Юджин Кабрин - Эпизоды апокалипсиса. Эпизод 3. День Х Продолжение
Ес­ли еще год на­зад мы ду­ма­ли что мир стал наст­оя­щим кош­мар­ом, а на­ша так­ая, ког­да-то без­з­а­б­от­н­ая жизнь превр­ат­ил­ась в ад, то те­перь мы уже точ­но зна­ем, что то бы­ло толь­ко предд­в­е­рьем наст­оя­ще­го ада.
По­че­му вир­у­су по­т­ре­бо­в­а­лось во­семь лет что­бы пой­ти даль­ше, и пер­е­кл­ю­ч­ит­ь­ся на жив­от­н­ых, не зна­ет ни­к­то. Хо­тя, во­семь лет – вс­его лишь пред­по­л­оже­ние, пот­ому что имен­но тог­да нам тел­е­фо­нир­о­в­а­ли из со­сед­н­его по­се­л­е­ния, и со­об­щи­ли о стран­н­ом прои­сшест­вии, слу­чив­шим­ся с од­н­им из пат­руль­ных. Он вер­н­ул­ся весь в кро­ви и ук­у­сах, кот­ор­ые не под­д­а­ва­л­ись идент­ифик­ации. Ни один из чет­ве­р­ых зоо­л­огов и дво­их ве­тер­и­нар­ов, про­жи­вав­ших в том по­се­л­е­нии, не смог­ли точ­но оп­ре­де­лить что за зв­ерь на­пал на пат­руль­но­го, а он сам да­вал пут­ан­н­ые объ­яс­н­е­ния, на­хо­дясь в сос­тоя­нии шо­ка. Это бы­ла пос­л­ед­няя тел­е­фон­н­ая связь с той дер­ев­н­ей. Пос­ле не­де­ли мол­ч­а­ния, мы выс­ла­ли в их стор­о­ну двух разв­ед­ч­и­к­ов, кот­ор­ые вер­н­у­лись с не­доб­ры­ми ве­с­тя­ми. Дер­ев­ня та, на­хо­дил­ась ки­ло­мет­рах в пят­и­де­ся­ти от на­шей. Ког­да-то там про­цвет­а­ла огром­н­ая ко­не­в­од­ч­ес­кая фер­ма, и вы­жив­шие пос­т­рои­ли на её ме­с­те пять со­т­ен при­л­ич­н­ых сру­бов. По сов­ре­мен­н­ым мер­к­ам по­се­лок был дов­оль­но боль­шим, да­же по срав­н­е­нию с на­шим, где на дан­н­ый мо­мент про­жи­ва­ло две сот­ни се­мей и столь­ко же оди­но­чек раз­н­ого воз­р­а­ста.
Ни од­н­ого вы­жив­ше­го не об­н­ар­ужи­ли. За­то об­н­ар­ужи­ли сот­ни обг­ло­дан­н­ых тру­пов, и мно­жес­т­во сле­дов, ве­ду­щих в стор­о­ну ле­са. В до­ба­в­ок ко вс­ему раз­б­ежа­л­ись ло­ша­ди, кот­ор­ых так лел­ея­ли и раз­в­о­ди­ли для вып­ол­н­е­ния раз­л­ич­н­ых функ­ций, в том чис­ле для воз­мож­н­о­с­ти кон­н­ого пат­ру­лир­о­в­а­ния. Нес­коль­ко тру­пов ло­ша­д­ей так же бы­ли обг­ло­да­ны поч­ти пол­н­о­стью.
Даль­ше разв­ед­ч­ики не риск­н­у­ли про­дв­игать­ся, и вер­н­у­лись в на­ше по­се­л­е­ние. Мы по­ня­ли что прои­з­ош­ло что-то неор­д­и­нар­н­ое, со­бра­ли сов­ет и ре­ши­ли удво­ить ох­ра­ну пер­имет­ра.
При­мер­но чер­ез па­ру не­дель пос­ле пос­ле то­го прои­сшест­вия, мы по­т­ер­я­ли пат­руль­но­го. Сэм Пи­т­ер­с­он – трид­цат­ид­в­ухл­ет­н­ий здор­ов­ен­н­ый дет­и­на, не вер­н­ул­ся ве­чер­ом в дер­ев­ню, и на сле­ду­ю­щее ут­ро ме­ня, во гла­ве груп­пы из тро­их че­лов­ек, пос­л­а­ли вы­яс­н­ить что же прои­з­ош­ло.
Разв­е­ды­ва­тель­ные вы­лаз­ки от­л­и­ч­а­л­ись от пат­ру­лир­о­в­а­ния. Преж­де вс­его разв­ед­ч­и­к­ам вы­да­ва­ли авт­ом­аты М-4 с тре­мя ма­га­зи­на­ми к каж­д­ому. Это бы­ло свя­за­но с осо­бым риск­ом, кот­ор­ому подв­ер­га­ли се­бя бой­цы – разв­ед­ч­ики, исс­ле­дуя те райо­ны мест­н­о­с­ти, ку­да обыч­но не за­хо­ди­ли пат­ру­ли. Мы вы­дви­ну­лись ра­но утром.
Осень стоя­ла нео­б­ы­чай­но теп­лая для кон­ца ок­т­яб­ря. Дер­ев­ня на­ша рас­по­ла­гал­ась в жив­опис­н­ом ме­с­те на бер­егу озе­ра Вин­ни­пег, в сотне ки­ло­мет­ров от гор­о­да Вин­ни­пег. У нас не бы­ло ино­го вы­бо­ра, кро­ме как уда­л­ит­ь­ся от гу­сто­н­а­се­л­ен­н­ых райо­нов, что­бы мак­си­маль­но обез­оп­а­сить свои се­мьи от смер­т­ель­но­го вир­у­са, и не ме­нее опас­н­ых и оди­ч­ав­ших боль­ных. Вин­ни­пег – кра­си­вый и уют­н­ый ког­да-то гор­од, опу­с­тел и вы­мер, без веч­но спе­ша­щих по сво­им де­л­ам про­хо­жих и кра­соч­н­ого раз­н­оо­бра­зия авт­омо­бил­ей.
Ни­к­то не мог ска­зать точ­но сколь­ко вы­жи­ло лю­дей из се­ми­сот ты­сяч­н­ого гор­о­да. Но яс­но бы­ло од­но: ник­ог­да боль­ше гор­о­ду не быть тем чем он был до... Те­перь гор­од и прил­ежа­щие на­се­л­ен­н­ые райо­ны в ра­д­иу­се двад­ца­ти ки­ло­мет­ров на­зы­ва­л­ись “Чер­н­ая зо­на “.
По приб­л­и­зи­т­ель­ным оцен­к­ам ок­о­ло тре­ти зар­а­зи­л­ись, при­мер­но треть по­гиб­ли по тем или иным при­ч­и­нам, а все ос­тав­шие­ся бе­жа­ли, вы­стро­ив в от­д­а­л­ен­н­ых угол­к­ах пров­ин­ции но­в­ые по­се­л­е­ния, и ок­ру­жив их ча­сток­о­л­ом из тол­с­тых брев­ен, вы­с­отой в нес­коль­ко мет­ров.
Нек­от­ор­ые по­сел­ки пос­т­рои­ли на ме­с­те стар­ых – тех, ку­да вир­ус не успел до­брать­ся в си­лу от­д­а­л­ен­н­о­с­ти от гор­о­да. Но так­их мест бы­ло очень ма­ло. По­на­ч­а­лу все на­д­ея­л­ись что вир­ус по­гиб­н­ет вме­с­те с зар­а­зив­шим­и­ся пос­ле наст­уп­ле­ния мор­о­з­ов. Зи­ма в Ма­нит­о­бе “з­лоб­н­ая” и хо­л­од­н­ая, и вы­жить в ле­су в сор­ок­аг­ра­д­ус­н­ые мор­о­зы нел­ег­ко. Но боль­ные быст­ро при­спо­со­би­л­ись к из­ме­нив­шим­ся услов­иям. Они ста­ли зар­ы­вать­ся в сн­ег, на­по­до­бие ко­сол­апых вы­страи­вая се­бе теп­лые бер­л­оги. Очень ча­сто охот­н­ики, об­х­о­дя свои лов­уш­ки, по­па­д­а­ли в ла­пы боль­ных, кот­ор­ые нео­ж­и­дан­но вы­ска­к­и­ва­ли из сво­их зим­н­их убе­жищ, и раз­ры­ва­ли не­с­част­н­ого на кус­ки.
На пер­вых пор­ах охо­та по­мо­га­ла вы­жи­вать но­в­ым по­се­л­ен­цам, по­ка дом­аш­н­ий скот не разм­но­жил­ся наст­оль­ко, что в охо­те на­д­об­н­ость поч­ти про­па­ла. Хо­тя на­хо­ди­л­ись еще смель­ча­ки, гот­о­в­ые риск­н­уть жиз­н­ью, что­бы пол­ак­омит­ся ло­сят­и­ной или ол­е­ни­ной. Но так­их ста­нов­и­л­ось все мень­ше и мень­ше.
Я хор­ошо пом­ню тот день, ког­да мы вт­ро­ём со­бра­ли вещ­меш­ки, нак­и­ну­ли “раз­груз­ки” с за­па­сом ки­пя­че­ной во­ды и до­пол­н­и­т­ель­ны­ми ма­га­зи­на­ми, и выш­ли из по­се­л­е­ния. Мы не зн­а­ли что нас ожи­да­ет впер­е­ди, и с чем при­дет­ся столк­н­уть­ся. “Сле­дя­щий” как обыч­но за­б­рал­ся на выш­ку, кот­о­р­ая до­с­тига­ла в вы­с­оту бол­ее трид­ца­ти мет­ров. В его за­д­а­чу вхо­ди­ло сле­дить за поя­в­л­е­ни­ем ды­ма от кос­т­ра, кот­ор­ый долж­ны бы­ли раз­жи­гать разв­ед­ч­ики чер­ез оп­ре­де­л­ен­н­ые про­ме­жут­ки вре­ме­ни. Три стол­ба ды­ма озна­ч­а­ли что у груп­пы все идет сво­им чер­е­дом. Два стол­ба – есть за­д­ерж­ка в гра­фи­ке, но бес­пок­оит­ь­ся не сто­ит. Один столб – воз­н­ик­ли про­бл­емы, и нуж­на по­мощь.
Тог­да в стор­о­ну, от­к­у­да шел дым, вы­сы­ла­ли груп­пу под­д­ерж­ки. Да, мы вер­н­у­лись на ты­ся­чи лет на­зад, и вы­жив­шие ин­д­ей­цы, в осо­бен­н­о­с­ти стар­ики, очень по­мо­га­ли нам – сов­ре­мен­н­ым и из­б­а­ло­в­ан­н­ым лю­дям, вы­жи­вать в тех услов­иях, в кот­ор­ых на про­т­яже­нии ты­ся­чел­ет­ий, су­щес­тво­в­а­ли в этих мес­тах их пред­ки.
Смеш­но гов­ор­ить, но мы да­же ста­ли ве­чер­ами раз­жи­гать кос­т­ры и устраи­вать по­до­бие ин­д­ей­ских пля­сок вок­руг бу­шу­ю­ще­го ог­ня. А что бы­ло еще дел­ать, ког­да всё вд­руг взя­ло и ис­чез­ло с ли­ца зем­ли? А ког­да вы­хо­дил к кос­т­ру стар­ый ин­д­ей­ский ша­ман в страш­ной мас­ке из пе­рьев и гли­ны, и на­ч­и­нал ис­пол­н­ять ми­с­ти­ч­ес­кие др­ев­н­ие тан­цы под гро­хот тамт­ам и чар­ующие пер­е­ли­вы чар­анг, то да­же мо­л­о­дёжь за­мир­а­ла в немом вос­тор­ге от это­го зав­ор­ажи­ва­ю­ще­го зре­ли­ща. Всё это за­ме­ня­ло нам тел­е­в­из­о­ры и ноч­н­ые клу­бы. Но к со­жа­л­е­нию ни один из ша­ма­нов и ин­д­ей­ских вож­д­ей не был спе­циа­л­и­с­том в обл­а­сти прои­з­в­одст­ва наст­оя­щих бое­вых лу­к­ов и стрел. Ин­д­ей­цы расс­ка­зы­ва­ли что это др­ев­н­ей­шее из ис­кусств, бы­ло поч­ти за­б­ыто в си­лу не­н­а­д­об­н­о­с­ти, и лишь еди­ни­цы, из са­мых др­ев­н­их стар­и­к­ов, еще мог­ли бы что-то расс­ка­зать.
Стар­ые ин­д­ей­цы гов­ор­и­ли что в дав­н­ие вре­ме­на за хор­оший лук и дю­жи­ну стрел мож­но бы­ло пол­у­чить нес­коль­ких пор­о­ди­с­тых же­реб­цов, а из­гот­ов­л­я­ли лу­ки се­дые ин­д­ей­ские вои­ны, кот­ор­ые в си­лу ра­не­ний или стар­о­с­ти, уже не мог­ли охот­ит­ь­ся или вое­вать.
-Я пом­ню, как от­ец мое­го от­ца брал ме­ня, со­в­с­ем кр­о­ху, охот­ит­ь­ся на би­з­о­на или на ол­е­ня, -гов­ор­ил стар­ый вождь по име­ни Тогк­уос, ког­да мы, бой­цы са­моо­бор­о­ны, ве­чер­ами устраи­ва­ли свои собс­твен­н­ые по­си­дел­ки, что­бы пос­л­ушать стар­ых и умудр­ён­н­ых жиз­н­ью лю­дей, -Дед не приз­на­вал ни­ч­его кро­ме лу­ка и но­жа, без кот­ор­ых ша­гу не сту­пал из виг­ва­ма. Обыч­но он дер­жал тет­иву рас­пу­щен­ной, что­бы она не по­т­ер­я­ла упру­гость. И толь­ко по необ­хо­д­имо­с­ти упир­ал один ко­нец лу­ка в зем­лю, вс­ем сво­им ве­с­ом нал­егал на дру­гой, и ког­да лук под его тя­же­стью сги­б­ал­ся, на­б­ра­сы­вал пет­лю те­ти­вы на спе­ци­аль­ные на­сеч­ки, вы­ре­зан­н­ые уме­л­ыми ру­к­ами мас­те­ра.
Вождь за­мол­ч­ал. Пот­ом по­до­брал с зем­ли дл­ин­н­ую сухую вет­ку и пов­о­р­ошил тл­ею­щие уг­ли. Ты­ся­чи ор­ан­же­вых огонь­ков тут-же взмет­н­у­лись к ноч­н­ому не­бу. Вождь прос­ле­дил взг­ля­дом за са­мым ярк­им огонь­ком, кот­ор­ый все под­ни­мал­ся и под­ни­мал­ся, слов­но же­л­ая бро­сить вы­зов са­мим звез­дам, а за­тем про­дол­жил сво­им ти­хим, нем­н­ого хрип­ло­в­ат­ым го­л­о­сом:
Это бы­ли Ве­лик­ие мас­те­ра. Клан ху­жой­га­ра что из осей­джей слав­ил­ся свои­ми мас­тер­ами. Они дел­а­ли лу­ки из цель­но­го кус­ка дер­е­ва, укреп­лён­н­ыми су­хо­жи­л­ия­ми так, что они на­по­ми­на­ли ко­ру. За та­кой лук во­ин мог от­д­ать хор­оше­го ко­ня. Но луч­шие лу­ки из­гот­ав­л­и­ва­л­ись из ро­гов би­з­о­на или бар­а­на. За один лук из бар­а­н­ье­го ро­га, мас­тер мог за­про­сить у вои­на до двад­ца­ти ко­ней, но из ро­гов лу­ки дел­а­ли в ос­н­ов­н­ом шо­шо­ны и кроу.
Вождь сн­о­ва умолк, на этот раз гля­дя ку­да-то се­бе под но­ги, обут­ые в крепк­ие мо­к­а­си­ны из би­з­о­ньей шк­у­ры. Его се­дая ко­са ле­жа­ла на пра­вой гру­ди, до­хо­дя поч­ти до поя­са. Пот­ом вождь под­н­ял го­л­ову, и его взгляд слов­но про­светл­ел.
-Я вспом­н­ил, - ска­зал ин­д­еец, - как мой дед на­т­яги­вал тет­иву.
Мы во­про­си­т­ель­но по­смот­ре­ли на во­ж­дя. Он про­дол­жал гов­ор­ить:
-По­ни­мае­те, что­бы нат­я­нуть тет­иву де­дов­с­к­ого лу­ка, нуж­на бы­ла не­дю­жин­н­ая си­ла, и ма­ло кто мог справ­ит­ь­ся с этой за­д­а­ч­ей. Он мог нат­я­нуть тет­иву до са­мо­го нак­о­неч­н­ика стре­лы, а не каж­д­ый ин­д­еец был спо­со­бен нат­я­нуть на­по­л­ов­и­ну, не гов­оря уже о бе­л­ых...
Стре­ла, пу­щен­н­ая мо­им де­дом мог­ла пор­а­зить зай­ца на расс­тоя­нии в дв­е­с­ти ша­гов...
-Что зн­а­ч­ит тв­оё имя, вождь? –спро­сил тог­да ка­кой-то мо­л­о­дой пат­руль­ный стар­ого ин­д­ей­ца.
Вождь вы­пря­мил спи­ну, рас­прав­ил пле­чи, и гор­д­е­ли­во про­из­н­ес:
-Тогк­уос – это на ин­д­ей­ском зн­а­ч­ит бл­из­н­ец. Да, у ме­ня был брат. Он стар­ше ме­ня на нес­коль­ко ми­нут, - ин­д­еец улыб­н­ул­ся, ви­ди­мо вспом­н­ив о чем-то при­ят­н­ом.
Ник­ому в го­л­ову не приш­ло спро­сить стар­ика о его бра­те, но он, слов­но по­чувс­тво­в­ав на­ше лю­б­опытс­тво, про­из­н­ес:
-Мое­го бра­та зва­ли Узум­эти, что зн­а­ч­ит медв­едь. Он ро­дил­ся боль­шим и силь­ным... Ког­да всё на­ч­а­лось, мы по­т­ер­я­ли связь. Он был проф­ес­с­ор­ом в унив­ер­с­и­т­е­те Ма­нит­о­бы. Пре­по­да­вал ин­д­ей­скую ис­тор­ию.
Тогк­уос не ми­гая смот­рел на до­го­р­аю­щий кос­тер. Мо­жет по­это­му ка­за­лось что его гла­за ста­ли влаж­н­ыми, а сам он слов­но сос­тар­ил­ся на па­ру де­сят­к­ов лет.
-Мой брат зн­ал всё об ин­д­ей­ском ору­жии, - про­дол­жал расс­ка­зы­вать вождь, -он был наст­оя­щим ин­д­ей­цем, не то что я...
Мы еще дол­го си­де­ли вок­руг до­го­р­аю­ще­го пла­ме­ни, слу­шая стран­н­ые ис­тор­ии, так­ие не по­хо­жие на те, кот­ор­ые расс­ка­зы­ва­ли нам на­ши ро­ди­т­е­ли в детс­тве. Я на­д­ол­го за­пом­н­ил тот ве­чер, пот­ому что тог­да пок­лял­ся се­бе, что непр­емен­но най­ду спо­соб как нау­чит­ь­ся дел­ать так­ое ве­лик­ол­еп­н­ое ору­жие как лук. Нам это бы­ло про­с­то необ­хо­д­имо.
Мы шли вд­оль бер­ега озе­ра Вин­ни­пег, про­дв­ига­ясь даль­ше на сев­ер, ту­да, ку­да ве­ли сле­ды про­пав­ше­го пат­руль­но­го. Это был уча­сток, кот­ор­ый не счит­ал­ся осо­бо опас­н­ым, так как с од­ной стор­о­ны бы­ло озе­ро, а с дру­гой шир­ок­ая прибр­еж­н­ая по­л­о­са. На­пасть не­за­ме­чен­н­ым прак­т­и­ч­ес­ки бы­ло нев­озмож­но. Но тем не ме­нее пат­руль­ный ис­чез. Пат­руль­ные и до это­го ис­че­за­ли, ког­да на них на­па­д­а­ли зар­ажен­н­ые, но дав­но уже ни­к­то не про­па­д­ал без ве­с­ти. Кро­ме то­го нас бес­пок­ои­ло то что прои­з­ош­ло в со­сед­н­ем по­се­л­е­нии. Мень­ше вс­его нам хо­т­е­лось пов­т­ор­ить их участь.
Озе­ро бы­ло не­о­б­ъят­н­ым. В шир­и­ну ок­о­ло сот­ни ки­ло­мет­ров, а в дл­и­ну бол­ее чет­ырех­с­от. По­это­му мы ре­ши­ли что преж­де вс­его по­пы­та­ем­ся най­ти ос­тан­ки пат­руль­но­го, а там на ме­с­те уже ре­шим что дел­ать даль­ше.
Солн­це стоя­ло в зе­ни­те. Вет­ра не бы­ло, и в се­реб­ри­с­той гла­ди озе­ра от­р­ажа­л­ись ели и бер­е­зы, рос­шие по не­вы­с­ок­им ска­л­и­с­тым уте­с­ам, воз­вы­ша­ю­щим­ся над оди­нок­им пе­с­ча­ным бер­егом. Оди­нок­им? А кто его зна­ет... Мо­жет и не так­им оди­нок­им как это мо­жет пок­а­зать­ся на пер­вый взгляд. Я при­сел на корт­оч­ки, раз­г­ля­ды­вая стран­н­ые сле­ды, изв­и­л­ис­той це­поч­кой ухо­див­шие в бер­егов­ую ча­щу. Поз­вал дру­зей.
Да, имен­но дру­зей, а не сол­д­ат, разв­ед­ч­и­к­ов, на­пар­н­и­к­ов, или как там еще...
За столь­ко лет со­в­мест­ной служ­бы в нев­ер­оят­но труд­н­ых и опас­н­ых услов­иях, раз­мы­ва­ет­ся грань меж­ду твои­ми под­ч­и­нен­н­ыми, сол­д­ат­ами и да­же про­с­то со­се­дя­ми. Да что там, раз­мы­ва­ет­ся грань меж­ду ни­ми и са­мим со­бой. Тог­да ты уже не предс­тав­л­яешь се­бя без них, а они не спо­соб­ны су­щес­тво­в­ать без те­бя. Это­му еще не при­ду­ма­ли наз­ва­ния. Воз­мож­но друж­ба. Но толь­ко наст­оя­щая – без кап­ли прит­ворст­ва и дву­ли­ч­ия. Пот­ому что в на­шем ми­ре мы все зав­и­се­ли друг от дру­га да­же боль­ше чем на по­л­ях сра­же­ний про­шедш­их войн.
Фред и Ри­ки быст­ро по­дош­ли, и ста­ли раз­г­ля­ды­вать стран­н­ые сле­ды.
Фред – жи­л­и­с­тый и вы­с­ок­ий как жердь, с прон­з­и­т­ель­ны­ми свет­ло гол­у­бы­ми гла­за­ми на­ч­и­нал служ­бу в пат­ру­ле са­моо­бор­о­ны вме­с­те со мной поч­ти во­семь лет на­зад – в са­мом на­ч­а­ле. Он стал про­с­то не­за­ме­ни­мым разв­ед­ч­ик­ом, и я вс­ег­да брал его с со­бой, зн­ая что он ник­ог­да не подв­е­дет, и даст мудр­ый сов­ет.
Ри­ки был вз­дор­н­ый ма­л­ый. Не мн­огие ла­д­и­ли с его вз­б­ал­мош­н­ым хар­ак­т­ер­ом, но что ка­са­лось ра­б­оты, ему не бы­ло рав­н­ых в фи­зи­ч­ес­кой си­ле и вы­нос­лив­о­с­ти. Сред­н­ий рост ком­пен­с­ир­о­в­ал­ся шир­и­ной плеч, а од­н­им удар­ом мо­л­ота он мог рас­ко­л­оть здор­ов­ен­н­ый ду­бо­в­ый пень. Не пер­е­честь ко­ли­ч­ест­ва боль­ных, кот­о­р­ым он слом­ал хре­бет сво­ей пят­ик­и­л­ограм­мо­вой ку­вал­дой.
Сле­дов бы­ло мно­жес­т­во. Но все они при­надл­ежа­ли од­н­им и тем же зв­ер­ям. Я мог бы пок­лясть­ся, что тут про­бе­жал вы­во­док сви­ней или ка­б­а­нов, ес­ли бы вмят­и­ны от ко­пыт не за­к­ан­ч­и­ва­л­ись сле­дом от двух дл­ин­н­ых ког­т­ей.
-Ник­ог­да не ви­дел ни­ч­его по­доб­н­ого, - ска­зал Фред, при­сев ря­дом со мной на корт­оч­ки, кос­н­ув­шись огру­бев­ши­ми паль­ца­ми, зао­с­трен­н­ых углуб­л­е­ний в мягк­ом реч­н­ом пес­ке.
Ри­ки сто­ял, дер­жа авт­ом­ат на­гот­ове, разв­ер­н­ув свою, ви­дав­шие ви­ды бей­с­бол­ку, ко­зырь­ком на­зад. Это был приз­нак пол­ной гот­ов­н­о­с­ти и со­сре­дот­о­чен­н­о­с­ти. Сн­яв авт­ом­аты с пре­до­х­ра­ни­т­ел­ей, мы мед­л­ен­но на­ч­а­ли про­дв­игать­ся в стор­о­ну ска­л­и­с­то­го бер­ега. Нес­мот­ря на всю ос­тор­ож­н­ость, мы да­же не по­чувс­тво­в­а­ли что за на­ми кто-то вни­ма­тель­но наб­лю­да­ет.
Мы не бы­ли пер­с­о­н­ажа­ми гер­ои­ч­ес­ких бое­в­и­к­ов или теа­траль­ных пос­т­а­но­в­ок. Еще во­семь лет на­зад у каж­д­ого из нас бы­ла своя собс­твен­н­ая жизнь. Мы учи­л­ись, ра­б­от­а­ли, от­д­ы­ха­ли. Как все вс­та­ва­ли по утрам, чи­с­ти­ли зу­бы и завт­рак­а­ли. У мн­огих бы­ли де­ти. У вс­ех бы­ли свои собс­твен­н­ые про­бл­емы и ра­д­о­с­ти. А пот­ом на­ч­а­лось это. От­н­оше­ние к вир­у­су бы­ло очень сдерж­ан­н­ое. Для обы­ва­те­ля, Эбол­ла бы­ла чем-то вр­о­де на­смор­ка или грип­па, кот­о­р­ыми мож­но пе­ре­бол­еть в уют­ной по­с­тель­ке, гля­дя тел­ек и по­пи­вая гор­я­чее мо­л­око с мё­дом. Лю­ди не вер­и­ли в се­рьёз­н­ость по­л­оже­ния. Да­же тог­да, ког­да у их де­тей по­яв­л­я­л­ись на паль­чи­к­ах чер­н­ые во­л­ос­ки, а зу­бы за­мет­но уве­ли­ч­и­ва­л­ись, боль­шинс­тво не при­да­ва­ли это­му зн­а­ч­е­ния. При­вык­ли к нов­ей­шим тех­н­о­л­оги­ям, к на­уч­н­ым до­с­ти­же­ни­ям, и вер­и­ли в нау­ку так, как ког­да-то на за­ре вре­мен, фа­нат­ич­но вер­и­ли в Бо­га.
И вот пос­те­пен­но, очень мед­л­ен­но, вир­ус стал рас­прос­тра­нять­ся по гор­о­ду и за его пре­де­л­ами. Всё ча­ще ста­ли слыш­ны вои сир­ен по­ли­цей­ских и дру­гих сроч­н­ых служб гор­о­да. Всё ча­ще зак­ры­ва­ли на кар­ант­ин шко­лы. Пот­ом ста­ли вво­дить пер­ио­ди­ч­ес­ки ко­мен­д­ант­с­кий час. Мож­но бы­ло час­тень­ко вс­трет­ить воо­ру­жен­н­ых сол­д­ат, пат­ру­лир­ующих ули­цы. А пот­ом слов­но нал­е­тел цу­н­ами. На лю­дей ста­ли на­па­д­ать их боль­ные со­се­ди и родс­твен­н­ики. Де­ти про­с­то за­гры­за­ли на­смерть ро­ди­т­ел­ей, а ро­ди­т­е­ли по­жи­р­а­ли де­тей. Те, ко­му уда­лось вы­брать­ся из смер­т­ель­ных лап оди­ч­ав­ших соз­д­а­ний, ско­ро са­ми превр­аща­л­ись в смерт­о­нос­н­ых убийц. Тол­пы на­ч­а­ли пок­и­дать гор­од. Уез­жа­ли в дру­гие гор­о­да, или к се­бе на да­чи. По­нем­н­огу вир­ус за­х­ват­ил весь конт­и­нент, а пот­ом и весь мир.
Но вы­жив­шие ста­ли со­бир­ать­ся в ком­му­ны. Строи­ли и огор­ажи­ва­ли по­се­л­е­ния, при­ни­мая нов­ич­к­ов толь­ко пос­ле не­дель­но­го кар­ант­и­на в спе­ци­аль­ной ох­ра­няе­мой зоне вне жи­л­ых райо­нов.
Пер­вый год был са­мым труд­н­ым. Мы толк­ом еще ни­ч­его не зн­а­ли и не по­ни­ма­ли. Мн­огие по­се­л­е­ния бы­ли унич­то­же­ны в пер­вые го­ды Но­вой эры.
За­па­сы стрел­к­ов­ого ору­жия и патр­о­ны быст­ро ис­то­щи­л­ись из-за нер­а­зум­н­ого ис­поль­зо­в­а­ния, да и за­па­сов-то бы­ло со­в­с­ем нем­н­ого. То­же прои­з­ош­ло с нефт­ью. Ког­да вла­сти уже не мог­ли скры­вать тот­аль­но­го бегст­ва граж­д­ан из гор­о­да, то са­ми пок­и­ну­ли свои до­ма и убра­л­ись по­даль­ше от зар­ажен­ной зем­ли.
Тог­да на­ч­ал­ся пол­н­ый бес­пре­дел. По­ли­ция и ар­мия без­дей­ство­в­а­ли, а скор­ее, про­с­то прек­рат­и­ли своё су­щес­тво­в­а­ние. Мар­о­дё­ры, тол­па­ми хо­ди­ли по бро­шен­н­ым дом­ам и ма­га­зи­нам. Вы­но­си­ли всё что на­д­ея­л­ись пот­ом про­дать – глуп­цы. Тог­да-то кто-то и под­жёг неф­т­е­хра­ни­л­ище. Огонь буш­е­вал нес­коль­ко не­дель. Пла­мя, мож­но бы­ло ув­и­деть за нес­коль­ко де­сятк­ом ки­ло­мет­ров, а чер­н­ым ды­мом, ка­за­лось, зав­о­лок­ло не­бо от гор­и­з­он­та до гор­и­з­он­та. И ма­ши­ны ста­ли. Тог­да мы про­дол­жи­ли всё стро­ить свои­ми ру­к­ами. Кир­к­ами и ло­пат­ами, пи­л­ами и то­пор­ами, строи­ли своё бу­д­ущее ра­ди сво­их де­тей и ра­ди са­мих се­бя.
Я под­н­ял кул­ак и ос­та­нов­ил­ся, присл­уш­и­ва­ясь. На­пар­н­ики, шедш­ие по­за­ди, то­же ста­ли как вк­опан­н­ые, вни­ма­тель­но ог­ля­ды­вая все вок­руг.
Пе­с­ча­ный бер­ег пос­те­пен­но на­ч­ал пер­е­хо­дить в ка­ме­ни­с­тый, и сле­дов уже бы­ло не разо­брать. Вет­ра не бы­ло. Ти­ши­на стоя­ла так­ая, что мож­но бы­ло слы­шать бие­ние собс­твен­н­ого серд­ца. И сквозь эту ти­ши­ну мне по­чу­дил­ся ка­кой-то стран­н­ый звук. Я сто­ял с ми­ну­ту и жд­ал. Нак­о­нец звук сн­о­ва пов­т­ор­ил­ся. Это бы­ло по­хо­же на цар­апа­ние гвоз­дя по стек­лу или по кам­ню. Как­ое-то стран­н­ое скре­жет­а­ние раз­да­ва­лось от­к­у­да-то со стор­о­ны ска­л­и­с­то­го бер­ега. Вот опять я его от­ч­ет­ли­во слы­шу. Это не по­хо­же на жив­от­н­ое, но и че­лов­еку не­за­ч­ем из­да­вать так­ие непо­нят­н­ые зву­ки по­ср­е­ди безл­юд­н­ого ле­са. Мне не нуж­но бы­ло ни­ч­его гов­ор­ить дру­зьям. Мы дав­но уже сра­б­от­а­л­ись, и по­ни­ма­ли друг дру­га без лиш­н­их слов. Каж­д­ый зн­ал своё ме­с­то, и каж­д­ый вып­ол­н­ял свою ра­б­оту как сле­ду­ет.
Фред приг­н­ул­ся, и на­ч­ал оги­б­ать спра­ва подс­ту­пы к ска­л­и­с­то­му усту­пу в де­ся­ти мет­рах от нас. Рик уш­ел вле­во, и вс­ко­ре мне пок­а­за­лось что я ос­тал­ся один на вс­ём бе­лом све­те. И сн­о­ва этот, скре­же­щу­щий по нер­вам, звук.
Я на­мот­ал ре­мень от авт­ом­ата на лев­ую ру­ку, от­жал за­щел­ку и вы­дви­нул прик­лад. Не от­р­ы­вая неми­га­ю­ще­го взг­ля­да от враж­деб­ной ска­л­ис­той вы­с­от­ки, я мяг­ко при­л­ожил прик­лад к сер­е­дине дель­тов­ид­ной мыш­цы, по­чувс­тво­в­ав как смерт­о­нос­н­ое ору­жие, слов­но вр­ос­ло в моё те­ло. До мо­их ноз­др­ей до­но­сил­ся, слег­ка улов­имый за­пах ору­жей­ной смаз­ки. Он щек­от­ал нер­вы, подм­еши­вая к ад­р­е­н­а­л­и­ну что-то своё, че­го ник­ог­да не пой­мут уче­ные и био­л­оги.
Вор­о­не­ный ствол мед­л­ен­но пов­о­р­а­ч­и­вал­ся ту­да, ку­да пов­о­р­а­ч­и­вал­ся я, прис­т­аль­но вг­ля­ды­ва­ясь в ок­ру­жа­ю­щую дей­стви­т­ель­ность. Враг мог ок­а­зать­ся вез­де. За лю­б­ым ку­ст­ом мог прит­аит­ь­ся монстр, слю­ны кот­ор­ого, дос­тат­оч­но что­бы убить всё че­лов­е­чес­кое, мед­л­ен­но и же­с­т­око.
Опять звук...
Я мед­л­ен­но, очень мед­л­ен­но про­дв­игал­ся впер­ед, плав­но пер­ес­т­ав­ляя но­ги од­ну за дру­гой, ста­р­аясь что­бы ни один ка­ме­шек не сдви­нул­ся с ме­с­та под мо­им сток­и­л­ограм­мо­в­ым те­лом.
И тут к зву­ку при­со­е­ди­нил­ся еще ка­кой-то звук. Еле слыш­н­ый. Хао­т­ич­н­ый и непо­нят­н­ый. –Мо­жет быть ве­тер, - спро­сил я сам се­бя, не ве­ря в свои пред­по­л­оже­ния.
Вот сн­о­ва скре­жет­а­ние и опять этот звук, слов­но в вд­огон­ку, слов­но дых­н­у­ло прив­е­де­ние, спрят­ав­шее­ся но­чью у ре­бен­ка под кро­в­ат­ью.
За­щи­па­ло гла­за.
-Вот хрень! – вы­ру­гал­ся я, смар­ги­вая кап­лю по­та, скат­ив­шую­ся со лба в уго­л­ок гла­за. На­д­ви­нул шап­ку до са­мых бро­в­ей. –На­до бы­ло бан­д­а­ну что- ль на­це­пить... Но кто зн­ал – в так­ую-то по­го­ду... Дав­но на­пря­гу так­ого не бы­ло. Обыч­но всё в об­щем по­нят­но. Вот враг, кот­ор­ого на­до унич­то­жить, а вот друг, кот­ор­ому нуж­но по­мочь. За­б­ыл про черт­ов пот – дур­ак!
Еще шаг. Я знаю – дру­зья где-то ря­дом так же как и я про­дв­ига­ют­ся нес­л­ыш­н­ыми ша­га­ми к воз­мож­ной опас­н­о­с­ти, гот­о­в­ые в лю­бой мо­мент среа­гир­о­в­ать.
Скре­жет, еще один, вдох при­зра­ка, и опять скре­жет...
Моё серд­це вы­сту­к­и­ва­ет че­чет­ку, гот­ов­ое вы­прыг­нуть нар­ужу. Как хо­чет­ся ди­ко зао­р­ать, плю­нуть на всё, и дать па­ру трой­ку очер­е­дей по этой черт­овой ска­ле. Как бы­ло бы здор­ово ув­и­деть де­сят­ок ма­л­ень­ких фонт­ан­ч­и­к­ов, брызг­аю­щих оскол­к­ами ска­лы и дер­е­ва, во все стор­о­ны!
Мыс­ли эти про­но­сят­ся за счит­ан­н­ые мг­нов­е­ния. Мне уже ка­жет­ся что я не кра­д­усь, а за­стыл на ме­с­те слов­но сол­евой столб, и мне уже ник­ог­да, ник­у­да не при­дет­ся ид­ти.
Я мед­л­ен­но под­х­ожу к не­вы­с­ок­ому усту­пу, мет­ров двух вы­с­отой, сту­пень­кой пре­граж­д­аю­ще­го под­х­од к под­н­ожию ска­лы. Звук раз­да­ет­ся уже чет­че. Что- то скре­же­щет и ти­хо вз­ды­ха­ет, скре­же­щет и вз­ды­ха­ет где-то там нав­ер­ху. Эти зву­ки сво­дят ме­ня с ума. По­даю знак ру­кой. Фред и Рик при­со­е­ди­ня­ют­ся ко мне, нес­л­ыш­но, и слов­но при­р­о­сшие к сво­им авт­ом­ат­ам.
Я им пок­а­зы­ваю на зем­лю и на ка­мен­н­ую сту­пень­ку. Кровь. Мн­ого кро­ви. Лит­ры кро­ви, ча­стич­но впит­ав­шие­ся в зем­лю, а кое-где нав­еки за­стыв­шие на глад­к­их, реч­н­ых кам­н­ях.
И опять мы слы­шим эти стран­н­ые зву­ки. Уже бл­из­ко.
-Тут что-то прои­з­ош­ло, - ска­зал я, пок­а­зы­вая на кров­опод­т­еки на ка­ме­ни­с­том усту­пе. –Ду­маю, что ра­не­ный пы­тал­ся взо­брать­ся на эту сту­пень, что­бы от ко­го-то убе­жать. Я еще нем­н­ого пор­аз­мыш­лял, а пот­ом про­из­н­ес:
-Ну-ка под­с­о­би­те, брат­цы...
Ме­ня, пуш­ин­кой, подк­и­ну­ли на двух­мет­ро­в­ый уступ, а там, за­це­пив­шись за тор­ч­ащие кор­ни др­ев­н­его ду­ба, я ок­а­зал­ся на сво­их дво­их.
Сле­дом, быст­ро взмет­н­ул своё легк­ое те­ло Фред, а за­тем и Рик, лег­ко подт­я­нув­шись на муск­у­ли­с­тых ру­к­ах, ок­а­зал­ся ря­дом. Вот те­перь мы яв­но слы­ша­ли скре­жет­а­ние и как­ое-то мы­ча­ние. В ска­ле мы ув­и­де­ли вход в не­бо­льшую пе­ще­ру, хо­тя скор­ее это бы­ло про­с­то углуб­л­е­ние в пор­о­де, вы­долб­л­ен­н­ое вет­ра­ми и до­ж­дя­ми за мил­л­ио­ны лет.
Я дос­тал фо­н­ар­ик и по­свет­ил. Нет, это все же боль­ше на­по­ми­на­ло пе­ще­ру. И зву­ки до­но­си­л­ись имен­но от­т­у­да. Я во­шел пер­вым. В нос тут же удар­и­ло зл­ов­о­ние испр­аж­н­е­ний, впер­емеш­ку с мед­н­ым за­па­хом кро­ви и гни­ю­щей пло­ти. Сдел­ав два ша­га, я ос­тол­бе­нел...
Что­бы ме­ня не стош­н­и­ло, я вы­нуж­д­ен был от­к­рыть шир­око рот, и ча­сто за­д­ышать. Ко мне по­дош­ли Фред и Ри­ки, кот­ор­ые вз­вы­ли, ув­и­дев то что предс­та­ло пер­ед их гла­за­ми.
Сэм Пи­т­ер­с­он си­дел на ка­ме­ни­с­том по­лу пе­ще­ры, прис­л­о­нив­шись спи­ной к ска­ле. Одеж­да на нем бы­ла разодр­а­на в кло­чья. Од­на но­га вы­тя­нул­ась обг­ло­дан­ной куль­тей, а воз­ле дру­гой, ко­по­ши­л­ись кры­сы, вы­ры­вая ос­тат­ки мя­са. Обе но­ги Сэм пер­е­вя­зал вы­ше ко­л­ен об­рыв­к­ами рем­н­ей от по­ход­н­ого вещ­меш­ка. Воз­ле те­ла, я за­мет­ил как­ую-то над­пись, сдел­ан­н­ую кро­в­ью:
“Рой­те рвы. За­л­и­вай­те во­ду. Они идут. Их мн­ого “
Я по­свет­ил в ли­цо пат­руль­но­го и ужас­н­ул­ся. Ли­ца на нем не бы­ло. Ще­ки от­с­утс­тво­в­а­ли, а на пле­че си­де­ла наг­лая кры­са, и тя­ну­ла Сэ­ма за язык, пы­та­ясь от­ор­вать лак­омый ку­сок. И в этот мо­мент пат­руль­ный за­д­ви­гал од­ной ру­кой, в кот­орой еще про­дол­жал сжи­мать то­пор. То­пор проск­ре­жет­ал по ка­ме­ни­с­то­му по­лу пе­ще­ры, а Сэм Пи­т­ер­с­он из­дал про­т­яж­н­ый, пол­н­ый бо­ли и от­ч­ая­ния стон.
Всё это прои­з­ош­ло за счит­ан­н­ые сек­ун­ды, и мы стоя­ли, не по­ни­мая что дел­ать, и как­ое ре­ше­ние при­нять. Мы зн­а­ли что пат­руль­ный скор­ее вс­его зар­ажен, но не мог­ли про­с­то так бро­сить то­в­ар­ища по­ды­хать на от­к­орм­ку крыс и дру­гих стер­вят­н­и­к­ов и па­д­аль­щи­к­ов, шаст­аю­щих тут.
Пер­вым мо­им пор­ывом бы­ло сбро­сить сер­ую га­д­и­ну с пле­ча то­в­ар­ища, и расс­тре­л­ять вс­ех этих мерзк­их га­д­ин в упор. И я уже бы­ло сдел­ал шаг в стор­о­ну дру­га, но...
Чья-то тень лег­ла на пол пе­ще­ры, слов­но рас­тал­к­и­вая нас в стор­о­ны, и в ту же сек­ун­ду мы услы­ша­ли резк­ий хло­пок, и ре­жу­щий слух свист, кот­ор­ый прер­в­ал­ся ко­р­от­к­им негромк­им шлепк­ом.
Во лбу у Сэ­ма Пи­т­ер­с­о­на тор­ч­а­ло опер­ен­н­ое др­ев­ко стре­лы.