Кейси Лис - Разговор во мраке
Слу­чай­ный но­мер воз­ник на экране те­ле­фо­на. Я усме­ха­юсь. Дей­стви­тель­но, глу­по по­лу­ча­ет­ся. Я да­же не знаю, ко­му зво­ню. Что ме­ня за­став­ля­ет де­лать это? Хо­лод­ный страх, по­се­лив­ший­ся в серд­це, от ко­то­ро­го я не мо­гу да­же ше­вель­нуть­ся? Ост­ро ощу­ща­е­мое оди­но­че­ство? Или все же пред­чув­ствие ско­рой смер­ти?
Мо­но­тон­ные гуд­ки пре­ры­ва­ют­ся чьи-то го­ло­сом.
- Да? Кто зво­нит?
Тот, кто взял труб­ку, по­хо­же, очень устал. Мне сра­зу во­об­ра­же­ние ри­су­ет пар­ня лет во­сем­на­дца­ти, из­мо­тан­но­го, ле­жа­ще­го на кро­ва­ти или си­дя­ще­го на ди­ване. А я что? Я ра­да воз­мож­но­сти ещё что-то пред­ста­вить. Не так дол­го оста­лось мне фан­та­зи­ро­вать. Па­рень тер­пе­ли­во ждет от­ве­та. А я все мол­чу, гля­дя в се­рый по­то­лок. Во­круг тем­но­та и ти­ши­на.
- Ал­ло? Кто ты во­об­ще, о мол­ча­ли­вый со­бе­сед­ник?
По­хо­же, он все же на­шёл в се­бе сил по­на­сме­хать­ся. Я не от­ве­чаю, за­кры­вая гла­за и рас­слаб­ля­ясь. Пусть серд­це про­дол­жит бить­ся яр­че, про­шу. А то у ме­ня воз­ни­ка­ет ощу­ще­ние, что оно за­мед­ля­ет­ся с каж­дой ми­ну­той, жизнь же моя уга­са­ет. Ха, как тро­га­тель­но.
- Я вот с за­ня­тий вер­нул­ся. На ги­та­ре иг­рать учусь. Мне очень слож­но, учи­тель стро­гий, но, ду­маю, я справ­люсь. Хо­тел к ле­ту дру­зей уди­вить.
Он про­сто го­во­рит, а я слу­шаю. Ле­то? Для ме­ня оно уже не на­станет. Жаль, что я так и умру в эту про­тив­ную, се­рую сля­коть несо­сто­яв­шей­ся вес­ны. Жаль, что я уже не уви­жу солн­ца и цве­тов. Я очень яр­ко пом­ню преж­ние день­ки, ко­гда гу­ля­ла с по­дру­га­ми. На­вер­но, со вре­ме­нем все счаст­ли­вые мо­мен­ты ста­но­вят­ся все кра­соч­ней и пре­крас­ней.
- Мо­жет быть, мы да­же с па­ца­на­ми груп­пу со­зда­дим. У нас один та­лант есть, Миш­ка, так он на ба­ра­ба­нах с дет­ства иг­ра­ет. Ко­гда мы ещё в шко­ле учи­лись, по­сто­ян­но при­ста­вал ко мне с прось­ба­ми на­учить­ся иг­рать на чем-ни­будь или на­чать петь.
Спа­си­бо те­бе, что не за­мол­ка­ешь. Го­лос незна­ком­ца через труб­ку льет­ся в мое серд­це, слов­но со­гре­вая его. Это неиз­вест­ное при­ят­ное чув­ство от­ча­ян­но бо­рет­ся во мне с хо­ло­дом смер­ти. И без­на­деж­но про­иг­ры­ва­ет.
- Эй, ты мол­чишь, по­то­му что те­бе пло­хо?
Го­лос ста­но­вит­ся встре­во­жен­ным, а я по­ра­жа­юсь про­ни­ца­тель­но­сти мо­е­го со­бе­сед­ни­ка. По­хо­же, он дей­стви­тель­но по­чув­ство­вал мое на­стро­е­ние. Я вздра­ги­ваю, ко­гда по ще­ке ска­ты­ва­ет­ся что-то хо­лод­ное. На­до же. Я пла­чу. Ти­хо, без­звуч­но, по­те­рян­но. Уты­ка­юсь в по­душ­ку, не в си­лах оста­но­вить по­ток. Мне очень страш­но. Я бо­юсь уми­рать.
- Про­сти за ба­наль­ность, ес­ли ска­жу, что ты не один. Я те­бя по­ни­маю. Зна­ешь, я два го­да на­зад за­бо­лел, очень тя­же­ло. Ле­жал в боль­ни­це, с ка­пель­ни­цей, ме­ня ле­чи­ли по­сто­ян­но. Ни­что не по­мо­га­ло. А по­том, пред­став­ля­ешь, по­пра­вил­ся, хо­тя был на во­лос­ке от смер­ти. А я уже ду­мал, что не пе­ре­не­су бо­лезнь, что сдох­ну.
Я улы­ба­юсь сквозь сле­зы. Мрак ото­дви­га­ет­ся от ме­ня, слов­но я пре­вра­ти­лась в ма­лень­кий фо­на­рик. Знаю, что не оста­нов­лю бу­ду­щее. Но хоть по­след­ние мо­мен­ты жиз­ни бу­дут немно­го ра­дост­ны­ми.
- Я то­же, - ти­хо от­ве­чаю я в труб­ку. – У ме­ня рак, по­след­няя ста­дия. Врач вче­ра ска­зал, что я про­жи­ву от си­лы несколь­ко дней, а он ни­ко­гда не врет. Мне шест­на­дцать.