Николай Шахмагонов - Рапорт. Рассказ
***Расс­ка­зы о Сов­етс­кой Ар­мии*
РАПОРТ
Расс­каз
1.
«Ком­ан­д­и­ру пол­ка.
Ра­порт.
Док­ла­д­ы­ваю, что в труд­н­ую ми­ну­ту боя, ког­да воз­н­ик­ла уг­ро­за ок­ру­же­ния бат­а­льо­на, мой за­ме­с­ти­т­ель по по­лит­и­ч­ес­кой ча­сти ка­пит­ан Кот­ов, не раз­об­рав­шись в обс­та­нов­ке, от­д­ал рас­пор­яже­ние рот­ам ос­тав­ить по­зи­ции и отой­ти.
Он сдел­ал это са­мов­оль­но, без мое­го ве­до­ма, в тот мо­мент, ког­да я уже вы­ра­б­от­ал за­мы­с­ел, осу­щес­тв­л­е­ние кот­ор­ого спас­ло бы по­л­оже­ние и обес­пе­чи­ло проч­н­ое удерж­а­ние райо­на обор­о­ны.
В ре­зуль­та­те опер­ат­ив­но при­нят­ых мною мер, уда­лось зак­ре­пит­ь­ся на ру­бе­же ста­р­и­цы.
Ком­ан­д­ир 1-го бат­а­льо­на
Под­пол­к­ов­н­ик Ко­л­о­сов».
Ко­л­о­сов сло­жил ли­с­ток и за­пе­чат­ал его в конв­ерт. За­тем пов­ер­н­ул­ся к серж­ан­ту, кот­ор­ый сто­ял в ожи­да­нии воз­ле бро­нетр­анс­пор­т­ё­ра, и ко­р­от­ко прик­а­зал:
– Дос­тав­ить ком­ан­д­и­ру пол­ка, сроч­но!..
…Бой на­ч­ал­ся на рас­с­ве­те. Он про­дол­жал­ся не­дол­го, солн­це не успе­ло да­же до­с­тичь зе­ни­та. Но под­пол­к­ов­н­ику Ко­л­о­со­ву ка­за­лось, что ми­ну­ло мн­ого ча­сов – столь зн­а­ч­и­т­ель­ны­ми, а глав­н­ое непр­ият­н­ыми со­бы­тия­ми бы­ло пе­ре­пол­н­е­но вре­мя с то­го мо­мен­та, как про­гре­ме­ли пер­вые вы­ст­ре­лы.
«Важ­но вер­н­уть преж­н­ие по­зи­ции, от­б­ить вы­с­оту» – эти мыс­ли пресл­е­до­в­а­ли ком­б­ата неот­с­туп­но. Он по­ни­мал, что толь­ко по­бе­да, немед­л­ен­н­ая и пол­н­ая, мо­жет его оправ­д­ать и подк­ре­пить от­прав­л­ен­н­ый ра­порт.
– Ком­ан­д­ир­ов рот ко мне! – твёр­до рас­пор­я­дил­ся он, и го­л­ос его об­рёл преж­н­ие увер­ен­н­ость и власт­н­ость.
Он ре­шил бро­сить ро­ты впер­ёд, на­не­с­ти удар в лоб, оше­ло­мив тех, кто сей­час зак­реп­лял­ся на вы­с­о­те, ре­ши­т­ель­ной и дерз­кой конт­р­ат­акой. Нас раз­р­а­б­от­ку как­ого-то осо­бо­го, ор­иги­наль­но­го ре­ше­ния про­с­то не бы­ло вре­ме­ни, да и что здесь при­ду­ма­ешь, ес­ли вы­с­ота гос­под­ству­ет над мест­н­о­стью, а пер­ед ней про­с­тир­ает­ся ров­н­ое, шир­ок­ое по­ле…
– Пер­вой ро­те ат­а­к­о­в­ать.., унич­то­жить.., ов­ла­д­еть.., в даль­ней­шем наст­упать… Вт­орой ро­те ат­а­к­о­в­ать… Тре­т­ьей ро­те.., – про­зв­у­ча­ли чётк­ие и яс­н­ые сло­ва Ко­л­о­со­ва, от­д­а­вав­ше­го бое­вой прик­аз.
Ком­ан­д­и­ры рот слу­ша­ли мол­ча, де­л­ая по­мет­ки на сво­их карт­ах, и лишь из­ред­ка, ког­да рас­пор­яже­ния ка­са­л­ись ко­го-то из них, от­ве­ча­ли ко­р­от­ко «Есть».
– Сиг­нал для конт­р­ат­аки – трёхз­вёзд­н­ая крас­н­ая ра­к­ета. Мой за­ме­с­ти­т­ель – ком­ан­д­ир пер­вой ро­ты, – зак­он­ч­ил ком­б­ат и пос­ле ко­р­от­кой пау­зы при­б­ав­ил: – По мес­там! При­гот­ов­ит­ь­ся к конт­р­ат­а­ке!
– А не луч­ше ли дож­д­ать­ся ре­з­ер­ва? Ведь ком­ан­д­ир пол­ка уже вы­слал его, – ти­хо спро­сил зам­по­лит ка­пит­ан Кот­ов, ког­да они с ком­б­ат­ом ос­та­л­ись од­ни.
Ко­л­о­сов не удо­с­то­ил его да­же взг­ля­дом. Пот­ом вд­руг за­гов­ор­ил су­хо и рез­ко:
– Ат­а­к­уем немед­л­ен­но, – он дос­тал из ком­ан­д­ир­с­кой сум­ки сиг­наль­ный патр­он, но преж­де чем пу­ст­ить ра­к­ету, поя­с­н­ил: – К «прот­ив­н­ику» то­же под­х­о­дят глав­н­ые си­лы. Ес­ли они успе­ют рань­ше нас, то мы и ре­з­ерв­ом бу­дем сла­б­ее.
– Мест­н­ость от­к­ры­тая…
– Прек­рат­и­те, ка­пит­ан, – обор­вал Ко­л­о­сов. – На­д­ое­ло!
Кот­ов с удив­л­е­ни­ем по­смот­рел на ком­б­ата: «Вот те­бе и раз… Уже оправ­ил­ся от рас­тер­ян­н­о­с­ти. А ведь не так­им был нес­коль­ко ми­нут на­зад на вы­с­о­те…»
Гов­ор­ить ни­ч­его не стал, от­ошёл в стор­о­ну и под­н­ял к гла­зам би­нокль.
В этот мо­мент в не­бо взв­ил­ась крас­н­ая ра­к­ета.
Ат­ака на­ч­ал­ась. Гля­дя на ров­н­ые стрел­к­о­в­ые це­пи, на вы­стро­ен­н­ые в ли­нию бое­вые ма­ши­ны, Кот­ов на­пря­жён­но жд­ал ре­ак­ции обор­о­ня­ю­щих­ся. Ещё не­дав­но, на вы­с­о­те, он был увер­ен в прав­иль­но­с­ти сво­их дей­ствий, ког­да от­д­а­вал прик­аз на от­х­од, но сей­час, наб­лю­дая за ат­акой, он га­д­ал, вер­но ли пос­т­упил, не вос­прот­ив­ив­шись это­му ре­ше­нию ком­б­ата. Он вс­ей ду­шой был прот­ив безр­ас­с­уд­н­ого брос­ка впер­ёд, но как убе­дить под­пол­к­ов­н­ика, ес­ли тот уже от­д­ал прик­аз? И раз­ве Ко­л­о­сов приз­на­ет свою непр­аво­ту?
«А вд­руг всё-та­ки ат­ака удаст­ся, – успок­аи­вал се­бя зам­по­лит. – Вон ведь как ли­хо идут!»
А вы­с­ота мол­ч­а­ла, слов­но на её скат­ах, гу­сто по­р­ос­ших куст­ар­н­ик­ом, ник­ого не бы­ло. И всё-та­ки что-то трев­ожи­ло. Что? Да ведь ещё не­дав­но, на вы­с­о­те, обс­та­нов­ка то­же, ка­за­лось, скла­д­ы­вал­ась удач­но для бат­а­льо­на, кот­ор­ый от­б­ил все ат­аки. И вд­руг… Вн­е­зап­н­ый флан­го­в­ый удар всё пер­еме­нил. Ещё нем­н­ого, и бат­а­льон мог ок­а­зать­ся ок­ру­жён­н­ым на вы­с­о­те. Кот­ов был увер­ен в этом, пот­ому и от­д­ал рас­пор­яже­ние на от­х­од, от­д­ал са­мов­оль­но, но ино­го вы­хо­да у него в тот мо­мент не бы­ло. Он счит­ал, что спас бат­а­льон от неми­нуе­мо­го пор­аже­ния, он по­ла­гал, что так же счит­ает и ком­б­ат.
Непр­ият­н­ый ос­а­д­ок ос­тал­ся от раз­гов­о­ра с ком­б­ат­ом. За­пом­н­и­л­ись резк­ие сло­ва:
– Кто дал вам пра­во вс­тре­вать? Как вы по­сме­ли от­д­а­вать прик­а­зы от мое­го име­ни? Ведь вам из­в­е­с­тен прик­аз ком­ан­д­и­ра пол­ка удер­жи­вать вы­с­оту лю­бой це­ной.
«Не вре­мя ду­мать об этом, – прог­нал не­в­е­сё­л­ые мыс­ли зам­по­лит. – Но что же они мол­ч­ат? Что мол­ч­ат?» – по­ду­мал он о под­ра­з­де­л­е­ни­ях «прот­ив­н­ика».
Ком­б­ат то­же смот­рел в би­нокль, за­мет­но вол­н­уясь. Ви­ди­мо, и ему не нрав­и­л­ось стран­н­ое без­дей­ствие обор­о­ня­ю­щих­ся, ведь стрел­к­о­в­ые це­пи до­с­тиг­ли уже под­н­ожия вы­с­оты.
– Вы бы за­про­си­те, где на­хо­дит­ся ре­з­ерв ком­ан­д­и­ра пол­ка? – спро­сил Кот­ов.
Ком­б­ат вк­лю­ч­ил ра­д­иос­тан­цию и, за­д­ав во­прос, тут же рас­крыл ра­б­о­чую кар­ту. Он вы­слу­шал от­в­ет, что-то прик­и­нул в уме и ска­зал зам­по­ли­ту, сни­мая шле­мо­фон:
– Ми­нут пят­н­ад­цать ещё по­т­ре­бу­ет­ся ре­з­ерву, что­бы до­брать­ся до нас.
И тут вы­с­ота брыз­н­у­ла ог­нём. Сна­ч­а­ла на её скат­ах за­свер­к­а­ло мно­жес­т­во раз­н­ов­е­лик­их кин­жаль­чи­к­ов, за­тем дол­е­тел до слу­ха мн­ого­го­л­о­сый залп. Огонь был плот­н­ым, гу­би­т­ель­ным и це­пи, пов­и­ну­ясь тре­бо­в­а­ни­ям по­ср­ед­н­и­к­ов, зал­ег­ли. Да и бое­вые ма­ши­ны, слов­но на­тк­н­ув­шись на непре­одо­ли­мую сте­ну, ос­та­нов­и­л­ись.
– Нуж­но прек­рат­ить ат­аку, возв­рат­ить ро­ты на ис­х­од­н­ые по­зи­ции, – поч­ти зак­ри­ч­ал зам­по­лит.
Ком­б­ат рез­ко пов­ер­н­ул­ся к нему и рез­ко от­ру­бил:
– По ва­шей ми­л­о­с­ти мы ос­тав­и­ли вы­с­оту. Кто же её за нас от­б­и­вать те­перь бу­дет?
Зам­по­лит не вы­дер­жал, он рез­ко от­б­ро­сил за спи­ну свою ком­ан­д­ир­с­кую сум­ку, пов­ер­н­ул­ся, что­бы уй­ти, но тут его вни­ма­ние при­влек­ло по­ле боя. Он при­смот­рел­ся… Во фланг ат­а­к­ующим рот­ам вы­хо­ди­ли тан­ки и бое­вые ма­ши­ны пе­хо­ты «прот­ив­н­ика». Они быст­ро разв­ёрт­ы­ва­л­ись для ат­аки и строи­л­ись в сталь­ную сте­ну, кот­орую Кот­ов уже наб­лю­дал со­в­с­ем не­дав­но во вре­мя ат­аки вы­с­оты. Эта сте­на сме­ла тог­да ро­ту, обор­о­няв­шую­ся в цент­ре райо­на обор­о­ны бат­а­льо­на. Те­перь она мог­ла сме­с­ти, раз­мет­ать лев­ое кры­ло ат­а­к­ующих.
– То­в­ар­ищ под­пол­к­ов­н­ик, смот­р­и­те! – воск­лик­н­ул Кот­ов, об­ра­ща­ясь к Ко­л­о­со­ву.
Но тот уже сам ви­дел, как­ая уг­ро­за нав­ис­ла над бат­а­льо­ном.
Ком­б­ат слов­но оч­н­ул­ся. Он пок­рут­ил го­л­овой, рас­тер­ян­но ози­р­аясь.
– Дай­те мне свой ре­з­ерв. Я от­ве­ду этот удар, – пред­л­ожил Кот­ов.
В ре­з­ер­ве у ком­ан­д­и­ра бат­а­льо­на был вс­его лишь вз­в­од. Этот вз­в­од и про­сил Кот­ов.
Ком­б­ат мол­ч­ал, и зам­по­лит сн­о­ва об­рат­ил­ся к нему:
– Нуж­но вы­иг­рать вре­мя, дать воз­мож­н­ость рот­ам вый­ти из-под ог­ня.
– Бер­и­те! – бро­сил Ко­л­о­сов.
Что мог сдел­ать вз­в­од прот­ив мощ­н­ого об­х­о­дя­ще­го от­р­я­да, бро­шен­н­ого во фланг ат­а­к­ующим рот­ам? Кот­ов и не расс­чит­ы­вал на по­бе­ду. Он стре­мил­ся хоть как-то ос­ла­б­ить удар «прот­ив­н­ика», от­влечь вни­ма­ние и, ес­ли воз­мож­но, часть сил на се­бя. Это позв­о­ли­ло бы рот­ам вый­ти из пол­ук­оль­ца.
Ве­дя огонь на хо­ду, ре­з­ерв дви­нул­ся на «прот­ив­н­ика». Ког­да до об­х­о­дя­ще­го от­р­я­да ос­та­лось чуть боль­ше сот­ни мет­ров, Кот­ов вел­ел ком­ан­д­и­ру вз­в­о­да спе­шить от­д­е­л­е­ния и разв­ер­н­уть их в цепь. Он стар­ал­ся по воз­мож­н­о­с­ти не подм­е­нять ком­ан­д­и­ра вз­в­о­да, про­с­то да­вал сов­еты, к кот­о­р­ым тот от­н­о­сил­ся с боль­шим вни­ма­ни­ем. Гра­на­то­мёт­ч­и­к­ам он прик­а­зал ве­с­ти огонь по тан­к­ам, кот­ор­ые всё ещё не из­ме­ни­ли на­прав­л­е­ние ат­аки, слов­но не за­ме­чая за­хо­дя­ще­го к ним в тыл вз­в­о­да.
Кот­ов вни­ма­тель­но сле­дил за хо­дом боя. Он жд­ал, что ро­ты нач­н­ут от­х­од, но… Он нео­ж­и­дан­но за­мет­ил, что от­х­од на­ч­а­ла про­тив­о­бор­ству­ю­щая стор­о­на. По скат­ам вы­с­оты тор­оп­ли­во пе­ре­бе­га­ли сол­д­аты, скры­ва­ясь за её греб­н­ем. Вы­пус­кая си­зый ды­мок из глуш­и­т­ел­ей, ту­да же ухо­ди­ли бое­вые ма­ши­ны пе­хо­ты.
«Здесь что-то не так, что-то не так, – ду­мал он, пы­та­ясь пре­ду­га­д­ать даль­ней­шее разв­ит­ие со­бы­тий.
Пред­ч­ув­ствие как­ого-то под­во­ха не ос­тав­л­я­ло его. Он за­мет­ил, что ро­ты вме­с­то то­го, что­бы от­х­о­дить, рва­ну­лись впер­ёд, на вы­с­оту. Ка­за­лось, по­бе­да бл­из­ка, но тут мо­ре ог­ня обр­уш­и­л­ось на вз­в­од, кот­ор­ый был вы­де­л­ен Кот­ову. Навс­тре­чу ему разв­ер­н­ул­ась не­бо­льшая часть об­х­о­дя­ще­го от­р­я­да, но и это­го бы­ло дос­тат­оч­но, поск­оль­ку пре­вос­х­одс­тво в ог­невой мо­щи бы­ло по­дав­л­яю­щим.
Тан­ки и бое­вые ма­ши­ны пе­хо­ты не сбав­л­я­ли скор­ость, лич­н­ый сос­тав не спе­ши­вал­ся. Стор­о­ны стре­ми­т­ель­но сб­л­ижа­л­ись. Огонь ве­ли все ог­не­вые средст­ва, но уже бы­ло яс­но, кто одер­жи­ва­ет верх в этом пое­дин­ке.
Наб­лю­дал за вс­ем этим и под­пол­к­ов­н­ик Ко­л­о­сов. Со­жал­ея, что ли­шил­ся ре­з­ер­ва, он по­ду­мал о зам­по­ли­те: «Не на­до лезть не в свои де­ла. Зам­по­лит, так и за­ни­май­ся по­лит­ико-вос­пит­а­тель­ной ра­б­отой. Не дол­жен са­по­ги то­чать пир­ож­н­ик».
Меж­ду тем две ро­ты его бат­а­льо­на уже бы­ли на скат­ах вы­с­оты. Ос­та­ва­лось сдел­ать лишь не­бо­льшой ры­вок…
Ко­л­о­сов с удов­лет­в­ор­е­ни­ем наб­лю­дал за успе­хом, а вот Кот­ов про­дол­жал трев­ожит­ь­ся. И пред­ч­ув­ствие его не об­ма­ну­ло. С вы­с­оты вн­овь обр­уш­ил­ся шк­вал ог­ня. «Прот­ив­н­ик», раз­гро­мив ре­з­ерв, удар­ил во фланг ат­а­к­ующим рот­ам. Бое­вые пор­яд­ки сме­ша­л­ись, це­пи рас­с­ыпа­л­ись. А «прот­ив­н­ик» круш­ил и пер­емал­ы­вал под­ра­з­де­л­е­ния бат­а­льо­на Ко­л­о­со­ва, на­ч­ав об­щую конт­р­ат­аку, кот­о­р­ая и дов­ер­ши­ла раз­гром.
Ко­л­о­сов ви­дел ка­т­аст­ро­фу, но всё ещё не хо­т­ел вер­ить в неё. Он уже по­нял, что вн­е­зап­н­ый от­х­од «прот­ив­н­ика» был вс­его лишь хит­р­ым ма­нёвр­ом, улов­кой, кот­о­р­ая за­став­и­ла пов­е­р­ить в успех и от­к­а­зать­ся от единс­твен­н­ого в тот мо­мент ра­зум­н­ого ре­ше­ния – от­ве­с­ти ро­ты на ис­х­од­н­ое.
Лишь незн­а­ч­и­т­ель­ную часть сил вы­пу­ст­и­ли с по­ля боя неу­мо­ли­мые по­ср­ед­н­ики.
За­ни­мать обор­о­ну эти­ми си­л­ами бы­ло бесс­мыс­лен­но, и Ко­л­о­сов ре­шил от­ве­с­ти их даль­ше, ту­да, где на­ч­и­нал­ась цепь бо­л­от, и мож­но бы­ло пе­рек­рыть узк­ие де­фи­ле, что­бы мень­ши­ми си­л­ами сдер­жать пре­вос­х­о­дя­щие си­лы «прот­ив­н­ика». Но этот от­х­од соз­д­а­вал пре­пят­ствия для ре­ши­т­ель­ных наст­упа­тель­ных дей­ствий сво­их сил. Ведь вы­с­ота бы­ла тем са­мым вы­год­н­ым ру­бе­жом, к кот­ор­ому бы­ло лег­ко по­дой­ти в пред­б­ое­вых пор­яд­к­ах и на скат­ах кот­ор­ого разв­ер­н­уть­ся в бое­вой пор­я­док.
2.
Под­пол­к­ов­н­ик Чер­н­ышёв не за­б­ыл о ра­пор­те Ко­л­о­со­ва. Да и как за­б­у­дешь? На раз­б­о­ре уче­ний ему приш­лось услы­шать мн­ого да­ле­ко не лест­н­ых слов в ад­р­ес пол­ка. И всё в ос­н­ов­н­ом из-за бат­а­льо­на, кот­о­р­ым ком­ан­д­о­в­ал Ко­л­о­сов.
«Что всё-та­ки у них прои­з­ош­ло? – раз­мыш­лял Чер­н­ышёв. – Неу­же­ли зам­по­лит дей­стви­т­ель­но сса­мов­оль­ни­ч­ал? Но для че­го?»
Нуж­но бы­ло выз­вать ка­пит­а­на Кот­о­ва и по­бе­се­до­в­ать и по­бе­се­до­в­ать с ним, но преж­де Чер­н­ышёв ре­шил по­гов­ор­ить со сво­им за­ме­с­ти­т­ел­ем. Он по­зво­нил пол­к­ов­н­ику Сут­у­ло­ву и попр­о­сил его зай­ти в ка­б­и­нет.
С пер­вых дн­ей со­в­мест­ной служ­бы, а в полк оба при­б­ы­ли не так дав­но, у Чер­н­ышё­ва с Сут­у­ло­в­ым уста­нов­и­л­ись не толь­ко де­ло­в­ые, но и доб­рые душ­ев­н­ые от­н­оше­ния. Чер­н­ышё­ву нрав­ил­ся этот не­вы­с­ок­ий, чуть пол­н­о­в­ат­ый офи­цер с от­к­ры­тым, слов­но изл­у­ча­ю­щим теп­ло, ли­цом. Его свет­л­ые во­л­о­сы бы­ли вс­ег­да ак­к­ур­ат­но за­ч­ё­с­а­ны на­зад, ки­т­ель и брю­ки тща­тель­но от­утю­же­ны, обувь на­ч­ище­на до блес­ка. И нес­мот­ря на этот стро­гий по-во­ен­н­ому вид, он ос­та­вал­ся как­им-то дом­аш­н­им, рас­по­ла­га­ю­щим к се­бе че­ло­век­ом.
В ре­ше­ни­ях, осо­бен­но ес­ли де­ло ка­са­лось лю­дей, он был нет­ор­оп­лив, дол­го взв­еши­вал каж­д­ое сло­во, сов­еты да­вал вес­кие, на­д­ёж­н­ые. На пер­вый взгляд, и в де­л­ах нет­ор­оп­ли­вый, он, в то же вре­мя успе­вал всё дел­ать точ­но и в срок.
Ком­ан­д­ир пол­ка под­пол­к­ов­н­ик Чер­н­ышёв от­л­и­ч­ал­ся от него не толь­ко вн­ешне, но и по хар­ак­т­е­ру. Су­хо­ща­вый, подт­я­нут­ый, с жи­вы­ми вни­ма­тель­ны­ми гла­за­ми, он был скор на де­ла, по­рой слишк­ом ре­зок и сух.
Вс­его, что за­д­ума­но, он стре­мил­ся до­бит­ь­ся немед­л­ен­но. По­рой пер­еги­б­ал. Ник­ак не мог смир­ит­ь­ся с тем, что не всё сра­зу уда­ёт­ся, осо­бен­но в вос­пит­а­тель­ной ра­б­о­те. Полк ведь ма­хи­на огром­н­ая. Это не бат­а­льон, а тем бол­ее не ро­та. Ро­той в своё вре­мя Чер­н­ышёв ком­ан­д­о­в­ал хор­ошо, бат­а­льо­ном – то­же, да не­дол­го… Пос­т­упил в ак­а­д­емию, а пос­ле её ок­он­ч­а­ния пол­у­чил на­зн­а­ч­е­ние на долж­н­ость за­ме­с­ти­т­е­ля ком­ан­д­и­ра пол­ка.
Толь­ко и на этой долж­н­о­с­ти ему нем­н­ого приш­лось по­р­а­б­от­ать. Ни­ч­его так­ого осо­бен­н­ого не слу­чи­л­ось, да­же и те­перь Чер­н­ышёв не мог по­нять, по­че­му столь­ко стре­ми­т­ель­но пол­у­чил очер­ед­н­ую долж­н­ость. Мо­жет быть, всё де­ло в ком­ан­д­и­ре ди­в­и­зии? Ге­нер­ал Чер­н­омят­ов ког­да-то в сво­ей офи­церс­кой мо­л­о­до­с­ти ком­ан­д­о­в­ал ро­той, а за­тем бат­а­льо­ном в учи­л­ище. Чер­н­ышёв был од­н­им из его вос­пит­ан­н­и­к­ов. Тем бол­ее, он из при­мет­н­ых кур­с­ант­ов на тре­т­ьем и чет­вёрт­ом кур­с­ах был за­ме­с­ти­т­ел­ем ком­ан­д­и­ра вз­в­о­да. И пос­т­ав­ил его на эту долж­н­ость ком­б­ат Чер­н­омят­ов. Очень хо­т­е­лось Чер­н­ышё­ву, что­бы и те­перь не приш­лось жал­еть ком­д­иву Чер­н­омят­ову о сво­ём ре­ше­нии.
В ка­б­и­нет ком­ан­д­и­ра Сут­у­лов во­шёл не спе­ша, сел, спро­сил:
– Что стряс­л­ось, Ев­ге­ний Ва­си­льев­ич?
– Стряс­л­ось? Да, дей­стви­т­ель­но стряс­л­ось. Вот, по­чит­ай­те, – Чер­н­ышёв прот­я­нул ра­порт.
С каж­дой про­чит­ан­ной строч­кой Сут­у­лов хмур­ил­ся всё боль­ше. Это не очень шло к его ли­цу. Оно ста­нов­и­л­ось оби­жен­н­ым и расс­тро­ен­н­ым.
– Не мо­гу по­нять… Про­с­то не мо­гу по­нять, – разв­ёл он ру­к­ами. Буд­то де­ти… Бат­а­льон не по­де­ли­ли. За­ч­ем Кот­ову ком­ан­д­о­в­ать по­н­а­д­о­би­л­ось?
– И я о том же по­ду­мал, – кив­н­ул Чер­н­ышёв.
– Вы вер­и­те Ко­л­о­со­ву? – спро­сил зам­по­лит.
– Стран­н­ый во­прос…
– Но всё же? Знае­те, что мне не пон­рав­и­л­ось в ра­пор­те? По­смот­р­и­те ещё раз вот это: «…Он сдел­ал это са­мов­оль­но, без мое­го ве­до­ма…» Уж боль­но хо­чет Ко­л­о­сов уст­ра­нит­ь­ся от это­го ре­ше­ния, и пы­та­ет­ся убе­дить, что сам вы­ра­б­от­ал ка­кой-то дру­гой за­мы­с­ел. А пот­ом опять под­ч­ёр­к­и­ва­ет, что на нов­ом ру­бе­же уда­лось зак­ре­пит­ь­ся в ре­зуль­та­те при­нят­ых мер. Но ведь не зак­ре­пи­л­ись же. Бат­а­льон по­т­ер­пел пор­аже­ние.
Чер­н­ышёв по­мол­ч­ал, что-то об­д­умы­вая, за­тем ска­зал:
– Нуж­но вни­ма­тель­но разо­брать­ся во вс­ём этом, – он пох­ло­пал ру­кой по ра­пор­ту.
– Нав­ер­н­ое, бу­дет луч­ше, ес­ли это сдел­аю я.
– Хо­т­ел пред­л­ожить то­же са­мое, – кив­н­ул Чер­н­ышёв.
Чер­ез нес­коль­ко ми­нут ка­пит­ан Кот­ов был уже в ка­б­и­не­те под­пол­к­ов­н­ика Сут­у­ло­ва. Он при­шёл сам, не по вы­зо­ву. Сут­у­лов да­же не успел от­д­ать рас­пор­яже­ние на этот счёт. И те­перь, пыт­ли­во раз­г­ля­ды­вая зам­по­ли­та, он ду­мал о том, как на­ч­ать раз­гов­ор. Он не зн­ал, из­в­ест­но ли Кот­ову о ра­пор­те.
– Са­д­и­т­есь, Вла­д­им­ир Ник­о­л­ае­в­ич, – пред­л­ожил хо­зя­ин ка­б­и­нета, ук­а­зы­вая на стул. – Что вас прив­е­ло ко мне?
– Во­прос се­рьёз­н­ый, то­в­ар­ищ под­пол­к­ов­н­ик, – Кот­ов по­до­шёл к сто­лу, сел за стул, по­л­ожил на ко­л­е­ни фур­аж­ку и спро­сил: – Ска­жи­те, то­в­ар­ищ под­пол­к­ов­н­ик, – ес­ли офи­цер тер­яет­ся в бое­вой обс­та­нов­ке, мо­жет ли он ос­та­вать­ся в долж­н­о­с­ти ком­ан­д­и­ра под­ра­з­де­л­е­ния? Ведь я ве­ду речь об учеб­н­ом бое, а уж о наст­оя­щем и гов­ор­ить не­че­го…
– Я вас не по­ни­маю… Вы имее­те в ви­ду конк­рет­н­ого офи­це­ра или гов­ор­и­те во­об­ще? – за­д­ал во­прос Сут­у­лов.
– Гов­о­рю обоб­щён­но, но, ко­неч­но, имею в ви­ду конк­рет­н­ого че­лов­ека. Ина­че бы не при­шёл к вам. Пос­т­ар­ал­ся бы сам для се­бя от­в­ет най­ти. Да и что его ис­кать? Зав­е­до­мо знаю, что вы ска­же­те.
Сут­у­лов ус­мех­н­ул­ся и от­в­е­т­ил:
– Да, моё мн­е­ние вам, бе­зус­лов­но, из­в­ест­но. Ра­зу­ме­ет­ся, та­кой офи­цер не мо­жет ком­ан­д­о­в­ать под­ра­з­де­л­е­ни­ем, поск­оль­ку ком­ан­д­ир – это не толь­ко ор­га­ни­зат­ор служ­бы и учеб­н­ого про­цес­са, но, преж­де вс­его, че­лов­ек, кот­ор­ый дол­жен быть спо­со­бен по­в­е­с­ти под­ра­з­де­л­е­ние в бой. А уж бое­вая учё­ба и всё, чем за­ни­ма­ют­ся войс­ка, ес­тес­твен­но, на­прав­л­е­ны на то, что­бы к бою бы­ли гот­о­вы и ком­ан­д­и­ры и под­ч­и­нён­н­ые.
– Ну а у нас в бат­а­льоне пол­у­ча­ет­ся вот как. Лич­н­ый сос­тав под­ра­з­де­л­е­ния под­гот­ов­л­ен к ве­де­нию боя, а ком­б­ат – нет, – увер­ен­но ска­зал Кот­ов.
– Вы очень ка­те­гор­ич­ны, Вла­д­им­ир Ник­о­л­ае­в­ич. У вас есть конк­рет­н­ые фак­ты? – пря­мо спро­сил Сут­у­лов, ис­пы­ту­ю­ще гля­дя на Кот­о­ва.
Кот­ов не вы­дер­жал это­го сур­ов­ого и стро­го­го взг­ля­да, пот­упил­ся. Он ник­ог­да преж­де не ви­дел так­ого взг­ля­да. Обыч­но гла­за Сут­у­ло­ва изл­у­ча­ли теп­ло. Сей­час от них ста­ло хо­л­од­но…
И Кот­ов вд­руг по­чувс­тво­в­ал се­бя ме­нее увер­ен­но, чем нес­коль­ко ми­нут на­зад, ког­да он, чуть приг­н­ув­шись, что­бы не за­д­еть фур­аж­кой прит­о­л­оку, вхо­дил в ка­б­и­нет.
Соб­рав­шись с мыс­л­ями, поя­с­н­ил:
– По его вине бат­а­льон по­т­ер­пел пор­аже­ние, толь­ко по его вине…
Ус­меш­ка на ли­це Сут­у­ло­ва ста­ла пе­чаль­ной. Он вз­дох­н­ул, раз­мыш­ляя, как и что ска­зать Кот­ову. За­гов­ор­ил спо­кой­но, рас­с­у­ди­т­ель­но:
– Вы знае­те, Вла­д­им­ир Ник­о­л­ае­в­ич, ког­да речь идёт о неу­да­ч­ах пол­ка, я раз­де­ляю ви­ну за эти неу­да­чи с ком­ан­д­ир­ом, пор­ов­ну раз­де­ляю, а не ста­р­аюсь от­гор­о­дит­ь­ся от него.
Кот­ов от­ри­ца­тель­но по­ка­ч­ал го­л­овой:
– Вы ме­ня не так по­ня­ли… Я то­же, ко­неч­но, ви­но­в­ат… Но де­ло во­в­се не в этом, де­ло в неспо­соб­н­о­с­ти ком­ан­д­и­ра бат­а­льо­на управ­л­ять бо­ем. Я и так уже вы­шел за рам­ки то­го, что по­ла­га­ет­ся, я вме­шал­ся в ход со­бы­тий, взял на се­бя ком­ан­д­о­в­а­ние бат­а­льо­ном в крит­и­ч­ес­кую ми­ну­ту. Счит­аю, что ес­ли бы не сдел­ал это­го, пор­аже­ние прои­з­ош­ло бы гор­аз­до рань­ше, ещё на вы­с­о­те. Да и к вам я при­шёл во­в­се не жа­ло­в­ать­ся на ком­ан­д­и­ра бат­а­льо­на. Я пос­т­ав­ил его в из­в­ест­н­ость о це­ли свое­го ви­зи­та… А при­шёл по­сов­ет­о­в­ать­ся, ибо ре­шил вы­не­с­ти во­прос о дей­стви­ях ком­му­ни­с­та Ко­л­о­со­ва на ми­нув­ших уче­ни­ях на за­се­да­ние парт­ий­но­го бю­ро бат­а­льо­на.
Сут­у­лов вы­слу­шал мол­ча, не пе­ре­би­вая. От­в­е­т­ил же сра­зу и от­в­е­т­ил рез­ко:
– Как же это вы до­ду­ма­л­ись раз­б­ир­ать дей­ствия ком­ан­д­и­ра бат­а­льо­на на бат­а­льон­н­ом парт­б­ю­ро? Да тем бол­ее столь щек­от­ли­вый во­прос вы­но­сить? Хот­и­те док­а­зать ком­му­нис­там, что ваш ком­б­ат не спо­со­бен ком­ан­д­о­в­ать? Но не вам же да­но пра­во ре­шать, ко­му ком­ан­д­о­в­ать бат­а­льо­ном и не вам да­но пра­во на оцен­ку стар­ше­го по долж­н­о­с­ти и во­инс­ко­му зва­нию.
– А что же мне дел­ать? – спро­сил Кот­ов. – Я счит­аю вот как: ар­мия на­ша из мно­жест­ва зв­е­ньев со­с­то­ит, меж­ду со­бой взаи­мо­с­вя­зан­н­ых. И бат­а­льон наш – то­же ма­л­ень­кое зв­е­но. Сто­ит его вы­ки­нуть, зв­е­но это, как это ска­жет­ся на проч­н­о­с­ти вс­ей це­пи. Так вот я за это ма­л­ень­кое зв­е­но от­ве­чаю и хо­чу, что­бы оно бы­ло на­д­ёж­н­ым.
– Что ж, от­н­о­си­т­ель­но то­го, что бое­гот­ов­н­ость пол­ка от бое­гот­ов­н­о­с­ти каж­д­ого бат­а­льо­на зав­и­сит, а бое­гот­ов­н­ость ди­в­и­зии от бое­гот­ов­н­о­с­ти пол­к­ов, я сог­ла­сен. Но по­че­му же вы счит­ае­те, что зв­е­но пор­ва­но? Бат­а­льон ваш обес­пе­чи­ва­ет бое­гот­ов­н­ость… На уче­ни­ях од­ни по­беж­д­ают, дру­гие ос­та­ют­ся по­беж­д­ён­н­ыми. Что же, по ва­ше­му, вс­ех, кто прои­грал учеб­н­ый бой немед­л­ен­но от­с­тра­нять от ком­ан­д­о­в­а­нию нуж­но?
– Так ведь в наст­оя­щем бою так и слу­чит­ся… Нет-нет, я во­в­се не счит­аю, что за неу­да­чу в учеб­н­ом бою нуж­но кар­ать. Нет. Но ес­ли нер­ас­пор­я­ди­т­ель­ность ста­нов­ит­ся сис­те­мой, ну­жен дру­гой ком­ан­д­ир.
– Вот вы ку­да хват­и­ли, – по­ка­ч­ал го­л­овой Сут­у­лов. – А ведь Ко­л­о­сов се­бе дру­го­го зам­по­ли­та не тре­бу­ет, хо­тя то­же на вас в оби­де, да­же ра­порт ком­ан­д­и­ру пол­ка на­пи­сал.
– Ка­кой ра­порт?
– Вот, по­чит­ай­те, – Сут­у­лов прот­я­нул Кот­ову лист бу­ма­ги.
– Да как он сме­ет? – воз­мут­ил­ся Кот­ов. – Что же он тут пи­шет? Да ведь он уже не ком­ан­д­о­в­ал, ког­да я рас­пор­яже­ния от­д­а­вал. Он в ок­опе си­дел, го­л­ову ру­к­ами об­х­ват­ив. Спрят­ал­ся.
– Но в ра­пор­те он на­пи­сал, что был вы­ход из соз­д­ав­ше­го­ся по­л­оже­ния.
– Не бы­ло…
– Это вы так счит­ае­те, – уже рез­че ска­зал Сут­у­лов. – По­че­му же вы не по­сов­ет­о­в­а­л­ись с ком­б­ат­ом, не подс­ка­за­ли ему, что дел­ать, не убе­ди­ли, что ва­ше ре­ше­ние наи­б­ол­ее цел­е­с­оо­браз­но?
Кот­ов мол­ч­ал. Он по­ни­мал, что Сут­у­ло­ву труд­но сей­час разо­брать­ся, кто же из них прав, труд­но предс­тав­ить, как опыт­н­ый, власт­н­ый и са­мол­ю­би­вый под­пол­к­ов­н­ик вд­руг рас­тер­ял­ся и ок­а­зал­ся не спо­соб­н­ым при­ни­мать ре­ше­ния.
Раз­гов­ор зат­я­нул­ся, а до ис­ти­ны до­брать­ся всё не уда­ва­лось. Сут­у­лов ник­ак не мог соо­бра­зить, что же прои­з­ош­ло там, на вы­с­о­те. Он по­ни­мал, что Кот­ов во­в­се не со­бир­ал­ся ого­в­ар­и­вать ком­б­ата, но, мо­жет быть, он по­спе­шил…
Преж­де вс­его, нуж­но те­перь уя­с­н­ить, прав­иль­но или непр­ав­иль­но бы­ло от­во­дить ро­ты с вы­с­оты на но­в­ый ру­беж. И как­ое же иное ре­ше­ние в дан­н­ом слу­чае вы­ра­б­от­ал ком­б­ат? Вот о чём нуж­но спро­сить, но уже не Кот­о­ва, а Ко­л­о­со­ва.
– Так вы не от­в­е­т­и­ли на во­прос, по­че­му же всё-та­ки не подс­ка­за­ли своё ре­ше­ние ком­б­аты, а взя­ли на се­бя ком­ан­д­о­в­а­ние? – пря­мо спро­сил Сут­у­лов у Кот­о­ва.
Тот от­в­е­т­ил увер­ен­но:
– Я пы­тал­ся, но он и слу­шать не стал, он зая­вил, что прик­а­за­но дер­жать­ся на этом ру­бе­же… Дер­жать­ся, и ни ша­гу на­зад.
– Вот ви­ди­те, зн­а­ч­ит, ком­б­ат хо­т­ел вып­ол­н­ить прик­аз. Так в чём же его ви­нить? – спро­сил Сут­у­лов.
– Он его не вып­ол­н­ил, он прои­грал бой, и даль­ней­шее со­прот­ив­л­е­ние на вы­с­о­те бы­ло бесс­мыс­лен­н­ым и бес­по­л­ез­н­ым… Нуж­но ведь учит­ы­вать, что мы на уче­ни­ях. Это в ре­аль­ном бою мож­но сто­ять на­смерть и стой­кость мо­жет ок­а­зать­ся клю­ч­ом к по­бе­де. Но на уче­ни­ях неу­мо­ли­мые по­ср­ед­н­ики да­д­ут успех «прот­ив­н­ику», а бат­а­льон вы­ве­дут из строя… Они уже на­прав­л­я­л­ись к вы­с­о­те, что бы сдел­ать своё де­ло. Тог­да я и вы­вел бат­а­льон из-под уда­ра.
– Опять-та­ки я слы­шу толь­ко ва­ше мн­е­ние, – неоп­ре­де­л­ён­но ска­зал Сут­у­ло­ва, по­ду­мав, что как­ая-то до­ля прав­ды в сла­вах Кот­о­ва всё же есть. Ведь на уче­ни­ях на од­ной стой­ко­с­ти не вы­брать­ся из непр­ият­н­ого по­л­оже­ния, на уче­ни­ях на­до учит­ь­ся в так­ое по­л­оже­ние не по­па­д­ать.
Кот­ов от­в­е­т­ил не сра­зу. По­жав пле­ча­ми, он про­гов­ор­ил:
– Что же я мо­гу вам ещё ска­зать?
– Хор­ошо, про­дол­жим раз­б­ор вме­с­те с ком­ан­д­ир­ом пол­ка. А по­ка ска­жу вас сле­ду­ю­щее. Нал­ад­ь­те от­н­оше­ния с ком­б­ат­ом. Сог­ла­сен с ва­ми, есть, ко­неч­но, у него свои не­дос­тат­ки – да у ко­го их нет? Но ведь ни ком­ан­д­ир­ов, ни под­ч­и­нён­н­ых мы с ва­ми не вы­бир­аем. И вы же знае­те, что у каж­д­ого че­лов­ека нар­я­ду с не­дос­тат­к­ами есть и свои до­с­то­инст­ва. По­мочь ней­т­ра­л­и­з­о­в­ать не­дос­тат­ки и ис­поль­зо­в­ать в пол­ной ме­ре до­с­то­инст­ва – вот на­ша с ва­ми за­да­ча. Слаб в чём-то ком­б­ат, так вы подс­тавь­те своё пле­чо, что­бы сла­б­ость эту ликв­и­дир­о­в­ать. А так пол­у­ча­ет­ся, что вы про­с­то-на­п­ро­с­то подр­ы­вае­те его авт­ор­и­т­ет.
– Нет, я не подр­ы­ваю его авт­ор­и­т­ет. Я раз­го­в­ар­и­ваю на эту те­му толь­ко с ва­ми.
– А парт­б­ю­ро? – при­щур­ив­шись, спро­сил Сут­у­лов. – Вы же хо­т­е­ли вы­не­с­ти во­прос на парт­б­ю­ро.
– Тут я це­лик­ом сог­ла­сен, что не прав. Нель­зя это­го дел­ать.
– Да, в бат­а­льоне не нуж­но это­го дел­ать, – под­твер­д­ил Сут­у­лов. – Мы по­гов­ор­им на бол­ее вы­с­ок­ом ур­овне. Я пред­л­ожу ком­ан­д­и­ру пол­ка про­в­е­с­ти сов­еща­ние по ит­огам уче­ний, на кот­ор­ом по­гов­ор­ить о ро­ли ком­ан­д­и­ра в бою.
Сут­у­лов за­мол­ч­ал, и Кот­ов по­нял, что раз­гов­ор ок­он­ч­ен. Он вс­тал и спро­сил:
– Раз­ре­ши­те ид­ти?
– Да, по­жа­л­уй­ста, – кив­н­ул Сут­у­лов.
Сра­зу пос­ле раз­гов­о­ра с ка­пит­а­ном Кот­о­в­ым Сут­у­лов от­прав­ил­ся к ком­ан­д­и­ру пол­ка. Расс­ка­зал всё без ут­ай­ки. Чер­н­ышёв сра­зу под­д­ер­жал идею:
– Де­ло пред­ла­гае­те, – ска­зал он. – Пров­е­дём сов­еща­ние, но в об­щих черт­ах, поск­оль­ку пригла­сим вс­ех офи­цер­ов – и ком­ан­д­ир­ов, рот, и ком­ан­д­ир­ов вз­в­о­дов. Сов­еща­ние, а не суд над ком­б­ат­ом, – ут­оч­н­ил он. – Ну а с Ко­л­о­со­в­ым я сам се­рьёз­но по­гов­о­рю.
В тот же ве­чер, пер­ед ухо­дом до­мой, ког­да бы­ли зав­ер­ше­ны все хло­пот­н­ые дн­ев­н­ые де­ла, и нич­то уже не мог­ло от­ор­вать от важ­н­ого раз­гов­о­ра, Чёр­н­ышёв выз­вал к се­бе под­пол­к­ов­н­ика Ко­л­о­со­ва. Тот поя­вил­ся чер­ез чет­верть ча­са, от­к­рыл дв­ерь, пер­ес­ту­пил пор­ог, небр­еж­но ко­зыр­н­ул и спро­сил:
– Вы­зы­ва­ли?
Чер­н­ышёв ед­ва сдер­жал­ся, чтоб не вы­про­в­о­дить под­пол­к­ов­н­ика за дв­ерь и не за­став­ить его зай­ти сн­о­ва, что­бы до­л­ожить, как это по­ла­га­ет­ся. Не сдел­ал так лишь пот­ому, что предс­то­ял от­к­ров­ен­н­ый раз­гов­ор. Ко­л­о­сов, пол­у­чив за­ме­ча­ние, мог за­мк­н­уть­ся.
– Вы­зы­вал, – су­хо от­в­е­т­ил Чер­н­ышёв. – Са­д­и­т­есь, – кив­н­ул он на стул, не под­ни­ма­ясь как обыч­но из-за свое­го сто­ла, что­бы по­жать ру­ку.
За­тем он взял ра­порт и прот­я­нул Ко­л­о­со­ву с во­про­сом:
– Что вы мо­же­те до­бав­ить к на­пи­сан­н­ому ва­ми?
– Что я мо­гу до­бав­ить? – разв­ел ру­к­ами Ко­л­о­сов. – Толь­ко то, что уже пос­ле ос­тав­л­е­ния вы­с­оты ка­пит­ан Кот­ов сн­о­ва от­л­и­ч­ил­ся, – пос­л­ед­няя фра­за бы­ла про­из­н­е­се­на с ир­о­ни­ей. – Вы­про­сил у ме­ня ре­з­ерв и ис­поль­зо­в­ал его бесс­мыс­лен­но и неу­дач­но. По­ср­ед­н­ики сн­я­ли ре­з­ерв с уче­ний, как «унич­то­жен­н­ый».
– За­ч­ем же вы да­ли ему ре­з­ерв? – удив­л­ён­но спро­сил ком­ан­д­ир пол­ка.
– Обс­та­нов­ка сло­жил­ась… Я вам ска­жу, слож­н­ая обс­та­нов­оч­ка. Ре­шил я от­б­ить вы­с­оту, кот­орую ос­тав­и­ли по прик­а­зу ка­пит­а­на Кот­о­ва, а тут во фланг ат­а­к­ующим рот­ам – конт­р­ат­ака. Вот я и дал ре­з­ерв, что­бы её ос­та­нов­ить, но Кот­ов.., – ком­б­ат мах­н­ул ру­кой.
– Стран­н­ый у вас взгляд на ис­поль­зо­в­а­ние зам­по­ли­та в бою, – с ус­меш­кой про­гов­ор­ил Чер­н­ышёв.
– Да он сам… Раз­ве бы я пос­л­ал? Да что там, да­же гов­ор­ить обо вс­ём этом не хо­чет­ся. Я, знае­те, не при­вык жа­ло­в­ать­ся на под­ч­и­нён­н­ых и эту бу­ма­гу на­к­ат­ал толь­ко пот­ому, что вы по­т­ре­бо­в­а­ли объ­яс­н­е­ний по по­в­о­ду ос­тав­л­е­ния по­зи­ций на вы­с­о­те. Ну и на­пи­сал под гор­я­чую ру­ку.
– Те­перь от­к­а­зы­вае­тесь от сво­их слов?
– От прав­ды не от­к­ажешь­ся. Что бы­ло – то бы­ло. За­хо­т­е­лось зам­по­ли­ту пок­ом­ан­д­о­в­ать, вот и пок­ом­ан­д­о­в­ал… Сво­ей ви­ны я не от­ри­цаю, про­с­то как-то упу­ст­ил мо­мент.
– По­че­му же не от­ме­ни­ли рас­пор­яже­ние?
Ко­л­о­сов за­д­умал­ся: «Дей­стви­т­ель­но, по­че­му?»
– Так ведь он ме­ня да­же в из­в­ест­н­ость не пос­т­ав­ил… Я на­хо­дил­ся на ком­анд­но-наб­лю­да­тель­ном пунк­те, а он от­д­ал рас­пор­яже­ние по ра­д­ио из ком­ан­д­ир­с­кой ма­ши­ны. Я же на­пи­сал, что у ме­ня был свой, дей­ствен­н­ый план, вып­ол­н­е­ние кот­ор­ого спас­ло бы по­л­оже­ние.
– Ка­кой же план?
– Я хо­т­ел пе­ре­б­ро­сить часть сил с лев­ого флан­га и конт­р­ат­акой восс­та­нов­ить по­л­оже­ние.
– А успе­ли бы?
– Ко­неч­но. Я бы знае­те, как эту пе­реб­рос­ку ор­га­ни­з­о­в­ал? – ожив­ил­ся Ко­л­о­сов. – Взял бы два вз­в­о­да с цент­ра, а их бы сме­ни­ли лев­офлан­го­в­ые вз­в­о­ды. Тем бы и ускор­ил де­ло.
Чер­н­ышёв при­щур­ил­ся, ли­цо при­ня­ло со­сре­дот­о­чен­н­ое вы­ра­же­ние.
– В этом что-то есть – ска­зал он, как бы раз­мыш­ляя, и тут же на­пом­н­ил: – А ведь на центр райо­на обор­о­ны то­же бы­ла ат­ака.
– Поз­же мы бы успе­ли…
– Что успе­ли?
– Восс­та­нов­ить по­л­оже­ние на прав­ом флан­ге и пот­ом укре­пить центр, – поя­с­н­ил Ко­л­о­сов.
«Ну что ж, ло­гич­но, – по­ду­мал Чер­н­ышёв. – Од­н­ако, Сут­у­лов гов­ор­ил, что и Кот­ов прив­ёл вполне обос­н­о­в­ан­н­ые до­в­о­ды. Кто же из них прав – ком­б­ат или зам­по­лит? А мо­жет быть, оба пра­вы, но каж­д­ый со сво­ей точ­ки зре­ния? Тог­да по­зи­ция Кот­о­ва бол­ее зыб­ка, ведь он са­мов­оль­но при­нял, да­же не при­нял, а пер­е­х­ват­ил ком­ан­д­о­в­а­ние бат­а­льо­ном, не пос­т­ав­ив в из­в­ест­н­ость ком­б­ата. Са­мов­оль­но от­д­ал бое­вые рас­пор­яже­ние, кот­ор­ые шли враз­рез с прик­а­зом удер­жи­вать вы­с­оту во что бы то ни ста­ло».
– Ну что ж, то­в­ар­ищ под­пол­к­ов­н­ик, – ска­зал Чер­н­ышёв, мель­ком взг­ля­нув на ча­сы. – Спа­си­бо за объ­яс­н­е­ния. Но мы с ва­ми за­си­де­лись.
Ко­л­о­сов вс­тал.
Чер­н­ышёв от­вер­н­ул­ся к сей­фу, что­бы убрать как­ие-то бу­ма­ги. Ко­л­о­сов нем­н­ого по­дож­д­ал, за­тем, при­л­ожив ру­ку к го­л­ов­н­о­му убо­ру, спро­сил:
– Раз­ре­ши­те ид­ти?
И услы­шав су­хое «Иди­те», на­прав­ил­ся к дв­ери…
3.
Спус­тя не­де­лю, на ис­х­о­де осен­н­его дня, сос­тоя­л­ось сов­еща­ние. В прос­тор­ной и свет­лой ком­н­а­те, два ок­на кот­орой вы­хо­ди­ли на во­с­ток и два на юг, бы­ло теп­ло и уют­но. Чер­ез рас­пах­н­ут­ые форт­оч­ки до­но­сил­ся мягк­ий шел­ест лист­вы бер­ёз, про­ни­к­ал при­ят­н­ый, осве­жа­ю­щий сквоз­н­я­чок.
На сов­еща­ние бы­ли при­гла­ше­ны ком­ан­д­и­ры и на­ч­аль­ни­ки шта­б­ов бат­а­льо­нов, за­ме­с­ти­т­е­ли по по­лит­ч­а­сти. Офи­це­ры рас­с­е­лись вок­руг ящи­ка с пес­ком, уста­нов­л­ен­н­ого в цент­ре так­т­и­ч­ес­ко­го клас­са. Вс­ем бро­сил­ась в гла­за зар­а­нее соз­д­ан­н­ая так­т­и­ч­ес­кая обс­та­нов­ка.
«Вы­с­ота Кур­ган­н­ая» – про­чит­а­ли те, ко­му бы­ла нез­нак­ома эта мест­н­ость. И толь­ко тут мн­огие соо­бра­зи­ли, что пер­ед ни­ми рай­он обор­о­ны Ко­л­о­сов­с­к­ого бат­а­льо­на. Что же ка­са­ет­ся под­пол­к­ов­н­ика Ко­л­о­со­ва и ка­пит­а­на Кот­о­ва, то они уз­н­а­ли рай­он, не чит­ая над­пи­сей, и по­ня­ли, о чём пой­дёт речь на сов­еща­нии.
Под­пол­к­ов­н­ик Чер­н­ышёв во­шёл в класс уже знак­омым вс­ем стре­ми­т­ель­ным ша­гом. На­ч­аль­ник шта­ба пол­ка, кор­е­н­а­ст­ый под­пол­к­ов­н­ик, ском­ан­д­о­в­ал:
– То­в­ар­ищи офи­це­ры!
Как и по­л­оже­но по уста­ву, Чер­н­ышёв пов­т­ор­ил эту фра­зу, что соо­т­в­етс­тво­в­а­ло строе­вой ком­ан­де «воль­но», и, раз­ре­шив вс­ем сесть, сра­зу прис­т­упил к де­лу:
Объ­явив те­му сов­еща­ния, он ко­р­от­ко ос­та­нов­ил­ся на ана­л­и­зе бое­вых дей­ствий каж­д­ого бат­а­льо­на на уче­ни­ях, умол­ч­ав по­ка лишь о бат­а­льоне под­пол­к­ов­н­ика Ко­л­о­со­ва.
И, нак­о­нец, до­брал­ся до глав­н­ого:
– Нек­от­ор­ые на­ши офи­це­ры без долж­ной от­в­етс­твен­н­о­с­ти от­н­о­сят­ся к уче­ни­ям. Они, ви­ди­мо, счит­ают, мол, ес­ли гря­нет наст­оя­щий бой, тог­да по­смот­р­им, кто ко­го, а сей­час не всё от нас зав­и­сит. По­ср­ед­н­ики ре­ша­ют… за­б­ы­ва­ет­ся прос­тая ис­ти­на – войс­ка, кот­ор­ые по-наст­оя­ще­му учат­ся одер­жи­вать по­бе­ды в мир­н­ое вре­мя, одер­жат их и в во­ен­н­ое. Они бу­д­ут по­беж­д­ать со зн­а­ч­и­т­ель­но мень­ши­ми по­т­ер­ями, на­д­ёж­н­ее удер­жи­вать обор­о­ни­т­ель­ные ру­бе­жи, стре­ми­т­ель­нее наст­упать… Хо­чу ос­та­нов­ит­ь­ся на клас­с­и­ч­ес­ком при­ме­ре, при­ме­ре вс­ем из­в­ест­н­ом, прав­да, из­в­ест­но в об­щих черт­ах. Пом­н­и­те, что сдел­ал Сув­ор­ов пер­ед штур­мом Из­маи­ла? Он пос­т­ро­ил непо­дал­ёку от кре­по­с­ти ана­ло­гич­н­ые укреп­ле­ния и ор­га­ни­з­о­в­ал обу­че­ние воск. Для че­го? Мн­огим ка­жет­ся, что он учил ла­зить на сте­ны по штур­мо­в­ым лест­н­и­цам. Это не так, или не со­в­с­ем так… Вам из­в­ест­но со­от­н­оше­ние по­т­ерь? На дов­оль­ствие в Из­маи­ле на­к­а­нуне штур­ма сос­тоя­ло сор­ок две ты­ся­чи че­лов­ек. Кор­пус Сув­ор­о­вы был вд­вое мень­ше чис­лом. Толь­ко Сув­ор­ов мог ре­шит­ь­ся на та­кой штурм. Он, как из­в­ест­но, взял кре­пость. По­т­ери тур­ок сос­тав­л­я­ли трид­цать ты­сяч де­вять­сот че­лов­ек убит­ыми и де­вять ты­сяч плен­н­ыми!!! Сув­ор­ов по­т­ер­ял ты­ся­ча во­семь­сот пять­де­сят че­лов­ек убит­ыми и две ты­ся­чи чет­ыре­с­та че­лов­ек ра­не­ны­ми. Пор­а­зи­т­ель­ное со­от­н­оше­ние по­т­ерь. Бла­го­да­ря че­му? Ну, ра­зу­ме­ет­ся, в первую очер­едь, бла­го­да­ря ге­нию на­ше­го ве­лик­ого пол­к­о­в­од­ца и бес­при­мер­н­ому му­жест­ву русс­ко­го сол­д­ата. Сам Сув­ор­ов гов­ор­ил в от­в­ет на зая­в­л­е­ния о том, что ему про­с­то ве­з­ёт. «Ве­з­е­ние, ве­з­е­ние, а где-то и уме­ние!» Так вот, бое­вой учё­бе, уче­ни­ям он от­во­дил огром­н­ую роль. И пер­ед штур­мом Из­маи­ла учё­ба бы­ла про­с­то необ­хо­ди­ма. Имен­но бла­го­да­ря этой учё­бе бы­ла так­ое со­от­н­оше­ние по­т­ерь. Сув­ор­ов бл­ес­тя­ще от­ра­б­от­ал взаи­мо­дей­ствие. Ког­да штур­му­ю­щие ко­л­он­ны пош­ли на ва­лы кре­по­с­ти, еге­ря ве­ли при­цель­ный, пов­т­о­ряю при­цель­ный и чрез­вы­чай­но метк­ий огонь по за­щит­н­и­к­ам кре­по­с­ти, не позв­о­ляя им стре­л­ять в штур­мо­в­ав­ших кре­пость сол­д­ат.
Чер­н­ышёв улыб­н­ул­ся, за­мет­ив, как­ое ожив­л­е­ние прои­зв­ёл сре­ди офи­цер­ов его расс­каз. Пос­ле пау­зы про­дол­жил:
– И вот на дн­ях один из на­ших офи­цер­ов ска­зал мне, что по­ср­ед­н­ики, мол, за­став­и­ли отой­ти, а ина­че бы мы удер­жа­ли по­зи­ции. Да, стой­кость на­ших сол­д­ат пров­ер­е­на ве­к­ами, но име­ем ли мы пра­во расс­чит­ы­вать толь­ко на неё? Расс­чит­ы­вать, что эта стой­кость пе­рек­ро­ет на­ши ошиб­ки в ор­га­ни­за­ции боя, све­дёт на нет чис­лен­н­ое пре­вос­х­одс­тво про­тив­о­бор­ству­ю­щей стор­о­ны? Нет… Мы обя­за­ны так ор­га­ни­з­о­в­ать бой, что бы стой­кость бы­ла не в ос­н­ове по­бе­ды, что­бы в ос­н­ове по­бе­ды бы­ли на­ши ком­ан­д­ир­с­кие ре­ше­ния…. Упо­мя­нут­ый офи­цер гов­ор­ил, что ви­но­в­аты, мол, по­ср­ед­н­ики… Но по­ср­ед­н­ики свои ре­ше­ния бер­ут не с пот­ол­ка. Они стро­го и точ­но расс­чит­ы­ва­ют бое­вые воз­мож­н­о­с­ти воо­ру­же­ния, бое­вой тех­н­ики, ну и, ко­неч­но, прав­иль­ность при­ме­не­ния вс­ей бое­вой мо­щи. И ча­ще вс­его их ре­ше­ния не вы­зы­ва­ют ник­ак­их сом­н­е­ний. Ну а зая­в­л­е­ния о том, что быть наст­оя­щий бой, мы бы вы­стоя­ли, не­се­рьёз­ны… Ведь на уче­ни­ях прот­ив нас во­ю­ют так­ие же стой­кие русс­кие, сов­етс­кие вои­ны и так­ие же хор­ошо под­гот­ов­л­ен­н­ые офи­це­ры, как мы с ва­ми.
Чер­н­ышёв вн­овь прер­в­ал­ся. По­ра бы­ло пер­е­хо­дить к глав­н­ому. Он обес­пе­чил этот плав­н­ый пер­е­ход, он сдел­ал всё, что­бы как мож­но ме­нее бол­ез­н­ен­но вос­при­нял его сло­ва под­пол­к­ов­н­ик Ко­л­ос­с­ов, кот­ор­ый и так уже си­дел как на игол­к­ах, по­ни­мая, по ка­кой при­ч­ине это сов­еща­ния соб­ра­но.
– Возь­мём ми­нув­шие уче­ния. Раз­ве мог бат­а­льон Ко­л­о­со­ва до­бит­ь­ся успе­ха, ат­ак­уя чис­лен­но пре­вос­х­о­дя­ще­го «прот­ив­н­ика», оседл­ав­ше­го вы­с­оту? Ведь и воо­ру­же­ние у «прот­ив­н­ика» бы­ло на вы­с­о­те бол­ее мощ­н­ым, неже­ли у Ко­л­о­со­ва. В ре­аль­ном бою бат­а­льон мог пол­ечь во вре­мя ат­аки весь без ос­тат­ка.
– Я был увер­ен в успе­хе, – при­под­ни­ма­ясь, ска­зал Ко­л­о­сов.
Чер­н­ышёв стро­го по­смот­рел на него, за­ме­ча­ния дел­ать не стал, но и без за­ме­ча­ния, Ко­л­о­со­ву ста­ло не по се­бе.
– А вы, ка­пит­ан Кот­ов, – Чер­н­ышёв умыш­лен­но пер­ев­ёл все­об­щее вни­ма­ние на зам­по­ли­та, позв­о­ляя Ко­л­о­со­ву нем­н­ого оду­мать­ся и поо­с­тыть. – Вы да­ли бы в ре­аль­ном бою прик­аз отой­ти с за­ни­мае­мых по­зи­ций? От­в­етс­твен­н­ость за по­доб­н­ый прик­аз в ре­аль­ном бою очень ве­ли­ка!
– По­че­му же нет? – во­про­сов на во­прос от­в­е­т­ил Кот­ов, под­н­яв­шись со сту­ла, и под­ч­ёрк­н­уто вы­тя­нув­шись в струн­ку. – От­в­етс­твен­н­ость?! Да, я бы взял на се­бя так­ую от­в­етс­твен­н­ость, что­бы из­б­ежать раз­гро­ма бат­а­льо­на и пол­н­ого унич­то­же­ния лич­н­ого сос­та­ва. Ведь тог­да не­кем бы­ло бы ос­та­нов­ить наст­упа­ю­щих. А мы смог­ли укре­пит­ь­ся на сле­ду­ю­щем ру­бе­же…
– Ду­маю, что вы бы не смог­ли пос­ле боя док­а­зать, что ва­ше ре­ше­ние цел­е­с­оо­браз­но, – возр­а­зил Чер­н­ышёв. – Я проа­на­л­и­зир­о­в­ал обс­та­нов­ку… Нет, ни­к­то бы не при­нял ва­ших объ­яс­н­е­ний, поск­оль­ку ваш от­х­од ед­ва не превр­ат­ил­ся в бегс­тво… Ну а в Бое­в­ом уста­ве гов­ор­ит­ся, что убе­га­ю­ще­го с по­зи­ции вс­ег­да на­ст­ига­ет смерть. Кста­ти, знае­те, кто наст­оял, что­бы так­ая фра­за бы­ла вне­се­на в Бое­вой устав? Мар­шал Сов­етс­ко­го Сою­за Ва­си­л­ий Ива­нов­ич Чуй­ков, во­е­на­ч­аль­ник нео­б­ык­н­ов­ен­но храб­рый и жёст­к­ий. Та­кой во­е­на­ч­аль­ник, как Чуй­ков, мяг­ко гов­оря, не по­нял бы вас…
– Расс­тре­л­я­ли бы те­бя, Кот­ов, – ска­зал с лёг­кой ус­меш­кой кто-то из офи­цер­ов и сн­о­ва Чер­н­ышёв за­мет­ил нек­от­ор­ое ожив­л­е­ние.
– Так то вой­на.., – про­гов­ор­ил Кот­ов.
– Вот имен­но. Иног­да мы са­ми се­бе про­тив­ор­е­чим, – за­мет­ил под­пол­к­ов­н­ик Чер­н­ышёв. – Ес­ли вы апел­л­ир­уе­те к войне, ка­пит­ан Кот­ов, – то, тем бол­ее, непо­ня­тен ваш от­х­од. А стой­кость? Нет уж, да­вай­те ка на уче­ни­ях учит­ь­ся ком­ан­д­о­в­ать так, что­бы стро­гие рас­чё­ты по­ср­ед­н­и­к­ов бы­ли кри­т­ер­ием оцен­ки. Ну а ко­ли при­дёт­ся сой­тись с вра­гом в ре­аль­ном бою, там нам и стой­кость сол­д­ата по­мо­жет. Но эта стой­кость долж­на подк­реп­лять на­ши ра­зум­н­ые дей­ствия, а не испр­ав­л­ять на­ши ошиб­ки. Опыт Ве­ли­кой От­е­чес­твен­ной вой­ны для нас бес­це­нен… И бес­це­нен он, кро­ме вс­его про­че­го, тем, что да­ёт нам по­нять при раз­б­о­ре нек­от­ор­ых бое­вых опер­аций, что, увы, нер­ед­ко ком­ан­д­и­ры на­ши до­пус­ка­ли так­ие ошиб­ки, кот­ор­ые при­в­о­ди­ли к неоп­рав­д­ан­н­ым по­т­ер­ям. Про­с­ти­те за нек­от­ор­ый па­фос. Он оправ­д­ан… Нам Ро­ди­на дов­ер­яет жиз­ни сво­их сы­нов, сол­д­ат, серж­ант­ов, офи­цер­ов… Как­ое же мы име­ем пра­во что-то не­доу­чить, что-то пло­хо от­ра­б­от­ать, где-то неоп­рав­д­ан­но риск­н­уть? Мне вот тут не­дав­но один од­н­ок­аш­н­ик, по­бы­вав­ший в гор­я­чей точ­ке, расс­ка­зал. В ча­ст­ях и под­ра­з­де­л­е­ни­ях воз­душ­но-де­с­ант­н­ых войск за по­т­е­рю каж­д­ого сол­д­ата с ком­ан­д­и­ра три шк­у­ры сд­и­р­ают… У нас же в мот­ос­трел­к­о­в­ых и тан­к­о­в­ых войс­ках, ко­неч­но, то­же не жа­л­уют ком­ан­д­ир­ов, не спо­соб­н­ых бить вра­га не чис­лом, а уме­ньем, но всё же им не так дос­та­ёт­ся, как ком­ан­д­ир­ам-де­с­ант­н­и­к­ам, у кот­ор­ых каж­д­ая по­т­еря – чрез­вы­чай­ное прои­сшест­вие.
Кот­ов чувс­тво­в­ал, что ка­меш­ки в его огор­од, поск­оль­ку, ко­неч­но, при лю­б­ых ма­нёвр­ах под ог­нём «прот­ив­н­ика» по­т­ери бу­д­ут боль­ши­ми, неже­ли при от­р­аже­нии ат­ак из опор­н­ых пунк­т­ов. А вот как док­а­зать, что бат­а­льон мог быть унич­то­жен на вы­с­о­те, он не зн­ал… К то­му же бы­ла сит­уа­ция весь­ма и весь­ма щек­от­ли­вой. Он не под­ни­мал в рис­к­о­в­ан­н­ую ат­аку с це­лью за­х­ва­та, ска­жем, вы­год­н­ого ру­бе­жа, а, на­прот­ив, сдал вы­год­н­ый ру­беж.
Вос­поль­зо­в­ав­шись пау­зой и тем, что он, как бы пол­у­чил воз­мож­н­ость дис­кут­ир­о­в­ать с ком­ан­д­ир­ом пол­ка, ска­зал:
– По­ни­маю, что труд­но те­перь всё пров­ер­ить. Но я убеж­д­ён, что от­х­од был единс­твен­н­ым вы­хо­дом.
Чер­н­ышёв об­рат­ил вни­ма­ние, что Ко­л­о­сов зав­ол­н­о­в­ал­ся, за­ёр­зал на сту­ле. Ду­мал ли ком­б­ат, что раз­гор­ит­ся та­кой сыр-бор из-за его ра­пор­та. В ос­тр­ый мо­мент боя за вы­с­оту он лишь на как­ое-то вре­мя от­влёк­ся, раз­мыш­ляя как вый­ти из крит­и­ч­ес­ко­го по­л­оже­ния, и вд­руг ув­и­дел, что ро­ты по­спеш­но пок­и­да­ют опор­н­ые пунк­ты и от­х­о­дят на­зад. Он не­доу­ме­вал… Он не мог сра­зу соо­бра­зить, что прои­з­ош­ло. По­нят­но, что в ре­аль­ном бою слу­ча­ет­ся вс­як­ое. Сколь­ко из­в­ест­но при­мер­ов, ког­да ком­ан­д­и­ры лич­н­ым му­жес­т­вом возв­ра­ща­ли на по­зи­ции сол­д­ат, дух кот­ор­ых был над­л­ом­л­ен поя­в­л­е­ни­ем боль­шо­го ко­ли­ч­ес­тво тан­к­ов. Но на уче­ни­ях так­ого быть про­с­то не мог­ло. По­ка вы­хо­дил на связь, по­ка вы­зы­вал по ра­д­ио ком­ан­д­ир­ов рот, вре­мя бы­ло упу­ще­но – «прот­ив­н­ик» мг­нов­ен­но за­нял опор­н­ые пунк­ты, пок­и­нут­ые рот­ами. Ещё нек­от­ор­ое вре­мя по­н­а­д­о­би­л­ось на то, что­бы по­нять, кто от­д­ал прик­аз отой­ти. А ког­да уз­н­ал, что это сдел­ал зам­по­лит, по­спе­шил на­пи­сать ра­порт, во-пер­вых, что­бы сн­ять с се­бя от­в­етс­твен­н­ость за ос­тав­л­е­ние вы­с­оты, а, во-вт­ор­ых, что­бы прек­рат­ить, нак­о­нец, ча­стые вме­ша­тельст­ва зам­по­ли­та ка­пит­а­на Кот­о­ва в чи­с­то ком­ан­д­ир­с­кие де­ла.
Он толь­ко пот­ом вд­руг сра­зу осоз­н­ал, что не­важ­но, кто от­д­ал прик­аз – от­в­етс­твен­н­ость ле­жит толь­ко на од­н­ом че­лов­е­ке – на ком­ан­д­и­ре!!!
И вот те­перь сов­еща­ние… Не зн­ал Ко­л­о­сов, что его ра­порт стал лишь по­в­о­дом к столь се­рьёз­н­ому раз­гов­о­ру. Чер­н­ышёв дав­н­ень­ко по­ду­мы­вал о том, что по­ра бы по­бе­се­до­в­ать с офи­цер­ами не толь­ко об уче­ни­ях, но и во­об­ще о за­нят­иях по бое­вой под­гот­ов­ке.
А Ко­л­о­сов уже ру­гал се­бя за ра­порт. Он по­ни­мал, что этим ра­порт­ом он рас­пи­сал­ся в собс­твен­н­ом, ес­ли и не бес­с­и­л­ии, то во вс­як­ом слу­чае, в чём-то не очень хор­ошем.
Ре­шил, од­н­ако, со­прот­ив­л­ять­ся: «Нуж­но сто­ять на сво­ём! Как те­перь пров­е­р­ишь, что бы­ло прав­иль­нее – удер­жи­вать по­зи­ции или сме­нить их? Я то вып­ол­н­ял прик­аз обор­о­нять вы­с­оту, а Кот­ов дей­ство­в­ал во­пре­ки прик­а­зу».
Меж­ду тем, под­пол­к­ов­н­ик Чер­н­ышёв про­дол­жал:
– Се­год­ня у нас есть вре­мя на ана­л­из дей­ство­в­ать. А в ре­аль­ной обс­та­нов­ке та­кой воз­мож­н­о­с­ти мо­жет и не быть. Ка­пит­ан Кот­ов счит­ает, что не от­д­ай он рас­пор­яже­ние, всё бы ок­он­ч­и­л­ось ги­б­е­лью бат­а­льо­на и сда­ч­ей вы­с­оты. Ну а пос­л­ед­ствия? Ги­б­ель бат­а­льо­на от­ра­зил­ась бы на успе­хе дей­ствий пол­ка, ну и так дал­ее… То есть с вы­с­оты Кур­ган­ной на­ч­ал­ась бы се­ри я неу­дач… Но и ос­тав­л­е­ние вы­с­оты прив­е­ло к то­му же поч­ти ре­зуль­та­ту. Но ведь вы, ка­пит­ан Кот­ов, не зн­а­ли, как­ая роль от­во­дил­ась бат­а­льо­ну… Вспом­н­и­те клас­с­и­ч­ес­кие при­ме­ры. Да вот хо­тя бы возь­ми­те ки­но­фильм «Бат­а­льо­ны про­сят ог­ня». Тот эпиз­од, прав­да, в бол­ее мягк­ом ви­де пер­е­не­сён в ки­ноэ­по­пею «Осво­бож­д­е­ние». По­ла­гаю, что все его по­нят…
Прол­е­тел шу­мок, как бы подт­верж­д­аю­щий, что дей­стви­т­ель­но, каж­д­ому па­мя­тен тот эпиз­од и па­мя­тен он осо­бен­но пот­ому, что все соб­рав­шие­ся в за­ле осоз­на­ва­ли свою незр­имую со­при­ч­аст­н­ость с гер­оя­ми ки­но­филь­мов. Ведь там дей­ство­в­а­ли ком­ан­д­и­ры стрел­к­о­в­ых под­ра­з­де­л­е­ний и ча­с­тей. Тех под­ра­з­де­л­е­ний и ча­с­тей, кот­ор­ые те­перь ста­ли мот­ос­трел­к­о­в­ыми…
– Предс­тавь­те се­бе, – про­дол­жал Чер­н­ышёв, – что зам­по­лит бат­а­льо­на, за­х­ват­ив­ше­го плац­д­арм, взял да прик­а­зал отой­ти на­зад, за «вы­год­н­ый ру­беж» ре­ки!!! Отой­ти, что­бы спа­сти бат­а­льон…
– Там что-то зам­по­лит­ами и не пах­ло, – с ус­меш­кой ска­зал Ко­л­о­сов.
– Ду­мае­те, там не бы­ло по­лит­ра­б­от­н­и­к­ов? Ещё как бы­ли… – стал за­щи­щать честь мун­д­и­ра Кот­ов. – Я вам мо­гу на­пом­н­ить дру­гой фильм – «Бит­ва за Моск­ву. И эпиз­од, ког­да ко­мис­с­ар По­пель взял на се­бя ком­ан­д­о­в­а­ние, вып­ол­н­ил прик­аз и до­бил­ся по­бе­ды!!! Это же всё взя­то из жиз­ни, взя­то из ис­тор­ии вой­ны… А сколь­ко так­их при­мер­ов!..
Зам­по­лит пол­ка Сут­у­лов по­нял, что наст­упил тот де­ли­к­ат­н­ый мо­мент, ког­да нуж­но ему вме­шать­ся. До это­го он си­дел мол­ча, вни­ма­тель­но наб­лю­дая за хо­дом сов­еща­ния:
– Да, бе­зус­лов­но, по­лит­ра­б­от­н­ики участ­во­в­а­ли во вс­ех са­мых же­с­т­ок­их бо­ях и участ­во­в­а­ли с ве­ли­ч­ай­шей от­ва­гой. Про­с­то в эпиз­о­де, по­с­вя­щён­ной бо­ям на плац­д­ар­ме, нуж­но бы­ло пок­а­зать, в первую очер­едь, дей­ствия ком­ан­д­ир­ов в столь слож­ной обс­та­нов­ке… Пок­а­зать сур­ов­ость вой­ны, сур­ов­ую необ­хо­д­имость вот так­их ре­ше­ний ком­ан­д­о­в­а­ния.
– Вот имен­но… Дей­ствия ком­ан­д­ир­ов без вме­ша­тельст­ва по­лит­ра­б­от­н­и­к­ов.
Ка­пит­ан Кот­ов ре­шил уве­с­ти раз­гов­ор от щек­от­лив­ого для него мо­мен­та и сн­о­ва ска­зал:
– При­ни­мая ре­ше­ние вы­ве­с­ти из-под уда­ра ро­ты, я ду­мал о том, что­бы со­х­ра­нить си­лы и ос­та­нов­ить «прот­ив­н­ика» на вы­год­н­ом ру­бе­же…
– А ес­ли у ком­ан­д­и­ра пол­ка бы­ло своё мн­е­ние на сей счёт? Быть мо­жет, ему бы­ло необ­хо­д­имо, что­бы бат­а­льон ско­в­ал дей­ствия наст­упа­ю­щих? – спро­сил Чер­н­ышёв. – Кста­ти, в ок­рест­н­о­с­тях нет бол­ее вы­год­н­ого ру­бе­жа, не­де­ли гос­под­ству­ю­щая вы­с­ота.
Ка­за­лось, ка­пит­ан Кот­ов рас­тер­ял­ся. Что от­ве­чать? Как он мог док­а­зать, что ре­ше­ние на от­х­од в той обс­та­нов­ке бы­ло наи­б­ол­ее прав­иль­ным, а по­пыт­ка ком­ан­д­и­ра бат­а­льо­на вер­н­уть вы­с­оту – нет? Это­го Кот­ов док­а­зать не мог. Да и как мож­но осуж­д­ать ком­б­ата за то, что он стре­мил­ся восс­та­нов­ить по­л­оже­ние?
Ко­л­о­сов пер­ешёл в наст­уп­ле­ние прот­ив Кот­о­ва:
– Что же это пол­у­ча­ет­ся, то­в­ар­ищ ка­пит­ан? Са­мов­оль­но от­д­аё­те рас­пор­яже­ния от име­ни ком­ан­д­и­ра бат­а­льо­на, а неу­да­чи все ком­б­ату и при­пи­сы­вае­те?!
По ком­н­а­те прол­е­тел шу­мок.
– Я вам ни­ч­его не при­пи­сы­ваю, – возр­а­зил Кот­ов. – Хо­чу лишь ска­зать од­но: ком­ан­д­ир обя­зан ком­ан­д­о­в­ать под­ра­з­де­л­е­ни­ем непр­ер­ыв­но, а ес­ли он тер­яет­ся в обс­та­нов­ке…
– Ну, это уж слишк­ом! – воск­лик­н­ул Ко­л­о­сов, гля­дя на ком­ан­д­и­ра пол­ка и как бы при­зы­вая его се­бе на по­мощь. – Так­ое обв­и­не­ние в мой ад­р­ес! Да ме­ня здесь каж­д­ый зна­ет, то­в­ар­ищ ка­пит­ан, каж­д­ый. Сколь­ко уче­ний у ме­ня за пле­ча­ми! Ког­да же это я тер­ял­ся в слож­ной обс­та­нов­ке? Пусть лю­бой ска­жет, ес­ли так­ое бы­ло…
Все мол­ч­а­ли.
– То-то же, – прим­ир­и­т­ель­но ска­зал Ко­л­о­сов и уже мяг­че об­рат­ил­ся к Кот­ову: – Я про­щаю вам ва­шу дерз­ость лишь пот­ому что ве­рю – вы ис­кренне хо­т­е­ли сдел­ать как луч­ше. Но од­н­ого жел­а­ния ма­ло. Ну­жен опыт, нуж­ны на­вы­ки в ком­ан­д­о­в­а­нии. У вас же, увы, их нет. Да взять хо­тя бы фок­ус с ре­з­ерв­ом. Вы же попр­о­си­ли ре­з­ерв для то­го, что­бы от­б­ить конт­р­ат­аку «прот­ив­н­ика». Я не сни­маю с се­бя ви­ны за то, что дал вам этот ре­з­ерв. В ре­аль­ном бою вы бы по­л­ожи­ли на ме­с­те всё под­ра­з­де­л­е­ние до еди­но­го сол­д­ата. А ошиб­ка на­ми бы­ла до­пу­ще­на рань­ше. Нель­зя бы­ло ос­тав­л­ять вы­с­оту, ник­ак нель­зя!
Пос­ле сов­еща­ния под­пол­к­ов­н­ик Ко­л­о­сов стар­ал­ся из­б­егать вс­треч с зам­по­лит­ом и се­рьёз­н­ых раз­гов­ор­ов с ним. Но это прак­т­и­ч­ес­ки нев­озмож­но, поск­оль­ку слишк­ом мн­ого по­в­с­е­дн­ев­н­ых за­д­ач, кот­ор­ые необ­хо­д­имо ре­шать вме­с­те. И уже на сле­ду­ю­щий день зам­по­лит при­шёл в ка­б­и­нет ком­ан­д­и­ра бат­а­льо­на по важ­н­ому де­лу.
– Раз­ре­ши­те, то­в­ар­ищ под­пол­к­ов­н­ик?
– За­хо­ди­те, ка­пит­ан, – су­хо ска­зал Ко­л­о­сов.
Кот­ов шаг­нул к сто­лу и по­л­ожил пер­ед ком­б­ат­ом таб­л­и­цу со све­де­ния­ми по дис­цип­ли­нар­ной прак­т­и­ке за тек­ущий ме­сяц.
Ко­л­о­сов бро­сил взгляд на раз­дел «взыс­ка­ния» и ужас­н­ул­ся:
– Мн­ого­в­ато…
– В таб­л­ице всё да­но без прик­рас, – спо­кой­но ска­зал Кот­ов.
– На­до сбро­сить де­сят­ок, осо­бен­но се­рьёз­н­ых…
– Это ещё за­ч­ем?
– Вы хот­и­те, что­бы нас сн­о­ва ск­ло­ня­ли на каж­д­ом сов­еща­нии? – спро­сил Ко­л­о­сов. – Пол­у­ча­ет­ся рост нар­уш­е­ний дис­цип­ли­ны, а необ­хо­д­имо сдел­ать так, что б бы­ло сн­иже­ние. Неу­же­ли непо­нят­но? До ва­ше­го при­б­ытия в бат­а­льоне и де­сят­ка взыс­ка­ний за ме­сяц не на­б­ир­а­лось, а те­перь….
– Неу­же­ли со­в­с­ем ник­ого не нак­а­зы­ва­ли? – усом­н­ил­ся Кот­ов.
– Да что вы, не по­ни­мае­те что ли? Нак­а­зы­ва­ли, но не все нак­а­за­ния за­пи­сы­ва­ли в слу­жеб­н­ые карт­оч­ки… На­до знать, что мож­но, а что не сто­ит вк­лю­ч­ать в свод­ку.
– Изв­и­ни­те, то­в­ар­ищ под­пол­к­ов­н­ик, я счит­аю, что за­пи­сы­вать в карт­оч­ки нуж­но все взыс­ка­ния и все вк­лю­ч­ать в свод­ку. Всё вк­лю­ч­ать в свод­ку, – зам­по­лит сдел­ал удар­е­ние на пос­л­ед­н­ей фра­зе и поя­с­н­ил: – Тог­да и сн­иже­ние ко­ли­ч­ест­ва нар­уш­е­ний дис­цип­ли­ны бу­дет ре­аль­ным.
Ко­л­о­сов по­жал пле­ча­ми, взял авт­оруч­ку из пись­мен­н­ого при­б­о­ра, сто­яв­ше­го на сто­ле, и ска­зал прим­ир­и­т­ель­но:
– Я, ко­неч­но, под­пи­шу. Толь­ко смот­р­и­те, вам же ху­же. Мне, знае­те, не­дол­го слу­жить ос­та­лось, а у вас ка­рье­ра толь­ко на­ч­и­на­ет­ся. Не за­си­де­лись бы в зам­по­лит­ах бат­а­льо­на.
Кот­ов не стал под­д­ер­жи­вать дис­кус­с­ию по это­му по­в­о­ду, взял таб­л­и­цу, и попр­о­сив раз­ре­ше­ния, вы­шел из ка­б­и­нета.
Ко­л­о­сов дол­го си­дел в преж­н­ем по­л­оже­нии, гля­дя в од­ну точ­ку. Мн­ого он ви­дел на сво­ём жиз­н­ен­н­ом пу­ти гор­я­чих мо­л­о­дых офи­цер­ов, кот­ор­ые пы­та­л­ись пе­рек­ро­ить по-свое­му усто­яв­шие­ся пор­яд­ки в под­ра­з­де­л­е­нии, слом­ать стар­ые тра­д­иции. Да что там ви­дел – сам ког­да-то был так­им, но пот­ом над­л­оми­л­ось в нём что-то.
Он зн­ал, по­че­му прои­з­ошёл этот над­л­ом. Не каж­д­ый че­лов­ек мо­жет си­деть на од­н­ом и том же ме­с­те, на од­ной и той же долж­н­о­с­ти и дол­гое вре­мя из го­да в год вып­ол­н­ять од­ни и те же обя­зан­н­о­с­ти, не имея ни перс­пект­ив, ни сти­му­лов.
Вз­в­о­дом Ко­л­о­сов ком­ан­д­о­в­ал неп­л­о­хо, а ког­да поя­вил­ась перс­пект­и­ва стать рот­н­ым, ра­б­от­ал так, что и те­перь ещё удив­л­яет­ся, вспо­ми­ная тот пер­иод. С ро­той справ­л­ял­ся успеш­но, а пот­ому без осо­бой за­д­ерж­ки и на­ч­аль­ник­ом шта­ба бат­а­льо­на стал. Приш­ло вре­мя, и ком­ан­д­ир­ом бат­а­льо­на на­зн­а­ч­и­ли.
А пот­ом бы­ли эк­з­аме­ны в ак­а­д­емию. И на­до же… Ник­ог­да преж­де, как те­перь ка­жет­ся, прис­т­ра­стия к вы­пив­ке не имел, а стои­ло за рюм­ку взять­ся, как по­пал в непри­гляд­н­ую ис­тор­ию.
В то вре­мя, ког­да прои­з­ошёл срыв, полк­ом ком­ан­д­о­в­ал офи­цер стро­гий, сур­о­в­ый, бес­ком­про­мисс­н­ый. Вс­ыпал он Ко­л­о­со­ву по перв­ое чис­ло, а ведь до то­го слу­чая не бы­ло взыс­ка­ний в слу­жеб­ной карт­оч­ке. Пот­ом по­сы­па­л­ись… Дор­оги к вы­дви­же­нию ок­а­за­л­ись зак­ры­ты­ми, во­прос с ак­а­д­еми­ей от­л­ожи­ли, ну и слов­но подм­е­ни­ли с тех пор Ко­л­о­со­ва. Вн­ешне ка­за­лось, что он как преж­де к служ­бе от­н­о­сит­ся, но на са­мом де­ле стал он сов­ер­шен­но безр­аз­л­и­ч­ен к ней. Прик­и­нул, сколь­ко ещё ос­та­лось до пен­с­ии, и ре­шил по­т­ер­петь. Вот и тер­пел нес­коль­ко лет.
С преж­н­им ком­ан­д­ир­ом, нес­мот­ря на его сур­ов­ость, лег­че бы­ло, поск­оль­ку тот про­с­то-на­п­ро­с­то мах­н­ул ру­кой на ком­б­ата, не су­мев его пос­т­ав­ить на ме­с­то. А вот Чер­н­ышёв не по­же­л­ал мир­ит­ь­ся с рав­н­о­душ­ием, пы­тал­ся вс­трях­н­уть, за­ин­т­ер­е­с­о­в­ать… Нав­ер­н­ое, и ему дав­но уже ста­ло по­нят­но, что вы­дви­гать Ко­л­о­со­ва позд­н­о­в­ато. И всё же он не да­вал пок­оя… А тут ещё но­в­ый мо­л­о­дой зам­по­лит в бат­а­льон при­б­ыл.
Устал Ко­л­о­сов от служ­бы, вер­н­ее, от её од­н­оо­бра­зия устал. А что дел­ать? Дос­лу­жить необ­хо­д­имо. Как без пен­с­ии-то обой­тись, ес­ли ни­ч­его в жиз­ни боль­шее не уме­ешь. Есть так­ая шут­ка. Спра­ши­ва­ют у офи­це­ра, ув­о­лив­ше­го­ся в за­пас и жел­аю­ще­го пос­т­упить на ра­б­оту: «Что умее­те дел­ать?» От­в­ет: «Умею ко­пать». «А ещё что?» «Умею не ко­пать!»
Ув­оль­не­ние в за­пас Ко­л­о­со­ву то­же не ка­за­лось уж так­им зав­ет­н­ым де­лом Там всё но­во и нез­нак­омо. Ин­т­ер­е­с­о­в­ал­ся у тех, кто уже пер­ес­ту­пил этот ру­беж. Ред­ко кто без де­ла ос­та­вал­ся, все ку­да-то устраи­ва­л­ись, что-т о ис­ка­ли.
От непр­ият­н­ых мысл­ей от­ор­вал тел­е­фон­н­ый зво­нок. За­ме­с­ти­т­ель на­ч­аль­ни­ка шта­ба пол­ка ин­т­ер­е­с­о­в­ал­ся, гот­ов ли план пров­е­де­ния так­т­и­ч­ес­ких за­нят­ий на сле­ду­ю­щий ме­сяц.
– Ко­неч­но, гот­ов, – пок­рив­ил ду­шой Ко­л­о­сов и, по­л­ожив труб­ку, рас­крыл жур­н­ал бое­вой под­гот­ов­ки.
«Наст­уп­ле­ние на обор­о­ня­ю­ще­го­ся прот­ив­н­ика с хо­ду с фор­с­ир­о­в­а­ни­ем вод­ной пре­гра­ды», – про­чит­ал он наз­ва­ние те­мы.
«Вот ещё… Фор­с­ир­о­в­а­ние, – по­ду­мал Ко­л­о­сов. – Как-то прой­дёт оно?»
Трев­ож­но ста­ло на ду­ше.
Свою служ­бу Ко­л­о­сов на­ч­и­нал, ког­да не бы­ло ещё в войс­ках дос­тат­оч­н­ого ко­ли­ч­ест­ва пла­ва­ю­щей тех­н­ики. Он на­ч­и­нал на бро­нетр­анс­пор­т­ёр­ах БРТ-152, и лишь позд­н­ее ста­ли пос­т­упать БТР-60п, то есть пла­ва­ю­щие. Ну а ког­да поя­ви­л­ись бое­вые ма­ши­ны пе­хо­ты, он на нек­от­ор­ое вре­мя и во­в­се рас­тер­ял­ся, поск­оль­ку к изу­че­нию бое­вой тех­н­ики ник­ог­да прис­т­ра­стия не имел. А тут – це­л­ая сис­те­ма. Преж­де ком­ан­д­ир вз­в­о­да ста­нов­ил­ся при вы­дви­же­нии на вы­шес­т­оя­щую долж­н­ость ком­ан­д­ир­ом ро­ты. Те­перь он дол­жен был прой­ти долж­н­ость за­ме­с­ти­т­е­ля ком­ан­д­и­ра ро­ты по тех­н­и­ч­ес­кой ча­сти. Поя­вил­ась в и бат­а­льо­н­ах, осн­ащён­н­ых БМП, за­ме­с­ти­т­е­ли ком­ан­д­и­ра по тех­н­и­ч­ес­кой ча­сти.
К но­вой тех­н­и­ке Ко­л­о­сов при­вы­кал труд­но, точ­н­ее да­же не к са­мой тех­н­и­ке, а из­ме­нив­шей­ся так­т­и­ке дей­ствий в свя­зи с поя­в­л­е­ни­ем но­вой бое­вой тех­н­ики.
А тут ещё до­бав­и­л­ись вс­як­ие, на взгляд Ко­л­о­со­ва, рис­к­о­в­ан­н­ые за­нят­ия, как, к при­ме­ру, вож­д­е­ние бое­вых ма­шин на пла­ву. Дос­тав­л­я­ли вол­н­е­ния и уче­ния, на кот­ор­ых при­х­о­ди­л­ось фор­с­ир­о­в­ать вод­н­ые пре­гра­ды уже без пер­еправ­оч­но-де­с­ант­н­ых средств.
Опа­се­ния, «как бы че­го не выш­ло», твёр­до ук­ор­е­ни­л­ись в нём, хо­тя и по­ни­мал, что уче­ния без рис­ка не бы­ва­ют, про­с­то риск этот каж­д­ый ком­ан­д­ир обя­зан сво­дить до са­мо­го ми­ни­маль­но­го.
Ро­ты на­хо­ди­л­ись на пол­е­вых за­нят­иях, но в ка­зар­ме по­че­му-то слы­ша­л­ись го­л­о­са. Шум ме­шал со­сре­дот­о­чит­ь­ся, раздр­ажал. Ко­л­о­сов от­к­рыл дв­ерь и выг­л­я­нул в кор­и­дор.
Дн­е­валь­ный за­мер у тум­б­оч­ки, при­л­ожив ру­ку к го­л­ов­н­о­му убо­ру, ос­та­нов­и­л­ись в рас­тер­ян­н­о­с­ти сол­д­аты, та­щив­шие ка­кой-то стенд.
– Чем за­ни­мае­тесь? – спро­сил ком­б­ат.
– Ле­нинс­кую ком­н­ату обо­ру­д­уем, – от­в­е­т­ил кор­е­н­а­ст­ый еф­ре­йтор, как вид­но, стар­ший в груп­пе.
– По­че­му вы не на за­нят­иях?
Еф­ре­йтор удив­л­ён­но вс­ки­нул бро­ви.
– Кто вас осво­бо­дил от за­нят­ий? – уже бол­ее сур­ово спро­сил е него Ко­л­о­сов.
– Ком­ан­д­ир ро­ты… С раз­ре­ше­ния ка­пит­а­на Кот­о­ва.
– Вот как?! – с ед­ва за­мет­ной ус­меш­кой про­гов­ор­ил Ко­л­о­сов. – Иди­те, – раз­ре­шил он сол­д­ат­ам, а сам про­шёл по кор­и­до­ру и толк­н­ул дв­ерь в ка­б­и­нет зам­по­ли­та.
В ка­б­и­не­те бы­ло люд­но. Два сол­д­ата что-то стар­а­тель­но клеи­ли. Один умел­ец что-то черт­ил, ск­ло­нив­шись над ли­с­том бу­ма­ги.
– Где ка­пит­ан Кот­ов? – спро­сил Ко­л­о­сов.
– В штаб пол­ка по­шёл, – со­об­щил один из сол­д­ат, да­же не обер­н­ув­шись на го­л­ос.
– По­че­му не прив­ет­ствуе­те стар­ших? – рез­ко и гроз­но спро­сил Ко­л­о­сов.
Все сра­зу прек­рат­и­ли ра­б­оту и, пов­ер­н­ув­шись ли­цом к ком­б­ату, вы­тя­ну­лись.
– Чем за­ни­мае­тесь?
– Гот­ов­им на­гляд­н­ую агит­ацию, – поя­с­н­ил один из сол­д­ат.
– Ра­б­оту прек­рат­ить. Вс­ем на за­нят­ия, – сдер­жи­вая гнев, прик­а­зал ком­б­ат и сур­ово ог­ля­дел сол­д­ат.
Ка­б­и­нет мг­нов­ен­но опу­с­тел.
Ко­л­о­сов по­доз­вал к се­бе де­жур­н­ого по ро­те и рас­пор­я­дил­ся:
– Пер­е­дай­те… Ком­ан­д­ир­ам и зам­по­лит­ам рот сра­зу пос­ле за­нят­ий при­б­ыть ко мне в ка­б­и­нет.
Ко­л­о­сов ед­ва дож­д­ал­ся ок­он­ч­а­ния за­нят­ий, гнев пе­ре­пол­н­ял его. Ког­да выз­ван­н­ые им офи­це­ры при­б­ы­ли в ка­б­и­нет, за­став­ил се­бя успок­оит­ь­ся, но за­гов­ор­ил сур­о­в­ым то­ном:
– В чём де­ло, то­в­ар­ищи? Кто раз­ре­шил сры­вать за­нят­ия по бое­вой под­гот­ов­ке? Мне до­л­ожи­ли, что се­год­ня ос­тав­л­е­ны в под­ра­з­де­л­е­ни­ях вс­як­ие там ху­дож­н­ики и про­чие умель­цы… Они что не сол­д­аты что ли? Им не нуж­но за­ни­мать­ся?
– Я вам пот­ом всё объ­яс­ню, – крас­н­ея, ска­зал Кот­ов, то­же при­б­ыв­ший в ка­б­и­нет.
– Ник­ак­их пот­ом! Я спра­ши­ваю вас, то­в­ар­ищи ком­ан­д­и­ры рот, кто раз­ре­шил осво­бо­дить сол­д­ат от за­нят­ий?
–Я! – твёр­до зая­вил Кот­ов, при­ни­мая по­л­оже­ние «смир­но» и нерв­но попр­ав­ляя порт­упею. – До пров­ер­ки – счит­ан­н­ые дни. А вы по­смот­р­и­те, как­ие у нас стен­ды на­гляд­ной агит­ации!? А как обо­ру­до­в­а­ны Ле­нинс­кие ком­н­аты?! Ма­тер­иа­лы на стен­д­ах дав­но устар­е­ли. Мож­но вс­трет­ить фот­огра­фии сол­д­ат, дав­но уже от­с­лу­жив­ших и ув­о­лив­ших­ся вы за­пас. Не­дав­н­ие по­лит­и­ч­ес­кие со­бы­тия в стране и во­в­се не от­р­аже­ны!
– Нуж­но бы­ло за­ни­мать­ся этим в те­че­ние ми­нув­ших ме­ся­цев, при­влек­ая сол­д­ат к оформ­л­е­нию не во вре­мя за­нят­ий, а, ска­жем, в ча­сы по­лит­ико-вос­пит­а­тель­ной ра­б­оты, – ска­зал ком­б­ат. – В рас­пор­яд­ке пре­дус­мот­ре­но вре­мя на так­ую ра­б­оту, вот и ис­поль­зуй­те его. Кто вам дал пра­во от­р­ы­вать лю­дей от бое­вой под­гот­ов­ки?
– Вы же са­ми знае­те, что в бат­а­льоне я не­дав­но – по­пы­тал­ся най­ти оправ­д­а­ния Кот­ов.
– Раз­гов­ор ок­он­ч­ен! – от­р­е­зал ком­б­ат. – От­р­ы­вать сол­д­ат от за­нят­ий ка­те­гор­и­ч­ес­ки за­пре­щаю. Кста­ти, – он при­щур­ил­ся. – Вам, вер­оят­но, из­в­ест­но, как от­н­о­сит­ся к от­р­ыву лич­н­ого сос­та­ва от за­нят­ий ком­ан­д­ир пол­ка?
– Но ког­да же за­ни­мать­ся оформ­л­е­ни­ем на­гляд­ной агит­ации? – за­д­ал во­прос Кот­ов.
– Ка­жет­ся, я ска­зал, ког­да…
– Но в это вре­мя необ­хо­д­имо за­ни­мать­ся по­лит­ико-вос­пит­а­тель­ны­ми мер­оприя­т­ия­ми, – не сда­вал­ся Кот­ов. – Да и слишк­ом ма­ло это­го вре­ме­ни, вс­его один час в день…
– А в ча­сы бое­вой под­гот­ов­ки на­до за­ни­мать­ся бое­вой под­гот­ов­кой. И вре­ме­ни то­же не так мн­ого. Нау­чить же сол­д­ат и серж­ант­ов нуж­но очень мн­ого­му то­му, что необ­хо­д­имо на войне, – возр­а­зил ком­б­ат. – Так что ис­поль­зуй­те ча­сы, вы­дел­ан­н­ые вам в рас­пор­яд­ке дня. Ес­ли ма­ло, мо­же­те за­нять лич­н­ое вре­мя. В кон­це кон­цов, тех, кто хор­ошо пот­ру­дит­ся и на за­нят­иях и на оформ­л­е­нии той же Ле­нинс­кой ком­н­аты, мож­но по­ощр­ить, да­же от­пуск пре­дос­тав­ить…
Кот­ов про­мол­ч­ал, да и что он мог ска­зать?
Ком­б­ат и ска­зал:
– Все сво­бод­ны…
За­мет­ив, что Кот­ов ухо­дить не со­бир­ает­ся, Ко­л­о­сов вс­тал из-за сто­ла и пов­т­ор­ил:
– Все сво­бод­ны!
А нау­т­ро на стол ком­ан­д­и­ра пол­ка лёг ра­порт сле­ду­ю­ще­го со­держ­а­ния:
«…За­ме­с­ти­т­ель ком­ан­д­и­ра бат­а­льо­на по по­лит­и­ч­ес­кой ча­сти ка­пит­ан Кот­ов са­мов­оль­но, без раз­ре­ше­ния ком­ан­д­и­ра бат­а­льо­на в те­че­ние про­дол­жи­т­ель­но­го вре­ме­ни сни­мал с за­нят­ий по бое­вой под­гот­ов­ке по пять-семь че­лов­ек в каж­дой ро­те еже­дн­ев­но. Он ис­поль­зо­в­ал их на ра­б­от­ах по оформ­л­е­нию стен­д­ом на­гляд­ной агит­ации…»
4.
Ра­порт прои­зв­ёл на ком­ан­д­и­ра пол­ка непр­ият­н­ое впе­чат­л­е­ние. Его при­нёс по­мощ­н­ик на­ч­аль­ни­ка шта­ба пол­ка по строе­вой ча­сти вме­с­те с дру­ги­ми до­к­умент­ами. Про­чит­ав и под­пи­сав их, ком­ан­д­ир пол­ка взял ра­порт и сер­д­ито ска­зал:
– Сколь­ко же мож­но пре­ду­преж­д­ать, что на за­нят­иях долж­ны быть все до еди­но­го сол­д­ата. Под­гот­ов­ь­те прик­аз о нак­а­за­нии ка­пит­а­на Кот­о­ва.
И в этот мо­мент дв­ерь в ка­б­и­нет от­вор­ил­ась.
– Ко­го это вы ре­ши­ли нак­а­зать, Ев­ге­ний Ва­си­льев­ич? – с эти­ми сло­в­ами в ка­б­и­нет во­шёл ком­ан­д­ир ди­в­и­зии.
Чер­н­ышёв под­н­ял­ся со сту­ла, ли­цо вы­тя­ну­лось в не­доу­ме­нии.
– Здрав­ия жел­аю, то­в­ар­ищ ге­нер­ал-май­ор – бой­ко вы­па­л­ил он – и ти­хо, что­бы не слы­шал ком­д­ив, шеп­н­ул по­мощ­н­ику на­ч­аль­ни­ка шта­ба. – Раз­б­ер­и­т­есь, по­че­му мне не до­л­ожи­ли о при­б­ытии ком­д­и­ва. Кто де­жур­ит по КПП, по­че­му не по­дал ком­ан­ду дн­е­валь­ный?
Но ге­нер­ал услы­шал и ска­зал:
– Дн­е­валь­но­го не нак­а­зы­вай­те. Это я прик­а­зал не по­да­вать ком­ан­ды. Ну а что ка­са­ет­ся КПП… Не тру­ди­т­есь, Ев­ге­ний Ва­си­льев­ич, я про­шёл к вам с терр­ит­ор­ии со­сед­н­его пол­ка – он хит­ро­в­ато при­щур­ил­ся. – Вы, вер­но, не знае­те, как это мод­но сдел­ать не­за­мет­но?
Но Чер­н­ышёв зн­ал и сей­час ру­гал се­бя, что не успел сдел­ать очев­ид­н­ое. В за­б­о­ре дав­но уже бы­ла боль­шу­щая ды­ра, чер­ез кот­орую час­тень­ко хо­ди­ли офи­це­ры на служ­бу, что­бы не дел­ать крюк. Чер­н­ышёв дав­но хо­т­ел прик­а­зать за­д­ел­ать ды­ру, да как-то рук не до­хо­ди­ло.
Ком­ан­д­ир ди­в­и­зии на­прав­ил­ся к ок­ну. Чер­н­ышёв хо­т­ел осво­бо­дить для него своё ме­с­то за пись­мен­н­ым сто­л­ом.
– Нет-нет, са­д­и­т­есь за свой стол, Ев­ге­ний Ва­си­льев­ич, я знае­те, полк­ом в во­лю пок­ом­ан­д­о­в­ал, боль­ше не хо­чу, – по­шут­ил он. – Это ва­ше ме­с­то. А во­об­ще, приз­на­юсь, не люб­лю ком­ан­д­ир­ов и на­ч­аль­ни­к­ов, кот­ор­ые сго­ня­ют хо­зяи­на ка­б­и­нета и плю­х­ают­ся в его крес­ло. При­ч­ём это уж на­ше, чи­с­то ар­мей­ское, на граж­д­ан­ке так­ого не ви­дел…
Ге­нер­ал был в хор­ошем наст­рое­нии.
– Хо­т­е­лось по­смот­реть, как жив­ёт полк, так ска­зать, в обыч­н­ом сос­тоя­нии, а то ведь ес­ли едешь к вам офи­ци­аль­но, всё успе­вае­те приу­кра­сить.
Чер­н­ышёв мол­ч­ал, ожи­дая за­ме­ча­ний.
– Не вол­н­уй­тесь, Ев­ге­ний Ва­си­льев­ич, у вас всё в пор­яд­ке. За­нят­ия идут, терр­ит­ор­ия при­бра­на, без де­ла ни­к­то не болт­ает­ся. А у со­се­дей ва­ших полт­о­ра де­сят­ка умель­цев на­лов­ил, кот­ор­ые вме­с­то бое­вой под­гот­ов­ки что-то оформ­л­яют, ри­су­ют… Да.., – вспом­н­ил он. – Так ко­го вы хот­и­те нак­а­зать?
– За­ме­с­ти­т­е­ля ком­ан­д­и­ра перв­ого бат­а­льо­на по по­лит­и­ч­ес­кой ча­сти ка­пит­а­на Кот­о­ва.
– Это за что же?
– Да есть за что… На уче­ни­ях от­л­и­ч­ил­ся… Са­мов­оль­но взял на се­бя ком­ан­д­о­в­а­ние… Ну, об этом я док­ла­д­ы­вал. А на дн­ях, опять-та­ки са­мов­оль­но сн­ял с за­нят­ий вс­як­ого ро­да умель­цев, нес­мот­ря на ка­те­гор­и­ч­ес­кий за­прет от­р­ы­вать лю­дей от бое­вой под­гот­ов­ки. Ком­ан­д­ир бат­а­льо­на да­же ра­порт по это­му по­в­о­ду на­пи­сал.
– Так вы хот­и­те взыс­ка­ние на­ло­жить, да ещё в прик­а­зе? – спро­сил ком­ан­д­ир ди­в­и­зии.
– Хо­чу… Да­же про­ект прик­а­за под­гот­ов­ить вел­ел.
– Тог­да ска­жи­те мне вот что…. Мн­ого ли взыс­ка­ний бы­ло у Кот­о­ва до се­го дня?
– Точ­но не знаю…
– А нет­оч­но знае­те? – с ир­о­ни­ей спро­сил ге­нер­ал.
– Нет, не знаю, – приз­н­ал­ся ком­ан­д­ир пол­ка.
– Тог­да да­вай­те попр­о­бу­ем вме­с­те разо­брать­ся, что к че­му. Так вы хот­и­те нак­а­зать за дей­ствия на уче­ни­ях? За то, что он сдел­ал по­пыт­ку спа­сти бат­а­льон от раз­гро­ма и взял на се­бя от­в­етс­твен­н­ость? Я наб­лю­дал за этим бо­ем с верт­ол­ёта… Ви­дел, как­ое там сло­жи­л­ось по­л­оже­ние, да и по­ср­ед­н­ики док­ла­д­ы­ва­ли пос­т­оян­но. Ком­б­ат на как­ое-то вре­мя дей­стви­т­ель­но по­т­ер­ял нить управ­л­е­ния, рас­тер­ял­ся. Ну и тут зам­по­лит ре­шил дей­ство­в­ать. Ко­неч­но, и он не прав – нель­зя же наст­оль­ко са­моу­правс­тво­в­ать. Об этом ему на­до пря­мо ска­зать.
Чер­н­ышёв, мол­ча, с ин­т­ер­е­с­ом, слу­шал ком­ан­д­и­ра ди­в­и­зии.
– Вы док­ла­д­ы­ва­ли мне, что Кот­ов по­гу­бил ре­з­ерв, но позв­оль­те, он и не дол­жен был ком­ан­д­о­в­ать ре­з­ерв­ом. То под­пол­к­ов­н­ик Ко­л­о­сов воз­му­ща­ет­ся тем, что зам­по­лит пы­та­ет­ся ком­ан­д­о­в­ать, то, на­прот­ив, по­ру­ча­ет ему чи­с­то ком­ан­д­ир­с­кое де­ло. Тут нуж­но оп­ре­де­лит­ь­ся, что хо­чет ком­б­ат от свое­го зам­по­ли­та? Ну а в том бою зам­по­лит дей­стви­т­ель­но дваж­ды пы­тал­ся спа­сти по­л­оже­ние. Ког­да Кот­ов пред­при­нял конт­р­ат­аку, что­бы спа­сти бро­шен­н­ые впер­ёд ро­ты, ком­б­ат про­тив­о­бор­ству­ю­ще­го бат­а­льо­на соо­бра­зил, что ро­ты эти мо­гут ускольз­н­уть, а инс­це­нир­о­в­ал от­х­од.
– Вот как!? – удив­ил­ся Чер­н­ышёв. – Мне под­пол­к­ов­н­ик Ко­л­о­сов ина­че об­ри­со­в­ал обс­та­нов­ку.
– Не знаю, что он вам там расс­ка­зал, но у ме­ня как у ру­к­о­в­о­ди­т­е­ля уче­ний ин­фор­ма­ция бы­ла са­мая точ­н­ая и пол­н­ая о дей­стви­ях обе­их стор­он.
Мог­ли бы по­ин­т­ер­е­с­о­в­ать­ся у ме­ня, ес­ли в чём-то не разо­бра­л­ись. Тем бол­ее это необ­хо­д­имо, раз ре­ши­ли взыс­ка­ние нак­ла­д­ы­вать, да ещё на по­лит­ра­б­от­н­ика.
– А срыв за­нят­ий?! – на­пом­н­ил Чер­н­ышёв.
– В этом он, бе­зус­лов­но, ви­но­в­ат. Но да­вай­те по­ду­ма­ем вот о чём… Нак­а­зать, ко­неч­но, мож­но. И это бу­д­ут вполне справ­ед­ли­во. Прос­ту­пок на­л­ицо. Но неу­же­ли вы не знае­те, сколь тя­же­ло пер­е­но­сит­ся перв­ое взыс­ка­ние? Предс­тавь­те се­бе… Карт­оч­ка взыс­ка­ний и по­ощр­е­ний бы­ла чис­той. Вер­н­ее, раз­дел – «взыс­ка­ния» – был чи­с­тым. И вот по­яв­л­яет­ся пер­вая за­пись… Тем бол­ее, нав­ер­н­яка ведь Кот­ов счит­ает, что не за­слу­жи­ва­ет взыс­ка­ния… Вт­о­р­ая за­пись ему уже бу­дет не страш­на. А даль­ше – боль­ше. Сни­май взыс­ка­ние – не сни­май, а за­пись ос­та­нет­ся. Да вот хоть ва­ше­го ком­б­ата Ко­л­о­со­ва возь­ми­те для при­ме­ра. Я его ещё ком­ан­д­ир­ом ро­ты пом­ню. Хор­оший был офи­цер, тре­бо­в­а­тель­ный, ини­циа­т­ив­н­ый. Сдел­а­ли его на­ч­аль­ник­ом шта­ба, за­тем – ком­б­ат­ом. Перв­ое взыс­ка­ние пол­у­чил пос­ле неу­дач­ной по­пыт­ки пос­т­уп­ле­ния в ак­а­д­емию. Слов­ом, от­ч­ис­ли­ли его сра­зу пос­ле то­го как при­ня­ли. Ви­но­в­ат был, не спо­рю. Но за пер­вым взыс­ка­ни­ем, кот­ор­ое тут же в пол­ку и на­ло­жи­ли, пос­л­е­до­в­а­ли вт­ор­ое, тре­т­ье… Под­д­ер­жать бы че­лов­ека, а его ре­за­ли под ко­р­ень. Вот и дов­е­ли до то­го сос­тоя­ния, что служ­бы ди­ч­ит­ь­ся стал. И пов­ерь­те, – при­б­ав­ил ге­нер­ал. – те­перь его взыс­ка­ния­ми во­об­ще не прой­мёшь.
– Но что дел­ать с ним сей­час? Пол­у­ча­ет­ся, что он не прав, что нап­рас­ли­ну на зам­по­ли­та возв­ёл, ск­ло­ку устро­ил.
– Не спе­ши­те при­ни­мать ре­ше­ние… Не спе­ши­те. Труд­но ска­зать, в чём ис­тин­н­ая при­ч­и­на конф­лик­та. Не­с­ом­н­ен­но, Ко­л­о­сов ви­но­в­ат, но наск­оль­ко ви­но­в­ат, нуж­но ещё вы­яс­н­ить. За­пом­н­и­те, Ев­ге­ний Ва­си­льев­ич… Ес­ли речь идёт о лю­дях, о как­их-то ре­ше­ни­ях, кот­ор­ые на­до при­ни­мать в ра­б­о­те с ни­ми, нуж­но всё взв­еши­вать, а не ру­к­о­в­одс­тво­в­ать­ся од­н­ими эмо­ция­ми. Кот­о­ва за от­р­ыв лю­дей от за­нят­ий по­жу­р­и­те, но нак­а­зы­вать не спе­ши­те. Ну а с Ко­со­в­ым по­бе­се­дуй­те се­рьёз­но ещё раз.
По­гов­ор­ив о на­сущ­н­ых де­л­ах, о бое­вой под­гот­ов­ке и предс­тоя­щей ит­ого­вой пров­ер­ке, ком­ан­д­ир ди­в­и­зии уе­хал, а Чер­н­ышёв ре­шил, не от­к­ла­д­ы­вая, за­нять­ся Ко­л­о­со­в­ым и Кот­о­в­ым. По­сов­ет­о­в­ал­ся с Сут­у­ло­в­ым.
Тот ре­шил, что по­ра и ему под­к­лю­ч­ит­ь­ся. Пред­л­ожил:
– Да­вай­те завт­ра же и по­гов­ор­им с ни­ми.
Но не всё на­ме­чен­н­ое мож­но вып­ол­н­ить. Нау­т­ро в ка­б­и­нет ком­ан­д­и­ра пол­ка при­б­ыл один ка­пит­ан Кот­ов.
Во вре­мя утрен­н­его раз­в­о­да на за­нят­ия ком­ан­д­и­ру пол­ка до­л­ожи­ли, что в строю нет ком­ан­д­и­ра перв­ого бат­а­льо­на под­пол­к­ов­н­ика Ко­л­о­со­ва. Чер­н­ышёв ос­та­нов­ил­ся пер­ед стро­ем бат­а­льо­на, попр­о­сил по­дой­ти к нему на­ч­аль­ни­ка шта­ба.
– Вы не знае­те, в чём де­ло? – спро­сил у него. – Опаз­ды­ва­ет?
– Не бы­ло слу­чая, что­бы хоть раз опоз­дал. Пос­ле раз­в­о­да от­прав­лю по­сыль­но­го, что­бы вы­яс­н­ить, что прои­з­ош­ло.
Пос­ле раз­в­о­да ка­пит­ан Кот­ов при­б­ыл в ка­б­и­нет ком­ан­д­и­ра пол­ка. Чер­н­ышёв по­ин­т­ер­е­с­о­в­ал­ся:
– Вы­яс­н­и­ли, что слу­чи­л­ось с ком­б­ат­ом?
– По­сыль­ный ещё не вер­н­ул­ся.
– Са­д­и­т­есь, – ук­а­зал на стул Чер­н­ышёв. – Раз­гов­ор пред­с­то­ит се­рьёз­н­ый. Вот, по­чит­ай­те ра­порт под­пол­к­ов­н­ика Ко­л­о­со­ва. Как же это вы до­ду­ма­л­ись сры­вать лю­дей с за­нят­ий?
– Ви­но­в­ат, то­в­ар­ищ под­пол­к­ов­н­ик, боль­ше это­го не пов­т­ор­ит­ся.
В ка­б­и­нет во­шёл под­пол­к­ов­н­ик Сут­у­лов, сел ря­дом с Кот­о­в­ым, негром­ко молв­ил:
– И ещё пос­т­ар­ай­тесь нам объ­яс­н­ить, что­бы всё-та­ки прои­з­ош­ло меж­ду ва­ми и ком­б­ат­ом? По­че­му не нал­ажи­ва­ют­ся у вас от­н­оше­ния?
– Вр­яд ли их мож­но во­об­ще нал­а­д­ить, – с до­с­а­дой ска­зал Кот­ов.
– От­ч­его же?
– При­ч­и­на про­с­та: под­пол­к­ов­н­ик Ко­л­о­сов не слу­жит, а до­т­я­ги­ва­ет до пен­с­ии. Он стар­ает­ся всё дел­ать по прин­ци­пу: «Как бы че­го не выш­ло». Не хо­чет ра­б­от­ать в пол­н­ую си­лу.
– Не хо­чет или не мо­жет? – пе­ре­сп­ро­сил Сут­у­лов. – Ведь в этом есть су­щес­твен­н­ая раз­н­и­ца.
– Рань­ше мне ка­за­лось, что не хо­чет, а те­перь ду­ма­ет­ся, что и не мо­жет, – ска­зал ка­пит­ан Кот­ов.
– Всё это сло­ва, сло­ва, сло­ва, – возр­а­зил Сут­у­лов. – А я вот, предс­тавь­те, не ве­рю, что Ко­л­о­сов ра­б­от­ает без ду­ши. И пред­по­л­ожим, что я ве­рю, буд­то вы ему пал­ки в кол­ё­са став­и­те…
– Вы не мо­же­те так ду­мать, то­в­ар­ищ под­пол­к­ов­н­ик, – увер­ен­но возр­а­зил ка­пит­ан Кот­ов.
– Это ещё по­че­му? – удив­ил­ся Сут­у­лов.
– Пот­ому что вы – опыт­н­ый по­лит­ра­б­от­н­ик.
Сут­у­лов ус­мех­н­ул­ся…
– А как быть с фак­т­ами? Ведь вы сни­ма­ли лю­дей с за­нят­ий. А ес­ли все эти ва­ши умель­цы пол­у­чат двой­ки на пров­ер­ке?
– Но у ме­ня не бы­ло вы­хо­да, – возр­а­зил Кот­ов. – В бат­а­льон я при­б­ыл со­в­с­ем не­дав­но. Где же мне най­ти вре­мя, что­бы к пров­ер­ке сдел­ать стен­ды на­гляд­ной агит­ации? А как обо­ру­до­в­а­ны Ле­нинс­кие ком­н­аты?! Всё на­до не про­с­то пер­е­дел­ы­вать – за­но­во дел­ать. Я не смо­гу объ­яс­н­ять пров­е­р­яю­щим, что не от­ве­чаю за них, что при­б­ыл в бат­а­льон не­дав­но.
– А пер­ед лич­н­ым сос­тав­ом не стыд­но? Зн­а­ч­ит, ес­ли бы не пров­ер­ка, то и с за­нят­ий не сни­ма­ли?
– В лю­б­ом слу­чае я бы за­нял­ся на­гляд­ной агит­аци­ей, но не столь спеш­но. Те­перь же мне вот что непо­нят­но. Преж­де ком­б­ат не раз и сам от­д­а­вал рас­пор­яже­ния лю­дей с за­нят­ий сни­мать, что­бы на раз­л­ич­н­ые ра­б­оты на­прав­л­ять. А те­перь вд­руг ра­порт на­пи­сал. Несп­рав­ед­ли­во это.
– Воз­мож­но, – ска­зал Чер­н­ышёв, до сих пор слу­шав­ший раз­гов­ор мол­ча. – Но сей­час речь не об этом. Нам бы хо­т­е­лось знать, как вы со­бир­ае­тесь нал­ажи­вать от­н­оше­ния с ком­б­ат­ом?
– Путь один, – увер­ен­но зая­вил Кот­ов, – под­пол­к­ов­н­ику Ко­л­о­со­ву нуж­но из­ме­нить от­н­оше­ние к де­лу. Ино­го пу­ти не ви­жу!
– Кста­ти, где же всё-та­ки Ко­л­о­сов? – вспом­н­ил Чер­н­ышёв.
Он сн­ял труб­ку, свя­зал­ся с де­жур­н­ым по пол­ку и прик­а­зал:
– Разы­щи­те под­пол­к­ов­н­ика Ко­л­о­со­ва и приш­ли­те его ко мне в ка­б­и­нет.., – и тут же стал за­д­а­вать во­про­сы: – Что слу­чи­л­ось? Ког­да по­л­ожи­ли? Вч­е­ра ве­чер­ом?
Чер­н­ышёв по­в­е­сил труб­ку и поя­с­н­ил:
– В гос­пит­а­ле Ко­л­о­сов. Толь­ко что пос­т­упи­ла тел­е­фо­но­грам­ма. Вот ведь… Пров­ер­ка на но­су, а он.., – Чер­н­ышёв мах­н­ул ру­кой. – То пер­ед уче­ния­ми за­ля­жет, то пер­ед пров­ер­кой… И на­ч­аль­ни­ка шта­ба в бат­а­льоне нет… Дав­но бы вы­дви­ну­ли на эту долж­н­ость ко­го-ни­б­удь из сво­их, ан нет. Гов­ор­ят, что кто-то уже на­зн­а­ч­ен из дру­го­го пол­ка.
Чер­н­ышёв вс­тал, про­шёл­ся по ка­б­и­нету, ос­та­нов­ил­ся на­прот­ив Кот­о­ва и ска­зал, не то спра­ши­вая, не то утверж­д­ая:
– Ну что, ка­пит­ан, сда­д­им пров­ер­ку без ком­б­ата?
– Так точ­но, сда­д­им, – под­ни­ма­ясь со сту­ла, ска­зал Кот­ов. – И сда­д­им не ху­же!
*-*-*
Ко­л­о­со­ву дав­но на­д­ое­ло конф­лик­т­о­в­ать с зам­по­лит­ом. По­ни­мал он, что этот конф­ликт не ра­б­от­ает на его авт­ор­и­т­ет, и без то­го по­шат­н­ув­ший­ся. Ра­пор­та его вре­да зам­по­ли­ту не при­нес­ли, а скор­ее нао­бор­от – восс­та­нов­и­ли ком­ан­д­о­в­а­ние, осо­бен­но по­лит­ра­б­от­н­и­к­ов прот­ив него са­мо­го. Вот и ре­шил лечь в гос­пит­аль, пер­еж­д­ать пров­ер­ку, от­д­ох­н­уть, пор­аз­мыс­лить о сво­ей судь­бе и служ­бе даль­ней­шей. Гос­пит­а­л­и­зир­о­в­ать­ся бы­ло не так уж и слож­но – у Ко­л­о­со­ва нак­опил­ся це­л­ый бу­кет раз­н­ых за­б­ол­е­ва­ний, кот­ор­ые пер­ио­ди­ч­ес­ки, осо­бен­но осе­нью, обос­тря­л­ись.
«Пусть Кот­ов один пок­рут­ит­ся, – ду­мал он. – Пок­ом­ан­д­о­в­ать хо­т­ел? Так пок­ом­ан­д­уй!»
В гос­пит­аль Ко­л­о­сов ло­жил­ся нер­ед­ко, осо­бен­но осе­нью и вес­ной, ког­да пров­ер­ки приб­л­ижа­л­ись. В это вре­мя он вы­бы­вал из строя с осо­бым удов­оль­стви­ем. До­га­д­ы­вал­ся, что сос­лу­жив­цы по­ни­ма­ли при­ч­и­ны этих вот за­б­ол­е­ва­ний, а от­т­ого прак­т­и­ч­ес­ки ник­ог­да не нав­еща­ли в гос­пит­а­ле.
А тут вд­руг… Не­де­ли не прош­ло, как явил­ся к нему пер­вый по­сет­и­т­ель из пол­ка. И кто при­шёл!!!
Ко­л­о­сов ле­жал и чит­ал кн­игу, ког­да дв­ерь рас­пах­н­ул­ась, и на по­ро­ге поя­вил­ся ка­пит­ан Кот­ов.
– Здрав­ствуй­те, Бор­ис Дм­ит­рие­в­ич, – впер­вые зам­по­лит наз­в­ал его име­ни и от­ч­еству.
Зам­по­лит по­л­ожил на тум­б­оч­ку па­к­ет с фр­укт­ами, по­дви­нул стул и сел воз­ле кой­ки – по-хо­зяй­ски сел, не спро­сив раз­ре­ше­ния.
– Как здор­о­в­ье?
– Спа­си­бо, хор­ошо… То есть, ко­неч­но, не очень хор­ошо, – про­бор­мот­ал Ко­л­о­сов и, при­под­н­яв­шись, прот­я­нул ру­ку Кот­ову.
Тот креп­ко по­жал её.
– Толь­ко вы в гос­пит­аль, а ме­ня в штаб, – улы­ба­ясь, за­гов­ор­ил Кот­ов. – Од­н­ому приш­лось от­д­у­вать­ся.
– За что?
– За на­ши с ва­ми сс­о­ры и раз­до­ры. Сты­ди­ли… И дей­стви­т­ель­но, не смеш­но ли? Ком­ан­д­ир с зам­по­лит­ом бат­а­льон по­де­лить не мо­гут. Впро­чем, что об этом? Я не за тем при­шёл. Мо­жет, вам что-то нуж­но? Вы не стес­н­яй­тесь, ска­жи­те. Мо­жет, лек­арст­ва как­ие-то дос­тать?
– Что вы, что вы, здесь всё есть, – по­спеш­но ска­зал Ко­л­о­сов и по­чувс­тво­в­ал, что от­ч­его-то крас­н­еет.
– За пров­ер­ку не вол­н­уй­тесь, – про­дол­жал Кот­ов. – Сда­д­им её и в грязь ли­цом не удар­им. Кста­ти, зи­мой круп­н­ые уче­ния пла­нир­уют­ся. Бу­дет слу­чай нам реа­б­и­л­ит­ир­о­в­ать­ся. Попр­о­бу­ем?
– От­ч­его же нет, – сог­ла­сил­ся Ко­л­о­сов.
Кот­ов гов­ор­ил без умол­ку, чув­ствуя, что ком­б­ат не зна­ет, о чём ему гов­ор­ить, и от­т­ого сму­ща­ет­ся.
Гля­дя на зам­по­ли­та, Ко­л­о­сов му­чи­т­ель­но ду­мал, пок­а­за­ли или не пок­а­за­ли ему ра­пор­та, за кот­ор­ые те­перь бы­ло нес­тер­пи­мо стыд­но.
«Нав­ер­н­ое, всё-та­ки он о них ни­ч­его не зна­ет. Ина­че бы не при­шёл», – ре­шил он, нак­о­нец.
– Что нов­ого в бат­а­льоне? – спро­сил Ко­л­о­сов, ул­у­чив мо­мент, ког­да Кот­ов сдел­ал не­бо­льшую пау­зу.
– За­ч­ёт­н­ые стрель­бы прош­ли успеш­но, так­т­и­ч­ес­кие за­нят­ия – то­же. Стар­аем­ся. Обид­но, ес­ли бат­а­льон на пос­л­ед­н­ем ме­с­те в пол­ку ок­ажет­ся, – ска­зал Кот­ов.
«Обид­но ли это, – по­ду­мал Ко­л­о­сов. – Ему-то, Кот­ову, у кот­ор­ого вся служ­ба впер­е­ди, мо­жет, и обид­но. А мне? Неу­же­ли мне всё так безр­аз­л­ич­но? А что ж я тог­да пер­ежи­вал за ис­х­од боя за вы­с­оту? За­ч­ем оправ­д­ы­вал се­бя и всё пер­е­ва­л­и­вал на зам­по­ли­та? Нет… Мне не безр­аз­л­ич­но, как пок­ажет се­бя бат­а­льон, что ска­жут обо мне на раз­б­о­ре…»
И вд­руг Кот­ов за­д­ал нео­ж­и­дан­н­ый во­прос:
– Бор­ис Дм­ит­рие­в­ич, я слы­шал, что вам пред­ла­га­ют пер­е­в­од в дру­гой гар­н­и­з­он, при­ч­ём с по­в­ы­ше­ни­ем в долж­н­о­с­ти. Прав­да это?
– Пред­ла­га­ли – вз­дох­н­ув, ска­зал Ко­л­о­сов. – Толь­ко от­к­а­зал­ся я.
– По­че­му?
– Мн­ого при­ч­ин. Во-пер­вых, здор­ово мне уже к то­му вре­ме­ни кры­лья подр­е­за­ли, да и ак­а­д­емии за пле­ча­ми не бы­ло, что­бы как сле­ду­ет по служ­бе ид­ти. А ехать на долж­н­ость за­ме­с­ти­т­е­ля ком­ан­д­и­ра пол­ка без перс­пек­ти­вы стать ком­ан­д­ир­ом, не хо­т­е­лось. Ехать предс­тоя­ло да­ле­ко, а не позд­н­о­в­ато ли сры­вать се­мью с на­си­жен­н­ых мест? И ещё од­на при­ч­и­на, са­мая глав­н­ая… В этих кра­ях вое­вал мой от­ец. Здесь он по­гиб, а пот­ому я вы­брал этот ок­руг. Нема­ло вре­ме­ни пот­рат­ил, что­бы мо­ги­лу от­ыс­кать, да уста­нов­ит, как и что бы­ло. В то вре­мя, ког­да пер­е­в­од пред­ла­га­ли, я ещё толь­ко за­ни­мал­ся пои­ском. И во на­шёл то ме­с­то… И нуж­но же бы­ло так­ому слу­чит­ь­ся… На ми­нув­ших уче­ни­ях бат­а­льон наш обор­о­нял­ся на той са­мой вы­с­о­те, где при­нял бой бат­а­льон мое­го от­ца. В тот мо­мент, ког­да «прот­ив­н­ик» уже поч­ти ок­ру­жил нас, я был, как вы знае­те, на ком­анд­н­ом пунк­те… И вд­руг… при­б­ежал сол­д­ат из ро­ты, обор­о­няв­шей­ся на лев­ом флан­ге и при­нёс ме­да­льон, кот­ор­ый на­шёл, ког­да обо­ру­до­в­ал ок­оп…
– Ме­да­льон ва­ше­го от­ца? – с за­мир­а­ни­ем серд­ца спро­сил Кот­ов.
Ком­б­ат теп­ло улыб­н­ул­ся… Кот­ов да­же не предс­тав­л­ял се­бе, что у Ко­л­о­со­ва мо­жет быть так­ая доб­р­ая и тёп­лая улыб­ка.
– Это бы­ло бы фан­т­а­стич­но… – ска­зал он. – Нет… Это был бат­а­льон Ант­о­но­ва… Ива­на Пет­ров­и­ча Ант­о­но­ва, ко­мис­с­а­ра бат­а­льо­на. Они дру­жи­ли с от­цом – доб­ры­ми бы­ли дру­зья­ми ком­б­ат и ко­мис­с­ар… Вот так – не то, что мы с ва­ми, Вла­д­им­ир? Да­же от­ч­ест­ва ва­ше­го не знаю…
– Ал­ек­санд­ров­ич, – ма­ши­наль­но ска­зал Кот­ов, чем-то чрез­вы­чай­но оза­б­о­чен­н­ый.
– Ког­да я про­чит­ал фа­ми­л­ию на пол­уи­ст­л­ев­шем лис­точ­ке, вл­ожен­н­ом в ме­да­льон, не то, чтоб пло­хо ста­ло… Нет, но сдав­и­ло серд­це, силь­но сдав­и­ло. Вот я и при­сел в ок­опе… А в го­л­ове сту­ча­ло: «Зн­а­ч­ит здесь, где-то здесь и от­ец… Ну… то что ос­та­лось от него. Ведь бат­а­льон сто­ял на­смерть и по­гиб на вы­с­о­те… Нес­коль­ко че­лов­ек вс­его су­ме­ло выр­вать­ся – они и расс­ка­за­ли о ге­рой­ской ги­б­е­ли ком­ан­д­и­ра и ко­мис­с­а­ра.
Толь­ко тут Ко­л­о­сов за­мет­ил что-то стран­н­ое в пов­е­де­нии ка­пит­а­на Кот­о­ва.
– Как вы ска­за­ли? Пов­т­ор­и­те, по­жа­л­уй­ста, как вы ска­за­ли… Чей ме­да­льон? Ко­мис­с­а­ра Ант­о­но­ва..?
– Да, – с нек­от­о­р­ым удив­л­е­ни­ем про­гов­ор­ил Ко­л­о­сов. – Ива­на Пет­ров­и­ча Ант­о­но­ва…
Кот­ов сов­ер­шен­но из­ме­нив­шим­ся то­ном ска­зал:
– Не мо­жет быть… Это­го про­с­то не мо­жет быть… Иван Пет­ров­ич Ант­о­нов… Ко­мис­с­ар Ант­о­нов, по­гиб­ший в на­ч­а­ле сор­ок вт­ор­ого… Он от­ец мо­ей ма­те­ри… То есть мой дед… Да, да, те­перь вспо­ми­наю. Ма­ма, ког­да при­ез­жал на ка­ник­у­лы из учи­л­ища, чит­а­ла мне пись­ма де­да… Нек­от­ор­ые пом­ню наи­зусть. Да, да, точ­но. Там не раз упо­ми­нал­ась фа­ми­л­ия Ко­л­о­сов, про­с­то я да­же по­ду­мать не мог…
– Да, де­ла – ска­зал Ко­л­о­сов. – С тру­дом вер­ит­ся, но это так, имен­но так.
– По­че­му де вы, по­че­му не расс­ка­за­ли?! – воск­лик­н­ул Кот­ов.
– За­ч­ем? Что­бы прик­рыть па­мят­ью от­ца? Я был в как­ом-то нев­ер­оят­н­ом сос­тоя­нии. Ду­мал толь­ко об од­н­ом – вер­н­уть вы­с­оту, вер­н­уть вы­с­оту!!! Мо­жет, в чём-то и ошиб­ся.
– А ме­да­льон у вас?
– Я от­н­ёс его в во­енк­ом­ат. Пои­с­ков­ики с во­енк­ом­ат­ами тес­но ра­б­от­ают. Они най­дёт, обя­за­тель­но най­дут и от­ца и его ко­мис­с­а­ра… Ва­ше­го де­да… Да, вот так пов­о­р­от…
– Вы изв­и­ни­те ме­ня, то­в­ар­ищ под­пол­к­ов­н­ик, – с чувс­твом ска­зал Кот­ов.
– Да я ведь дав­но уже про­с­тил. И что гре­ха та­ить, не мо­гу не приз­нать, что оба мы дров на­лом­а­ли… Так что, кто стар­ое по­мя­нет…
По­мол­ч­а­ли.
– Нав­ер­н­ое, я вас уже ут­омил, – ска­зал Кот­ов, инт­уи­т­ив­но по­чувс­тво­в­ав, что Ко­л­о­со­ва разв­ол­н­о­в­а­ли вос­по­ми­на­ния и ему, нав­ер­н­ое, хо­т­е­лось по­быть од­н­ому.
– Нет, нет, что вы? – возр­а­зил Ко­л­о­сов. – Спа­си­бо, что на­в­е­с­ти­ли, огром­н­ое спа­си­бо, – ком­б­ат теп­ло улыб­н­ул­ся и с чувс­тво по­жал зам­по­ли­ту ру­ку.
– Ну, а ис­кать сле­ды ком­ан­д­и­ра и ко­мис­с­а­ра те­перь вме­с­те бу­дем, – ска­зал Кот­ов.
– Возр­аже­ний нет. Ес­ли не как ком­ан­д­ир и ко­мис­с­ар, то, по край­ней ме­ре, как ком­ан­д­ир и зам­по­лит, – с теп­ло­той в го­л­о­се ска­зал Ко­л­о­сов. – Тем бол­ее вы пок­а­за­ли се­бя как внук свое­го де­да – не по зам­по­лит­ов­с­ки ве­ли се­бя на вы­с­о­те, а чи­с­то по-ко­мис­с­арс­ки. У ко­мис­с­ар­ов то пра­во по­бо­льше бы­ли… Са­ми прив­е­ли при­мер, как дей­ство­в­ал ко­мис­с­ар По­пель.
– А ведь ког­да я был сек­рет­ар­ём ком­с­омоль­ской ор­га­ни­за­ции ро­ты в сув­ор­ов­с­к­ом учи­л­ище, – вд­руг вспом­н­ил Кот­ов, – ком­ан­д­ир на­шей сув­ор­ов­с­кой ро­ты – фронт­ов­ик, час­тень­ко на­зы­вал ме­ня ко­мис­с­ар­ом. Тем бол­ее по­лит­ра­б­от­н­и­к­ов в рот­ах сув­ор­ов­с­ких нет, так что сек­рет­арь на осо­бом по­л­оже­нии. А вы, Бор­ис Дм­ит­рие­в­ич, и преж­де не слишк­ом жа­ло­в­а­ли по­лит­ра­б­от­н­и­к­ов.
– Тут есть од­на хит­рость. Вы ведь ок­он­ч­и­ли Нов­о­си­б­ир­с­кое выс­шее во­ен­но-по­лит­и­ч­ес­кое? Так? – спро­сил Ко­л­о­сов.
– Да, ок­он­ч­ил…
– А ведь до той по­ры, по­ка так­ого учи­л­ища не бы­ло, знае­те, кто за­ч­а­ст­ую по­па­д­ал в по­лит­ра­б­от­н­ики? Неу­дав­шие­ся ком­ан­д­и­ры… К при­ме­ру, рот­н­ого став­ить на бат­а­льон нель­зя, не пот­я­нет… Так его в про­па­ган­д­и­с­ты пол­ка, чтоб хо­тя бы майо­ра пол­у­чил… Ну а пот­ом, ес­ли кто-то хоть чут­оч­ку подт­ал­к­и­ва­ет, и в зам­по­ли­ты пол­ка мог­ли дви­нуть. Не вс­ех мож­но жа­ло­в­ать, не вс­ех… А вот к под­пол­к­ов­н­ику Сут­у­ло­ву я, на­при­мер, с боль­шим от­н­ошусь ува­же­ни­ем.
В пал­ату заш­ла мед­с­ес­т­ра и на­пом­н­и­ла, что вре­мя по­се­ще­ния ок­он­ч­и­л­ось, и боль­но­го жд­ут ве­чер­н­ие про­це­ду­ры – ук­ол, таб­л­ет­ки.
Ког­да Кот­ов уш­ёл, Ко­л­о­сов попр­о­сил у мед­с­ес­т­ры мять ми­нут и по­спе­шил к тел­е­фо­ну-авт­ом­ату, уста­нов­л­ен­н­ому в ве­с­ти­б­ю­ле. На­б­рал но­мер и, дож­д­ав­шись, ког­да от­в­е­т­ит ком­ан­д­ир пол­ка, предс­тав­ил­ся:
– Под­пол­к­ов­н­ик Ко­л­о­сов бес­пок­оит… Прось­ба у ме­ня к вам… – и пос­ле пау­зы про­из­н­ёс дов­ер­и­т­ель­но, – Ев­ге­ний Ва­си­льев­ич…
– Да, да, слу­шаю, – от­оз­в­ал­ся Чер­н­ышёв.
– Пор­ви­те, по­жа­л­уй­ста, мои ра­пор­та, очень про­шу, пор­ви­те…
5.
На сле­ду­ю­щий день пос­ле раз­гов­о­ра с под­пол­к­ов­н­ик­ом Ко­л­о­со­в­ым в гос­пит­а­ле ка­пит­ан Кот­ов по­зво­нил под­пол­к­ов­н­ику Сут­у­ло­ву и попр­о­сил раз­ре­ше­ния зай­ти к нему. Сут­у­лов от­в­е­т­ил, как вс­ег­да, прив­ет­ли­во:
– По­жа­л­уй­ста, по­жа­л­уй­ста, то­в­ар­ищ ка­пит­ан. Жду вас у се­бя в ка­б­и­не­те сра­зу пос­ле обе­да.
Ка­б­и­нет у Сут­у­ло­ва был не­бо­льшим. Стол по­ср­е­ди уз­кой, вы­тя­ну­той от вход­ной дв­ери к ок­ну ком­н­аты, уста­нов­л­ен­н­ый с так­им рас­чёт­ом, что­бы свет по­дал сл­е­ва, обыч­н­ый стул, чуть ле­в­ее, у ок­на, сейф. Прот­ив сто­ла – ряд сту­льев и книж­н­ый шк­аф у ок­на.
– Са­д­и­т­есь, – от­в­е­т­ив на прив­ет­ствие, ска­зал Сут­у­лов. – Слу­шаю… Что прив­е­ло вас?
Кот­ов сел на­прот­ив под­пол­к­ов­н­ика, по­т­ере­бил в ру­к­ах фур­аж­ку, пот­ом по­л­ожил её на один из со­сед­н­их сту­льев и ти­хо ска­зал:
– Я по то­му же во­про­су. То­в­ар­ищ под­пол­к­ов­н­ик, вы знае­те, что от­ец Ко­л­о­со­ва вое­вал в на­ших кра­ях и по­гиб в бою на той са­мой вы­с­о­те, где не­дав­но, – он по­мял­ся, подыс­ки­вая сло­ва, и зав­ер­шил фра­зу, по­ла­гая её, очев­ид­но, не слишк­ом удач­ной, – где не­дав­но про­хо­ди­ли уче­ния и обор­о­нял­ся наш бат­а­льон?
– Пер­вый раз слы­шу, – приз­н­ал­ся Сут­у­лов, вс­ем сво­им ви­дом де­монс­трир­уя свой ин­т­ер­ес к ска­зан­н­ому. – Да, предс­тавь­те, к сты­ду свое­му, слы­шу в пер­вый раз.
Кот­ов по­спе­шил ска­зать это, что­бы в ка­кой-то ме­ре успок­оить зам­по­ли­та пол­ка, кот­ор­ый ко­неч­но уж дол­жен был знать так­ие под­роб­н­о­с­ти о ком­ан­д­и­ре бат­а­льо­на.
– Это неу­див­и­т­ель­но, – за­мет­ил он. – Я не от­к­рою боль­шо­го для вас сек­ре­та, ес­ли ска­жу, что с под­пол­к­ов­н­ик­ом Ко­л­о­со­в­ым очень труд­но об­щать­ся, – и тут же попр­ав­ил­ся: – Бы­ло труд­но об­щать­ся…
– Да, он, бе­зус­лов­но, скры­тен, нел­ю­дим, – сог­ла­сил­ся Сут­у­лов. – Но по­че­му вы столь по­спеш­но попр­ав­и­л­ись, по­че­му ска­за­ли «бы­ло»?
– Вч­е­ра я на­в­е­с­тил Ко­л­о­со­ва в гос­пит­а­ле.
– Да­же так? – удив­ил­ся Сут­у­лов. – Ну что ж, дол­жен вам ска­зать, что вы прав­иль­но пос­т­упи­ли… Мо­л­о­дец…
– И это ещё не всё, – по­спе­шил со­об­щить Кот­ов. – Вч­е­ра из раз­гов­о­ра с ним сов­ер­шен­но слу­чай­но вы­яс­н­и­л­ось, что ко­мис­с­ар­ом в бат­а­льоне его от­ца был мой дед…
– И что же, Ко­л­о­сов преж­де да­же не по­ин­т­ер­е­с­о­в­ал­ся сов­па­д­е­ни­ем фа­ми­л­ий, ес­ли зн­ал, кто был ко­мис­с­ар­ом у его от­ца? – удив­ил­ся Сут­у­лов. – Хо­тя, ко­неч­но, слишк­ом фан­т­а­стич­но сов­па­д­е­ние…
– В том то и де­ло, что фа­ми­л­ия ему ни о чём не гов­ор­и­ла. Ко­мис­с­ар­ом был мой дед мой по ма­те­р­инс­кой ли­нии, а пот­ому и фа­ми­л­ия дру­гая. Ант­о­нов он… Иван Пет­ров­ич Ант­о­нов. Это я до­га­д­ал­ся обо вс­ём, ког­да Ко­л­о­сов со­об­щил фа­ми­л­ию. И как бы ни бы­ло фан­т­а­стич­но, всё это не сов­па­д­е­ния. Я вспом­н­ил, что в пись­мах де­да, кот­ор­ые ма­ма хра­нит до сих пор, ча­сто упо­ми­нал­ась фа­ми­л­ия его ком­ан­д­и­ра и дру­га, Ко­л­о­со­ва. Ну а всё на­ч­а­лось с то­го, что ком­б­ат проя­с­н­ил свою рас­тер­ян­н­ость на вы­с­о­те. Кто-то из сол­д­ат, обо­ру­д­уя ок­оп, на­шёл ме­да­льон ко­мис­с­а­ра Ант­о­но­ва, мое­го де­да… Ну Ко­л­о­сов и по­нял, что где-то ря­дом сло­жил свою го­л­ову и его от­ец.
И Кот­ов под­роб­но расс­ка­зал о том, что уз­н­ал от ком­б­ата и о том, что ме­да­льон пер­е­дан в во­енк­ом­ат. А пот­ом попр­о­сил:
– Так вот я хо­чу по­бы­вать в во­енк­ом­а­те и, ес­ли вы, ко­неч­но, раз­ре­ши­те взять завт­ра вы­ход­ной.
– Ко­неч­но, ко­неч­но раз­ре­шу. Обя­за­тель­но сх­о­ди­те. Всё это очень важ­но, очень важ­но, – дваж­ды пов­т­ор­ил он. – А ка­кой при­мер! Ка­кой при­мер му­жест­ва и гер­оиз­ма…
– И твёр­д­ого, бес­пре­к­ос­лов­н­о­го, неу­к­ос­н­и­т­ель­но­го ис­пол­н­е­ния прик­а­за! – при­б­ав­ил Кот­ов.
Сут­у­лов по­смот­рел на него с при­щур­ом и теп­ло улыб­н­ул­ся. По­нял, что имел в ви­ду Кот­ов, упо­ми­ная о прик­а­зе.
На сле­ду­ю­щий день ка­пит­ан Кот­ов от­прав­ил­ся в Обл­аст­ной во­ен­н­ый ко­мис­с­ар­иат. Но там ему со­об­щи­ли, что ме­да­льон уже пер­е­да­ли в рай­во­енк­ом­ат и что сле­до­пы­ты непр­емен­но зай­мут­ся пои­с­ко­в­ыми мер­оприя­т­ия­ми в рай­оне вы­с­оты. Предс­тоя­ло ехать в рай­он­н­ый гор­о­док на са­мой гра­ни­це обл­а­сти. Кот­ов от­прав­ил­ся на авт­о­в­ок­з­ал. Ок­а­за­лось, что авт­о­бус от­х­о­дит чер­ез пол­ч­а­са. По­смот­рел он и рас­пи­са­ние при­б­ытия авт­о­бу­сов из это­го даль­него гор­од­ка. Прик­и­нул, хват­ит ли ему вре­ме­ни ре­шить все во­про­сы в во­енк­ом­а­те. Впро­чем, вы­хо­да не бы­ло. Вт­орой раз от­пра­ши­вать­ся со служ­бы пер­ед на­д­ви­гав­шей­ся пров­ер­кой бы­ло не очень удоб­но.
И вот спус­тя нес­коль­ко де­сят­к­ов ми­нут он уже си­дел на пои­с­тёрт­ом си­де­нье, а авт­о­бус, ос­тав­ляя по­за­ди гор­одс­кие ок­раи­ны, рвал­ся ка за­гор­од­н­ому шос­се. Ско­ро спра­ва от­к­рыл­ся аэродр­ом, на лёт­н­ом по­ле кот­ор­ого бел­е­ли огром­н­ые ра­к­ет­о­нос­цы, а сл­е­ва пот­я­нул­ся лес­ной мас­с­ив. Бл­из обл­аст­н­ого цент­ра мест­н­ость бы­ла ле­сис­той, но бо­л­от поч­ти не вс­тре­ча­лось. Кот­ов лю­б­о­в­ал­ся строй­ны­ми мач­то­в­ыми сос­н­ами веч­н­о­зе­л­ё­но­го ле­са. За­тем пот­я­ну­лись по­ля, раз­де­л­ён­н­ые ро­ща­ми и дуб­ра­ва­ми.
Авт­о­бус мчал­ся по шос­се, поч­ти безл­юд­н­ому. Ред­ко по­па­д­а­л­ись вс­треч­н­ые ма­ши­ны, ещё ре­же об­го­ня­ли юрк­ие «ла­ды», чуть бол­ее со­лид­н­ые москв­и­чи. Ну а «Вол­ги» поч­ти не вс­тре­ча­л­ись. Пос­те­пен­но, по ме­ре уда­л­е­ния от гор­о­да, во­ди­т­е­лю при­х­о­ди­л­ось всё ча­ще сн­ижать скор­ость, пот­ому что по­па­д­а­л­ись це­л­ые участ­ки, где на ас­фаль­те рас­пол­за­л­ись гли­ни­с­тые язы­ки, ос­тав­л­ен­н­ые трак­т­ор­ами.
Прое­ха­ли стар­ин­н­ый гор­од с мо­н­а­ст­ырём и не­дав­но пос­т­ро­ен­н­ым мо­с­том чер­ез шир­ок­ую и пол­н­о­в­од­н­ую ре­ку. Мост ле­жал на вы­с­о­чен­н­ых опор­ах, поск­оль­ку бер­ега в этом ме­с­те бы­ли крут­ыми и вы­с­ок­ими.
Ког­да ми­но­в­а­ли боль­шую часть пу­ти, вд­оль дор­оги ста­ли по­па­д­ать­ся обе­лис­ки – сви­де­те­ли жарк­их бо­ёв, кот­ор­ые гре­ме­ли здесь в го­ды вой­ны. Нак­о­нец, авт­о­бус ос­та­нов­ил­ся на пло­ща­ди пер­ед од­н­оэтаж­н­ым зда­ни­ем авт­о­в­ок­з­а­ла, вы­кра­шен­н­ым в ядов­ито-жёлт­ый цвет. В стор­он­ке от сто­ян­ки авт­о­бу­са ещё со­х­ра­нил­ась ко­но­в­язь, хо­тя, нав­ер­н­ое, ло­ша­ди с каж­д­ым го­дом всё ре­же по­яв­л­я­л­ись на гор­одс­ких ули­цах.
Кот­ов вы­шел на пло­щадь, спро­сил у про­хо­же­го, как до­брать­ся до Рай­во­енк­ом­ата. Тот поя­с­н­ил… Ид­ти предс­тоя­ло пешк­ом – гор­одс­ко­го транс­пор­та в гор­о­де не бы­ло – нев­е­ли­ки расс­тоя­ния, да ез­дить осо­бо нек­ому. Он тор­оп­ли­во за­ша­гал в ук­а­зан­н­ом на­прав­л­е­нии. Бл­и­зи­л­ось обе­ден­н­ое вре­мя, и мож­но бы­ло по­пасть на пер­ер­ыв, а обе­ден­н­ый пер­ер­ыв да­же в обл­аст­н­ом гор­о­де, где стоя­ла ди­в­и­зия – два ча­са. Да и здесь, нав­ер­н­ое, так же. Два ча­са да­ва­лось для то­го, что­бы офи­це­ры мог­ли съез­дить поо­бе­дать до­ма. Ну а для тех, ко­му ехать нек­у­да, ра­б­от­а­ла офи­церс­к­ая во­ен­т­ор­гов­с­кая сто­л­о­в­ая с ас­с­орт­имент­ом, вы­год­но от­л­и­ч­ав­шим­ся от вс­его, что мог­ли пред­л­ожить в дру­гих сто­л­о­в­ых.
Вот и Рай­он­н­ый во­ен­н­ый ко­мис­с­ар­иат. Кот­ов успел до обе­да. По­до­шёл к ок­ош­ку де­жур­н­ого и со­об­щил о це­ли при­б­ытия.
И тут услы­шал за спи­ной при­ят­н­ый бар­ит­он:
– Как вы ска­за­ли, ка­пит­ан – внук ко­мис­с­а­ра Ант­о­но­ва?
Кот­ов обер­н­ул­ся и ув­и­дел мо­л­ожав­ого под­пол­к­ов­н­ика, подт­я­нут­ого, строй­но­го, как бы оли­цет­во­р­яю­ще­го ли­цо ар­мии, ведь служ­ба в Воо­ру­жён­н­ых Си­л­ах на­ч­и­на­ет­ся с во­енк­ом­ата. Зн­а­ч­ит и офи­це­ры там долж­ны быть об­раз­цом вы­прав­ки, опрят­н­о­с­ти, прав­иль­но­го но­ше­ния во­ен­ной фор­мы. При Сов­етс­кой вла­сти в Во­енк­ом­ат­ах слу­жи­ли, имен­но слу­жи­ли, обес­пе­чи­вая бое­гот­ов­н­ость, и ра­б­оты там бы­ло, осо­бен­но во вре­мя ве­сен­н­его и осен­н­его при­зы­вов, хоть от­б­ав­л­яй. Нема­ло тру­дов за­ни­ма­ли и во­про­сы мо­би­л­и­за­ци­он­ной гот­ов­н­о­с­ти, осо­бен­но, ес­ли в гор­о­де дис­ло­цир­о­в­а­л­ись ча­сти и сое­ди­не­ния сок­ра­щён­н­ого сос­та­ва, в кот­ор­ые, в осо­бый пер­иод, при­зы­ва­л­ись ря­до­в­ые, серж­ан­ты и офи­це­ры из за­па­са. Это уже пот­ом де­мок­рат­и­ч­ес­кая пе­чать эпо­хи ель­ци­низ­ма пос­т­оян­но учи­ла подс­ка­зы­ва­ла, что от ар­мии мож­но и нуж­но «за­к­о­сить», а в во­енк­ом­ат­ах это по­ощр­яе­мое прав­о­за­щит­н­и­к­ами и вс­як­ими ко­ми­т­ет­ами «ко­силь­ное» де­з­ерт­ир­с­тво, лег­ко сдел­ать биз­н­е­с­ом.
Но пер­ед Кот­о­в­ым сто­ял во­енк­ом, кот­ор­ый слов­но толь­ко что со­шёл с пла­к­ата по строе­вой под­гот­ов­ки.
– Так точ­но, то­в­ар­ищ под­пол­к­ов­н­ик, внук, – от­в­е­т­ил на его во­прос Кот­ов.
– А где слу­жи­те?
– Я за­ме­с­ти­т­ель ком­ан­д­и­ра бат­а­льо­на по по­лит­ч­а­сти. Слу­жу в войс­ко­вой ча­сти, – и Кот­ов наз­в­ал но­мер.
– По­нят­но, зн­а­ч­ит, в на­шей ди­в­и­зии. Ну, так пой­дём­те ко мне в ка­б­и­нет. Есть о чём по­гов­ор­ить.
Под­н­я­л­ись на вт­орой этаж, прош­ли в ка­б­и­нет – прос­тор­н­ую ком­н­ату с пись­мен­н­ыми сто­л­ом, сто­л­ом для сов­еща­ний и дву­мя ря­да­ми сту­льев. На стене – мно­жес­т­во вым­пе­лов и гра­мот под стек­л­ом, в шк­афу, что в уг­лу ка­б­и­нета – куб­ки и су­ве­ни­ры.
Кот­ов впер­вые был в ка­б­и­не­те во­енк­ома. Да и во­об­ще в во­енк­ом­а­те ему дов­е­лось по­бы­вать лишь од­н­аж­ды, ког­да про­хо­дил ме­ди­цинс­кую ко­мис­с­ию пер­ед пос­т­уп­ле­ни­ем в сув­ор­ов­с­к­ое во­ен­н­ое учи­л­ище.
– Ну что ж, при­са­жи­вай­тесь ка­пит­ан, при­са­жи­вай­тесь, ка­пит­ан Ант­о­нов, – ска­зал во­енк­ом.
– Я не Ант­о­нов. Я – Кот­ов. Ко­мис­с­ар Ант­о­нов мой дед по ма­те­р­инс­кой ли­нии.
– По­нят­но… Ну, а пер­ед ва­ми под­пол­к­ов­н­ик Конд­ра­т­ьев Ми­ха­ил Ал­ек­санд­ров­ич. Кста­ти, как­ое учи­л­ище ок­он­ч­и­ли?
– Нов­о­си­б­ир­с­кое выс­шее во­ен­но-по­лит­и­ч­ес­кое…
– Ну, я Мос­ков­с­к­ое выс­шее об­ще­войс­ков­ое ком­анд­н­ое…
– Это вид­но по ва­ше­му вн­еш­н­ему ви­ду, – ска­зал Кот­ов, чтоб сдел­ать при­ят­н­ое.
– Не ска­жи­те… У ме­ня все офи­це­ры – хоть сей­час на пар­ад. Мы долж­ны при­мер по­да­вать бу­д­ущим вои­нам. Ну, так, слу­шаю вас…
Кот­ов крат­ко, без лиш­н­их дет­ал­ей и упо­ми­на­ний о конф­лик­т­ах в бат­а­льоне, расс­ка­зал о том, что уз­н­ал от под­пол­к­ов­н­ика Ко­л­о­со­ва.
– Что ж, мест­н­ые сле­до­пы­ты дав­но уже изу­ча­ют эту обиль­но по­лит­ую кро­в­ью мест­н­ость. – про­гов­ор­ил под­пол­к­ов­н­ик Конд­ра­т­ьев. – Уда­лось да­же бой за вы­с­оту рес­т­авр­ир­о­в­ать, за ту вы­с­оту, на кот­орой по­гиб ваш дед. Вам, нав­ер­н­ое, ин­т­ер­ес­но знать, что там прои­з­ош­ло?
– За тем и прие­хал.
– Да, бат­а­льон на вы­с­о­те сто­ял на­смерть. Тут ведь мест­н­ость-то как­ая…
Ле­са да бо­л­ота. При­ч­ём бо­л­ота тя­нут­ся этак­ими узк­ими язы­ка­ми с редк­ими де­фи­ле. Вот по су­хо­му на­прав­л­е­нию меж­ду язы­ка­ми бо­л­от и от­х­о­ди­ла на­ша стрел­к­о­в­ая ди­в­и­зия. А с ней и бе­жен­цы шли, и как­ие-то хо­зяй­ствен­н­ые ча­сти, а глав­н­ое, два пол­е­вых гос­пит­а­ля с ра­не­ны­ми – это по­ми­мо на­пол­н­ен­н­ого ра­не­ны­ми мед­с­ан­б­ата ди­в­и­зии и пол­к­о­в­ых ме­ди­цинс­ких пунк­т­ов пол­к­ов. А ди­в­и­зию пресл­е­до­в­а­ли, идя за ней по­пя­т­ам, гит­л­ер­ов­цы. Ма­ло то­го, зн­а­ч­и­т­ель­ные их си­лы дви­ну­лись пар­алл­ель­но, сев­ер­н­ее бо­л­от, по су­хо­му пу­ти впер­ёд, что­бы, обог­нав от­х­о­дя­щие ча­сти, вый­ти чер­ез де­фи­ле на пу­ти от­х­о­да ди­в­и­зии и от­р­е­зать её от на­ших войск. Хор­ошо, что разв­ед­ч­ики за­сек­ли этот ма­нёвр. Ком­ан­д­ир ди­в­и­зии прик­а­зал со­брать все име­ю­щие­ся в сос­та­ве ди­в­и­зии авт­омо­би­ли, по­с­а­д­ить на них наи­б­ол­ее бое­спо­соб­н­ый бат­а­льон и на­прав­ить его к де­фи­ле с за­д­а­ч­ей оседл­ать гос­под­ству­ю­щую вы­с­оту и лю­бой це­ной ос­та­нов­ить вра­га. Вы­бор пал на бат­а­льон, в кот­ор­ом был ко­мис­с­ар­ом ваш дед. Бат­а­льо­ну уда­лось вый­ти к вы­с­о­те рань­ше вра­га. Авт­омо­би­ли сра­зу от­пу­ст­и­ли – они нуж­ны бы­ли в ди­в­и­зии, преж­де вс­его дня ра­не­ных. Ну и прис­т­упи­ли к обо­ру­до­в­а­нию по­зи­ций. Те­перь-то обор­о­на пу­тём соз­д­а­ния опор­н­ых пунк­т­ов вош­ла в жизнь. А тог­да к ней ещё толь­ко при­вы­ка­ли, при­ч­ём при­ме­ня­ли всё ча­ще и ча­ще. Вот и ком­ан­д­ир то­го бат­а­льо­на су­мел пе­рек­рыть под­х­о­ды к вы­с­о­те опор­н­ыми пунк­т­ами рот, да и са­му вы­с­оту укре­пить неп­л­о­хо. Хо­тя вре­ме­ни бы­ло очень ма­ло. Враг пре­вос­х­о­дил нас в тех­н­и­ке, да и в жи­вой си­ле у него был зн­а­ч­и­т­ель­ный пер­е­в­ес. Пер­е­дов­ому от­р­я­ду вра­га, кот­ор­ый дол­жен был вый­ти на пу­ти от­х­о­да ди­в­и­зии, бы­ли при­да­ны тан­ки, мн­ого тан­к­ов. Дер­жать­ся бат­а­льо­ну бы­ло прик­а­за­но на­смерть и без рас­пор­яже­ния ком­ан­д­и­ра ди­в­и­зии сто­ять, как гов­ор­ит­ся «ни ша­гу на­зад». Прик­аз же об от­х­о­де мог пос­т­упить толь­ко пос­ле то­го, как ди­в­и­зия прой­дёт опас­н­ый уча­сток.
– Дей­ство­в­ал бат­а­льон как от­р­яд кн­я­зя Баг­рат­ио­на под Шен­гра­б­и­ном, – ска­зал Кот­ов.
– Да, за­да­ча очень и очень по­хо­жа, да вот толь­ко враг у бат­а­льо­на ок­а­зал­ся по­се­рьёз­н­ее, да и тан­ки – есть тан­ки, – ска­зал во­енк­ом. – Они-то и по­дош­ли пер­вы­ми к вы­с­о­те. Бой был же­с­т­ок­им. Ком­б­ат су­мел ор­га­ни­з­о­в­ать про­тив­от­ан­к­ов­ую обор­о­ну, хо­тя бы­ло у него вс­его нес­коль­ко про­тив­от­ан­к­о­в­ых ору­дий, да нем­н­ого про­тив­от­ан­к­о­в­ых ру­жей – они толь­ко-толь­ко ста­ли пос­т­упать в войс­ка. Му­жес­т­во крас­но­ар­мей­цев не зн­а­ло гра­ниц.
– И офи­цер­ов то­же, – вс­тав­ил Кот­ов.
– А вот тут за­ме­ча­ние… В на­ч­а­ле вой­ны бы­ли у нас ком­ан­д­и­ры и крас­но­ар­мей­цы. Да­же про штаб­н­ых ра­б­от­н­и­к­ов гов­ор­и­ли, хоть и зву­чит это те­перь стран­но, ком­ан­д­и­ры шта­ба. Офи­церс­к­ие зва­ния вве­ли вме­с­те с по­го­н­ами в сор­ок тре­т­ьем, пос­ле по­бе­ды под Ста­л­ин­гра­д­ом. Но не в том суть. Да, дей­стви­т­ель­но, му­жес­т­во крас­но­ар­мей­цев и ком­ан­д­ир­ов не зн­а­ло гра­ниц… Они по­ни­ма­ли, что бу­дет с ди­в­и­зи­ей, что бу­дет с ра­не­ны­ми, ес­ли гит­л­ер­ов­цы вый­дут на пу­ти от­х­о­да ди­в­и­зии. Ведь ди­в­и­зия ок­ажет­ся за­жа­той в тис­ки. Враг пресл­е­ду­ет пят­ам, а ес­ли ещё он поя­вит­ся впер­е­ди, на маршр­у­те?! Что бу­дет тог­да?
Кот­ов пор­ажал­ся осве­дом­л­ён­н­о­с­ти под­пол­к­ов­н­ика Конд­ра­т­ье­ва. Ему хо­т­е­лось за­д­ать во­прос, от­к­у­да так­ие нео­б­ык­н­ов­ен­н­ые поз­на­ния, но он пред­по­чит­ал слу­шать, не пе­ре­би­вая. До­га­д­ы­вал­ся, что и здесь жд­ёт как­ая-то тай­на.
– Бой про­дол­жал­ся уже нес­коль­ко ча­сов, – про­дол­жал Конд­ра­т­ьев. – Враг рвал­ся впер­ёд, пред­при­ни­мал ат­аку за ат­акой, но прор­вать фронт обор­о­ны бат­а­льо­на не мог. И тог­да он пред­при­нял ма­нёвр с це­лью ок­ру­же­ния бат­а­льо­на. Ког­да бат­а­льон ок­а­зал­ся в пол­ук­оль­це, пер­ед ком­б­ат­ом вс­та­ла труд­н­ая за­да­ча. Бат­а­льон ещё жил, его ро­ты ещё предс­тав­л­я­ли со­бой бое­вые еди­ни­цы… Что бы­ло дел­ать? Ре­ше­ние на­пра­ши­ва­лось од­но – отой­ти на но­в­ый ру­беж, на ру­беж стар­ого рус­ла ре­ки. Там флан­ги прик­ры­ты бо­л­от­ами – вра­гу не удаст­ся ис­поль­зо­в­ать об­х­од­ной ма­нёвр. Но… бы­ли и свои но. Ес­ли прот­ив­н­ик зай­мёт вы­с­оту, гос­под­ству­ю­щую над мест­н­о­стью, но­в­ые по­зи­ции бат­а­льо­на бу­д­ут прос­тре­ли­вать­ся на всю глу­би­ну пос­т­рое­ния. Ма­ло то­го, на скат­ах вы­с­оты враг смо­жет уста­нов­ить арт­ил­л­ер­ий­ские ору­дия, спо­соб­н­ые дос­тать до той дор­оги, по кот­орой от­х­о­дит ди­в­и­зия. А ча­сти и под­ра­з­де­л­е­ния ди­в­и­зии идут в по­ход­н­ом пор­яд­ке, да к то­му же в их ко­л­он­н­ах авт­омо­би­ли и пов­озки с ра­не­ны­ми. И ком­б­ат ре­шил, что хоть и нет свя­зи, что, нес­мот­ря на то, что мог уже быть прик­аз на от­х­од, сто­ять на­смерть, и с этим его ре­ше­ни­ем це­лик­ом и пол­н­о­стью бы­ли со­глас­ны и ко­мис­с­ар, и на­ч­аль­ник шта­ба…
– От­к­у­да из­в­ест­ны так­ие под­роб­н­о­с­ти? – всё-та­ки спро­сил, не удер­жав­шись, Кот­ов. – Ведь из­в­ест­но, что бат­а­льон пол­н­о­стью по­гиб и ник­ому не уда­лось прор­вать­ся к сво­им.
– Да, дей­стви­т­ель­но, вый­ти к сво­им не уда­лось ник­ому. Гит­л­ер­ов­цы, ко­неч­но, как вс­ег­да прош­ли по по­зи­ци­ям, дос­тре­ли­вая ра­не­ных – в плен брать бы­ло нек­ого, поск­оль­ку каж­д­ый, кто мог дер­жать в ру­ке винт­ов­ку или авт­ом­ат, сра­жал­ся до пос­л­ед­н­его. Ну а тех ра­не­ных, кот­ор­ые бы­ли очень тя­жё­л­ыми, без соз­на­ния, фа­ши­с­ты ник­ог­да не бра­ли в плен. Они не за­мет­и­ли двух че­лов­ек – на­ч­аль­ни­ка шта­ба бат­а­льо­на и ра­д­и­с­та, кот­ор­ый ос­та­вал­ся при шта­бе, пы­та­ясь нал­а­д­ить ра­цию, и слы­шал раз­гов­ор ком­б­ата с ко­мис­с­ар­ом и на­ч­аль­ник­ом шта­ба. Их за­сы­па­ло в бл­ин­д­аже, ког­да ря­дом разор­вал­ся вра­жес­к­ий сн­ар­яд. Ра­д­ист ок­а­зал­ся ра­нен не столь тя­же­ло. Ког­да гит­л­ер­ов­цы уш­ли да­ле­ко впер­ёд, он вы­та­щил на се­бе на­ч­аль­ни­ка шта­ба. И они укры­лись в бл­ижай­шем на­се­л­ён­н­ом пунк­те. В этих кра­ях гит­л­ер­ов­цы бы­ли не­дол­го – пог­на­ла их на за­пад Крас­н­ая Ар­мия. Они да­же не успе­ли вез­де и всю­ду уста­нов­ить свои вар­в­арс­кие пор­яд­ки, и мест­н­ым жи­т­е­л­ям уда­лось укрыть на­ч­аль­ни­ка шта­ба и ра­д­и­с­та бат­а­льо­на. Ког­да же ди­в­и­зия – та са­мая ди­в­и­зия – осво­бож­ди­ла на­се­л­ён­н­ый пункт, в дом, где прят­а­ли на­ч­аль­ни­ка шта­ба, прие­хал сам ком­д­ив. Он об­н­ял его, дол­го бла­го­дар­ил, а пот­ом прик­а­зал от­прав­ить в гос­пит­аль. Ра­д­ист же в гос­пит­аль не пое­хал. Он от­прав­ил­ся в мед­с­ан­б­ат и вс­ко­ре вер­н­ул­ся в строй.
Пос­ле вой­ны ра­д­ист при­ез­жал в дер­ев­ень­ку. И на­шёл там на­ч­аль­ни­ка шта­ба, кот­ор­ый был оди­нок, а пот­ому, ув­о­л­ен­н­ый по ра­не­нию вч­и­с­тую, прие­хал ту­да, где ему спас­ли жизнь. Вое­вать он уже не мог, но стал пред­с­е­да­тел­ем кол­х­о­за и ра­б­от­ал успеш­но. До­жил он и до тех лет, ког­да ста­ли се­рьёз­но под­ни­мать по­двиг в войне, ког­да разв­ер­н­ул­ась ра­б­ота в шко­л­ах. Он да­же на­пи­сал вос­по­ми­на­ния в школь­ной тет­ра­д­оч­ке – тог­да так­ие вот ме­муа­ры ещё не пуб­л­и­к­о­в­а­л­ись. Толь­ко-толь­ко за­пус­ка­л­ась кам­па­ния по из­да­нию ме­муа­р­ов Мар­ша­лов По­бе­ды. Ра­д­ист осел в тех кра­ях, учи­т­ель­ство­в­ал – спа­ял смер­т­ель­ный бой за вы­с­оту этих двух фронт­ов­и­к­ов.
– Ска­жи­те, на­ч­аль­ник шта­ба жив?
– Ес­ли бы. Он уж и на войне был не из мо­л­о­дых, а тут ещё ра­не­ния – из­ре­шет­и­ло его тог­да оскол­к­ами. Прав­да, по­жить, по­жил – труд иног­да вер­шит чу­де­са, по­мо­га­ет восс­та­нов­ить здор­о­в­ье. Умер пред­с­е­да­тель уже в прек­л­он­н­ом возр­а­с­те. А вот ра­д­ист жив… До сих пор учи­т­ель­ству­ет в шко­ле… Ну и сле­до­пы­та­ми ру­к­о­в­о­дит.
Кот­ов хо­т­ел сра­зу пое­хать в ту дер­ев­ень­ку, где ра­б­от­ал быв­ший ра­д­ист, но, по­ду­мав, ре­шил, что это на­до сдел­ать вме­с­те с под­пол­к­ов­н­ик­ом Ко­л­о­со­в­ым. К то­му же пер­е­ва­л­и­ло за пол­д­ень. По­ра бы­ло возв­ра­щать­ся до­мой – завт­ра ра­но утром на служ­бу.
По­бла­го­дар­ив во­енк­ома, со­брал­ся на авт­о­в­ок­з­ал.
– Смот­ри, как бы не опоз­дал, – ска­зал во­енк­ом. – Авт­о­бус то се­год­ня пос­л­ед­н­ий. Я сей­час прик­ажу – на во­енк­ом­ат­ов­с­кой ма­шине от­ве­зут…
Он по­зво­нил и от­д­ал рас­пор­яже­ние. За­тем вс­тал, прот­я­нул ру­ку для про­ща­ния и ска­зал:
– Ну а те­перь жд­ём в го­с­ти вме­с­те с ком­б­ат­ом. В шко­ле попр­о­сим вы­сту­пить, да и пер­ед до­при­зыв­н­и­к­ами…
– Это уже пос­ле пров­ер­ки. Спа­си­бо вам огром­н­ое…
Уже в авт­о­бу­се по­пы­тал­ся осмыс­лить всё, что услы­шал в этот день. В го­л­ове – сум­б­ур… И всё же вы­нес он из раз­гов­о­ра с во­енк­омом од­но важ­н­ей­шее – прик­аз на бой свят! А что бы он был по-наст­оя­ще­му свят на войне, да­же в учеб­н­ом бою, на ма­нёвр­ах, прик­аз ком­ан­д­и­ра дол­жен вып­ол­н­ять­ся неу­к­ос­н­и­т­ель­но, и ник­ак­ие до­в­о­ды о спа­се­нии под­ра­з­де­л­е­ний не мо­гут при­ни­мать­ся во вни­ма­ние. Он предс­тав­ил се­бе пос­л­ед­ствия, ес­ли б его дед са­мов­оль­но от­в­ёл бат­а­льон к стар­ому рус­лу, пос­чит­ав, что ком­б­ат на­прас­но гу­бит лю­дей… То, что ка­ра бы­ла бы жёст­кой, вт­орой во­прос. Глав­н­ое – враг мог прор­вать­ся и удар­ить по ди­в­и­зии, на­хо­див­шей­ся на мар­ше, обре­ме­нён­ной ра­не­ны­ми и неспо­соб­ной быст­ро ор­га­ни­з­о­в­ать от­р­аже­ние это­го уда­ра. Быть мо­жет, от­х­од к ста­р­ице и позв­о­лил бы ко­му-то из бат­а­льо­на выр­вать­ся к сво­им – там ок­ру­жить бат­а­льон вра­гу не уда­лось бы и приш­лось про­би­вать обор­о­ну ло­бо­в­ыми ат­а­к­ами, кот­ор­ые весь­ма кров­оп­ро­лит­ны. Но це­на так­ого спа­се­ния слишк­ом ве­ли­ка…
И по­ду­ма­лось ему: «А ес­ли бы в том бою, ког­да я, стре­мясь выр­вать ро­ты из пол­ук­оль­ца, прик­а­зал им отой­ти на ру­беж стар­ого рус­ла, за­да­ча бы­ла не про­с­то удер­жать вы­с­оту, но и ско­в­ать круп­н­ые си­лы наст­упа­ю­щих? Я бы про­с­то-на­п­ро­с­то сор­вал вып­ол­н­е­ние за­д­а­чи…»
От этой мыс­ли ста­ло жут­к­о­в­ато… Что ж пол­у­ча­лось. Он насл­ед­н­ик по­дви­га свое­го де­да толь­ко на сло­в­ах? А как он пос­т­упит в ре­аль­ном бою? Этот во­прос он и преж­де ча­сто за­д­а­вал се­бе. Се­год­ня же он мог от­в­е­т­ить на него твёр­до – ещё в детс­тве, на­д­ев сув­ор­ов­с­кие по­го­ны, он тем са­мым сдел­ал твёр­д­ый и ок­он­ч­а­тель­ный вы­бор: «Жизнь Ро­дине – честь ник­ому!»
-*-*-
Опуб­л­и­к­о­в­а­но в га­зе­те «Зн­амя По­бе­ды», в но­мер­ах от 17,18,21,22, 23,24,25 и 27 мая 1986 го­да
Пер­е­чит­ав пер­вые чет­ы­ре глав­ки расс­ка­за, опуб­л­и­к­о­в­ан­н­ые в га­зе­те, я по­ду­мал, что так и не на­шёл там от­р­аже­ние са­мый важ­н­ый вы­вод, кот­ор­ый вы­те­к­ает из опи­сан­н­ых со­бы­тий. Пот­ому и ре­шил до­пи­сать пят­ую глав­ку уже те­перь… Расс­каз взят из вы­ре­зок, чер­н­ов­ики не со­х­ра­ни­л­ись, а пот­ому вполне мож­но до­пу­ст­ить, что при пос­т­а­нов­ке в га­зет­н­ый но­мер что-то важ­н­ое мог­ло быть сок­ра­ще­но. Так­ое слу­ча­лось… Как-то раз да­же смысл по­т­ер­ял­ся из-за сок­ра­ще­ния. Но в га­зет­ах сок­ра­ще­ния, по­рою, неи­з­б­еж­ны. При­ч­ём бе­за­пел­л­яци­он­но да­ёт­ся рас­пор­яже­ние, ска­жем: «Убрать 12 строк» или «До­бав­ить 5 строк». А га­зе­та – не кн­ига. Там хоть мож­но пос­т­ав­ить как­ие-то со­пут­ству­ю­щие ма­тер­иа­лы «Выш­ли из пе­ча­ти кн­иги…» Или что-то по­доб­н­ое. Мне расс­ка­зы­вал один прия­тель, воз­глав­л­яв­ший в обл­аст­н­ом из­да­тель­стве от­д­ел ху­до­жес­т­вен­ной про­зы: «Си­жу я как-то, ре­дак­т­ир­ую рук­опись. Вд­руг зво­нок из тех­н­и­ч­ес­кой ре­дак­ции и во­прос: «По ва­ше­му от­д­е­лу идёт Ан­на Кар­е­ни­на?» – «Да, по мое­му!» – «Сроч­но до­пи­ши­те во­семь стра­ниц или сок­рат­и­те шест­н­ад­цать».
Мой прия­тель был наст­оль­ко увле­чён ра­б­отой, что не сра­зу по­нял всю ку­рьёз­н­ость сит­уа­ции, и чуть бы­ло не пер­е­дал ком­ан­ду ре­дак­т­о­ру. Пот­ом вме­с­те с тех­ре­да­ми от ду­ши по­смея­л­ись…