Козырев А.В. - Екклесиаст заката
ЕККЛЕСИАСТ ЗАКАТА
Бо­ри­су Па­стер­на­ку
Я один на за­ка­те кро­ви
Пре­бы­ваю в вы­со­ком до­ме
На хол­ме над жи­вой ре­кой,
Про­те­ка­ю­щей меж хол­ма­ми
И стру­я­щей на­пе­вы пти­чьи,
Пе­ре­плес­ки, пло­ды, при­ве­ты
От ми­ну­ты - дру­гой ми­ну­те,
Ли­стья, ли­стья, лу­чи за­ка­та,
Ле­пест­ки ути­ха­ю­щих бурь.
Я с хол­ма ози­раю вре­мя,
Го­ро­да, ав­то­трас­сы, фер­мы,
То­пи, то­пи, бо­ло­та, ска­лы,
Оке­а­ны, су­да и льди­ны -
Все, что мчит­ся вплавь по те­че­нью
К ве­ко­во­му за­ка­ту кро­ви,
И ве­щаю не сло­вом - пло­тью:
...Бу­дет вре­мя, на­станет вре­мя,
И вер­нет­ся ду­ша к ис­то­кам,
И ис­то­ки вер­нут­ся к мо­рю,
И вер­нет­ся на небо мо­ре,
Ну, а небо - в яй­цо свер­нет­ся.
Кем мы бу­дем то­гда, кем бу­дем?
...И взмет­нут­ся под ди­ким вих­рем
Зда­нья, слов­но пуч­ки со­ло­мы,
И пу­сты­нею вет­хо­за­вет­ной
Рас­пах­нет­ся над на­ми небо,
И прон­зит­ся стре­лою от­звук
Выс­ших пе­сен в гру­ди уста­лой.
Где мы бу­дем то­гда, где бу­дем?
...И ухо­дит до­ро­га в небо,
И идет че­ло­век сквозь солн­це,
Про­ру­бая тон­нель сло­ва­ми;
И стру­ят­ся в кро­ви мгно­ве­нья,
Ле­пест­ки ути­ха­ю­щих бурь,
Об­ле­тев­шие в миг мол­ча­нья.
И кон­ча­ет­ся все зем­ное,
И вы­хо­дит за гра­ни ми­ра,
За тот бе­рег, где мы ро­ди­лись,
Непод­куп­ная взо­рам веч­ность.
С кем мы бу­дем то­гда, с кем бу­дем?
Солн­це в сан­ках сколь­зит по небу,
Ни­же, ни­же - мне в грудь стре­мит­ся,
Чтоб про­жечь в ней сквоз­ную ра­ну,
Где бы ве­тер вре­мен по­се­лил­ся.
Ре­ки вспять уте­ка­ют, в зем­лю,
Мо­ре вса­сы­ва­ет за­ка­ты,
Я же - стро­ки иг­лой сши­ваю,
Той иг­лой, сквозь уш­ко ко­то­рой
Про­ни­ка­ет боль­шое солн­це.
Я же - слав­лю звез­ду над небом,
Ту, что веч­но си­я­ет в серд­це,
Ту, что пес­ню по­ет от бо­ли,
Ту, что кро­вью мо­ей ис­те­ка­ет,
Ту, что здесь рож­де­на че­ло­ве­ком.
В небо взгляд на­прав­ляя, ви­жу
От­ра­же­нье свое, как в мо­ре,
И мои раз­да­ют­ся стро­ки
В пе­ре­во­де мол­ча­щих рыб
Под об­ры­вом вре­мен и сро­ков,
И мо­ей несу­раз­ной жиз­нью
Го­во­рит, оне­мев, при­ро­да.
Для зем­ли, что да­на мне небом,
И для неба, зем­лею дан­но­го,
Со­чи­няю ков­чег сло­вес­ный,
Ше­ле­стя­щий, шур­ша­щий, пру­щий,
Чтоб про­плыть сквозь по­топ мгно­ве­нья
Вме­сте с жиз­нью, лю­бо­вью, смер­тью,
Ми­ро­зда­ни­ем и за­бве­ньем.
Слы­шишь, яб­ло­ня над ре­кою,
Каж­дым гла­зом сво­им, мои ре­чи?
Слы­шишь, дуб, древне-хму­рый, тем­ный,
Как язык цер­ков­но­сла­вян­ский?
Слы­шишь, ясень, прон­зив­ший небо,
Со­ки неба стру­я­щий в зем­лю?
Слы­шишь, тишь, этот гром­кий мо­лот,
Раз­да­ю­щий­ся над про­стран­ством,
Мо­лот слов, раз­би­ва­ю­щих вре­мя,
Утрам­бо­вы­ва­ю­щих сто­ле­тья
До раз­ме­ров од­ной ми­ну­ты?
(Мой язык, слов­но Но­ев мо­лот,
Из эпох, как из креп­ких брусьев,
Кре­сто­ви­ны су­хие стро­ит,
Ко­ра­бель­ный скреп­ля­ет остов).
За­хо­ди­те в ков­чег, со­зда­нья
Ли­хо­ра­доч­но­го во­об­ра­же­нья,
Ка­ин, Авель, Ге­ракл и Мар­сий,
Ма­ни, Буд­да и За­ра­ту­ст­ра,
Лао-цзе, Кун-цзы, Бод­хид­хар­ма,
Уицт­ли­по­чт­ли, Кет­цаль­ко­атль,
И иные, иные, иные.
Мой ков­чег, из об­рыв­ков сши­тый,
Па­ру­са свои под­ни­ма­ет,
И на небе, по­кры­том по­то­пом
Раз­ли­ва­ю­ще­го­ся за­ка­та,
На­блю­дая ко­че­вья ков­че­гов,
Ви­дим мы, как плы­вут фре­га­ты
И пи­о­ном цве­тет по­топ.