­т­ель­ной да­ме в го­л­ову наи­б­ол­ее креп­ко, и его она упо­ми­на­ла к мес­ту и не к мес­ту, но Мак­са за­ин­т­ер­е­с­о­в­а­ло в её эмо­цио­н­аль­ной ре­чи со­в­с­ем дру­гое:
- Ска­жи­те, дор­огая Мар­и­на Ми­хай­лов­на, а что слу­чи­л­ось с Ильёй? – мяг­ко спро­сил он. – Вы не в кур­се?
- Ой, - выр­ва­лось у да­мы, она толь­ко тут об­рат­и­ла вни­ма­ние на Мак­са, слег­ка пок­рас­н­е­ла и пот­упил­ась, а за­тем спро­си­ла:
- А вы кто бу­де­те? На­стя Вал­е­рьев­на, неу­жто вам на за­ме­ну так­ого муж­ч­и­ну присл­а­ли?
- К со­жа­л­е­нию, нет, - улыб­н­ул­ась На­стя, - Мак­сим Ген­р­и­х­ов­ич слу­жит в по­ли­ции Гор­о­да и сей­час за­ни­ма­ет­ся нерас­кры­ты­ми де­л­ами. В том чис­ле и ис­чез­н­ов­е­ни­ем Ильи.
- Вот оно как… - за­мет­и­ла жен­щи­на. – Дав­но по­ра… Вы, то­в­ар­ищ… май­ор?
- У ме­ня нет зва­ния, - улыб­н­ул­ся Макс, - я крим­и­наль­ный пси­х­о­л­ог.
Гла­за Мар­и­ны Ми­хай­лов­ны тут же за­жг­лись неи­с­тре­би­мым лю­б­опытс­твом дер­ев­енс­ко­го че­лов­ека, жив­уще­го в глу­ши, где про­па­жа горш­ка с за­б­о­ра – уже со­бы­тие, об­с­уж­д­ае­мое не мень­ше не­де­ли.
- Во­на как… так я вам ска­жу – Золь­ка ви­но­в­ата, что Ил­юш­ка ис­чез. Она вс­ег­да, как на­пьёт­ся, се­бя Иу­дой на­зы­ва­ет и пла­ч­ет. Мы тут с ба­б­ами су­ди­ли-ря­ди­ли и на­д­ума­ли… Про­да­ла она Ил­юш­ку. Как пить дать про­да­ла. Она его от цыг­а­на наг­у­ля­ла, его так на­ши и на­зы­ва­ли – Цыг­ан. Та­кой кра­си­вый был маль­чиш­ка, пря­мо карт­ин­ка. С хор­ошей бы ма­те­рью – не па­р­ень был бы, а зо­л­ото, а так – ему же учё­ба в го­л­ову не лез­ла – всё дёр­гал­ся, что­бы мать пья­н­ая из­бу не спа­л­и­ла или че­го с сес­трич­к­ами не сдел­а­ла. У неё ж не дом, а Со­до­ма с ге­морр­оем.
- Но Илье же бы­ло уже пят­н­ад­цать лет. Раз­ве он не мог за се­бя пос­т­оять? – по­ин­т­ер­е­с­о­в­ал­ся Макс.
- Так он и сто­ял. Не да­вал ма­те­ри до кон­ца детс­кие день­ги про­пи­вать, да и алк­ашей го­нял. Ме­шал он Золь­ке жить, вот она от него и из­б­ав­ил­ась.
- А конк­рет­н­ее? – спро­сил Макс.
- Конк­рет­н­ее… - прот­я­ну­ла жен­щи­на, но вд­руг слов­но спо­тк­н­ул­ась. – Нет уж, мне сей­час не­до­суг – ку­ры не корм­л­е­ны, кор­о­ва не дое­на, сви­ньям не пар­е­но… Вы знае­те что… Вы к Ек­а­тер­ине Фё­дор­овне сх­о­ди­те. Она ж у нас чи­с­тый дом Сов­ет­ов. Ес­ли кто что-то и мо­жет ска­зать конк­рет­но - так это толь­ко она. А я… Не­до­суг мне.
И Мар­и­на Ми­хай­лов­на про­дел­а­ла то, что Мак­са впе­чат­л­и­ло на­д­ол­го. Она под­х­ват­и­ла свое­го хра­пя­ще­го спут­н­ика жиз­ни за шив­ор­от, хор­ошень­ко вс­трях­н­у­ла, пер­ек­и­ну­ла чер­ез пле­чо, слов­но сол­д­ат – ши­нель­ную скат­ку, и ре­ши­т­ель­ным ша­гом от­прав­ил­ась прочь.
- Есть жен­щи­ны в русс­ких се­л­е­ньях… - вы­дох­н­ул пот­ря­сён­н­ый Макс.
Но нежел­а­ние Мар­и­ны Ми­хай­лов­ны гов­ор­ить о чём-то бол­ее конк­рет­н­ом, чем до­мыс­лы дер­ев­енс­кой об­щес­твен­н­о­с­ти, на­смот­р­ев­шей­ся сер­иа­лов, его наст­ор­ожи­ло.
- Вот так они все и тем­н­ят, - вз­дох­н­у­ла На­стя. – Да­же Ек­а­тер­и­на Фё­дор­ов­на на эту те­му раз­го­в­ар­и­вать не осо­бо хо­чет, хо­тя она все мест­н­ые сплет­ни за пос­л­ед­н­ие полв­ека мо­жет пер­ес­ка­зать. Мо­жет, она хо­тя бы с ва­ми по­гов­ор­ит.
- Вы пра­вы, попр­о­бу­ем раз­гов­ор­ить стар­уш­ку, - от­оз­в­ал­ся Макс. – Но да­вай­те по­поз­же. Сна­ч­а­ла по­смот­р­им на скор­б­ящую мать. Мо­жет быть, она ещё спо­соб­на к об­ще­нию?
- Да­вай­те, - сог­ла­сил­ась На­стя и, под­н­яв­шись на нещад­но скри­пя­щее крыль­цо, гром­ко пос­т­у­ча­ла. Пот­ом ещё раз пос­т­у­ча­ла, но ког­да и на сей раз от­в­е­та не пос­л­е­до­в­а­ло, толк­н­у­ла не­за­перт­ую дв­ерь, кот­о­р­ая по­дал­ась нео­ж­и­дан­но лег­ко.
Участ­к­о­в­ая вош­ла в дом, Макс дви­нул­ся сле­дом… и чуть не за­д­ох­н­ул­ся от ар­ом­ат­ов, цар­ив­ших в жи­л­ище Из­оль­ды Гавр­и­л­ов­ны. Пах­ло там наст­оль­ко гу­стым пер­егар­ом, что хо­т­е­лось зак­у­сить, за­стар­е­л­ым ды­мом от де­шё­вых си­гар­ет без фильт­ра, немы­тым те­лом и пот­ря­са­ю­щей ни­ще­той и неу­стро­ен­н­о­стью. Прос­тор­н­ая пер­ед­няя бы­ла аб­с­ол­ют­но пу­ста, за ис­клю­ч­е­ни­ем ку­чи раз­н­оо­браз­н­ых опор­ок, сва­л­ен­н­ых в угол, обои от­ва­л­и­ва­л­ись кло­чья­ми, кр­о­хот­н­ая лам­поч­ка, ви­сев­шая на го­л­ом про­в­о­де бы­ла за­пы­ле­на наст­оль­ко, что вр­яд ли во­об­ще мог­ла да­вать ка­кой-то свет.
На­стя гром­ко крик­н­у­ла:
- Из­оль­да Гавр­и­л­ов­на! – но от­к­ли­ка не пос­л­е­до­в­а­ло и на сей раз.
Тог­да участ­к­о­в­ая ти­хо ска­за­ла:
- Они обыч­но на кухне пьют. Там ещё хоть как­ая-то ме­бель со­х­ра­нил­ась, ос­таль­ное Ива­но­ва всё уже успе­ла про­пить или в печ­ке спа­л­ить. Да что там гов­ор­ить – вы за­б­ор ви­де­ли? То­же пол­зи­мы им от­ап­ли­вал­ась – за­б­ор-то доб­рот­н­ый был. Илья, прав­да, ей это дел­ать не да­вал, толь­ко вот он до­ма бы­вал ред­ко – сес­тёр в шко­лу и в са­д­ик от­во­дил, за­б­ир­ал пот­ом, подр­а­б­ат­ы­вать пы­тал­ся. Ему Игорь Плот­н­и­к­ов пы­тал­ся день­ги со­в­ать – но тот не брал ни в как­ую, толь­ко то, что зар­а­б­ат­ы­вал. Игорь его ча­сто брал на убор­ку клуб­н­ики или в теп­ли­цы на ра­б­оту, да­же, ког­да и ра­б­оты осо­бой не бы­ло – жал­ел маль­чиш­ку. Я это всё, прав­да, толь­ко по расс­ка­зам знаю…
- Вы мн­огое успе­ли уз­нать, На­стя, – за­мет­ил Макс.
- Да, - вз­дох­н­у­ла дев­уш­ка. – толь­ко вот об его ис­чез­н­ов­е­нии – ни­ч­его конк­рет­н­ого.
- Лад­но, - ска­зал Макс, - идём­те даль­ше.
Они прош­ли на кух­ню и нак­о­нец-то об­н­ар­ужи­ли Из­оль­ду Гавр­и­л­ов­ну Ива­но­ву. И с перв­ого взг­ля­да по­ня­ли, что непу­тё­вая жен­щи­на боль­ше не расс­ка­жет ник­ому и ни­ч­его. Не бы­ва­ет у жи­вых лю­дей наст­оль­ко си­нюш­н­ого цве­та ли­ца.
Граж­д­ан­ка Ива­но­ва вос­с­е­да­ла за сто­л­ом в пол­н­ом оди­но­чес­тве – бол­ее то­го, она от­к­и­нул­ась на спин­ку ста­р­ень­ко­го венс­ко­го сту­ла, слов­но дл­и­т­ель­ные воз­л­ия­ния ут­оми­ли её. У нож­ки сто­ла вы­строи­л­ось нес­коль­ко пу­ст­ых бут­ы­лок бл­ёк­л­ыми во­доч­н­ыми эти­к­ет­к­ами, на са­мом сто­ле вы­си­л­ись гру­дой в об­шар­пан­ной мис­ке ок­ур­ки си­гар­ет, на га­зе­те сир­от­ли­во ёжил­ся об­л­омок от хлеб­ной чет­верт­ин­ки, и зав­етр­и­вал­ась от­к­ры­тая бан­ка шп­рот. Пер­ед граж­д­ан­кой Ива­но­вой стоя­ла пуст­ая гра­нё­н­ая стоп­ка, ещё нес­коль­ко тес­н­и­л­ись на про­тив­опо­л­ож­н­ом краю сто­ла. Тут же стоя­ла по­чат­ая бут­ыл­ка вод­ки с яр­кой трёх­цвет­ной эти­к­ет­кой.
- Она мёрт­вая… - ти­хо про­из­нес­ла На­стя. – Вид­но, и вправ­ду до­пил­ась… на­до фельдш­е­ра выз­вать…
- Не фельдш­е­ра, - спо­кой­но ска­зал Макс. – Следс­твен­н­ую груп­пу.
Он по­ню­х­ал горл­ыш­ко бут­ыл­ки, не при­к­а­са­ясь к нему, по­мор­щил­ся и ска­зал:
- Мет­а­нол.
- Ну, вот, - вз­дох­н­у­ла На­стя. – Как­ая тут груп­па… Ска­жут, алк­ого­лич­ка па­л­ён­кой тра­ва­нул­ась.
- Да? - пе­ре­сп­ро­сил Макс. – А вод­ка-то дор­огая. У вас так­ая в как­ом ма­га­зине про­да­ёт­ся?
На­стя при­смот­рел­ась к эти­к­ет­ке.
- Ни в как­ом. У нас всё боль­ше… вот эта… Му­жи­ки де­шёв­ую упот­реб­л­яют.
И она пок­а­за­ла на вы­стро­ив­шие­ся пу­ст­ые бут­ыл­ки.
- Вот, - кив­н­ул Макс, - и шп­ро­ты. Дор­огие, меж­ду про­чим, алк­ого­ли­к­ам про­ще киль­ки в том­а­те ку­пить, что бы они и сдел­а­ли. И вот ещё… смот­ри.
- Ни­ч­его се­бе! – воск­лик­н­у­ла На­стя. – Это что ж здесь за го­стья бы­ла?
На век не мы­том и пок­ры­том как­ими-то по­до­зри­т­ель­ны­ми пят­н­ами по­лу вы­де­л­я­л­ось под­с­ы­ха­ю­щее пят­но че­го-то кор­ич­н­ев­ого, от кот­ор­ого ис­х­о­дил сла­б­ый дрож­же­вой за­пах.
- Браж­ку раз­л­и­ли, - поя­с­н­и­ла На­стя.
Неи­з­в­ест­н­ая, вер­оят­но, наст­упи­ла на это пят­но, не за­мет­ив его в этом пол­у­тём­н­ом ло­го­ве. И сре­ди дру­гих пя­тен сей­час вы­де­л­я­л­ось нес­коль­ко от­пе­чат­к­ов не­бо­льшо­го раз­ме­ра в обу­ви на шпиль­ке.
- Вы­зы­вай опер­груп­пу, На­стя. Несп­ро­с­та это, - ска­зал Макс. – И прос­ле­ди, что­бы тот му­жи­ч­ок со дво­ра ник­у­да не ис­пар­ил­ся.
- Да нет, - ска­за­ла На­стя. – Его те­перь Мар­и­на Ми­хай­лов­на в по­гре­бе за­прёт, по­ка му­же­нёк не прот­рез­в­еет. А трез­вый он… нор­маль­ный.
- Вот, – кив­н­ул Макс. – Мо­жет, и вспом­н­ит что. Ин­т­ер­ес­но, кто ещё с граж­д­ан­кой Ива­но­вой пил?
- Эту вод­ку – ни­к­то, - от­оз­в­ал­ась На­стя. – Тут со­в­с­ем нем­н­ого от­л­ито – мо­жет, стоп­ка, мо­жет, две…
- И кто ж её так ак­к­ур­ат­но на стол пос­т­ав­ил? При от­рав­л­е­нии мет­а­но­л­ом че­лов­ек сна­ч­а­ла слеп­н­ет, пот­ом его кор­ч­ить на­ч­и­на­ет. Не­дол­го, но ин­т­ен­с­ив­но. А на­ша по­кой­ни­ца ле­жит се­бе смир­н­ень­ко. Слов­но вы­пи­ла и вы­ру­бил­ась.
- Мо­жет, у неё ор­га­низм ос­лаб­л­ен­н­ый? Пьёт… пи­ла ведь сколь­ко вре­ме­ни.
- Не знаю, - приз­н­ал­ся Макс, - это экс­пер­ты луч­ше ска­жут.
На­стя вз­дох­н­у­ла, дос­та­ла мо­биль­ник и ста­ла вы­зы­вать опер­груп­пу.
Гла­ва 12. Хор­ошо за­б­ытое стар­ое. Часть пер­вая
Опер­груп­па прие­ха­ла на ди­во быст­ро, прав­да, де­жур­н­ый сле­до­в­а­тель попр­о­бо­в­ал об­рат­ить ги­б­ель граж­д­ан­ки Ива­но­вой в не­с­част­н­ый слу­чай, но Макс жи­во его ок­ор­от­ил, тк­н­ув но­сом в ве­с­омые не­с­оо­т­в­ет­ствия и по­т­ре­бо­в­ав про­в­е­с­ти экс­перт­и­зу те­ла. Сле­до­в­а­тель сна­ч­а­ла попр­о­бо­в­ал бы­ло со­прот­ив­л­ять­ся, но Макс хо­л­од­но предс­тав­ил­ся и зая­вил, что ги­б­ель граж­д­ан­ки Ива­но­вой, воз­мож­но, есть часть це­лой сер­ии прес­туп­ле­ний и что ес­ли гос­по­да обл­аст­н­ые по­ли­цей­ские дей­стви­т­ель­но эту сер­ию про­фук­а­ли, то это со­в­с­ем не есть хор­ошо и он так силь­но опе­ча­л­ен по это­му по­в­о­ду, что свя­жет­ся с собс­твен­н­ым на­ч­аль­ством и бу­дет наст­оя­тель­но про­сить его о при­ват­ной бе­се­де с по­ли­цей­ским на­ч­аль­ством Со­сед­н­его Гор­о­да. Пол­у­чи­л­ось дов­оль­но об­т­е­к­ае­мо… но угро­жа­ю­ще, к то­му же вы­езд­ной экс­перт вспом­н­ил пар­оч­ку пре­ды­ду­щих дел Мак­са и Ша­ман­ки… и всё раз­ре­ши­л­ось бла­го­пол­уч­но. В смыс­ле, бла­го­пол­уч­но бы­ло от­к­ры­то следс­твен­н­ое де­ло по фак­ту ги­б­е­ли Ива­но­вой Из­оль­ды Гавр­и­л­ов­ны трид­ца­ти трёх лет, без­р­а­б­от­ной… и про­чая, и про­чая… и про­чая. Макс по­дал сле­да­ку робк­ую на­д­еж­ду на то, что ес­ли это де­ло дей­стви­т­ель­но от­н­о­сит­ся непо­ср­едс­твен­но к сер­ии ис­чез­н­ов­е­ний де­тей и подр­ост­к­ов, то впос­л­ед­ствии он его за­б­ер­ёт, так что расс­та­л­ись все вполне дру­жел­юб­но. Сле­до­в­а­тель озву­чил спи­сок дей­ствий, кот­ор­ый долж­на бы­ла прои­з­в­е­с­ти участ­к­о­в­ая, На­стя кив­н­у­ла, и на этом ви­зит следс­твен­ной груп­пы в Юрьев­ку зав­ер­шил­ся.
Слег­ка удив­л­ён­н­ый Макс по­ин­т­ер­е­с­о­в­ал­ся, прав­да, по­че­му не пос­л­а­ли опер­ов по дом­ам бе­се­до­в­ать с мест­н­ыми жи­т­е­л­ями, но сле­дак от­в­е­т­ил:
- Где ж вы здесь опер­ов ви­ди­те, то­в­ар­ищ Трау­бе? У нас нек­омл­ект по управ­л­е­нию страш­н­ый про­с­то, пос­ле пер­еат­т­ес­та­ции всё ник­ак не оправ­им­ся. Участ­к­о­в­ая опрос пров­е­дёт, она здесь вс­ех зна­ет, ей и кар­ты в ру­ки.
Мак­су по­ка ссор­ит­ь­ся со сле­дак­ом бы­ло не с ру­ки, по­это­му он про­с­то кив­н­ул и мрач­но по­смот­рел вс­лед уда­ля­ю­щей­ся ма­шине, а сам сер­д­ито по­ду­мал, что ес­ли они се­бе позв­о­л­яют раз­б­ра­сы­вать­ся так­им мо­л­о­ды­ми и тол­к­о­в­ыми кад­ра­ми, как На­стя Вор­о­ни­на, толь­ко пот­ому, что ко­го-то из на­ч­альст­ва не устраи­ва­ет её пол, то нек­омл­ект вполне по­ня­тен. Кто-то не под­х­о­дит по по­л­ов­ому приз­на­ку, кто-то слишк­ом ер­ши­с­тый, кто-то гов­ор­ит прав­ду в гла­за или слишк­ом глу­бо­ко ко­па­ет… А в ито­ге все, кто пот­ол­к­о­в­ее, про­с­то ухо­дят, не до­жи­да­ясь, по­ка при­дут очер­ед­н­ые иди­от­с­кие ре­фор­мы, а за­стре­ва­ют ли­бо удоб­н­ые для на­ч­альст­ва под­х­а­л­имы, ли­бо гот­о­в­ые пер­с­о­н­ажи анек­д­от­ов. Хор­ошо хоть, у них с Ша­ман­кой на­ч­аль­ство не так­ое…
Во вс­як­ом слу­чае, ин­д­уль­ген­цию на даль­ней­шие дей­ствия они пол­у­чи­ли, мож­но бы­ло ра­б­от­ать даль­ше.
На­стя пред­л­ожи­ла сра­зу же от­ве­с­ти Мак­са к Ек­а­тер­ине Фё­дор­овне, а са­ма в это вре­мя на­мер­е­вал­ась про­бе­жать­ся по ок­рест­н­о­с­тям и расс­про­сить ба­б­уш­ек на предм­ет за­га­д­оч­ной да­мы на шпиль­ках. Ну, и на­в­е­с­тить то­го алк­аша, кот­ор­ого непр­ек­л­он­н­ая же­на ут­ащи­ла прот­резв­л­ять­ся в по­греб. Он мет­а­но­ла яв­но не про­бо­в­ал, поск­оль­ку в прот­ив­н­ом слу­чае пре­бы­вал бы уже на том све­те, а за­пом­н­ить хоть что-то су­щес­твен­н­ое мог.
Макс с пред­л­оже­ни­ем На­сти сог­ла­сил­ся, и она сра­зу же пов­е­ла его к Ек­а­тер­ине Фё­дор­овне. К это­му вре­ме­ни жи­т­е­ли Юрьев­ки уже уз­н­а­ли о ги­б­е­ли Золь­ки, и ба­б­уль­ки, из кот­ор­ых сос­тоя­ло ос­н­ов­н­ое мест­н­ое на­се­л­е­ние с от­ъез­дом лет­н­их дач­н­и­к­ов, по сроч­н­ым и неот­л­ож­н­ым де­л­ам ок­а­за­л­ись на ули­це. Боль­шая часть их куч­к­о­в­ал­ась у ма­га­зи­на, та­б­у­нок по­мень­ше рас­с­ел­ся воз­ле поч­ты, ещё нес­коль­ко ба­б­уш­ек с вёд­ра­ми стоя­ли у ко­л­он­ки. И все с упое­ни­ем че­с­а­ли язы­ка­ми, но при приб­л­иже­нии Мак­са и На­сти тут же за­молк­а­ли и ме­до­в­ыми го­л­о­са­ми на­ч­и­на­ли здор­о­в­ать­ся.
На­стя в от­в­ет улы­бал­ась и ки­ва­ла, Макс то­же дер­жал на ли­це вы­ра­же­ние мак­си­маль­но доб­ро­жел­а­тель­ной веж­лив­о­с­ти, но На­стю всё-та­ки спро­сил:
- А что же ва­ша Ек­а­тер­и­на Фё­дор­ов­на не здесь? Не со вс­еми?
- Нет, - улыб­н­ул­ась На­стя. – Ек­а­тер­и­на Фё­дор­ов­на уже го­да два из до­му поч­ти не вы­хо­дит. Но­ги у неё от­к­а­за­ли, по до­му на ко­л­яс­ке кат­ает­ся. В сад мо­жет вые­хать, а вот даль­ше – уже про­бл­емы на­ч­и­на­ют­ся. Са­ми ви­ди­те, как­ие тут дор­оги – и здор­о­в­ый мо­жет но­ги пер­е­лом­ать. Ей, прав­да, сын обе­щал как­ую-то ко­л­яс­ку им­порт­н­ую зак­а­зать – из так­их, что не толь­ко кат­ит­ся, но хо­дит и да­же по сту­пень­кам под­ни­ма­ет­ся. Вр­о­де да­же зак­а­зал уже, но так­ие толь­ко за гра­ни­цей дел­ают, по ин­д­ив­и­ду­аль­ным па­ра­мет­рам, так что по­ка Ек­а­тер­и­на Фё­дор­ов­на до­ма си­дит.
- Ого… - хмык­н­ул Макс. – А кто у нас сын, ес­ли так­ие по­дар­ки ма­ме дел­ать мо­жет?
- Ну, как вам ска­зать, - вз­дох­н­у­ла На­стя. – Брат­ок он быв­ший, а ныне доб­ро­пор­я­доч­н­ый биз­н­ес­мен, вла­д­ел­ец трёх рес­т­ор­а­нов и се­ти зак­у­соч­н­ых. Ни в чём крим­и­наль­ном не за­ме­чен, же­ну лю­б­ит, де­тей хо­лит и лел­еет, ма­му обо­жа­ет. Дом ей но­в­ый пос­т­ро­ил, си­дел­ку на­нял… Дав­но бы её уже к се­бе пер­е­в­ёз, но Ек­а­тер­и­на Фё­дор­ов­на от­к­а­зы­ва­ет­ся ка­те­гор­и­ч­ес­ки, гов­ор­ит – где всю жизнь жи­ла, там пом­ру. Вот он и стар­ает­ся. Да и мест­н­ых не за­б­ы­ва­ет – в клуб про­ект­ор но­в­ый ку­пил, шко­ле пос­т­оян­но по­мо­га­ет… Неп­л­о­хой дядь­ка, прав­да. Я с ним па­ру раз раз­го­в­ар­и­ва­ла – хор­ошее впе­чат­л­е­ние прои­з­в­о­дит.
- Хм… - за­д­ум­чи­во про­из­н­ёс Макс. – Пря­мо Са­хар Ме­дов­ич. Хо­тя… вс­як­ое бы­ва­ет. Это не Ек­а­тер­и­ны Фё­дор­ов­ны дом? - кив­н­ул он на двух­этаж­н­ое строе­ние вполне тя­нув­шее на гор­д­ое зва­ние «особ­н­як».
- Он, - кив­н­у­ла На­стя. – А как вы уга­д­а­ли? Бо­гат­ых до­мов в Юрьев­ке мн­ого, дач­н­ики здесь сос­тоя­тель­ные по­па­д­ают­ся. Да и у Плот­н­и­к­о­в­ых дом неп­л­о­хой, а он со­в­с­ем ря­дом.
- Про­с­то, - улыб­н­ул­ся Макс, - все до­ма дач­н­и­к­ов у вас на дру­гом кон­це дер­ев­ни, боль­шинс­тво из них хо­зяе­ва уже пок­и­ну­ли, толь­ко из­ред­ка по­яв­л­яют­ся, это за­мет­но. У Плот­н­и­к­о­в­ых де­тей мн­ого, соо­т­в­етс­твен­но во дво­ре иг­руш­ки, на вер­ёв­к­ах – ку­ча стир­ки, в ос­н­ов­н­ом, детс­кие ве­щи, и у вор­от сто­ит га­зель с над­пи­сью «Агр­о­фир­ма «Клуб­н­ич­ка». А здесь дом яв­но не­бед­н­ый, жи­лой, в пор­яд­ке со­дер­жит­ся. Да­же слишк­ом в пор­яд­ке – нав­ер­н­яка за са­д­ом кто-то при­сматр­и­ва­ет. Иг­ру­ш­ек нет, на вет­ке дер­е­ва – след от ка­ч­ел­ей, но ка­ч­ел­ей нет, до­мик на дер­еве зак­рыт. То есть де­ти яв­но бы­ли, но уже уе­ха­ли, а хо­зяй­ка до­ма ос­тал­ась од­на.
- Точ­но, - улыб­н­ул­ась На­стя. – Од­н­ако, вы наб­лю­да­тель­ны, Мак­сим Ген­р­и­х­ов­ич. Ну вот, приш­ли.
Ек­а­тер­и­на Фё­дор­ов­на ок­а­зал­ась вполне при­ят­ной да­мой, в кот­орой во­об­ще труд­но бы­ло опоз­нать с хо­ду дер­ев­енс­кую жи­т­ель­ни­цу. Гол­у­бая мягк­ая бл­уз­ка с бе­л­ым вор­от­н­ич­к­ом, мягк­ие сер­ые брю­ки, се­дые во­л­о­сы соб­ра­ны в узел на зат­ыл­ке, но­ги прик­ры­ты тёп­лым клет­ч­ат­ым пле­дом – ни дать, ни взять, жи­т­ель­ни­ца ка­кой-ни­б­удь бла­го­пол­уч­ной Швей­цар­ии на за­слу­жен­н­ом от­д­ы­хе. Да и дом был ей под стать – лю­б­ящий сын яв­но по­за­б­от­ил­ся об удобс­тве ма­те­ри-ин­в­а­л­и­да. Дв­ер­н­ые проё­мы бы­ли рас­шир­е­ны так, что­бы ту­да про­хо­ди­ла ко­л­яс­ка, ник­ак­их пор­огов, ник­ак­их ков­р­ов и дор­ожек, за кот­ор­ые мог­ла бы за­це­пит­ь­ся ко­л­яс­ка, пол пок­ры­вал ков­р­о­лин, на вт­орой этаж мож­но бы­ло под­н­ять­ся по пан­д­у­су, все вы­клю­ч­а­те­ли и дв­ер­н­ые руч­ки бы­ли сдел­а­ны низ­ко, не­вы­с­ок­ими бы­ли и шк­афы. В об­щем, всё бы­ло про­ду­ма­но для то­го, что­бы жен­щи­на, неспо­соб­н­ая пер­е­дви­гать­ся, мог­ла чувс­тво­в­ать се­бя с мак­си­маль­ным ком­форт­ом.
Ек­а­тер­и­на Фё­дор­ов­на поз­д­ор­о­в­ал­ась в от­в­ет на прив­ет­ствие и сра­зу же ска­за­ла:
- Что, гов­ор­ят лю­ди, что до­пил­ась Золь­ка? Ге­ля Пе­го­ва уже за­б­ега­ла, расс­ка­за­ла, что к че­му… Толь­ко ведь ты, Нас­тень­ка, не зря ко мне сле­до­в­а­те­ля прив­е­ла, прав­да? Неу­же­ли, нак­о­нец-то у на­шей слав­ной по­ли­ции до де­ла ру­ки дош­ли?
- Да, Ек­а­тер­и­на Фё­дор­ов­на, Мак­сим Ген­р­и­х­ов­ич из по­ли­ции Гор­о­да. Он очень хо­т­ел бы с ва­ми по­бе­се­до­в­ать. А я пой­ду, мне ещё со­се­дей оп­ро­сить на­до, - ска­за­ла На­стя и от­к­ла­нял­ась, пред­вар­и­т­ель­но ос­тав­ив Мак­су но­мер свое­го мо­биль­ни­ка.
Ек­а­тер­и­на Фё­дор­ов­на за­д­ум­чи­во по­г­ля­де­ла на Мак­са и ти­хо ска­за­ла:
- Неу­же­ли вы из-за Золь­ки-пья­ни­цы из Гор­о­да прие­ха­ли?
- Из-за неё, – от­в­е­т­ил Макс. – То есть, из-за неё то­же. Но в ос­н­ов­н­ом из-за ис­чез­н­ов­е­ний де­тей и подр­ост­к­ов. Ди­ма и Ира Ко­но­нен­ко, Ва­ня Плот­н­и­к­ов и Илья Ива­нов, На­стя Зальц­ман и её дя­дя Ни­к­ита Кал­мы­ков… Не мн­ого­в­ато ли для од­ной от­д­ель­но взя­той дер­ев­ни?
- Вер­но гов­о­р­ишь, - кив­н­у­ла ста­р­у­ха. – Ни­ч­его, что я на "ты"? Я ста­р­у­ха ста­р­ая, а ты па­р­ень мо­л­о­дой, не оби­жай­ся…
- Ни­ч­его, Ек­а­тер­и­на Фё­дор­ов­на. Дол­жен ска­зать, что вы для сво­их лет выгл­я­ди­те от­мен­но, - от­в­е­т­ил Макс.
- Здор­о­в­ья Бог от­мер­ил, - кив­н­у­ла жен­щи­на. – Но­ги вот толь­ко подв­е­ли. А с го­л­овой и па­мят­ью у ме­ня всё в пор­яд­ке. И, кста­ти, во­прос, Гор­од – это ж ведь со­сед­няя обл­асть. По­че­му те­бя сю­да при­нес­ло?
- Пот­ому что в Гор­о­де уже пят­н­ад­цать лет про­па­д­ают де­ти, - по­мед­л­ив, от­в­е­т­ил Макс. – И эти ис­чез­н­ов­е­ния име­ют связь с Юрьев­кой. Я убеж­д­ён в этом. Тем бол­ее, что мал­ыши очень по­хо­жи вн­ешне – что в Гор­о­де, что здесь. Свет­л­ов­о­л­о­сые, гол­у­бог­ла­зые, кудр­я­вые, возр­аст семь-во­семь лет.
Ста­р­у­ха тя­же­ло вз­дох­н­у­ла:
- У На­сти то­же на этот счёт мыс­ли воз­н­ик­а­ли. А Ген­ка ей всё твер­д­ил – не лезь в это де­ло, мо­жешь без баш­ки ос­тать­ся. Бо­ит­ся он. Очень бо­ит­ся.
- Че­го? – спро­сил Макс. – Че­го он бо­ит­ся? Что здесь так­ое прои­з­ош­ло? Вы ведь знае­те, Ек­а­тер­и­на Фё­дор­ов­на. И мо­же­те мне расс­ка­зать. Не так ли?
Ста­р­у­ха кив­н­у­ла:
- Мо­гу. Не знаю, прав­да, свя­за­но ли это с тво­им расс­ле­до­в­а­ни­ем… Но дет­ок жаль, да и ты, по­хо­же, зна­ешь, че­го хо­чешь. А я ста­р­ая уже, мне бо­ять­ся нек­ого и не­че­го. Расс­ка­жу. Са­д­ись к сто­лу, сей­час Да­шу, си­дел­ку мою, клик­ну, она нам чаю при­не­сёт. Расс­каз мой бу­дет не из ко­р­от­к­их.
Чай и прав­да был вкус­н­ым, а расс­каз стар­у­хи на­по­ми­нал смесь де­тект­и­ва и ме­лодр­амы с нек­от­о­р­ым ми­с­ти­ч­ес­ким нал­ёт­ом. Суть его сво­дил­ась к сле­ду­ю­ще­му.
В сов­етс­кое вре­мя дер­ев­ня Юрьев­ка ни­ч­ем не от­л­и­ч­ал­ась от со­т­ен дру­гих рос­с­ий­ских дер­ев­ень – су­щес­тво­в­ал со­в­хоз, са­жа­ли карт­ош­ку, дои­ли кор­ов и в це­лом жи­ли в об­щем-то не пло­хо. В дер­евне име­лись шко­ла, биб­л­ио­т­ека и клуб, мед­пункт и детс­кий сад, а так же це­л­ых два ма­га­зи­на – про­дов­оль­ствен­н­ый и промт­о­в­ар­н­ый.
В на­ч­а­ле вось­ми­де­сят­ых го­дов прош­ло­го ве­ка в пол­у­сотне ки­ло­мет­ров от Юрьев­ки ста­ли стро­ить за­в­од и по­сё­лок для за­в­одс­ких ра­б­о­чих. Де­ло устрои­л­ось за как­ие-то три го­да, за­в­од за­р­а­б­от­ал, в по­сёл­ке поя­ви­л­ось мно­жес­т­во нар­о­ду, од­н­ако что там вы­пус­ка­лось, юрьев­цы толк­ом не зн­а­ли – за­в­од ок­а­зал­ся сек­рет­н­ым, из тех, что в нар­о­де тог­да на­зы­ва­ли «поч­то­в­ыми ящи­к­ами». Ещё чер­ез па­ру лет на даль­нем кон­це дер­ев­ни ста­ли вы­де­л­ять участ­ки под да­чи ра­б­от­н­и­к­ам за­в­о­да – в ос­н­ов­н­ом это бы­ли спе­циа­л­и­с­ты сред­н­его зв­е­на и ин­же­не­ры, лю­ди по­л­ожи­т­ель­ные, со­лид­н­ые и непь­ющие. У юрьев­цев поя­вил­ся до­пол­н­и­т­ель­ный ис­точ­н­ик до­хо­да, поск­оль­ку дач­н­ики, не осо­бо стес­н­ён­н­ые в средст­вах, охот­но пок­упа­ли у мест­н­ых мо­л­око, мёд, яго­ды и про­чие да­ры прир­о­ды. Де­ти юрьев­цев лет­ом об­ща­л­ись с детьми дач­н­и­к­ов и да­же дру­жи­ли. А пот­ом… пот­ом наст­упи­ла пер­естрой­ка, за ней раз­ва­л­ил­ся СССР, поч­то­в­ый ящик за­хир­ел, мн­огие ра­б­от­н­ики за­в­о­да про­да­ли свои да­чи, те, кто ос­тал­ся, разв­е­ли на зак­он­н­ых сот­к­ах карт­ош­ку и ов­ощи, кро­ли­к­ов и кур и во­об­ще пер­еш­ли на са­моо­к­упае­мость. Кое-как пер­ежи­ли де­вя­но­с­тые, а в на­ч­а­ле двухт­ы­сяч­н­ых за­в­од восс­та­нов­и­ли, да но­в­ые хо­зяе­ва дач ок­а­за­л­ись люд­ьми сос­тоя­тель­ны­ми, в то вре­мя, как юрьев­цы всё боль­ше ни­ща­ли. Со­в­хоз прик­а­зал дол­го жить, нек­от­ор­ые из се­л­ян, так­ие, как Игорь Плот­н­и­к­ов, су­ме­ли впи­сать­ся в но­в­ый пор­я­док и за­ня­л­ись фер­мерс­твом. Боль­шинс­тво же ра­б­от­а­ло на бол­ее удач­ли­вых од­н­о­сель­чан или на­ни­ма­лось к дач­н­и­к­ам. Преж­н­ие тёп­лые от­н­оше­ния в дер­евне ис­чез­ли, од­н­ако ис­чез­н­ов­е­ния де­тей и подр­ост­к­ов за­став­и­ли обит­а­тел­ей Юрьев­ки сп­лот­ит­ь­ся и наст­ор­ожит­ь­ся. А нек­от­ор­ых и силь­но при­за­д­умать­ся. Из так­их бы­ла и Ек­а­тер­и­на Фё­дор­ов­на. Она-то и вспом­н­и­ла о прои­з­ошедш­ем бол­ее двад­ца­ти лет на­зад очень стран­н­ом и да­же страш­н­ом прои­сшест­вии.
Гавр­иил Сте­па­нов­ич Кал­мы­ков был глав­н­ым ин­же­нер­ом во­ен­н­ого за­в­о­да, у него бы­ла прек­рас­н­ая да­ча в Юрьев­ке и трое де­тей. Са­мо­му стар­ше­му, Ал­ек­санд­ру, на мо­мент опи­сы­вае­мых со­бы­тий бы­ло ок­о­ло трид­ца­ти лет, он ок­он­ч­ил ме­ди­цинс­кий ин­с­тит­ут и успеш­но тру­дил­ся хир­ур­гом Пер­вой Гор­одс­кой боль­ни­цы. Мо­л­о­дой врач был весь­ма тал­ант­л­ив, ему про­чи­ли хор­ошую ка­рье­ру, он был от­цов­с­кой гор­д­о­стью. Ал­ек­сандр был сы­ном ра­но умер­шей пер­вой же­ны Гавр­ии­ла Сте­па­нов­и­ча, глав­н­ый ин­же­нер боль­ше не пла­нир­о­в­ал же­нит­ь­ся, но как гов­ор­ят в нар­о­де – се­ди­на в бор­о­ду, бес в реб­ро. Ког­да Са­ша был подр­остк­ом, Гавр­иил Сте­па­нов­ич прив­ёл нов­ую же­ну – тих­ую, скром­н­ую и со­в­с­ем мо­л­о­день­кую Ага­фью Лавр­ову. Дев­уш­ка бы­ла дет­д­омов­с­кой, о ро­ди­т­е­л­ях ни­ч­его не гов­ор­и­ла, от­д­ел­ы­ва­ясь од­ной тра­д­ици­он­ной фра­зой про авт­о­к­а­т­аст­ро­фу и ран­н­ее сир­от­с­тво. Не вер­ить ей не бы­ло ос­н­о­в­а­ний, тем бол­ее, что мо­л­о­дая же­на ве­ла се­бя ти­ше во­ды, ни­же тра­вы, очень быст­ро за­б­ер­еме­не­ла и ро­ди­ла двой­ня­шек – доч­ку Из­оль­ду и сы­на Ро­мео, кот­ор­ого позд­н­ее ста­ли на­зы­вать про­с­то Ром­кой, пот­ому как Ро­мео Гавр­и­л­ов­ич зву­ча­ло сов­ер­шен­но за­пре­дель­но.
- Что? – пор­а­зил­ся тут Макс. – Из­оль­да, ок­а­зы­ва­ет­ся сес­т­ра быв­ше­го главв­ра­ча Кал­мы­ко­ва? И Ни­к­ита при­х­о­дил­ся ей пле­мян­н­ик­ом, а На­стя – дво­юр­од­ной пле­мян­н­ицей?
- Точ­но так, - под­твер­д­и­ла Ек­а­тер­и­на Фё­дор­ов­на.
- А как она дош­ла до жиз­ни та­кой? – выр­ва­лось у Мак­са.
- А ты даль­ше слу­шай, - ус­мех­н­ул­ась ста­р­у­ха. – Это, ми­л­ок, всё приск­аз­ка бы­ла. Сказ­ка вся ещё впер­е­ди. Ма­л­ень­кие дет­ки спать не да­ют, а с боль­ши­ми – и сам не зас­н­ёшь…
Дор­огие чит­а­те­ли! У авт­о­ра на дан­н­ый мо­мент про­бл­емы с ком­пью­тер­ом, по­это­му не оби­жай­тесь, ес­ли я как­ое-то вре­мя не смо­гу от­ве­чать на от­з­ы­вы сра­зу, поск­оль­ку пол­н­оцен­но зай­ти на КФ мо­гу толь­ко на ра­б­о­те. Но я пос­т­а­р­аюсь вык­ла­д­ы­вать про­дол­же­ние по-преж­н­ему, так что не вол­н­уй­тесь, и от­з­ывов то­же жду, они ме­ня вдох­н­ов­л­яют.
Гла­ва 13. Хор­ошо за­б­ытое стар­ое. Часть вт­о­р­ая
Ек­а­тер­и­на Фё­дор­ов­на нем­н­ого по­мол­ч­а­ла, а за­тем нео­ж­и­дан­но ска­за­ла:
- Ты пей чай-то, ми­л­ок, пей, а то пот­ом, бо­юсь, ап­пет­ит про­па­д­ёт.
Макс сгрыз нес­коль­ко вкус­н­ых ма­л­ень­ких, яв­но дом­аш­н­их, а не пок­уп­н­ых, пе­че­ньиц, до­пил на­ч­ав­ший ос­ты­вать чай и зая­вил:
- Про­дол­жай­те, Ек­а­тер­и­на Фё­дор­ов­на. Я весь вни­ма­ние.
Ста­р­у­ха ус­мех­н­ул­ась, кив­н­у­ла и про­дол­жи­ла расс­ка­зы­вать…
… Ког­да у Ага­фьи ро­ди­л­ись Из­оль­да и Ро­мео, стар­ший сын Гавр­ии­ла Кал­мы­ко­ва, Са­ша, был уже подр­остк­ом – вполне са­мос­тоя­тель­ным, не тре­бу­ю­щим к се­бе из­л­иш­н­его вни­ма­ния, ум­н­ым и цел­еу­стрем­л­ён­н­ым. Он не дос­тав­л­ял от­цу хло­пот – от­л­ич­но учил­ся, с дур­н­ыми ком­па­ния­ми не зн­ал­ся, ра­но вы­брал бу­д­ущую проф­ес­с­ию и уже в шко­ле на­ч­ал гот­ов­ит­ь­ся к пос­т­уп­ле­нию в ме­ди­цинс­кий ин­с­тит­ут. Гавр­иил Кал­мы­ков и под­з­а­б­ыл уже, что так­ое груд­н­ые мал­ыши, да и в мл­а­д­ен­ч­ес­тве Са­ша был весь­ма спо­кой­ным ре­бёнк­ом, да­же пла­к­ал ред­ко, пред­по­чит­ая гу­лить, ес­ли всё бы­ло в пор­яд­ке, или сер­д­ито крях­т­еть, ес­ли что-то бы­ло не так. Са­ши­на ма­ма пос­ле его рож­д­е­ния на­ч­а­ла силь­но бол­еть, и вме­с­те с Кал­мы­ко­в­ыми жи­ла её вд­о­в­ая тёт­уш­ка, кот­о­р­ая и взя­ла на се­бя все за­б­оты о Са­ше. Но к мо­мен­ту рож­д­е­ния Из­оль­ды и Ром­ки она силь­но пос­т­ар­е­ла, сда­ла и ухо­дом за мл­а­д­ен­ца­ми за­ни­мать­ся бы­ла ре­ши­т­ель­но неспо­соб­на.
А Из­оль­да и Ром­ка уро­ди­л­ись весь­ма бес­по­кой­ны­ми и шум­н­ыми, и мо­л­о­день­кая ма­ма с ни­ми сов­ер­шен­но из­му­чил­ась. Ка­за­лось, у двой­ня­шек был сов­ер­шен­но неис­с­я­к­ае­мый за­пас громк­их воплей, при­ч­ём стои­ло Из­оль­де за­д­ре­мать, как Ро­мео, кот­ор­ый час­тень­ко за­д­ум­чи­во мол­ч­ал, по­ка сес­т­ра над­р­ы­вал­ась от кри­ка, тут же на­ч­и­нал ор­ать с но­в­ыми си­л­ами. Ага­фья во­зи­ла де­тей по вра­ч­ам, но те толь­ко ру­к­ами раз­в­о­ди­ли – двой­няш­ки бы­ли аб­с­ол­ют­но здор­о­вы, обл­а­д­а­ли от­мен­н­ым ап­пет­ит­ом и рос­ли не по дн­ям, а по ча­сам. Но во­пить не пер­ес­т­а­ва­ли, успок­аи­ва­ясь толь­ко на ру­к­ах у стар­ше­го бра­та. Но Са­ша не мог быть мал­ышам пос­т­оян­ной нянь­кой - у него бы­ла учё­ба, за­нят­ия в ме­ди­цинс­ком круж­ке, под­гот­ов­и­т­ель­ные кур­сы, и Кал­мы­ков-стар­ший, по­ни­мая, что же­на не справ­л­яет­ся с детьми и дом­аш­н­им хо­зяй­ством, не стал скан­д­а­л­ить, а про­с­то за­д­умал­ся над тем, что­бы на­нять по­мощ­н­и­цу по хо­зяй­ству. И на­нял силь­но тог­да нуж­д­ав­шую­ся в день­гах Ек­а­тер­и­ну Фё­дор­ов­ну, так что все прои­з­ошедш­ие пот­ом со­бы­тия она ви­де­ла фак­т­и­ч­ес­ки свои­ми гла­за­ми.
А пот­ом в вор­ота до­ма Кал­мы­ко­в­ых пос­т­у­ча­ла не­за­мет­н­ая стар­уш­ка. Она от­о­дви­ну­ла ос­тол­бе­нев­шую от ужа­са Ага­фью, прош­ла в дом и про­ши­пе­ла:
- Скрыть­ся от ме­ня на­д­ума­ла, сат­а­нинс­кое от­ро­д­ье!
На воз­мут­ив­ше­го­ся Са­шу она за­мах­н­ул­ась су­к­о­в­атой пал­кой, и подр­о­с­ток, пер­е­х­ват­ив её, ос­тор­ож­но разв­ер­н­ул непо­нят­н­ую го­стью ли­цом в стор­о­ну ка­л­ит­ки и по­сов­ет­о­в­ал от­прав­л­ять­ся ту­да, от­к­у­да она приш­ла. Ста­р­у­ха толь­ко ус­мех­н­ул­ась и зая­ви­ла:
- А ты зна­ешь, как­ую змею твой от­ец на гру­ди при­грел?
Са­ша удив­ил­ся, но ве­с­ти светс­кие бе­се­ды с су­ма­сшедш­ей ста­р­у­хой не вхо­ди­ло в его пла­ны, и он про­с­то пов­т­ор­ил свой сов­ет по по­в­о­ду возв­ра­ще­ния ба­б­уш­ки в род­н­ые пе­н­аты. Воз­мож­но, она бы и при­ня­ла этот сов­ет к све­де­нию, но пос­л­ед­н­ие сло­ва баб­ки услы­шал вер­н­ув­ший­ся Кал­мы­ков-стар­ший. Он не стал про­го­нять стар­у­ху, бол­ее то­го, пров­ёл в свой ка­б­и­нет и о чём-то дол­го гов­ор­ил с нею. Ек­а­тер­ине Фё­дор­овне не сра­зу ста­ло из­в­ест­но со­держ­а­ние бе­се­ды, она пы­тал­ась успок­оить Ага­фью, с кот­орой пос­ле ухо­да гос­тьи в ка­б­и­нет му­жа на­ч­ал­ась нат­ур­аль­ная ис­тер­ика, а Са­ша пы­тал­ся успок­оить разор­ав­ших­ся двой­ня­шек. Ему уда­лось это дов­оль­но быст­ро, в спальне мл­а­д­ен­цев наст­а­ла бл­ажен­н­ая ти­ши­на, да и Ага­фья, на­пив­шись успок­ои­т­ель­но­го, ус­н­у­ла. А раз­гов­ор всё про­дол­жал­ся.
За­тем час спус­тя ста­р­у­ха уш­ла, а от­н­оше­ние Кал­мы­ко­ва-стар­ше­го к жене и двой­няш­к­ам неу­лов­имо из­ме­ни­л­ось. Нет, с ви­ду всё ос­та­ва­лось вполне бла­го­прис­той­но, но по прик­а­зу хо­зяи­на в не­бо­льшой ка­мор­ке на вт­ор­ом эта­же, ря­дом с детс­кой, бы­ла обо­ру­до­в­а­на для неё спаль­ня, а сам Кал­мы­ков-стар­ший стар­ал­ся об­щать­ся с же­ной как мож­но мень­ше, а уж двой­няш­ки его ста­ли толь­ко раздр­ажать. Са­ша, на­до ска­зать, не из­ме­нил свое­го от­н­оше­ния к ма­ч­е­хе – оно бы­ло хоть и не слишк­ом тёп­лым, но ува­жи­т­ель­ным, бол­ее то­го, он нес­коль­ко раз пы­тал­ся по­гов­ор­ить с от­цом, но нар­ы­вал­ся толь­ко на:
- Не лезь не в свое де­ло!
Вре­мя шло, двой­няш­ки под­р­аста­ли, Са­ша ок­он­ч­ил шко­лу с зо­л­отой ме­да­лью, пос­т­упил в ин­с­тит­ут и уе­хал учит­ь­ся. Для бед­ной Ага­фьи наст­а­ли со­в­с­ем бес­про­свет­н­ые дни, тем бол­ее, что ког­да Из­оль­да и Ро­мео под­р­ос­ли, Гавр­иил Кал­мы­ков расс­чит­ал Ек­а­тер­и­ну Фё­дор­ов­ну, зая­вив, что те­перь же­на справ­ит­ся и са­ма. И та поч­ти без­вы­лаз­но за­се­ла до­ма, гот­о­вя, сти­р­ая, за­ни­ма­ясь убор­кой и при­сматр­и­вая за Из­оль­дой и Ро­мео. А вот с ни­ми от­ец стал об­х­о­дит­ь­ся весь­ма жёст­ко. Нет, он мал­ышей не бил и не оби­жал, но уста­нов­ил для них жёст­к­ий ре­жим дня, кот­ор­ого они обя­за­ны бы­ли при­дер­жи­вать­ся, сам за­ни­мал­ся с ни­ми фи­зи­ч­ес­ки­ми упраж­н­е­ния­ми, зак­а­л­и­вал, за­став­ляя об­л­и­вать­ся на мор­о­зе во­дой и бе­гать по сн­егу, при­дер­жи­вать­ся стро­гой дие­ты и пит­ать­ся толь­ко прав­иль­ной пи­щей. Со стор­о­ны мог­ло пок­а­зать­ся – что тут пло­хо­го? От­ец за­б­от­ит­ся о фи­зи­ч­ес­ком здор­о­в­ье дет­ишек, вос­пит­ы­ва­ет, приу­ча­ет к пор­яд­ку, тем бол­ее, что фи­зи­ч­ес­ки Кал­мы­ков де­тей не нак­а­зы­вал. Так что в Юрьев­ке, где ре­мень был нор­мой жиз­ни и вер­н­ей­шим средс­твом вос­пит­а­ния, ниск­оль­ко не трев­ожи­ли так­ие мет­о­ды Кал­мы­ко­ва. Че­лов­ек учё­ный, с выс­шим об­ра­зо­в­а­ни­ем, зна­ет, что де­л­ает.
И в шко­ле при­ч­ин придр­ать­ся к се­мье Кал­мы­ко­в­ых не на­хо­ди­л­ось – двой­няш­ки, рас­тер­яв­шие свою бы­лую ги­пер­ак­т­ив­н­ость, ве­ли се­бя иде­аль­но, учи­л­ись стар­а­тель­но, бы­ли хор­ошо оде­ты, обу­ты, все учеб­н­ики и при­надл­еж­н­о­с­ти у них бы­ли в пор­яд­ке, день­ги за школь­ные завт­ра­ки вн­о­си­л­ись испр­ав­но, от­ец по­се­щал все соб­ра­ния лич­но или в со­пров­ож­д­е­нии мол­ч­а­ли­вой ма­те­ри и на все ини­циа­ти­вы пе­да­го­гов реа­гир­о­в­ал по­л­ожи­т­ель­но. Че­го ж ещё?
Ма­ло кто из учи­т­ел­ей за­ме­чал, что мать двой­ня­шек Кал­мы­ко­в­ых слишк­ом уж мол­ч­а­л­и­ва, что они бо­ят­ся от­ца до дро­жи в ко­л­е­нях, что не участ­ву­ют в школь­ных круж­к­ах, а сра­зу пос­ле шко­лы бе­гут до­мой, бо­ясь опоз­дать хоть на ми­ну­ту. И что в школь­ном бу­фе­те они вн­о­сят день­ги толь­ко на завт­ра­ки, а вот да­же са­мую мал­ю­сень­кую бу­лоч­ку или шок­ол­ад­ку им ку­пить не на что. И что из до­му они вы­хо­дят толь­ко в шко­лу, на ули­це с дру­зья­ми не гу­ля­ют, да и дру­зей у них нет, пот­ому что дер­жат­ся они вс­ег­да вме­с­те, а в клас­се си­дят за од­ной пар­той. И что так­ого? Они ж двой­няш­ки, а двой­няш­ки и бл­из­н­е­цы – де­ти осо­бен­н­ые, им друг дру­га хват­ает.
Так всё и шло… До оп­ре­де­л­ён­н­ого мо­мен­та. Жизнь двой­няш­к­ам ск­ра­ши­ва­ли толь­ко редк­ие прие­з­ды стар­ше­го бра­та, кот­ор­ый стал со­в­с­ем вз­р­ос­л­ым и пле­вать хо­т­ел на за­пре­ты от­ца. Имен­но он прив­о­зил Из­оль­де и Ром­ке по­дар­ки, пок­упал шок­ол­ад­н­ые кон­фе­ты и про­чие стро­го за­пре­щён­н­ые в дру­гое вре­мя лак­омст­ва и во­зил в Гор­од – в ки­но и в парк атт­рак­цио­нов. Гавр­иил Кал­мы­ков сы­на ру­гал, но поск­оль­ку к Са­ше он от­н­о­сил­ся с ку­да боль­шей неж­н­о­стью, чем к двой­няш­к­ами, тот про­дол­жал нар­ушать уста­нов­л­ен­н­ый от­цом для бед­н­яг стро­гий ре­жим.
Так прош­ло пят­н­ад­цать лет. За это вре­мя от­н­оше­ния меж­ду Кал­мы­ко­в­ым-стар­шим и двой­няш­к­ами не по­т­еп­ле­ли ни на йо­ту. Бед­н­ые подр­ост­ки по­нять не мог­ли, за что их так не­взл­ю­б­ил род­ной от­ец – вн­ешне они оба бы­ли очень кра­си­вы­ми – ярк­ий бл­он­д­ин Ром­ка и пе­пель­нов­о­л­о­сая Из­оль­да, оба ху­день­кие, не­вы­с­ок­ие, хор­ошень­кие. При­ч­ём наст­оль­ко по­хо­жие друг на дру­га (а для двой­ня­шек это ред­к­ость, обыч­но так­им зерк­аль­ным сх­одс­твом от­л­и­ч­ают­ся толь­ко бл­из­н­е­цы), что от­л­и­ч­ить их мож­но бы­ло толь­ко по цве­ту во­л­ос. Двой­няш­ки неп­л­о­хо учи­л­ись, ве­ли се­бя вполне смир­но и не име­ли нар­е­к­а­ний, но Кал­мы­ков-стар­ший по-преж­н­ему вёл се­бя с ни­ми, как ар­мей­ский серж­ант с нов­об­ран­ца­ми. Ага­фья же все эти го­ды так и проск­оль­зи­ла по до­му мол­ч­а­ли­вой бес­шум­ной те­нью, вы­хо­дя толь­ко в ма­га­зин и из­ред­ка вы­би­р­аясь ку­да-ни­б­удь с му­жем, где непр­емен­но тре­бо­в­а­лось её при­сут­ствие.
Что же ка­са­ет­ся Гавр­ии­ла Кал­мы­ко­ва, то за эти го­ды он успел за­в­е­с­ти се­бе лю­б­ов­н­и­цу – раз­б­ит­н­ую мед­с­ес­трич­ку из подв­е­домс­твен­ной ему боль­ни­цы, па­ру раз разв­е­дён­н­ую, при­ч­ём му­жья от неё ухо­ди­ли из-за непр­о­хо­д­имой ск­лон­н­о­с­ти к бл­яд­ству, но всё ещё весь­ма ми­л­ень­кую, с хор­ошей фигур­кой, коп­ной свет­л­ых кудр­яшек и огром­н­ыми гол­у­бы­ми гла­за­ми. У неё был сын Ра­фа­эль – по­го­в­ар­и­ва­ли, что от Кал­мы­ко­ва. Маль­чиш­ка был хор­ошень­кий до нев­озмож­н­о­с­ти, про­с­то ан­ге­лок – бе­ло­к­ур­ый и кудр­я­вый, как мать, с огром­н­ыми гол­у­бы­ми гла­за­ми. И вот его Кал­мы­ков-стар­ший ба­ло­в­ал, не осо­бо стес­ня­ясь. Маль­чиш­ка рос ве­сё­л­ым, ум­н­ень­ким и не­за­шу­ган­н­ым, но вот ког­да ему ис­пол­н­и­л­ось семь лет, прои­з­ош­ла тра­ге­дия. Ра­фа­эль про­пал.
Маль­чи­ка ис­ка­ли… и, к со­жа­л­е­нию, наш­ли. К со­жа­л­е­нию, пот­ому что те­ло об­н­ар­ужи­ли в так­ом ви­де, что да­же бы­ва­л­ых опер­ов про­ня­ло. Маль­чик был мн­огок­рат­но из­н­а­си­л­о­в­ан, же­с­т­око из­б­ит и попр­ос­ту за­пы­тан. Не­с­част­н­ая мать, ви­нив­шая во вс­ём се­бя, пол­ез­ла в пет­лю. От­ка­ч­ать её не успе­ли.
По­хо­р­о­ны ма­те­ри и сы­на взял на се­бя Кал­мы­ков, ра­зом пос­т­ар­ев­ший и сс­ут­у­лив­ший­ся от го­ря. А убий­цу ма­л­ень­ко­го Ра­фаэ­ля так и не наш­ли.
Прош­ло пол­го­да. Кал­мы­ков-стар­ший с го­л­овой уш­ёл в ра­б­оту, ос­ла­б­ил конт­роль за Из­оль­дой и Ром­кой, и они впер­вые за дол­гое вре­мя вз­дох­н­у­ли сво­бод­н­ее. Так про­шёл год. А ког­да двой­няш­к­ам ис­пол­н­и­л­ось по пят­н­ад­цать лет, в до­ме Кал­мы­ко­в­ых разр­а­зил­ся страш­н­ый скан­д­ал. Прав­да, дов­оль­но ти­хий скан­д­ал, ни­к­то так не по­нял, в чём де­ло, но Ром­ка ис­чез из ро­ди­т­ель­ско­го до­ма, при­ч­ём Гавр­иил Кал­мы­ков гов­ор­ил, что у подр­ост­ка об­н­ар­ужи­л­ись нел­а­ды со здор­о­в­ьем и он от­прав­ил его в са­нат­ор­н­ую шко­лу, где, дес­кать, мож­но и ле­чит­ь­ся, и учит­ь­ся. Нар­од по­к­и­вал, но удив­ил­ся – нес­мот­ря на хрупк­ий вн­еш­н­ий вид, двой­няш­ки от­ро­дясь ни­ч­ем не бол­е­ли. А тут вд­руг… А пот­ом у де­сят­ик­ласс­н­и­цы Из­оль­ды Кал­мы­ко­вой стал ра­сти жив­от. Ви­нов­н­ик тут же был най­ден – скот­н­ик из мо­л­оч­н­ого фер­мерс­к­ого хо­зяйст­ва «Юрьевс­кая бу­р­ён­ка» Юр­ий Пенк­ин. Пар­ню бы­ло сем­н­ад­цать, до во­сем­н­ад­ца­ти ос­та­ва­л­ись счит­ан­н­ые не­де­ли, прои­с­х­о­дил он из се­мьи пот­омс­твен­н­ых алк­ого­ли­к­ов, с тру­дом зак­он­ч­ил де­вять клас­с­ов и те­перь тру­дил­ся скот­н­ик­ом, про­жи­вая в под­с­об­ке на этой са­мой фер­ме, ибо лю­б­ящие по­гу­лять и вы­пить род­н­ые в один прек­рас­н­ый зим­н­ий ве­чер зат­опи­ли печ­ку так, что из­б­ён­ка Пенк­и­ных сгор­е­ла вме­с­те с обит­а­те­л­ями. Юр­ку спас­ло толь­ко то, что он в этот день ква­сил с друж­к­ами в дру­гом ме­с­те и нак­ва­сил­ся наст­оль­ко, что до­мой при­полз­ти не смог фи­зи­ч­ес­ки. Вот этот ин­д­ив­и­ду­ум и взял на се­бя от­в­етс­твен­н­ость за бер­емен­н­ость шест­н­ад­цат­ил­ет­н­ей Из­оль­ды.
К удив­л­е­нию вс­ей Юрьев­ки, Кал­мы­ков-стар­ший не стал пи­сать зая­в­л­е­ние в ми­л­ицию и да­же не пы­тал­ся при­ме­нить к сов­рат­и­т­е­лю фи­зи­ч­ес­кие ме­ры воз­дей­ствия. Бол­ее то­го, он вы­де­лил де­нег, на­нял бри­га­ду плот­н­и­к­ов, и в ко­р­от­к­ие сро­ки был пос­т­ро­ен тот са­мый дом, в кот­ор­ом Макс по­бы­вал утром. Из­оль­ду и Юр­ия, кот­ор­ому на тот мо­мент ис­пол­н­и­л­ось во­сем­н­ад­цать, рас­пи­са­ли в ЗАГ­Се по справ­ке без вс­якой свад­ь­бы, пос­ле че­го Гавр­иил Кал­мы­ков зая­вил, что свой ро­ди­т­ель­ский долг по от­н­оше­нию к непу­тё­вой до­че­ри счит­ает ис­пол­н­ен­н­ым, как гов­ор­ит­ся, сов­ет да лю­б­овь. Мн­е­ние Ага­фьи, как обыч­но, в рас­чёт не при­ни­ма­лось, да и не осме­ли­вал­ась она его вы­ска­зы­вать. А что ка­са­ет­ся Из­оль­ды, то она с мо­мен­та по­спеш­ной от­с­ыл­ки бра­та из до­му пре­бы­ва­ла в ка­кой-то прос­тра­ции, так что все пос­л­е­ду­ю­щие со­бы­тия вос­при­ня­ла рав­н­о­душ­но.
Мо­л­о­дые за­жи­ли вме­с­те, ни о ка­кой шко­ле для глу­бо­ко бер­емен­ной Из­оль­ды речь уже не шла, и, воз­мож­но, будь Юр­ка Пенк­ин дру­гим че­ло­век­ом, всё сло­жи­л­ось бы не так тра­гич­но. Но он был ник­ч­ём­ной др­я­нью и уже сло­жив­шим­ся алк­ашом, кот­ор­ый на­ч­ал стро­ить свою юную же­ну уже с пер­вых дн­ей се­мей­ной жиз­ни. Бед­н­ая Из­оль­да не раз бе­га­ла прят­ать­ся к со­сед­к­ам от озв­ер­ев­ше­го му­жа, бе­га­ла и до­мой, но от­ец ник­ог­да не от­к­ры­вал ей вор­ота. Са­ша в то вре­мя ра­б­от­ал хир­ур­гом в во­ен­н­ом гос­пит­а­ле в Чечне, его ком­ан­д­ир­ов­ка зат­я­нул­ась, и о со­бы­ти­ях, прои­с­х­о­дя­щих в род­н­ом до­ме, он уз­н­ал до­зир­о­в­ан­но и с боль­шим за­поз­да­ни­ем.
В кон­це кон­цов в од­но да­ле­ко не прек­рас­н­ое ут­ро ис­те­к­аю­щая кро­в­ью Из­оль­да кое-как до­брал­ась до со­сед­ки, ба­бы Ма­ни По­ли­ва­но­вой, и попр­о­си­ла выз­вать «Ско­рую». У неё на­ч­а­л­ись преж­дев­ре­мен­н­ые ро­ды. По­ка ста­р­у­ха бе­га­ла за фельдш­е­р­ицей, по­ка та до­зво­нил­ась до рай­он­ной скор­по­мощ­ной стан­ции, вре­мя бы­ло упу­ще­но, и ше­с­т­име­сяч­н­ый плод по­гиб. Са­ма же Из­оль­да дол­го прол­ежа­ла в боль­ни­це, а выш­ла из неё со­в­с­ем дру­гим че­ло­век­ом. Юр­ка Пенк­ин к то­му вре­ме­ни попр­ос­ту удрал из дер­ев­ни, ис­пу­гав­шись то­го, что Из­оль­да обв­и­нит его в ги­б­е­ли мл­а­д­ен­ца, что бы­ло бы сов­ер­шен­но справ­ед­ли­вым, поск­оль­ку имен­но пос­ле его по­бо­ев у неё и на­ч­ал­ся вы­ки­дыш.
Что же ка­са­ет­ся Из­оль­ды, то она пос­ле вы­хо­да из боль­ни­цы ста­ла ве­с­ти, гов­оря язы­ком ми­л­ицей­ско­го про­ток­о­ла, «бес­пор­я­доч­н­ый об­раз жиз­ни», что вы­ра­жа­лось в мн­ого­чис­лен­н­ых свя­зях с са­мы­ми раз­н­ыми предс­тав­и­т­е­л­ями про­тив­опо­л­ож­н­ого по­ла и неу­мер­ен­н­ом упот­реб­л­е­нии спирт­н­ых на­пит­к­ов. Вс­ко­ре она ок­а­зал­ась вн­овь бер­емен­ной и бла­го­пол­уч­но ро­ди­ла сы­на – то­го са­мо­го Илью.
В это вре­мя вер­н­ул­ся из Чеч­ни Са­ша, ужас­н­ул­ся то­му, что прои­з­ош­ло с двой­няш­к­ами, и попр­о­бо­в­ал убе­дить от­ца заб­рать у Из­оль­ды ма­л­ень­ко­го Ил­юшу. В этом он не преу­спел, бол­ее то­го, меж­ду от­цом и сы­ном сос­то­ял­ся весь­ма тя­жё­л­ый раз­гов­ор, пос­ле кот­ор­ого Гавр­иил и Са­ша не об­ща­л­ись полт­о­ра го­да. По­мир­ит­ь­ся их за­став­и­ла толь­ко смерть угас­шей от ра­ка Ага­фьи.
Са­ша пы­тал­ся по­мочь Из­оль­де, но та разр­уша­ла свою жизнь с зав­ид­ной энер­ги­ей. Он пы­тал­ся ле­чить сес­т­ру от алк­ого­лиз­ма – она убе­га­ла из боль­ни­цы и при­ни­мал­ась за стар­ое, про­бо­в­ал по­мо­гать день­га­ми – она их про­пи­ва­ла. Он пы­тал­ся заб­рать Илью, но Из­оль­да зая­ви­ла, что в этом слу­чае она пок­он­ч­ит с со­бой… К то­му же у Са­ши бы­ла уже своя се­мья и бер­емен­н­ая мо­л­о­дая же­на. Так что Са­ша прив­о­зил ей про­дук­ты, детс­кое пит­а­ние и детс­кие ве­щи, имен­но бла­го­да­ря это­му Илья и не от­к­и­нул тап­ки с та­кой ма­ма­шей ещё в мл­а­д­ен­ч­ес­тве.
Дер­ев­ня же че­с­а­ла язы­ка­ми во всю. Пе­ри­пет­ии жиз­ни се­мьи Кал­мы­ко­в­ых бы­ли для Юрьев­ки по­чи­ще, чем лю­бой мек­си­к­анс­кий сер­иал. Нар­од не­доу­ме­вал – в чём при­ч­и­на столь резк­ого охлаж­д­е­ния и фак­т­и­ч­ес­ки не­н­ав­и­с­ти Гавр­ии­ла Кал­мы­ко­ва к собс­твен­н­ым мл­ад­ш­им дет­ям? Бы­ли раз­н­ые вер­с­ии – от то­го, что Ага­фья их наг­у­ля­ла, до то­го, что Кал­мы­ков-стар­ший от на­пря­жён­ной ра­б­оты пов­р­е­дил­ся рас­с­удк­ом. Кое-кто увер­ял, что двой­ня­шек подм­е­ни­ли в род­до­ме, нек­от­ор­ые осо­бо ра­д­ик­аль­но наст­ро­ен­н­ые ба­б­уш­ки за­яв­л­я­ли, что в де­тей вс­е­лил­ся бес и сво­ей стро­го­стью от­ец пы­тал­ся его изг­нать… Мн­ого че­го гов­ор­и­ли.
Но толь­ко од­на Ек­а­тер­и­на Фё­дор­ов­на, кот­орую Гавр­иил Кал­мы­ков по ста­рой па­мя­ти на­нял в си­дел­ки к уми­р­аю­щей Ага­фье, зн­а­ла хо­тя бы часть прав­ды.
Гла­ва 14. Хор­ошо за­б­ытое стар­ое. Часть трет­ья
- Ну, что, ми­л­ок, ут­оми­ла те­бя моя болт­ов­ня? – по­ин­т­ер­е­с­о­в­ал­ась Ек­а­тер­и­на Фё­дор­ов­на. – Хоть что-то пут­н­ое для се­бя услы­шал?
- Нет, что вы, - светс­ки от­в­е­т­ил Макс, - ниск­оль­ко не ут­оми­ла. И да, расс­ка­зы­вай­те даль­ше, мне очень ин­т­ер­ес­но. Так, гов­ор­и­те, у Ага­фьи был рак?
- Всё расс­ка­жу, - кив­н­у­ла ста­р­у­ха. – Ты пер­вый, кто мои­ми стар­уш­е­чьи­ми бред­н­ями вс­е­рьёз за­ин­т­ер­е­с­о­в­ал­ся. Мо­жет, и най­дёшь то, что ищешь. Вни­ма­тель­ный ты. Да­вай ещё чай­ку, Да­шень­ка уже ватр­уш­ек ис­пек­ла све­жень­ких, с твор­огом…
Макс по­ду­мал и кив­н­ул. Ста­р­у­ха поз­ва­ла Да­шу – сим­пат­ич­н­ую круг­ло­ли­цую жен­щи­ну лет двад­ца­ти пя­ти, и та немед­л­ен­но явил­ась со све­же­за­вар­ен­н­ым ча­ем и блю­дом вкус­н­ых ар­ом­ат­н­ых дер­ев­енс­ких ватр­уш­ек, на­пом­н­ив Ек­а­тер­ине Фё­дор­овне, что чер­ез пол­ч­а­са ей необ­хо­д­имо при­нять лек­арс­тво, а за­тем лечь в по­с­тель, да­бы не нар­ушать ре­жим. Ста­р­у­ха кив­н­у­ла:
- Хор­ошо, Да­шень­ка, мое­го расс­ка­за уже вс­его ни­ч­его ос­та­лось. Сту­пай по­ка, от­д­ох­ни, ес­ли что – по­з­ову.
Си­дел­ка кив­н­у­ла и бес­шум­но ис­пар­ил­ась, а из со­сед­н­ей ком­н­аты тут же до­нёс­ся при­глуш­ён­н­ый звук ра­б­от­аю­ще­го тел­е­в­из­о­ра.
- Сер­иал смот­р­ит, - улыб­н­ул­ась ста­р­у­ха, - пус­кай… А ты да­вай, уго­щай­ся, твор­ожок све­жий, дом­аш­н­ий, в Гор­о­де ва­шем так­ого не попр­о­бу­ешь…
Макс вон­з­ил зу­бы в ватр­уш­ку и сог­ла­сил­ся – прав­да, не попр­о­бу­ешь. Вкус­н­ый твор­ог, да и ку­ли­нар­кой си­дел­ка Да­ша ок­а­зал­ась от­мен­ной. А ста­р­у­ха меж­ду тем про­дол­жи­ла свой расс­каз…
Ок­а­зав­шись разл­у­чён­ной с детьми – Гавр­иил Кал­мы­ков да­же Из­оль­ду ей нав­ещать за­пре­щал – Ага­фья ста­ла чах­н­уть с тос­ки. Вн­е­зап­н­ое ис­чез­н­ов­е­ние Ром­ки бы­ло для неё боль­шим удар­ом, а уж не­с­част­н­ая се­мей­ная жизнь Из­оль­ды и во­в­се до­би­ла. Нес­та­р­ая ещё жен­щи­на по­се­де­ла и ста­ла со­в­с­ем по­хо­жа на тень. Вся дом­аш­няя ра­б­ота ва­л­ил­ась у неё из рук, по­рой она и во­в­се за­мир­а­ла, гля­дя в прос­транс­тво. Гавр­иил, при­вык­ший к оп­ре­де­л­ён­н­ому ур­ов­ню дом­аш­н­его ком­фор­та, ру­гал же­ну, но она толь­ко ки­ва­ла и вн­овь ухо­ди­ла в се­бя. А пот­ом у неё на­ч­а­л­ись силь­ные бо­ли в жив­о­те. Ага­фья дол­го тер­пе­ла, глот­а­ла аналь­гин, но ког­да тер­петь не ста­ло сил, всё-та­ки вы­брал­ась к фельдш­е­р­ице. Та, бу­д­у­чи жен­щи­ной опыт­ной, за­по­до­зри­ла нел­ад­н­ое и зая­ви­ла, что Ага­фье на­до непр­емен­но прой­ти обс­ле­до­в­а­ние в боль­ни­це. Ага­фья пы­тал­ась от­н­е­к­ать­ся, но фельдш­е­р­и­ца ок­а­зал­ась на­стой­чи­вой, выз­ва­ла ма­ши­ну из рай­он­ной боль­ни­цы и от­прав­и­ла Ага­фью, у кот­орой к то­му вре­ме­ни на­ч­ал­ся очер­ед­ной прис­т­уп жес­т­о­чай­ших бол­ей, ту­да.
К ве­че­ру к фельдш­е­р­ице явил­ся скан­д­а­л­ить Гавр­иил, зая­вив­ший, что его же­на – си­му­лянт­ка, как­их ма­ло, и что без его ве­до­ма фельдш­ер не име­ла пра­ва вы­зы­вать «Ско­рую». Од­н­ако та от­в­е­т­и­ла, что Ага­фья яв­л­яет­ся сов­ер­шен­н­ол­ет­н­ей дее­спо­соб­ной граж­д­ан­кой Рос­с­ии и име­ет пра­во на ме­ди­цинс­кую по­мощь вне зав­и­си­мо­с­ти от то­го, хо­чет это­го граж­д­а­нин Кал­мы­ков или нет. И что она ду­ма­ет, что диа­г­ноз Ага­фьи весь­ма неу­те­ши­т­е­л­ен, и бу­дет ра­да, ес­ли он не под­твер­д­ит­ся. И, в кон­це кон­цов, неу­же­ли по­мя­нут­ый граж­д­а­нин Кал­мы­ков счит­ает, что она, фельдш­ер Пе­го­ва, ста­ла бы го­нять ка­зён­н­ую ма­ши­ну, не будь к это­му се­рьёз­н­ого по­в­о­да. С эти­ми сло­в­ами жен­щи­на ук­а­за­ла Кал­мы­ко­ву на дв­ерь, вел­ев за­хо­дить толь­ко стро­го по де­лу.
Диа­г­ноз рай­он­н­ых эс­ку­ла­пов ок­а­зал­ся неу­те­ши­т­е­л­ен – у Ага­фьи наш­ли рак мат­ки в пос­л­ед­н­ей ста­д­ии, за­пу­щен­н­ый и нео­п­ер­а­б­ель­ный. Бе­се­до­в­ав­ший с му­жем хир­ург зая­вил, что по­мочь жен­щине уже, в сущ­н­о­с­ти, не­чем, кро­ме ре­цеп­та на силь­ные нар­к­о­со­дер­жа­щие обез­б­о­ли­ва­ю­щие и во­прос кон­ч­и­ны Ага­фьи – толь­ко во­прос вре­ме­ни.
Ага­фью вы­пи­са­ли до­мой умир­ать, и Гавр­иил Кал­мы­ков по ста­рой па­мя­ти попр­о­сил Ек­а­тер­и­ну Фё­дор­ов­ну поу­ха­жи­вать за Ага­фьей, обе­щая не оби­деть с день­га­ми. Ек­а­тер­и­на Фё­дор­ов­на, кот­о­р­ая пол­у­ча­ла к то­му вре­ме­ни ни­щенс­кую пен­с­ию и не име­ла воз­мож­н­о­с­ти ниг­де под­р­а­б­от­ать и пос­л­ать сы­ну на зо­ну си­гар­ет и кар­амел­ек, сог­ла­сил­ась ес­ли не с ра­д­о­стью – грех ра­д­о­в­ать­ся чу­жой бе­де, то с удов­лет­в­ор­е­ни­ем от воз­мож­н­о­с­ти хоть как-то по­мочь до­си­жи­ва­ю­ще­му срок сы­ну.
В до­ме Кал­мы­ко­ва, кот­ор­ый то­же уже вы­шел на пен­с­ию, но яв­но имел как­ие-то нак­оп­ле­ния, ибо осо­бо не счит­ал де­нег, во­цар­ил­ся от­н­о­си­т­ель­ный пор­я­док и по­кой. Ек­а­тер­и­на Фё­дор­ов­на тя­жё­лой ра­б­оты не боя­л­ась, ук­о­лы она в своё вре­мя дел­ать выу­чил­ась, ра­б­от­ая по­мощ­н­ицей у ве­тер­и­нар­н­ого вра­ча, а за­од­но на­в­е­с­ти пор­я­док в до­ме поч­ти вд­ов­ца – так­ое она и за ра­б­оту не счит­а­ла. Ей бы­ло ис­кренне жаль Ага­фью, и да­же Кал­мы­ко­ва, кот­ор­ый тя­же­ло пер­ежи­вал сс­о­ру со стар­шим сы­ном, она то­же жал­е­ла. По­рой жен­щине хо­т­е­лось по­сов­ет­о­в­ать, что­бы Гавр­иил на­шёл в се­бе си­лы по­мир­ит­ь­ся с Са­шей, взять к се­бе непу­тёв­ую Золь­ку и пол­ю­б­ить бу­д­уще­го вну­ка. Но гов­ор­ить так­ое вс­лух она не осме­ли­вал­ась – кру­той нрав Кал­мы­ко­ва, кот­ор­ый в своё вре­мя дер­жал в кул­а­ке весь за­в­од, с го­да­ми не стал луч­ше, а уж пос­ле смер­ти лю­б­ов­н­и­цы-мед­с­ес­т­ры и ма­л­ень­ко­го Ра­фаэ­ля и во­в­се ис­порт­ил­ся. Стар­ик жил бир­юк­ом, единс­твен­н­ыми, кто его нав­ещал, бы­ли поч­т­а­льон­ша с пен­с­ией и Ек­а­тер­и­на Фё­дор­ов­на.
Меж­ду тем Ага­фье ста­нов­и­л­ось всё ху­же, и вот од­н­аж­ды, пос­ле то­го, как Ек­а­тер­и­на Фё­дор­ов­на сдел­а­ла ей ук­ол, и жен­щине на вре­мя пол­ег­ч­а­ло, она сжа­ла ру­ку си­дел­ки и про­шепт­а­ла:
- Пос­л­ушай ме­ня… Я ведь ум­ру ско­ро, мо­жет, нын­че же… Хо­чу ду­шу обл­ег­ч­ить… Пло­хо мне. Пло­хо. Нет мне Рая. Вы­слу­шай ме­ня.
- Мо­жет, я за от­цом Да­нии­л­ом сх­ожу? – по­пы­тал­ась пред­л­ожить Ек­а­тер­и­на Фё­дор­ов­на. – Ему же по са­ну ис­пов­е­ди при­ни­мать, не мне.
- Нет… нет… Гавр­иил не позв­о­лит… Он Ада не бо­ит­ся, свя­щен­н­ика и бл­из­ко не пу­ст­ит, а я ум­ру… ум­ру… дай ду­шу обл­ег­ч­ить, дай…
- Хор­ошо, по­го­ди, - сог­ла­сил­ась Ек­а­тер­и­на Фё­дор­ов­на, кот­орой на са­мом де­ле бы­ло страсть как лю­б­опыт­но, что же слу­чи­л­ось с Ром­кой, и по­че­му муж так не­взл­ю­б­ил Ага­фью, - вот гля­ну, не при­шёл бы твой муж не­взна­ч­ай… Он нра­ва крут­ого, вы­го­нит ме­ня, ес­ли что…
Уми­р­аю­щая кив­н­у­ла и от­пу­ст­и­ла ру­ку Ек­а­тер­и­ны Фё­дор­ов­ны. Та выш­ла в кор­и­дор и ув­и­де­ла, что Кал­мы­ков в го­с­ти­ной клю­ёт но­сом под как­ую-то ана­л­ит­и­ч­ес­кую пер­е­да­чу и вс­та­вать по­ка не со­бир­ает­ся. Тог­да она вер­н­ул­ась к Ага­фье и ска­за­ла:
- Всё в пор­яд­ке, дремл­ет он.
- Слу­шай… слу­шай… - про­бор­мот­а­ла Ага­фья, - что ска­жу…
Ага­фья Лавр­о­ва дей­стви­т­ель­но нес­коль­ко лет пров­е­ла в дет­до­ме. Толь­ко вот по­па­ла она ту­да не пос­ле ги­б­е­ли ро­ди­т­ел­ей в авт­о­к­а­т­аст­ро­фе. Её от­ец убил мать и умер в тюрь­ме пос­ле су­да, при­гов­ор­ив­ше­го его к по­жиз­н­ен­н­ому за­к­лю­ч­е­нию. По­че­му при­гов­ор был так сур­ов, ведь за бы­то­в­ые убийст­ва обыч­но по­жиз­н­ен­н­ого не да­ют? Всё про­с­то. Ма­ма Ага­фьи, Оль­га Лавр­о­ва, бы­ла не единс­твен­ной жерт­вой её от­ца, кот­ор­ого зва­ли Конс­тант­ин Фи­негин.
- Фи­негин? – пе­ре­сп­ро­сил в этом ме­с­те Макс.- Так это же… это…
- Да, да, - кив­н­у­ла Ек­а­тер­и­на Фё­дор­ов­на, - «Энс­кий душ­и­т­ель»… Я уж пот­ом уз­н­а­ла про него, ког­да нау­чил­ась с ком­пью­тер­ом ра­б­от­ать. А тог­да толь­ко фа­ми­л­ию за­пом­н­и­ла.
Макс мрач­но кив­н­ул, Фи­негин, как и Чи­к­ат­и­ло, ух­ват­ил свой ку­сок жут­к­о­в­атой сла­вы. Пре­сви­т­ер об­щи­ны адв­ен­д­и­с­тов седь­мо­го дня, со вс­ех стор­он по­л­ожи­т­ель­ный и бо­го­бо­яз­н­ен­н­ый муж­ч­и­на ок­а­зал­ся на­силь­ник­ом и убий­цей. Редк­ий слу­чай – у Фи­неги­на не бы­ло осо­бых пред­поч­те­ний по по­лу и возр­асту, сре­ди его жертв бы­ли муж­ч­и­ны и жен­щи­ны, подр­ост­ки и де­ти обое­го по­ла. Вс­его трид­цать во­семь жертв. Все они бы­ли из­н­а­си­л­о­в­а­ны, за­му­че­ны и до­ду­ш­е­ны с по­мо­щью обыч­ной бе­лье­вой вер­ёв­ки. При­ч­ём Фи­негин имел обык­н­ов­е­ние душ­ить уми­р­аю­щую жерт­ву не сра­зу – вер­ёв­ку он нес­коль­ко раз ос­лаб­л­ял. Иг­рал, как кош­ка с мыш­кой. И, что са­мое мерзк­ое, в пос­л­ед­н­их его прес­туп­ле­ни­ях при­ни­ма­ла уча­стие его дочь, кот­о­р­ая уме­ло за­ма­ни­ва­ла жертв и при­сутс­тво­в­а­ла при убийст­вах.
Же­на Фи­неги­на, Оль­га, в кон­це кон­цов за­по­до­зри­ла нел­ад­н­ое, он убил и её, так­же на гла­зах у до­че­ри, но сор­вать­ся в бе­га не успел. Ми­л­иция выш­ла на него рань­ше, ма­н­ьяк был ар­е­с­т­о­в­ан, а Ага­фье, кот­орой на мо­мент ар­е­с­та от­ца бы­ло вс­его де­сять лет, и она бы­ла попр­ос­ту непод­с­уд­на, сме­ни­ли фа­ми­л­ию и от­прав­и­ли сна­ч­а­ла в спе­циа­л­и­зир­о­в­ан­н­ый ин­т­ер­н­ат по­даль­ше от Энс­ка, поск­оль­ку разг­не­ван­н­ые род­н­ые жертв гро­зи­ли рас­тер­зать со­общ­н­и­цу убий­цы. А за­тем, ког­да свет­и­ла пси­хиа­трии объ­яви­ли дев­оч­ку вполне нор­маль­ной, про­с­то дей­ство­в­ав­шей под жёст­к­им тот­аль­ным конт­рол­ем от­ца, её от­прав­и­ли в обыч­н­ый детс­кий дом, где она и про­жи­ла бла­го­пол­уч­но до сов­ер­шен­н­ол­ет­ия. Дет­д­ом был неп­л­о­хой, де­тей там не оби­жа­ли, Ага­фья бы­ла ти­хой дев­оч­кой и осо­бо ни с кем сб­л­ижал­ась. А ок­а­зав­шись за вор­от­ами детс­ко­го до­ма, пол­у­чи­ла ком­н­ату и устрои­л­ась на за­в­од уче­ни­цей кра­нов­щи­цы.
Но тут её ожи­да­ло нешут­оч­н­ое пот­ря­се­ние – Ага­фью разыс­ка­ла ба­б­уш­ка, мать уби­той Оль­ги. Она не­н­ав­и­де­ла зя­тя за смерть единс­твен­ной до­че­ри, воз­н­е­н­ав­и­де­ла и внуч­ку. Ба­б­уш­ка устрои­ла Ага­фье страш­н­ый скан­д­ал, зая­ви­ла, что всё рав­но не даст спо­кой­но жить со­общ­н­ице ма­н­ья­ка, и сдел­а­ла прош­лое дев­уш­ки дос­тоя­ни­ем глас­н­о­с­ти. От­н­оше­ние к Ага­фье мо­мент­аль­но по­ме­ня­л­ось, ей приш­лось ув­о­лит­ь­ся с за­в­о­да и уе­хать из гор­о­да, ку­пив бил­ет ку­да гла­за гля­дят. Ме­с­та бы­ли толь­ко в ку­пей­ные ва­го­ны, так Ага­фья поз­нак­омил­ась с возв­ра­ща­ю­щим­ся из ком­ан­д­ир­ов­ки Гавр­ии­л­ом Кал­мы­ко­в­ым, кот­ор­ому пон­рав­ил­ась ти­хая, скром­н­ая сим­пат­ич­н­ая дев­уш­ка, не име­ю­щая бл­изк­их родс­твен­н­и­к­ов, и он пред­л­ожил её устро­ить на свой за­в­од и вы­бить ме­с­то в об­ще­жит­ии. Ага­фья сог­ла­сил­ась и ста­ла сна­ч­а­ла лю­б­ов­н­ицей, а за­тем же­ной Кал­мы­ко­ва, кот­ор­ый очень ско­ро по­нял, что смо­жет дер­жать юную же­ну в пол­н­ом под­ч­и­не­нии. Ага­фья боя­л­ась му­жа до дро­жи, чем-то он ей на­по­ми­нал от­ца, но перв­она­ч­аль­но всё бы­ло не так уж пло­хо. Но ба­б­уш­ка от­ыска­ла её и в Юрьев­ке, расс­ка­зав Гавр­ии­лу всё под­роб­н­о­с­ти ма­н­ья­чес­ко­го прош­ло­го Фи­неги­на, не упу­ст­ив под­ч­ерк­н­уть то, что дев­оч­ка бы­ла со­общ­н­ицей ма­н­ья­ка.
Кал­мы­ков был шок­ир­о­в­ан, тем не ме­нее, он су­мел успок­оить стар­у­ху, дал ей де­нег и зав­ер­ил, что сде­л­ает всё для пер­ев­ос­пит­а­ния её внуч­ки, поск­оль­ку бро­сить же­ну с детьми не мо­жет.
Ста­р­у­ха уе­ха­ла, а жизнь Ага­фьи превр­ат­ил­ась в Ад на зем­ле. Муж трет­ир­о­в­ал её пос­т­оян­но, конт­ро­лир­о­в­ал каж­д­ый её шаг, а уж двой­ня­шек ре­шил вос­пит­ы­вать по собс­твен­ной сис­те­ме, что­бы, как он вы­ра­жал­ся, вы­бить дурь с ма­лол­етст­ва. Жен­щи­на да­же не пы­тал­ась за­сту­пит­ь­ся за де­тей, ибо муж мог подв­ерг­нуть её са­мо­му же­с­т­ок­ому нак­а­за­нию за мал­ей­шую по­пыт­ку бун­та. К то­му вре­ме­ни он уже на­ч­ал рас­пус­кать ру­ки, но весь­ма уме­ло, так что ник­ак­их сле­дов вн­ешне не ос­та­ва­лось. В боль­шом до­ме бы­ла да­же спе­ци­аль­ная ком­н­ата, ку­да Ага­фью за­пир­а­ли в слу­чае нак­а­за­ния и где мер­за­в­ец мог дел­ать с нею всё, что угод­но. А ког­да под­р­ос­ли Из­оль­да и Ром­ка – он стал нак­а­зы­вать и их. Так же уме­ло, без сле­дов. Имен­но по­это­му де­ти и боя­л­ись от­ца и слу­ша­л­ись его бес­пре­к­ос­лов­но, бо­ясь нак­а­за­ния. Са­ша Кал­мы­ков этой стор­о­ны от­ца не зн­ал – к то­му вре­ме­ни, как мерзк­ая нат­у­ра Гавр­ии­ла пок­а­за­ла се­бя во вс­ей кра­се, он уже учил­ся в Гор­о­де и до­мой при­ез­жал из­ред­ка, а при нём Гавр­иил вс­ег­да был без­уп­ре­чен - он очень дор­ожил при­вя­зан­н­о­стью лю­б­имо­го сы­на и гор­д­ил­ся им.
Гавр­иил вс­ег­да от­л­и­ч­ал­ся бур­н­ым тем­пер­амент­ом, Ага­фья же свою инт­им­н­ую жизнь вос­при­ни­ма­ла, как ка­т­ор­гу, по­это­му у её му­жа вс­ег­да име­лись мо­л­о­дые раз­б­ит­н­ые лю­б­ов­н­и­цы. Од­на из них и ро­ди­ла ему сы­на, кот­ор­ого Гавр­иил, в от­л­и­ч­ие от Из­оль­ды и Ром­ки, ба­ло­в­ал.
К то­му вре­ме­ни он нес­коль­ко ос­ла­б­ил конт­роль за се­мьёй, и Ром­ка стал боль­ше об­щать­ся с люд­ьми. Он от­л­и­ч­ал­ся пыт­ли­вым умом и ос­т­р­ым слу­хом и уз­н­ал о лю­б­ов­н­ице от­ца и её сыне. В этот день маль­чик ры­дал от го­ря – он не по­ни­мал, по­че­му от­ец лю­б­ит Ра­фаэ­ля и не­н­ав­и­дит их с Из­оль­дой. А пот­ом, не­де­лю спус­тя, маль­чик не но­че­вал до­ма, вер­н­ул­ся толь­ко под ут­ро, весь рас­трё­пан­н­ый, мок­рый и гряз­н­ый и слёг с вы­с­окой тем­пер­ат­урой. К сча­стью, Гавр­иил был в очер­ед­ной ком­ан­д­ир­ов­ке, и Ага­фье уда­лось скрыть это от му­жа.
А пот­ом, уз­нав об убий­стве Ра­фаэ­ля, она да­же и ду­мать боя­л­ась о том, кто мог быть ви­нов­н­ик­ом это­го.
Од­н­ако, спус­тя пол­го­да, муж, вер­оят­но, что-то всё-та­ки уз­н­ал. Он о чём-то дол­го расс­пра­ши­вал Ром­ку, точ­н­ее, до­пра­ши­вал в той са­мой прок­ля­той ком­н­а­те, так что подр­о­с­ток кри­ч­ал от бо­ли, а пот­ом вел­ел рас­тер­ян­ной Ага­фье со­бир­ать это от­ро­д­ье в боль­ни­цу. Ага­фья сра­зу по­ня­ла, в как­ую, и по­пы­тал­ась за­сту­пит­ь­ся за сы­на, что Гавр­иил в очер­ед­ной раз пре­сёк немед­л­ен­но и жёст­ко.
- Ма­ма, не верь ему! – умо­л­ял подр­о­с­ток, но у Ага­фьи уже не бы­ло сил про­тив­ос­то­ять Гавр­ии­лу.
У глав­н­ого ин­же­не­ра бы­ло ещё дос­тат­оч­но свя­зей, что­бы от­прав­ить Ром­ку в как­ую-то зак­ры­тую пси­х­уш­ку, от­к­у­да он так и не вер­н­ул­ся.
А пот­ом Из­оль­ду ста­ло тош­н­ить по утрам, от­ец до­про­сил бед­н­яж­ку с прис­т­ра­сти­ем и оп­ре­де­лил ви­нов­н­ика – Юр­ку Пенк­и­на. Толь­ко вот Ага­фья зн­а­ла, что ни с как­им Юр­кой дочь вс­тре­чать­ся не мог­ла, за­то мн­ого вре­ме­ни про­в­о­ди­ла с брат­ом… Эта страш­н­ая до­гад­ка чуть не све­ла жен­щи­ну с ума, а Гавр­иил, не те­ряя вре­ме­ни, вы­ки­нул Из­оль­ду из сво­ей жиз­ни, как ко­т­ён­ка, для ви­ду прис­т­ро­ив за­муж за «сов­рат­и­т­е­ля».
Расс­каз свой Ага­фья зак­он­ч­ить не успе­ла, ста­ла за­д­ы­хать­ся, и Ек­а­тер­и­на Фе­дор­ов­на ки­нул­ась зво­нить фельдш­е­ру и бу­дить Гавр­ии­ла. Единс­твен­н­ое, что ещё успе­ла ска­зать ей Ага­фья пер­ед смерт­ью, бы­ли стран­н­ые сло­ва:
- Так, да не так…
Макс вни­ма­тель­но вы­слу­шал расс­каз Ек­а­тер­и­ны Фё­дор­ов­ны и ис­кренне ска­зал:
- Кош­мар. Не­с­част­н­ая жен­щи­на.
- Да… - кив­н­у­ла ста­р­у­ха. – По вс­ему вы­хо­дит – Ром­ка мал­ыша убил, и сес­т­ру об­рю­х­ат­ил то­же он. Толь­ко вот пос­л­ед­н­ие сло­ва Ага­фьи у ме­ня из го­л­о­вы не вы­хо­дят. К че­му? Мо­жет, бре­ди­ла уже, от­х­о­ди­ла, не по­ни­ма­ла, что к че­му гов­ор­ит... Не знаю.
- А про Ром­ку боль­ше ни­ч­его не из­в­ест­но? – спро­сил Макс.
- Нет, - по­ка­ч­а­ла го­л­овой ста­р­у­ха. – Толь­ко вот, ког­да Ни­к­ита с На­с­тей про­па­ли, я, греш­н­ым де­лом по­ду­ма­ла – не Ром­ка ли мстит Са­ше?
- За что? – удив­ил­ся Макс. – Ведь Са­ша хор­ошо к двой­няш­к­ам от­н­о­сил­ся.
- Ой, не знаю… - вз­дох­н­у­ла ста­р­у­ха. – Мо­жет, сбе­жал он из пси­х­уш­ки-то, и кры­ша со­в­с­ем съе­ха­ла… Не знаю. Но это уж де­ло тв­оё, ми­л­ок, я что мог­ла – всё расс­ка­за­ла.
Тут Мак­су по­зво­ни­ла На­стя и ска­за­ла, что зак­он­ч­и­ла опрос сви­де­тел­ей. Макс рас­про­щал­ся с гос­те­при­им­ной хо­зяй­кой, кот­о­р­ая, клик­н­ув Да­шу, вел­е­ла су­нуть в па­к­ет ватр­уш­ек для Нас­тень­ки, и вы­шел, ду­мая, что необ­хо­д­имо вс­трет­ит­ь­ся с единс­твен­ной предс­тав­и­т­ель­ни­цей се­мьи Кал­мы­ко­в­ых, кот­о­р­ая бы­ла на дан­н­ый мо­мент в пре­де­л­ах до­ся­гае­мо­с­ти – вд­овой Ал­ек­санд­ра. И Макс, дос­тав мо­биль­ный, стал на­б­ир­ать но­мер Ша­ман­ки.
Гла­ва 15. Неяс­н­о­с­ти, за­цеп­ки и меч­ты
Макс, дос­тав мо­биль­ный, на­б­рал но­мер Ша­ман­ки. Бое­вая по­дру­га от­оз­в­ал­ась сра­зу же и по­ин­т­ер­е­с­о­в­ал­ась:
- Что у те­бя?
Макс ели­ко воз­мож­но ко­р­от­ко ввёл Ша­ман­ку в курс де­ла и ска­зал:
- Ду­маю, что нуж­но по­бе­се­до­в­ать с вд­овой Ал­ек­санд­ра Кал­мы­ко­ва. Воз­мож­но, она хоть что-то зна­ет. И ещё – оза­д­ачь там Лит­ви­но­ва – есть ли как­ие-то дан­н­ые по Кал­мы­ко­ву Ро­мео или, воз­мож­но, Ром­а­ну Гавр­и­л­ов­и­чу. Возр­аст… возр­аст трид­цать три го­да. Вер­оят­но, он про­хо­дил спе­циа­л­и­зир­о­в­ан­н­ое пси­хиа­три­ч­ес­кое ле­че­ние.
- И? – за­д­ум­чи­во спро­си­ла Ша­ман­ка.
- Попр­о­буй уста­нов­ить его ны­неш­н­ее ме­с­то­н­а­хож­д­е­ние.
- Ду­ма­ешь, он име­ет от­н­оше­ние к по­хи­ще­ни­ям? – прот­я­ну­ла Ша­ман­ка. – Хо­тя, да, вполне вер­оят­но… Хор­ошо, попр­о­бую.
- А у те­бя как де­ла? – спро­сил Макс.
- Да­же не знаю, - приз­н­ал­ась Ша­ман­ка. – С од­ной стор­о­ны – вр­о­де что-то нак­опа­ла. С дру­гой – не знаю, с ка­кой стор­о­ны это при­со­ба­ч­ить. Пря­мо как ры­бу на бл­ес­ну лов­ить – ки­нул нау­да­чу, а уж что за­це­пи­ло – со­ма или кор­ягу – не уз­на­ешь, по­ка не вы­та­щишь.
- По­э­тич­но, - оце­нил Макс. – А конк­рет­н­ее?
- Конк­рет­н­ее, - вз­дох­н­у­ла Ша­ман­ка, - конк­рет­н­ее – вот так пол­у­ча­ет­ся. Порт­рет сло­в­ес­н­ый с Иг­нат­ом мы сос­тав­и­ли. Сей­час Юра его срав­н­и­ва­ет со сн­им­к­ами про­пав­ших де­тей – у него как­ая-то про­грам­ма спе­ци­аль­ная есть, сни­ма­ет ос­н­ов­н­ые па­ра­мет­ры ли­ца, кот­ор­ые ма­ло ме­ня­ют­ся с возр­а­стом. По­ка три сов­па­д­е­ния, но он дор­а­б­ат­ы­ва­ет па­ра­мет­ры, так что, воз­мож­но, лич­н­ость пар­н­иш­ки уста­нов­им точ­но.
- Ну, - ска­зал Макс, - да­же три – уже хлеб. По­хи­т­и­т­е­ли ведь вы­бир­а­ли по­хо­жих маль­чи­шек, да и срав­н­е­ние идёт со сло­в­ес­н­ым порт­ре­т­ом. Хор­ошо бы пок­онк­рет­н­ее, ко­неч­но, но всё рав­но – Юра мо­л­о­дец. А что с объ­яв­л­е­ния­ми?
- Ты да­же не предс­тав­л­яешь, сколь­ко част­н­и­к­ов по­ми­мо фирм у нас подр­а­б­ат­ы­ва­ет ор­га­ни­за­ци­ей празд­н­и­к­ов! – с чувс­твом ска­за­ла Ша­ман­ка. – Я наш­ла сор­ок чет­ы­ре све­жих объ­яв­л­е­ния в Гор­одс­ких га­зет­ах. По­л­ов­и­ну уже об­з­во­ни­ла, все сог­ла­си­л­ись на лич­н­ую вс­тре­чу, вот, си­жу в ка­фе, до­жи­да­юсь очер­ед­н­ого мас­с­ов­ика-за­тей­ни­ка. Оп­ро­си­ла дв­е­н­ад­цать че­лов­ек – всё чи­с­то. Они имен­но те, за ко­го се­бя вы­да­ют, ник­ак­их тём­н­ых пя­тен, но ад­р­е­са и тел­е­фо­ны я на вс­як­ий слу­чай за­пи­са­ла.
- Ду­маю, те­бе сто­ит су­зить круг пои­ска, – по­сов­ет­о­в­ал Макс. – Юр­ка, ко­неч­но, за­нят, но пусть Ма­ша про­бьёт все ос­тав­шие­ся тел­е­фо­ны по ба­зе. А ты, обз­ва­ни­вая ос­таль­ных, об­ра­ти осо­бое вни­ма­ние на тех, у ко­го ле­вые сим­ки. Это, ко­неч­но, не прес­туп­ле­ния, ма­ло ли, по ка­кой при­ч­ине мо­биль­ный мо­жет быть оформ­л­ен на дру­го­го че­лов­ека, но на­ши по­хи­т­и­т­е­ли шифр­уют­ся по­чи­ще Шт­ир­л­и­ца и у них точ­но бу­дет ле­вая сим­ка.
- Хор­ошо, - сог­ла­сил­ась Ша­ман­ка. – Но об­з­во­нить всё рав­но сле­ду­ет вс­ех. Ма­ло ли что.
- А что там с пас­порт­ом умер­ше­го пен­с­ио­не­ра?
- А тут то­же неяс­но. До­к­умен­ты пос­ле смер­ти по­ла­га­лось сдать в соо­т­в­ет­ству­ю­щие ор­га­ны, и сес­т­ра-хо­зяй­ка кля­нёт­ся, что всё так и сдел­а­ла. Я пров­ер­и­ла – пас­порт она дей­стви­т­ель­но сда­ла, но не сра­зу пос­ле смер­ти Му­хи­на, а нес­коль­ко поз­же. Она кля­нёт­ся, что ни­ч­его не зна­ет, но глаз­ки-то бе­га­ют… Но, увы, не кол­ет­ся ни в как­ую, а при­жать её не­чем. Но я по­бе­се­до­в­а­ла с со­се­дя­ми Ива­на Дм­ит­рие­в­и­ча, и од­на ба­б­у­ля мне вот что ска­за­ла… Они с этим де­д­уш­кой под­д­ер­жи­ва­ли дру­жес­к­ие от­н­оше­ния, на чай он к ней за­хо­дил, то да сё… Так вот, она гов­ор­ит, что в пос­л­ед­н­ее вре­мя у пен­с­ио­не­ра Му­хи­на зав­е­лись кой-как­ие де­неж­ки, он стал кон­фе­ты дор­огие пок­упать к чаю, на день рож­д­е­ния ей шар­фик по­дар­ил кра­си­вый и яв­но не­де­шё­вый, а ещё он ей гов­ор­ил, что ско­ро хор­ошо бу­дет жить. И на здор­о­в­ье Иван Дм­ит­рие­в­ич ник­ог­да не жа­ло­в­ал­ся, а в боль­ни­цу лёг на обс­ле­до­в­а­ние по ка­кой-то про­грам­ме бла­гот­вор­и­т­ель­ной. И на­к­а­нуне смер­ти она его нав­еща­ла, и де­ду­ля выгл­я­дел как обыч­но. А но­чью с ним прис­т­уп слу­чил­ся, и он ск­он­ч­ал­ся.
- Не по­ни­маю, - за­д­ум­чи­во про­из­н­ёс Макс, - наск­оль­ко я пом­ню, ты гов­ор­и­ла, что пен­с­ио­нер Му­хин ск­он­ч­ал­ся от эм­фи­зе­мы лёгк­их. Эта бол­езнь в од­н­о­ча­сье не разв­и­ва­ет­ся.
- Ну, да, в том-то и де­ло! – азарт­но вы­ска­зал­ась Ша­ман­ка. – Со­сед­ка кля­нёт­ся, что не бы­ло у Му­хи­на ник­акой эм­фи­зе­мы и что для свое­го воз­р­а­ста он был очень да­же крепк­ий де­д­уш­ка.
- А ес­ли экс­гу­мир­о­в­ать? – спро­сил Макс.
- Не пол­у­чит­ся, - от­в­е­т­и­ла Ша­ман­ка. – У Пер­вой Гор­одс­кой боль­ни­цы до­гов­ор с кре­мат­ор­ием, вс­ех умер­ших, не име­ю­щих родс­твен­н­и­к­ов, кре­мир­уют за счёт Гор­о­да и по­ме­ща­ют ур­ны в кол­ум­б­ар­ий*. Му­хин род­ни не имел, со­сед­ку вов­ре­мя не из­в­е­с­ти­ли, так что экс­гу­мир­о­в­ать не­че­го.
- Угу. А ведь тог­да главв­ра­ч­ом Пер­вой Гор­одс­кой ещё был Кал­мы­ков, не так ли?
- Точ­но, - сог­ла­сил­ась Ша­ман­ка. – А как­ая тут связь?
- По­ка не знаю, - вз­дох­н­ул Макс. – Лад­но, Галь, ра­б­от­ай. Я на­д­еюсь завт­ра к ве­че­ру вер­н­уть­ся – се­год­ня мне ещё в Со­сед­н­ий Гор­од на­до нав­е­дать­ся, к сле­до­в­а­те­лю Гор­о­хо­ву. До завт­ра. Дер­жи хвост пис­тол­ет­ом, мы всё рав­но свя­жем все нит­оч­ки, и пол­у­чит­ся пау­т­и­на. Вот в этой пау­т­ине кидн­эп­пе­ры и за­пут­ают­ся.
- Ага, - от­оз­в­ал­ась Ша­ман­ка, и Макс по­чувс­тво­в­ал, что она улы­ба­ет­ся. – Непр­емен­но за­пут­ают­ся. И мы их тёп­лень­ки­ми возь­мём. До вс­тре­чи.
Макс зак­он­ч­ил раз­гов­ор и ув­и­дел, как из-за пов­о­р­ота к нему идёт На­стя.
- Я уже ду­ма­ла, что вы за­плут­а­ли! – ве­се­ло крик­н­у­ла она.
- Да нет, - от­в­е­т­ил Макс. – Про­с­то с колл­е­гой раз­го­в­ар­и­вал. А вы вс­ех оп­ро­си­ли?
- Вс­ех, - кив­н­у­ла На­стя. – Но ни­к­то не ви­дел в дер­евне нез­нак­омую жен­щи­ну на шпиль­ках. За­то ви­де­ли, как ра­но утром из до­ма Из­оль­ды вы­хо­дил па­р­ень… Не­вы­с­ок­ий, ху­до­ща­вый, в тём­ной курт­ке и джин­с­ах, с рюк­з­ак­ом за спи­ной. Рюк­з­ак сер­ый, ник­ак­их над­пи­сей не име­ет­ся. Па­р­ень вы­шел из до­ма, ог­ля­дел­ся и от­прав­ил­ся по тро­пин­ке в лес.
- В лес? – удив­ил­ся Макс.
- Ну, да, - от­в­е­т­и­ла На­стя. – Эта тро­пин­ка ве­дёт на лес­н­ую дор­огу, а та вы­хо­дит к шос­се.
- По­нят­но. Воз­мож­но, там его жд­а­ли. Или бы­ла спрят­а­на ма­ши­на.
- Как вы уга­д­а­ли? – вос­х­ит­ил­ась На­стя. – Я уже успе­ла по тро­пин­ке про­бе­жать­ся до шос­се – тут не­да­ле­ко. Стоя­ла там ма­ши­на, на обо­чине, в куст­ах. Ма­л­ень­кая так­ая, цве­та «се­реб­ри­с­т­ый мет­ал­л­ик».
- Ого! – хмык­н­ул Макс. – А цвет от­к­у­да зна­ем?
- А он, ког­да вы­ез­жал, столб за­д­ел от ста­рой поск­от­и­ны**. Я об­ра­зец крас­ки взя­ла и сле­ды сфот­огра­фир­о­в­а­ла – как учи­ли.
- Мо­л­о­дец, - кив­н­ул Макс. – Что-ни­б­удь ещё об­н­ар­ужи­ла?
- Да, - кив­н­у­ла На­стя. – Нес­коль­ко ок­ур­к­ов – шесть от си­гар­ет «Кент» с уголь­ным филь­тром и один от дл­ин­н­ых мент­о­л­о­в­ых, «Пьер Кар­д­ен». Так­ие жен­щи­ны кур­ят. Я их то­же все со­бра­ла и упа­к­о­в­а­ла. Толь­ко вот не знаю, что дел­ать… Сле­до­в­а­те­лю от­прав­ить или вам от­д­ать?
- Я за­б­е­ру, всё рав­но в Со­сед­н­ий Гор­од еду. А со сле­до­в­а­тел­ем, ду­маю, до­гов­ор­им­ся. Я так по­нял, что это де­ло он про­с­то мечт­ает с рук сбыть. Дай-ка гля­нуть твой улов.
На­стя вы­та­щи­ла нес­коль­ко ма­л­ень­ких пла­сти­к­о­в­ых па­к­ет­и­к­ов с ули­к­ами, и Макс за­мет­ил:
– С «Кен­та», я ду­маю, ДНК удаст­ся вы­де­лить – вон ка­кой прик­ус хар­ак­т­ер­н­ый. Обыч­но фильтр так не прик­у­сы­ва­ют.
- Ага, - кив­н­у­ла На­стя, - так па­пир­о­су в зу­бах дер­жат. У ме­ня де­д­уш­ка «Бе­ло­мор» до сих пор кур­ит, так вот, он поч­ти так же прик­у­сы­ва­ет. А по­че­му вы толь­ко про «Кент» ска­за­ли?
- А пот­ому что «Пьер Кар­д­ен» не во рту дер­жа­ли. Кур­и­ли яв­но с мунд­ш­тук­ом – вон ка­кой фильтр глад­к­ий. Толь­ко од­на хар­ак­т­ер­н­ая круг­лая вмят­и­на по ок­руж­н­о­с­ти си­гар­еты – и яв­но не от зу­бов.
- Зн­а­ч­ит, здесь всё-та­ки бы­ла жен­щи­на? – удив­ил­ась На­стя.
- Неи­з­в­ест­но. Но это «ж-ж-ж» несп­ро­с­та. По­ка толь­ко мож­но ска­зать, что у этой са­мой ма­шин­ки бы­ло как ми­ни­мум двое, и один – тот, что кур­ил «Кент» - яв­но жд­ал дру­го­го, нерв­н­и­ч­ал, от­с­ю­да и хар­ак­т­ер­н­ый прик­ус. Вт­орой же… или вт­о­р­ая… яв­но про­де­монс­трир­о­в­ал своё хлад­н­ок­ров­ие, вы­кур­ив си­гар­ету. И толь­ко пос­ле это­го они уе­ха­ли. Кста­ти, как там тот спя­щий кра­са­в­ец? Не оч­н­ул­ся?
- Да др­ых­н­ет без зад­н­их ног. Уж мы его бу­ди­ли-бу­ди­ли с Мар­и­ной Ми­хай­лов­ной… Бес­по­л­ез­но.
- По­нят­но. Вот что, На­стя, ор­га­ни­зуй-ка мест­н­ого фельдш­е­ра, пусть возь­мёт у него кровь на ана­л­из. А я её вме­с­те с про­чи­ми ули­к­ами за­б­е­ру. По­ня­ла?
- Ага, сей­час, - кив­н­у­ла На­стя и уже со­брал­ась ид­ти, но Макс за­д­ер­жал её:
- По­го­ди. Тут пост ДПС да­ле­ко?
- Да­ле­ко, - кив­н­у­ла На­стя. – В Кар­л­ов­ке. Ки­ло­мет­ров пять от­с­ю­да по шос­се.
- По­нят­но. Съез­ди пот­ом в эту Кар­л­ов­ку, мо­жет, у них на ка­мер­ах этот са­мый «се­реб­ри­с­т­ый мет­ал­л­ик» за­свет­ил­ся. А вре­мя… Ра­но утром это при­мер­но ког­да?
- Ча­сов в пять. Сви­де­тель­ни­ца как раз на первую дой­ку со­брал­ась. Она в «Бу­р­ён­ке» до­яр­кой ра­б­от­ает.
- Вот. Зн­а­ч­ит, от пя­ти трид­ца­ти при­мер­но… Мо­жет, и по­в­е­з­ёт.
- Лад­но, - кив­н­у­ла На­стя. – Всё сдел­аю.
- Дер­жи, - прот­я­нул ей па­к­ет Макс, - это те­бе Ек­а­тер­и­на Фё­дор­ов­на пер­е­да­ла. Ос­ты­ли уже.
- Спа­си­бо, - улыб­н­ул­ась На­стя, - у неё си­дел­ка ватр­уш­ки вкус­н­ые пе­чёт. Я пош­ла за фельдш­ер­ом.
Макс кив­н­ул и стал на­б­ир­ать но­мер сле­до­в­а­те­ля Гор­о­хо­ва.
***
Ма­моч­ка ка­приз­н­и­ч­а­ла и сер­д­ил­ась на Па­поч­ку. Ей хо­т­е­лось нов­ую иг­руш­ку, при­ч­ём имен­но ту, кот­орую так глу­по упу­ст­ил Па­поч­ка. Па­поч­ка тер­пе­ли­во от­н­о­сил­ся к ка­при­зам сво­ей по­дру­ги, но сей­час он пы­тал­ся вт­ол­к­о­в­ать ей, что сто­ит нем­н­ого по­дож­д­ать. По­ли­ция яв­но об­рат­и­ла на них вни­ма­ние, нуж­но по­ка под­б­ир­ать нов­ую иг­руш­ку, а не го­нять­ся за той, чьё по­хи­ще­ние не уда­лось. К то­му же им сле­до­в­а­ло уже завт­ра вып­ол­н­ить зак­аз от Дру­га – ведь зак­аз ещё при­дёт­ся дор­а­б­ат­ы­вать, Друг хо­т­ел не про­с­тую иг­руш­ку, а осо­бен­н­ую, с ни­ми вс­ег­да мн­ого воз­ни. Лек­арст­ва, уход, пер­е­вяз­ки, а Ага­фья уже не мог­ла мн­ого вре­ме­ни уде­л­ять ухо­ду за Вре­мен­н­ыми – её поч­ти пос­т­оян­но тош­н­и­ло, и кру­жил­ась го­л­о­ва. Двое дру­гих Пос­т­оян­н­ых справ­л­я­л­ись без неё с тру­дом, а ведь ещё предс­тоя­ла Ак­ция по во­дв­ор­е­нию но­вой иг­руш­ки. И нуж­но хор­ошо мот­ив­ир­о­в­ать док­т­о­ра – что­бы не стал арт­а­ч­ит­ь­ся, от­к­а­зы­ва­ясь дор­а­б­ат­ы­вать иг­руш­ку для Дру­га.
Ма­моч­ка ки­ва­ла, со­гла­шал­ась с Па­поч­кой, но её уме­ло подв­е­дён­н­ые гла­за на­л­и­ва­л­ись сле­за­ми, а мунд­ш­тук с си­гар­етой на­ч­и­нал под­ра­ги­вать в ухо­жен­ной ру­ке с дл­ин­н­ыми нак­ра­шен­н­ыми ногт­ями. Так­ого Па­поч­ка пер­е­не­с­ти не мог, он во­об­ще не мог ви­деть свою по­дру­гу расс­тро­ен­ной, по­это­му он по­обе­щал, что ров­но чер­ез не­де­лю, пос­ле то­го, как Ак­ция бу­дет бла­го­пол­уч­но пров­е­де­на, а иг­руш­ка до­р­а­б­от­а­на и ос­та­нет­ся толь­ко жд­ать, по­ка она ад­апт­ир­ует­ся, он непр­емен­но прив­е­дёт Ма­моч­ке имен­но ту иг­руш­ку, кот­орую она так хо­чет. И во­об­ще – у них же всё пол­у­чи­л­ось, что они хо­т­е­ли, ос­та­лось толь­ко до­р­а­б­от­ать пос­л­ед­н­юю иг­руш­ку, рас­про­дать зак­аз­ч­и­к­ам Вре­мен­н­ых, за­ч­и­с­тить Пос­т­оян­н­ых… и мож­но от­прав­л­ять­ся ту­да, в паль­мо­в­ый рай на бер­егу мо­ря, где мож­но най­ти мн­ого но­в­ых иг­ру­ш­ек и ма­ло лю­б­опыт­н­ых глаз. Где они бу­д­ут счаст­ли­вы вме­с­те.
*Кол­ум­б­ар­ий – ме­с­то для хра­не­ния урн при кре­мат­ор­ии.
** Поск­от­и­на – из­го­р­одь, ок­ру­жав­шая паст­б­ище. Предс­тав­л­яет со­бой стол­бы, меж­ду кот­о­р­ыми на­б­иты по­пе­р­ёк тонк­ие жер­ди – обыч­но две-три.
Гла­ва 16. Расс­каз Ива­на
В по­не­дель­ник Ва­д­им вер­н­ул­ся с ра­б­оты нео­ж­и­дан­но ра­но… и за­ску­чал. Анд­р­ей с Ма­л­ым бы­ли ещё в шко­ле, Анд­р­ей на до­пол­н­и­т­ель­ных за­нят­иях, Ма­лой на прод­л­ён­ке, Макс обе­щал вер­н­уть­ся из Со­сед­н­его Гор­о­да толь­ко к ве­че­ру, де­ла все бы­ли пер­е­дел­а­ны тру­дол­ю­би­вой Ол­е­сей, на ра­б­о­те все бы­ли пос­т­рое­ны, и фир­ма ра­б­от­а­ла чёт­ко, как швей­царс­кие ча­сы, в об­щем, дел­ать бы­ло сов­ер­шен­но не­че­го. Очень мн­огие на его ме­с­те об­ра­д­о­в­а­л­ись бы аб­с­ол­ют­н­ому ни­ч­его­не­дел­а­нию, но Ва­д­им по прир­о­де был экстр­ав­ерт­ом, да и ле­нит­ь­ся про­с­то не умел с детст­ва. По­это­му он мель­ком заг­ля­нул в ком­н­аты маль­чи­шек, оце­нил поч­ти сол­д­атс­кий пор­я­док у Анд­рю­хи и вполне до­пу­ст­имый лёгк­ий ка­вар­д­ак у Ма­ло­го, про­инс­пект­ир­о­в­ал хо­л­о­диль­ник, убе­дил­ся, что смерть от го­л­о­да в бл­ижай­шее вре­мя не гро­зит ник­ому, и ре­шил, ког­да поя­вят­ся маль­чиш­ки, сх­о­дить с Ма­л­ым в ки­но или на детс­кую пло­щад­ку, а Анд­рю­ху от­пу­ст­ить с Ар­т­ёмом или в ком­па­нии про­с­то от­д­ох­н­уть. И то, хор­ош па­поч­ка… По­в­е­сил на стар­ше­го бра­та ги­пер­ак­т­ив­н­ого маль­чиш­ку и рад. Это хор­ошо, что Анд­р­ей та­кой от­в­етс­твен­н­ый – и шко­ла у него, и кур­сы, и ху­дож­ка, и Ма­лой… Ей-Бо­гу, пар­ню вз­дох­н­уть нек­ог­да, дру­гой бы на ме­с­те его вз­б­унт­о­в­ал­ся дав­н­ым-дав­но.
При­няв это судь­бо­нос­н­ое ре­ше­ние, Ва­д­им вк­лю­ч­ил коф­ема­ши­ну, кот­орой ник­ог­да не поль­зо­в­ал­ся, ког­да в пре­де­л­ах до­ся­гае­мо­с­ти был Макс. Мак­с­ов ко­фе пре­вос­х­о­дил лю­бой на пор­я­док, но, увы, Мак­са ря­дом не бы­ло, при­х­о­ди­л­ось дов­оль­ство­в­ать­ся чу­дом тех­н­ики. Ва­д­им сдел­ал се­бе пор­цию лат­те, от­ыс­кал в ка­б­и­не­те то­мик Пав­ла Са­нае­ва с «По­хо­р­о­ни­те ме­ня за плинт­у­сом» и «Хро­ни­к­ами Раз­дол­бая», кот­ор­ый не­дав­но ку­пил Макс, и устро­ил­ся чит­ать пря­мо на кухне, при­хлё­бы­вая ко­фе с фир­мен­н­ыми слоё­ны­ми пир­ож­к­ами Ол­е­си.
Нео­ж­и­дан­но за­пи­щал до­мо­фон, и Ва­д­им наст­ор­ожил­ся. У маль­чи­шек и Мак­са бы­ли клю­чи, а вс­як­их там се­те­вых тор­гов­цев и сви­де­тел­ей Ие­го­вы ох­ра­на пре­сек­а­ла ещё на подс­ту­пах.
Ва­д­им на­жал на кноп­ку до­мо­фо­на и по­ин­т­ер­е­с­о­в­ал­ся:
- Да?
- Ва­д­им Конс­тант­и­нов­ич, тут гос­по­ди­на Трау­бе спра­ши­ва­ют… - раз­дал­ся го­л­ос ох­ран­н­ика.
- Кто? – удив­ил­ся Ва­д­им.
- Да я это… - прор­вал­ся знак­омый го­л­ос, и спус­тя миг Ва­д­им соо­бра­зил, что это Иван. – Мне по­гов­ор­ить бы на­до с Мак­си­мом по­зар­ез.
- Да нет его, Иван, - от­оз­в­ал­ся Ва­д­им. – Впро­чем, мо­же­те под­н­ять­ся в кварт­и­ру, ес­ли я смо­гу вам чем-ни­б­удь по­мочь…
- Мо­жет быть… - прот­я­нул Иван и сер­д­ито ска­зал ох­ран­н­ику:
- Что сто­ишь, про­пус­кай. Ви­дишь, хо­зя­ин не прот­ив.
И по го­л­о­су Ива­на бы­ло слыш­но, что он чем-то ес­ли не расс­тро­ен, то, как ми­ни­мум, взв­ол­н­о­в­ан. Ва­ди­ма это наст­ор­ожи­ло, в ду­ше ста­ло мед­л­ен­но воз­н­и­к­ать не­хор­ошее пред­ч­ув­ствие. Что-то ка­са­ю­щее­ся маль­чи­шек? Что?
Меж­ду тем Иван под­н­ял­ся в кварт­и­ру, и Ва­д­им, веж­ли­во поз­д­ор­о­в­ав­шись, пред­л­ожил ему прой­ти в ка­б­и­нет.
- Я б луч­ше ко­фе вы­пил, - вз­дох­н­ул Иван, уню­х­ав ап­пет­ит­н­ый за­пах.
Ва­д­им улыб­н­ул­ся, кив­н­ул и сдел­ал при­гла­ша­ю­щий жест.
Уже пот­ом, ког­да пер­ед Ива­ном стоя­ла двой­ная пор­ция ды­мя­ще­го­ся лат­те, Ва­д­им по­дви­нул к нему блю­до с пир­ож­к­ами и спро­сил:
- Что слу­чи­л­ось, Иван? У вас всё в пор­яд­ке?
- В пор­яд­ке, - кив­н­ул тот, про­жё­вы­вая трет­ий пир­ожок, - же­на, прав­да в Швей­цар­ии по­ка ос­тал­ась, но там от­л­ич­н­ые вра­чи, а я не хо­чу рис­к­о­в­ать. Но я тут услы­шал кое-что, о чём хо­т­ел бы по­гов­ор­ить с Мак­си­мом. Или хо­тя бы с ва­ми, Ва­д­им. Во вс­як­ом слу­чае, вы че­лов­ек не­бо­лт­ли­вый, вы­слу­шай­те ме­ня, а уж пот­ом са­ми смо­же­те ре­шить, сто­ит Мак­си­му об этом знать или нет. Он-то, не­бось, опять очер­ед­н­ого душ­егу­ба лов­ит, от­т­ого и в ком­ан­д­ир­ов­ку умот­ал?
- Да, - кив­н­ул Ва­д­им, - всё при­мер­но так. И де­ло там очень слож­н­ое, хо­тя я не знаю под­роб­н­о­с­тей – са­ми по­ни­мае­те, Иван, он со мной так­ое об­с­уж­д­ать про­с­то не мо­жет. Но я гот­ов вас вы­слу­шать, прав­да, ско­ро маль­чиш­ки вер­н­ут­ся, ес­ли по пу­ти не за­хот­ят сло­пать что-ни­б­удь вред­н­ое, но вкус­н­ое.
- Хор­ошо… - кив­н­ул Иван, - век бы не стал ник­ого зак­ла­д­ы­вать, но тут так­ое де­ло… У ме­ня про­с­то ду­ша не на ме­с­те. Кор­о­че, я вч­е­ра из Швей­цар­ии прил­е­тел, и тут зво­нит мне один стар­ый знак­омый. По дру­гой жиз­ни. По­ни­мае­те, я-то ос­те­пе­нил­ся, се­мью зав­ёл, а он всё ник­ак не наг­у­ля­ет­ся. Тра­ха­ет он, кор­о­че гов­оря, всё, что дви­жет­ся, в сво­бод­н­ое от фи­нан­с­о­в­ых во­про­сов вре­мя. Но име­ет на этот счёт чётк­ие мор­аль­ные прин­ци­пы, ибо в по­с­тель та­щит толь­ко сов­ер­шен­н­ол­ет­н­их и ис­клю­ч­и­т­ель­но по вза­им­н­ому сог­ла­сию и удов­оль­ствию.
- Да уж, - хмык­н­ул Ва­д­им, - вы­с­окой мор­а­ли че­лов­ек.
- Не сто­ит ёр­н­и­ч­ать, - вз­дох­н­ул Иван, - сре­ди лю­дей с вы­с­ок­ими до­хо­да­ми ку­да боль­шая мразь вс­тре­ча­ет­ся.
Ва­д­им кив­н­ул, а Иван про­дол­жил:
- Так вот, зво­нит он мне и прие­хать про­сит­ся. По­гов­ор­ить, ти­па. Ну, я чув­ствую – че­лов­ек ре­аль­но на вз­в­о­де, а у ме­ня с ним за­мут­ки об­щие, ду­маю, от­ч­его бы и не вы­слу­шать. И сог­ла­сил­ся. Он прие­хал, я по­л­я­ну нак­рыл, вы­пи­ли мы с ним по… Ну, не­важ­но, вы­пи­ли, кор­о­че. И тут он мне расс­ка­зы­ва­ет… Кор­о­че, Ва­д­им, вы ведь знае­те, что усад­ь­бу Реп­н­и­ных не­дав­но очень бо­гат­ый че­лов­ек ку­пил… Из са­мой Моск­вы?
-Да, - кив­н­ул Ва­д­им, - слы­хал. Но предс­тав­л­ен­н­ым быть не имел че­с­ти. Не то­го я пол­ёта пт­и­ца.
- Да и я, чест­но гов­оря, то­же, - от­оз­в­ал­ся Иван. – А вот знак­омый мой в оли­гар­хи про­би­ва­ет­ся, вот и ре­шил за­мут­ить пол­ез­н­ое знак­омс­тво. Кор­о­че, при­гла­ше­ние он до­был на ве­чер­ин­ку в эту са­мую усад­ь­бу. Ти­па кос­тю­мир­о­в­ан­н­ый бал.
- А… - прот­я­нул Ва­д­им, - те­мат­и­ч­ес­кая ве­чер­ин­ка.
- Ну, да, - кив­н­ул Иван, - ти­па бал у Драк­у­лы. То есть там все долж­ны бы­ли вам­пир­ами одеть­ся. Нак­ра­сит­ь­ся там, кл­ыки вс­тав­ить… Тьфу, сра­мо­та. Хо­тя, кто как раз­вле­к­ает­ся – де­ло их­н­ее, да и усад­ь­ба эта да­ле­ко за Гор­о­дом, мож­но хоть «ау» кри­ч­ать и гол­ышом пля­сать – ник­ому де­ла нет.
- Ну, да, - хмык­н­ул Ва­д­им, - у бо­гат­ых свои при­ч­у­ды.
- Да хоть бы и так. Мой прия­тель так же ду­мал, смок­инг, зн­а­ч­ит, на­д­ел, ро­жу се­бе на­пудр­ил, кл­ыки при­дел­ал и пое­хал. Ве­чер­ин­ка, гов­ор­ит, бы­ла по выс­ше­му разр­я­ду… Му­зы­ка жи­вая, ил­лю­ми­на­ция, уго­ще­ние, дев­уш­ки кра­си­вые в ве­чер­н­их плат­ьях… Улы­ба­ют­ся го­с­тям и са­ми очень да­же не прочь… нас­ч­ёт карт­ош­ки дров под­жар­ить. В об­щем, раз­вле­к­ал­ся он от вс­ей ду­ши, подц­епил се­бе па­ру кра­сот­ок… да с ни­ми и уе­ди­нил­ся. Мн­огие го­с­ти так дел­а­ли, там да­же спе­ци­аль­ные ком­н­аты от­д­ы­ха бы­ли при­гот­ов­л­е­ны. Дев­ки, гов­ор­ит, ок­а­за­л­ись вы­ше вс­як­их по­х­вал, а пос­ле по­доб­н­ых по­дви­гов его смор­и­ло ма­лость. При­дре­мал он, кор­о­че, а прос­н­ул­ся – де­в­ок ря­дом нет, толь­ко на сто­ли­ке ко­ньяк сто­ит и фр­укты. Он ко­ньячк­ом за­прав­ил­ся, вн­овь по­чувс­тво­в­ал не­че­лов­е­чес­кую бодр­ость, слы­шит – му­зы­ка ещё гре­мит за ок­н­ом, зн­а­ч­ит, ве­чер­ин­ка ещё не кон­ч­ил­ась. Одел­ся и ре­шил к го­с­тям вый­ти. Ска­за­но – сдел­а­но, он то­в­ар­ищ резк­ий, пря­мо, как по­нос. Од­на бе­да – до­ми­на огром­н­ый, кор­и­до­ры за­пут­ан­н­ые, вот он и заб­рёл в дру­гое кры­ло до­ма. Заб­лу­дил­ся, кор­о­че. Он стал присл­угу звать – а они, ви­дать, все на празд­н­и­ке. Тог­да он и заг­ля­нул в од­ну из ком­н­ат. Толк­н­ул­ся – за­пер­то, а из-за дв­ери го­л­ос:
- Дя­день­ка, кто вы?
Он при­г­ля­дел­ся, а в дв­ери ок­ошеч­ко так­ое, пря­мо как в тюрь­ме. И с той стор­о­ны в ок­ошеч­ко на него па­цан смот­р­ит. Как он ска­зал – лет шест­н­ад­ца­ти, кор­о­че, ди­тё ещё. Гов­ор­ит, что хор­ошень­кий пар­е­нёк, про­с­то как карт­ин­ка – смуг­л­ый, как цыг­ан, во­л­о­сы до плеч кудр­я­вые, гла­за чёр­н­ые-чёр­н­ые.
Дру­жок мой удив­ил­ся, и спра­ши­ва­ет:
- А ты че­го вза­пер­ти си­дишь? Нак­а­за­ли, что ли?
Па­р­ень в от­в­ет:
- Ага. Нак­а­за­ли. На всю жизнь ме­ня нак­а­за­ли.
И расс­ме­ял­ся так, слов­но зап­ла­к­ал. Прия­тель мой че­лов­ек гру­бо­в­ат­ый, но мне ска­зал, что от это­го сме­ха сам чуть не зар­ы­дал. Вспом­н­ил он мо­л­о­дость свою бое­в­ую и гов­ор­ит:
- А да­вай я дв­ерь вы­ши­бу, и убе­жим, по­ка все тут хуй­нёй стра­д­ают.
А пар­н­иш­ка в от­в­ет:
- Не­чем мне бе­жать, дя­день­ка. Ног у ме­ня нет. А вы вы­бир­ай­тесь от­с­ю­да, а то не дай Бог – за­стиг­нут вас тут – го­л­о­вы не сн­о­си­те.
- Да что здесь так­ое твор­ит­ся-то? – пор­а­зил­ся прия­тель.
А пар­н­иш­ка по­мол­ч­ал и гов­ор­ит:
- Мо­жет, вы и не та­кой, как ос­таль­ные шак­а­лы. Вот, возь­ми­те. Пер­е­дай­те в по­ли­цию, мо­жет, на это­го хмы­ря упра­ва най­дёт­ся. А нет – так мне всё рав­но один ко­нец.
И за­пис­ку про­т­яги­ва­ет. Мой прия­тель её взял, а пар­н­иш­ка ему:
- Вы­бир­ай­тесь те­перь от­с­ю­да. Скор­ей вы­бир­ай­тесь. Мне уже ху­же не бу­дет, а вас, ес­ли за­ста­нут здесь – убьют точ­но. Вы не предс­тав­л­яе­те, дя­дя, как­ая сво­л­очь здеш­н­ий хо­зя­ин.
Ну, прия­тель мой за­пис­ку взял, а пот­ом где-то за пов­о­р­от­ом го­л­о­са пос­л­ыша­л­ись. Он – но­ги в ру­ки, свер­н­ул ку­да-то по кор­и­до­ру па­ру раз и ок­а­зал­ся ак­к­ур­ат пер­ед лест­н­ицей на пер­вый этаж. Там его и вс­трет­и­ли знак­омые дев­ч­он­ки, с кот­о­р­ыми он раз­вле­к­ал­ся, спра­ши­ва­ют, как са­мо­чув­ствие. А он им:
- Ук­ат­а­ли вы ме­ня, кра­сав­и­цы, толь­ко в се­бя при­шёл.
И от­прав­ил­ся даль­ше ве­се­лит­ь­ся, уе­хал толь­ко ког­да все разъ­ез­жать­ся ста­ли, рань­ше не осме­лил­ся.
Прие­хал он до­мой, за­пис­ку про­чит­ал, и ста­ло ему тош­но. С од­ной стор­о­ны – на­до бы в по­ли­цию ид­ти, с дру­гой – бо­ит­ся, что на куп­лен­н­ых мент­ов на­рвёт­ся и про­па­д­ёт тог­да ни за по­нюх та­б­аку. Вот и да­вай мне наз­ва­ни­вать, слы­шал он про Мак­си­ма, вот и да­вай ме­ня про­сить, что­бы я за­пис­ку пер­е­дал, а его дес­кать, де­ло стор­о­на. Он ру­ки умы­ва­ет, поск­оль­ку жиз­н­ью сво­ей ис­клю­ч­и­т­ель­но дор­ожит. Сво­л­очь.
- Яс­но, - прот­я­нул Ва­д­им. – А за­пис­ка-то где?
- Вот, - от­в­е­т­ил Иван и прот­я­нул Ва­д­иму ма­л­ень­кий, свёр­н­ут­ый вч­ет­ве­ро, бе­л­ый ли­с­ток, ис­пи­сан­н­ый с двух стор­он круп­н­ым пол­у­детс­ким по­черк­ом не очень стар­а­тель­но­го уче­ни­ка.
Гла­ва 17. Ку­рьер
Иван прот­я­нул Ва­д­иму ма­л­ень­кий, свёр­н­ут­ый вч­ет­ве­ро, бе­л­ый ли­с­ток, ис­пи­сан­н­ый с двух стор­он круп­н­ым пол­у­детс­ким по­черк­ом не очень стар­а­тель­но­го уче­ни­ка.
Ва­д­им мед­л­ен­но разв­ер­н­ул ли­с­ток и про­чёл нер­ов­но на­пи­сан­н­ый текст с ку­чей оши­б­ок. По­хо­же, маль­чиш­ка яв­но был не из от­л­ич­н­и­к­ов, но смысл на­пи­сан­н­ого до­шёл до Ва­ди­ма не сра­зу не по­это­му.
«Ми­ня за­в­ут Илья Ива­нов. Мне шес­н­ацать лет. Ми­ня за­б­ра­ли Па­поч­ка и Ма­моч­ка у мо­ей род­ной ма­мы Из­оль­ды Ива­но­вой. Она жив­ёт в дир­евне Юрьев­ка, Энс­ко­го райо­на Со­сед­н­егор­одс­кой обл­а­сти. Па­га­вар­и­те с ней, она зна­ет, кто так­ие Ма­моч­ка и Па­поч­ка. У них есть врач, они дер­жат его в пле­ну. Они за­став­и­ли его атр­е­зать мине но­ги, ха­тя я здар­о­в­ый и ни­ч­ем не бол­ел. Пот­ом они ми­ня про­да­ли бо­гат­ому дядь­ке. Его за­в­ут дя­дя Ви­тя, я здес как в тюрь­ме. Он ми­ня дер­жыт как дев­оч­ку, но ни бьёт, га­вар­ит, что ему со мной нрав­и­ца. А мине прат­ив­но. Я зб­ежать не мо­гу, у ми­ня нету ног и ещё тут виз­де ох­ра­на. Па­ма­ги­те па­жал­уй­ста кто мо­жет, у ми­ня уже нету сил. Спа­си­те ми­ня и за­б­ир­и­те сес­три­ч­ек у мо­ей ма­мы, а то Па­поч­ка и Ма­моч­ка и их за­б­ир­ут. У ми­ня две сис­т­ры, их за­в­ут Над­ька и Вер­ка. Спа­си­те нас вс­ех».*
- О, Гос­по­ди! – вы­дох­н­ул Ва­д­им, до­чит­ав пос­л­а­ние. – Неу­же­ли так­ое воз­мож­но!
Иван ти­хо от­в­е­т­ил:
- Прия­тель мой не врёт, сто пу­дов. Но это ж тог­да… это… чёрт зна­ет, что так­ое! Ру­ки че­шут­ся это­го мер­зав­ца подс­тре­лить!
- А вот это­го не на­до, - ска­зал Ва­д­им. – У вас же­на и сын. Ско­ро доч­ка бу­дет. Ес­ли вы ся­де­те из-за этой мра­зи – их кто за­щит­ит?
Иван мрач­но кив­н­ул:
- Что дел­ать-то? И Мак­си­ма нет, как наз­ло.
- Я по­зво­ню Га­ле Ша­ма­но­вой, - от­в­е­т­ил Ва­д­им. – Она непр­емен­но что-ни­б­удь при­ду­ма­ет. А прия­тель-то как? Даст офи­ци­аль­ные пок­а­за­ния?
- Ой, не знаю, - вз­дох­н­ул Иван. – Я ж гов­о­рю – бо­ит­ся он. Хо­тя… Это пись­мо и его про­ня­ло, не зря ж он ко мне сор­вал­ся.
Иван по­мол­ч­ал па­ру ми­нут и до­бав­ил:
- Я попр­о­бую с ним по­гов­ор­ить. Но вы же по­ни­мае­те, Ва­д­им, ему нуж­ны бу­д­ут гар­ант­ии. Это ж ре­аль­ная уг­ро­за жиз­ни, за так­ое и зак­опать мо­гут.
- А вы, Иван? – спро­сил Ва­д­им. – Не бои­т­есь?
- Бо­юсь, – спо­кой­но от­в­е­т­ил биз­н­ес­мен, - не за се­бя, за же­ну, за Тём­ку бо­юсь. Но так­ое ос­тав­л­ять нель­зя. Ес­ли эта тварь ос­та­нет­ся без­нак­а­зан­ной… Сколь­ко дет­ишек она ещё обез­до­лит. Так что… Ес­ли нуж­но – я всё расс­ка­жу в су­де. Толь­ко вот бу­д­ут ли иметь мои пок­а­за­ния зак­он­н­ую си­лу?
- Во вс­як­ом слу­чае, эта за­пис­ка – про­с­то убий­ствен­н­ая ули­ка. Толь­ко вот не по­нят­но, кто та­кой этот «дя­дя Ви­тя».
- Вик­т­ор Ми­хай­лов­ич При­ва­лов, - от­в­е­т­ил Иван. – Но­в­ый хо­зя­ин усад­ь­бы Реп­н­и­ных и один из сов­ла­д­ель­цев ком­па­ний «Са­ха­зо­л­ото», «Як­ут­ал­маз» и «Сиб­газ».** Пои­щи­те - о нём ин­фор­ма­ции в Се­ти пре­дос­тат­оч­но.
- «При­ва­лов­с­кие мил­л­ио­ны»… - мрач­но ус­мех­н­ул­ся Ва­д­им.
- Что?
- Да нет, кн­ига так­ая есть у Ма­ми­на-Си­б­ир­яка. Я в детс­тве чит­ал.
- А я чит­ать не лю­б­ил, - вз­дох­н­ул Иван. – Но нас­ч­ёт мил­л­ио­нов – это, по­жа­л­уй, в са­мую точ­ку. Точ­н­ее, тут не мил­л­ио­ны да­же – мил­л­иар­ды.
- Ого! – при­свист­н­ул Ва­д­им. – По­хо­же, он се­бе очень мн­огое мо­жет позв­о­лить…
- Имен­но, - мрач­но ска­зал Иван. – Нет, ну, как­ая же тварь всё-та­ки…
- Иван, - твёр­до ска­зал Ва­д­им, - вам сей­час нуж­но ду­мать о сво­ей се­мье. Пов­ерь­те, в дан­ной сит­уа­ции вы боль­ше по­ка ни­ч­его сдел­ать не смо­же­те. А Га­ля и Макс сдел­ают всё, что­бы спа­сти это­го маль­чи­ка. Вы же знае­те.
- Вы пра­вы, - вз­дох­н­ул Иван. – Спа­си­бо. Я, по­жа­л­уй, пой­ду.
- А я по­зво­ню Га­ле, - кив­н­ул Ва­д­им. – Сей­час же.
Расс­тав­шись с Ива­ном, Ва­д­им уже на­ч­ал на­б­ир­ать но­мер Ша­ман­ки, как в дв­ерь вн­овь по­зво­ни­ли. Ва­д­им черт­ых­н­ул­ся, но пот­ом ре­шил, что это Иван за­б­ыл что-то, поск­оль­ку звон­ка от ох­ра­ны не бы­ло, и рас­пах­н­ул дв­ерь.
На по­ро­ге стоя­ла жен­щи­на в брю­к­ах и ярк­ом жёлт­ом жил­е­те пов­ерх курт­ки. На ко­зырь­ке так­ого же цве­та, что и жил­ет, бей­с­бол­ки вид­н­ел­ась над­пись: «Служ­ба дос­тав­ки «Ура­ган». Дом­чим ва­шу по­сыл­ку с ве­терк­ом!» В ру­к­ах у жен­щи­ны бы­ла дов­оль­но объ­ё­мис­тая кор­об­ка с боль­шим по­дар­оч­н­ым бант­ов и на­пе­чат­ан­ной сбо­ку над­пи­сью: «Зай­чи­ку от кис­ки! С дн­ём рож­д­е­ния, дор­о­гой!»
Ва­д­им быст­рень­ко пе­ре­б­рал в уме дни рож­д­е­ния Анд­р­ея, Сер­ёж­ки и Мак­са, не на­шёл ни­ч­его бл­изк­ого, оза­д­а­ч­ен­но по­смот­рел на да­му-ку­рье­ра и ска­зал:
- Я ни­ч­его не зак­а­зы­вал.
- Вот нар­од… - уста­ло вз­дох­н­у­ла жен­щи­на. – Вам ведь по­дар­ок, нав­ер­н­ое. Тут же на­пи­са­но – «зай­чи­ку от кис­ки».
- Шут­и­те вы, что ли, - хмык­н­ул Ва­д­им, - нет у ме­ня ник­акой «кис­ки». И день рож­д­е­ния в ап­ре­ле.
- Зн­а­ч­ит, ко­му-ни­б­удь из ва­ших бл­изк­их, - нев­озмут­имо пар­ир­о­в­а­ла да­ма. – Рас­пи­ши­т­есь.
- Ну уж нет. У вс­ех мо­их бл­изк­их дни рож­д­е­ния ли­бо прош­ли, ли­бо ещё не наст­упи­ли. Так что, ду­маю, вы ад­р­е­с­ом ошиб­л­ись. По­смот­р­и­те-ка пов­ни­ма­тель­нее.
- Ну что вы, - сер­д­ито пар­ир­о­в­а­ла да­ма, яв­но на­ч­и­ная сер­д­ит­ь­ся. – Тигип­ко Бог­д­ан Ник­о­л­ае­в­ич, ули­ца Кла­ры Цетк­ин, дом 15-а, кварт­и­ра 64. Прав­иль­но?
- Нет, - ус­мех­н­ул­ся Ва­д­им, кот­ор­ого уже ста­ла за­б­ав­л­ять дур­ацк­ая сит­уа­ция. – Я не Тигип­ко, а это дей­стви­т­ель­но кварт­и­ра 64, толь­ко дом не 15-а, а 15-б по ули­це Кла­ры Цетк­ин. Так что, про­шу про­ще­ния, но вы всё-та­ки ошиб­л­ись.
- Вот гад­с­тво! - эмо­цио­н­аль­но вы­дох­н­у­ла да­ма. – Да что ж тут за ну­мер­ация так­ая дур­ацк­ая, все но­ги со­бьёшь, по­ка нуж­н­ый дом най­дёшь! А мне ещё в конт­о­ру вер­н­уть­ся на­до…
Нео­ж­и­дан­но жен­щи­на рез­ко по­бл­ед­н­е­ла, сх­ват­ил­ась за вис­ки и прис­л­о­нил­ась к стене.
- Что с ва­ми? – за­бес­пок­оил­ся Ва­д­им.
- Ни­ч­его, - вы­дох­н­у­ла жен­щи­на, - у ме­ня ве­гет­о­со­су­дис­тая ди­с­то­ния, бы­ва­ют мо­мен­ты – по­нерв­н­и­ч­аю – и го­л­о­ва кру­жит­ся. Про­с­ти­те, ра­ди Бо­га, са­ма но­мер до­ма пло­хо раз­г­ля­де­ла, а на вас на­б­ро­сил­ась.
- Ни­ч­его страш­н­ого, - от­в­е­т­ил Ва­д­им, - со вс­еми бы­ва­ет. Мо­жет, вам неот­л­ож­ку выз­вать?
- Нет-нет, не на­до, - по­спеш­но от­в­е­т­и­ла да­ма. – У ме­ня и лек­арс­тво с со­бой. Толь­ко… Мо­гу я вас попр­о­сить… Ста­к­ан во­ды, ес­ли мож­но. Я за­пью.
- Ко­неч­но, - от­в­е­т­ил Ва­д­им. – Прой­ди­те в при­х­ожую, сей­час при­не­су.
Ва­д­им уш­ёл на кух­ню за во­дой и по­это­му не ви­дел, как жен­щи­на рез­вой коз­оч­кой под­прыг­ну­ла с та­б­ур­ет­ки, на кот­орую её уса­д­ил за­б­от­ли­вый хо­зя­ин, и быст­ро что-то зак­ре­пи­ла в уг­лу ря­дом с ве­шал­кой, а пот­ом сн­о­ва усел­ась на та­б­ур­ет и вн­овь ста­ла из­об­ра­жать уми­р­аю­ще­го ле­бе­дя. А ког­да хо­зя­ин вер­н­ул­ся и по­дал ей ста­к­ан с во­дой, дей­стви­т­ель­но дос­та­ла из кар­ма­на курт­ки ма­л­ень­кий стек­лян­н­ый пу­зы­рёк с бе­л­ыми кру­пин­к­ами, но без марк­ир­ов­ки.
- Это го­мео­пат­и­ч­ес­кий пре­пар­ат, на тра­вах, - поя­с­н­и­ла она. – Мне очень хор­ошо по­мо­га­ет, я дру­ги­ми не поль­зу­юсь.
Жен­щи­на вы­сы­па­ла на ла­д­онь нес­коль­ко бе­л­ых кру­пи­нок, под­нес­ла ла­д­онь ко рту, а за­тем за­пи­ла лек­арс­тво. И тут дв­ерь от­вор­ил­ась, и в неё вва­л­и­л­ись Анд­р­ей, Ар­т­ём, Иг­нат, Ма­лой, Ал­и­са и Дан­ька. Кор­о­че, вся чест­н­ая ком­па­ния. Су­дя по дов­оль­ным ря­хам Ма­ло­го и Ал­ис­ки, Ва­д­им не ошиб­ся – ком­па­ния яв­но зав­ер­н­у­ла в «Мак­д­о­н­ал­дс» на со­сед­н­ей ули­це, и мелк­им пер­епа­ло по «Хэп­пи-ми­лу». По­это­му жуть как дов­оль­ные Ма­лой и Ал­и­са сжи­ма­ли в ру­к­ах по сов­ер­шен­но жутк­ому чу­дов­ищу нев­оо­бра­зи­мой рас­цвет­ки и гром­ко вы­яс­н­я­ли, чей монстр кру­че.
Маль­чиш­ки веж­ли­во поз­д­ор­о­в­а­л­ись, а Ар­т­ём, узрев над­пись на кор­об­ке, спро­сил:
- Дя­дя Ва­д­им, а у ко­го это дн­ю­ха? И что за кис­ка?
Ва­д­им на ми­ну­ту по­т­ер­ял дар ре­чи, но пот­ом смог вы­дав­ить:
- Ку­рьер ад­р­е­с­ом ошиб­л­ась. Дом пер­епут­а­ла.
- Да ну… - нео­ж­и­дан­но ехид­но прот­я­нул Анд­р­ей, и Ва­д­им в лёгк­ом обал­д­е­нии устав­ил­ся на обыч­но спо­кой­но­го и вос­пит­ан­н­ого пар­ня. Но, как ок­а­за­лось, ехидс­тво Анд­рю­хи от­н­о­си­л­ось во­в­се не к нему. Анд­р­ей про­дол­жил, об­ра­ща­ясь к да­ме-ку­рье­ру:
- А что, вас из ко­ми­т­ета со­ци­аль­ной за­щи­ты выг­н­а­ли, и вы те­перь ку­рьер­ом подр­а­б­ат­ы­вае­те?
- Что? – выр­ва­лось у Ва­ди­ма, а ре­ак­ция у жен­щи­ны ок­а­зал­ась от­мен­ной. Она от­т­олк­н­у­ла Дан­ьку, кот­ор­ый за­стыл поч­ти на по­ро­ге, рас­пах­н­у­ла дв­ерь и ки­нул­ась вн­из по лест­н­ице. Маль­чиш­ки сна­ч­а­ла за­мер­ли, а пот­ом Ар­т­ём, а сле­дом и Анд­рю­ха с Иг­нат­ом по­бе­жа­ли за ней с кри­к­ами:
- Стой! Стой! Ох­ра­на, за­д­ер­жи­те её!
Од­н­ако да­ма от­л­и­ч­ал­ась зав­ид­ной фи­зи­ч­ес­кой под­гот­ов­кой, сн­и­зу раз­дал­ся взрыв ма­та, гром­ко хлоп­н­у­ла дв­ерь, пот­ом ещё раз… Ва­д­им же по­спеш­но нак­ло­нил­ся к упав­ше­му Дан­ь­ке, по­мо­гая под­н­ять­ся:
- Ты в пор­яд­ке?
- Ага, - от­оз­в­ал­ся Дан­ька ошар­ашен­но. – Ни­ч­его се­бе, тёт­ка.
Что же ка­са­ет­ся Ма­ло­го и Ал­и­сы, то они, поль­зу­ясь слу­ча­ем, упо­ён­но пот­ро­ши­ли кра­сив­ую кор­об­ку.
- Вы что де­л­ае­те, бан­д­иты ма­лол­ет­н­ие? – сх­ват­ил­ся за го­л­ову Ва­д­им. – А вд­руг там га­д­ость как­ая-ни­б­удь?
- Ни­ч­его там нету, - вз­дох­н­ул Ма­лой разо­чар­о­в­ан­но. – Од­ни толь­ко стар­ые га­зе­ты. Пош­ли в ком­н­ату, Ал­ис­ка. Пло­хая тё­тя. Зл­ая.
Ал­и­са кив­н­у­ла, Ма­лой гал­ант­но по­мог ей сн­ять курт­оч­ку и по­т­ащил по­друж­ку в ком­н­ату, да­бы за­те­ять иг­ру с при­в­ле­че­ни­ем вс­ех име­ю­щих­ся в на­л­и­ч­ии монс­тров.
Чер­ез нек­от­ор­ое вре­мя вер­н­у­лись Анд­р­ей, Ар­т­ём и Иг­нат, кот­ор­ые, воз­б­уж­д­ён­но тар­ат­оря, расс­ка­за­ли, что ох­ран­н­ик по­пы­тал­ся за­д­ер­жать ку­рьер­шу, но она ему лов­ко прыс­н­у­ла в ли­цо ка­кой-то га­д­о­стью из бал­л­он­ч­ика, вы­ско­чи­ла на ули­цу, вс­ко­чи­ла на при­пар­к­о­в­ан­н­ый мот­ик и бы­ла та­к­о­ва, толь­ко её и ви­де­ли.
- Но мы но­мер за­пом­н­и­ли, - гор­до ска­зал Иг­нат.
- И ох­ран­н­ику по­мощь ок­а­за­ли, – до­бав­ил Анд­р­ей.
- Лад­но, - вз­дох­н­ул Ва­д­им, - вы гер­ои, а я лох. Но, Анд­р­ей, ты точ­но увер­ен, что это та же са­мая жен­щи­на, кот­о­р­ая предс­тав­ил­ась те­бе со­ци­аль­ным ра­б­от­н­ик­ом? На твой же порт­рет она не осо­бо по­хо­жа.
- Ко­неч­но, - от­в­е­т­ил Анд­р­ей. – Она пар­ик свет­л­ый на­д­е­ла. Нак­ра­сил­ась по-дру­го­му. Одеж­ду сме­ни­ла, ста­ла мо­л­оже выгл­я­деть. Но это она, точ­но она.
- По­нят­но, - вз­дох­н­ул Ва­д­им, - иди­те по­ка в ком­н­ату. Я сей­час Га­ле по­зво­ню.
Маль­чиш­ки уш­ли в ком­н­ату Анд­р­ея, а Ва­д­им дос­тал мо­биль­ный, на­б­рал Ша­ман­ку и, поз­д­ор­о­в­ав­шись, быст­ро ска­зал:
- Га­ля, я по­ни­маю, что ты за­ня­та, но луч­ше бы те­бе прие­хать. Пря­мо сей­час. У нас тут стран­н­ые де­ла твор­ят­ся.
*Не на­до испр­ав­л­ять ор­фо­гра­фию, это Илья пи­шет с ошиб­к­ами.
** Все наз­ва­ния ком­па­ний при­ду­ма­ны авт­ор­ом, сов­па­д­е­ния слу­чай­ны.
Гла­ва 18. Кор­от­ыш­ка из "Сол­н­еч­н­ого ле­са"
В Со­сед­н­ий Гор­од Макс при­б­ыл ве­чер­ом, пер­е­но­че­вал в го­с­ти­ни­це, а с ран­н­его ут­ра уже от­прав­ил­ся на вс­тре­чу со сле­до­в­а­тел­ем, кот­ор­ый вёл де­ло про­пав­ших Иры и Ди­мы.
Сле­до­в­а­тель, ка­пит­ан по­ли­ции Сер­гей Гор­о­хов ок­а­зал­ся дов­оль­но мо­л­о­дым – лет трид­ца­ти пя­ти, но на ред­к­ость непр­ият­н­ым че­ло­век­ом. Де­ло да­же не в том, что он был от­к­ров­ен­но нек­ра­сив – слишк­ом дл­ин­н­ый нос, слишк­ом ма­л­ень­кие, бл­из­ко по­са­жен­н­ые гла­за, боль­шой ля­гу­ша­ч­ий рот… Макс зн­ал лю­дей ку­да бол­ее непр­ият­н­ых вн­ешне, да­же урод­ли­вых, но… пос­ле пя­ти ми­нут об­ще­ния с ни­ми их уродс­тво как-то раз­мы­ва­лось, нао­бор­от, их обая­ние вы­зы­ва­ло сим­пат­ию и жел­а­ние об­щать­ся даль­ше.
Гор­о­хов был не та­к­ов, на во­про­сы Мак­са от­ве­чал ко­р­от­ко, от­к­ров­ен­но ску­чал и по де­лу про­пав­ших Ди­мы и Иры ни­ч­его тол­к­ов­ого не со­об­щил. Макс уже пос­чит­ал вре­мя, пот­ра­ч­ен­н­ое на пое­зд­ку в Со­сед­н­ий Гор­од безв­озв­рат­но по­т­ер­ян­н­ым, единс­твен­н­ое, что ему уда­лось – пол­н­о­стью ско­пир­о­в­ать ма­тер­иа­лы следс­твен­н­ого де­ла, но это мож­но бы­ло и по элект­рон­ке за­про­сить. К то­му же де­ло на­ч­и­нал дру­гой сле­до­в­а­тель – Лар­ион Ма­евс­кий, но пот­ом его по ка­кой-то непо­нят­ной при­ч­ине от­д­а­ли Гор­о­хо­ву.
- А где Ма­евс­кий? – по­ин­т­ер­е­с­о­в­ал­ся Макс.- Я хо­т­ел бы с ним по­гов­ор­ить.
- Да не ра­б­от­ает он здесь боль­ше, - рав­н­о­душ­но от­в­е­т­ил Гор­о­хов, ед­ва не зе­вая, - пер­еат­т­ес­та­цию не про­шёл. А пот­ом с ним как­ая-то ис­тор­ия мут­н­ая слу­чил­ась… Вр­о­де нарк­от­ики у него наш­ли. Хо­т­е­ли де­ло от­к­рыть, но…
- Но? – спро­сил Макс.
- Да с ним вр­о­де не­с­част­н­ый слу­чай ка­кой-то прои­з­ошёл. Вот и по­жа­л­е­ли его. Так­ая бе­да – ехал с же­ной и доч­кой за гор­од, вд­руг по вс­треч­ной гру­з­ов­ик за­нес­ло… и всё. Же­на с доч­кой на ме­с­те по­гиб­ли, а Ма­евс­кий дол­го по боль­ни­цам ва­лял­ся. На но­ги так и не вс­тал, по­зво­ноч­н­ик ему силь­но пов­р­е­ди­ло, да и ожо­ги силь­ные бы­ли… Он, как ок­ле­мал­ся, кварт­и­ру про­дал и в пан­с­ио­н­ат для ин­в­а­л­и­дов пер­ее­хал. Есть тут у нас та­кой за гор­о­дом – «Сол­н­еч­н­ый лес» на­зы­ва­ет­ся. Част­н­ый, ко­неч­но, но там услов­ия вполне сн­ос­н­ые. Мо­же­те ту­да пое­хать, по­об­щать­ся, так ска­зать. Толь­ко вот дор­оги у нас… опас­н­ые, са­ми по­ни­мае­те…
«Ах, ты ж по­до­нок… - по­ду­мал Макс, - ведь нав­ер­н­яка де­ло слил, по­нял, что к че­му. Вон и одек­о­л­он у те­бя дор­о­гой – мен­ту не по кар­ма­ну… и ча­си­ки… ого… неу­жто наст­оя­щий «Рол­екс»? По­нят­но всё, пря­мо как в анек­д­о­те – зар­пла­та у нас ма­л­ень­кая, но от­пуск­н­ые хор­ошие… Смот­ря ко­го от­пус­кать. Лад­но, удод в по­го­н­ах, с то­бой я поз­же раз­б­ер­усь».
- Вы мне угро­жае­те? – по­ин­т­ер­е­с­о­в­ал­ся Макс ле­дя­ным то­ном.
- Да ни Бо­же мой, - непр­ият­но улыб­н­ул­ся Гор­о­хов. – Пре­ду­преж­д­аю я.
- Счит­ай­те, что я вн­ял ва­шим пре­ду­преж­д­е­ни­ям. Вс­его доб­ро­го, - хо­л­од­но рас­про­щал­ся Макс.
Гор­о­хов толь­ко го­л­овой мот­н­ул.
Макс вы­шел в кор­и­дор, нек­от­ор­ое вре­мя бор­ол­ся с жел­а­ни­ем пой­ти к Гор­о­хов­с­к­ому на­ч­аль­ству и раз­н­е­с­ти к чёрт­овой ма­те­ри весь твор­ящий­ся здесь бар­д­ак, но он прек­рас­но по­ни­мал, что этим сей­час не до­бьёт­ся ни­ч­его. Макс как­им-то обос­трён­н­ым чу­т­ьём ощу­щал, что вре­мя на ис­х­о­де и что слад­к­ую пар­оч­ку нуж­но ис­кать как мож­но скор­ее. К то­му же вр­яд ли мест­н­ое на­ч­аль­ство нач­н­ёт пля­сать пер­ед ним впри­сяд­ку – они яв­но не за­ин­т­ер­е­с­о­в­а­ны в рас­кры­вае­мо­с­ти по­доб­н­ых прес­туп­ле­ний, ина­че… ина­че все здесь дав­но бы уже но­си­л­ись, как на­ски­пи­дар­ен­н­ые. А это зн­а­ч­ит толь­ко од­но – мест­н­ое на­ч­аль­ство дер­жат. Хор­ошо так дер­жат, то есть у кидн­эп­пер­ов име­ют­ся весь­ма влия­тель­ные пок­ров­и­т­е­ли. И не ис­клю­ч­е­но, что за­тея с ам­пу­ти при­надл­ежит не по­хи­т­и­т­е­л­ям – это зак­аз. Зак­аз ко­го-то из мест­н­ого вы­с­ок­ого на­ч­альст­ва. Дерь­мо. Удив­и­т­ель­но, что Ма­евс­кий ещё жив, хо­тя чёрт его зна­ет, как­им он стал за вре­мя пре­бы­ва­ния в этом са­мом пан­с­ио­н­а­те. Но съез­дить и на­в­е­с­тить его не по­ме­ша­ет – хо­тя бы для очист­ки со­в­е­с­ти.
Но до это­го нуж­но бы­ло ещё сдел­ать од­но де­ло – уже бы­ло по­нят­но, что де­ло об убий­стве Из­оль­ды Ива­но­вой мест­н­ые шер­л­ок­х­олм­сы спус­т­ят на тор­мо­зах, по­это­му Макс свя­зал­ся с собс­твен­н­ым на­ч­аль­ством и во­про­сил его на предм­ет то­го, что­бы заб­рать де­ло у предс­тав­и­т­ел­ей добл­ест­ной по­ли­ции Со­сед­н­его Гор­о­да из-за яв­ной свя­зи с де­лом о по­хи­ще­нии де­тей. На­ч­аль­ство по­ин­т­ер­е­с­о­в­а­лось, не же­л­ает ли Макс при­х­ват­ить ещё пар­оч­ку дел из со­сед­н­ей обл­а­сти, а то в РОВД нар­о­ду сов­ер­шен­но за­нять­ся не­чем, но нео­ж­и­дан­но сме­ни­ло гнев на ми­л­ость и зая­ви­ло, что май­ор Ша­ма­но­ва уже кое о чём успе­ла ему до­л­ожить, так что Макс мо­жет дер­зать в этом на­прав­л­е­нии, а мест­н­ое на­ч­аль­ство уже де­сять ми­нут, как в кур­се и бе­зум­но ра­до из­б­ав­л­е­нию от лиш­н­ей док­уки. Оза­д­а­ч­ен­н­ый Макс на­б­рал Ша­ман­ку и по­ин­т­ер­е­с­о­в­ал­ся, по­че­му она не по­зво­ни­ла ему, раз что-то успе­ла нар­ыть, но бое­вая по­дру­га по­сов­ет­о­в­а­ла ему за­б­ир­ать всё, что да­д­ут и по­бы­стр­ее возв­ра­щать­ся, поск­оль­ку это не тел­е­фон­н­ый раз­гов­ор.
В све­те вн­овь от­к­рыв­ших­ся со­бы­тий Ша­манк­и­на пар­а­нойя выгл­я­де­ла бол­ее чем обос­н­о­в­ан­но, и Макс, заб­рав ма­тер­иа­лы де­ла и оза­б­от­ив­шись со­х­ра­не­ни­ем до­бы­тых На­с­тей улик, ре­шил на­в­е­с­тить «Сол­н­еч­н­ый лес». Он во­про­сил нав­игат­ор о ме­с­то­н­а­хож­д­е­нии пан­с­ио­н­ата, не осо­бо на­д­еясь на уда­чу, но нео­ж­и­дан­но ум­н­ая ма­ши­на про­л­ожи­ла маршр­ут. Пан­с­ио­н­ат был дей­стви­т­ель­но рас­по­л­ожен за гор­о­дом, и Макс от­прав­ил­ся ту­да немед­л­ен­но.
Дор­ога бы­ла хор­ошей, день – сол­н­еч­н­ым, ма­шин на трас­се бы­ло не слишк­ом мн­ого, и Макс спус­тя пят­н­ад­цать ми­нут ез­ды за­мет­ил бе­л­ые «Жи­гу­ли»-шес­тёр­ку, мая­чив­шие за ним, как при­вя­зан­н­ые. Его ве­ли, при­ч­ём ве­ли вн­аг­лую, не осо­бо скры­ва­ясь. И это пах­ло со­в­с­ем уж не­хор­ошо. Макс ещё раз от­з­во­нил­ся Ша­ман­ке, ввёл её в курс де­ла и на пред­л­оже­ние Га­л­и­ны умат­ы­вать по­доб­ру-поз­д­ор­ову и возв­рат­ит­ь­ся уже в ком­па­нии, ска­жем, Ро­дио­ны­че­вых ор­л­ов, от­в­е­т­ил:
- Зна­ешь, Га­ля, я бо­юсь, что поз­же мне не с кем бу­дет раз­го­в­ар­и­вать. Гор­о­хов, ви­дать по глу­по­с­ти мне про Ма­евс­ко­го сболт­н­ул, не ожи­дал, что я в «Сол­н­еч­н­ый лес» пое­ду. А пот­ом, вид­но, соо­бра­зил, что прок­о­л­ол­ся, и звяк­н­ул, ко­му сле­ду­ет. Так что мне с Ма­евс­ким по­об­щать­ся край на­до.
- Лад­но, - нео­х­от­но сог­ла­сил­ась Ша­ман­ка. – Толь­ко ес­ли по­чу­ешь, что де­ло пло­хо – ва­ли от­т­у­да немед­л­ен­но. Без огляд­ки ва­ли. Ты нам вс­ем жи­вой ну­жен.
Макс сог­ла­сил­ся, от­к­лю­ч­ил­ся, и при­б­ав­ил скор­ость, бла­го сот­руд­н­и­к­ов ДПС на трас­се не про­сматр­и­ва­лось. «Жи­гу­ли» су­щес­твен­но от­с­та­ли, и Макс к вор­от­ам «Сол­н­еч­н­ого ле­са» подъе­хал в оди­но­чес­тве.
Пан­с­ио­н­ат был ок­ру­жен крепк­им за­б­ор­ом, в буд­ке у вор­от мая­чил ох­ран­н­ик шк­афоо­браз­ной вн­еш­н­о­с­ти, но с ли­цом, обез­об­ра­жен­н­ым нек­от­о­р­ыми приз­на­к­ами ин­т­елл­ек­та, по­это­му он, по­смот­рев мак­с­о­вы до­к­умен­ты, свя­зал­ся с главв­ра­ч­ом и про­пу­ст­ил ма­ши­ну Мак­са на терр­ит­ор­ию. Вн­ешне пан­с­ио­н­ат прои­з­в­о­дил при­ят­н­ое впе­чат­л­е­ние – хор­ошо от­ре­монт­ир­о­в­ан­н­ый дом ста­л­инс­кой пост­рой­ки, ухо­жен­н­ые клум­бы, по­сы­пан­н­ые пес­ком дор­ож­ки, бе­сед­ки, ска­мей­ки, да­же фонт­ан. Да и обит­а­те­ли не выгл­я­де­ли, как ча­сто бы­ва­ет в по­доб­н­ых мес­тах, угрю­мы­ми, неу­хо­жен­н­ыми и заб­ро­шен­н­ыми. В ос­н­ов­н­ом это бы­ли лю­ди по­жи­л­ые, пер­е­дви­гав­шие­ся ли­бо на ко­с­ты­лях, ли­бо в ко­л­яс­ках, но вс­тре­ча­л­ись и мо­л­о­дые ли­ца – вот мед­с­ес­т­ра сред­н­их лет в зе­л­ё­ном хал­а­те кат­ит на ко­л­яс­ке дев­уш­ку, улы­ба­ю­щую­ся толь­ко од­ной по­л­ов­и­ной ли­ца и что-то кос­н­оя­зыч­но твер­д­ящую, нем­н­ого даль­ше двое пар­н­ей – один без но­ги, дру­гой без обе­их рук, увле­чён­но ко­в­ы­ря­ют­ся в сво­их план­шет­ах. При­ч­ём безр­ук­ий дов­оль­но лов­ко об­х­о­дил­ся без пос­т­ор­он­н­ей по­мо­щи, за­жав сти­л­ос, прик­реп­лён­н­ый к спе­ци­аль­ной подс­тав­ке, в зу­бах. В об­щем, вн­ешне всё выгл­я­де­ло идил­л­и­ч­ес­ки, и Макс наст­ор­ожил­ся. По­нят­но, ко­неч­но, что зав­е­де­ние плат­н­ое, но от­к­у­да у ин­в­а­л­и­дов день­ги, что­бы оп­ла­ч­и­вать со­в­с­ем не де­шё­вый серв­ис? Или это пос­т­ар­а­л­ись доб­рые родс­твен­н­ики, сбыв убо­го­го с рук? Или… тут разо­шедш­ая­ся фант­а­зия Мак­са на­ч­а­ла твер­д­ить о тор­гов­ле ам­пу­ти, кот­о­р­ым про­мыш­ля­ет здеш­н­ее ру­к­о­в­одс­тво, но тут его ок­лик­н­у­ли:
- Здрав­ствуй­те! Это вы хо­т­е­ли ви­деть Лар­ио­на Ма­евс­ко­го?
Макс ог­ля­нул­ся, и сна­ч­а­ла не ув­и­дел ник­ого. Го­л­ос шёл от­к­у­да-то сн­и­зу. Макс опу­ст­ил гла­за, и ему сна­ч­а­ла пок­а­за­лось, что пер­ед ним ре­бё­нок лет се­ми. Но, при­смот­р­ев­шись, Макс по­нял, что пер­ед ним вз­р­ос­л­ый че­лов­ек, про­с­то очень ма­л­ень­кий. Макс с тру­дом су­мел со­х­ра­нить ли­цо, поз­д­ор­о­в­ать­ся, и веж­ли­во от­в­е­т­ить, что да, имен­но Лар­ио­на Ма­евс­ко­го он и ищет.
Че­лов­е­чек кив­н­ул и предс­тав­ил­ся:
- Я пров­ожу вас. Я главв­рач, а по со­в­ме­с­ти­т­ель­ству вла­д­ел­ец «Сол­н­еч­н­ого ле­са» Юр­ий Фат­ья­нов. Да не стес­н­яй­тесь, на ме­ня мн­огие реа­гир­уют, как на нечто ди­к­ов­ин­н­ое, я уже при­вык. Вы из по­ли­ции, и не из мест­ной по­ли­ции, не так ли?
- Да, - ко­р­от­ко от­в­е­т­ил Макс, - я крим­и­наль­ный пси­х­о­л­ог из по­ли­ции Гор­о­да, ме­ня зов­ут Мак­сим Трау­бе.
- Это хор­ошо, что вы не мест­н­ый, - кив­н­ул кор­от­ыш­ка, - они здесь все од­н­им мир­ом ма­за­ны. А Лар­ион Ма­евс­кий ни за что ни про что вс­его ли­шил­ся. Толь­ко пот­ому, что чест­но свою ра­б­оту вып­ол­н­ял. И ес­ли вы смо­же­те испр­ав­ить эту несп­рав­ед­лив­ость – то я толь­ко «за».
- А са­ми-то вы не бои­т­есь?
- Я? – ус­мех­н­ул­ся кор­от­ыш­ка. – Нет. Мой от­ец, знае­те ли, весь­ма влия­тель­ный че­лов­ек. А я его стар­ший сын. Но насл­ед­н­ик­ом его ком­па­нии я не ста­ну ник­ог­да. До­га­д­ы­вае­тесь, по­че­му? Я не соо­т­в­ет­ствую его предс­тав­л­е­ни­ям об иде­аль­ном сыне, знае­те ли. Точ­н­ее, пер­ес­т­ал соо­т­в­етс­тво­в­ать, ког­да в детс­тве мне пос­т­ав­и­ли диа­г­ноз «ги­по­фи­зар­н­ая кар­л­и­к­ов­ость». С тех пор я жил в ин­т­ер­н­ат­ах. Хор­оших, дор­огих, но всё же… А все чая­ния от­ца со­сре­дот­о­чи­л­ись на мо­ём мл­ад­ш­ем бра­те. Но нек­от­орую ви­ну он всё же чув­ству­ет – ос­н­о­в­ал тра­сто­в­ый фонд, про­цент­ами с кот­ор­ого я мо­гу поль­зо­в­ать­ся… и в оби­ду ме­ня он не даст. Мы с ним об­ща­ем­ся иног­да… по тел­е­фо­ну. Он рад, что я соз­д­ал се­бе свою ма­л­ень­кую Ут­опию, за­б­рал­ся в эту глушь и не мая­чу, пор­тя им­идж иде­аль­ной се­мьи. Мест­н­ое на­ч­аль­ство зна­ет, чей я сын, по­это­му лиш­н­ий раз не тро­га­ет. Но от­ец ни ра­зу не прие­хал пов­и­дать­ся со мной… и брат то­же… Знае­те, мо­жет, по­это­му я и ос­н­о­в­ал этот пан­с­ио­н­ат – что­бы те, от ко­го все от­к­а­за­л­ись, не чувс­тво­в­а­ли се­бя оди­нок­ими. Опла­та здесь не слишк­ом боль­шая, при­б­ы­ли я не имею, с тру­дом ок­упаю зав­е­де­ние, но, как я уже ска­зал, у ме­ня дос­тат­оч­но де­нег. А здесь я чув­ствую се­бя нуж­н­ым, по­ни­мае­те?
Макс кив­н­ул:
- Ду­маю, что ес­ли бы се­мей­ство Руз­в­ель­тов рас­с­уж­д­а­ло бы в своё вре­мя так же, как ваш от­ец, у Амер­ики не бы­ло бы од­н­ого из са­мых ве­лик­их пре­зи­дент­ов за всю её ис­тор­ию.
Кор­от­ыш­ка улыб­н­ул­ся:
- Пси­х­о­л­ог, да? Лад­но, идём­те, Лар­ион се­год­ня на про­гул­ку не по­шёл – он в пос­л­ед­н­ее вре­мя чув­ству­ет се­бя всё ху­же. Но он рад бу­дет вас ви­деть.
Макс вни­ма­тель­но по­смот­рел на Фат­ья­но­ва – всё за­про­с­то мог­ло ок­а­зать­ся са­мой ба­наль­ной лов­уш­кой… Но… бы­ло в кор­от­ыш­ке-док­т­о­ре что-то так­ое, что за­став­л­я­ло ему пов­е­р­ить. И Макс ре­шил­ся:
- Да, идём­те. У ме­ня ма­ло вре­ме­ни.
Док­т­ор, не тра­тя вре­ме­ни, от­в­ёл Мак­са на вт­орой этаж до­ма и пос­т­у­чал в дв­ерь од­ной из ком­н­ат. Ему тут же от­в­е­т­и­ли, и док­т­ор рас­пах­н­ул дв­ерь. Макс, прой­дя сле­дом за Фат­ья­но­в­ым, ок­а­зал­ся в прос­тор­ной ком­н­а­те, в кот­орой о боль­нич­н­ом ре­жи­ме на­по­ми­на­ла раз­ве что мн­ого­функ­цио­н­аль­ная кро­в­ать. Спин­ка кро­в­ати бы­ла под­н­ята, ибо обит­а­тель ком­н­аты си­дел, пер­ев­ор­а­ч­и­вая стра­ни­цы кн­иги пос­т­ав­л­ен­ной на спе­ци­аль­ную подс­тав­ку.
- Лар­ион, а у ме­ня тут гость к те­бе, - ска­зал Фат­ья­нов. – Он из по­ли­ции Гор­о­да и очень хо­чет по­бе­се­до­в­ать с то­бой. Он крим­и­наль­ный пси­х­о­л­ог, зов­ут Мак­сим Трау­бе.
- Трау­бе? – пе­ре­сп­ро­сил Ма­евс­кий. – Неу­же­ли? Да, я о вас слы­шал. Вы ведь прие­ха­ли сю­да из-за де­ла об ис­чез­н­ов­е­нии де­тей Ко­но­нен­ко и убий­стве стар­шей дев­оч­ки, Иры?
- Имен­но так, - от­в­е­т­ил Макс.
- Вы прав­иль­но сдел­а­ли, - ска­зал Ма­евс­кий, и гла­за его ли­х­ор­а­д­оч­но бл­ес­н­у­ли. – У ме­ня есть кое-что для вас.
Гла­ва 19. По­бег из Ут­опии
- Вы прав­иль­но сдел­а­ли, - ска­зал Ма­евс­кий, и гла­за его ли­х­ор­а­д­оч­но бл­ес­н­у­ли. – У ме­ня есть кое-что для вас. Но преж­де я хо­т­ел бы уз­нать, что спо­двиг­ло вас на расс­ле­до­в­а­ние.
Макс опу­ст­ил­ся на та­б­ур­ет ря­дом с кро­в­ат­ью и ко­р­от­ко пер­ес­ка­зал все пе­ри­пет­ии ок­аян­н­ого де­ла. Ма­евс­кий вни­ма­тель­но слу­шал, вре­мя от вре­ме­ни ки­вая го­л­овой:
- Да, вы пра­вы. Я то­же при­шёл к вы­во­ду, что по­хи­т­и­т­ель не один, а, как ми­ни­мум, двое и что у од­н­ого из них име­ет­ся лич­н­ый мот­ив, свя­зан­н­ый с Юрьев­кой. Прав­да, вот на Кал­мы­ко­в­ых вый­ти не успел. Не да­ли мне на них вый­ти. Сна­ч­а­ла на пер­еат­т­ес­та­ции за­ва­л­и­ли, а пот­ом… Я ведь част­н­ым пор­ядк­ом ко­пать на­ч­ал. Устро­ил­ся ох­ран­н­ик­ом в ноч­ной клуб, ду­мал, пер­е­к­ант­уюсь по­ка, день­ги у нас бы­ли – ба­б­уш­ка мне не­за­д­ол­го до то­го, как всё это на­ч­а­лось, кварт­и­ру ос­тав­и­ла хор­ошую… Ре­ши­ли с Ле­ной по­ка кварт­и­ру сда­вать, Ле­на – это же­на моя… бы­ла.
Ма­евс­кий шум­но вз­дох­н­ул, а Макс ска­зал:
- Не на­до. Я знаю, что прои­з­ош­ло с ва­шей се­мьёй. И по­ни­маю, что вам до сих пор боль­но.
Ма­евс­кий кив­н­ул:
- Это вс­ег­да бу­дет боль­но. До­чень­ку осо­бен­но жал­ко… Са­шень­ку… Шесть лет ей вс­его бы­ло. Шесть. Но они… тва­ри эти… сдел­а­ли боль­шую ошиб­ку. Им сле­до­в­а­ло убить нас вс­ех. А я жив ос­тал­ся. И пос­т­ар­ал­ся ок­ле­мать­ся. Пот­ому что хо­чу до­жить до то­го мо­мен­та, ког­да наст­а­нет тор­жес­т­во справ­ед­лив­о­с­ти, как бы глу­по и вы­с­ок­оп­ар­но это ни зву­ча­ло.
- Это не глу­по и не вы­с­ок­оп­ар­но, Лар­ион, - ти­хо ска­зал Макс. – Лю­бой чест­н­ый мент ра­б­от­ает ра­ди это­го.
- Вот имен­но, - горь­ко вз­дох­н­ул Ма­евс­кий, - чест­н­ый… А та­к­о­в­ых в на­шем гор­о­де поч­ти не ос­та­лось. Кто-то уш­ёл… ко­го-то уш­ли… прот­ив ко­го-то де­ло сфаб­ри­к­о­в­а­ли. Ос­тал­ась од­на мразь ти­па Сер­ёги Гор­о­хо­ва. Вот уж кто свою вы­го­ду чу­ет и нос по вет­ру дер­жит. Это ведь он ме­ня с нарк­отой подс­тав­ил… Он в клуб за­хо­дил на­к­а­нуне, ти­па со­чувс­тво­в­ал мне, расс­пра­ши­вал всё. И под­л­ожил нарк­от­ики. И вд­руг, от­к­у­да ни возь­мись – ОБ­Н­ОН*. Весь клуб обш­мо­н­а­ли, полт­о­ра де­сят­ка ма­лол­ет­ок за­д­ер­жа­ли – ко­го с ко­сяч­к­ами, ко­го с экстэ­зи… И у ме­ня нарк­оту наш­ли. Гер­ыч.** Три грам­ма. Это вам не ко­ся­чок с тра­вой. Ре­аль­ный срок. Прав­да, зак­рыть ме­ня не смог­ли – у ме­ня ж же­на ад­во­к­ат… бы­ла. Ду­маю по­рой – луч­ше б зак­ры­ли, тог­да б хоть Ле­на с Са­шень­кой жи­вы бы ос­та­л­ись… А пот­ом - этот гру­з­ов­ик. Я так жал­ел, ког­да оч­н­ул­ся, что там, на шос­се не сдох. И пот­ом в боль­ни­це не сдох. Жив­у­чий ок­а­зал­ся, как кот по­мо­еч­н­ый. А сей­час… Хор­ошо, что здесь у ме­ня есть воз­мож­н­ость ок­ле­мать­ся и по­ду­мать. Я и на­д­умал – вид­но, Бог для то­го ме­ня в жи­вых ос­тав­ил, что­бы всё это ос­та­нов­ить. Я свои раз­мыш­ле­ния все из­л­ожил, да и комп­ру я кое-как­ую нар­ыл на мест­н­ую знать. Ой, как­ая мразо­та здесь ок­опал­ась… При день­гах, при свя­зях… Знае­те, Мак­сим, я ведь по дру­го­му пу­ти по­шёл – стал ис­кать ка­нал сбы­та. Сра­зу мне в го­л­ову за­па­ло, что не про­с­то так дев­ч­он­ку ис­кал­е­чи­ли, не толь­ко из ма­н­ья­чес­кой мерз­оп­а­к­ост­ной нат­у­ры, а с оп­ре­де­л­ен­ной це­лью. Ко­му-то по­н­а­д­о­бил­ась осо­бая иг­руш­ка. Без ног. Я по се­ти по­шар­ил, нес­коль­ко сай­тов на­шёл. И прав­да, есть лю­ди, кот­ор­ые от пок­ал­е­чен­н­ых парт­н­ёр­ов ре­аль­но та­щат­ся, здор­о­в­ых им не на­до.
- Я то­же вы­дви­нул вер­с­ию с ам­пу­ти, - сог­ла­сил­ся Макс.
- Ам­пу­ти, - вз­дох­н­ул Ма­евс­кий. – Сло­во-то как­ое… Хо­тя, ес­ли пол­н­ая лю­б­овь и сог­ла­сие – это де­ло лич­н­ое, ес­ли лю­ди вз­р­ос­л­ые. Но по­хи­щать чет­ыр­н­ад­цат­ил­ет­н­юю дев­оч­ку и спе­ци­аль­но её кал­е­чить… Дав­ить так­их на­до. Дав­ить.
Макс кив­н­ул. Чувст­ва Ма­евс­ко­го он прек­рас­но по­ни­мал и раз­де­л­ял, а быв­ший сле­до­в­а­тель про­дол­жил:
- Так вот. Мне в пос­л­ед­н­ее вре­мя ху­же ста­ло, вид­но, вре­мен­ной бы­ла ре­мис­с­ия, стал бо­ять­ся, что ум­ру в од­н­о­ча­сье и ни­к­то ни­ч­его не уз­на­ет. И я ре­шил – все ма­тер­иа­лы, весь ком­пром­ат в од­но ме­с­то све­с­ти. Вот он.
И Ма­евс­кий быст­ро сн­ял с шеи мет­ал­л­и­ч­ес­кий дов­оль­но мас­с­ив­н­ый крест на креп­кой ви­той це­поч­ке. Он пе­рев­ер­н­ул крест и на­жал на ед­ва за­мет­н­ую вы­пук­л­ость в цент­ре. Од­на из но­жек кре­с­та слов­но над­л­омил­ась, и Макс узрел в от­к­рыв­шем­ся углуб­л­е­нии кар­ту па­мя­ти.
- Возь­ми­те, - быст­ро ска­зал Ма­евс­кий, - и спрячь­те кар­ту по­н­а­д­ёж­н­ее. Здесь всё.
Макс ос­тор­ож­но вы­та­щил не­бо­льшой ку­со­чек пла­сти­ка из углуб­л­е­ния в кре­с­те и оза­д­а­ч­ил­ся. Кар­ту дей­стви­т­ель­но стои­ло за­ны­кать как-то по­н­а­д­ёж­н­ее, су­дя по вс­ему, на боль­шинс­тве хра­ня­щих­ся на ней ма­тер­иа­лов сле­до­в­а­ло бы пос­т­ав­ить гриф: «пер­ед проч­те­ни­ем сжечь». Но ку­да же её спрят­ать? И ведь важ­но не пов­р­е­дить но­си­т­ель. Так… а что, ес­ли… Макс быст­ро дос­тал тел­е­фон – на прош­л­ый день рож­д­е­ния Ва­д­им по­дар­ил ему мо­дель с дву­мя сим-карт­ами, но од­ной из них Макс поль­зо­в­ал­ся ма­ло и ред­ко. Кар­та па­мя­ти по фор­ме бы­ла при­мер­но так­ого же раз­ме­ра, что и сим­ка, по­это­му Макс и вс­тав­ил её на ме­с­то од­ной из сим-карт, пред­вар­и­т­ель­но вы­та­щив ту, кот­орой поч­ти не поль­зо­в­ал­ся.
- Хо­тя бы так, - кив­н­ул Ма­евс­кий. – А те­перь…
Од­н­ако, что «те­перь», про­дол­жить не успел, дв­ерь рас­пах­н­ул­ась, и в пал­ату бук­валь­но вб­ежал пок­и­нув­ший её в на­ч­а­ле раз­гов­о­ра док­т­ор Фат­ья­нов в со­пров­ож­д­е­нии од­н­ого из ох­ран­н­и­к­ов:
- Ухо­ди­те! – быст­ро ска­зал док­т­ор-кор­от­ыш­ка. – Ухо­ди­те немед­л­ен­но. Там, за вор­от­ами, по­ли­ция с ор­д­ер­ом на ваш ар­ест. Я не имею пра­ва им не от­к­рыть, хо­тя силь­но сом­н­е­ва­юсь, что ор­д­ер наст­оя­щий. А ес­ли они вас ар­е­с­ту­ют, у вас есть все шан­сы не до­жить до завт­раш­н­его ут­ра. Ухо­ди­те!
- Чер­ез за­б­ор и огор­о­да­ми? – по­ин­т­ер­е­с­о­в­ал­ся Макс.
- Нет, - сер­д­ито от­в­е­т­ил док­т­ор. – Ва­ша ма­ши­на сто­ит за зда­ни­ем, вы­ез­жай­те чер­ез зад­н­юю ка­л­ит­ку и кат­и­те по про­сёл­ку. Этой дор­о­гой не поль­зо­в­а­л­ись чёрт зна­ет сколь­ко лет, там грунт­ов­ка, но, ду­маю, прое­де­те без про­бл­ем. Там вас не жд­ут, дор­ога вы­хо­дит к шос­се поч­ти у гра­ни­цы со­сед­н­ей обл­а­сти. А там вас не дос­та­нут.
- Да уж, - мрач­но ска­зал Макс, - ру­ки ко­р­от­ки. Не объ­яс­н­и­ли, кста­ти, по­че­му так жаж­д­ут мо­ей кро­ви?
- Гов­ор­и­ли про нарк­от­ики, - от­оз­в­ал­ся Фат­ья­нов.
- Вот коз­лы! – не вы­дер­жал Ма­евс­кий. – Ни чер­та у лю­дей фант­а­зия не ра­б­от­ает! Мог­ли бы уж что-то дру­гое при­ду­мать!
- Да сла­ва Бо­гу, что не при­ду­ма­ли, - от­оз­в­ал­ся Макс. – А так, нав­ер­н­яка в ма­ши­ну что-ни­б­удь подк­и­ну­ли, по­ка она у мест­н­ого от­д­е­ла по­ли­ции стоя­ла. Так, на вс­як­ий слу­чай. А пот­ом ре­ши­ли, что и этот слу­чай сго­дит­ся. Ска­жи­те, док­т­ор, вы увер­е­ны, что у вас не бу­дет непр­ият­н­о­с­тей?
- Они не по­сме­ют ме­ня тро­нуть, - увер­ен­но ска­зал кор­от­ыш­ка. – Я уже успел по­зво­нить от­цу и объ­яс­н­ить сит­уа­цию. Ду­маю, что ско­ро сю­да при­б­у­д­ут его лю­ди – кое-кто зар­вал­ся. И да­же ес­ли они ме­ня уст­ра­нят – от­ца они этим не об­ма­нут, и они это прек­рас­но по­ни­ма­ют. Так что за ме­ня не вол­н­уй­тесь. Я непр­и­к­а­са­ем. Ухо­ди­те же! Ди­ма вас про­в­о­дит и всё пок­ажет.
Макс по­жал ру­ку Ма­евс­ко­му, а за­тем и док­т­о­ру и тор­оп­ли­во вы­шел из пал­аты вс­лед за ох­ран­н­ик­ом. Нем­н­огос­лов­н­ый мол­ч­а­ли­вый па­р­ень со шра­мом на ли­це пок­а­зал Мак­су дор­огу на кар­те, кот­орую при­нёс с со­бой. В нав­игат­о­ре, кста­ти, грунт­ов­ка да­же не зн­а­ч­ил­ась, что лиш­н­ий раз гов­ор­и­ло о её заб­ро­шен­н­о­с­ти.
Объ­яс­н­ив Мак­су всё, ох­ран­н­ик до­бав­ил:
- Ты, ес­ли что, бро­сай ма­ши­ну и пешк­ом в лес ухо­ди – жизнь дор­оже, чем жел­ез­ка. До­бер­ёшь­ся до шос­се – ло­ви по­пут­ку. Фу­ру даль­но­бой­ную ло­ви, так вер­н­ее. По­нял?
Макс кив­н­ул и сел за руль, ох­ран­н­ик от­пёр дов­оль­но шир­ок­ую ка­л­ит­ку, от­пёр то­же с тру­дом – этим вы­хо­дом яв­но дав­но не поль­зо­в­а­л­ись, тро­па от ка­л­ит­ки бы­ла еле за­мет­ной и, зме­ясь, ухо­ди­ла в лес. Ох­ран­н­ик мах­н­ул ру­кой – да­вай, мол, скор­ее, и Макс на­жал на газ. Пос­л­уш­н­ая ма­ши­на лег­ко вые­ха­ла за пре­де­лы пан­с­ио­н­ата, по­пет­л­я­ла по тро­пин­ке и скры­лась в ле­су.
Лес­н­ая дор­ога и впрямь бы­ла от­н­о­си­т­ель­но неп­л­о­хой, гу­стая под­с­тил­ка из опав­ших лис­тьев и хвои мяг­ко пру­жи­ни­ла под кол­ё­с­ами, Макс дос­тал тел­е­фон и попр­о­бо­в­ал свя­зать­ся с Ша­ман­кой, но свя­зи не бы­ло. Тог­да он при­б­ав­ил скор­ость, наск­оль­ко это предс­тав­л­я­л­ось воз­мож­н­ым, мыс­лен­но рас­про­щал­ся с под­в­ес­кой, но бер­ечь ма­ши­ну сей­час не бы­ло смыс­ла. Ох­ран­н­ик Ди­ма был прав – жизнь дор­оже жел­е­з­яки.
Нек­от­ор­ое вре­мя всё шло про­с­то от­л­ич­но, но пот­ом мот­ор фырк­н­ул, чих­н­ул… и заг­лох. Макс сх­ват­ил­ся за го­л­ову, попр­о­бо­в­ал уст­ра­нить по­л­ом­ку, но во­зит­ь­ся с этим бы­ло ба­наль­но нек­ог­да. По­это­му он вы­та­щил из ма­ши­ны сум­ку с вещ­до­к­ами, за­пер дв­ер­цу и тор­оп­ли­во по­шёл, поч­ти по­бе­жал по до­ро­ге. Вспо­ми­ная пот­ом этот мо­мент, Макс вс­ег­да воз­н­о­сил хва­лу Авт­опро­му в мир­ов­ом мас­шта­бе и ду­мал, что эм­пир­и­ч­ес­ким пу­тём убе­дил­ся в су­щес­тво­в­а­нии Бо­га.
Нео­ж­и­дан­но дор­ога рез­ко виль­ну­ла впра­во, а из-за пов­о­р­ота до­нес­лись го­л­о­са. Макс охот­но пов­е­р­ил бы, что это про­с­то мир­н­ые мест­н­ые жи­т­е­ли, но обс­та­нов­ка не осо­бо рас­по­ла­га­ла. По­это­му он ныр­н­ул в лес и кра­д­у­чись стал об­х­о­дить про­бл­ем­н­ый уча­сток. Уже ве­чер­е­ло, да и лю­ди на до­ро­ге не осо­бо гор­е­ли жел­а­ни­ем про­яв­л­ять бд­и­т­ель­ность, по­это­му Мак­су уда­лось обой­ти их без осо­бых и да­же услы­шать ку­сок раз­гов­о­ра:
-.. ой, го­л­о­ва Жел­д­ы­бин. Сра­зу по­нял, что док­т­ор мен­та не вы­даст и пос­т­ар­ает­ся ему эту дор­огу пок­а­зать. Тут и возь­мём его тёп­лень­ким…
- …ты не очень ра­д­уй­ся, по вс­ем прик­ид­к­ам ма­ши­на его уже здесь долж­на быть, а его всё нет… уз­най – он точ­но в лес уш­ёл?
- …так ра­ция не па­шет…
-…жаль, что вра­ча при­жмур­ить нель­зя… ге­рой, бля… мелк­ок­а­ли­б­ер­н­ый…
-…ага, его от­ец за это­го чок­н­ут­ого кор­от­ыш­ку сам вс­ех при­жмур­ит… нет, на­до впер­ёд прой­ти… вд­руг у него ма­ши­на слом­ал­ась…
- … сам и иди…
Даль­ше Макс слу­шать не стал, пос­т­ар­ав­шись как мож­но быстр­ее уда­л­ит­ь­ся от ме­с­та за­д­уш­ев­н­ого раз­гов­о­ра. Од­н­ако у него от­л­ег­ло от серд­ца – ка­жет­ся, док­т­о­ра-кор­от­ыш­ку дей­стви­т­ель­но не тро­нут.
А ещё час спус­тя он вы­ва­л­ил­ся из ку­ст­ов на шос­се, свер­ил­ся с кар­той, убе­дил­ся, что на­хо­дит­ся имен­но там, где нуж­но, и под­н­ял ру­ку, тор­мо­зя фу­ру с брос­кой над­пи­сью «Фр­укты Крас­н­о­да­ра» и сюрр­еа­л­и­с­ти­ч­ес­ким злоб­но улы­ба­ю­щим­ся яб­л­очк­ом на бо­ку. Фу­ра ос­та­нов­ил­ась, во­ди­т­ель доб­ро­душ­но спро­сил:
- Ти­к­аешь, хло­пец? Да­ле­ко? Ох, ви­жу, что при­пек­ло те­бя.
Макс пор­а­зил­ся спо­кой­но­му то­ну во­ди­лы, но тут тот при­к­ур­ил, и в наст­упив­ших су­мер­к­ах Макс раз­г­ля­дел на тыль­ной стор­оне его ла­д­о­ни тат­уи­р­ов­ку – пять то­чек.***
- До Гор­о­да под­в­е­з­ё­те? – про­гов­ор­ил он, пы­та­ясь от­д­ышать­ся. – Очень на­до, пов­ерь­те.
- Что ж я, че­лов­ека на ночь гля­дя на до­ро­ге бро­шу? – оби­дел­ся во­ди­ла. – Са­д­ись, да­вай, чер­ез па­ру ча­сов в Гор­о­де бу­дем. Толь­ко, чур – расс­ка­жи что-ни­б­удь ин­т­ер­ес­н­ое – я без смен­щи­ка еду, устал – спа­су нет, а груз на­до сдать ра­но утром – кровь из но­су.
Макс не стал до­жи­дать­ся пов­т­ор­н­ого при­гла­ше­ния, тор­оп­ли­во вс­ко­чил в ка­б­и­ну, зах­лоп­н­ул дв­ер­цу и на­ч­ал:
«Че­лов­ек в чёр­н­ом шёл чер­ез пу­ст­ы­ню, и Стре­лок сле­до­в­ал за ним…»****
*ОБ­Н­ОН – от­р­яд осо­бо­го на­зн­а­ч­е­ния по борь­бе с нарк­от­и­к­ами.
**Гер­ыч – гер­оин.
*** «Чет­ы­ре выш­ки по уг­лам и я по­сер­е­дине» - тат­уи­р­ов­ка ук­а­зы­ва­ет на то, что её обл­а­д­а­тель от­б­ыл срок.
****На­ч­а­ло цик­ла «Тём­н­ая баш­ня» Стив­е­на Кин­га.
Гла­ва 20. С ног на го­л­ову
Во­ди­ле Кинг пон­рав­ил­ся, и до са­мо­го Гор­о­да Мак­су приш­лось без­ос­та­нов­оч­но мо­л­оть язы­ком, бла­го, сю­жет «Тём­ной баш­ни» он пом­н­ил от­л­ич­но и за два ча­са успел пер­ес­ка­зать боль­шую часть пер­вой кн­иги.
- За­б­ор­ис­т­ая ис­тор­ия! – вы­ска­зал­ся во­ди­ла, наз­вав­ший­ся Лё­хой Фе­до­сее­вым и дей­стви­т­ель­но от­с­и­дев­ший в мо­л­о­до­с­ти срок по ху­ли­ган­ке и кое-как­им тём­н­ым де­лиш­к­ам, но с же­нит­ь­бой твёр­до вс­тав­ший на путь испр­ав­л­е­ния. – По­чит­ал бы, да чит­ать нек­ог­да.
Макс по­к­о­сил­ся на вс­тав­л­ен­н­ый в пер­ед­н­юю па­нель авт­омо­би­ля ра­д­иопри­ём­н­ик в ком­плек­те с СD-плее­р­ом и за­мет­ил:
- Так нео­б­я­за­тель­но чит­ать. Диск ку­пи и слу­шай в до­ро­ге – вме­с­то му­зы­ки. Сей­час на дис­ках мн­ого кн­иг про­да­ёт­ся. Ду­маю, что и Кинг есть.
- Точ­но! – шлеп­н­ул се­бя по лбу Лё­ха. – Вот я го­л­о­ва са­д­о­в­ая! Так-то ин­т­ер­ес­н­ее ехать бу­дет, тем бол­ее, что смен­щи­ка тол­к­ов­ого всё се­бе ник­ак не най­ду.
Он вы­спро­сил у Мак­са наз­ва­ния вс­ех ос­таль­ных кн­иг цик­ла и зая­вил, что ес­ли не най­дёт диск, то всё рав­но вы­бер­ет вре­мя и всё непр­емен­но про­чит­ает. Так что расс­та­л­ись они вполне дов­оль­ные друг дру­гом, кро­ме то­го, Макс взял на вс­як­ий слу­чай но­мер Лё­хи­но­го мо­биль­ни­ка. Ма­ло ли, вд­руг при­го­дит­ся.
Расс­тав­шись под ут­ро с даль­но­бой­щик­ом – во­ди­ла да­же сдел­ал крюк, зае­хав в центр Гор­о­да, что­бы вы­с­а­д­ить пас­с­ажи­ра – Макс, на­прав­ля­ясь к до­му, сра­зу же по­зво­нил Ша­ман­ке. Бое­вая по­дру­га сон­но за­мет­и­ла, что на­д­еет­ся на то, что у Мак­са се­рьёз­н­ый по­в­од для столь ран­н­ей по­буд­ки, в прот­ив­н­ом слу­чае ему очень силь­но не поз­д­ор­ов­ит­ся. Макс в нес­коль­ких фра­зах ввёл Ша­ман­ку в курс де­ла, пос­ле че­го весь сон с неё мг­нов­ен­но сл­е­тел, и она злоб­но рявк­н­у­ла:
- Ни­ч­его се­бе! Они что там, со­в­с­ем обор­зе­ли? Или ре­ши­ли, что на них упра­вы не най­дёт­ся? Сей­час я на­ч­аль­ство раз­б­ужу, пус­кай на­ч­и­на­ет тан­цы с буб­н­ами!
- Не ра­но­в­ато? – по­ин­т­ер­е­с­о­в­ал­ся Макс.
- Ни­ч­его, в са­мый раз! – от­в­е­т­и­ла Га­л­и­на. – Зл­ее бу­дет. Ты, кста­ти, где?
- К до­му под­х­ожу, - от­в­е­т­ил Макс.
- Вот и лад­но, - ска­за­ла Ша­ман­ка. – Ду­маю, Ва­д­им те­бе расс­ка­жет кое-что… И ещё, Макс… по­ни­маю, что ты не вы­спал­ся, но на ра­б­оту пос­т­ар­ай­ся не опаз­ды­вать.
- Са­мо со­бой, - от­в­е­т­ил Макс, – тем бол­ее, что у ме­ня там ма­тер­иа­лы для экс­перт­ов… и…
- По­ня­ла я, по­ня­ла, - от­оз­в­ал­ась Ша­ман­ка. – До вс­тре­чи!
Макс по­л­ожил мо­биль­ный в кар­ман джин­с­ов и стал на­жи­мать кноп­ки на ко­дов­ом зам­ке подъ­ез­да. Ох­ран­н­ик, де­жур­ив­ший вн­и­зу, веж­ли­во поз­д­ор­о­в­ал­ся, и, су­дя по за­га­д­оч­н­ому вы­ра­же­нию ли­ца, яв­но гор­ел жел­а­ни­ем по­де­лит­ь­ся ка­кой-то ин­фор­ма­ци­ей, но пот­ом яв­но пер­е­си­л­ил се­бя. Макс оза­д­а­ч­ил­ся. Что это так­ое слу­чи­л­ось до­ма за вре­мя его от­с­ут­ствия?
Дв­ерь он от­к­рыл свои­ми клю­ч­ами, до­ма бы­ло ти­хо, как, собс­твен­но, и по­ла­га­лось в этот предр­ас­с­вет­н­ый час, ког­да лю­дям свой­ствен­но ви­деть са­мые слад­к­ие сны. Макс ос­тор­ож­но сн­ял курт­ку и кр­ос­с­ов­ки, с удив­л­е­ни­ем узрел под ве­шал­кой от­с­тав­л­ен­н­ую в угол дов­оль­но боль­шую кор­об­ку с яр­кой над­пи­сью на бо­ку «Зай­чи­ку от кис­ки! С дн­ём рож­д­е­ния, дор­о­гой!» Кор­об­ка бы­ла ак­к­ур­ат­но упа­к­о­в­а­на в боль­шой про­зрач­н­ый па­к­ет, по­это­му бы­ло за­мет­но, что её без­жа­лост­но рас­пот­ро­шён­н­ое нут­ро за­б­ито ста­р­ыми, чуть по­же­л­т­ев­ши­ми га­зет­ами. Макс по­жал пле­ча­ми. Ник­ак­их дн­ей рож­д­е­ния на гор­и­з­он­те не наб­лю­да­лось, но ма­ло ли что… Или это маль­чиш­ки ре­ши­ли пор­езв­ит­ь­ся?
Но по­ду­мав, что сто­ит при­нять душ, сме­нить одеж­ду и по­завт­ра­к­ать, Макс мысль о кор­об­ке из го­л­о­вы вы­ки­нул и от­прав­ил­ся пос­л­е­до­в­а­тель­но вып­ол­н­ять про­грам­му-ми­ни­мум. Прав­да, на вы­хо­де из ду­ша его без­жа­лост­но пер­е­х­ват­ил Ва­д­им, кот­ор­ый спал дос­тат­оч­но чут­ко… и Мак­су пот­ом приш­лось при­ни­мать душ ещё раз. Но это его сов­ер­шен­но не расс­трои­ло. Да­же спать рас­х­о­т­е­лось от сло­ва «со­в­с­ем», а уж пос­ле боль­шой чаш­ки ко­фе си­лы вер­н­у­лись сов­ер­шен­но. И ап­пет­ит то­же.
Имен­но за завт­рак­ом, по­ка маль­чиш­ки ещё не вс­та­ли, Ва­д­им и Макс об­ме­ня­л­ись пос­л­ед­н­ими нов­о­с­тя­ми, шок­ир­о­в­ав друг дру­га по пол­ной.
- А что там, на кар­те па­мя­ти? – по­мол­ч­ав, спро­сил Ва­д­им.
- Не знаю по­ка, - от­в­е­т­ил Макс, - сам по­ни­ма­ешь, не смот­рел ещё.
- Зна­ешь, по­жа­л­уй, эти ма­тер­иа­лы сто­ит ско­пир­о­в­ать, - за­мет­ил Ва­д­им. - Слишк­ом уж не­н­а­д­ёж­но иметь всё в единс­твен­н­ом эк­з­емп­ля­ре.
- Прав­иль­но, - кив­н­ул Макс, - у те­бя сво­бод­н­ая фл­эш­ка есть?
- Са­мо со­бой, - от­оз­в­ал­ся Ва­д­им. – Пош­ли в ка­б­и­нет.
Про­це­ду­ра ко­пир­о­в­а­ния фай­лов за­ня­ла со­в­с­ем нем­н­ого вре­ме­ни, на кар­те бы­ли и до­к­умен­ты, и фо­то, и да­же не­бо­льшой ку­со­чек ви­део. У Мак­са ру­ки че­с­а­л­ись по­смот­реть это немед­л­ен­но, но он ре­шил по­т­ер­петь до ра­б­оты. Пот­ом он сдел­ал ещё од­ну ко­пию – на этот раз на диск - и ска­зал Ва­д­иму:
- Спрячь. Ма­ло ли что.
Ва­д­им в от­в­ет толь­ко вз­дох­н­ул, но диск спрят­ал в сейф, за­мас­кир­о­в­ан­н­ый карт­и­ной. А Макс по­ин­т­ер­е­с­о­в­ал­ся:
- За­пис­ку Га­ля за­б­ра­ла?
- Ага, - вз­дох­н­ул Ва­д­им. – А кор­об­ку ос­тав­и­ла, ска­за­ла, что с ут­ра за ней зае­дет. Хо­тя… что там так­ое мож­но уз­нать?
- Не ска­жи, - вы­дал Макс, - у хор­оше­го экс­пер­та за­гов­ор­ит что угод­но. Жаль толь­ко, что к кинд­н­эп­пер­ам мы по­ка не по­дви­ну­лись поч­ти. Ну, бу­дем на­д­еять­ся, что нит­оч­ки ку­да-ни­б­удь нас вы­ве­дут. И Вадь…
- Да?
- Пусть маль­чиш­ки бу­д­ут ос­тор­ож­н­ее. Толь­ко вот… Эта жен­щи­на. Не вс­траи­ва­ет­ся она в мо­заи­ку. Ду­маю, что это не со­общ­н­и­ца кидн­эпер­ов. Тут что-то ещё.
Макс пот­я­нул­ся до хру­ста, а Ва­д­им по­до­шёл сз­а­ди и стал мас­с­ир­о­в­ать ему шею и пле­чи, за­мет­ив:
- Ар­гу­мент­ир­уй.
- По­ни­ма­ешь, ес­ли бы эта слад­к­ая пар­оч­ка хо­т­е­ла бы по­хи­т­ить Анд­р­ея … как это ни ужас­но зву­чит… они бы его уже по­хи­т­и­ли и не ста­ли бы об­ра­щать на се­бя лиш­н­ее вни­ма­ние. Не в их это сти­ле. Так­ое чувс­тво, что эта да­ма хо­т­е­ла сна­ч­а­ла пол­у­чить ин­фор­ма­цию об Анд­р­ее, при­ч­ём непо­ср­едс­твен­но от него.
- А за­ч­ем этот дур­ацк­ий фок­ус с кор­об­кой? Мо­жет, всё же она ду­ма­ла, что Анд­р­ей один до­ма?
- И что? Ну вы­ру­би­ла бы она его. А в подъ­ез­де ох­ра­на. Как бы она его вы­та­щи­ла. Анд­рю­ха, ко­неч­но, юно­ша дов­оль­но ху­до­ща­вый, но вы­та­щить его в оди­ноч­ку? Нет… Тут что-то дру­гое… Стоп! Как же я сра­зу не по­ду­мал… Ког­да она в при­х­ожую вош­ла, ты всё вре­мя с ней раз­го­в­ар­и­вал до при­х­о­да маль­чи­шек?
- Нет… - прот­я­нул Ва­д­им. – Ей пло­хо ста­ло, дос­та­ла таб­л­ет­ки, попр­о­си­ла во­ды за­пить. Я на кух­ню от­л­у­чил­ся. Бук­валь­но на ми­ну­ту.
- Ва­д­ик, ты лох. Лох из се­мейст­ва ло­хо­в­ых. Это ж клас­с­и­ч­ес­кий раз­в­од, - вы­дал Макс. – Пров­ерь, у нас там не про­па­ло ни­ч­его?
- Да нет, - от­в­е­т­ил Ва­д­им, не оби­дев­шись на ло­ха, ибо сам по­ни­мал, что сп­ло­хо­в­ал. – Я пров­ер­ил.
- А ес­ли ни­ч­его не про­па­ло… - про­бор­мот­ал Макс, - зн­а­ч­ит, кое-что мог­ло до­бав­ит­ь­ся…
И он, вс­тав из-за ком­па, рва­нул в при­х­ожую. Рас­тер­ян­н­ый Ва­д­им от­прав­ил­ся за ним, и ув­и­дел, как Макс вни­ма­тель­но изу­ча­ет сте­ны и верх ме­бе­ли. Не успел Ва­д­им по­ду­мать, что лю­б­овь вс­ей его жиз­ни слег­ка пое­ха­ла кры­шей на поч­ве не­дав­н­их при­к­лю­ч­е­ний, как Макс воск­лик­н­ул:
- Ну, да, вот оно! Смот­ри!
Ва­д­им при­смот­рел­ся и ах­н­ул:
- Ка­ме­ра!
- Ага, - кив­н­ул Макс. – При­ч­ём от­н­юдь не са­мая де­шё­вая. Да­вай-ка на кух­ню пой­дем, со­в­с­ем ни к че­му в при­х­ожей свет­ит­ь­ся.
А ког­да ук­а­зан­н­ый ма­нёвр был прои­зв­е­дён, Макс по­че­с­ал зат­ы­лок и за­д­ум­чи­во про­из­н­ёс:
- И ко­му это по­н­а­д­о­би­л­ось за на­ми сле­дить?
- Я бы пос­т­ав­ил во­прос по-дру­го­му, - за­мет­ил Ва­д­им, - для че­го ка­ме­ра в при­х­ожей? Смот­реть, как мы при­б­ега­ем-убе­га­ем? Сле­дить за сме­ной гар­д­еро­ба? Или по­н­аб­лю­дать, как Анд­р­ей с Ар­т­ёмом в уг­лу у зерк­а­ла иног­да тис­ка­ют­ся?
- О, - хмык­н­ул Макс, - а они тис­ка­ют­ся?
- Ага, - улыб­н­ул­ся Ва­д­им. – Я один раз их за­сту­к­ал и от­ру­гал. Для че­го у Анд­р­ея от­д­ель­ная ком­н­ата? Сер­ёж­ка ж так­ие эк­з­ер­с­и­сы мо­жет и не по­нять.
- Без­об­ра­зие… - вз­дох­н­ул Макс, - ох уж эти подр­ост­к­о­в­ые гор­мо­ны. Лад­но, ско­ро Га­ля за мной зае­хать долж­на – я ж вре­мен­но без­л­ошад­н­ый. Тог­да и ре­шим, что с этой па­к­о­стью дел­ать.
- А что тут ре­шать? – удив­ил­ся Ва­д­им. – Сн­ять, и все де­ла.
- По­го­ди. На­до уз­нать у Юр­ки – мо­жет, как-то мож­но вы­чис­лить то ме­с­то, ку­да она сиг­нал пер­е­да­ёт. Возь­мём тог­да эту да­му теп­лень­кой. Тог­да и уз­на­ем – име­ет она де­ло к кидн­эп­пер­ам, не име­ет, и что ей во­об­ще на­до от маль­чи­шек.
- От маль­чи­шек? – пе­ре­сп­ро­сил Ва­д­им.
- Да, ду­ма­ет­ся мне, всё де­ло имен­но в них.
- Лад­но, - пров­ор­ч­ал Ва­д­им, - пусть ос­та­ёт­ся по­ка.
На­ч­аль­ство, под­н­ят­ое Ша­ман­кой ни свет, ни за­ря, уже не­тер­пе­ли­во би­ло ко­пы­та­ми, и ког­да Макс и Ша­ман­ка поу­т­ру яви­л­ись на ков­ёр, очень дол­го и со вку­сом объ­яс­н­я­ло их роль и ме­с­то в ок­ру­жа­ю­щем ми­ре. Макс аж за­слу­шал­ся и ис­кренне со­жал­ел, что ли­шён воз­мож­н­о­с­ти за­к­онс­пект­ир­о­в­ать наи­б­ол­ее уник­аль­ные пер­лы. Вы­ска­зав­шись же, на­ч­аль­ство вн­е­зап­но успок­ои­л­ось и зая­ви­ло:
- Во­ля ва­ша, ре­бят­ки, а вы очер­ед­ной га­д­юш­н­ик рас­ко­пать умудр­и­л­ись… И что-то стран­н­ое прои­с­х­о­дит. Ме­ня Га­ля с ут­ра под­н­я­ла, я, ес­тес­твен­но, да­вай в Со­сед­н­ий Гор­од наз­ва­ни­вать… На­ч­аль­ник ОВД там в от­пус­ку, разыс­кал его за­ме­с­ти­т­е­ля, под­пол­к­ов­н­ика Жел­д­ы­би­на…
Макс, услы­шав эту фа­ми­л­ию, тут же нав­ос­тр­ил уши и не­за­мет­но тк­н­ул Ша­ман­ку лок­т­ём в бок. А пот­ом по­ин­т­ер­е­с­о­в­ал­ся:
- Как это в от­пус­ку? Я ж толь­ко вч­е­ра имел честь с ним об­щать­ся по по­в­о­ду убийст­ва Из­оль­ды Ива­но­вой.
- А так! – от­оз­в­а­лось на­ч­аль­ство. – С се­го­д­няш­н­его ут­ра, и уже от­д­ы­хать ул­е­тел. Вы, то­в­ар­ищ Трау­бе, гла­зён­к­ами-то не свер­к­ай­те, сам по­ни­маю, что это по­до­зри­т­ель­но выгл­я­дит. Даль­ше слу­шай­те… так вот, этот са­мый Жел­д­ы­бин тут же так­ое удив­л­е­ние сыг­рал – ти­па – я не я, и ло­шадь не моя, ник­ак­их ор­д­ер­ов не бы­ло, ни­к­то вас, то­в­ар­ищ Трау­бе, ни в чём не обв­и­нял и лов­ить не ду­мал. Пер­еу­т­оми­л­ись вы, дра­жай­ший Мак­сим Ген­р­и­х­ов­ич, от слож­н­о­с­ти и на­пря­жён­н­о­с­ти ва­ше­го нел­ёгк­ого тру­да. А док­т­ор Фат­ья­нов на­пут­ал что-то в си­лу от­ор­ван­н­о­с­ти от жиз­ни и об­щей неу­р­ав­н­ов­ешен­н­о­с­ти.
- Док­т­ор Фат­ья­нов не иди­от, - сер­д­ито огрыз­н­ул­ся Макс, - ес­ли он гов­ор­ил про ор­д­ер – зн­а­ч­ит, так оно и бы­ло.
- Не сом­н­е­ва­юсь, - мрач­но за­мет­и­ло на­ч­аль­ство. – Но Фат­ья­но­ва они тро­нуть не по­сме­ют, а вот рот за­тк­н­уть мо­гут. У него там пол­н­ый пан­с­ио­н­ат боль­ных бес­по­мощ­н­ых лю­дей, так что ес­ли его при­жмут этим… Бу­дет мол­ч­ать. Кста­ти, Макс, со­сед­н­егор­одс­кие под­с­уе­т­и­л­ись уже, приг­н­а­ли твой пе­пел­ац на сто­ян­ку. В це­ло­с­ти и со­х­ран­н­о­с­ти. По­ня­ли, ви­дать, что на­порт­а­ч­и­ли.
- И что? – мрач­но спро­си­ла Ша­ман­ка. – Вы за­прет­и­те нам за­ни­мать­ся этим де­лом?
- Как­им де­лом? – во­про­си­ло на­ч­аль­ство. – Вы по­хи­т­и­т­е­ля де­тей ище­те? Вот и ищи­те! К то­му же, ког­да это вы ум­н­ых лю­дей слу­ша­ли? А в Со­сед­н­ий Гор­од не суй­тесь по­ка. Пусть там всё успок­оит­ся.
- А как быть с При­ва­ло­в­ым? – спро­си­ла Ша­ман­ка. – Со­глас­но на­ше­му ис­точ­н­ику у него в за­гор­од­н­ом до­ме удер­жи­ва­ет­ся не­с­ов­ер­шен­н­ол­ет­н­ий Илья Ива­нов, кот­ор­ый на­хо­дит­ся на по­л­оже­нии сек­с­уаль­но­го ра­ба, к то­му же у него но­ги ам­пут­ир­о­в­а­ны.
- Ник­ак не быть! - рявк­н­у­ло на­ч­аль­ство. – Вы соо­бра­жае­те, ка­кой это ур­ов­ень? Док­а­за­тельст­ва у вас есть, кро­ме слов это­го ва­ше­го ис­точ­н­ика и за­пис­ки с ошиб­к­ами? Нету у вас на него боль­ше ни­ч­его! Да нет, ва­шей пар­оч­ке зак­он не пи­сан, рас­пу­ст­и­л­ись до пре­де­ла, весь РОВД на ушах сто­ит! Вон, и Ро­дио­нов то­же с вас при­мер бер­ёт – сп­лош­н­ая парт­и­зан­щи­на! Иди­те и ра­б­от­ай­те!
Макс с Ша­ман­кой разв­ер­н­у­лись, выш­ли из ка­б­и­нета, и Га­л­и­на спро­си­ла:
- Макс, попр­авь ме­ня, ес­ли я оши­б­аюсь, но, по­хо­же, мы толь­ко что вы­слу­ша­ли сов­ет тай­но по­сет­ить при­ва­лов­с­кий особ­н­як с по­мо­щью ор­л­ов Ро­дио­ны­ча?
Макс кив­н­ул:
- Не-а. Не оши­б­аешь­ся.
- Ну, тог­да я по­бе­жа­ла, - ра­д­ост­но зау­лы­бал­ась Ша­ман­ка.
- А я к экс­перт­ам. И ма­тер­иа­лы с кар­ты па­мя­ти изу­чить на­до, - от­оз­в­ал­ся Макс. – Ду­маю, что мы мо­жем най­ти там за­цеп­ку и по на­шим кидн­эп­пер­ам.
- Да­вай, - кив­н­у­ла Ша­ман­ка, - а я пот­ом к те­бе заг­ля­ну. Пос­ле то­го, как Ро­дио­ны­ча вы­лов­лю.
Гла­ва 21. Сер­д­ит­ая Ро­за
Макс по­спеш­но от­прав­ил­ся к экс­перт­ам, от­д­ал ули­ки, соб­ран­н­ые на ме­с­те убийст­ва граж­д­ан­ки Ива­но­вой, Юре Лит­ви­но­ву, оза­д­а­ч­ил его по пол­ной про­грам­ме, вы­слу­шал расс­каз о том, что Ма­ша зак­он­ч­и­ла от­ра­б­ат­ы­вать спи­сок тел­е­фон­н­ых но­мер­ов, пре­дос­тав­л­ен­н­ый ей Ша­ман­кой. Вы­яс­н­и­л­ось, что из де­ся­ти тел­е­фо­нов три бы­ли оформ­л­е­ны на уже по­мя­нут­ого усоп­ше­го пен­с­ио­не­ра, од­н­ако все три тел­е­фо­на от­к­лю­ч­е­ны и уз­нать их ме­с­то­н­а­хож­д­е­ние не предс­тав­л­яет­ся воз­мож­н­ым. Ос­та­лось ещё пять, Ма­ша сей­час за­ни­ма­ет­ся имен­но ими.
- Пусть пои­щет, нет ли сре­ди вла­д­ель­цев ос­таль­ных пов­т­о­р­яю­щих­ся фа­ми­л­ий, - по­сов­ет­о­в­ал Макс. – Мо­жет, что и про­мельк­н­ёт.
Лит­ви­нов кив­н­ул и за­мет­ил:
- А кор­об­ку-то за­ч­ем прив­о­л­ок?
Макс ко­р­от­ко объ­яс­н­ил, за­ч­ем, Лит­ви­нов хмык­н­ул и спро­сил:
- Ну, да­вай, попр­о­бую и с неё от­пе­чат­ки сн­ять. Толь­ко с чем срав­н­и­вать?
- А ты по ба­зам про­го­ни. Мо­жет, что и поя­вит­ся. К то­му же… Га­зе­ты.
- Что га­зе­ты?
- По­смот­ри, иног­да в поч­то­в­ых от­д­е­л­е­ни­ях га­зе­ты по­ме­ча­ют, ес­ли они по под­пис­ке при­х­о­дят. Дом там, кварт­и­ра. Ес­ли стар­ые райо­ны – там во­об­ще ули­ца мо­жет быть – там у поч­т­а­льо­нов участ­ки огром­н­ые.
- И что?
- А ес­ли ког­да кор­об­ку на­б­и­ва­ли, га­зе­ты из до­ма взя­ли? Или, к при­ме­ру, у со­се­да? Они вон как­ими ста­р­ыми выгл­я­дят – яв­но где-то ле­жа­ли – в кла­д­ов­ке, в гар­аже. А ес­ли най­дёт­ся ад­р­е­с­ок – мож­но бу­дет ту­да про­гу­лять­ся и вы­яс­н­ить у этой не­хор­ошей граж­д­ан­ки, что ей от Анд­р­ея на­до. Или хо­тя бы за­цеп­ку пол­у­чить.
- Во­на как… - шут­ли­во прот­я­нул Юра. – Лад­но, по­г­ля­дим. Ты где бу­дешь?
- Да у се­бя, где ж ещё. Бу­ду с ма­тер­иа­л­ами ра­б­от­ать, про­шу без се­рьёз­н­ого по­в­о­да ме­ня не бес­пок­оить. Чувс­тво у ме­ня, Юр, что мы где-то поб­л­из­о­с­ти.
Од­н­ако спо­кой­но по­р­а­б­от­ать с ма­тер­иа­л­ами у Мак­са пол­у­чи­л­ось не сра­зу. Ког­да он про­бир­ал­ся по кор­и­до­ру в свой ка­б­и­нет-за­к­ут­ок, его ок­лик­н­ул де­жур­н­ый по от­д­е­л­е­нию, со­в­с­ем мо­л­о­дой вы­пуск­н­ик шко­лы по­ли­ции:
- Мак­сим Ген­р­и­х­ов­ич! Тут к вам граж­д­ан­ка очень наст­оя­тель­но про­сит­ся, гов­ор­ит, во­прос жиз­ни и смер­ти!
Макс гля­нул на мая­ча­щую за спи­ной у лей­те­н­ан­та по­мя­нут­ую граж­д­ан­ку… и мыс­лен­но за­сто­н­ал, а пот­ом спро­сил де­жур­н­ого:
- Ты увер­ен, что граж­д­ан­ка ме­ня ищет? А не Ко­в­ал­ё­ва из нарк­ок­онт­ро­ля?
- Нет, - на­ив­но от­в­е­т­ил мо­л­о­день­кий по­ли­цей­ский, - она ва­ше ФИО наз­в­а­ла и ска­за­ла, что очень на­до.
Макс вз­дох­н­ул и веж­ли­во поз­д­ор­о­в­ал­ся:
- Здрав­ствуй­те, Ро­за Юрьев­на. Ко­го на сей раз из ва­ших мн­ого­дет­н­ых ма­тер­ей нарк­ок­онт­роль при­х­ват­ил с тра­вой? Раз­ве я вам не гов­ор­ил, что так­ими де­л­ами не за­ни­ма­юсь?
И услы­шал в от­в­ет:
- Зо­л­отой мой, яхонт­о­в­ый! Всё у мо­их дев­о­чек в пор­яд­ке! Я по дру­го­му де­лу! Ой, ха­си­ям, ха­си­ям!* Мне тут пт­ич­ка на­ч­ир­ик­а­ла кое-что, непр­емен­но нуж­но нам с то­бой по­гов­ор­ить! По­мо­ги, ша­ро ба­ро, де­ло важ­н­ое у ме­ня!
- Ро­за Юрьев­на! – слег­ка по­в­ы­сил го­л­ос Макс. – Я тут во­об­ще-то де­лом за­нят!
- А те­бе кто ска­зал, что тв­оё де­ло – это не моё де­ло? Пой­дём к те­бе, по­гов­ор­им, сроч­но на­до!
- …о де­л­ах на­ших скорб­н­ых… - не вы­дер­жал Макс.
- О них, о них, - за­к­и­ва­ла Ро­за Юрьев­на и, под­х­ват­ив Мак­са под лок­оть, бук­валь­но ув­о­лок­ла его в стор­о­ну его же ка­б­и­нета. Макс об­ре­чён­но вз­дох­н­ул. От­вя­зать­ся про­с­то так от Ро­зы Ле­шу­к­овой, она же Ма­ма Ро­за для сво­их и Сер­д­ит­ая Ро­за для тех, кто имел не­с­час­тье пер­ед этой да­мой пров­и­нит­ь­ся, не смог бы да­же учи­т­ель дже­да­ев Йо­да в по­ру свое­го рас­цве­та.
Цыг­анс­кая диа­спо­ра Гор­о­да ком­пакт­но обит­а­ла в рай­оне, крат­ко име­нуе­мом Та­б­о­ры, и этот рай­он был пос­т­оян­ной го­л­ов­ной бо­лью для вс­ей Гор­одс­кой по­ли­ции, де­ля непо­чёт­н­ую паль­му пер­венст­ва с по­сёлк­ом Хим­з­а­в­од.** Сле­дом за ни­ми с не­бо­льшим от­р­ывом шла Чёрт­о­ва Реч­ка, и нор­маль­но­го зак­о­но­пос­л­уш­н­ого Гор­одс­ко­го обы­ва­те­ля, не ск­лон­н­ого к суи­ци­ду, в эти три райо­на без се­рьёз­н­ого по­в­о­да бы­ло мож­но за­т­ащить раз­ве что си­лой.
Прав­да, Та­б­о­ры, в от­л­и­ч­ие от Хим­з­а­в­о­да, смот­ре­лись ку­да со­лид­н­ее, а иные трёх­этаж­н­ые до­ма, в кот­ор­ых обит­а­ли мн­ого­чис­лен­н­ые се­мьи, смот­ре­лись не ху­же особ­н­я­к­ов нек­от­ор­ых оли­гар­хов по­мель­че, обит­ав­ших в за­гор­од­н­ых кот­т­едж­н­ых по­сёл­к­ах.
Цыг­ане за­ни­ма­л­ись свои­ми тра­д­ици­он­н­ыми де­л­ами – га­д­а­ли, ко­че­ва­ли и вор­о­в­а­ли ко­ней. То есть, с попр­ав­к­ами на сов­ре­мен­н­ые реа­л­ии, про­мыш­ля­ли уго­ном ма­шин. Кро­ме то­го, во­семь­де­сят про­цент­ов лёгк­их нарк­от­и­к­ов пос­т­упа­ли в Гор­од чер­ез Та­б­о­ры, а ещё мест­н­ые обит­а­те­ли конт­ро­лир­о­в­а­ли па­ру рын­к­ов, нес­коль­ко авт­о­за­пра­в­ок и сеть авт­ом­ас­терс­к­их. Но де­ла свои об­д­ел­ы­ва­ли ак­к­ур­ат­но, прав­да, ре­бя­та из от­д­е­ла по борь­бе с нарк­от­и­к­ами по­яв­л­я­л­ись в Та­б­ор­ах ре­гу­ляр­но, их там вс­тре­ча­ли со вс­ей сер­д­еч­н­о­стью, ибо цыг­ане прек­рас­но по­ни­ма­ли, что лю­дям свою ра­б­оту дел­ать на­до, но улов круп­н­ым бы­вал ред­ко. Обыч­но пос­ле каж­д­ого так­ого рей­да в нарк­ок­онт­роль прив­о­зи­ли с пол­д­е­сят­ка подр­ост­к­ов и мн­ого­дет­н­ых ма­маш, за­сту­к­ан­н­ых на гор­я­чем, но ре­аль­ные сро­ки цыг­ане пол­у­ча­ли ред­ко, всё боль­ше от­д­ел­ы­ва­ясь ус­лов­н­ыми – рос­с­ий­ский суд са­мый гу­ман­н­ый суд в ми­ре, а арт­и­с­тизм и непод­д­ель­ное рас­кая­ние обв­и­няе­мых вк­упе с хор­оши­ми ад­во­к­ат­ами дел­а­ли своё де­ло. По­нят­н­ое де­ло, что клю­ч­ев­ую роль в этом биз­н­е­се иг­ра­ли от­н­юдь не жен­щи­ны и подр­ост­ки, но гла­вы се­мейств, к кот­о­р­ым Фе­ми­да мог­ла бы ок­а­зать­ся не столь сн­ис­х­о­ди­т­ель­ной, вс­як­ий раз утек­а­ли, как пе­с­ок сквозь паль­цы.
Что же ка­са­ет­ся Ро­зы Ле­шу­к­овой, то её ныне по­кой­ный муж был от­н­юдь не про­с­тым че­ло­век­ом, в Гор­о­де его име­но­в­а­ли «цыг­анс­ким бар­о­ном», и весь ле­галь­ный и нел­егаль­ный цыг­анс­кий биз­н­ес он дер­жал креп­ко. Од­н­ако, увы, в кон­це де­вя­но­с­тых, уже на изл­ё­те ма­фи­оз­н­ых раз­б­ор­ок, Ле­шу­к­ов-стар­ший вме­с­те с единс­твен­н­ым и лю­б­имым сы­ном Ро­зы, Лео­ни­дом, по клич­ке Лё­ня-Ве­тер, по­гиб при очень стран­н­ых и за­га­д­оч­н­ых обс­тоя­тельст­вах. В Гор­од тог­да пы­тал­ась вн­едр­ит­ь­ся кавк­азс­кая ма­фия, за уст­ра­не­ни­ем стар­ого Ба­ро и Лё­ни-Вет­ра яв­но стоя­ли они, расс­чит­ы­вая так­им об­ра­зом обез­глав­ить цыг­анс­кую груп­пир­ов­ку. Но кавк­аз­цы же­с­т­око прос­чит­а­л­ись. Озв­ер­ев­шая пос­ле смер­ти му­жа и сы­на Ро­за вс­та­ла во гла­ве ос­тав­ших­ся в жи­вых и очень се­рьёз­н­ыми мет­о­да­ми пок­а­за­ла кавк­аз­цам, как они бы­ли непр­а­вы. С тех пор кавк­аз­цы об­х­о­ди­ли Гор­од стор­о­ной, а Ро­за уже лет пят­н­ад­цать как про­дол­жа­ла ру­лить вер­н­ыми ей люд­ьми, и это при ти­пич­н­ом для цыг­ан жёст­к­ом пат­ри­ар­ха­те. Жен­щи­на она бы­ла яв­но не­за­у­р­яд­н­ая, де­ла ве­ла ак­к­ур­ат­но, и по­это­му со­су­щес­тво­в­а­ние по­ли­ции и обит­а­тел­ей Та­б­ор­ов бы­ло от­н­о­си­т­ель­но мир­н­ым и скор­ее на­по­ми­на­ло до­рев­ол­юци­он­н­ую детс­кую иг­ру «по­ли­цей­ские и во­ры». К Мак­су же Сер­д­ит­ая Ро­за пит­а­ла са­мые доб­рые чувст­ва пос­ле то­го, как он поч­ти сра­зу по прие­з­де в Гор­од су­мел спа­сти от обв­и­не­ния в убий­стве од­н­ого из её пле­мян­н­и­к­ов. Па­р­ень, са­мо со­бой, не был бе­лок­ры­лым ан­ге­лом, но и убий­цей то­же не был, хо­тя по­ли­цей­ские с ра­д­о­стью гот­ов­и­л­ись на­мот­ать ему срок по пол­ной – уж боль­но удоб­н­ый вы­дал­ся слу­чай. Макс су­мел най­ти наст­оя­ще­го убий­цу, пле­мян­н­ика Ро­зы тог­да от­пу­ст­и­ли, так что цыг­ан­ка бы­ла Мак­су ис­кренне бла­го­дар­на и обе­ща­ла при слу­чае от­плат­ить. Слу­чай всё не вы­да­вал­ся, а вот сей­час слу­чи­л­ось что-то яв­но из ря­да вон вы­хо­дя­щее, поск­оль­ку на­до от­д­ать долж­н­ое Ро­зе – по пус­т­я­к­ам она бы в РОВД не пое­ха­ла – не царс­кое это де­ло.
Пос­ле то­го, как они ок­а­за­л­ись в ка­б­и­не­те, Макс быст­ро на­пол­н­ил чай­ник усел­ся за стол, пред­л­ожил при­сесть Ро­зе и ехид­но по­ин­т­ер­е­с­о­в­ал­ся:
- Ну и к че­му весь этот мас­кар­ад с при­ч­ит­а­ния­ми, Ро­за Юрьев­на? Зо­л­отой, яхонт­о­в­ый… Вы ж ум­н­ая жен­щи­на, кос­тю­мы от «Ша­нель» шир­ок­им юб­к­ам пред­по­чит­ае­те, ки­л­ограм­мы зо­л­ота на се­бе не но­си­те, русс­ким ли­т­ер­ат­ур­н­ым язы­ком не ху­же ме­ня вла­д­ее­те… За­ч­ем этот об­раз из теа­т­ра «Ром­эн», я ж вас дав­но знаю?
Цыг­ан­ка небр­еж­но сбро­си­ла на спин­ку сту­ла огром­н­ый цве­т­а­ст­ый плат­ок, сн­я­ла с го­л­о­вы ко­сын­ку, рас­прав­и­ла шир­о­чай­шую цве­т­а­ст­ую ин­д­ыра­ку,*** сер­д­ито по­т­ере­би­ла мо­ни­с­то,**** ве­сив­шее, нав­ер­н­ое, не мень­ше ки­л­ограм­ма, из мо­нет чуть ли не царс­кой че­к­ан­ки, и с удов­оль­стви­ем вы­та­щи­ла из уш­ей огром­н­ые серь­ги-пол­ук­оль­ца.
- Вот ведь тя­жесть как­ая… Твоя прав­да, Макс, обыч­но я выг­ля­жу по-дру­го­му. Но ты ведь че­лов­ек за­ня­той, ко мне бы сей­час в го­с­ти не пое­хал…
- Нет, Ро­за Юрьев­на, не пое­хал бы. Моё ны­неш­н­ее де­ло с ва­ши­ми ник­ак не свя­за­но. А вре­мя под­жи­ма­ет. По­это­му, че­стью вас про­шу – да­вай­те пок­ор­о­че. Чем смо­гу – по­мо­гу, но сей­час у ме­ня де­ло очень важ­н­ое, по­это­му мне с ним в первую очер­едь разо­брать­ся на­до.
- Это ты про­пав­ших дет­ок ищешь? Знаю я, - прор­о­ни­ла цыг­ан­ка.
- От­к­у­да? – по­ин­т­ер­е­с­о­в­ал­ся Макс для пор­яд­ку, но в от­в­ет пол­у­чил толь­ко обыч­н­ое:
- Пт­ич­ка од­на про­чир­ик­а­ла… Зн­а­ч­ит, мо­их ты не по­до­з­ре­ва­ешь? И на том спа­си­бо.
- У ва­ших, Ро­за Юрьев­на, греш­к­ов пор­я­доч­но, и, ко­ли мне кто из них в се­рьёз­н­ом де­ле по­па­д­ёт­ся – упе­ку и гла­зом не морг­ну, - от­оз­в­ал­ся Макс. – Но де­тей вы не тро­не­те, на­си­л­о­в­ать и уби­вать их не бу­де­те – не ва­ши это де­ла. Так­ая вот дис­по­зи­ция.
- Всё прав­иль­но, - кив­н­у­ла Ро­за, - но я к те­бе приш­ла не сво­их оправ­д­ы­вать. Ты ведь зна­ешь, что сын у ме­ня по­гиб шест­н­ад­цать лет на­зад? А ре­бё­ноч­ка ос­тав­ить не успел. Всё ник­ак не же­нил­ся – мо­л­о­дой был, рис­к­о­в­ый, од­но сло­во - Ве­тер.
- Со­чув­ствую, Ро­за Юрьев­на, но не по­ни­маю, как­ое это к мое­му ны­неш­н­ему де­лу име­ет от­н­оше­ние, - ска­зал Макс.
- А пос­л­ушай даль­ше, - про­дол­жи­ла Ро­за, - мне и пя­ти ми­нут хват­ит. У ме­ня боль­ше сы­но­в­ей нет, толь­ко две доч­ки – Нат­а­лья и Ше­ло­ро. Хор­ошие дев­ки, кра­сав­и­цы, ум­н­и­цы, а Ше­ло­ро во­об­ще, ес­ли б пар­н­ем ро­дил­ась – це­ны б ей не бы­ло – так­ая го­л­о­ва. За­му­жем обе, внуч­ки у ме­ня. Слав­н­ые дев­ч­он­ки, толь­ко пар­н­ей всё Бог не да­ёт. Я уж и мо­лит­ь­ся их за­став­л­я­ла, и на­гов­о­ры чит­а­ла… и на­ши­ми мет­о­да­ми про­бо­в­а­ла… Нет – всё дев­ки. А мне па­р­ень ну­жен. Насл­ед­н­ик. Зят­ья у ме­ня пар­ни хор­ошие, пре­дан­н­ые, но не ор­лы, Ше­ло­ро та­б­ор не при­мет… При­дёт­ся всё на ко­го-то из пле­мян­н­и­к­ов ос­тав­л­ять, но это мне не осо­бо нрав­ит­ся.
- И? – по­ин­т­ер­е­с­о­в­ал­ся Макс.
- Сон я ув­и­де­ла, - про­дол­жи­ла Ро­за. – Ве­щий. Дес­кать, пот­ому мне Гос­подь вну­к­ов не да­ёт, что Лёнь­ка свою кровь бро­сил.
- То есть? – тор­оп­ли­во пе­ре­сп­ро­сил Макс, а в го­л­ове уже раз­дал­ся знак­омый щел­ч­ок – од­на из бес­чис­лен­н­ых ча­с­тей го­л­ов­о­л­ом­ки вс­та­ла на ме­с­то.
- Есть у ме­ня внук. Толь­ко я о нём ни­ч­его не знаю.
- Про­дол­жай­те, - пот­ор­опил Макс.
- Я сво­им вел­е­ла, чтоб наш­ли вс­ех баб, с кот­о­р­ыми Лёнь­ка хор­о­в­о­дил­ся. Он ведь, пар­ши­в­ец та­кой, ром­ал на­ших не лю­б­ил, от­т­ого и со свад­ь­бой за­т­яги­вал… а лю­б­ил гад­жо, да чтоб во­л­о­сы бе­л­ые бы­ли. Ну, то мне всё рав­но – на­ша кровь всё пер­е­си­л­ит. Так вот. Ста­ли ис­кать. Наш­ли поч­ти вс­ех, толь­ко вот ни у ко­го из них сы­ноч­ка под­х­о­дя­ще­го воз­р­а­ста не бы­ло. Дол­го ис­ка­ли, а под ко­нец выш­ли…
- На Из­оль­ду Ива­но­ву?
- Точ­но! Толь­ко вот опоз­да­ли мы. Уби­ли её. А сын её год на­зад про­пал.
- А ког­да у ва­ше­го Лё­ни с Из­оль­дой ром­ан был, как вы пред­по­ла­гае­те?
- Так до смер­ти не­за­д­ол­го… за год… Лёнь­ка в 1998 по­гиб…
- Угу… - про­бор­мот­ал Макс, - Илье год на­зад бы­ло пят­н­ад­цать… сей­час шест­н­ад­цать… Всё сх­о­дит­ся. И Илью Цыг­а­ном драз­н­и­ли. В от­ца, зн­а­ч­ит, по­шёл… То есть, вы счит­ае­те, что Илья Ива­нов ваш внук?
- Да, - без ко­ле­ба­ний от­оз­в­ал­ась Ро­за. – Най­ди его. Най­ди. Он жив, я чув­ствую. И на карт­ах га­д­а­ла, и на се­ми тра­вах, и на зо­л­от­ом коль­це – жив маль­чиш­ка. Най­ди. Я те­бя с ног до го­л­о­вы зо­л­от­ом осып­лю…
Макс зак­аш­лял­ся:
- Пер­ес­т­ан­ь­те, Ро­за Юрьев­на. Да, ду­маю, что Илья ещё жив. Но вы предс­тав­ить се­бе не мо­же­те, в как­ом он мо­жет быть сос­тоя­нии. Всё мо­жет быть очень и очень пло­хо.
- Вы­ле­чу. Вра­ч­ей луч­ших най­му. Всё, что по­н­а­д­о­бит­ся, най­ду. Я свою кровь не бро­шу, как бы де­ло ни пов­ер­н­у­лось.
Макс сн­о­ва зак­аш­лял­ся. Со­об­щить цыг­ан­ке, где на­хо­дит­ся Илья, он не мог ник­ак, по­де­лит­ь­ся зна­ния­ми о его по­л­оже­нии и сос­тоя­нии – то­же. Спа­сти-то Илью Ро­дио­ны­че­вы ор­лы мо­жет, и спа­сут, но при­мет ли Ро­за так­ого вну­ка? А единс­твен­ной аль­тер­н­ати­вой это­му ос­та­ёт­ся дом ин­в­а­л­и­дов, и хор­ошо, ес­ли док­т­ор Фат­ья­нов не от­к­ажет…
- По­ни­мае­те, Ро­за Юрьев­на, - нак­о­нец ре­шил­ся Макс, - Илью ведь не про­с­то так по­хи­т­и­ли…
- До­га­д­ы­ва­юсь! – мрач­но сверк­н­у­ла оча­ми цыг­ан­ка, и её го­л­ос прио­брёл пои­с­тине шекс­пир­ов­с­кую тра­гич­н­ость:
- Ка­кой бы ни был – най­ди мне его! Кля­нусь – я об Илье по­за­б­о­чусь! А обид­ч­и­к­ов его до седь­мо­го ко­л­е­на прок­ля­ну! Вс­ех, вс­ех прок­ля­ну!
- Пос­т­а­р­аюсь, Ро­за Юрьев­на, - мяг­ко ска­зал Макс. – Я сдел­аю всё, что в мо­их си­л­ах. Но и вы мне по­мо­ги­те…
- Как? – спро­си­ла цыг­ан­ка. – Ска­жи толь­ко – всё сдел­аю.
- Есть у вас вер­н­ые лю­ди из тех, что го­л­о­вы не те­р­яют и в лиш­н­ие раз­б­ор­ки не вс­тре­ва­ют, за­то уме­ют слу­шать и за­по­ми­нать?
- Най­дут­ся.
- Так вот. Вы тут жив­ё­те ку­да доль­ше мое­го, все ок­рест­н­о­с­ти знае­те… Мне нуж­но най­ти дом. Не­да­ле­ко от Гор­о­да, так, что­бы мо­биль­ная связь лов­и­ла, но в дос­тат­оч­но укры­том ме­с­те, что­бы лиш­н­ие ту­да не со­в­а­л­ись. Жив­ет там, скор­ее вс­его, се­мей­ная па­ра, воз­мож­но, с детьми... Хо­тя де­ти – вр­яд ли… Сред­н­их лет, зак­о­но­пос­л­уш­н­ые, чу­да­к­о­в­ат­ые нем­н­ого, но на вс­ех прои­з­в­о­дят хор­ошее впе­чат­л­е­ние. И учти­те, Ро­за Юрьев­на – глав­н­ое этот дом най­ти. Ник­ак­их дей­ствий не прои­з­в­о­дить, немед­л­ен­но пос­т­ав­ить в из­в­ест­н­ость ме­ня. Учти­те, что ес­ли вы нар­уш­и­те это ус­лов­ие, на­шим доб­рым от­н­оше­ни­ям наст­упит ко­нец.
- Яс­но… - вз­дох­н­у­ла Ро­за. – Ду­ма­ешь, там Илья?
- Нет, - твёр­до от­в­е­т­ил Макс. – Ес­ли бы Илья мог быть там – я бы вас об этом не попр­о­сил. Но мне нуж­но най­ти этот дом. По­ни­мае­те?
- По­ни­маю, - вз­дох­н­у­ла Ро­за. – Но ты ведь до­га­д­ы­ва­ешь­ся, где мой внук? Я чув­ствую, до­га­д­ы­ва­ешь­ся!
Макс кив­н­ул:
- Я сдел­аю всё, что­бы его спа­сти. Мы сде­л­аем.
- Хор­ошо, - сог­ла­сил­ась цыг­ан­ка, - будь по-тв­ое­му.
*Ха­си­ям (цыг.) – про­па­ли, ша­ро ба­ро – ува­жае­мый че­лов­ек.
** Про по­сё­лок Хим­з­а­в­од и его креа­т­ив­н­ых обит­а­тел­ей упо­ми­на­ет­ся в ор­ид­же «Маль­чик на ка­ч­е­л­ях», про Чёрт­ову Реч­ку – в «Да­ме с жем­чу­га­ми».
***Ин­д­ыра­ка (цыг.) – юб­ка.
****Мо­ни­с­то – ожер­е­лье из мо­нет.
Гла­ва 22. До­пол­н­и­т­ель­ные дан­н­ые
Расс­тав­шись с Ро­зой Ле­шу­к­овой, Макс всё-та­ки усел­ся изу­чать ма­тер­иа­лы с кар­ты па­мя­ти и ско­ро по­чувс­тво­в­ал, что во­л­о­сы у него гот­о­вы вс­тать ды­бом. Лар­ион Ма­евс­кий ок­а­зал­ся от­л­ич­н­ым проф­ес­с­ио­н­а­лом, он су­мел раз­до­быть до­к­умен­ты, фо­то и ви­део, кот­ор­ые подт­верж­д­а­ли из­л­ожен­н­ую им весь­ма строй­ную и непр­отив­ор­е­чив­ую вер­с­ию. И в цент­ре этой вер­с­ии был Вик­т­ор При­ва­лов, кот­ор­ый ок­а­зал­ся пои­с­тине дву­лик­им Яну­сом. Пер­е­вар­ив всё на­пи­сан­н­ое, Макс в очер­ед­ной раз за­вар­ил ко­фе и глу­бо­ко за­д­умал­ся. То, что При­ва­лов свя­зан с пос­т­ав­щи­к­ами жив­ого то­в­а­ра для него и свя­зан­н­ых с ним прия­тел­ей, кот­ор­ые сос­тав­и­ли свое­о­браз­н­ый клуб изв­р­ащен­цев, бы­ло яс­но – к га­д­ал­ке не хо­ди. Од­н­ако по­че­му в ка­ч­ес­тве пос­т­ав­щи­к­ов вы­сту­па­ли два яв­но неа­д­ек­ват­н­ых пси­х­опа­та, кот­ор­ых бед­н­ый Илья в сво­ей за­пис­ке име­но­в­ал Ма­моч­кой и Па­поч­кой? Обыч­но по­доб­н­ые При­ва­ло­ву лю­ди бол­ее ос­тор­ож­ны и пос­т­ав­щи­к­ов се­бе вы­би­р­ают весь­ма тща­тель­но. А Ма­моч­ка с Па­поч­кой в лю­бой мо­мент мог­ли съе­хать с кат­уш­ек, ок­а­зать­ся сх­ва­ч­ен­н­ыми по­ли­ци­ей… и ни­к­то не гар­ант­ир­о­в­ал, что они в этом слу­чае бу­д­ут мол­ч­ать – ведь, как из­в­ест­но, пси­х­опат­ам тре­бу­ет­ся приз­на­ние, и, бу­д­у­чи сх­ва­ч­ен­н­ыми, они весь­ма охот­но де­л­ят­ся с по­ли­ци­ей под­роб­н­о­с­тя­ми сво­их по­дви­гов… Вон, в бла­го­пол­уч­ной Амер­и­ке, так­ие ти­пы, си­дя лет по пять, а то и бол­ее, в ка­ме­ре смерт­н­и­к­ов и по­да­вая бес­к­о­неч­н­ые апел­л­яции, да­же кн­иги пи­сать умуд­р­яют­ся. И эти кн­иги из­да­ют­ся, на­хо­дят ку­чу пок­лон­н­и­к­ов… и по­рой пло­дят им­ит­ат­ор­ов… По­нев­о­ле по­ду­ма­ешь, что все из­держ­ки рос­с­ий­ской испр­ав­и­т­ель­ной сис­те­мы в этом слу­чае не зло, а бла­го, позв­о­л­яю­щее за­тк­н­уть пой­ман­н­ых пси­х­ов раз и на­в­с­ег­да. И ник­ак­их те­бе ка­мер с удоб­ной кро­в­ат­ью, тел­е­в­из­ор­ом, Ин­т­ер­н­ет­ом и тре­мя ви­да­ми фр­укт­ов на ланч. В на­ших спец­п­си­х­уш­к­ах не за­б­а­л­уешь.
Толь­ко вот бе­да - При­ва­ло­ва вр­яд ли удаст­ся сва­л­ить да­же с по­мо­щью этих док­а­за­тельств – хор­ошие ад­во­к­аты от них кам­ня на камне не ос­та­вят. Ор­д­ер­ов нет, пос­т­а­нов­л­е­ний о вы­ем­ке нет, да и де­ла са­мо­го, собс­твен­но гов­оря, нет. Сле­до­в­а­тель­но, эти док­а­за­тельст­ва приз­на­ны не бу­д­ут, При­ва­лов гу­ля­ет на сво­бо­де, хор­о­нит кон­цы – на­при­мер, не­с­част­н­ого Илью, а пот­ом, выж­д­ав го­ди­ка два, а то и ме­нее, прик­упа­ет се­бе но­в­ый особ­н­я­чок, по­дал­ее от Гор­о­да… и на­ч­и­на­ет всё сыз­н­о­ва. Сво­л­о­чей, гот­о­в­ых под­з­а­р­а­б­от­ать на детс­ких стра­д­а­ни­ях, пос­т­ав­ляя то­в­ар вы­с­ок­опос­т­ав­л­ен­н­ому изв­р­ащен­цу, вполне мож­но най­ти и дру­гих, а слишк­ом уж ме­ша­ю­щих те­перь Па­поч­ку с Ма­моч­кой мож­но и за­ч­и­с­тить для без­оп­ас­н­о­с­ти. И что дел­ать? И тут Мак­су приш­ла в го­л­ову од­на очень ин­т­ер­ес­н­ая идея. Он кив­н­ул сам се­бе и стал до­жи­дать­ся Ша­ман­ку, что­бы вы­ра­б­от­ать план даль­ней­ших дей­ствий.
Прав­да, рань­ше, чем Ша­ман­ку, он дож­д­ал­ся Ма­шу, кот­о­р­ая спро­си­ла, нуж­на ли Мак­су ещё ин­фор­ма­ция по Ро­мео Кал­мы­ко­ву. Макс зая­вил, что, ко­неч­но же, нуж­на, и Ма­ша ста­ла расс­ка­зы­вать:
- Кал­мы­ков Ро­мео Гавр­и­л­ов­ич ни в од­ной из го­су­дарс­твен­н­ых пси­хиа­три­ч­ес­ких кли­ник не ле­чил­ся. Од­н­ако шест­н­ад­цать лет на­зад управ­л­е­ние по­ли­ции Гор­о­да за­ни­ма­лось по­жа­р­ом в част­н­ом са­нат­ор­ии «Мыс доб­рой На­д­еж­ды», кот­ор­ый ок­а­зал­ся в ито­ге част­ной зак­ры­той пси­хиа­три­ч­ес­кой кли­ни­кой. Де­ло быст­ро за­мя­ли, но кое-что в на­ших ар­хи­вах со­х­ра­ни­л­ось, к то­му же я по­бе­се­до­в­а­ла с од­н­им из опер­ов, сей­час он на пен­с­ии, кот­ор­ый ра­б­от­ал по это­му де­лу.
Так вот, в «На­д­еж­ду» сос­тоя­тель­ные лю­ди сплав­л­я­ли сво­их душ­ев­н­о­боль­ных родс­твен­н­и­к­ов, да­бы не порт­ить им­идж се­мьи. При­ч­ём гла­ва этой кли­ни­ки, пси­хи­атр На­д­еж­да Ле­щинс­кая, бы­ла са­мым наст­оя­щим док­т­ор­ом Мен­ге­ле в юб­ке. Что на­зы­ва­ет­ся – лю­бой ка­приз за ва­ши день­ги. За­ч­а­ст­ую в кли­ни­ке ок­а­зы­ва­л­ись не душ­ев­н­о­боль­ные, а чем-то не устраи­ва­ю­щие сво­их вы­с­ок­опос­т­ав­л­ен­н­ых родс­твен­н­и­к­ов лю­ди. На­при­мер, один из де­пут­ат­ов Го­с­ду­мы сплав­ил доб­рой На­д­еж­де шест­н­ад­цат­ил­ет­н­его сы­на-гея.
- Его что, от ор­иент­ации ле­чи­ли? – пор­а­зил­ся Макс.
- Угу. И На­д­еж­да преу­спе­ла в этом. Чер­ез год па­р­ень был вы­пи­сан из кли­ни­ки, став сов­ер­шен­но дру­гим че­ло­век­ом – пос­л­уш­н­ый, ник­ак­ого бунт­арст­ва, ник­ак­их, упа­си Бо­же, неу­доб­н­ых свя­зей. Пос­т­упил, ку­да прик­а­зал па­па, же­нил­ся, на ком ук­а­зал па­па. А ещё чер­ез три го­да па­р­ень наг­лот­ал­ся таб­л­ет­ок, за­пил всё это ко­ньяк­ом, зал­ез в тёп­лую ван­ну и вс­крыл ве­ны. Ка­ч­ес­твен­но так вс­крыл, яв­но не для де­монс­тра­ции. И на стене на­пи­сать успел: «Боль­ше не мо­гу». Кро­в­ью. Как в де­шёв­ом тр­ил­л­е­ре, ей-Бо­гу.
- Угу. Толь­ко вот ор­иент­ация не ле­чит­ся, Ма­ша. Вид­но, мет­о­ды, кот­о­р­ыми с ним ра­б­от­а­ли, бы­ли так­ие, что па­р­ень пред­по­чёл пой­ти на всё, лишь бы выр­вать­ся. А пот­ом осоз­н­ал, что это не жизнь… А что па­поч­ка его? – по­ин­т­ер­е­с­о­в­ал­ся Макс.
- А ни­ч­его. По­нять не мог, че­го сы­ну не хват­а­ло, гор­е­вал очень на по­хо­р­о­н­ах, а что даль­ше – не знаю, - от­оз­в­ал­ась Ма­ша.
В этот мо­мент к бе­се­де при­со­е­ди­нил­ась ти­х­онь­ко во­шедш­ая в ка­б­и­нет Ша­ман­ка, кот­о­р­ая, вы­слу­шав груст­н­ую ис­тор­ию сы­на де­пут­ата, вс­тав­и­ла свои пять ко­пе­ек:
- Вот при­дур­ок! Он же свои­ми ру­к­ами, по­чит­ай, сы­на в мо­ги­лу от­прав­ил. И да, хор­оша же кли­ни­ка, ку­да Кал­мы­ков сы­на зак­о­но­пат­ил.
- Да уж... - прот­я­нул Макс, - и вот в так­ом ми­л­ом мес­теч­ке ок­а­зал­ся бед­н­ый Ром­ка, кот­ор­ому и так не слад­ко жи­л­ось. А ес­ли он был нев­и­нов­ен в смер­ти свод­н­ого бра­та… а сей­час я ду­маю, что это вполне воз­мож­но, предс­тав­л­яешь, Галь, ка­к­ово ему там при­х­о­ди­л­ось? С так­ими док­т­ор­ами и здор­о­в­ый пси­х­опат­ом ста­нет, а пар­н­иш­ка и так был пси­хи­ч­ес­ки нес­та­б­и­л­ен…
- Что там даль­ше бы­ло – точ­но неи­з­в­ест­но, - за­мет­и­ла Ма­ша, - толь­ко опер гов­ор­ит, что при по­жа­ре нес­коль­ко боль­ных по­гиб­ло. А вот двое – как раз Ро­мео Кал­мы­ков и Ев­ге­ний При­ва­лов – бесс­лед­но ис­чез­ли. Так что ны­неш­н­ее ме­с­то­н­а­хож­д­е­ние Кал­мы­ко­ва Ро­мео Гавр­и­л­ов­и­ча неи­з­в­ест­но. Я вам по­мог­ла?
- Еще как! – зая­вил Макс. – Кста­ти, а этот… Ев­ге­ний При­ва­лов оли­гар­ху Вик­т­о­ру При­ва­ло­ву ни­к­ем не при­х­о­дил­ся?
- Не знаю… - прот­я­ну­ла Ма­ша, - но сей­час попр­о­бую коп­н­уть.
- А что с га­зет­ами, Ма­ша? – спо­х­ват­ил­ся Макс.
- Ими сей­час Юр­ка за­ни­ма­ет­ся – от­в­е­т­и­ла Ма­ша, - ты прав, Макс, на нек­от­ор­ых есть кар­ан­д­аш­н­ые по­мет­ки, воз­мож­но, это и впрямь ад­р­ес дос­тав­ки, но он по­ка сов­ер­шен­но не­чит­аем. Га­зе­ты дол­го ле­жа­ли в сы­ром по­ме­ще­нии, бу­ма­га… ну, сам зна­ешь ка­ч­ес­тво га­зет­ной бу­ма­ги. Прав­да, Юр­ка кол­д­ует над ни­ми, мо­жет, что и вы­тя­нет. Лад­но, я пош­ла тел­е­фо­ны дор­а­б­ат­ы­вать. Ах, да. Юр­ка из слю­ны с тво­их ок­ур­к­ов вы­де­лил ДНК… Нет сов­па­д­е­ний по ба­зам, увы.
- ДНК мужс­кая и женс­кая? – спро­сил Макс.
- Да нет, на обо­их ви­дах ок­ур­к­ов ДНК раз­н­ая, - от­в­е­т­и­ла Ма­ша, - но в обо­их слу­ча­ях мужс­кая. Сто пу­дов. Всё, по­ка, я уш­ла.
Ма­ша пт­ич­кой упорх­н­у­ла в ла­б­ор­ат­ор­ию к му­жу, а Ша­ман­ка спро­си­ла:
- Слу­шай, Макс, так зл­о­де­ев на­ших трое, что ли, пол­у­ча­ет­ся?
- То есть? – не сра­зу соо­бра­зил Макс.
- Вот, смот­ри, - зая­ви­ла Ша­ман­ка, - ду­маю, что При­ва­лов и Кал­мы­ков вос­поль­зо­в­а­л­ись по­жа­р­ом и со­в­мест­но удра­ли из ле­чеб­н­и­цы… Как­им-то об­ра­зом су­ме­ли ле­га­л­и­з­о­в­ать­ся, по­нят­н­ое де­ло, что под чу­жи­ми име­н­ами… И где-то вс­трет­и­ли ещё и жен­щи­ну с по­хо­жи­ми прис­т­ра­стия­ми? Как-то не­ло­гич­но пол­у­ча­ет­ся… А жен­щи­на сре­ди них точ­но есть – у Ильи в за­пис­ке упо­ми­на­ют­ся Па­поч­ка и Ма­моч­ка, да и при по­хи­ще­ни­ях имен­но жен­щи­на шум под­ни­ма­ла… С дру­гой стор­о­ны, ДНК на ок­ур­к­ах толь­ко мужс­кая… И по­нят­но те­перь, по­че­му Из­оль­ду так дол­го не убир­а­ли – да­же у пси­х­опат­ов есть родс­твен­н­ые при­вя­зан­н­о­с­ти, Ро­мео сес­т­ру жал­ел, вот и не тро­гал до пос­л­ед­н­его, по­ка на­ши кидн­эп­пе­ры не по­ня­ли, что их ре­аль­но при­пек­ло.
- Но ес­ли их ре­аль­но при­пек­ло… То де­ти, кот­ор­ые сей­час у них на­хо­дят­ся, в огром­ной опас­н­о­с­ти, – ска­зал Макс. – Слад­к­ая пар­оч­ка мо­жет про­с­то не до­жи­дать­ся, по­ка их за­ч­ис­тят лю­ди оли­гар­ха, и смыть­ся са­мос­тоя­тель­но – де­нег у них нав­ер­н­яка дос­тат­оч­но.
- Так всё-та­ки пар­оч­ка? – пе­ре­сп­ро­си­ла Ша­ман­ка. – А жен­щи­на?
- Есть у ме­ня од­на мысль… Но да­вай по­ка па­ца­на вы­та­с­ки­вать. Что там Ро­дио­ныч?
- А что Ро­дио­ныч… - прот­я­ну­ла Ша­ман­ка. – Ты же зна­ешь, что он вс­ех этих пе­до­фи­л­ов страсть как лю­б­ит и обо­жа­ет… в шта­б­е­ля ук­ла­д­ы­вать. А уж ког­да я расс­ка­за­ла об осо­бых прис­т­ра­сти­ях гос­по­ди­на оли­гар­ха… Кор­о­че, Ро­дио­ныч пос­л­ал дво­их ор­л­ов по­н­аб­лю­дать за особ­н­як­ом. Я так по­ни­маю, что ор­д­е­ра на сей раз не бу­дет, да­же зад­н­им чис­лом?
Макс по­ка­ч­ал го­л­овой и крат­ко ввёл Ша­ман­ку в курс де­ла от­н­о­си­т­ель­но улик, соб­ран­н­ых Лар­ио­ном Ма­евс­ким, и его же соо­бра­же­ний.
- Вот оно что… - прот­я­ну­ла Ша­ман­ка. –Так ду­ма­ешь, не смо­жем мы эту сво­л­оч­ню ущу­чить зак­он­но?
- Бо­юсь, что нет, - ска­зал Макс. – По­это­му нам важ­но вы­та­щить пар­н­иш­ку. Во-пер­вых, су­дя по за­пис­ке, он со­в­с­ем от­ч­аял­ся. Во-вт­ор­ых, он смо­жет нам хоть что-то расс­ка­зать о Па­поч­ке и Ма­моч­ке – па­р­ень, су­дя по вс­ему, с го­л­овой и с хар­ак­т­ер­ом.
- А ку­да мы его де­нем, ес­ли пот­ом при­ва­лов­с­кие пар­ня ис­кать бу­д­ут? К те­бе? Ко мне? В боль­ни­цу его нель­зя – сто пу­дов. Най­дут сра­зу же. К док­т­о­ру-кор­от­ыш­ке? Так он сам по краю хо­дит…
- Га­ля, не па­ни­к­уй. Глав­н­ое – вы­та­щить пар­ня, а уж где спрят­ать – не про­бл­ема.
- Да? – скепт­и­ч­ес­ки по­ин­т­ер­е­с­о­в­ал­ась Ша­ман­ка.
- Да, - твёр­до от­в­е­т­ил Макс, - тут ко мне ма­ма Ро­за за­б­ре­да­ла. Да не про­с­то так, а по де­лу. Слу­шай…
Вы­слу­шав расс­каз Мак­са, Ша­ман­ка приш­ла в вос­торг:
- Точ­но! Та­б­ор­н­ые его не вы­да­д­ут – толь­ко не Ро­зи­но­го вну­ка. А уж ес­ли Ро­за уз­на­ет, кто с ним так не­хор­ошо обо­шёл­ся… Ой, ой, ой…
- По дер­еву пос­т­у­чи, - по­сов­ет­о­в­ал Макс. – Сгла­зишь.
Ша­ман­ка тор­оп­ли­во кив­н­у­ла и ста­ла раз­л­и­вать ко­фе по круж­к­ам, а ещё чер­ез пять ми­нут по­зво­нил Ро­дио­ныч с уже гот­овой дис­по­зи­ци­ей не­за­к­он­н­ого про­ник­н­ов­е­ния.
Гла­ва 23. Осво­бож­д­е­ние
Ес­тес­твен­но, по тел­е­фо­ну об­с­уж­д­ать так­ие ве­щи бы­ло нема дур­н­ых, по­это­му пол­к­ов­н­ик со вс­ем воз­мож­н­ым пие­тет­ом был при­гла­шён во всё тот же Мак­с­ов ка­б­и­нет­ик с пред­л­оже­ни­ем по­пить хор­оше­го ко­фе со све­жи­ми бу­лоч­к­ами. За бу­лоч­к­ами Ша­ман­ка сбе­га­ла лич­но, а Макс бук­валь­но выр­вал у Лит­ви­но­ва по­чат­ую бан­ку «Ла­вац­ца д’Оро» под своё чест­н­ое имя и клят­вен­н­ое обе­ща­ние вер­н­уть це­л­ую.
План Ро­дио­ны­ча был прост, как мо­л­о­дой ре­дис, и не­за­тей­лив, как граб­ли. Поск­оль­ку Илью тре­бо­в­а­лось тай­но осво­бо­дить из особ­н­яка, то Ро­дио­ныч пред­ла­гал про­с­то-на­п­ро­с­то тём­ной но­чень­кой вы­ру­бить ох­ра­ну в ко­ли­ч­ес­тве трёх ох­ран­н­и­к­ов, ней­т­ра­л­и­з­о­в­ать обс­лу­гу в ли­це до­мо­прав­и­т­ель­ни­цы, двух гор­н­ич­н­ых и са­д­ов­н­ика и хор­ошень­ко по­шур­о­в­ать в клят­ом особ­н­яч­ке. На ре­зон­н­ый во­прос Мак­са, что дел­ать с хо­зяи­ном, Ро­дио­ныч жиз­н­ер­а­д­ост­но от­в­е­т­ил, что глав­н­ый упырь от­б­ыл в Моск­ву по сво­им оли­гар­хи­ч­ес­ким де­л­ам и в особ­н­я­ке ос­тал­ась толь­ко ох­ра­на и обс­лу­га. Так что, ес­ли быть поо­с­тор­ож­н­ее, то всё прой­дёт глад­ко. Глав­н­ое – не ос­тав­ить сле­дов для при­ва­лов­с­кой служ­бы без­оп­ас­н­о­с­ти.
- А что, - ехид­но во­про­шал Ро­дио­ныч, - При­ва­лов в по­ли­цию жа­ло­в­ать­ся пой­дёт? Мол, обок­ра­ли ме­ня, граж­д­ане по­ли­цей­ские, маль­чон­ку спёр­ли, кот­ор­ого при­спо­со­бил я для изв­р­аще­ний сво­их не­хор­оших? А мо­жет, и ещё что в особ­н­яч­ке ин­т­ер­ес­н­ое най­дёт­ся?
- Ес­ли и най­дёт­ся – вз­дох­н­ул Макс, - то для су­да это не док­а­за­тель­ство.
- Для су­да – мо­жет быть, - за­мет­и­ла Ша­ман­ка, - а ес­ли слить до­к­умен­ты жур­н­ал­югам? Или во­об­ще в Сеть в от­к­ры­тый дос­туп? А?
- А что? – ус­мех­н­ул­ся Макс. - Вполне се­бе ни­ч­его идея. Поз­ор, ко­неч­но, вс­е­л­енс­кий бу­дет. Да и лич­н­о­с­тя­ми этих лю­б­и­т­ел­ей де­тей тог­да мн­огие за­ин­т­ер­е­су­ют­ся. Толь­ко вот по­ка мы де­лим шк­у­ру неу­бит­ого медв­е­дя. Сей­час нуж­но ти­хо-мир­но в особ­н­я­чок про­ник­н­уть, Илью от­т­у­да вы­зв­о­лить и на­д­ёж­но спрят­ать от при­ва­лов­с­к­ого вни­ма­ния.
- Мои ор­лы сей­час наб­лю­де­ние за за­гор­од­н­ым до­мом дер­жат, - ска­зал Ро­дио­ныч. – Да­вай­те-ка се­год­ня же но­чью и схо­д­им в го­с­ти.
Макс и Ша­ман­ка пер­ег­ля­ну­лись, и Ша­ман­ка за­мет­и­ла:
- О, как у те­бя ру­ки за­ч­е­с­а­л­ись, Ро­дио­ныч…
- А че­го мед­л­ить-то? – нев­озмут­имо по­ин­т­ер­е­с­о­в­ал­ся пол­к­ов­н­ик. – Рань­ше ся­дем – рань­ше вый­дем.
И все трое обор­от­н­ей в по­го­н­ах и без зл­о­дей­ски улыб­н­у­лись друг дру­гу.
Позд­н­ей но­чью Макс и Ша­ман­ка тряс­лись в мик­ро­а­вт­о­бу­се са­мой непр­имет­ной нар­уж­н­о­с­ти с ле­вы­ми но­мер­ами, кот­ор­ый приг­н­ал в ус­лов­л­ен­н­ое ме­с­то один из Ро­дио­ны­че­вых ор­л­ов – спо­кой­ный и рас­с­у­ди­т­ель­ный Па­ша. Са­ми же ор­лы, одет­ые на сей раз не в ка­муф­ляж, а в непр­имет­н­ые спорт­ив­н­ые кос­тю­мы, вни­ма­ли Ро­дио­ны­чу, кот­ор­ый объ­яс­н­ял им под­роб­н­о­с­ти гря­ду­щей опер­ации. Ос­та­нов­ил­ся мик­ро­а­вт­о­бус в ле­с­оч­ке, и Ро­дио­ныч за­д­ум­чи­во за­мет­ил:
- Хор­ошо, что здесь жи­лья поб­л­из­о­с­ти нет – лю­дей зря не пот­рев­ожим, да и лиш­н­их глаз по­ме­нее.
Тут же из ле­с­оч­ка сов­ер­шен­но бес­шум­но поя­ви­л­ись ещё двое ор­л­ов, до­се­ле наб­лю­дав­ших за не­хор­ошим до­мик­ом – Жук и Рысь.
- Ти­хо там, все спать лег­ли. Толь­ко со­ба­ки по терр­ит­ор­ии бе­га­ют – здор­ов­ен­н­ые так­ие кавк­аз­цы – пять штук. Ка­ме­ры по пер­имет­ру име­ют­ся, но меж­ду ни­ми есть две мёрт­вые зо­ны – ру­ки бы от­ор­вать на­ч­аль­ни­ку служ­бы без­оп­ас­н­о­с­ти – так­ие ды­ры ос­тав­ил, хоть на трой­ке въез­жай.
- Па­ша, Гар­ик, - ском­ан­д­о­в­ал Ро­дио­ныч, - др­от­ики со сн­от­вор­н­ым при­гот­ов­ь­те. Со­ба­ки на вас. Лад­но, ре­бят­ки, с Бо­гом. Рысь, Жук, пок­а­зы­вай­те, где там мёрт­вые зо­ны. Га­ля, Макс, обож­ди­те по­ка, - подт­я­не­тесь, ког­да мы знак по­да­д­им.
И де­ло пош­ло. Ни­к­то не ув­и­дел, кро­ме Мак­са и Ша­ман­ки, как в гу­стой осен­н­ей ноч­ной чер­н­иль­ной мг­ле сов­ер­шен­но нер­аз­л­и­ч­имые сер­ые те­ни це­поч­кой пер­емах­н­у­ли чер­ез за­б­ор, имен­но там, где они ник­ак не мог­ли по­пасть в объ­ект­ив ка­мер сле­же­ния… как к этим те­ням бро­си­л­ись бес­шум­но дру­гие – мох­н­ат­ые мощ­н­ые кл­ы­ка­ст­ые ма­ши­ны-убий­цы… и как эти са­мые мох­н­ат­ые и кл­ы­ка­ст­ые по­па­д­а­ли друг за дру­гом под воз­дей­стви­ем сн­от­вор­н­ого… как единс­твен­н­ый ох­ран­н­ик на пуль­те вн­е­зап­но по­т­ер­ял соз­на­ние, так и не по­няв, что с ним слу­чи­л­ось… как не успе­ли прий­ти в се­бя спя­щие ос­таль­ные ох­ран­н­ики, кот­ор­ых вы­ру­би­ли столь же хит­ро и уме­ло… как од­на из те­ней бес­шум­но про­шлась по ком­н­ат­ам обс­лу­ги, прыс­кая спя­щим в ли­цо из как­ого-то ма­л­ень­ко­го чёр­н­ень­ко­го бал­л­он­ч­ика, так что крепк­ий здор­о­в­ый сон одол­ел вс­ех, кто в прин­ци­пе мог под­н­ять­ся и удив­ит­ь­ся в особ­н­я­ке на­л­и­ч­ию непр­оше­ных го­с­тей… В об­щем, нуж­н­ый эф­фект был до­с­тиг­нут, и Ро­дио­ны­че­вы ор­лы ста­ли мет­о­дич­но обыс­ки­вать особ­н­як. Наш­ли мн­ого че­го ин­т­ер­ес­н­ого – нек­ие до­к­умент­ики в сей­фе, часть из кот­ор­ых Макс вел­ел им по­л­ожить на ме­с­то, но толь­ко часть, нес­коль­ко по-осо­бо­му обо­ру­до­в­ан­н­ых гос­те­вых ком­н­ат в под­ва­ле, кот­ор­ые мож­но бы­ло обоз­в­ать дву­мя сло­в­ами: «Меч­та изв­р­ащен­ца», ибо соз­д­а­ва­лось впе­чат­л­е­ние, что там мож­но сни­мать немецк­ую вер­с­ию «Бе­ло­с­неж­ки и се­ми гно­мов», наш­ли прек­рас­но обо­ру­до­в­ан­н­ую гар­д­ер­об­н­ую с мн­ого­чис­лен­н­ыми кос­тю­ма­ми, по­шит­ыми в са­мом про­в­ок­аци­он­н­ом клю­че – бы­ли там и Бе­ло­с­неж­ка, и Крас­н­ая ша­поч­ка, и стро­гая учил­ка, и блуд­л­и­вая мед­с­ес­трич­ка, и вам­пир­ша, и мо­н­аш­ка… Гла­за раз­б­ега­л­ись, гля­дю­чи на это раз­н­оо­бра­зие, при­ч­ём мн­огие кос­тю­мы бы­ли не­бо­льшо­го раз­ме­ра – слов­но сшит­ые на ре­бён­ка или нек­руп­н­ого подр­ост­ка.
Ша­ман­ка, твёр­до ре­шив­шая вы­ло­жить сн­им­ки в Сеть, мет­о­дич­но щёлк­а­ла всё это без­об­ра­зие проф­ес­с­ио­н­аль­ным фо­то­ап­пар­ат­ом с дл­ин­н­офо­к­ус­н­ым объ­ек­тив­ом, взят­ым у то­го же Лит­ви­но­ва. Ор­лы пле­ва­л­ись, а Илья всё ник­ак не на­хо­дил­ся.
Спус­тя как­ое-то вре­мя они наш­ли в са­мом даль­нем кор­и­до­ре ком­н­ату, кот­о­р­ая мог­ла при­надл­ежать маль­чи­ку – на­до ска­зать, неп­л­о­хо обс­тав­л­ен­н­ую, с удоб­ной функ­цио­н­аль­ной кро­в­ат­ью, свет­л­ыми обоя­ми, це­лой ку­чей кн­иг на пол­к­ах и ком­пью­тер­ом, ря­дом с кот­о­р­ым ле­жа­ла сто­поч­ка дис­ков с са­мы­ми раз­н­ыми иг­ра­ми.
- Так.. – прот­я­нул Ро­дио­ныч. – А где пар­н­иш­ка-то? Неу­же­ли прок­ар­ау­ли­ли и При­ва­лов его с со­бой взял?
- Ник­ак нет, оби­жае­те, - воз­мут­ил­ся Рысь. - Один он уе­хал. С ох­ра­ной, ко­неч­но, но один.
- Зн­а­ч­ит, па­р­ень где-то здесь… - прот­я­нул Ро­дио­ныч.
- В под­ва­ле смот­р­и­те, - ска­зал Макс. – Ду­маю, что маль­чик пер­ио­ди­ч­ес­ки пок­а­зы­вал хар­ак­т­ер. Эта ком­н­ата – пря­ник, зн­а­ч­ит, где-то дол­жен быть и кн­ут.
Ро­ди­ныч кив­н­ул, и обыск про­дол­жил­ся.
Макс ок­а­зал­ся прав – непо­дал­ёку от ком­н­аты маль­чи­ка на­шл­ась дв­ерь, кот­о­р­ая яв­но ве­ла в под­вал. Ро­дио­ныч по­свет­ил фо­н­ар­ик­ом на ухо­дя­щие вн­из сту­пень­ки и зло про­ши­пел:
- Су­ки! Неу­же­ли они па­ца­на в тем­н­о­те дер­жат?
Во­прос был рит­ор­и­ч­ес­кий, тем бол­ее, что Ша­ман­ка, по­шар­ив, наш­ла на стене вы­клю­ч­а­тель, и под­вал озар­ил­ся неярк­им си­не­ват­ым свет­ом.
Ро­дио­ныч, Макс и Ша­ман­ка ста­ли мед­л­ен­но спус­кать­ся вн­из, Рысь ос­тал­ся у дв­ери в под­вал, во из­б­ежа­ние вс­як­их непр­ият­н­ых экс­цес­с­ов. Ма­ло ли что.
Под­вал был боль­шой, чи­с­то подм­е­тён­н­ый и раз­де­л­ён­н­ый на ря­ды от­се­к­ов – и дв­ерь с на­в­ес­н­ым замк­ом имел­ась толь­ко у од­н­ого. Ро­дио­ныч рва­нул ту­да, Макс с Ша­ман­кой бро­си­л­ись сле­дом, за­мок быст­ро пал жерт­вой спец­н­а­зов­с­кой под­гот­ов­ки, и дв­ерь рас­пах­н­ул­ась.
- Яви­л­ись, пад­лы? – про­зв­у­чал из уг­ла лом­аю­щий­ся подр­ост­к­о­в­ый го­л­ос. – Ну и ва­л­и­те, от­к­у­да приш­ли! Я луч­ше здесь сдох­ну, а под хо­зяи­на боль­ше не ля­гу. Не ля­гу!
В го­л­о­се пар­н­иш­ки чувс­тво­в­ал­ась яв­н­ая ис­тер­ика, и Ша­ман­ка, по­шар­ив по стене, вн­овь наш­ла вы­клю­ч­а­тель. Ком­н­а­тён­ка освет­ил­ась, и Ро­дио­ныч с чувс­твом вспом­н­ил боль­шой Пет­ров­с­кий за­гиб.
- Ти­хо, - сер­д­ито ска­за­ла Ша­ман­ка, - не пу­гай пар­ня!
По прав­де ска­зать, Мак­са и са­мо­го пот­я­ну­ло вы­ру­гать­ся. Го­л­ые бет­он­н­ые сте­ны. Бро­шен­н­ый на це­мент­н­ый пол тю­фяк. От­в­рат­но во­ня­ю­щее вед­ро поо­даль.
На тю­фя­ке, зяб­ко кут­аясь в сер­ое кол­ю­ч­ее одея­ло, си­дел по­си­нев­ший от хо­л­о­да пар­н­иш­ка, одет­ый в свет­л­ую фут­б­ол­ку и ко­р­от­к­ие си­ние шор­ты. Са­мое то для ле­дя­но­го про­мозг­ло­го под­ва­ла. Маль­чиш­ка ис­пу­ган­но смот­рел на во­шедш­их огром­н­ыми без­дон­н­ыми чёр­н­ыми гла­за­ми. Смуг­ло-ро­з­о­в­ые куль­ти ам­пут­ир­о­в­ан­н­ых ни­же ко­л­ен ног тор­ч­а­ли из скла­д­ок одея­ла, как нечто непр­ав­иль­ное и от­в­рат­и­т­ель­ное. Тем бол­ее, что маль­чиш­ка дей­стви­т­ель­но был кра­сив, как и опи­сы­вал прия­тель Ива­на.
- Вы кто? – ис­пу­ган­но вы­дав­ил маль­чиш­ка.
Макс по­до­шёл к нему, при­сел ря­дом, так, что­бы его гла­за ок­а­за­л­ись на од­н­ом ур­овне с гла­за­ми маль­чиш­ки, и ти­хо спро­сил:
- Ты ведь Илья Ива­нов, да?
Маль­чиш­ка тор­оп­ли­во за­к­и­вал. А Макс про­дол­жил всё тем же мягк­им успок­аи­ва­ю­щим то­ном:
- Твоя за­пис­ка дош­ла по на­зн­а­ч­е­нию. Мы приш­ли заб­рать те­бя от­с­ю­да.
- Прав­да? – нев­ер­яще про­шепт­ал Илья.
- Прав­да, - ска­зал Макс, - мы от­ве­з­ём те­бя к ба­б­уш­ке…
- Моя ба­б­уш­ка умер­ла! – сер­д­ито ска­зал маль­чиш­ка. – А на клад­б­ище я не хо­чу!
- Умер­ла ма­ма тв­оей ма­мы. А ма­ма тв­ое­го от­ца жи­ва и ищет те­бя. И, пов­ерь, с этой ба­б­уш­кой те­бя ни­к­то не по­сме­ет оби­деть.
- Но… - про­бор­мот­ал Илья, - я да­же не знаю, кто мой от­ец…
- Ба­б­уш­ка зна­ет. Не бес­по­кой­ся, она смо­жет о те­бе по­за­б­от­ит­ь­ся. В оп­ре­де­л­ён­н­ом смыс­ле – это са­мая нео­б­ыч­н­ая ба­б­уш­ка на све­те, - лас­ко­во ска­зал Макс. – По­ра убир­ать­ся из этой по­га­ной ды­ры, мал­ыш. Твои род­н­ые те­бя жд­ут. Всё пло­хое кон­ч­и­л­ось.
Макс ос­тор­ож­но об­х­ват­ил Илью, тот взял­ся ру­к­ами ему за пле­чи и про­шепт­ал:
- Ты не об­ма­ны­ва­ешь, я чув­ствую. Ты дру­гой.
А пот­ом, ког­да Макс под­н­ял­ся и по­спе­шил к вы­хо­ду из под­ва­ла, не­ся Илью на ру­к­ах, тот утк­н­ул­ся ему го­л­овой в пле­чо, ни ми­ну­ты лиш­н­ей не же­л­ая ви­деть не­н­ав­ист­н­ый дом.
Илья был ху­дой, но со­в­с­ем не не­в­е­с­омый, од­н­ако, хо­тя ор­лы Ро­дио­ны­ча пред­ла­га­ли Мак­су свою по­мощь, тот так и нёс пар­н­иш­ку на ру­к­ах до са­мо­го мик­ро­а­вт­о­бу­са.
Гла­ва 24. Но­в­ый вит­ок
Пос­ле вс­ех сво­их неот­л­ож­н­ых дел до­мой Макс вер­н­ул­ся толь­ко под ут­ро, до­гов­ор­ив­шись с Ша­ман­кой, что на ра­б­оту прие­дет поз­же – не спать во­об­ще уже вт­орую ночь подр­яд бы­ло яв­но чре­ва­то.
Уй­ти им уда­лось без вс­як­их при­к­лю­ч­е­ний, хо­тя ор­лы Ро­дио­ны­ча так и рва­л­ись ос­тав­ить в особ­н­я­ке При­ва­ло­ва хо­тя бы пар­оч­ку не­хор­оших сюр­при­з­ов сред­н­ей убой­но­с­ти. Ро­дио­ныч с по­да­чи Мак­са за­прет­ил это дел­ать, пусть при­ва­лов­с­кая служ­ба без­оп­ас­н­о­с­ти по­л­ом­ает го­л­ову над вн­е­зап­н­ым ис­чез­н­ов­е­ни­ем Ильи, а ма­не­ра не­хор­ошие сюр­при­зы уста­нав­л­и­вать мо­жет по­рой вы­дать вла­д­ель­ца не ху­же от­пе­чат­к­ов паль­цев. К то­му же, нас­ч­ёт али­би на ночь у ор­л­ов бы­ла плот­н­ая до­гов­ор­ён­н­ость с од­н­им из вла­д­ель­цев не­бо­льших бар­ов, на­хо­дя­щих­ся аж в про­тив­опо­л­ож­н­ом кон­це Гор­о­да. То­му в своё вре­мя ор­л­ами бы­ла ок­а­за­на очень се­рьёз­н­ая услу­га по спа­се­нию жиз­ни и здор­о­в­ья бл­изк­их, так что по­мочь с али­би он сог­ла­сил­ся с ра­д­о­стью. К то­му же, по­ми­мо вс­его про­че­го, вла­д­ел­ец ба­ра от­л­ич­но шар­ил в ком­пью­тер­ах, что и при­влек­ло к нему в своё вре­мя вни­ма­ние од­н­их очень не­хор­оших дядь, так что про­бл­ем с вы­клад­кой в Сеть ком­пром­ата воз­н­ик­н­уть бы­ло не долж­но.
Ор­лы вс­ей ком­па­ни­ей вы­с­а­д­и­л­ись у ба­ра, а Па­ша по­в­ёз Мак­са, Ша­ман­ку и Илью в Та­б­о­ры, где его уже жд­а­ла Ро­за. За вре­мя пое­зд­ки Илья нем­н­ого ок­ле­мал­ся и да­же стал про­яв­л­ять свой­ствен­н­ое каж­д­ому подр­ост­ку здор­ов­ое лю­б­опытс­тво, вер­тя го­л­овой и раз­г­ля­ды­вая про­п­лы­ва­ю­щие за ок­н­ом ноч­н­ые осве­щён­н­ые ули­цы. Макс по­чувс­тво­в­ал, что Илья хо­чет его о чём-то спро­сить, толь­ко вот не ре­ша­ет­ся.
- Ты вол­н­уешь­ся, - ска­зал он, - и это нор­маль­но. Но, пов­ерь, там, ку­да я те­бя ве­зу, о те­бе по­за­б­от­ят­ся. Бу­д­ут лю­б­ить и за­щи­щать. И ник­ому не да­д­ут в оби­ду.
Илья кив­н­ул, но всё-та­ки спро­сил:
- А как же… как же Вер­ка и Над­ька? Они так в дет­до­ме и ос­та­нут­ся? Но так бу­дет не­чест­но! Они мои сёс­т­ры!
- Ну-ну, - мяг­ко ска­за­ла Ша­ман­ка, - не вол­н­уй­ся. Не ду­маю, что твоя ба­б­уш­ка за­став­ит те­бя стра­д­ать из-за то­го, что твои сёс­т­ры на­хо­дят­ся в дет­до­ме. У неё боль­шой дом… есть три внуч­ки… а ес­ли поя­вят­ся ещё две – она не бу­дет возр­ажать.
- Но ведь вы же не знае­те точ­но… - вз­дох­н­ул Илья, но всё же нем­н­ого успок­оил­ся.
Вс­тре­ча Ильи с род­н­ыми и бл­изк­ими мог­ла бы вы­лит­ь­ся в нечто, по­доб­н­ое по ме­ло­дра­мат­из­му бра­зиль­ско­му сер­иа­лу, ес­ли бы ум­н­ая Ро­за не вел­е­ла сво­им сдер­жи­вать бур­н­ый тем­пер­амент, что­бы не на­пу­гать Илью. Так что всё де­ло огра­ни­ч­и­л­ось тёп­лы­ми сло­в­ами, крепк­ими объ­ят­ия­ми, знак­омс­твом и пре­пров­ож­д­е­ни­ем Ильи в его ком­н­ату, кот­орую бл­иж­н­ий круг Ро­зы су­мел под­гот­ов­ить за очень ко­р­от­к­ий срок. А стои­ло Илье за­ик­н­уть­ся о сёс­трах, как Ро­за ко­р­от­ко ска­за­ла:
- Ко­неч­но, они бу­д­ут жить с то­бой. Всё устро­им. Ант­он, раз­б­ер­ись.
Ру­сов­о­л­о­сый и сер­ог­ла­зый Ант­он, муж стар­шей до­че­ри Ро­зы – Ше­ло­ро, толь­ко ко­р­от­ко кив­н­ул и ис­чез. От цыг­а­на в парне бы­ло со­в­с­ем нем­н­ого – толь­ко смуг­лая ко­жа, редк­ая му­зы­каль­ность и бур­н­ый тем­пер­амент, од­н­ако при вс­ём этом он во­в­се не был гад­жо. Про­с­то Ан­ти Пуо­л­а­к­ай­нен прои­с­х­о­дил из се­мьи финс­ких цыг­ан, а у тех ку­да бол­ее евр­опей­ский тип вн­еш­н­о­с­ти. Влю­б­ив­шись в Ше­ло­ро, па­р­ень се­рьёз­но по­в­з­дор­ил с собс­твен­ной се­мьёй, при­ч­ём де­ло дош­ло до то­го, что же­нив­шись на до­че­ри Ро­зы, он от­к­а­зал­ся от финс­ко­го граж­д­анст­ва и пол­у­чил нат­ур­а­л­и­з­о­в­ан­н­ый рос­с­ий­ский пас­порт, став из Ан­ти Пуо­л­а­к­ай­не­на Ант­о­ном Пол­ы­хае­вым. С се­мьёй он по­мир­ил­ся, но Пол­ы­хае­вым так и ос­тал­ся. Ро­за зя­тя це­ни­ла, ис­пол­н­и­т­ел­ем он был иде­аль­ным, од­н­ако ли­дерс­к­их ка­ч­еств в Ант­оне бы­ло ма­ло­в­ато – вид­но, это и име­ла в ви­ду Ро­за, гов­оря о сво­их зят­ьях – «не ор­лы»… Тем не ме­нее, раз по­ру­че­ние пол­у­че­но – Ант­он в ле­пёш­ку рас­ши­б­ёт­ся, а сде­л­ает так, как вел­е­ла Ро­за – это все зн­а­ли. И при­ня­ли поя­в­л­е­ние ещё двух дев­о­чек в боль­шом Ро­зи­ном до­ме как нечто са­мо со­бой ра­зу­ме­ю­щее­ся.
Нак­орм­л­ен­н­ый, по­мы­тый и об­лас­кан­н­ый но­вой род­н­ёй Илья ус­н­ул быст­ро, и Макс был гот­ов пок­лясть­ся, что это был его пер­вый спо­кой­ный сон за дол­гое, очень дол­гое вре­мя.
Макс на­ч­ал про­щать­ся, попр­о­сив Ро­зу по­зво­нить ему, ког­да маль­чик прос­н­ёт­ся и бу­дет в сос­тоя­нии ве­с­ти бе­се­ду. Ро­за слег­ка по­мор­щил­ась, но сог­ла­сил­ась:
- Пус­кай всё расс­ка­жет… и за­б­у­дет, как страш­н­ый сон. И ещё – по­ни­маю, Мак­си­муш­ка, что я и так пер­ед то­бой в дол­гу, но ска­жи ты мне, у ко­го он был? Кто так­ое с детьми твор­ит? А уж мы бы в го­с­ти нав­е­да­л­ись, пок­а­ляк­а­ли о том, о сём…
- Поз­же, Ро­за Юрьев­на, - от­в­е­т­ил Макс. – Ес­ли без это­го нель­зя бу­дет обой­тись – непр­емен­но ска­жу. Зло долж­но быть нак­а­за­но. Толь­ко вот у ме­ня вс­треч­н­ый во­прос – как там пои­ски до­ма?
- Эмиль? – ок­лик­н­у­ла Ро­за свое­го вт­ор­ого зя­тя.
Тот разв­ёл ру­к­ами:
- Ищем.
- Что ж ты ме­ня пер­ед люд­ьми поз­о­р­ишь? – лас­ко­во спро­си­ла Ро­за. – Мак­сим мне по­мог, а нам, пол­у­ча­ет­ся, да­же и от­плат­ить не­чем… Не­хор­ошо… Огор­ч­аешь ты ме­ня.
Эмиль по­бл­ед­н­ел, поск­оль­ку те, кто огор­ч­ал Сер­д­ит­ую Ро­зу, за­к­ан­ч­и­ва­ли обыч­но свой зем­ной путь весь­ма за­мыс­ло­в­ато, но вс­ег­да груст­но, и на­ч­ал:
- Ма­ма Ро­за… Есть у нас кое-как­ие на­мёт­ки. Но пров­ер­ка тре­бу­ет­ся. Завт­ра бу­дет ре­зуль­тат, че­стью кля­нусь.
- Лад­но, - кив­н­у­ла Ро­за, - по­т­ерп­лю ещё де­нёк ра­ди ра­д­о­с­ти ве­ли­кой. Но ес­ли уж и завт­ра ты ме­ня огор­ч­ишь, Эмиль…
Па­р­ень тут же бод­ро зав­ер­ил, что ни за что в жиз­ни не осме­лит­ся огор­ч­ить Ма­му Ро­зу, и унёс­ся, как на­ски­пи­дар­ен­н­ый. Вот что зн­а­ч­ит прав­иль­ный сти­мул.
- Вот, - кив­н­у­ла Ро­за, - завт­ра бу­дет вам ре­зуль­тат. Эмиль всё как на­до сде­л­ает, я в нём не сом­н­е­ва­юсь.
Макс и Ша­ман­ка по­бла­го­дар­и­ли хо­зяй­ку и по­обе­ща­ли непр­емен­но свя­зать­ся завт­ра же. Пос­ле это­го Па­ша раз­вёз по дом­ам от­ч­аян­но зе­ва­ю­щую пар­оч­ку и от­прав­ил­ся в тот же са­мый бар, где ор­л­ам Ро­дио­ны­ча пред­пи­сы­ва­лось гу­лять до рас­с­ве­та, от­ме­чая день рож­д­е­ния Жу­ка, кот­ор­ый, прав­да, уже не­де­лю, как ми­нул, но ведь луч­ше позд­но, чем ник­ог­да.
До­ма Мак­су ед­ва хват­и­ло сил, что­бы при­нять душ, за­в­е­с­ти бу­диль­ник и рух­н­уть в кро­в­ать, прит­я­нув к се­бе Ва­ди­ма вме­с­то по­душ­ки. Тот что-то пров­ор­ч­ал спро­со­нья, прис­т­ро­ил го­л­ову на пле­чо Мак­су, пос­ле че­го оба вн­овь вы­ру­би­л­ись нак­реп­ко.
Из слад­к­их утрен­н­их сн­ов Мак­са без­жа­лост­но выр­вал тел­е­фон­н­ый зво­нок. Он под­н­ял труб­ку и удив­ил­ся – зво­ни­ла Ша­ман­ка, а до на­зн­а­ч­ен­н­ого подъ­ёма ос­та­вал­ся ещё час. Сон­н­ый Ва­д­им пров­ор­ч­ал:
- Ну, вот, ре­шил с ут­ра до­ма ос­тать­ся… Опять что-то слу­чи­л­ось.
И лег­ко под­н­ял­ся с кро­в­ати, прот­опав в душ и ос­тав­ив Мак­са нае­дине с мо­биль­ник­ом.
- Да, Га­ля? – от­оз­в­ал­ся Макс, пы­та­ясь вс­тав­ить моз­ги на ме­с­то.
- Макс, у нас три сроч­н­ых нов­о­с­ти. Од­на хор­ошая и две со­в­с­ем дерь­мо­в­ых. С ка­кой на­ч­и­нать?
- Да­вай дерь­мо­в­ые… - вз­дох­н­ул Макс. В это вре­мя в ком­н­ату во­шёл Ва­д­им, не­ся в ру­к­ах боль­шую круж­ку с ко­фе. Зн­а­ч­ит, не в душ ухо­дил, а коф­ема­ши­ну вк­лю­ч­ить. Бла­го­дар­но улыб­н­ув­шись Ва­д­иму, Макс сдел­ал боль­шой глот­ок… и ед­ва не по­перх­н­ул­ся све­жень­кой нов­о­стью.
- У Юр­ки пле­мян­н­ик про­пал. Тим­ка. Пом­н­ишь, мы его па­па­ше моз­ги вправ­л­ять ез­ди­ли?
Макс пом­н­ил сим­пат­ич­н­ого ми­ниа­т­юр­н­ого подр­ост­ка, и в ду­ше его тут же за­ше­в­е­ли­л­ось не­хор­ошее пред­ч­ув­ствие:
- Неу­же­ли на­ша пар­оч­ка?
- Да сто пу­дов, - от­оз­в­ал­ась Ша­ман­ка. – Пот­ому как но­чью из боль­ни­цы по­хи­т­и­ли Лё­шу Сав­е­лье­ва.
- Бл­ядь! – с чувс­твом про­из­н­ёс Макс. – Опять они нас пер­еи­гр­ы­ва­ют! И Тим­ка… Его же яв­но под зак­аз по­хи­т­и­ли…
- Лит­ви­нов в шо­ке, - мрач­но ска­за­ла Ша­ман­ка, - он ведь в кур­се под­роб­н­о­с­тей на­ше­го де­ла.
- Еду, - быст­ро ска­зал Макс. – Кста­ти, а как­ая там хор­ошая нов­ость?
- Юр­ка вч­е­ра ве­чер­ом всё-та­ки восс­та­нов­ил ад­р­ес, на­пи­сан­н­ый на га­зет­ах. Разъ­ез­жая, 46. Са­мая ок­раи­на, част­н­ые до­ма.
- По­нят­но, - от­оз­в­ал­ся Макс, - сей­час прие­ду, и ре­шим, от ка­кой печ­ки пля­сать.
***
Непр­имет­н­ый мик­ро­а­вт­о­бус прит­ор­мо­зил у вор­от до­ма, рас­по­л­ожен­н­ого в ле­су. Ког­да-то здесь бы­ла це­л­ая дер­ев­ня, в кот­орой жи­ли ле­с­ору­бы и сплав­щи­ки, бы­ло от­д­е­л­е­ние мест­н­ого лес­пром­х­о­за. Ещё в вось­ми­де­сят­ые го­ды здесь ки­пе­ла жизнь, ле­с­ору­бы да­ва­ли «ку­би­ки», сплав­щи­ки го­ня­ли лес по ре­ке, нар­о­ду бы­ло мн­ого, бы­ли и клуб, и ма­га­зин, и мед­пункт, и поч­та, и да­же на­ч­аль­ная шко­ла. Стар­ших во­зи­ли в ин­т­ер­н­ат в Гор­од, со­бир­а­л­ись стро­ить де­сят­ил­ет­ку, но… Сов­ер­шен­но нео­ж­и­дан­но терр­ит­ор­ия бы­ла объ­яв­л­е­на лес­н­ым зак­аз­н­ик­ом, от­д­е­л­е­ние лес­пром­х­о­за зак­ры­ли, нар­од разъе­хал­ся, нем­н­ого­чис­лен­н­ые ос­тав­шие­ся стар­ожи­лы за го­ды пер­емен успе­ли, кто по­мер­еть, а кто – по­дать­ся к дет­ям и вну­к­ам в Гор­од и Со­сед­н­ий Гор­од. Дер­ев­ня опу­с­те­ла, ста­ла бро­шен­ной, но в ней уцел­е­ло нес­коль­ко на ди­во крепк­их ка­мен­н­ых до­мов – в том чис­ле и зда­ние быв­ше­го мед­пунк­та.
В своё вре­мя эта огром­н­ая терр­ит­ор­ия как­им-то об­ра­зом от­ош­ла нов­оя­в­л­ен­н­ому оли­гар­ху При­ва­ло­ву и ста­ла част­н­ым вла­д­е­ни­ем. Дер­ев­ня ис­чез­ла с нов­ей­ших карт, в том чис­ле и с тех, кот­ор­ые за­гру­жа­л­ись в нав­игат­о­ры, о ней прак­т­и­ч­ес­ки за­б­ы­ли. Сю­да не за­б­ре­да­ли пос­т­ор­он­н­ие, и с перв­ого взг­ля­да дер­ев­ня ка­зал­ась нео­б­ит­ае­мой пол­н­о­стью. И толь­ко при­смот­р­ев­шись, мож­но бы­ло за­мет­ить, что зда­ние быв­ше­го мед­пунк­та об­н­е­се­но слишк­ом уж но­в­ым за­б­ор­ом. Очень крепк­им за­б­ор­ом с вор­от­ами, кот­ор­ые от­к­ры­ва­л­ись и зак­ры­ва­л­ись авт­ом­ат­и­ч­ес­ки. Иног­да к этим вор­от­ам подъ­ез­жа­ли дор­огие вн­е­дор­ож­н­ики из кот­ор­ых во дво­ре вы­хо­ди­ли хор­ошо одет­ые, обыч­но немо­л­о­дые муж­ч­и­ны. Иног­да го­с­ти за­д­ер­жи­ва­л­ись на нес­коль­ко дн­ей, иног­да уез­жа­ли поч­ти сра­зу, при­ч­ём кое-что они ув­о­зи­ли с со­бой. А ког­да уез­жа­ли те, кто го­с­тил нес­коль­ко дн­ей, обыч­но на­ч­и­на­ла ды­мить тру­ба в быв­шей ко­т­ель­ной. Пот­ом, прав­да, дым прек­ра­щал­ся, из вор­от вы­хо­дил вы­с­ок­ий ху­до­ща­вый муж­ч­и­на с бу­маж­н­ым мешк­ом в ру­к­ах, из кот­ор­ого он вы­сы­пал в ре­ку, отой­дя по­даль­ше от дер­ев­ни, сер­ый пе­пел, в кот­ор­ом вс­тре­ча­л­ись как­ие-то твёр­д­ые ко­моч­ки. Это бы­ва­ло не так уж ча­сто, но за дол­гие го­ды, во вре­мя кот­ор­ых ды­ми­ла прок­лят­ая тру­ба, муж­ч­и­на пер­е­тас­кал в ре­ку не один де­сят­ок меш­к­ов.
Иног­да в эти ме­с­та за­б­ре­да­ли лес­н­ики, но ув­и­дев на за­б­о­ре таб­л­ич­ку «Экс­пер­имент­аль­ная ме­теос­тан­ция. Част­н­ое вла­д­е­ние, на­хо­дит­ся под пат­р­о­н­ажем фон­да Сор­о­са», по­жи­ма­ли пле­ча­ми, пер­ек­и­ды­ва­л­ись па­рой слов с дов­оль­но прив­ет­ли­вы­ми хо­зяе­ва­ми и шли се­бе ми­мо. Они-то зн­а­ли, что по­рой в ок­рест­н­ых ле­с­ах вс­тре­ча­ет­ся и не так­ое ди­во, как пар­оч­ка чок­н­ут­ых ме­теор­о­л­огов, заб­рав­ших­ся в глушь ра­ди чи­с­то­ты экс­пер­имен­та. И ни­к­то из слу­чай­ных лю­дей не до­га­д­ы­вал­ся об ис­тин­н­ом пред­н­азн­а­ч­е­нии до­ма, в кот­ор­ом уже мн­ого лет счаст­ли­во скры­ва­л­ись от ми­ра Па­поч­ка и Ма­моч­ка.
Гла­ва 25. Авант­ю­ра
Анд­р­ей по­ни­мал, что нов­ое де­ло Мак­са от­ни­ма­ет у то­го всё вре­мя и си­лы, по­это­му и не лез к нему с расс­про­са­ми по по­в­о­ду стран­ной жен­щи­ны. Но лю­б­опытс­тво, как из­в­ест­но, вещь страш­н­ая, а тем бол­ее – подр­ост­к­ов­ое лю­б­опытс­тво. Анд­р­ей прек­рас­но по­ни­мал, что поя­в­л­е­ние стран­ной да­мы как­им-то об­ра­зом свя­за­но с ним или с Сер­ёж­кой, или с ни­ми обои­ми, о реа­л­иях де­ла, кот­ор­ое вёл Макс, он то­же до­га­д­ы­вал­ся. Нет, он ни в ко­ем слу­чае не ду­мал что-то подс­луш­и­вать и вы­ню­х­и­вать спе­ци­аль­но – про­с­то, жи­вя в од­ной кварт­и­ре, че­го-ни­б­удь да на­х­ват­аешь­ся, да и Иг­нат то­же от­л­и­ч­ал­ся наб­лю­да­тель­но­стью, к то­му же Ша­ман­ка очень яв­но бы­ла обес­пок­ое­на без­оп­ас­н­о­стью Ал­и­сы…
Кор­о­че, пре­дос­тав­л­ен­н­ые в пос­л­ед­н­ее вре­мя боль­ше, чем ког­да-ли­бо, са­мим се­бе, маль­чиш­ки гор­е­ли жел­а­ни­ем хоть что-то уз­нать са­мос­тоя­тель­но. Не на­до ду­мать, что они не по­ни­ма­ли сте­пень опас­н­о­с­ти. По­ни­ма­ли, ко­неч­но. Умом. Но ка­кой же нор­маль­ный подр­о­с­ток жив­ёт толь­ко ло­ги­ч­ес­ки­ми вы­клад­к­ами? И от ре­ши­т­ель­ных дей­ствий всю ком­па­нию в пос­л­ед­н­ее вре­мя удер­жи­ва­ла толь­ко необ­хо­д­имость пос­т­оян­но дер­жать­ся вме­с­те и бд­ить во все гла­за за мелк­ими.
Ког­да же прои­з­ош­ло возв­ра­ще­ние Мак­са из Со­сед­н­его Гор­о­да, бол­ее по­хо­жее на бегс­тво, а пот­ом он и поч­ти всю сле­ду­ю­щую ночь про­па­д­ал нев­е­до­мо где, вер­н­ув­шись толь­ко под ут­ро, лю­б­опытс­тво Анд­р­ея вы­рос­ло про­с­то до раз­мер­ов Джо­мо­л­унг­мы. Под­н­яв­шись ра­но утром, ког­да Ва­д­им и Макс ещё спа­ли, Анд­рю­ха при­выч­но раз­б­у­дил Ма­ло­го, за­став­ил его про­дел­ать весь непр­ият­н­ый утрен­н­ий про­цесс умы­ва­ния и прив­е­де­ния се­бя в бо­жес­к­ий вид и от­прав­ил­ся на кух­ню разо­гре­вать ка­шу. Всё-та­ки бз­ик Ва­ди­ма нас­ч­ет то­го, что ка­ша – са­мый пол­ез­н­ый завт­рак, прив­ил­ся в Анд­рю­х­и­ной го­л­ове проч­но. Тем бол­ее, что ка­шу вар­ить не тре­бо­в­а­лось – толь­ко по­до­греть – на­к­а­нуне Ол­е­ся на­вар­и­ла пол­н­ую каст­рюль­ку ман­ной ка­ши, кот­орую пот­ом вы­ло­жи­ла в гор­шо­чек слоя­ми – слой ка­ши – слой фр­укт­ов и за­пек­ла всё это в ду­хов­ке. Пол­у­чи­л­ось что-то по­хо­жее на зн­аме­нит­ую гу­рьевс­кую ка­шу, это де­ло Ма­лой обо­жал, по­это­му он охот­но утк­н­ул­ся но­сом в тар­ел­ку и стал с энт­у­зи­аз­мом пог­ло­щать всё, что по­л­ожил Анд­р­ей.
Анд­р­ей же глот­ал ка­шу без ап­пет­ита, лю­б­опытс­тво ста­ло грызть его с но­вой си­лой, нак­о­нец он вспом­н­ил, что за­б­ыл в ка­б­и­не­те пап­ку с фай­ла­ми и немед­л­ен­но от­прав­ил­ся ту­да, сам не зн­ая, за­ч­ем – ведь Ва­д­им и Макс ещё яв­но спа­ли.
Дв­ерь из ка­б­и­нета в спаль­ню бы­ла при­от­к­ры­та, по­это­му нео­ж­и­дан­н­ый зво­нок Ша­ман­ки и от­в­ет на него Мак­са Анд­р­ей расс­лы­шал прек­рас­но. И сдел­ал два вы­во­да – во-пер­вых, ма­н­ья­ки по­хи­т­и­ли ко­го-то ещё – он сра­зу и не по­нял, ко­го, а во-вт­ор­ых, тё­тя Га­ля со­об­щи­ла Мак­су и дру­гую нов­ость – не так­ую плох­ую. Мо­жет, эта нов­ость ка­сал­ась той жен­щи­ны?
Анд­рю­ха бес­шум­но вы­скольз­н­ул из ка­б­и­нета, на­л­ил на кухне Ма­ло­му ка­као и чаю се­бе, дос­тал па­ру бу­ло­чек… И в это вре­мя на кух­ню во­шёл очень се­рьёз­н­ый и оза­б­о­чен­н­ый Макс с пу­стой коф­ей­ной круж­кой в ру­ке и еже­дн­ев­н­ик­ом в дру­гой.
- Анд­рюш, дай руч­ку, - попр­о­сил он, - за­пи­сать кое-что нуж­но, а моз­ги со­брать в куч­ку не мо­гу. Не вы­спал­ся.
Анд­р­ей прот­я­нул Мак­су руч­ку из уже соб­ран­н­ого рюк­з­ака, Макс сдел­ал за­пись в еже­дн­ев­н­и­ке, зев­н­ул и со­об­щил:
- Я в душ. На ра­б­оту на­до сроч­но.
- Что-то слу­чи­л­ось? – ти­хо спро­сил Анд­р­ей.
- Слу­чи­л­ось, - от­оз­в­ал­ся Макс. - То­пай­те в шко­лу, а то опоз­дае­те. И будь­те ос­тор­ож­ны, очень вас про­шу.
Анд­рю­ха вз­дох­н­ул, кив­н­ул и от­прав­ил Ма­ло­го оде­вать­ся, а сам стал убир­ать гряз­н­ую по­су­ду со сто­ла. Макс взъер­ошил ему во­л­о­сы сз­а­ди и ска­зал:
- Не дуй­ся. Всё очень се­рьёз­но. Обе­щаю, ког­да всё зак­он­ч­ит­ся – кое-что расс­ка­жу.
И от­прав­ил­ся в душ.
Анд­рю­ха ог­ля­дел­ся – Ма­лой заш­нур­о­в­ы­вал бот­ин­ки, этот про­цесс был не­бы­стр­ый, Ва­д­им что-то дел­ал в спальне, су­дя по зву­ку – рыл­ся в шк­афу, в душ­евой ти­хо шу­ме­ла во­да, и он ре­шил­ся. Ти­х­онь­ко от­к­рыл еже­дн­ев­н­ик и гля­нул пос­л­ед­н­юю за­пись. Нес­коль­ко слов бы­ли сок­ра­ще­ны так, что он их про­с­то не по­нял, за­то ад­р­ес был на­пи­сан поч­ти пол­н­о­стью: «Разъ­езж. 46». Нак­реп­ко за­пом­н­ив ад­р­ес, Анд­р­ей по­мог Ма­ло­му зас­тег­нуть курт­ку, тор­оп­ли­во одел­ся сам, крик­н­ул:
- Мы уш­ли! – и быст­ро зах­лоп­н­ул дв­ерь кварт­и­ры, вы­та­щив Ма­ло­го на лест­н­ич­н­ую пло­щад­ку. Ад­р­ес он уз­н­ал. Те­перь предс­тоя­ло ре­шить, что с ним дел­ать даль­ше.
В гим­н­а­зии вся ком­па­ния, с кот­орой Анд­р­ей по­де­лил­ся по пу­ти непр­ав­ед­но на­жит­ым ад­р­е­с­ом и свои­ми соо­бра­же­ния­ми, а Иг­нат со сво­ей стор­о­ны то­же вы­ска­зал кое-что… так вот, вся ком­па­ния име­ла вид столь за­га­д­оч­н­ый и та­инс­твен­н­ый, что да­же крепк­ие нер­ва­ми учи­т­е­ля на­ч­и­на­ли ог­ля­ды­вать­ся по стор­о­н­ам в по­ис­ках нек­оей зао­бл­ач­ной па­к­о­с­ти. Те же, у ко­го нер­вы бы­ли посл­а­б­ее, пров­ер­я­ли на­л­и­ч­ие ме­ла, тряп­ки, кно­пок на сту­ле и про­чих ми­л­ых детс­ких прик­о­л­ов, об­н­ар­ужи­ва­ли, что всё в пор­яд­ке, и при­х­о­ди­ли в не­доу­ме­ние. Нак­о­нец, ур­оку к пят­ому, маль­чиш­к­ам уда­лось справ­ит­ь­ся с со­бой и пер­ес­т­ать при­в­ле­к­ать все­об­щее вни­ма­ние. Пос­ле ур­о­к­ов же во­прос вс­тал реб­р­ом, и возв­ра­ща­ясь до­мой, маль­чиш­ки про­дол­жа­ли его об­с­уж­д­ать.
- Где, кста­ти, эта Разъ­ез­жая? – спро­сил Иг­нат.
Ар­т­ём дос­тал план­шет и пот­ы­кал в него, от­ыс­кав кар­ту Гор­о­да, а пот­ом со­об­щил:
- На са­мой ок­ра­ине, вон. Смот­р­и­те. Шест­н­ад­цат­ая маршр­ут­ка ту­да идёт.
- А ес­ли там эти… ма­н­ья­ки? – здра­во во­про­сил Дан­ька. – Пол­у­ча­ет­ся, что Анд­р­ей им сам в ру­ки при­дёт.
- Мы ту­да лезть не бу­дем, - твёр­до ска­зал Ар­т­ём. – По­смот­р­им толь­ко. И во­об­ще – нас же чет­ве­ро. Не бу­д­ут же они на чет­ве­р­ых на­па­д­ать.
- А ес­ли там уже дя­дя Макс? И тё­тя Га­ля? – поё­жил­ся Дан­ька. – По шее же на­к­о­с­ты­ля­ют.
Сле­дом за Дан­ькой поё­жи­л­ись все. Ес­ли Макс ещё брал плен­н­ых, то свя­зы­вать­ся с разъ­ярён­ной Ша­ман­кой не хо­т­е­лось ник­ому. Ос­та­ва­лось толь­ко при­гор­ю­нит­ь­ся. Но неу­го­мон­н­ый Иг­нат, кот­ор­ому насл­едс­твен­н­ая пар­а­нойя не да­ва­ла пок­оя, зая­вил:
- Ну мы ос­тор­ож­н­ень­ко… Ес­ли ув­и­дим, что там Га­ля – сра­зу убе­жим.
- От неё убе­жишь, - за­д­ум­чи­во про­из­н­ёс Ар­т­ём. – К то­му же, ку­да мы мелк­их де­нем? А с со­бой их брать нель­зя. Опас­но это.
Все по­к­и­ва­ли. Пот­ому что прек­рас­но по­ни­ма­ли, что Ма­ло­го и Ал­ис­ку нель­зя подв­ер­гать опас­н­о­с­ти ни в ко­ем слу­чае.
- А я знаю, - нео­ж­и­дан­но для са­мо­го се­бя вы­ска­зал­ся Анд­р­ей, - Ва­д­им се­год­ня до­ма ос­тал­ся, попр­о­сим­ся у него в ки­но сх­о­дить. Он доб­рый, пер­ежи­ва­ет, что у нас сво­бод­н­ого вре­ме­ни со­в­с­ем ма­ло, обя­за­тель­но сог­ла­сит­ся с мелк­ими ос­тать­ся. А у нас бу­дет па­ра ча­сов. Мы толь­ко ту­да – и на­зад.
Ком­па­ния пер­ег­ля­нул­ась. План дей­ствий на­ч­ал вы­ри­со­в­ы­вать­ся. А что­бы мелк­ие сбро­си­ли лиш­н­юю энер­гию, маль­чиш­ки зав­ер­н­у­ли на детс­кую пло­щад­ку с боль­шим игр­о­в­ым ком­плек­с­ом, позв­о­лив Ма­ло­му и Ал­и­се вд­ов­оль по­но­сит­ь­ся, по­к­ат­ать­ся на гор­к­ах, пол­а­зать и пов­и­сеть вез­де, где это толь­ко бы­ло воз­мож­но. Для зак­реп­ле­ния вос­пит­а­тель­но­го эф­фек­та бы­ло куп­ле­но в «Бас­кин-Роб­б­инс» це­лое вед­ро мор­оже­но­го, и мелк­ие терр­ор­и­с­ты пол­у­чи­ли наи­с­тро­жай­ший нак­аз в том, что пол­у­чат они его толь­ко тог­да, ког­да стар­шие вер­н­ут­ся из ки­но и не услы­шат жа­лоб от Ва­ди­ма.
Раз­ре­ше­ние от Ва­ди­ма бы­ло пол­у­че­но, и маль­чиш­ки бод­ро пот­опа­ли на про­сп­ект – як­о­бы к ки­но­т­еа­т­ру, а по-наст­оя­ще­му – в по­ис­ках ос­та­нов­ки шест­н­ад­ца­той маршр­ут­ки.
***
Прие­хав в РОВД так быст­ро, как толь­ко это бы­ло воз­мож­но, Макс, как мог, по­пы­тал­ся успок­оить бл­ед­н­ого, как мел, Лит­ви­но­ва, кот­ор­ый уже успел съез­дить на кварт­и­ру Ли­вад­н­ых и вы­яс­н­ить, что Тим­ка ве­чер­ом вы­хо­дил к од­нок­ласс­н­ице за конс­пект­ами и до­мой так и не вер­н­ул­ся. А спо­двиг­ло его на это то, что Тим­ка ве­чер­ом зво­нил Ма­ше, хо­т­ел о чём-то по­сов­ет­о­в­ать­ся, но так и не пер­е­зво­нил. Лит­ви­нов зво­нил ему ве­чер­ом, труб­ку ни­к­то не брал, и Юра ре­шил, что уже позд­но и па­р­ень успел ус­н­уть. Но с ут­ра всё-та­ки пое­хал на кварт­и­ру Тим­ки – про­с­то что­бы убе­дит­ь­ся, что с ним всё в пор­яд­ке. Узрев пу­ст­ую кварт­и­ру и кро­в­ать, в кот­орую яв­но ни­к­то не ло­жил­ся но­чью, Юра под­н­ял со­сед­ку и уз­н­ал, что вч­е­ра Ти­моч­ка вер­н­ул­ся из шко­лы чуть позд­н­ее, а ког­да она на ми­нут­ку к нему за­гля­ды­ва­ла, ска­зал, что всё в пор­яд­ке, и что он ещё сх­о­дит к од­нок­ласс­н­ице Лар­ис­ке за тет­рад­кой. Кто так­ая Лар­ис­ка, Юра зн­ал, ибо это прек­рас­н­ое ди­тя су­ме­ло за­свет­ит­ь­ся в инс­пек­ции по де­л­ам не­с­ов­ер­шен­н­ол­ет­н­их. Юра про­шёл весь путь от кварт­и­ры Ли­вад­н­ых до до­ма его од­нок­ласс­н­и­цы Лар­и­сы Гор­и­ной, кот­о­р­ая вер­н­ул­ась с гу­лян­ки толь­ко под ут­ро и сна­ч­а­ла не мог­ла по­нять, че­го от неё хо­чет Тимк­ин родс­твен­н­ик. А ког­да по­ня­ла, то расс­ка­за­ла, что да, Тим­ка дей­стви­т­ель­но за­хо­дил к ней за тет­рад­кой, она её от­д­а­ла и уе­ха­ла кат­ать­ся с но­в­ым дру­гом. А Тим­ка сра­зу по­шёл до­мой. Юра по­шёл об­рат­но и сдел­ал вы­вод, что ес­ли на Тим­ку на­па­ли, то сдел­ать это мог­ли толь­ко в ар­ке, сое­ди­няв­шей два дво­ра. Лит­ви­нов, кот­ор­ому уже бы­ло пло­хо от соз­на­ния не­по­пр­ав­имой бе­ды, тем не ме­нее, су­мел взять се­бя в ру­ки и осмот­рел пред­по­ла­гае­мое ме­с­то прес­туп­ле­ния. И об­н­ар­ужил то, от че­го у него чуть не на­ч­ал­ась ис­тер­ика. В уг­лу ар­ки, воз­ле ре­шёт­ки в под­вал, он на­шёл пу­гов­и­цу – мед­н­ую, с вы­дав­л­ен­н­ым львом. Курт­ку с так­ими пу­гов­и­ца­ми, скры­той змей­кой и мяг­кой подс­тёж­кой они с Ма­шей вме­с­те вы­бир­а­ли Тим­ке на день рож­д­е­ния, стои­ла она дор­ого и бы­ла так­ая од­на. Про­дав­щи­ца ле­ни­во со­об­щи­ла, что так­их курт­ок бы­ло вс­его пят­н­ад­цать, ос­таль­ные чет­ыр­н­ад­цать бы­ли боль­шо­го раз­ме­ра и их поч­ти сра­зу же разо­бра­ли, а вот эта, подр­ост­к­о­в­ая – зав­ис­ла – слишк­ом уж дор­огая, тор­го­в­ый центр расс­чит­ан на пок­упа­тел­ей со сред­н­им ко­шель­ком, кот­ор­ые для подр­ост­к­ов, на кот­ор­ых всё гор­ит, обыч­но пред­по­чит­ают брать ве­щи по­де­шев­ле. Юра тог­да плю­нул и ре­шил, что пле­мян­н­ик за­слу­жи­ва­ет по­дар­ка. А вот сей­час пу­гов­и­цу от этой курт­ки он об­н­ар­ужил в ме­с­те пред­по­ла­гае­мо­го по­хи­ще­ния.
Что же ка­са­ет­ся ро­ди­т­ел­ей Лё­ши Сав­е­лье­ва, то они уже си­де­ли в кор­и­до­ре, ос­тав­ив мл­ад­ш­ую доч­ку на ба­б­уш­ку. И яв­но не со­бир­а­л­ись ухо­дить, по­ка не уз­на­ют хоть что-то о сыне.
Макс скрип­н­ул зу­ба­ми и по­ин­т­ер­е­с­о­в­ал­ся у Ша­ман­ки, как прои­з­ош­ло по­хи­ще­ние.
Ок­а­за­лось, всё бы­ло до смеш­н­ого про­с­то. Боль­ни­цы ча­сто да­ют ил­л­ю­зию без­оп­ас­н­о­с­ти, но эта без­оп­ас­н­ость – лож­н­ая. Огром­н­ое зда­ние с де­сят­к­ами вра­ч­ей и сот­н­ями мед­с­ес­тёр, одет­ых в бе­л­ые хал­аты и оди­на­к­ов­ую уни­фор­му – это вам не дер­ев­енс­кая боль­нич­ка, где сес­трич­ка Ма­ша прек­рас­но зна­ет са­нит­ар­ку Па­шу и вра­ча Ник­о­л­ая Ива­нов­и­ча и, ув­и­дев ко­го-ни­б­удь нез­нак­омо­го, мг­нов­ен­но наст­ор­ожит­ся. Боль­шая боль­ни­ца не спит да­же но­чью, от­к­рыт при­ём­н­ый по­кой, бд­ит от­д­е­л­е­ние ин­т­ен­с­ив­ной тер­апии, ра­б­от­ают опер­аци­он­н­ый бл­ок и ро­дил­ка. Да и ма­ло ли ещё что. Соо­т­в­етс­твен­но, муж­ч­и­на или жен­щи­на, иду­щие по кор­и­до­ру в хал­а­те или уни­фор­ме, ник­ак­их по­до­з­ре­ний не вы­зы­ва­ют да­же у ох­ра­ны. Вс­ех за­пом­н­ить нел­ег­ко, при слож­н­ых слу­ча­ях мо­гут пригла­сить для кон­с­уль­та­ции вра­ча из дру­го­го от­д­е­л­е­ния, на­при­мер, ур­о­л­ога в хир­ур­гию или пе­диа­т­ра в ро­диль­ное от­д­е­л­е­ние. Так что глав­н­ое – сдел­ать чрез­вы­чай­но за­ня­той вид и ид­ти се­бе ку­да нуж­но. Так и пос­т­упи­ла зл­оу­мыш­лен­н­и­ца. Прош­ла в детс­кое от­д­е­л­е­ние, мед­с­ес­т­ре по­с­т­овой вел­е­ла сроч­но отой­ти в при­ём­н­ый по­кой - як­о­бы её там жд­ут, прош­ла в пал­ату Лё­ши, при­жа­ла к его ли­цу тря­пи­цу с хлор­офор­мом, зав­ер­н­у­ла спя­ще­го в одея­ло, от­к­ры­ла ок­но и пер­е­да­ла маль­чи­ка со­общ­н­ику. Бла­го, пер­вый этаж, ре­шёт­ок на ок­н­ах не бы­ло, а вы­хо­ди­ли эти са­мые ок­на на зад­н­ий двор. Без ка­мер. А за­тем по­хи­т­и­т­ель­ни­ца тем же де­ло­в­ым ша­гом пок­и­ну­ла детс­кое от­д­е­л­е­ние. Всё.
Макс вы­ру­гал­ся. Не­с­част­н­ую мед­с­ес­трич­ку Ша­ман­ка уже вытр­яс­ла по пол­ной, и те­перь та си­де­ла с Ма­шей, сос­тав­ляя сло­в­ес­н­ый порт­рет да­мы. И что те­перь дел­ать? Ехать на Разъ­ез­жую?
Имен­но в это вре­мя за­пи­л­и­к­ал Мак­с­ов мо­биль­ный: «Идёт охо­та на вол­к­ов, идёт охо­та…»
Макс от­в­е­т­ил и с ра­д­о­стью услы­шал в труб­ке го­л­ос Ро­зы:
- Эмиль кое-что на­шёл, Мак­сим. Он уже к вам вые­хал.
Гла­ва 26. Дви­же­ние с ускор­е­ни­ем
Тим­ка оч­н­ул­ся от хо­л­о­да. Про­мозг­ло­го, ле­де­ня­ще­го хо­л­о­да, кот­ор­ый бы­ва­ет толь­ко под земл­ёй. Он не сра­зу вспом­н­ил, что с ним прои­з­ош­ло, но всё-та­ки вспом­н­ил. Тет­радь, Лар­ис­ка, ар­ка, па­цан, кот­ор­ый попр­о­сил по­мочь вы­та­щить щен­ка… Тем­н­ота.
Тим­ка ог­ля­дел­ся – он ещё не осоз­на­вал до кон­ца, что с ним прои­з­ош­ло, но по­нял, что по­пал в очень не­хор­ошую ис­тор­ию. И что ему ниск­оль­ко не ка­за­лось – за ним дей­стви­т­ель­но сле­ди­ли. Вы­бра­ли мо­мент и… что? По­хи­т­и­ли? По­хи­т­и­ли??? Но за­ч­ем? У его от­ца нет де­нег, что­бы зап­лат­ить боль­шой вы­куп, а то, что он смо­жет зап­лат­ить, бан­д­ит­ам вр­яд ли по­н­а­д­о­бит­ся. Тог­да за­ч­ем? Па­мять услуж­ли­во подс­ка­за­ла ис­тор­ию, о дет­ях, кот­ор­ых по­хи­ща­ют на ор­га­ны, и Тим­ка про­с­то зал­е­де­нел от ужа­са. Нес­коль­ко ми­нут он про­с­то кор­ч­ил­ся от стра­ха, пы­та­ясь хоть как-то успок­оит­ь­ся и сов­ла­д­ать с со­бой. С тру­дом, но это пол­у­чи­л­ось, и Тим­ка ещё раз ок­и­нул взг­ля­дом ме­с­то, в кот­ор­ом ок­а­зал­ся.
Кр­о­хот­н­ая ком­н­ат­уш­ка с бет­он­н­ым по­л­ом. Го­л­ые сте­ны в по­т­ё­к­ах. Сви­са­ю­щая с пот­ол­ка на шну­ре сла­б­ень­кая лам­поч­ка. Сам Тим­ка ле­жал на по­лу на гру­де как­их-то лох­мо­т­ьев. Боль­ше вок­руг ни­ч­его не наб­лю­да­лось.
Маль­чик по­пы­тал­ся сесть, это уда­лось с тру­дом. Го­л­о­ва кру­жил­ась, во рту бы­ло су­хо и ощу­щал­ся гад­к­ий при­вкус, очень хо­т­е­лось пить. Но пить бы­ло не­че­го, и маль­чик, кот­ор­ого жаж­да му­чи­ла всё силь­нее, с тру­дом под­н­ял­ся на но­ги и, шат­аясь, сдел­ал нес­коль­ко ша­гов к дв­ери. А пот­ом нес­коль­ко раз стук­н­ул по ней кул­ак­ом. Стук пол­у­чил­ся со­в­с­ем не­силь­ным, но его услы­ша­ли. Дв­ерь, прот­ив­но за­скри­пев, дрог­ну­ла и от­вор­ил­ась. В об­ра­зо­в­ав­шую­ся щель заг­ля­ну­ла дев­уш­ка – бл­ед­н­ая-бл­ед­н­ая, с так­ими же тём­н­ыми подгла­зья­ми, как у пар­ня, про­сив­ше­го по­мочь со щенк­ом. То­же боль­ная?
Дев­уш­ка… при­смот­р­ев­шись, Тим­ка по­нял, что она, по­жа­л­уй, толь­ко чуть пос­т­ар­ше его… а мо­жет, и не стар­ше, ти­хо ска­за­ла:
- Не шу­ми. Па­поч­ка с Ма­моч­кой при­дут – нак­ажут.
Го­л­ос у неё зву­чал туск­ло и без­жиз­н­ен­но.
- Я пить хо­чу, - вы­дав­ил Тим­ка.
- Я при­не­су. Толь­ко не пы­тай­ся сбе­жать – не пол­у­чит­ся. Мы в под­ва­ле. Вы­ход от­с­ю­да за­перт. А клю­чи толь­ко у Па­поч­ки с Ма­моч­кой.
- Это твои ро­ди­т­е­ли? – ужас­н­ул­ся Тим­ка.
- Нет. Да. Не­важ­но, - так же без­жиз­н­ен­но от­в­е­т­и­ла дев­уш­ка. – Не спра­ши­вай. Ты Вре­мен­н­ый. Я не мо­гу с то­бой гов­ор­ить дол­го. Ме­ня нак­ажут.
Дв­ерь вн­овь зак­ры­лась, Тим­ка при­ва­л­ил­ся к стене, чув­ствуя на­р­аста­ю­щую сла­б­ость. По­хо­же, по­хи­т­и­т­е­ли на­ка­ч­а­ли его ка­кой-то га­д­о­стью, и ор­га­низм всё ник­ак не мог ок­ле­мать­ся. Прош­ло ещё нес­коль­ко му­чи­т­ель­но дол­гих ми­нут, и дв­ерь от­вор­ил­ась вн­овь. Дев­уш­ка не об­ма­ну­ла, при­нес­ла во­ды в пол­ут­ор­а­л­ит­ро­вой бут­ыл­ке. И чёр­н­ое пла­сти­к­ов­ое вед­ро.
- Возь­ми, - прот­я­ну­ла она при­не­сён­н­ое. – Те­бя, нав­ер­н­ое, тош­н­ит.
- За­ч­ем я здесь? – ли­х­ор­а­д­оч­но спро­сил Тим­ка. – Ска­жи, ты ведь зна­ешь!
- Ты – Вре­мен­н­ый, - ти­хо ска­за­ла дев­уш­ка. – те­бя зак­а­за­ли. Те­бе сдел­ают опер­ацию, а пот­ом те­бя ку­пят. Опер­ация бу­дет уже ско­ро, по­это­му я не мо­гу при­не­с­ти те­бе еды. За­пре­ще­но.
- Как­ая опер­ация? – с ужа­сом спро­сил Тим­ка.
- От­ре­жут что-ни­б­удь. Но­ги. Или ру­ку. Мо­жет быть, всё сра­зу. Кли­ент­ам так­ое нрав­ит­ся. А пот­ом те­бя за­б­ер­ут. Про­да­д­ут. Здесь так­ое бы­ло. Нес­коль­ко раз.
- Нет… - выр­ва­лось у Тим­ки. – Ска­жи, что это непр­ав­да!
- Это прав­да, - уста­ло и спо­кой­но ска­за­ла дев­уш­ка. – Не на­д­ей­ся. Гавр­иил то­же на­д­еял­ся. Он умер.
В это вре­мя от­к­у­да-то до­нёс­ся то­нень­кий жа­лоб­н­ый мл­а­д­ен­ч­ес­кий плач. На ли­це дев­уш­ки впер­вые поя­ви­л­ось нек­ое чувс­тво – что-то сред­н­ее меж­ду лю­б­о­в­ью, жа­ло­стью и… не­н­ав­и­стью?
- Пла­ч­ет. Я долж­на ид­ти, - ска­за­ла дев­уш­ка и зак­ры­ла дв­ерь. На этот раз ок­он­ч­а­тель­но.
Тим­ка вы­пил во­ды, сва­л­ил­ся на ку­чу тря­пья и подт­я­нул ко­л­е­ни к гру­ди, об­х­ват­ив их ру­к­ами и пы­та­ясь со­греть­ся. «Это сон… Это непр­ав­да… Это не со мной…» - би­л­ось в го­л­ове. Но пот­ом приш­ла ещё од­на мысль, кот­о­р­ая позв­о­ли­ла маль­чи­ку нем­н­ого успок­оит­ь­ся: «Дя­дя Юра… Он ме­ня спа­сёт. Обя­за­тель­но спа­сёт. Он до­га­д­ает­ся…»
И Тим­ка от­ч­аян­но взмо­лил­ся, что­бы всё так и слу­чи­л­ось.
***
Макс услы­шал в труб­ке го­л­ос Ро­зы:
- Эмиль кое-что на­шёл, Мак­сим. Он уже к вам вые­хал.
- От­л­ич­но! – от­оз­в­ал­ся Макс. – Спа­си­бо вам, Ро­за Юрьев­на! Жд­ём!
Эмиль подъе­хал бук­валь­но чер­ез пят­н­ад­цать ми­нут. Его со­пров­ож­д­ал пар­н­иш­ка лет шест­н­ад­ца­ти - его Эмиль предс­тав­ил, как свое­го дво­юр­од­н­ого бра­та Ва­ню. Как ок­а­за­лось, имен­но Ва­ня – очень цепк­ий и наб­лю­да­тель­ный, нес­мот­ря на юный возр­аст - су­мел от­ыс­кать нуж­н­ое ме­с­то. Макс ска­зал, что они гот­о­вы вы­слу­шать подр­ост­ка, и тот тор­оп­ли­во на­ч­ал расс­ка­зы­вать:
- Я от дя­ди слы­шал… Он в тех мес­тах лет пять на­зад ок­а­зал­ся… Ну… про­бл­емы у него бы­ли тог­да, вот и ре­шил в ле­су сх­ор­о­нит­ь­ся, что­бы на та­б­ор тень не на­в­о­дить.
- Пос­л­ушай, Ва­неч­ка, - мяг­ко ска­зал Макс, - слож­н­ые от­н­оше­ния с зак­о­ном тв­ое­го дя­ди ме­ня в дан­н­ый мо­мент не ин­т­ер­е­су­ют. Да­вай бл­иже к де­лу, по­жа­л­уй­ста.
- А это я… объ­яс­н­ить, что он дел­ал там. Обыч­но на­ши в те ме­с­та не су­ют­ся. Гов­ор­ят – пло­хо там. Зл­ое что-то хо­дит. На­ши так­ое чув­ству­ют.
- Ва­ня… - на­пом­н­ил Макс.
- Так вот. Дя­дя мне расс­ка­зы­вал, что есть в тех мес­тах од­на бро­шен­н­ая дер­ев­ня – быв­ший лес­пром­х­оз. Вот там он и на­д­умал обос­н­о­в­ать­ся… На вре­мя. По­ка всё не ут­их­н­ет.
- И где эта дер­ев­ня на­хо­дит­ся? – спро­сил Макс. – На кар­те пок­а­зать смо­жешь?
Цыг­а­нё­нок по­мот­ал кудл­атой го­л­овой:
- Не, на кар­те вр­яд ли. Но я всё пок­а­зать мо­гу. Хоть сей­час.
- Расс­ка­зы­вай, Ва­ня, - сн­о­ва пот­ор­опил Макс.
- Так вот, дя­дя мой эту дер­ев­ню на­шёл и ви­дит: прав­да, все до­ма бро­ше­ны. Кро­ме од­н­ого. Крепк­ий та­кой дом, ка­мен­н­ый. За­б­ор хор­оший, а пов­ер­ху ещё и пров­о­л­ока. По­нял дя­дя, что там жив­ут. Ре­шил уз­нать, что за лю­ди – дя­дя мой лю­б­опыт­н­ый был, царс­тво ему не­бес­н­ое…
Макс на­хмур­ил­ся, и цыг­а­нё­нок тор­оп­ли­во про­дол­жил:
- Так вот, спрят­ал­ся он в од­ной пу­стой из­бе и да­вай за этим до­мом наб­лю­дать. Но толк­ом не по­нял ни­ч­его. Ма­ши­на уез­жа­ла-при­ез­жа­ла. Дру­гие ма­ши­ны уез­жа­ли – при­ез­жа­ли. Иног­да го­с­ти там бы­ли… Печь то­пил­ась… Непо­нят­но, но ни­ч­его осо­бен­н­ого. Кро­ме од­н­ого слу­чая.
- Ва­неч­ка, гов­ори, гов­ори… - пот­ор­опи­ла Ша­ман­ка.
- Дя­дя гов­ор­ит, че­лов­ек вы­шел из вор­от. С па­к­ет­ом. А в па­к­е­те вр­о­де как пе­с­ок. Он бер­егом ре­ки по­шёл… по­шёл… А дя­дя за ним. Дя­дя умел бес­шум­но хо­дить. Его да­же в ар­мии в разв­ед­ч­ики оп­ре­де­ли­ли – он в Чечне был… Вот. Он за этим че­ло­век­ом по­шёл… ви­дел, как тот в ре­ку что-то вы­сы­пал. Прав­да, на пе­с­ок по­хо­же. Но дя­дя гов­ор­ил, что это был не пе­с­ок… дру­гое что-то.
- И что? – спро­сил Макс.
- И всё, - ска­зал Ва­ня. – Пот­ом дя­дя в Гор­од вер­н­ул­ся – очень на­до бы­ло. Но всё вре­мя хо­т­ел вер­н­уть­ся и всё пров­ер­ить – гов­ор­ил, что не­хор­ошее там ме­с­то. Очень не­хор­ошее.
- Не вер­н­ул­ся?
- Не успел, - вз­дох­н­ул цыг­а­нё­нок. – Умер он. Он боль­ной был пос­ле Чеч­ни, вра­ч­ей не слу­шал, не ле­чил­ся, гов­ор­ил, что луч­ше день про­жить, как хо­чет­ся, чем де­сять лет пил­ю­ли глот­ать и смер­ти до­жи­дать­ся. А мне он об этом пер­ед смерт­ью расс­ка­зал… и стро­го-наст­ро­го вел­ел ту­да не со­в­ать­ся. А сей­час Эмиль ска­зал, что нуж­но дом ис­кать, где пло­хие лю­ди де­тей дер­жат. И я вспом­н­ил. Он мне дор­огу ту­да не опи­сы­вал, но у те­ти дя­ди­ны ве­щи со­х­ра­ни­л­ись. Там тет­рад­ка бы­ла. Ну, дн­ев­н­ик. В дн­ев­н­и­ке всё опи­са­но бы­ло. Я про­чит­ал, ска­зал Эми­лю. И мы ту­да вд­во­ём пое­ха­ли. Ма­ши­ну пот­ом в ле­су ос­тав­и­ли, спрят­а­ли. Пош­ли пешк­ом.
- Да, - кив­н­ул Эмиль, - всё так и бы­ло. И дер­ев­ня бро­шен­н­ая по-преж­н­ему на ме­с­те сто­ит. Так сра­зу и не до­га­д­аешь­ся, что там есть кто-то, что­бы дом этот ка­мен­н­ый раз­г­ля­деть – вглубь дер­ев­ни прой­ти на­до. Там на за­б­о­ре таб­л­ич­ка – что-то про ме­теос­тан­цию. И дор­ога, хоть и грунт­ов­ка, но не за­р­ос­шая. Поль­зу­ют­ся ею.
- Яс­но, - кив­н­ул Макс, - а вы что-ни­б­удь ви­де­ли?
Эмиль кив­н­ул:
- То же са­мое. Сна­ч­а­ла мик­ро­а­вт­о­бус но­чью к до­му подъе­хал. Пот­ом, уже под ут­ро со­в­с­ем, че­лов­ек с мешк­ом вы­шел. К ре­ке по­шёл. И то­же стал в во­ду что-то вы­сы­пать. Да, по­хо­же на пе­с­ок. А ког­да рас­с­ве­ло… Кор­о­че, я ре­шил ныр­н­уть – мо­жет, на дне что ос­та­лось. Те­че­ние там мед­л­ен­н­ое, мо­жет, не всё во­дой унес­ло.
- Хо­л­од­но ведь… - поё­жил­ась Ша­ман­ка.
- Ма­ма Ро­за вел­е­ла что-ни­б­удь су­щес­твен­н­ое най­ти, - ска­зал Эмиль. – Вот я и ныр­н­ул. Ван­ь­ке не вел­ел – у него же­на мо­л­о­дая, ещё от­мор­о­зит се­бе кой-что, как иг­рать­ся с ней бу­дет?
Макс и Ша­ман­ка с нек­от­о­р­ым удив­л­е­ни­ем возз­ри­л­ись на счаст­лив­ого мо­л­о­до­жё­на, у кот­ор­ого пок­рас­н­е­ли да­же уши. Но пот­ом ре­ши­ли, что это к де­лу не от­н­о­сит­ся, и дос­лу­ша­ли Эми­ля до кон­ца.
- Там, на дне… Да­же не знаю, при­го­дит­ся ли вам это… Но я на­шёл кое-что. Там не очень глу­бо­ко, - про­дол­жил цыг­ан. – Вот, смот­р­и­те.
И Эмиль дос­тал из кар­ма­на курт­ки про­зрач­н­ый па­к­ет­ик, в кот­ор­ом вид­н­е­лись два не­бо­льших се­ро-кор­ич­н­е­вых, слов­но спёк­ших­ся ко­моч­ка.
- Это… - тут го­л­ос цыг­а­на дрог­нул. – Это кость. И это не кость жив­от­н­ого – я-то знаю. Я что-то вр­о­де ве­тер­и­на­ра, жив­от­н­ых ле­чу, так что раз­б­и­р­аюсь в том, о чём гов­о­рю. И ес­ли это не кость жив­от­н­ого, то…
- Кость че­лов­ека? – пот­ря­сён­но про­шепт­ал Макс.
- Да, скор­ее вс­его, ре­бён­ка. Сдел­ай­те экс­перт­и­зу, ду­маю, мои сло­ва под­твер­д­ят­ся.
- А пе­с­ок… - выр­ва­лось у Ша­ман­ки, – пе­пел? Они тру­пы де­тей там сжи­га­ют? Де­тей? Пор­ву уро­дов! Макс, на­ч­аль­ство на те­бе! А я ор­л­ов Ро­дио­ны­ча под­н­иму!
Макс кив­н­ул:
- Да, немед­л­ен­но вы­ез­жа­ем! Эмиль, жди­те, бу­де­те дор­огу пок­а­зы­вать!
Цыг­ан мол­ча кив­н­ул.
А Макс, идя к на­ч­аль­ству, по­зво­нил Ма­ше. От­д­ать это на экс­перт­и­зу Лит­ви­но­ву у него про­с­то не бы­ло сил.
Гла­ва 27. По спир­а­ли
Маль­чи­ку бы­ло пло­хо. Он дер­жал­ся дол­го, очень дол­го, но сей­час уже чувс­тво­в­ал, что на­хо­дит­ся на са­мом кра­еш­ке. И что у него толь­ко два вы­хо­да – умер­еть или доб­ров­оль­но соск­ольз­н­уть в бе­зу­мие – стать так­им, как Ма­моч­ка и Па­поч­ка. А то, что они су­ма­сшедш­ие – он по­нял поч­ти сра­зу.
Са­мое страш­н­ое, что Па­поч­ка и Ма­моч­ка не вс­ег­да бы­ли бе­зум­н­ыми монс­тра­ми, как­ими их ви­де­ли ос­таль­ные Пос­т­оян­н­ые и бед­н­яги Вре­мен­н­ые. По не­о­б­ъяс­н­имой при­ч­ине к маль­чи­ку они от­н­о­си­л­ись нем­н­ого мяг­че, чем к ос­таль­ным, да­же ча­сто позв­о­л­я­ли но­че­вать нав­ер­ху, а не в под­ва­ле. Маль­чик не пы­тал­ся сбе­жать. Ему в своё вре­мя очень хор­ошо объ­яс­н­и­ли, что бу­дет с его единс­твен­н­ыми дру­зья­ми в этом ужас­н­ом ме­с­те – с Гавр­ии­л­ом и Ага­фьей – ес­ли он по­пы­та­ет­ся сбе­жать. Да и Ма­моч­ка, да­же бу­д­у­чи су­ма­сшедш­ей, как пор­ажён­н­ая бе­шенс­твом ли­си­ца, ник­ог­да не за­б­ы­ва­ла за­пер­еть его ком­н­ат­уш­ку. За­то он, пров­ер­т­ев за пол