Юрий Катлинский - "До свидания завтра".
ЮРИЙ КАТЛИНСКИЙ.
"ДО СВИДАНИЯ ЗАВТРА."
2015 год
Все что вы зна­е­те, ни­что, по срав­не­нию с тем, что вы чув­ству­е­те... Чув­ство, вот то, что вле­чет по на­сто­я­ще­му, без ма­сок, ли­це­ме­рия, "пре­крас". Вды­хая его , вы по­чув­ству­е­те, как до­ро­го оно вам да­лось. То, са­мое неза­мет­ное, и быть мо­жет при­выч­ное... По­чув­ствуй­те... Гл.1 Ок­тябрь 2003 г. Я хо­чу ска­зать од­но сло­во- сво­бо­да! Но оно та­кое вос­тор­жен­ное, что я мол­чу, и смот­рю на по­ко­сив­ший­ся ба­рак, как и мно­го лет на­зад, ес­ли точ­но, де­сять. Я мо­гу рас­ска­зать, креп­ким му­жи­кам, ко­то­рые счи­та­ют се­бя непро­би­ва­е­мы­ми, что "сла­би­на" есть у всех, у каж­до­го ин­ди­ви­ду­ма, ту­по­го или ум­но­го, но есть. По­ка­зать се­бя, быть кем то, фан­та­зи­ро­вать, не зна­чит иметь стер­жень, не зна­чит , иметь по­рог бо­ли, не зна­чит, что вы чув­ству­е­те... Са­мые "на­пы­щен­ные ин­дю­ки" пла­ка­ли от бо­ли, умо­ляя пре­кра­тить из­де­ват­ся над их "эго". Я улы­ба­юсь, по­то­му что, "иг­ра на пуб­ли­ку" и есть, ту­пое мол­ча­ние, без ощу­ще­ний, в ко­то­ром тот, кто хо­чет быть, "кру­тым", на са­мом де­ле, - ни­кто! Он сто­ял на­про­тив КПП, ис­пра­ви­тель­но­го учре­жде­ния, и смот­рел на се­ро­го цве­та, по­ко­сив­шу­ю­ся бе­тон­ную оста­нов­ку. Толь­ко од­на мысль, про­мельк­ну­ла в го­ло­ве, "ни­че­го не по­ме­ня­лось, за эти длин­ные, го­ды. Он обер­нул­ся, по­смот­рел на хму­рое ли­цо пра­пор­щи­ка за спи­ной и вздох­нув про­из­нес: - Сво­бо­да ока­зы­ва­ет­ся , да­же свой за­пах име­ет. - Ты еще ска­жи цвет, хмык­нул пра­пор­щик, до­став из кар­ма­на, смя­тую пач­ку си­га­рет. - И цвет, впол­го­ло­са про­из­нес, немо­ло­дой муж­чи­на, в по­тер­том пи­джа­ке. - Ты иди Ни­ко­лай Ни­ко­ла­е­вич, ска­зал пра­пор­щик, чирк­нув спич­кой. Под­ку­рив си­га­ре­ту, он вы­пу­стил дым изо рта, и до­ба­вил:- У нас не то ме­сто, что бы же­лать , про­ве­сти здесь остат­ки дней. - Это точ­но, кив­нул го­ло­вой Ни­ко­лай Ни­ко­ла­е­вич, и по­смот­рев по сто­ро­нам, по­шел на пу­стую , ав­то­бус­ную оста­нов­ку. В этой осе­ни про­мозг­лой, где не бу­дет теп­ло­ты, ты и я, проснем­ся утром, и за­сты­нем от тос­ки... В этих зву­ках непо­дьем­ных, ты по­чув­ству­ешь пе­чаль, ты за­ме­тишь, как то стран­но , "про­бе­га­ют го­ро­да"... Ты спе­шишь, се­бе на по­мощь, и бли­ста­ешь ино­гда, ты го­ряч, быть мо­жет мо­лод, и не зна­ешь, ты се­бя... Ты проснеш­ся утром, ра­но, и по­чув­ству­ешь, тос­ку, по­то­му что, здесь се­го­дня, ты вер­неш­ся в пу­сто­ту... Там нет за­ко­нов, нет стар­шин, там нет пре­по­нов, ве­ли­чин, там есть сво­бо­да, ну а вме­сте с ней, там нет пре­град, для воль­но­стей лю­дей... Там не за­ду­мы­ва­ясь "блу­дят" , там не по­ду­мав­ши "ха­мят", там про­сто сло­во "сво­лочь", уж боль­но лю­бят, - на­угад! И там не ды­шат на­сла­жда­ясь, там толь­ко сто­нут от за­бот, не ви­дя, и не по­ни­мая, бе­гут как ба­боч­ки, на свет. Там в ранг под­ня­ли уни­же­ние, там си­лу ува­жа­ют, и "на­храп", и не гру­стят, про­иг­ры­вая день­ги, их мно­го, тех, кто ви­но­ват... При­хо­дит день на твой по­рог, и ты вдруг с гру­стью по­ни­ма­ешь, что не охо­та слы­шать мат, в свой адрес, и за что,- не по­ни­мая. По­ду­ма­ет­ся , хоть и не на­дол­го, а что есть в жиз­ни у те­бя? На­вер­но толь­ко пре­ди­сло­вие, а жизнь, уже про­шла. Ов­сян­ни­ков Ни­ко­лай Ни­ко­ла­е­вич, вор, и про­вел " у хо­зя­и­на", столь­ко се­рых дней, ко­то­рых бы хва­ти­ло на то, что бы вы­ло­жить ими, длин­ную до­ро­гу в ни­ку­да... Кто то ска­жет,судь­ба, вряд ли, в этом от­ве­те не бу­дет прав­ды, в ней толь­ко от­го­вор­ка,или от­го­ло­сок, то­го чув­ства, ко­то­рое спит. Чув­ства не до­ступ­ны, то­му кто спе­шит... Осен­ний ве­тер, на­го­ня­ет грусть, ну и пусть... В этой су­ма­то­хе, то­же воз­мож­но жить, при­спо­саб­ли­ва­ясь, го­во­ря неправ­ду, ис­ку­шая, и про­ти­вясь. А мож­но не про­ги­ба­ясь, так как мо­жешь, та­кой как есть, не при­ни­мая вы­го­ду, за прав­ду. Од­но "пря­мое" сло­во, не по­ду­мав, и ты уже ни­кто... Ста­рый по­тре­пан­ный вре­ме­нем ав­то­бус, по­дье­хал к оста­нов­ке. От­кры­лись две­ри... Ни­ко­лай Ни­ко­ла­е­вич, еще раз взгля­нул на де­ре­вян­ный, вы­со­кий за­бор ла­ге­ря, дверь КПП, оки­нул взгля­дом до­ро­гу, и вздох­нув во­шел в ав­то­бус. "Зна­чит что то не сло­жи­лось , по­ду­мал он, встав у ок­на на зад­ней пло­щад­ке. Вы­хо­дит вер­ные то­ва­ри­щи опаз­ды­ва­ют, это как ми­ни­мум, усмех­нул­ся он. Это где же бы­ло та­кое, в ка­ком ки­но, на­мор­щив лоб, вспо­ми­нал он. Ко­реш "от­ки­нул­ся" а его ни­кто не встре­тил, - нехо­ро­ший при­знак. Хо­тя, мог­ли про­сто в до­ро­ге за­дер­жат­ся, по­ду­мал он. Бы­ва­ет что и..." Его раз­мыш­ле­ния пре­рвал су­хой, трес­ку­чий го­лос кон­дук­то­ра. Жен­щи­на в воз­расте, гля­дя как бы в сто­ро­ну, за­учен­но про­мол­ви­ла, - За про­езд опла­чи­ва­ем. - Че­го? вздрог­нул Ни­ко­лай Ни­ко­ла­е­вич, по­смот­рев на жен­щи­ну. - Про­езд, буд­то устав, от за­учен­ной фра­зы, вздох­ну­ла кон­дук­тор. - А ну да, кив­нул го­ло­вой Ни­ко­лай Ни­ко­ла­е­вич, опу­стив ру­ку в кар­ман пи­джа­ка. - Вро­де как осво­бо­дил­ся, при­щу­рив гла­за, про­мол­ви­ла жен­щи­на, оце­ни­вая . - Да , про­тяж­но про­из­нес Ни­ко­лай Ни­ко­ла­е­вич, до­став из кар­ма­на ку­пю­ру. - Ра­бо­та, вот что тя­же­ло, вздох­ну­ла жен­щи­на, при­ня­ла день­ги, от­счи­та­ла сда­чу, и вер­ну­ла все, вме­сте с би­ле­том. - А что, со­всем в го­ро­де ху­до? по­ин­те­ре­со­вал­ся Ни­ко­лай Ни­ко­ла­е­вич. - Алю­ми­ни­е­вый за­кры­ли, "аг­ре­га­тов" в од­ну сме­ну, три дня в неде­лю ра­бо­та­ет, с гру­стью в го­ло­се, про­мол­ви­ла жен­щи­на. А та­ким как ты, да еще со справ­кой, тя­же­ло бу­дет. - Да я вро­де и... - У ме­ня вон пле­мян­ник осво­бо­дил­ся, пе­ре­би­ла она его. Так уже "на­ма­я­лись " с ним, тя­же­ло вздох­ну­ла жен­щи­на. Знаю, мах­ну­ла она ру­кой, и по­шла в дру­гой ко­нец ав­то­бу­са. - Яс­но, впол­го­ло­са про­из­нес Ни­ко­лай Ни­ко­ла­е­вич. Бы­ва­ет, ти­хо до­ба­вил он, гля­дя в ок­но. Две­ри с гро­хо­том за­кры­лись, во­ди­тель за­пу­стил дви­га­тель, и ав­то­бус мед­лен­но по­ехал, уво­зя прочь, быв­ше­го аре­стан­та, Ни­ко­лая Ни­ко­ла­е­ви­ча Ов­сян­ни­ко­ва, по про­зви­щу "Осень". "А что из­ме­ни­лось, гля­дя на до­ро­гу ду­мал Осень. Де­сять лет про­шло, а до­ро­га все та­же, в уха­бах, бро­шен­ные, недо­стро­ен­ные за­во­ды, сто­ят буд­то па­мят­ни­ки про­шло­му. В ко­то­ром все бы­ло глад­ко, по­нят­но, и нас всех ско­пом ве­ли, к свет­ло­му бу­ду­ще­му, са­ми не зная до­ро­ги. Пя­ти­лет­ки, до­сроч­ный план, пе­ре­вы­пол­не­ние, вы­стра­дан­ный от­пуск в Кры­му, ста­кан "порт­ня­ка" под па­ля­щим солн­цем, ров­ная зар­пла­та, оди­на­ко­вая одеж­да. Вре­мя буд­то за­сты­ло, в этой уны­лой эпо­хе. В ла­ге­ре жи­ли меч­той, на­деж­дой, что на­сту­пит день, и бу­дет празд­ник, "воль­няш­ка"! улыб­нул­ся сво­им мыс­лям Осень. Празд­ни­ка нет, толь­ко го­речь." Ав­то­бус рез­ко за­тор­мо­зил, под­прыг­нув на ям­ке. В са­лон вва­ли­лась ком­па­ния ре­бят, а за ни­ми, по­жи­лой, хму­рый муж­чи­на, в по­но­шен­ной курт­ке. Осень мель­ком взгля­нул на ма­ло­ле­ток, и оста­но­вил взгляд на му­жи­ке. " Вот про­стой при­мер, по­ду­мал он. С утра и до ве­че­ра, на "па­хо­те". Вот кто от­бы­ва­ет свою жизнь, не ви­дя про­све­та. Тя­же­ло так жить, буд­то по кру­гу. Кто его пе­ре­убе­дит, что так жить нель­зя? Пра­виль­но, ни­кто. Он ко­пит под по­душ­кой день­ги на мо­то­цикл с ко­ляс­кой, пьет по празд­ни­кам, не лю­бит же­ну, и с тос­кой смот­рит по теле­ви­зо­ру, как кра­си­во жи­вут лю­ди. А кем он счи­та­ет се­бя? Спро­сить? Ду­маю он да­же не пой­мет мой во­прос. Вы по­ве­ли­те­ли кос­мо­са! Вы хо­зя­е­ва жиз­ни! Вы са­мые пе­ре­до­вые, улы­бал­ся Осень, при­по­ми­ная мас­со­вые ло­зун­ги и при­зы­вы. Эти пе­ре­до­ви­ки жи­вут в ни­щи­те, и да­же не по­ни­ма­ют, что вы­брат­ся из нее, на­до не толь­ко ду­мать об этом, но и что то де­лать. Вот ко­гда есть в му­жи­ке стер­жень, он смо­жет, а нет, так и оста­нет­ся, ра­бо­тя­гой. Лад­но, хо­рош се­бе го­ло­ву за­ни­мать, по­ду­мал Осень. Он мне на­вер­но ска­жет, на­до жить чест­но, по за­ко­ну, что бы по но­чам спо­кой­но спать. А я ему от­ве­чу, да­же те кто во­ру­ет, спят нор­маль­но, и пле­вать они хо­те­ли на та­ких как ты. Для них, та­ких нет, во­об­ще! Ве­руй­те в Бо­га, мо­ли­тесь, да толь­ко и те, то­же при­хо­жане. Нет му­жик, прав­ды нет, есть смысл, а вот в него, каж­дый вкла­ды­ва­ет то, че­го очень же­ла­ет. Для од­них ты про­стой тру­же­ник, хо­ро­ший че­ло­век, для дру­гих раб, для тре­тих неудач­ник. Ты спро­си у сво­ей же­ны, кем она те­бя счи­та­ет? Ду­маю от­вет бу­дет не в твою поль­зу, вздох­нул Осень. По­че­му они не при­е­ха­ли?" - Эй му­жик, ты че, обор­зел! раз­дал­ся гром­кий го­лос в ав­то­бу­се. Осень по­вер­нул го­ло­ву, и уви­дел мо­ло­до­го здо­ро­вя­ка, ко­то­рый ском­кав во­рот­ник курт­ки муж­чи­ны, тряс его как "гру­шу". - Ты со­всем "олень"! гром­ко про­из­нес вто­рой, чуть ни­же ро­стом. - Из­ви­нись урод, зло про­из­нес мо­ло­дой ам­бал. Ты мне на но­гу на­сту­пил, по­нял! Муж­чи­на съе­жил­ся, втя­нул пле­чи, и впол­го­ло­са про­из­нес: - Я слу­чай­но. Я не хо­тел, до­ба­вил он, за­во­ро­жен­но гля­дя на ам­ба­ла. - Не, ты слы­шал, спро­сил ам­бал, об­ра­ща­ясь к при­я­те­лю ря­дом. Ты слы­шал, что он ска­зал? - Че­го то про­мям­лил, скри­вив гу­бы, от­ве­тил па­рень, на­кло­нив­шись. Ты гром­че го­во­ри "дя­тел"! Ав­то­бус едет, не слыш­но! - Он че­го то "ши­пит", рас­тя­нул­ся в до­воль­ной улыб­ке ам­бал. А па­ца­ны? спро­сил он, об­ра­ща­ясь к осталь­ным. Вы слы­ша­ли? - Не, по­ка­чал го­ло­вой один из них. Кон­дук­тор, буд­то "про­гло­тив ежа", бо­ясь от­крыть рот, смот­ре­ла на до­ро­гу, и де­ла­ла вид, что ни­че­го не слы­шит.Во­ди­тель из­ред­ка по­гля­ды­вал в зер­ка­ло зад­не­го ви­да, по­том пе­ре­во­дил взгляд на до­ро­гу, и кру­тил "ба­ран­ку". На "тор­пе­до" ря­дом с ним, ви­се­ла таб­лич­ка, " Кон­тро­лер луч­ший друг". За ней сле­ду­ю­щая, "Бог все про­стит", по­том "Не гре­ши­те", и в кон­це, "Пусть то, что же­ла­е­те мне, вер­нет­ся вам вдвойне". Осень по­вер­нул­ся и вни­ма­тель­но сле­дил за про­ис­хо­дя­щим в ав­то­бу­се. " Вот о чем ду­мал, ко­гда вы­шел? Ду­мал, про­шло все, бу­дет чи­стый день, яр­кие лю­ди, улыб­ки, все непо­хо­же как там. А здесь? Зло­ба, неува­же­ние... Пе­чаль­но, но этот мир по преж­не­му де­лить­ся. За­чем?" - Ты мол­чишь ко­зел! по­вы­сив го­лос при­крик­нул ам­бал, на­пи­рая на муж­чи­ну. При­да­вив его к стек­лу, он при­ме­рял­ся уда­рить его, лбом, в пе­ре­но­си­цу. - Из­ви­ни­те ре­бя­та, про­из­нес муж­чи­на, стес­ня­ясь. Он мо­мен­таль­но по­крас­нел, и сник. - Пра­виль­но "чу­хан", по­хло­пал его по пле­чу дру­гой юно­ша, усме­ха­ясь. Ты же "ко­зел ста­рый" да? над­мен­но усме­хал­ся па­цан. - Ла­зят тут вся­кие "му­да­ки", ух­мыль­нул­ся ам­бал. А на­до та­ким как ты, до­ма си­деть, и дро­жать. По­нял? по­вы­сив го­лос, спро­сил ам­бал. Ты по­нял? - Да, со­глас­но кив­нул го­ло­вой муж­чи­на. - Это пра­виль­но, ска­зал ам­бал. А те­перь вы­три мне бо­ти­нок, и мо­жешь "че­сать" к сво­ей баб­ке. Вот так, за­улы­бал­ся, до­воль­ный со­бой па­цан. Муж­чи­на на мгно­ве­ние за­мер, как бы про­счи­ты­вая даль­ней­шие со­бы­тия, и кив­нул го­ло­вой, в знак со­гла­сия. - Да­вай, от­пу­стив муж­чи­ну, ам­бал под­нял но­гу, и по­ста­вил свой бо­ти­нок, на ко­ле­ни муж­чи­ны. Чи­сти! Муж­чи­на ко­ле­бал­ся несколь­ко се­кунд, и уже под­нял ру­ку, что бы вы­те­реть бо­ти­нок, как вдруг ав­то­бус кач­ну­ло на уха­бе. Ам­бал по­шат­нул­ся и не удер­жав­шись упал на пол. Осень вни­ма­тель­но по­смот­рел на ли­цо муж­чи­ны. "Бу­дет? Или станет бить? Ну же, ре­шай­ся му­жик, твоя честь за­де­та, раз­мыш­лял он. Или ты че­ло­век, или нет? Ты же воль­ный, не дай этим уро­дам опу­стить се­бя. Толь­ко бей­ся, не мол­чи, не жуй соп­ли, злил­ся Осень. Ну как же так! Ес­ли на сво­бо­де так се­бя ве­сти... Ты же ви­дишь, это зве­рье, они толь­ко си­лу по­ни­ма­ют. Да в ла­ге­ре за од­но сло­во, что они ска­за­ли, уже "на пе­ро ста­вят". А ты? Ска­зать что мне "фио­ле­то­во"? спро­сил он се­бя. За­чем за му­жи­ка "ма­зу тя­нуть"? Тем бо­лее на во­ле. Их здесь столь­ко та­ких, "на­гну­тых", ку­ла­ки уста­нут. А с дру­гой сто­ро­ны, но ведь бес­пре­де­лят эти уро­ды ма­ло­лет­ние. Зна­чит мо­гу "впи­сат­ся" и оста­но­вить этот "цирк". По­том спра­ши­ва­ют, по­че­му мне до­ро­го каж­дое сло­во, усмех­нул­ся Осень. Да по­то­му что ди­ких, на­до учить! Ина­че, не ви­дя ав­то­ри­те­та и не зная "кра­ев", эти уро­ды, мо­гут и при­лич­но­го че­ло­ве­ка оскор­бить. На­до по­пра­вить. Стран­но а ведь мне да­же не страш­но, по­ду­мал Осень. Их чет­ве­ро, я один. Впер­вый раз что ли? Си­ла не в ку­ла­ках, а в те­ле. И еще прав­да, но это уже мно­гим по­нят­но. За му­жи­ка всту­пил­ся, по­ка­чал го­ло­вой Осень, но все та­ки, ре­шил для се­бя, сде­лать это." - Му­дак! за­орал на весь ав­то­бус ам­бал, под­ско­чив на но­ги. Да ты "ох...л"! Ко­зел! - Это... за­мер муж­чи­на, рас­те­рян­но гля­дя пе­ред со­бой. Ав­то­бус за­тор­мо­зил на оста­нов­ке. Кон­дук­тор на­ко­нец то при­шла в се­бя, обер­ну­лась и гром­ко крик­ну­ла: - А ну вы­ме­тай­тесь из ав­то­бу­са! Я ми­ли­цию вы­зо­ву! Быст­ро! - Не ори! крик­нул в от­вет один из па­ца­нов. Вы­хо­дим! - Вме­сте с то­бой, зло­рад­но оска­лив зу­бы, про­из­нес ам­бал, по­тя­нув за ши­во­рот муж­чи­ну. Тот да­же не упи­рал­ся, а по­кор­но вы­шел из ав­то­бу­са, как ба­ран на ве­ре­воч­ке. Осень вы­шел сле­дом за ком­па­ни­ей. Ав­то­бус быст­ро отъ­е­хал. На пу­стой оста­нов­ке, по­сре­ди по­ля, оста­лись ше­сте­ро. Вда­ли вид­не­лись це­ха аг­ре­гат­но­го за­во­да, и "убе­га­ю­щий" в го­род трам­вай. "Кар­ти­на непри­ят­ная, по­ду­мал Осень, уже наг­ло рас­смат­ри­вая па­ца­нов. А они, бы­ли так увле­че­ны, что не за­ме­ча­ли его. Бе­до­ла­ги, по­ду­мал Осень. Ни­че­го не опа­са­ют­ся.Со­всем ди­кие. Бу­дем учить." - Ну все ко­зел, при­е­ха­ли, ко­неч­ная! ро­го­тал ам­бал, пи­ная но­гой упав­ше­го на зем­лю муж­чи­ну. На­до бы­ло сра­зу при­знать, вы­те­реть пла­точ­ком, и ехал бы се­бе к ба­буль­ке, пе­ре­деть! Че мол­чишь? Страш­но да? - Да ты его так за­пу­гай Гро­ми­ла, сме­я­лись осталь­ные па­ца­ны, под­ку­ри­вая си­га­ре­ты. - Он сей­час об­ли­зы­вать мне их бу­дет, разо­шел­ся ам­бал. На спор а? спро­сил он обер­нув­шись к дру­гим. Муж­чи­на ле­жал на зем­ле, и тя­же­ло ды­шал, при­жав ру­ку к гру­ди. Он смот­рел пе­ред со­бой и ше­ве­лил гу­ба­ми. - А у те­бя са­мо­го "мет­ла ра­бо­чая"? гром­ко про­из­нес Осень. Или ты "по­цик" толь­ко по му­жи­кам ста­рым спе­ци­а­лист? - Че... за­вис от неожи­дан­но­сти ам­бал, от­крыв рот. Осталь­ные па­ца­ны, по­вер­ну­лись, и с ин­те­ре­сом рас­смат­ри­ва­ли Осень. В на­сту­пив­шей ти­шине, Осень по­до­шел к од­но­му из них, что сто­ял с краю, по­смот­рел в гла­за, и негром­ко спро­сил: - Че "бу­ро­ви­те ба­кла­ны"? Утром на ра­бо­ту "не раз­ве­ли", усмех­нул­ся Осень. - А ты кто та­кой? гром­ко спро­сил один из па­ца­нов. - Про­хо­жий, улы­бал­ся Осень. - Иди от­сю­да про­хо­жий, а то вме­сте с этим "коз­лом" ля­жешь, ска­зал ам­бал. - Пра­виль­но тол­ку­ешь Гро­ми­ла, ска­зал щуп­лый па­рень, в вет­ров­ке, с об­вет­рен­ным ли­цом. Ты се­бя ви­дел дя­дя, усмех­нул­ся он. Ты же до­хо­дя­га. - Ме­ня устра­и­ва­ет вес, от­ве­тил Осень. В этой жиз­ни, до­ба­вил он впол­го­ло­са. - Да ты ге­рой па­па­ша, "за­све­тил­ся" от ра­до­сти Гро­ми­ла. - Нет, по­ка­чал го­ло­вой Осень, я про­сто при­лич­ный че­ло­век. - Да ты до­стал за ми­ну­ту, рас­сви­ре­пел вдруг ам­бал, пнул му­жи­ка, и за­ка­тав ру­ка­ва курт­ки, шаг­нул впе­ред. Я те­бя сей­час с ним по­ров­няю! гроз­но про­из­нес он, при­ме­ря­ясь уда­рить . - Сам на­про­сил­ся, усмех­нул­ся па­цан в вет­ров­ке. Пра­виль­но? по­смот­рев на при­я­те­лей спро­сил он. - Ну да, кив­нул круг­лой го­ло­вой один из па­ца­нов, при­щу­рив гла­за. - По­лу­чит, кив­нул дру­гой, за­тя­нув­шись си­га­ре­той. Гро­ми­ла ему сей­час че­люсть сло­ма­ет. - Сто даю, кив­нул усмех­нув­шись щуп­лый. Ам­бал сде­лал несколь­ко ша­гов, на­ме­ре­ва­ясь на­не­сти удар. Взгляд его был "бы­чий", как буд­то на­ли­тые кро­вью гла­за, и тя­же­лое ды­ха­ние. "Точ­но бык, по­ду­мал Осень, сде­лав шаг в сто­ро­ну. Та­ких на­до сра­зу ва­лить, ина­че по­том "уби­вать" уста­нешь, жи­ву­чие. О чем я ду­маю, спро­сил он се­бя? Пер­вый день на сво­бо­де. Этот без­воль­ный му­жик... Да­ром был мне не ну­жен. Ма­ло­лет­ки эти... Я же хо­тел в бань­ку, пи­во хо­ро­шее с рыб­кой, де­ви­цу круг­лую, "с поп­кой"... Что ме­ня так ... Те­перь при­дет­ся "от­ма­хи­ват­ся", от этих "ком­со­моль­цев". По до­ро­ге, на боль­шой ско­ро­сти про­мчал­ся чер­ный "джип", и через несколь­ко се­кунд, вдруг сба­вил ско­рость и оста­но­вил­ся. Зад­няя дверь от­кры­лась, вы­сы­ну­лась лы­сая го­ло­ва, по­смот­ре­ла на оста­нов­ку, и ис­чез­ла в са­лоне, за­крыв дверь. Ма­ши­на раз­вер­ну­лась, и быст­ро по­еха­ла об­рат­но, к ав­то­бус­ной оста­нов­ке. Гро­ми­ла, сжав ку­лак пра­вой ру­ки под­нял ру­ку, гля­дя на незна­ком­ца. - Ты "граб­ли" свои опу­сти "ба­клан", а то по­том при­дет­ся без них жить, жест­ко про­из­нес Осень. Без рук неудоб­но ку­шать. - Че­го? на­бы­чил­ся ам­бал. "Да, си­ту­а­ция, по­ду­мал Осень. В кар­мане ни ка­сте­та, ни пе­ра, ни да­же гвоз­дя, пас­куд­но, нече­го ска­зать. Оста­ют­ся ру­ки , но­ги, зу­бы, и сме­кал­ка, усмех­нул­ся Осень. Да еще пач­ка си­га­рет и спич­ки. А по­че­му нет, по­ду­мал он. Не то­ро­пясь, спо­кой­но, уве­рен­но , он вы­та­щил си­га­ре­ты, до­стал од­ну, про­бе­жал паль­ца­ми по "та­бач­ку", чирк­нул спич­кой, и под­ку­рил. Вот так вот, бу­дет луч­ше, по­ду­мал он. Огонь то­же ору­жие." За­тя­нув­шись, он спо­кой­но смот­рел, на при­бли­жа­ю­ще­го­ся мо­ло­до­го при­дур­ка. " На край­ний слу­чай, "при­жгу" га­да, по­ду­мал он, а там ..." Раз­дал­ся ав­то­мо­биль­ный сиг­нал. Сле­дом еще несколь­ко. Осень смот­рел на ли­ца па­ца­нов, и ви­дел в них, та­кое боль­шое удив­ле­ние, буд­то они встре­ти­ли ино­пла­не­тян. Сам он не от­вле­кал­ся, ку­рил и на­блю­дал . Гро­ми­ла оста­но­вил­ся, и всмот­рел­ся. К оста­нов­ке подъ­е­хал "джип", а за ним несколь лег­ко­вых ав­то­мо­би­лей. Из "джи­па" вы­шли трое. Один из них, лы­сый, вы­со­ко­го ро­ста, креп­кий, рас­ста­вив ру­ки в сто­ро­ны быст­рым ша­гом на­прав­лял­ся к оста­нов­ке. - Осень, брат, из­ви­ни, при­шлось в объ­езд ехать, до­ро­гу ре­мон­ти­ро­ва­ли, вос­клик­нул он, по­до­шел, и дру­же­ски об­нял. - Здо­ро­во Ни­ки­та, об­нял его в от­вет Осень. - По­ни­маю... - Лад­но, бы­ва­ет, пе­ре­бил его Осень. - По­еха­ли? спро­сил Ни­ки­та. - Успе­ем, вы­дох­нул Осень. Вот этих "ба­кла­нов", на­до немно­го по­пра­вить, а то бл..ь, возо­мни­ли о се­бе "до небес", сдер­жал­ся Осень, что бы не пе­рей­ти на "фе­ню". - Они же "ком­со­моль­цы" по ро­жам ви­жу, по­смот­рев на па­ца­нов ска­зал Ни­ки­та. - Да, про­тяж­но про­мол­вил Осень. По­это­му, на­до их на­зи­да­тель­но. Да? ска­зал Осень, об­ра­ща­ясь к ам­ба­лу, за­стыв­ше­му буд­то ста­туя. Осталь­ные па­цан­чи­ки сто­я­ли смир­но, и мол­ча­ли. Му­жик си­дел на зем­ле, и мор­гая гла­за­ми, смот­рел на всех, ни­че­го не по­ни­ма­ю­щим взгля­дом. - Вот так вот, под­фар­ти­ло те­бе, вздох­нул Осень, по­смот­рев на му­жи­ка. Ты ме­ня слы­шишь? То­гда ска­жи хоть сло­во, чу­дик! - Ага, про­из­нес му­жик гром­ко, и кив­нул го­ло­вой. - Я не за те­бя впи­сал­ся, ты та­кой же как эти, спо­кой­но про­из­нес Осень, ука­зав паль­цем на па­ца­нов. Тот кто за се­бя не мо­жет от­ве­тить, тот... Ни­кто! на­шел­ся со сло­вом Осень. Я го­во­рю с то­бой, на по­нят­ном для те­бя язы­ке. Ты ме­ня по­ни­ма­ешь? - Да, от­ве­тил му­жик. - Вста­вай, че­го си­дишь. Иди до­мой, до­ба­вил Осень. Твоя жизнь "па­хо­та", вот и иди, до­ку­рив си­га­ре­ту, ска­зал Осень. - А эти, ука­зы­вая ру­кой на па­ца­нов, спро­сил Ни­ки­та. - Учить, от­ве­тил Осень. Уны­ло как то на "воль­няш­ке", до­ба­вил он. Зна­ешь, я ду­мал все из­ме­ни­лось, и лю­ди то­же. А вы­хо­дит, на са­мом де­ле, ни­че­го. - Твоя прав­да, кив­нул Ни­ки­та. - Эй, му­жик, ты хоть в мор­ду дай, это­му ам­ба­лу, что буц­кал те­бя! крик­нул Осень. Вер­нись! Ес­ли не сде­ла­ешь, зна­чит ты та­кой же, ка­ким они те­бя на­зы­ва­ли. Ты по­ни­ма­ешь? по­вы­сив го­лос ска­зал Осень. Му­жик оста­но­вил­ся, обер­нул­ся, недол­го смот­рел , опу­стил гла­за,по­том на­кло­нил­ся, по­пра­вил бо­ти­нок, и что есть сил по­бе­жал, в сто­ро­ну за­во­да. - Зна­чит так, тя­же­ло вздох­нул Осень. Сам я ви­но­ват. Под­дал­ся на­стро­е­нию. Пер­вый день... воз­ду­ха воль­но­го глот­нул, вот ме­ня и по­му­ти­ло. Бро­сив оку­рок к но­гам, он по­смот­рел на па­ца­нов и ска­зал: - А вы че­го сто­и­те ба­кла­ны! По­шли от­сю­да, на по­лу­со­гну­тых! по­вы­сил го­лос Осень. Их би­ли недол­го, но креп­ко. Вна­ча­ле, они пы­та­лись от­ве­чать, но через ми­ну­ту, их же­ла­ния бы­ли толь­ко од­ни,- спа­сти го­ло­ву, от силь­ных уве­чий. Ам­ба­ла под­ве­ли к ма­шине, Осень по­смот­рел на него, и негром­ко ска­зал: - Лю­дей ува­жать на­до "олень", а за сло­ва­ми сле­дить. И ду­мать на­до, а то "по­но­сом" разо­рвет, при­сталь­но гля­дя на раз­би­тое ли­цо па­ца­на , Осень до­стал си­га­ре­ту, под­ку­рил, и до­ба­вил,:- Лю­ди все рав­ны, пе­ред Бо­гом. Те­перь ты дол­го бу­дешь пом­нить, что преж­де чем ска­зать, на­до по­ду­мать. - Да, про­хри­пел ам­бал, сплю­нув кро­ва­вую слю­ну, се­бе на бо­ти­нок. - По­еха­ли Ни­ки­та, ну их нах... мах­нул ру­кой Осень. Гл.2 Ко­ст­ров. По­че­му нет си­не­го, я бы да­же ска­зал, го­лу­бо­го неба? Та­ко­го необык­но­вен­но­го, вос­хи­ти­тель­но­го! Те­бя встре­ча­ет се­рое, с под­ме­шан­ной крас­кой чер­но­го. На­до же, а ведь хо­те­лось ина­че, ра­дост­но. В ла­ге­ре сни­лось оно, непо­вто­ри­мое, ма­ня­щее... И что я ви­жу... Ко­ст­ров Ев­ге­ний Ива­но­вич, зву­ча­ло в ушах, ста­тья 105... - От­си­дел, раз­дал­ся буд­нич­ный го­лос. Иди уже. - Да, груст­но от­клик­нул­ся Ко­ст­ров, вы­хо­дя за же­лез­ную дверь КПП. Мел­кий дождь "сы­па­нул" по те­лу, буд­то смы­вая про­шлое. Ко­ст­ров при­под­нял во­рот­ник кур­точ­ки, огля­дел­ся, и ин­стинк­тив­но при­гнув­шись, по­спе­шил к бли­жай­шей ав­то­бус­ной оста­нов­ке. " Вот сей­час, вот оно под­хо­дит, то са­мое ощу­ще­ние, ко­гда на­до ра­до­ват­ся, сме­ят­ся, а я на­сто­ро­же, по­ду­мал Ко­ст­ров. На­вер­но сот­ни раз, пред­став­лял се­бе этот день, а вот вы­шел, и "по­плыл". А оно все­гда, так ском­кан­но и без­раз­лич­но буд­нич­но. Встав под на­вес оста­нов­ки, он по­смот­рел на по­жи­лую жен­щи­ну в плат­ке. Она сто­я­ла скре­стив свои на­тру­жен­ные ру­ки на жи­во­те, и буд­то ни­че­го не за­ме­чая, смот­ре­ла на за­бор ла­ге­ря невда­ле­ке. Ря­дом с ней, сто­я­ла боль­шая сум­ка, по ви­ду бы­ло за­мет­но, пу­стая. " На­вер­ня­ка к сы­ну при­ез­жа­ла, по­ду­мал Ко­ст­ров. Се­го­дня день сви­да­ний был. Сча­стье то ка­кое для "си­дель­ца", и сло­ва­ми про­сто не пе­ре­дать. Ин­те­рес­но, а как все из­ме­ни­лось? Ку­да мне сей­час? Ку­да ехать? вздрог­нул Ко­ст­ров, за­жму­рив на се­кун­ду гла­за. До­мой? А где он? Кто ждет ме­ня? Внут­ри буд­то нить обо­рва­лась. Ку­да ехать? Неуют­но, очень опас­но, ду­мал Ко­ст­ров, огля­нув­шись. Здесь нет за­ко­нов, толь­ко власть и слу­чай." - Из­ви­ни­те, каш­ля­нул Ко­ст­ров об­ра­ща­ясь к жен­щине. - Что? обер­ну­лась она, за­дум­чи­во по­смот­рев на Ко­ст­ро­ва. - Под­ска­жи­те, как мне на вок­зал по­пасть? - Это про­сто, ма­ши­наль­но от­ве­ти­ла она. На ав­то­бу­се, до ко­неч­ной, и бу­дет вок­зал. А вам по­езд, или ав­то­бус? спро­си­ла она, гля­дя на одеж­ду Ко­ст­ро­ва. - Да­же не знаю, по­жал пле­ча­ми Ко­ст­ров. А... - Вам на­вер­но да­ле­ко ехать? За пре­де­лы об­ла­сти, до­ба­ви­ла жен­щи­на. - Ко­неч­но, кив­нул го­ло­вой Ко­ст­ров. Мне на юг, мах­нул он ру­кой. - То­гда по­езд, как и мне, на­тя­ну­то улыб­ну­лась она. "Ин­те­рес­но по­ду­мал Ко­ст­ров, она чья то мать, хло­по­та­ла, рас­ти­ла, жизнь да­ла, обе­ре­га­ла. По­вез­ло ко­му то. Мне нет, у ме­ня ни­ко­го нет, по­ду­мал Ко­ст­ров. Бы­ла бы ма­ма, я бы сра­зу к ней, об­нял бы, рас­це­ло­вал. По­мо­гал бы во всем. По хо­зяй­ству, дров на­ру­бить, во­ды на­тас­кать. Ма­ма, как же пло­хо без те­бя. Те­перь вот да­же не знаю, как мне до­би­рат­ся в род­ной го­род, ку­да сту­чат­ся в ка­кое ок­но. Где по­мо­щи про­сить? Тя­же­ло." - Из­ви­ни­те, негром­ко об­ра­тил­ся Ко­ст­ров к жен­щине. - Слу­шаю, слег­ка кив­ну­ла она, рас­смат­ри­вая Ко­ст­ро­ва. - Под­ска­жи­те мне, неуве­рен­но на­чал Ко­ст­ров, чув­ствуя что крас­не­ет ли­цо. Я дав­но... сму­тил­ся он, пре­рвав­шись. - Ви­жу сы­нок, с теп­ло­той в го­ло­се про­мол­ви­ла жен­щи­на. Ты на­вер­но толь­ко на сво­бо­ду вы­шел? - Да, опу­стив гла­за кив­нул Ко­ст­ров. - Мне то­же на вок­зал, ска­за­ла жен­щи­на. Ес­ли на­до я куп­лю те­бе би­лет. Те­бе ку­да ехать? В Крас­но­дар? - Да, об­ра­до­вал­ся Ко­ст­ров, по­смот­рев на жен­щи­ну. Ту­да, до­ба­вил он, улыб­нув­шись. Я про­сто не знаю, как от­сю­да до­би­рат­ся. Что сей­час , где ку­пить... как ес­ли пас­пор­та нет... на­до ли... кус­ка­ми "вы­да­вал" Ко­ст­ров, ра­дост­но гля­дя на жен­щи­ну. - Зна­чит дол­го си­дел, вдруг из­ме­ни­лась в ли­це жен­щи­на, по­груст­нев. Дол­го да?спро­си­ла она при­сталь­но гля­дя на Ко­ст­ро­ва. - Дол­го мать, вы­дер­жав па­у­зу, стес­ня­ясь, от­ве­тил Ко­ст­ров. - Вот и мой сын, с гру­стью про­мол­ви­ла она. Си­дит здесь, уже ше­стой год. Ни за что си­дит, с тос­кой до­ба­ви­ла она. А ты? - ну как ска­зать, опу­стив гла­за, сму­тил­ся Ко­ст­ров. Од­ним сло­вом то не рас­ска­жешь. - По­ни­маю, про­мол­ви­ла жен­щи­на. - Да, не зная что от­ве­тить, бурк­нул Ко­ст­ров. Жизнь ведь она раз­ная, впол­го­ло­са до­ба­вил он. - Дей­стви­тель­но, тя­же­ло вздох­ну­ла жен­щи­на. - Я не оправ­ды­ва­юсь, по­ка­чал го­ло­вой Ко­ст­ров. - Мо­жет ты зна­ешь, Ди­му Ем­це­ва, из тре­тье­го от­ря­да, улыб­ну­лась кра­еш­ка­ми губ жен­щи­на. Ма­лень­кий та­кой, у него уш­ки от­то­пы­рен­ные, и ро­дин­ка на ще­ке. Зна­ешь? - Нет, рас­те­рян­но по­ка­чал го­ло­вой Ко­ст­ров. - Как же, уди­ви­лась жен­щи­на. Вы же... ука­за­ла она паль­цем на за­бор ко­ло­нии. Там же... сби­лась она, хло­пая гла­за­ми. Все... - Всех не зна­ешь, вы­дох­нул Ко­ст­ров, и по­чув­ство­вал ви­ну. Та­кую тяж­кую, жгу­чую, от ко­то­рой ста­но­ви­лось не по се­бе. Пот бе­жал по спине, ру­ки ста­ли влаж­ны­ми. Он вспом­нил раз­го­вор у "ку­ма" ла­ге­ря. То­гда то­же, бы­ло что то по­доб­ное. Он не хит­рил, не врал, но стыд, за то что не мог от­ве­тить, этой пре­крас­ной жен­щине, ма­те­ри, его вби­вал в зем­лю. - Я... Там две ты­ся­чи че­ло­век, при­по­ми­ная про­из­нес Ко­ст­ров. Всех не упом­нишь, по­ка­чал он го­ло­вой. " Тре­тий от­ряд... тре­тий от­ряд.... кру­ти­лось у него в го­ло­ве. Ди­ма Ем­цев? Кто та­кой? Ну уж точ­но "не чер­ной ма­сти". Эти все­му ла­ге­рю из­вест­ны. "Ко­зыр­ный фрай­ер"? не слы­шал. На­вер­но му­жик, ну и лад­но, та­кой же как я. Что ему бу­дет. Ра­бо­тай и спи, и день твой на­сту­пит. Та­кой же се­рый, на­вер­но, как и у ме­ня. Ди­ма Ем­цев? Ма­лень­кий? Ух ты, вдруг обо­жгло Ко­ст­ро­ва. Мо­жет это он, при­по­ми­ная со­бы­тия в то­кар­ном це­хе, Ко­ст­ров внут­ренне на­пряг­ся." - Он у ме­ня хо­ро­ший, улыб­ну­лась жен­щи­на и от­вер­ну­лась от Ко­ст­ро­ва. - Ко­неч­но, впол­го­ло­са про­из­нес Ко­ст­ров. - Ты не му­чай­ся, ска­за­ла жен­щи­на, всмат­ри­ва­ясь в ко­нец ули­цы. Вон и ав­то­бус едет. И прав­да, всех не упом­нишь. - Ну да, на­тя­ну­то улыб­нул­ся Ко­ст­ров. Ска­жи­те по­жа­луй­ста, а сколь­ко де­нег на­до на про­езд, спро­сил Ко­ст­ров. - Здесь до­ро­го, де­сять руб­лей, от­ве­ти­ла жен­щи­на. А у те­бя день­ги есть, вдруг спо­хва­ти­лась она, по­смот­рев на Ко­ст­ро­ва. - Вот, за­ра­бо­тал немно­го, по­ка­зал он, за­жа­тые в ру­ки ку­пю­ры. - На би­лет, по­ез­да, долж­но хва­тить, вздох­ну­ла жен­щи­на, по­смот­рев на день­ги. - Ну я, так и рас­счи­ты­вал, улыб­нул­ся Ко­ст­ров. - А на одеж­ду уже не хва­тит, ска­за­ла она. - Это не глав­ное, мах­нул ру­кой Ко­ст­ров. Я же не го­лый. - Ты все од­но что раз­де­тый, вздох­ну­ла жен­щи­на. В этом толь­ко ... - А что, уди­вил­ся Ко­ст­ров. Джин­сы, бо­тин­ки, ру­баш­ка, курт­ка. Че­го не так, огля­ды­вая се­бя, спро­сил Ко­ст­ров. - Да вре­мя не то, спо­кой­но от­ве­ти­ла жен­щи­на. - Я за мо­дой не го­нюсь, про­стец­ки про­мол­вил Ко­ст­ров. Про­сто­та ве­щей, луч­ше, чем быть их ра­бом. - На­вер­но так, кив­ну­ла в от­вет жен­щи­на. Вот и ав­то­бус по­до­шел. Скри­пя тор­мо­за­ми, ав­то­бус плав­но оста­но­вил­ся , пря­мо на­про­тив них. В са­лоне бы­ло несколь­ко че­ло­век. И каж­дый из них, по­смот­рел на Ко­ст­ро­ва. Этот изу­ча­ю­щий взгляд, на­сто­ро­жен­ный, буд­то пре­ду­пре­ждал. Эй. осто­рож­ней, в ав­то­бу­се "зек", и зна­чит хо­ро­ше­го ма­ло. Ко­ст­ров ко­жей чув­ство­вал это. Жен­щи­на слег­ка под­толк­ну­ла его к си­де­нью. Он по­слуш­но опу­стил­ся и сжав­шись, по­вер­нул­ся к ок­ну. По­до­шла жен­щи­на кон­дук­тор, мол­ча при­ня­ла день­ги за дво­их, су­ну­ла ма­лень­кие би­ле­ти­ки, и вер­ну­лась на свое ме­сто. Ав­то­бус тро­нул­ся, скрип­нув две­ря­ми. Ко­ст­ров при­жал к се­бе ма­лень­кую сум­ку с по­жит­ка­ми, и мол­чал. Он смот­рел на мель­ка­ю­щие ми­мо доб­рот­ные до­ма, за­бо­ры, лю­дей, и не мог ото­рват­ся от од­ной мыс­ли, здесь все ина­че, по дру­го­му жи­вут. Ли­ца дру­гие, одеж­да, вон ма­ши­на про­еха­ла, я та­кую да­же не ви­дел, и ... А как мне, впи­сат­ся в это "безу­м
- Лю­бовь Фе­до­ров­на, раз­дал­ся вни­зу жен­ский го­лос. Вы в "жэ­ке" бы­ли? - Ой, от­ве­тил дру­гой жен­ский го­лос. За­бы­ла. - Так вы зай­ди­те, а то они без вас, до­го­вор ка­кой то со­ста­вить не мо­гут. Осень быст­ро вы­шел из квар­ти­ры, и под­нял­ся по лест­ни­це на­верх. Под­няв го­ло­ву, он уви­дел от­кры­тый люк на кры­шу. " Ну прав­да, бы­ва­ет же та­кое, улыб­нул­ся Осень. И до­ро­га от­кры­та. Быст­ро под­ни­ма­ясь по лест­ни­це на чер­дак, он бук­валь­но ко­жей чув­ство­вал каж­дый шаг, звук, на лест­ни­це. "Сей­час эта тет­ка под­ни­мет­ся, и уви­дит... Серд­це вдруг бе­шен­но за­ко­ло­ти­лось, по­ду­мал Осень. Непо­ря­док в ор­га­низ­ме. Ух, на­до стресс снять, сроч­но. Как буд­то пер­вый раз, вспом­нил он. То­гда, мно­го лет на­зад, "ха­та" на пер­вом эта­же, и маг­ни­то­фон, что бы­ло тя­же­ло та­щить. А ру­ки по­сле тряс­лись, как у "до­хо­дя­ги". А те­перь вро­де и при­выч­ка есть, а все од­но, "до­го­ня­ет" быст­ро." Про­бе­жав по чер­да­ку, в дру­гую часть до­ма, он дер­нул люк, и за­стыл в недо­уме­нии. Он был за­крыт, с дру­гой сто­ро­ны. - Ах ты сво­ло­та, ти­хо про­ши­пел Осень. Огля­ды­ва­ясь по сто­ро­нам, он ис­кал вы­ход, слов­но за­гнан­ный в угол клет­ки. А вы­ход, был толь­ко один. "Не мо­жет быть, ли­хо­ра­доч­но со­об­ра­жал он. Зна­чит есть еще один люк, но даль­ше, всмат­ри­вал­ся он в тем­но­ту, пы­та­ясь раз­гля­деть луч све­та, вда­ле­ке. Дом длин­ный, на пять подъ­ез­дов, не мо­жет быть. Рва­нув­шись впе­ред, он спо­ткнул­ся о дос­ку и упал. Скри­вив­шись от бо­ли, он быст­ро под­нял­ся, при­гнул­ся и по­шел даль­ше, осто­рож­но пе­ре­сту­пая стро­пи­ла кры­ши. Еще через несколь­ко мет­ров, он уви­дел блед­ный луч све­та. При­бли­зив­шись, вы­дох­нул с об­лег­че­ни­ем, гля­дя на от­ки­ну­тую крыш­ку лю­ка. Ря­дом с ней, бы­ли раз­бро­са­ны про­во­да, и остат­ки изо­ля­ции. По­смот­рев вниз, он уви­дел боль­шую чер­ную сум­ку на по­лу пло­щад­ки. "Пле­вать, по­ду­мал Осень. На­до быст­рень­ко ухо­дить, по­ка не позд­но. " Спу­стив­шись по лест­ни­це вниз, он осмот­рел­ся, и стал спус­кат­ся, вниз по лест­ни­це. На­встре­чу ему под­ни­ма­лись двое муж­чин в спе­цов­ках. Они увле­чен­но пе­ре­го­ва­ри­ва­лись меж­ду со­бой, и по­то­му да­же не об­ра­ти­ли вни­ма­ния, на про­шед­ше­го ми­мо них муж­чи­ну. Осень вы­ско­чил на ули­цу, глу­бо­ко вздох­нул пы­та­ясь успо­ко­ит­ся, и сба­вив шаг, на­пра­вил­ся в парк. "Ух ты, по­ду­мал Осень, при­сев на лав­ку. Та­ко­го рань­ше не бы­ло. В гру­дине что то "за­жглось". А ощу­ще­ния? Про­сто "ко­ло­тун", по­ду­мал он, чув­ствуя как кровь уда­ря­ет по те­лу. А те­перь при­ят­но, от­ды­шав­шись, и немно­го успо­ко­ив­шись, ду­мал он. Вот как бы­ва­ет. Азарт, страх, под­сте­ги­ва­ет, а ты де­ла­ешь, и по­сле по­ни­ма­ешь, ка­кой "кайф сло­вил" от это­го! Это же не пе­ре­дать сло­ва­ми, про­сто вос­торг! Вон они, лю­диш­ки , идут се­бе по­ну­рые, а я ка­кой мо­ло­дец! Ай да Осень, ай да фар­то­вый! И ни­кто из них, да­же не по­ни­ма­ет смысл жиз­ни, вкус рис­ка, на­сто­я­щей ра­бо­ты, усмех­нул­ся Осень, гля­дя на ма­ма­шу с ре­бен­ком, иду­щих по ал­леи пар­ка. Как вы жи­ве­те, в несо­ле­ном, непер­че­ном ми­ре, без­вку­сия и раз­маз­ни! Что вы ощу­ща­е­те? Про­сто по­ел, про­сто по­спал, про­сто пос...л! Я вот тут, и я сде­лал то, что хо­тел! У ме­ня есть куш! А у вас? Дыр­ка у вас, сла­ба­ки! улы­бал­ся Осень. Вот ин­те­рес­ная жизнь! ли­ко­вал он, в сво­их мыс­лях. У ме­ня в кар­ма­нах, пол­но де­нег, а вы, за­ни­ма­е­те до по­луч­ки, да еще не от­да­е­те, по­то­му что го­су­дар­ство, ко­то­рое ... Да его нет! Оно на­пле­ва­ло на вас! Я бу­ду жить как хо­чу, и все­гда, а вы, как по­лу­чит­ся. До­воль­ный со­бой, Осень под­нял­ся и по­шел по ал­леи пар­ка, гля­дя на се­рую во­ду в пру­ду. "Так успо­ка­и­ва­ет, по­ду­мал он. Долж­но же что то, ути­хо­ми­рить мои стра­сти. Мож­но и в ре­сто­ран ко­опе­ра­тив­ный, но не нуж­но. Там "за­па­лить­ся", все рав­но что рас­ска­зать всем. По­еду я до­мой, на по­ез­де, усмех­нул­ся Осень." Все вок­за­лы, чем то по­хо­жи. По край­нем ме­ре ощу­ще­ния, по спе­ша­шим лю­дям, по за­дум­чи­вым ли­цам, и че­мо­да­нам в ру­ках. Ли­цам, дви­же­ни­ям, су­е­той... В них да­же встре­ча­ю­щий, сли­ва­ет­ся со сте­на­ми, ста­но­вясь та­ким же нетер­пе­ли­вым, при­тан­цо­вы­ва­ю­щим, граж­да­ни­ном, то­ро­пы­гой, с боль­шим за­па­сом вре­ме­ни. Осень ото­шел от кас­сы, су­нул в кар­ман би­лет, и по­смот­рел на рас­пи­са­ние по­ез­дов. - Три ча­са до от­прав­ле­ния, раз­дал­ся ря­дом, устав­ший муж­ской го­лос. Осень по­вер­нул го­ло­ву, и по­смот­рел на оза­бо­чен­ное ли­цо муж­чи­ны ря­дом. - При­дет­ся как то ко­ро­тать, на­тя­ну­то улыб­нув­шись про­из­нес муж­чи­на, взгля­нув на Осень. - Не ра­бо­тать же, усмех­нул­ся Осень. - Да, со­глас­но кив­нул муж­чи­на. А вы то­же на юг? - Угу, от­ве­тил кив­ком го­ло­вы Осень. - Ни­че­го не де­лать, ока­зы­ва­ет­ся то­же труд­но, тя­же­ло вздох­нул муж­чи­на. - А вы зай­ми­те се­бя, на­при­мер раз­га­ды­ва­ни­ем кросс­вор­да, веж­ли­во про­мол­вил Осень. Очень по­мо­га­ет для моз­го­вой де­я­тель­но­сти, до­ба­вил он, улыб­нув­шись. - Увы, я сыт по гор­ло, та­ки­ми дей­стви­я­ми, от­ве­тил муж­чи­на. - Лич­но я, в ре­сто­ран, ска­зал Осень. Про­го­ло­дал­ся. Еще раз бро­сив взгляд на дос­ку с рас­пи­са­ни­ем, он мед­лен­но по­шел в сто­ро­ну вок­заль­но­го ре­сто­ра­на. Он смот­рел на се­бя в боль­шое зер­ка­ло, при­че­сы­вая во­лос, ма­лень­кой рас­чес­кой. "Ко­стюм­чик вро­де по мо­де, ду­мал Осень. Се­рень­кий, не брос­кий,та­кой как у всех. Ну что мож­но ска­зать о та­ком ти­пе? Про­стак, ху­до­ща­вый, с тон­ки­ми паль­ца­ми пи­а­ни­ста, улыб­нул­ся сво­им мыс­лям Осень. Та­ту­и­ров­ка? Это пу­стяк! В этой стране, с та­ту­и­ров­ка­ми мно­го, и раз­ны­ми, вздох­нул Осень.А на паль­це, так и то­го, мил­ли­он че­ло­век, на­вер­но..." - По­слу­шай­те, а мож­но не остав­лять одеж­ду в гар­де­робе, спро­сил он уса­то­го му­жи­ка в жи­лет­ке, и бе­лой со­роч­ке, си­дя­ще­го на сту­ле воз­ле ве­шал­ки. - Мож­но ко­неч­но, скри­вил­ся му­жи­чок, недо­воль­но. Но адми­ни­стра­тор бу­дет ру­гать­ся. - А ес­ли я мерз­ну, и мне со­всем не хо­чет­ся, сте­бал­ся Осень, улы­ба­ясь. - Там теп­ло, по­жал пле­ча­ми, че­ло­век с уса­ми. - Это твое ме­сто та­кое? спро­сил Осень, до­став из кар­ма­на, ку­пю­ру. - Ну да, кив­нул в от­вет гар­де­роб­щик. - Вот те­бе твои чае­вые, про­тя­нул день­ги Осень. А я пой­ду по­ем. Не воз­ра­жа­ешь? - Все­гда по­жа­луй­ста, по­свет­лел ли­цом муж­чи­на, при­няв день­ги. Про­шу, ука­зал он ру­кой на ши­ро­кие две­ри. От­крыв их, на Осень пах­ну­ло жа­рен­ным мя­сом. Аро­мат был та­кой стой­кий, что сра­зу вы­де­лял во рту, слю­ну. Осень сглот­нул, и про­шел к край­не­му сто­лу сле­ва, у ок­на. Сде­лав за­каз немо­ло­дой, за­пы­хав­шей­ся офи­ци­ант­ке, Осень по­смот­рел в ок­но, и об­ра­тил вни­ма­ние, на сим­па­тич­ную де­вуш­ку, в жел­тень­ком пла­ще. Она сто­я­ла ря­дом с боль­шой сум­кой, и при­то­пы­ва­ла нож­кой, дро­жа от хо­ло­да. "Ин­те­рес­но, че­го она во внутрь не за­хо­дит, по­ду­мал Осень. Или ждет ко­го? А она кра­си­вая, по­ду­мал Осень, рас­смат­ри­вая длин­ные чер­ные во­ло­сы ни­же плеч. И ру­ки, то­нень­кие та­кие, усмех­нул­ся Осень. Че­го она зябнет? Мо­жет прин­ца ждет?" -Это ка­кое то без­об­ра­зие, пре­рвал раз­мыш­ле­ния Осе­ни, муж­ской, но уже зна­ко­мый ему го­лос. Осень нехо­тя по­вер­нул го­ло­ву, и уви­дел все то­го же муж­чи­ну, из за­ла ожи­да­ния. - Вы? вски­нул бро­ви муж­чи­на. - Счи­тай­те что это сов­па­де­ние, ска­зал Осень, оки­нув взгля­дом по­лу­пу­стой зал ре­сто­ра­на. -По­жа­луй, улыб­нул­ся муж­чи­на, по­пра­вив лац­кан сво­е­го пи­джа­ка. А они, чуть не на­силь­но, за­ста­ви­ли ме­ня снять верх­нюю одеж­ду, ткнув паль­цем на паль­то в ко­то­ром си­дел Осень, по­жа­ло­вал­ся муж­чи­на. - А мне зяб­ко, вздох­нул Осень. И бо­лею, ча­сто, до­ба­вил он нехо­тя. - Ну по­нят­но, кив­нул го­ло­вой муж­чи­на. Зна­е­те, а здесь не жар­ко, огля­ды­ва­ясь по сто­ро­нам, про­из­нес муж­чи­на. И офи­ци­ан­ты не то­ро­пят­ся. - Все бу­дет, за­дум­чи­во про­из­нес Осень, гля­дя в ок­но. Ми­нут­ку тер­пе­ния, как при­вык­ли вы­ра­жать­ся у нас в стране. "Нет , ну она про­сто ши­кар­ная, по­ду­мал Осень, гля­дя на де­вуш­ку. Вот до­ждет­ся ка­ко­го ни­будь сту­ден­ти­ка мо­ло­до­го, и бу­дет с ним це­ло­вать­ся, и ве­се­ло "ще­бе­тать", ни о чем, сму­щен­но, пря­ча гла­за. Эх, где же мое вре­мя "зо­ло­тое", с гру­стью по­ду­мал Осень. Ко­гда бы­ло ви­но ре­кой, и дев­чон­ки це­ло­ва­ли в за­сос, бур­но... Ка­кие они бы­ли... Да ни­ка­кие, вдруг скри­вил­ся Осень. И вспом­нить тол­ком нече­го! Кла­ва, Лю­да, Све­та... При­шли в мою жизнь нена­дол­го, и ушли, в ни­ку­да... А оста­лось, толь­ко оса­док и оди­но­че­ство." - Ваш за­каз, негром­ко про­мол­ви­ла офи­ци­ант­ка, рас­став­ляя та­рел­ки на сто­ле. - Угу кив­нул Осень. - А мой? спро­сил нетер­пе­ли­во муж­чи­на. - По­до­жди­те немно­го, от­ве­ти­ла ма­ши­наль­но офи­ци­ант­ка. Го­то­вят, до­ба­ви­ла она на хо­ду. - Вот так все­гда, тя­же­ло вздох­нул муж­чи­на. Це­ны "ло­мят чу­мо­вые", а сер­вис "со­в­де­пия", со­кру­шал­ся он. Нет по­ряд­ка. - Си­сте­ма по­ме­ня­лась, хмык­нул Осень, а лю­ди то оста­лись преж­ни­ми. Как им в од­но­ча­сье пе­ре­стро­ить­ся? И по­том, они же так и оста­лись ра­бот­ни­ка­ми, толь­ко те­перь на хо­зя­и­на "па­шут", до­ба­вил Осень, при­дви­нув к се­бе та­рел­ку с со­лян­кой. Ра­бот­ник он что, ба­трак, от пе­ре­ме­ны хо­зя­и­на, он не ме­ня­еть­ся. - Вы как то стран­но рас­суж­да­е­те, уди­вил­ся муж­чи­на. - Обыч­но, по­жал пле­ча­ми Осень. - Вы част­ник? по­ин­те­ре­со­вал­ся муж­чи­на. - А ес­ли так, то что ме­ня­ет­ся, рав­но­душ­но взгля­нул на со­бе­сед­ни­ка Осень. - Ну зна­е­те, мно­гое, и да­же очень, ска­зал муж­чи­на. Я на­при­мер ин­же­нер, и тру­жусь на боль­шом за­во­де, и что та­кое кол­лек­тив, ме­ня по­верь­те на­учи­ли сра­зу, да! па­фос­но про­из­нес муж­чи­на. Это же пре­стиж го­су­дар­ства! - Что? опе­шил Осень, недо­умен­но взгля­нув на муж­чи­ну. - На­при­мер , я счи­таю что част­ная соб­ствен­ность в на­шем го­су­дар­стве, это из­лишне. Вот вы кто по про­фес­сии? - Ху­дож­ник я, на хо­ду со­чи­нил Осень. А что? - То­гда по­нят­но, на­ту­ра твор­че­ская, раз­мыш­ляя го­во­рил муж­чи­на. Я бы да­же ска­зал оди­но­кая. - Ну да, усмех­нул­ся Осень, по­едая го­ря­чую со­лян­ку. - Вы тво­ри­те в оди­но­че­стве, для лю­дей. Но вот во­прос, сколь­ко та­ких как вы? Ты­ся­чи! до­воль­ный со­бой, ре­зю­ми­ро­вал муж­чи­на. И все хо­тят зар­пла­ту, от го­су­дар­ства, пра­виль­но? И толь­ко один из ты­сяч, станет очень из­вест­ным. ведь я пра­виль­но рас­суж­даю, на­пи­рал муж­чи­на. Пра­виль­но? - Мо­жет и так, вздох­нул Осень, про­же­вав. - Го­то­вы по­спо­рить со мной? разо­шел­ся муж­чи­на. Да­вай­те, не стес­няй­тесь. - Что тут ска­жешь, за­ду­мал­ся Осень. Тво­ре­ни­ем ху­дож­ни­ка вос­хи­ща­ет­ся мир, а ва­ши­ми "же­ле­зя­ка­ми", горст­ка лю­дей, по­ни­ма­ю­щих что это за шту­ка, усмех­нул­ся Осень. Вот и весь сказ. - Не со­гла­сен, па­ри­ро­вал муж­чи­на. Ка­те­го­ри­че­ски! мот­нул он го­ло­вой. То что де­ла­ют на­ши за­во­ды, все для го­су­дар­ства. И не обя­за­тель­но всем по­ни­мать, для че­го, до­воль­но улыб­нул­ся он. По­то­му что не на­до. - Вот так, пра­виль­но, ска­зал Осень, усмех­нув­шись. Вы тра­ти­те день­ги, а поль­зы ноль. И то­же хо­ти­те хо­ро­шую зар­пла­ту. - Не все со­зда­ет­ся од­ним днем, не вам ли, как ху­дож­ни­ку это по­яс­нять, на­дул­ся муж­чи­на. Ше­дев­ры то­же , тре­бу­ют вре­ме­ни. - Стра­ны нет, до­ев со­лян­ку спо­кой­но про­из­нес Осень. Вы что не ви­ди­те? - Сно­ва не со­гла­сен, ре­ши­тель­но мах­нул го­ло­вой муж­чи­на. На­род то есть? Зна­чит и стра­на воз­ро­дит­ся. - В ви­де ди­ко­го ка­пи­та­лиз­ма, улыб­нул­ся Осень, при­дви­нув к се­бе эс­ка­лоп с кар­тош­кой. И сно­ва бу­дут ра­бо­тя­ги гнут спи­ну, а кое кто, бу­дет жи­реть, и ле­жать под солн­цем. Вот так вот, по­смот­рев на муж­чи­ну, буд­то на де­би­ла, ска­зал Осень. Счаст­лив тот, кто сво­бо­ден. - Вы из­ви­ни­те ко­неч­но, но это фило­со­фия "ла­воч­ни­ков", уди­вил­ся муж­чи­на, та­ко­му по­во­ро­ту со­бы­тий. Так жить нель­зя. - А ко­гда ку­шать нече­го, и нет ра­бо­ты, или ра­бо­та есть, а зар­пла­ты не да­ют, так мож­но? ста­ра­ясь быть веж­ли­вым, спро­сил Осень. На вас ко­стюм­чик, неде­ше­вый, и гал­стук мод­ный, за ка­кие та­кие? А? - Ка­жет­ся это пе­ре­хо­дит рам­ки доз­во­лен­но­го дис­кус­си­ей, воз­му­тил­ся муж­чи­на, и встал из за сто­ла. Я ду­мал вы, че­ло­век об­ра­зо­ван­ный, по­крас­нел он ли­цом. - Ку­да уж нам, про­мол­вил Осень. Из­ви­ни­те ес­ли до­ста­вил вам непри­ят­ность, ре­шил не обост­рять Осень, от­вер­нув­шись к ок­ну. - Да, кив­нул муж­чи­на и на­пра­вил­ся к дру­го­му сто­ли­ку.
Офи­ци­ант­ка с под­но­сом, вы­пи­сав пи­ру­ет, на­пра­ви­лась вслед за ним. "Жиз­ни он учит, скри­вил­ся Осень. Сам небось ди­рек­тор, день­га­ми рас­по­ря­жа­ет­ся, а ра­бо­чие "ла­пу со­сут" как мед­ведь. И он еще мне про го­су­дар­ство, "по­лит­эко­ном"! Про­па­ган­дист! Да луч­ше сво­бод­ным ду­хом, в нево­ле, чем ба­тра­чить на та­ких вот аги­та­то­ров за луч­шую жизнь. Все на­стро­е­ние обосрал! Ва­ял он "же­ле­зя­ки", и по­учал как жить. на се­бя на­до смот­реть, в зер­ка­ло, де­я­тель, уш­лый, хмык­нул Осень. Ап­пе­ти­та нет, об­га­дил. Ин­те­рес­но, а где же она, пе­ре­клю­чил свои мыс­ли Осень, сколь­зя взгля­дом по сто­ро­нам. Пер­рон пуст, и она ушла, на­вер­но со сту­ден­том, до­жда­лась... бы­ва­ет же так, тя­же­ло вздох­нул Осень. Ес­ли еще этот пер­со­наж, по­па­дет со мной, в один ва­гон, точ­но спо­кой­ствия не бу­дет." - Что то еще бу­де­те за­ка­зы­вать? по­ин­те­ре­со­ва­лась офи­ци­ант­ка, по­дой­дя к сто­ли­ку. - Нет, по­ка­чал го­ло­вой Осень. Да­вай­те счет. - По­жа­луй­ста, про­тя­ну­ла она ли­сток. Осень мель­ком взгля­нул на сум­му, вы­та­щил па­ру ку­пюр, и вздох­нув ска­зал: - Сда­чи не на­до. А в го­ло­ве "кру­ти­лись ла­ге­ря", как буд­то въелись они за­но­во, и на­все­гда. Как буд­то ко­жей ста­ли, и сло­ва­ми, та боль, что вы­не­се­на в мир... Тос­ка, уны­ние, раз­лу­ка... И страх, и глу­пость , и раз­ру­ха... И ед­кий дым, и за­пах по­та, все въелось с вре­ме­нем, до рво­ты... И го­ло­ду­ха, и по­чет, и уни­же­ние дру­гих, се­бя спа­сти, да толь­ко так, ты убе­га­ешь от меч­ты... Кон­вой по­ну­рый, "дер­жа­ки", го­ня­ют в "пром­ку", на­угад... А ты меч­та­ешь о сво­бо­де, как буд­то Бог ее от­даст... На "дя­дю" нече­го пе­нять, жи­вем спо­соб­ны на иное... Во мне го­рит сво­бо­ды страсть, и недо­ступ­но , мне дру­гое... Осень ле­жал на пол­ке в ку­пе, и смот­рел в по­то­лок. Из ди­на­ми­ков по­хри­пы­вая пел "Лас­ко­вый май". Дверь в ку­пе от­кры­лась, и на по­ро­ге воз­ник­ла она. "Цве­ток, или ан­гел? Осень сна­ча­ло со­всем рас­те­рял­ся, буд­то школь­ник на кон­троль­ной. "Неуже­ли это она? Та са­мая, де­вуш­ка... не на­хо­дя слов, он под­нял­ся, и улыб­нул­ся." - Из­ви­ни­те по­жа­луй­ста, роб­ко про­мол­ви­ла она. Я... Тут же за ее спи­ной воз­ник­ло ли­цо "уш­лой" про­вод­ни­цы, в си­нем бе­ре­те. - Так муж­чи­на, это к вам в ку­пе, пас­са­жир­ка. - Ко­неч­но, рас­те­рян­но про­из­нес Осень. - Ну вот и хо­ро­шо, ул­бы­ну­лась до­воль­ная про­вод­ни­ца. Я вам сей­час чай при­не­су. - Спа­си­бо, кив­нул го­ло­вой Осень. Очень... за­пнул­ся он, гля­дя на нее. - Из­ви­ни­те, сму­ти­лась де­вуш­ка. Я по­ме­ня­ла плац­карт, на ку­пе. Там очень си­ту­а­ция по­лу­чи­лась нехо­ро­шая. Глав­ный по­ез­да ре­шил ме­ня пе­ре­ве­сти сю­да, улыб­ну­лась она, под­няв гла­за. В ку­пе, до­ба­ви­ла она, по­смот­рев на него. - Да, так бы­ва­ет кив­нул Осень. И пра­виль­но. - Вот вам чай, по­яви­лась на по­ро­ге ку­пе про­вод­ни­ца. Она улы­ба­ясь по­ста­ви­ла ста­ка­ны на стол, и по­смот­рев на осень ска­за­ла:- Вы я ви­жу муж­чи­на се­рьез­ный. - О чем раз­го­вор, рас­тя­нул­ся в доб­ро­душ­ной улыб­ке Осень. - Это хо­ро­шо. Ну от­ды­хай­те, а я к бри­га­ди­ру по­ез­да. - А что там? по­ин­те­ре­со­вал­ся Осень. - Да пья­ный пас­са­жир, при­ста­вал, мах­ну­ла она ру­кой. На стан­ции ми­ли­ция сни­мет, бро­си­ла она через пле­чо и ушла. Что взрос­лое, что про­шлое, все не да­ет по­коя, мне... Бе­жит по те­лу му­зы­ка, взды­хая, в ти­шине... Как хо­чет­ся на­пит­ся, и го­во­рить сло­ва, как хо­чет­ся влю­бит­ся, смот­реть в ее гла­за... Вос­тор­жен­но, и ра­дост­но, ска­зать ей, о люб­ви... Да толь­ко серд­це ма­ят­ся, от бо­ли и тос­ки... Не тот уже, со­всем не мо­лод, и по­ни­ма­ешь с по­лу­слов, что жизнь про­шла, остал­ся во­рох, ка­ких то буд­нич­ных за­бот... Осте­ре­га­еш­ся и ве­ришь, до­тош­но вы­би­рая па­ру фраз... Быть мо­жет это то, свя­тое, что по­се­ти­ло, в пер­вый раз... Она за­ж­гет в гру­ди по­жар, и ты, до­ве­риш­ся несме­ло, пе­ре­би­рая в со­тый раз, до дро­жи, взгля­дом, ее те­ло...По­ве­ришь ей, се­бе, и серд­цу... И оку­неш­ся с го­ло­вой... Во мне тор­же­ствен­ное чув­ство, иг­ра­ет яр­кой си­не­вой... - Ме­ня зо­вут Ни­ко­лай, пред­ста­вил­ся Осень, лю­бу­ясь ей. - На­та­ша, пред­ста­ви­лась она. "Те­перь бы за­це­пит­ся, хоть за что ни­будь, ду­мал Осень. Ну как же, та­кая кра­са­ви­ца, и слов нет. Про­явить нетер­пе­ние? Уско­рить? Ну нет, так не пой­дет. Она же не та­кая. Ее взгляд, та­кой роб­кий, и дви­же­ния... Плав­ные, и раз­ме­рян­ные. Она боль­ше по­хо­жа на ан­ге­ла. Ну да, бе­ло­го ан­ге­ла. А о чем го­во­рить? По­ли­ти­ка, лю­ди, стра­на, до­сти­же­ния, со­рев­но­ва­ния... Черт, вот это я за­ду­мал­ся. О сво­бо­де? Куль­ту­ре? Жи­во­пи­се? Я и ху­дож­ник, улыб­нул­ся Осень. А о чем го­во­рят в до­ро­ге?" - А вы до ко­неч­ной, негром­ко по­ин­те­ре­со­вал­ся Осень, у де­вуш­ки. - Да, кив­ну­ла она. А вы? по­смот­ре­ла она на него, буд­то при­кос­ну­лась. - Я то­же, от­ве­тил Осень, вдруг по­чув­ство­вав, как рас­те­рял­ся, мо­жет быть впер­вые в жиз­ни. - До­ма еще теп­ло на­вер­но, гля­дя в ок­но, про­мол­ви­ла На­та­ша. - Ко­неч­но, ма­ши­наль­но от­ве­тил Осень. Юг все та­ки, улыб­нул­ся он. - А я в го­стях бы­ла, вздох­ну­ла На­та­ша. У ро­ди­те­лей. - Где? непо­нял Осень. - Я сту­дент­ка, уже тре­тий курс, улыб­ну­лась она. - По­нят­но, улыб­нул­ся в от­вет Осень. - На­ше­го "сель­хоза", ска­за­ла На­та­ша, по­смот­рев на Осень. Зна­е­те? - Ко­неч­но, сра­зу от­ве­тил Осень. Всем из­вест­но. - Ну да, про­мол­ви­ла На­та­ша. Я уже при­вык­ла за три го­да, так что дом у ме­ня те­перь там. - Пра­виль­но, кив­нул Осень. Изу­ча­е­те сель­ское хо­зяй­ство? - Ко­неч­но, с го­тов­но­стью от­ве­ти­ла На­та­ша. А вы где? - Я , за­ду­мал­ся Осень, под­няв гла­за. Как вы­ра­зил­ся один че­ло­век, кста­ти непо­нра­вив­ший­ся мне. Про­сто част­ник. - Ко­опе­ра­тор? уди­ви­лась На­та­ша. - Что то вро­де, рас­тя­нул­ся в до­воль­ной улыб­ке Осень. - Тор­гу­е­те? по­ин­те­ре­со­ва­лась она. Пи­та­ние? - Боль­ше услу­ги, на­шел­ся с от­ве­том Осень. - Сер­вис, да? улыб­ну­лась На­та­ша. - Да, кив­нул Осень. Очень вер­но под­ме­ти­ли. - Ин­те­рес­но, улыб­ну­лась На­та­ша. И ка­кие услу­ги вы ока­зы­ва­е­те? - Раз­ные, стес­ня­ясь от­ве­тил Осень, от­ве­дя в сто­ро­ну гла­за. - На­вер­но, за­ду­ма­лась она, под­няв го­ло­ву. Это... - Ре­монт и из­го­тов­ле­ние зам­ков, опе­ре­дил ее Осень, вы­дох­нув. "Ух, как буд­то "го­ра с плеч" по­ду­мал Осень. Ну а что еще, я мо­гу ей ска­зать. Вор? Ну нет, это че­рес­чур. Она та­кая за­ме­ча­тель­ная, и ря­дом с ней, я, та­кой от­ри­ца­тель­ный, ду­мал Осень, при­кры­вая та­ту­и­ров­ку в ви­де кре­ста на паль­це ру­ки. От нее теп­ло ис­хо­дит, и доб­ро­та, да­же на­ив­ность, а я, про­сто..." Со­че­та­ет­ся чер­ное с бе­лым, со­че­та­ет­ся бе­лое с чер­ным, как изыс­кан­но рав­но­мер­но, ми­мо жел­то­го про­хо­дит.. Невоз­мож­но по­нять их сра­зу, оку­нуть бы кисть по­гру­бее, и маз­нуть по хол­сту ра­зом, все сме­шав и прид­ти к ино­му... Под­би­рая от­те­нок сме­лый, об­ни­мая креп­ко ру­ка­ми, ты дер­жи ее, эту "фра­зу",го­во­ри, не мол­чи, су­ме­ешь? Ах сколь­ко кра­сок, раз­но­цвет­ных, бе­рет на кон­чик кисть, ри­су­ет яр­ко, или блед­но, и сно­ва "го­во­рит"... Те­бе, и мне, сло­ва по­нят­ны, те­бе и мне, они спе­шат... Ска­зать как хо­ро­шо се­го­дня, с то­бою , в этот ли­сто­пад... Пусть ве­те­рок, пусть непо­го­да, и ран­ний снег со­рвал­ся в "пляс" ... Те­бе и мне, ска­зать охо­та, что из­ны­ваю от тос­ки... От оди­но­че­ства и вью­ги, что хо­ло­дом серд­ца нам обо­жгла, и кто то вет­рен­ный и юр­кий, за­крыл нам эти небе­са... То­бой лю­бу­юсь и пою, я на­сла­жда­юсь и "го­рю", гру­щу, сме­юсь, пы­та­юсь быть счаст­ли­вым, а ве­че­ром са­жусь за стол и го­во­рю... С то­бой, моя лю­би­мая... Меч­тал, все бы­ло в этой жиз­ни. Хо­те­лось толь­ко од­но­го. Лю­бить, и быть лю­би­мым. Воз­мож­но ли? Осень смот­рел на На­та­шу и не мог от­ве­сти глаз. В ней та­ин­ство и про­сто­та, за­гад­ка, кра­со­та, и си­ла. В ней жизнь как буд­то бы лег­ка, изящ­на, гра­ци­оз­на, тер­пе­ли­ва. Она пле­ня­ет, и "ве­дет", взяв под ру­ку "при­выч­но"... Она как буд­то зна­ет все... - А я так и по­ду­ма­ла, улыб­ну­лась угол­ка­ми губ На­та­ша, по­смот­рев на сму­щен­ное ли­цо Осе­ни. - По­че­му? встре­пе­нул­ся Осень, взгля­нув на ее от­кры­тые чер­ты. " Рус­ская кра­са­ви­ца, по­ду­мал он. Порт­ре­ты с нее пи­сать! И бровь как ли­ния ре­ки, и гу­бы во­до­па­ды, и серд­це бъ­ет­ся на­угад, вол­нуя кровь в на­гра­ду." - На­вер­но уга­да­ла, гля­дя на ру­ки Осе­ни, от­ве­ти­ла На­та­ша. - Вот те­бе раз, усмех­нул­ся Осень. Уга­да­ли, кив­нул он го­ло­вой. - Сей­час это вез­де, спо­кой­но про­мол­ви­ла она. Из­го­тов­ле­ние клю­чей, ре­монт зам­ков. Лю­ди злые, во­ру­ют, каж­дый за­пи­ра­ет се­бя, как толь­ко мо­жет. По­это­му, по­жа­ла она пле­ча­ми, так и жи­вем. - Да, со­глас­но кив­нул Осень. Бы­ла стра­на боль­шая, а ста­ла "си­ро­ти­нуш­ка". Го­лод­ная та­кая, что го­то­ва за ко­пе­еч­ку пля­сать, до­ба­вил он за­дум­чи­во, гля­дя в ок­но. - Очень мно­го лю­дей сей­час в труд­ном ... - Да что там, пе­ре­бил ее Осень. Ку­шать нече­го. - Вот имен­но, кив­ну­ла На­та­ша. Она смот­ре­ла в ок­но, ку­та­ясь в боль­шой пу­хо­вый пла­ток. - Кста­ти, а да­вай­те что ни­будь пе­ре­ку­сим, пред­ло­жил Осень, по­ти­рая ру­ки. - Спа­си­бо, улыб­ну­лась На­та­ша, по­смот­рев на Осень. Что то нет ап­пе­ти­та. - Ерун­да, разо­шел­ся Осень. На­го­ним! Я сей­час, ска­зал он, и вы­шел из ку­пе. "Да что там? От­клик­нись? Ска­жи! Ну что ты так мед­лишь? В пе­ча­ли? Пу­стын­ные ми­ра­жи, как склад­ки на ли­нии судь­бы, вдруг убе­жа­ли... Он про­сто ми­лый че­ло­век, ду­ма­ла На­та­ша. Да, он стар­ше ме­ня, но это не важ­но. В нем есть се­рьез­ность, и на­деж­ность. Как буд­то в серд­це пу­сто­та, хо­тя не мне все эти чув­ства, он сбе­рег... А ес­ли мне, то как же по­сту­пить? Прой­ти? За­быть? Его гла­за, и взгляд, та­кой се­рьез­ный, он мно­го в жиз­ни по­ви­дал... А мо­жет быть неосто­рож­но? Я по­сту­паю, на­угад? Мне ин­те­рес­но с ним, спо­кой­но, а зна­чит, нет в нем чер­но­ты. Мы бу­дем го­во­рить до­стой­но, о том, о сем, и о люб­ви... Он чем то по­хож на Же­ню, ду­ма­ла На­та­ша. Или мне про­сто ка­жет­ся , или я ча­сто срав­ни­ваю, спра­ши­ва­ла она се­бя. Же­ня ми­ли­ци­о­нер, "опер", он рис­ку­ет жиз­нью, ра­ди лю­дей. Но в нем нет, та­кой муд­ро­сти, вдруг по­ду­ма­ла На­та­ша, по­смот­рев на за­кры­тую дверь ку­пе. Я лов­лю се­бя на мыс­ли, что не чув­ствую ... Ой, ка­кие они раз­ные... Или? Же­ня по­ры­ви­стый, власт­ный, жест­кий. А этот Ни­ко­лай, он боль­ше... Ка­кой он? нетер­пе­ли­во спро­си­ла се­бя На­та­ша. Ба­ла­гур? Ве­сель­чек? Про­сто ко­опе­ра­тор, улыб­ну­лась сво­им мыс­лям На­та­ша. Нет, так од­но­знач­но, ка­те­го­рич­но, я не мо­гу ска­зать. В нем есть глу­би­на, неожи­дан­но для се­бя са­мой, на­шлась с от­ве­том На­та­ша. И про­сто­та есть, и до­сто­ин­ство, и во­ля. Ах как неожи­дан­но, на­мор­щив лоб, ду­ма­ла она. Вро­де са­ми со­бой вы­ска­ки­ва­ют сло­ва. Я ду­маю о нем... Так не бы­ва­ет... Но я ду­маю о нем... Спро­си се­бя, ты ду­ма­ешь о нем? И я от­ве­чу да!Ну по­че­му? Он не эс­тет, не аг­ро­ном, улы­ба­лась На­та­ша, рас­смат­ри­вая за ок­ном, до­ми­ки в по­ле. По­пут­чик? Про­сто че­ло­век? Во­про­сы, нет от­ве­тов... А кто же он? Неваж­но... Мне хо­ро­шо сей­час. Он про­сто есть, с ним ин­те­рес­но го­во­рить, с ним все по­нят­но... " - Оп­ля! раз­дал­ся ра­дост­ный го­лос Осе­ни. Дверь ку­пе, с лег­ко­стью отъ­е­ха­ла в сто­ро­ну. При­гла­ша­ем вас, са­мую кра­си­вую де­вуш­ку, на вкус­ный ужин, па­фос­но, буд­то про­из­но­сил речь с три­бу­ны, про­из­нес Осень. Про­шу, ука­зав ру­кой, в сто­ро­ну, тор­же­ствен­но до­ба­вил он. Ужин! В ку­пе во­шла си­я­ю­щая от ра­до­сти про­вод­ни­ца, с за­став­лен­ным та­рел­ка­ми под­но­сом. - Все са­мое вкус­ное, с ра­до­стью в го­ло­се, объ­яви­ла про­вод­ни­ца, рас­став­ляя та­рел­ки на сто­ле. Украд­кой взгля­нув на На­та­шу, она улыб­ну­лась и ше­по­том до­ба­ви­ла:- Об­хо­ди­тель­ный муж­чи­на. - Вот так вот, ра­до­вал­ся со­бой Осень, сев за стол на­про­тив. Хит­ро улыб­нув­шись, про­вод­ни­ца ушла, за­крыв за со­бой дверь ку­пе. - Так празд­нич­но, про­мол­ви­ла На­та­ша, гля­дя на стол. Празд­ник? спро­си­ла она, гля­дя на ве­се­лое ли­цо Осе­ни. - Мож­но ска­зать и так, кив­нул Осень. Этот ужин, в честь пре­крас­ной да­мы, на­шел­ся со сло­ва­ми Осень. - Кра­си­во, скром­но про­мол­ви­ла На­та­ша. - Бы­ва­ет в на­шей жиз­ни су­е­та, бы­ва­ет буд­ни про­ле­та­ют ве­ре­ни­цей, а я хо­чу всем дням, по­ста­вить два, и празд­ни­ком кра­си­вым, на­сла­дит­ся, с вы­ра­же­ни­ем про­из­нес Осень, гля­дя в гла­за На­та­ши. - Вы ро­ман­тик, улыб­ну­лась На­та­ша. Так ис­кренне, до­ба­ви­ла она. Да­же кра­си­вые бо­ка­лы. Взяв один из них в ру­ку, На­та­ша по­смот­ре­ла сквозь стек­ло на Осень. - Пусть раз, но в на­шей жиз­ни бу­дет на­сла­жде­ние, ве­се­лил­ся Осень. На­та­ша, да­вай­те вы­пьем за вас, пред­ло­жил Осень. Шам­пан­ское? - Спа­си­бо, сму­ти­лась На­та­ша, по­ста­вив бо­кал на стол. Как то неудоб­но. - Со­ставь­те мне ком­па­нию, улыб­нул­ся Осень. - Толь­ко со­всем немно­го, улыб­ну­лась она в от­вет. "Что в ро­ман­тиз­ме клас­си­ки пи­са­ли? Да все о том же, и все­рьез. Га­да­ли, му­ча­лись, стра­да­ли... И вы­ра­жа­ли это вновь. Лю­бовь бы­ва­ет без­от­вет­ной, как буд­то го­лос в ти­шине, лю­бовь бы­ва­ет непри­мет­ной, как буд­то тень, она про­шла... Вот при­кос­ну­лась ле­гонь­ко, "на кры­льях", и обер­нув­шись по­спе­ши­ла вдаль... Оста­вив роб­ко, в этом ми­ре, и страсть, и му­ки, бы­тия. Все ждут, и ищат, и вол­ну­ясь, пы­та­ют­ся рас­слы­шать в тем­но­те, од­но лишь, лас­ко­вое имя, свое... На­де­ясь, на­все­гда..." Гл.5 Зи­ма 92 год. Не су­ди сам, не го­во­ри пло­хое, не ду­май о том, что са­мый спра­вед­ли­вый ты. Как тя­же­ло , сто­ять пе­ред сте­ной, ко­гда ты пре­крас­но по­ни­ма­ешь,- ее нет... Все бе­жишь, бе­жишь, име­ешь же­ла­ния, го­во­ришь, убеж­да­ешь, а в ито­ге, ва­ля­еш­ся в гря­зи, по­то­му что... Ты та­кой же! И не на­до ве­рить сво­им мыс­лям, они твое за­блуж­де­ние. Ко­ст­ров, вни­ма­тель­но всмат­ри­вал­ся в таб­лич­ки с но­ме­ра­ми до­мов. Ак­ку­рат­но объ­ез­жая ямы, он ла­ви­ро­вал по раз­би­той до­ро­ге при­го­ро­да. - На­до же, ку­да за­брал­ся, недо­воль­но бурк­нул Ко­ст­ров, дер­нув го­ло­вой на оче­ред­ной яме. Да здесь на тан­ке на­до ез­дить! вслух воз­му­щал­ся он. Свет фар, скольз­нул по боль­шо­му до­му, с круп­ной таб­лич­кой, на кир­пич­ной стене, Про­мыш­лен­ная 3. - Охре­неть! в серд­цах бро­сил Ко­ст­ров, на­пра­вив свой ав­то­мо­биль к во­ро­там до­ма. Дер­нув ка­лит­ку, он осмот­рел­ся, вы­ис­ки­вая зво­нок. Не об­на­ру­жив его, он рез­ко под­прыг­нул и уце­пив­шись за за­бор, пе­ре­лез во двор. Спрыг­нув на зем­лю, при­слу­шал­ся. Бы­ло ти­хо. "Что и со­ба­ки нет, по­ду­мал Ко­ст­ров, улыб­нув­шись. Так это же во­об­ще за­ме­ча­тель­но! Блеск! Те­перь по­гля­дим на это­го "Лом­щи­ка", ка­кой он? Ин­те­рес­но бу­дет по­зна­ко­мит­ся. Это же на­до, "ба­ры­га" а его ни­кто не зна­ет? За­гад­ка бл...! Ну ни­че­го, Но­гин ска­зал по­ка­за­те­ли, бу­дут ему, пре­крас­ные по­ка­за­те­ли, усмех­нул­ся Ко­ст­ров, осто­рож­но при­бли­жа­ясь к све­тя­щим­ся ок­нам до­ма. На­до быст­ро ра­бо­тать и чет­ко. За­чем лиш­ний раз ду­мать, раз­ра­ба­ты­вать хит­ро­ум­ные ком­би­на­ции? Еще тест на ин­тел­лект про­ве­сти, скри­вил­ся Ко­ст­ров. Глав­ное по­са­дить ко­го на­до, убе­ди­тель­но, и то­гда, мож­но жить спо­кой­но. Черт, из за это­го "ба­ры­ги", На­таш­ку не уви­жу се­го­дня, пе­чаль­но. А она та­кая ап­пе­тит­ная, "класс­ная"! Од­но сло­во хо­зяй­ствен­ная! Хо­ро­шая она, и же­на из нее бу­дет пра­виль­ная. Ла­дь­нень­ко, ду­мал Ко­ст­ров, это от­ло­жим на по­том, а сей­час служ­ба. Мо­жет вы­звать ко­го из сво­их, вдруг оста­но­вил­ся он, у ок­на, раз­гля­дев круп­ное те­ло муж­чи­ны на ди­ване. Здо­ро­вый бо­ров! Один мо­гу и не спра­вит­ся... Но, есть та­кое сло­во на­до. под­стег­нул сам се­бя Ко­ст­ров. И пи­сто­лет, мой вер­ный друг, ух­мыль­нул­ся Ко­ст­ров, до­став из ко­бу­ры ствол. Он, при уме­лом об­ра­ще­нии, ни­ко­гда не под­ве­дет, еще не бы­ло та­ко­го у ме­ня. А на­руч­ни­ки? По­ша­рив ру­кой по кар­ма­нам, он на­щу­пал "же­лез­ные коль­ца брас­ле­тов". И тут по­ря­док, по­ду­мал он. Зна­чит, толь­ко ре­ши­тель­ность? Обо­жди, ско­ман­до­вал он се­бе. Со­всем оша­лел! Мо­жет в до­ме еще кто есть. На­до про­ве­рить." Осто­рож­но, он обо­шел дом во­круг, за­гля­ды­вая в каж­дое ок­но. " Ну вот и за­ме­ча­тель­но, ух­мыль­нул­ся Ко­ст­ров. Нам ни­кто не по­ме­ша­ет, по­тол­ко­вать "по ду­шам". Под­няв го­ло­ву он по­смот­рел на те­ле­фон­ный ка­бель тя­нув­ший­ся к до­му. А по­сле, я вы­зо­ву кол­лег, с об­лег­че­ни­ем вы­дох­нул он. По­дой­дя к вход­ной две­ри в дом, он мед­лен­но по­тя­нул за руч­ку, и да­же не уди­вил­ся то­му, что она, бы­ла от­кры­та. На­пра­вив пи­сто­лет, он быст­рым ша­гом про­шел в дом. При­хо­жая, кор­ри­дор, кух­ня, ком­на­та... Он дей­ство­вал быст­ро, ре­ши­тель­но, и наг­ло. - Э... толь­ко и су­мел вы­да­вить из се­бя, удив­лен­ный муж­чи­на на ди­ване, уви­дев пе­ред со­бой незна­ко­мо­го че­ло­ве­ка с ору­жи­ем в ру­ках. - Га­зет­ки по­чи­ты­ва­ешь? хрип­лым, уве­рен­ным го­ло­сом про­из­нес Ко­ст­ров, гля­дя на муж­чи­ну. Что? "на­ба­ры­жил" се­го­дня нор­маль­но? - Ты кто та­кой, при­хо­дя в се­бя, изум­лен­ный, спро­сил муж­чи­на. под­ни­ма­ясь с ди­ва­на. - За­стыл! гром­ко ско­ман­до­вал Ко­ст­ров, на­пра­вив пи­сто­лет на муж­чи­ну. - Ах ты урод! вос­клик­нул муж­чи­на, и рыв­ком бро­сил­ся на Ко­ст­ро­ва. Ко­ст­ров рез­ко укло­нил­ся в сто­ро­ну, и с си­лой на­нес удар ку­ла­ком в го­ло­ву муж­чи­ны. Тот ох­нул и рух­нул на пол, как под­ко­шен­ный. - Иди­от, зло про­мол­вил Ко­ст­ров, ма­хая ру­кой. Чуть ру­ку об те­бя не сло­мал! От­ра­бо­тан­ным дви­же­ни­ем он вы­та­щил на­руч­ни­ки из кар­ма­на, пе­ре­вер­нул муж­чи­ну, и за­стег­нул на его за­пя­стьях "брас­ле­ты". -Те­перь по­го­во­рим, впол­го­ло­са про­мол­вил Ко­ст­ров, осмат­ри­ва­ясь в ком­на­те. Негром­ко "буб­нил" теле­ви­зор, на стене ви­се­ла боль­шая кар­ти­на , в уг­лу боль­шой шкаф. Ко­ст­ров дей­ство­вал про­фес­сио­наль­но. Об­хо­дя ком­на­ту, он от­кры­вал двер­цы, и ша­рил вез­де, сбра­сы­вая ве­щи хо­зя­и­на на пол. - Ни­че­го да, вздох­нул он, убрав пи­сто­лет в ко­бу­ру. Лад­но. мы сей­час все по­смот­рим, тща­тель­но. Обыс­ки­вая дом, он под­нял­ся на чер­дак, ко­по­шил­ся там, раз­бра­сы­вая не нуж­ные в хо­зяй­стве, ста­рые ве­щи. По­том , про­шел в га­раж, и сно­ва ис­кал. Пыль стол­бом, раз­дра­жа­ла его. Вклю­чив вез­де свет, он ис­кал, то, что мож­но бы­ло иден­ти­фи­ци­ро­вать, как кра­ден­ные ве­щи. В даль­нем уг­лу га­ра­жа, на вер­ста­ке. он уви­дел ку­чу одеж­ды. По­дой­дя, он сдви­нул ее в сто­ро­ну, и при­свист­нул от удив­ле­ния. Пе­ред ним ле­жал об­рез охот­ни­чье­го ру­жья, пы­жи и ко­роб­ка па­тро­нов. - Это уже "в цвет", до­воль­ный со­бой, улыб­нул­ся Ко­ст­ров. Сей­час еще по­ищем. От­крыв боль­шой ящик у сте­ны, он об­ра­до­вал­ся. В нем, ле­жа­ли раз­но­цвет­ные ко­роб­ки си­га­рет­ных бло­ков. Све­ти­лись раз­но­цве­ти­ем кол­пач­ки, бу­тыл­ки им­порт­но­го ал­ко­го­ля. Взяв в ру­ки ма­лень­кую ко­ро­боч­ку, Ко­ст­ров под­нес ее к ли­цу, при­ню­хал­ся, от­крыл, и уви­дел ко­мок тря­пок. Вы­трях­нув их, он осто­рож­но раз­вер­нул "ве­тошь" и об­на­ру­жил туск­ло по­блес­ки­ва­ю­щие, зо­ло­тые ко­рон­ки. - Оста­нов­ка ко­неч­ная, ше­по­том про­из­нес Ко­ст­ров, по­ло­жив на ме­сто свер­ток. ре­ши­тель­но на­пра­вив­шись в ком­на­ту, он оста­но­вил­ся в кухне, взял ста­кан и от­крыв кран, на­брал в него во­ды. Рез­ким дви­же­ни­ем, он вы­лил во­ду из ста­ка­на на муж­чи­ны, по­дви­нул к се­бе стул, и сел. - Ну что "лом­щик", при­е­ха­ли? ух­мыль­нул­ся Ко­ст­ров. Скуп­ка кра­ден­но­го ста­тья, неза­ре­ги­стри­ро­ван­ное ору­жие, ста­тья. На­па­де­ние на со­труд­ни­ка ми­ли­ции, ста­тья, рав­но­душ­но го­во­рил Ко­ст­ров. Да у те­бя це­лый бу­кет по­лу­ча­ет­ся, усмех­нул­ся Ко­ст­ров. - Ты кто? про­хри­пел муж­чи­на, по­вер­нув­шись на бок. Он смот­рел на незна­ком­ца, мут­ным взгля­дом, и ни­как не мог по­нять, кто пе­ред ним? Ка­кая ста­тья? Кто ты? по­вто­рил он, пы­та­ясь при­под­нят­ся. - Я со­труд­ник уго­лов­но­го ро­зыс­ка, до­став "кси­ву". ска­зал Ко­ст­ров. Вот ви­дишь, по­ка­зал он "ко­роч­ки" на вы­тя­ну­той ру­ке. Ну это по­нят­но, вздох­нул Ко­ст­ров, удрав удо­сто­ве­ре­ние в кар­ман. Ты "лом­щик" не "пет­ляй", луч­ше сра­зу го­во­ри, так бу­дет про­ще, и осо­бен­но для те­бя. Ты уже "по­пал". усмех­нул­ся Ко­ст­ров. Те­бя Осень, "вло­мил", и да­же гла­зом не по­вел. По­нял? - Кто? тя­же­ло ды­ша, про­из­нес муж­чи­на. - Что глу­хой? по­вы­сил го­лос Ко­ст­ров. Или па­мять "на­стро­ить"? Так я мо­гу! - Кто "ха­ты" по рай­о­ны "бом­бит"? Быст­ро! при­крик­нул Ко­ст­ров, со зло­стью гля­дя на муж­чи­ну. Ты соп­ли не рас­пус­кай! По­пал го­во­ри, нет по­мо­гу! По­нял ме­ня! на­пи­рал со зло­стью Ко­ст­ров. Ты еще ска­жи Осень те­бе не зна­ком! - Нет, по­ка­чал го­ло­вой муж­чи­на, мор­щась от бо­ли. А кто это? Че­ло­век? ис­кренне удив­ля­ясь про­ис­хо­дя­ще­му го­во­рил муж­чи­на. Я про­стой зуб­ной тех­ник, ни­че­го не крал, ра­бо­таю в го­род­ской по­ли­кли­ни­ке, на­мор­щив лоб, про­из­нес муж­чи­на. Охот­ни­чье ру­жье, у ме­ня за­ре­ги­стри­ро­ва­но. - Да ты что, вбе­сил­ся Ко­ст­ров, под­прыг­нув. От­бро­сив в сто­ро­ну стул, он с сиой пнул но­гой муж­чи­ну. Ду­ма­ешь, ум­нее всех! вос­клик­нул Ко­ст­ров. Ду­ма­ешь "раз­ве­дешь на паль­цах"! Ты со­всем ох....л! - По­мо­ги­те! что есть сил вы­крик­нул муж­чи­на. - Сей­час я те­бе по­мо­гу, сви­ре­пел Ко­ст­ров. Ока­жу под­держ­ку! Муд...к! Он пи­нал его но­га­ми, а муж­чи­на, скрю­чив­шись, пы­тал­ся увер­нут­ся от уда­ров. Кровь за­сти­ла­ла его ли­цо, брыз­гая на свет­лый пол. - Не ви­но­ват! успел вы­крик­нуть муж­чи­на, меж­ду уда­ра­ми. - Ори не во­ро­вал! под­сте­ги­вал се­бя Ко­ст­ров. Не мое, не знаю, не ви­но­ват! про­дол­жал бить Ко­ст­ров. Ты же по хо­ро­ше­му не по­ни­ма­ешь, да? - Стой, не на­до, хри­пел муж­чи­на. Серд­це у ме­ня. Стой. - Да лад­но, из­де­вал­ся Ко­ст­ров. Ты же ка­бан ка­кой, оста­но­вил­ся Ко­ст­ров. Ки­ло­грамм сто пять­де­сят! тя­же­ло ды­шал Ко­ст­ров. Да те­бя из пуш­ки не про­ши­бить! до­ба­вил Ко­ст­ров сев на ди­ван. Ру­жье у него за­ре­ги­стри­ро­ва­но, ух­мы­лял­ся Ко­ст­ров. Так у те­бя об­рез! Что, он то­же ре­ги­стри­ру­ет­ся?А зо­ло­тые ко­рон­ки? Ты их то­же, чест­но на­жил? Да­вай ко­лись, с кем ра­бо­та­ешь? Под кем хо­дишь? У ко­го бе­решь? Быст­ро! при­крик­нул Ко­ст­ров. Или ты ду­мал про­сто "ба­ры­жить", и кра­си­во жить! Че мол­чишь пад­ла! Эй, не мол­чи? Пих­нул но­гой те­ло муж­чи­ны Ко­ст­ров. Ху­же бу­дет, это я те­бе точ­но го­во­рю. Ко­ст­ров под­нял­ся, пе­ре­сту­пил через те­ло , ле­жа­щее на по­лу, при­сел на кор­точ­ки и всмот­рел­ся в за­пач­кан­ное кро­вью, ли­цо муж­чи­ны. - Хо­рош при­ки­ды­ват­ся, про­шеп­тал Ко­ст­ров. От та­ко­го не уми­ра­ют. Эй, по­вы­сив го­лос про­из­нес Ко­ст­ров, взяв ру­кой, за под­бо­ро­док, го­ло­ву муж­чи­ны. Эй! по­вто­рил он гром­ко, кач­нув го­ло­ву муж­чи­ны. За­кры­тые гла­за, мед­лен­но сте­ка­ю­щая по ли­цу кровь, и за­стыв­ший , от­кры­тый рот, уди­ви­ли Ко­ст­ро­ва. Пер­вая, шаль­ная, и ужас­ная мысль, про­ско­чи­ла слов­но мол­ния, в его го­ло­ве. " Он что по­дох? по­ду­мал Ко­ст­ров. Да та­ко­го быть не мо­жет! Та­кие сви­ньи не мрут, раз­го­ря­чен­но со­об­ра­жал Ко­ст­ров. На­вер­но со­зна­ние по­те­рял ка­бан. На­до пульс про­ве­рить." При­ло­жив паль­цы к шее муж­чи­ны, Ко­ст­ров, за­дер­жал ды­ха­ние, ста­ра­ясь при­слу­шат­ся к би­е­нию кро­ви. - Черт, ти­хо про­шеп­тал Ко­ст­ров. Да он же не ... Ко­ст­ров быст­ро снял с рук муж­чи­ны на­руч­ни­ки, по­ло­жил те­ло на пол, и взяв ста­кан по­бе­жал в кух­ню. Быст­ро на­брав во­ды из под кра­на, он вер­нул­ся, и с си­лой плес­нул во­дой, в ли­цо муж­чи­ны. Ре­ак­ции не бы­ло. Ко­ст­ров буд­то в сту­по­ре, сто­ял над те­лом и раз­мыш­лял. " Ес­ли он по­дох, зна­чит на­силь­ствен­ная смерть. А кто это сде­лал? Огля­ды­ва­ясь по сто­ро­нам, Ко­ст­ров не мог най­ти для се­бя от­ве­та. Он как буд­то школь­ник, ко­то­рый неожи­дан­но по­лу­чил двой­ку, тер ру­ки, го­ло­ву, шею, но ни­как не мог со­об­ра­зить, что , имен­но сей­час, ему на­до сде­лать. Он при­по­ми­нал где был в до­ме, за что брал­ся ру­ка­ми, ко­му го­во­рил о том, что едет имен­но по это­му адре­су, по­чти все, кро­ме од­но­го от­ве­та, кто это сде­лал? Вот гад­ство скри­вил­ся он, да это же убий­ство, и пре­вы­ше­ние, лет на де­сять ми­ни­мум. Так стоп, ско­ман­до­вал он се­бе. А ору­жие? Об­рез? А па­тро­ны? А зо­ло­тиш­ко? Блин, но он же го­во­рил, что зуб­ной тех­ник. У... за­жму­рил­ся Ко­ст­ров, мот­нув го­ло­вой. Так, со­брал­ся, под­бод­рил он се­бя. Пер­вое, его до­ку­мен­ты. Ко­ст­ров об­ша­рил одеж­ду в при­хо­жей, и вы­та­щил из паль­то по­мя­тый пас­порт. От­крыв его, он про­чи­тал: Пе­лен­кин Илья Дмит­ри­е­вич, 1950 го­да рож­де­ния. Про­пис­ка.... Все чет­ко. Ай ма­ма не го­рюй... Как же так? По­спе­шил, по­го­ря­чил­ся, не про­ве­рил... Ну Осень, су­ка! Не жить те­бе! А кто ска­зал что Пе­лен­кин не "ба­ры­га"? Сто про­цен­тов! убеж­дал се­бя Ко­ст­ров. Вон у него, "пой­ло" им­порт­ное, си­га­ре­ты бло­ка­ми! Ору­жие! Зо­ло­то! На­до бы еще кое что най­ти, для пол­но­ты кар­ти­ны, раз­мыш­лял Ко­ст­ров. Сту­пая по ком­на­там он буд­то при­ме­рял­ся для брос­ка. Слов­но при­ню­хи­вал­ся, пы­та­ясь обо­зна­чить ме­сто, где же еще, что ни­будь най­ти. Ну и пусть, ду­мал он. Лад­но, од­ним жу­ли­ком мень­ше, да мы для то­го и ра­бо­та­ем, что бы во­об­ще их не бы­ло! Пет­лять бес­по­лез­но, я здесь здо­ро­во на­сле­дил. То­гда так, ли­хо­ра­доч­но со­об­ра­жал Ко­ст­ров. Об­ста­вим все так, буд­то у него гость был. Ах черт, обувь то моя! Ну и лад­но, бо­тин­ки вы­бро­шу, а в осталь­ном, не хва­та­ет толь­ко вод­ки и ста­ка­нов с за­кусью на сто­ле. Ко­ст­ров быст­ро ушел в га­раж, а вер­нув­шись по­ста­вил на стол бу­тыл­ку вис­ки, и два ста­ка­на. Раз­лив по ним на­пи­ток, он немно­го про­лил на пол. Нет, буд­то то­ком про­шиб­ло его на­сквозь. Это же цирк! Что я де­лаю? О чем ду­маю? Да тут же "как бе­лый день", все по­нят­но! Остав­лю все как есть, от­ри­цать не бу­ду, пусть до­ка­зы­ва­ют. Кто? мот­нул он рез­ко го­ло­вой. Твои же кол­ле­ги бу­дут "мо­тать"! Бл...ь! Осень! Вот ко­го за­дав­лю! злил­ся Ко­ст­ров, вы­хо­дя из до­ма." Огля­ды­ва­ясь, он быст­ро про­шмыг­нул в свое ав­то, за­пу­стил дви­га­тель и по­ехал в от­дел. "Нет, вдруг по­ду­мал он, и оста­но­вил­ся. На­до про­ве­рить. И быст­ро. А так мож­но толь­ко с по­мо­щью "Ча­со­во­го". Он же все зна­ет, в кур­се. Ну по­че­му я по­спе­шил? Осень пад­ла, ты у ме­ня по мак­си­му­му пой­дешь!" Раз­вер­нув­шись, Ко­ст­ров по­ехал в сто­ро­ну го­род­ской ба­ни. Из­да­ле­ка, ее мож­но бы­ло при­нять за раз­ру­шен­ный ста­рый за­вод, но при­бли­зив­шись, чет­кая над­пись на бе­лой таб­лич­ке, хо­тя бы да­ва­ла от­вет. "Го­род­ская ба­ня", гла­си­ла над­пись. Ко­ст­ров по­смот­рел на нее, и шаг­нул во внутрь, ши­ро­ко рас­пах­нув дверь. Прой­дя ши­ро­кое по­ме­ще­ние хол­ла, он свер­нул на­пра­во, и спу­стил­ся вниз по уз­кой лест­ни­це. Дверь с таб­лич­кой "ко­тель­ная" бы­ла при­от­кры­та. Ко­ст­ров во­шел, и несколь­ко се­кунд при­вы­кал к туск­ло­му осве­ще­нию внут­ри. Гу­де­ли на­со­сы, сви­стел пар. При­гнув­шись, он про­шел под тру­бой, оста­но­вил­ся и раз­гля­дел невда­ле­ке, ши­ро­кую фигу­ру "ча­со­во­го". - Эй, пар­ку под­дай, по­вы­сив го­лос спро­сил Ко­ст­ров. Круп­ный му­жик обер­нул­ся, и вгля­дел­ся в ли­цо Ко­ст­ро­ва. - Че­го орешь? от­ве­тил он. По­да­ем как по­ло­же­но. - Не ска­жи, ух­мыль­нул­ся Ко­ст­ров, при­бли­жа­ясь. Я на­при­мер, еще не со­грел­ся. - Что? про­тяж­но про­мол­вил му­жик, при­гля­ды­ва­ясь. - Узнал? по­до­шел вплот­ную Ко­ст­ров. - Че­го те­бе, недо­воль­но спро­сил му­жик. - На­до один во­прос про­яс­нить, нерв­ни­чал Ко­ст­ров, гля­дя на пы­ша­ший жа­ром ко­тел. - Го­во­ри, толь­ко быст­ро, недо­воль­но про­мол­вил му­жик. - Ты "ба­ры­гу" зна­ешь , в Про­мыш­лен­ном жи­вет, "по­го­ня­ло Лом­щик", усмех­нул­ся Ко­ст­ров. - Да, усмех­нул­ся му­жик. Это ты сам се­бе, для от­че­та при­ду­мал? - В смыс­ле? на­пряг­ся Ко­ст­ров. - Ты в "мен­тов­ке", по­чти де­сять лет, а "го­нишь мне, вся­кую пур­гу", рас­сме­ял­ся му­жик. Ты че­го, вы­пил? - Кто? за­дум­чи­во спро­сил Ко­ст­ров. - Да ты, ска­лил­ся му­жик. Ты же зна­ешь, у нас в го­ро­де, "ба­рыг" все­го пя­те­ро. А та­ко­го как ты на­зы­ва­ешь, я ни­ко­гда не слы­шал, по­ка­чал го­ло­вой му­жик. Это раз­ве для тво­е­го "мен­тов­ско­го" от­че­та сго­дит­ся, а "в на­ту­ре" та­ко­го нет. - Да ты... воз­му­тил­ся Ко­ст­ров, зырк­нув гла­за­ми. Он недав­но "ба­ры­жить" стал. От­ку­да те­бе знать? - Ну да, усме­хал­ся му­жик. Оно ко­неч­но как хо­чешь, по­жал он пле­ча­ми. Те­бе вид­нее с тво­ей вы­со­ты, до­ба­вил он уста­ло. Мне ра­бо­тать на­до. Что то еще, хо­чешь спро­сить - Нет, по­ка­чал го­ло­вой Ко­ст­ров, по­вер­нул­ся и по­шел к вы­хо­ду. - Но­вый иг­рок, ух­мыль­нул­ся му­жик, от­ки­нув в сто­ро­ну за­слон­ку, на кот­ле. Со­всем бе­ре­га по­те­рял, негром­ко про­мол­вил он, гля­дя на фа­кел ог­ня. " Да от­ку­да ему все знат
- Ты че­го му­жик, "рам­сы по­путал", толк­нул Ко­ст­ро­ва в бок, Ба­тон. Или "бор­зо­метр за­шка­лил"? Че­го ты там про веж­ли­вость буб­нил? на­пи­рал на него Ба­тон, под­це­пив сво­ей креп­кой ру­кой, под ло­коть Ко­ст­ро­ва. Ну рас­ска­жи нам, здесь про это, обер­нул­ся Ба­тон, по­смот­рев по сто­ро­нам. Све­то­фо­ров нет, пе­ре­крест­ков то­же, од­ни мы на до­ро­ге. Так что "съез­жать" не на ко­го, ух­мыль­нул­ся Ба­тон. А за сло­ва свои по­га­ные, от­ве­тишь. - Да я, в гро­бу те­бя ви­дел, рез­ко дер­нул свою ру­ку Ко­ст­ров, осво­бо­див­шись от за­хва­та. Я свое сло­во ска­зал, ста­ра­ясь быть убе­ди­тель­нее, про­мол­вил Ко­ст­ров. - Зна­чит де­нег у вас нет, спо­кой­но про­из­нес Осень. - От­ку­да, наг­ло усмех­нул­ся Ко­ст­ров. "Ну и что с то­го, он вор, за­кон­ный, да пле­вать, мы не в ла­ге­ре на Ко­лы­ме, го­во­рил се­бе Ко­ст­ров. И по­том, кто так раз­бор чи­нит? Здесь за­ко­ны дру­гие. Да не бу­ду я про­ги­бат­ся! под­бад­ри­вал се­бя Ко­ст­ров. На­смот­рел­ся на та­кие пред­став­ле­ния. На­до мон­ти­ров­ку взять, доб­ром это не за­кон­чит­ся. Точ­но знаю. Эти "га­иш­ни­ков" вы­зы­вать не бу­дут. Толь­ко бы до­брать­ся до сво­е­го ба­гаж­ни­ка. Там у ме­ня "дрын" хо­ро­ший за­го­тов­лен." - Лад­но, впол­го­ло­са про­из­нес Осень. А до­ма есть та­кая сум­ма? - Мо­жет и есть, толь­ко для вас, не за­го­то­вил, вы­па­лил дерз­ко Ко­ст­ров. - Хо­ро­шо, вздох­нул Осень. Вы так и не пред­ста­ви­лись, веж­ли­во по­ин­те­ре­со­вал­ся Осень. - Да вы то­же, без имен, па­ри­ро­вал Ко­ст­ров. - Ну это нор­маль­но, слег­ка улыб­нул­ся Осень. За­би­ра­ем его к се­бе, ска­зал Осень, об­ра­ща­ясь к Ба­то­ну. Вы­зо­ви ре­бят, пусть от­го­нят ма­ши­ны. По­ка не за­пла­тит, бу­дет си­деть у нас. - По­нял, до­воль­но улыб­нул­ся Ба­тон, по­смот­рев на Ко­ст­ро­ва. - Че­го? дер­нул­ся Ко­ст­ров. - То­го, хмык­нул Ба­тон, и рез­ко уда­рил Ко­ст­ро­ва в го­ло­ву. Те­ло Ко­ст­ро­ва буд­то над­ло­ми­лось, со­гну­лось по­по­лам, и упа­ло в сто­ро­ну. Ба­тон, усмех­нул­ся, под­нял его за но­гу, и по­та­щил к ба­гаж­ни­ку его же ав­то­мо­би­ля. - Что то ро­жа мне эта зна­ко­ма, за­ду­мал­ся Осень, рас­смат­ри­вая ли­цо Ко­ст­ро­ва в ба­гаж­ни­ке. - Мо­жет кто из мест­ных? по­жал пле­ча­ми Ба­тон. Лич­но мне все рав­но, рав­но­душ­но до­ба­вил он. - Те­бе да, кив­нул Осень, за­драв ру­ка­ва одеж­ды Ко­ст­ро­ва. Вро­де по­ме­ток ни­ка­ких, и та­ту­и­ро­вок, то­же нет. Лад­но, отрях­нув ру­ки, ска­зал Осень. Ве­зи­те все в дом, это­го сра­зу в под­вал. Сам бу­ду с ним раз­го­ва­ри­вать. Вы­звал па­ца­нов? - Да че­го тут, усмех­нул­ся Ба­тон. Два ки­ло­мет­ра от до­ма. Да вон они , уже едут, ука­зал он ру­кой, на при­бли­жа­ю­щий­ся ав­то­мо­биль. - Хре­но­вый день, про­мол­вил Осень, на­прв­ля­ясь к ма­шине. - Нор­маль­ный вро­де, ти­хо про­из­нес Ба­тон. Гл.8 Дом в го­рах. Как без­мя­теж­но дни ле­те­ли, пы­та­ясь ото­дви­нуть рок, за­крыв гла­за, они неме­ли, без­жа­лост­но счи­тая срок... То дни хо­ро­шие, то злые, то "те­ре­бе­нят" на­угад... Ко­гда то бы­ли все пло­хие, те­перь лишь воз­раст ви­но­ват... Прой­дешь, вдруг сде­ла­ешь уста­ло, од­ну по­пыт­ку го­во­рить, быть мо­жет мо­ло­дость про­па­ла, и не с кем, го­ре по­де­лить... За­крыть, "нет до­сту­па" на­ве­ки, по­ше­ве­ли­лась злая тень, и вот уже на­ки­нув са­ван, спе­шит к раз­бо­ру, страш­ный день... Осень му­чи­тель­но пы­тал­ся вспом­нить, это­го че­ло­ве­ка. Он "кру­жил" по боль­шой го­сти­ной, слов­но кор­шун, вы­сле­жи­ва­ю­щий свою до­бы­чу, за­дум­чи­во пе­ре­би­рая круп­ные чет­ки в ру­ке. " Где я его ви­дел? Ну по­че­му его ли­цо, так мне зна­ко­мо? спра­ши­вал он се­бя. А с дру­гой сто­ро­ны, оста­но­вил­ся он у ок­на, вро­де нет. Мо­жет где на эта­пе? В пе­ре­сыл­ке? Ла­герь? Нет, все не то, мот­нул он го­ло­вой. Ну по­че­му не от­пус­ка­ет? " Он по­до­шел к огром­но­му теле­ви­зо­ру, взял пульт и на­жал кноп­ку. Сев на ди­ван, Осень вклю­чил звук, и по­смот­рел на экран. А там, круп­ным пла­ном, два ми­ли­ци­о­не­ра, рас­ска­зы­ва­ли о том, как они за­дер­жа­ли гра­би­те­лей. Они рас­ска­зы­ва­ли как то неук­лю­же, за­жа­то, буд­то вы­ду­мы­ва­ли, или со­чи­ня­ли на хо­ду. Осень по­мор­щил­ся, и уба­вил звук. "Стес­ня­ют­ся они, усмех­нул­ся Осень. Это же на­до, со­вест­ли­вые. Стоп! ска­зал он се­бе, и от неожи­дан­но­сти, за­дер­жал ды­ха­ние. Стоп! Это же тот "мент", тот са­мый! Не мо­жет быть! " Осень рез­ко под­нял­ся с ди­ва­на, про­шел в сто­ло­вую, и оста­но­вил­ся, гля­дя на шкаф с бу­тыл­ка­ми спирт­но­го. - Вот это да, впол­го­ло­са про­из­нес он в ти­шине. " Раз­ве так бы­ва­ет? Столь­ко лет про­шло, а кар­та ви­дишь как лег­ла?" В сто­ло­вую во­шел Ба­тон, и на­пра­вил­ся к ко­фей­но­му ап­па­ра­ту. На ли­це его бы­ла глу­пая улыб­ка. Осень обер­нул­ся, по­смот­рел на него, и ска­зал: - Ты что та­кой "при­плюс­ну­тый"? - А? обер­нул­ся Ба­тон. - Что? спро­сил Осень, рас­смат­ри­вая Ба­то­на. - Да я ему, с од­но­го ра­за, два паль­ца сло­мал, хи­хик­нул Ба­тон, вер­тя в ру­ках чаш­ку. Дал "под дых," так он об­га­дил­ся, рас­сме­ял­ся Ба­тон. Сей­час там пол мо­ет, под при­смот­ром Ни­ко­ла­ши. - Ты о чем? на­чи­нал "за­ки­пать" Осень. Кто те­бе раз­ре­шал, по­вы­сив го­лос, власт­но спро­сил он. Кто? - Так это, Осень, рас­те­рял­ся Ба­тон, раз­ве­дя ру­ки в сто­ро­ны. Ты же сам ска­зал, там, на до­ро­ге. По­ка "ла­ве" не от­даст, хрен от­сю­да вый­дет. Пра­виль­но? Или че, его кон­фе­та­ми кор­мить, недо­уме­вал Ба­тон. Он же "на­ха­мил" те­бе, кон­крет­но. - Ух, тол­ко­вые вы! вы­дох­нул Осень. По ли­цу бил? - Без на­пря­га, опе­шил Ба­тон, округ­лив гла­за. Не бил, по­ка­чал он го­ло­вой. - До­ку­мен­ты у него при се­бе бы­ли? спро­сил Осень, на хо­ду, на­прав­ля­ясь к длин­ной, мра­мор­ной лест­ни­це. - Там все, удив­лен­но про­из­нес Ба­тон, по­жав пле­ча­ми. Ты же... - Си­ди здесь ум­ник! при­ка­зал Осень. - Угу, кив­нул Ба­тон. - При­не­си мне бу­тыл­ку вис­ки и два ста­ка­на, крик­нул Осень. И ли­мон! - Мне здесь быть, уди­вил­ся Ба­тон. Или "вис­карь" нести? - Быст­ро! раз­дал­ся власт­ный го­лос , с лест­ни­цы, ве­ду­щей вниз. - Те­перь по­нят­но, хмык­нул Ба­тон, по­ти­рая здо­ро­вен­ные ру­чи­щи. И мне не по­ме­ша­ет, ти­хо ска­зал он, до­став из шка­фа, лит­ро­вую бу­тыл­ку вис­ки. - Это же на­до, усмех­нул­ся Осень, оста­но­вив­шись пе­ред две­рью в под­вал. Столь­ко лет! Я ду­мал его "за­ко­па­ли", дав­но! Толк­нув дверь, он во­шел в огром­ное под­валь­ное по­ме­ще­ние, осве­щен­ное яр­ки­ми лам­па­ми. За сто­лом си­дел Ни­ко­ла­ша, и ле­ни­во же­вал шо­ко­лад, на­блю­дая за тем, как Ко­ст­ров, на кор­точ­ках, вы­ти­ра­ет тряп­кой ка­фель­ную плит­ку на по­лу. - Что, он уже "руч­ной," по­вы­сив го­лос про­из­нес Осень, гля­дя на Ко­ст­ро­ва. - Ну да, быст­ро от­ве­тил Ни­ко­ла­ша, под­няв­шись со сту­ла. Ба­тон ему "мозг про­яс­нил", слег­ка улыб­нул­ся Ни­ко­ла­ша. Ко­ст­ров под­нял го­ло­ву, и с нена­ви­стью по­смот­рел на Осень. - Ты хоть по­нял, ко­го встре­тил? негром­ко, но жест­ко, про­из­нес Осень, гля­дя на Ко­ст­ро­ва. - Не зна­ком, опу­стил го­ло­ву Ко­ст­ров. - Что же ты та­кой не веж­ли­вый, при­щу­рил­ся Осень. Так и про­сиш­ся на "пе­ро". - А я с ва­ми не род­ствен­ник, что бы по ду­шам, усмех­нул­ся Ко­ст­ров. - Ты это, "мет­лу при­вя­жи" при­ду­рок, воз­му­тил­ся Ни­ко­ла­ша. А то враз об­ре­жем! - А вы "по те­ме" го­во­ри­те, де­мон­стра­тив­но, сплю­нул на пол Ко­ст­ров. - Да ты, ри­нул­ся бы­ло Ни­ко­ла­ша, сжав ку­ла­ки, но его, же­стом ру­ки, оста­но­вил Осень. - По­го­ди. Ты же "мент" быв­ший, да? спро­сил Осень, на­блю­дая за ре­ак­ци­ей Ко­ст­ро­ва. - Нет, мот­нул го­ло­вой Ко­ст­ров. - Ну да, усмех­нул­ся Осень. Ни­ко­ла­ша округ­лив гла­за, удив­лен­но рас­смат­ри­вал Ко­ст­ро­ва. - Где его пас­порт? спро­сил Осень, об­ра­ща­ясь к Ни­ко­ла­ше. - Да вот, на сто­ле, ука­зал ру­кой на до­ку­мен­ты, Ни­ко­ла­ша. - Ну по­смот­рим, взяв в ру­ки пас­порт, осень. пе­ре­вер­нул стра­ни­цу, и ... - До­ку­мен­ты вер­нул, вско­чил Ко­ст­ров, и ки­нул­ся с ку­ла­ка­ми на Осень. - Во бл....! крик­нул Ни­ко­ла­ша, и лов­ким дви­же­ни­ем сбил с ног Ко­ст­ро­ва. Сва­лив­шись на пол, он гром­ко крик­нул:- Убью бес­пре­дель­щи­ки! Ли­цо его пе­ре­ко­си­ло от зло­сти. Гла­за го­ре­ли, он буд­то на­пол­нял­ся чер­ной энер­ги­ей. Ре­ши­тель­но, он бро­сил­ся впе­ред. - Осень ты иди, я сам управ­люсь, бро­сил Ни­ко­ла­ша через пле­чо. Я его сей­час кон­крет­но при­зем­лю. - Не "ва­лить", гром­ко крик­нул Осень. Ко­ст­ров, вдруг вмиг "по­тух", рез­ко оста­но­вив­шись пе­ред Ни­ко­ла­шей. - Му...к, зло про­из­нес Ни­ко­ла­ша, и рез­ко уда­рил Ко­ст­ро­ва в го­ло­ву. В две­рях по­явил­ся Ба­тон. Его бла­гост­ная, до­воль­ная улыб­ка, сме­ни­лась недо­уме­ни­ем. Он по­ста­вил на пол бу­тыл­ку со ста­ка­на­ми, и рва­нул впе­ред. - По ли­цу не бей­те, тя­же­ло вздох­нул Осень, сев на стул. - Я ему сей­час все реб­ра "по­прав­лю", бес­но­вал­ся Ни­ко­ла­ша, пи­ная но­гой, те­ло Ко­ст­ро­ва. Он скру­тил­ся "ка­ла­чи­ком" и ело­зил по по­лу, пы­та­ясь увер­нуть­ся от уда­ров. "Толь­ко остать­ся жи­вым, би­лась един­ствен­ная мысль, в го­ло­ве Ко­ст­ро­ва. Та­кое уже бы­ло, и не раз. Я же вы­дер­жал... Ни­че­го, глав­ное го­ло­ва, и пе­чень. На­до лок­тя­ми.... Я вас по­рву су­ки, злил­ся Ко­ст­ров. Это же бес­пре­дел! Толь­ко со­хра­нить си­лы, и под­нять­ся... Раз­ма­жу их по по­лу... Мра­зи! Сви­но­та! Си­не­ва блат­ная! Сколь­ко же вас тер­петь? За что лу­пи­те? Пад­лы! Остать­ся жи­вым, то­гда и по­го­во­рим, про­но­си­лось в го­ло­ве Ко­ст­ро­ва. Вспыш­ка, еще од­на... Ко­ст­ров буд­то про­ва­лил­ся, в яр­кую без­дну. Хо­лод­ная, об­жи­га­ю­щая, вол­на, ока­ти­ла его с си­лой. Ко­ст­ров глу­бо­ко вдох­нул и от­крыл гла­за. - Не уби­ли? услы­шал он чей то го­лос. - Да что ему бу­дет, раз­дал­ся дру­гой го­лос. Пе­ред гла­за­ми сто­я­ла пе­ле­на. Он по­пы­тал­ся по­ше­ве­лить го­ло­вой, но рез­кая боль, за­ста­ви­ла его, за­ме­реть. - Под­ни­ми­те его, и по­са­ди­те на стул, при­ка­зал Осень. Ба­тон и Ни­ко­ла­ша, под­хва­ти­ли те­ло Ко­ст­ро­ва, под­та­щи­ли к сту­лу, уса­ди­ли его, и за­ве­дя ру­ки за спи­ну, один из них, стал свя­зы­вать их ве­рев­кой. - Силь­но не кру­ти, ска­зал Осень. - Да что та­кое, уди­вил­ся Ба­тон, недо­умен­но по­смот­рев на Осень. Он же на те­бя ки­дал­ся. - Де­лай что го­во­рю, власт­но про­мол­вил Осень. - Лад­но, со­гла­сил­ся Ба­тон. - Оставь­те нас, ли­стая пас­порт Ко­ст­ро­ва, ска­зал Осень. Ба­тон и Ни­ко­ла­ша пе­ре­гля­ну­лись, и мол­ча вы­шли из по­ме­ще­ния. Осень бро­сил пас­порт Ко­ст­ро­ва на пол, при­сталь­но по­смот­рел на него, и ска­зал: - Зло­ве­щих пы­ток не бу­дет. Ты Ко­ст­ров, быв­ший мент. Я те­бя хо­ро­шо за­пом­нил, нето­ро­пясь го­во­рил Осень. Ты на­вер­но за­был уже? Пом­нишь, как брыз­гал слю­ной мне в ли­цо, "кри­ча" о бес­пре­де­ле? Я Осень. Ов­сян­ни­ков Ни­ко­лай Ни­ко­ла­е­вич. Пом­нишь ведь, та­кое не за­бы­ва­еть­ся. Прав­да? Ко­ст­ров , тя­же­ло ды­ша, смот­рел на Осень, и мол­чал. - Ты "при­зем­лил­ся" по 105, и "про­пет­лял, на крас­ную зо­ну". Ты же "крас­но­пе­рый"? Гром­кое де­ло то­гда бы­ло, усмех­нул­ся Осень. Ты убил ни в чем не по­вин­но­го че­ло­ве­ка. По­том пы­тал­ся "со­ско­чить", но те­бя сдал сви­де­тель. Я пом­ню. Ох как я хо­тел до­стать те­бя, по­ка­чал го­ло­вой Осень. Очень хо­тел! Но ты сно­ва ускольз­нул. Ты же как угорь, пет­лял... Сквозь паль­цы про­хо­дил... Чуть что, в ПКТ, что бы не до­ста­ли. Как же ты жил? Сра­мо­та! сплю­нул Осень пре­не­бре­жи­тель­но. - Пле­вал я на те­бя, про­шеп­тал Ко­ст­ров, раз­би­ты­ми гу­ба­ми. - Ну- ну, усмех­нул­ся Осень. Я смот­рю толь­ко "юш­кой" и мо­жешь. Ты с "ку­мом" в ла­ге­ре до­го­во­рил­ся, да? Ему сту­чал, он те­бя при­кры­вал, как цен­но­го аген­та. Так и срок про­шел, да? Так же лег­че? А по­ми­рать нехо­те­лось, пра­виль­но? - Ска­зоч­ник, скри­вил­ся в усмеш­ке Ко­ст­ров. Ты ме­ня с кем то пу­та­ешь, до­ба­вил он, тя­же­ло вы­го­ва­ри­вая сло­ва. - Да, в пас­пор­те у те­бя фа­ми­лия Ель­ник, усмех­нул­ся Осень. Толь­ко ме­ня, этой "ли­пой" не... - Ми­ли­ция при­е­дет, не то еще бу­дешь "петь", пе­ре­бил Ко­ст­ров. - Ты ду­ма­ешь ис­пу­гал, рас­сме­ял­ся Осень. - Уви­дим, про­каш­лял­ся Ко­ст­ров, сплю­нув се­бе под но­ги, сгу­сток кро­ви. - Нет, по­ка­чал го­ло­вой Осень. Я не ошиб­ся. Ты си­дел, и твоя фа­ми­лия Ко­ст­ров. В "ак­ти­ве" был, с по­вяз­кой хо­дил. Ко­ро­че ты "крас­ный" по жиз­ни. - Моя фа­ми­лия Ель­ник, Ев­ге­ний Ива­но­вич, ти­хо про­мол­вил Ко­ст­ров. И те­бя я не знаю. - Смеш­но, хмык­нул Осень. Мо­жет ты еще рас­ска­жешь, что и ма­ши­ну мою не бил? На до­ро­ге не ха­мил? - Те­бе ху­же бу­дет, хрип­лым го­ло­сом про­мол­вил Ко­ст­ров. Или ты в "тер­пи­лы", за­пи­сал­ся? усмех­нул­ся Ко­ст­ров. Та­ким как ты ... - Это ты у ме­ня "тер­пи­лой" бу­дешь, зло ска­зал Осень. Точ­няк! - Не пе­ре­пу­тай, гля­дя на Осень, спо­кой­но про­из­нес Ко­ст­ров. - Ты до зав­тра не до­жи­вешь, так же спо­кой­но про­мол­вил Осень. Кто те­бя бу­дет ис­кать? Эта, как его, при­по­ми­нал Осень, на­мор­щив лоб. Ел­ки­на Ло­ли­та Хри­сто­фо­ров­на, рас­сме­ял­ся Осень. Это же на­до, фа­ми­лия де­ре­вян­ная. Или Ель­ник? под­тру­ни­вал Осень, от­кро­вен­но ве­се­лясь. Ты зна­ешь "мент" я се­го­дня вы­пью, за этот ро­ко­вой для те­бя слу­чай. А для ме­ня, да­же очень хо­ро­ший, улы­бал­ся Осень. Тор­же­ство спра­вед­ли­во­сти! вос­клик­нул Осень, под­няв ру­ки вверх. Так мно­го лю­дей, про­сят о спра­вед­ли­во­сти, и на­де­ють­ся на нее. Впро­чем, мно­гие и не на­де­ють­ся уже, гля­дя на Ко­ст­ро­ва, про­мол­вил уста­ло Осень. На­стро­е­ние у ме­ня се­го­дня, ме­ня­еть­ся буд­то ве­тер, за­ду­мал­ся он. На­вер­но по­то­му, что те­бя встре­тил. Ты рад? На­шей встре­че, рад? Ска­жи мне? До­ве­ря­ешь? - По­шел ты, урод! по­вы­сив го­лос, твер­до произнесКостров. - Яс­но и от­чет­ли­во, за­дум­чи­во от­ве­тил Осень. Ты уже дав­но, на­го­во­рил се­бе на "два мет­ра вглубь". став вмиг жест­ким, ска­зал Осень. Угро­жа­ю­ще на те­бя дей­ство­вать, нет смыс­ла. Ты же сам по­ни­ма­ешь. - Ты иди­от, ска­зал Ко­ст­ров, гля­дя на Осень. За ошиб­ки при­дет­ся пла­тить, зна­ешь? - И по­че­му я мол­чу, мед­лен­но ка­чал го­ло­вой Осень, при­сталь­но гля­дя на Ко­ст­ро­ва. На­вер­но по­то­му, что же­лаю на­сла­дить­ся, тво­ей мед­лен­ной смер­тью, гад. Да­вай так, пред­ло­жил Осень. Ты зна­ешь, что рас­ска­жешь все. За­чем при­ки­ды­вать­ся? Тя­нуть вре­мя, де­лать из се­бя ге­роя, ненуж­но­го за­меть, усмех­нул­ся Осень. А еще, мож­но остать­ся ин­ва­ли­дом, но это, толь­ко в том слу­чае, ес­ли по­кро­ешь финан­со­вые за­тра­ты, в де­сять раз боль­ше, чем сум­ма, ко­то­рую я на­звал. Это спра­вед­ли­во, учи­ты­вая сколь­ко по­га­ных слов, ты на­го­во­рил, пра­виль­но? То­гда, мо­жет быть, ты по­про­сишь про­ще­ния, а я по­ду­маю. Как те­бе? - Хер­ня, сплю­нул Ко­ст­ров. - Да, зна­ешь, я мо­гу и про­стить те­бе долг, в об­мен на "твою шку­ру", со зло­стью, про­мол­вил Осень. Для ме­ня, вы­год­ный бар­тер. Для те­бя, нет. - Ме­ня бу­дут ис­кать, гля­дя в сто­ро­ну ска­зал Ко­ст­ров. И ма­ши­ну будт ис­кать. Тем бо­лее что она, не моя. Я не зна­ком с то­бой, но ты от­ве­тишь. - Так все про­сто, хмык­нул Осень, на­блю­дая за Ко­ст­ро­вым. Мы ма­ши­ну от­го­ним на трас­су, по­зво­ним в ГАИ, и со­об­щим, где она сто­ит, и что. А вот пас­са­жир, их не вол­ну­ет, рас­сме­ял­ся Осень. Ду­маю ба­бу эту Ел­ки­ну, то­же. Так что, ты про­сто "по­пал". - Они бу­дут ме­ня ис­кать, твер­до за­явил Ко­ст­ров, гля­дя на Осень. Про­сто, не "про­ка­тит". - Ну ты ду­май что хо­чешь, мне пле­вать. - Что ты от ме­ня хо­чешь, злил­ся Ко­ст­ров. Ты обо­знал­ся. Я не тот, о ком ты го­во­рил. Ты ошиб­ся, по­мор­щил­ся он от бо­ли, по­ше­ве­лив ру­кой. - Ну да, как и ты ко­гда то, "мен­тя­ра уш­лый", за­ду­мал­ся Осень. Ни­че­му те­бя жизнь не на­учи­ла, тя­же­ло вздох­нул Осень. Как шел "по го­ло­вам", пре­не­бре­гая всем че­ло­ве­че­ским, так и даль­ше ду­ма­ешь жить, да? Вот смот­рю на те­бя, и от­чет­ли­во это ви­жу, до­ба­вил Осень, под­няв­шись. Я пой­ду по­ду­маю, как с то­бой, спра­вед­ли­во по­сту­пить, а ты по­си­ди по­ду­май, как ты про­ве­дешь, свой по­след­ний день, на зем­ле. Осень по­смот­рел на него тя­же­лым, пол­ным нена­ви­сти взгля­дом. Ко­ст­ров не смог вы­дер­жать, его взгляд, и опу­стил гла­за. - Бу­дут... про­шеп­тал Ко­ст­ров. - Нет, по­ка­чал го­ло­вой Осень. Се­го­дня день спра­вед­ли­во­сти. Та­кой, бы­ва­ет несколь­ко раз в жиз­ни. У те­бя та­ко­го еще не бы­ло. И вряд ли слу­чит­ся, по­то­му как да­еть­ся он, толь­ко тем, кто за­слу­жил. - Уж не ты ли во­ра, за­слу­жил спра­вед­ли­во­сти, гром­ко про­из­нес Ко­ст­ров, по­смот­рев на Осень. - Зна­чит при­знал­ся, улыб­нул­ся Осень. Не вы­тер­пел. - Это не от­но­сит­ся ко мне, по­ка­чал го­ло­вой Ко­ст­ров. Ты не до­бра­же­ла­тель. - Уже луч­ше, про­ха­жи­ва­ясь по под­ва­лу, го­во­рил Осень. ес­ли ты обо мне "мент", то я спра­вед­лив. И жи­ву чест­но, "по по­ня­ти­ям" всю свою жизнь. И в от­ли­чии от те­бя "пу­стыш­ка", ме­ня ува­жа­ют . А кто ты? усмех­нул­ся Осень. - Я че­ло­век, от­ве­тил Ко­ст­ров. И то что ты вор, я ска­зал про­сто, на­угад. - Ве­рю, спо­кой­но про­мол­вил Осень. За­чем ты за­пи­ра­ешь­ся? Хо­чешь се­бе оста­ток жиз­ни услож­нить? Смот­реть хит­ро, с при­щу­ром, нето­ро­пясь го­во­рил Осень. Ты та­кой то­гда был, да? Иг­рал в доб­ро­го и зло­го, улыб­нул­ся Осень. Бла­жил? Нет? - Не по­ни­маю во­об­ще, о чем раз­го­вор, от­вер­нул­ся Ко­ст­ров. - Это у ме­ня на­стро­е­ние се­го­дня хо­ро­шее, по­то­му и го­во­рю с то­бой. - От­пу­сти ме­ня, ко­рот­ко по­смот­рев на Осень, про­мол­вил Ко­ст­ров. От­дай мои до­ку­мен­ты, я на­пи­шу те­бе рас­пис­ку, по­еду в го­род, и при­ве­зу день­ги. Мне на­до бу­дет в бан­ке снять, чуть по­ду­мав, ска­зал Ко­ст­ров. Я не тот че­ло­век, о ко­то­ром ты рас­ска­зы­вал. Так бу­дет вы­год­но нам обо­им, до­ба­вил Ко­ст­ров, с на­деж­дой гля­дя на за­дум­чи­вое ли­цо Осе­ни. Я те­бе день­ги, ты мне мою ма­ши­ну и осталь­ные до­ку­мен­ты, и рас­хо­дим­ся. Ни­кто ни­ко­го не зна­ет, каш­ля­нул Ко­ст­ров. Нор­маль­ный до­го­вор. Те­бе же нуж­ны день­ги? - Не знаю, что и от­ве­тить, за­дум­чи­во про­из­нес Осень. Что ме­ня боль­ше бе­сит сей­час, на­пряг он го­лос, гля­дя на Ко­ст­ро­ва. Твое вра­нье, или моя неопре­де­лен­ность? Раз­дра­жа­ет, по­ни­ма­ешь? скри­вил­ся Осень. - Луч­ше де­ло­вое пред­ло­же­ние, чем раз­дра­же­ние, по­пы­тал­ся по­шу­тить Ко­ст­ров. - Ост­ряк, рез­ко обер­нул­ся Осень, как буд­то что то за­был, и быст­рым ша­гом, по­спе­шил к вы­хо­ду. Дверь не за­кры­лась за ним. На по­ро­ге воз­ник­ли двое, Ба­тон и Ни­ко­ла­ша. Они со зло­стью смот­ре­ли на Ко­ст­ро­ва, оце­ни­вая взгля­дом, каж­дый кло­чок его "шку­ры". - Я бы ему сна­ча­ло, язык под­ре­зал, хрип­ло про­мол­вил в ти­шине Ба­тон, бу­ра­вя гла­за­ми , ли­цо Ко­ст­ро­ва. - А я бы, вздох­нул Ни­ко­ла­ша, паль­цы от­ру­бил. Те­бе од­но­го хва­тит, в по­пе ко­вы­рять­ся, рас­сме­ял­ся Ни­ко­ла­ша, гля­дя на Ко­ст­ро­ва. - "За­ва­ли хле­ба­ло", со зло­стью ска­зал Ко­ст­ров. А то сам бу­дешь ко­вы­рять­ся. - У ты ка­кой ге­рой, рез­ко под­ско­чил Ни­ко­ла­ша. Он был па­рень круп­ный, вы­со­кий, с боль­ши­ми пле­ча­ми, и та­ки­ми же ку­ла­ка­ми. -По­го­ди Ни­ко­ла­ша, про­ба­сил Ба­тон. Его вре­мя на­станет. А сей­час. что бы из его "по­мой­ки" ни­че­го не ли­лось, пред­ла­гаю ее за­кле­ить? до­воль­но улыб­нул­ся Ба­тон, до­став из кар­ма­на, мо­ток скот­ча. Сей­час и при­кро­ем. под­нял­ся он. По­дой­дя к сту­лу, он слег­ка ткнул ку­ла­ком в грудь Ко­ст­ро­ву, и быст­ро за­кле­ил его рот, скот­чем. - От­лич­но, усмех­нул­ся Ни­ко­ла­ша. - А то, хмык­нул Ба­тон. И нам не ме­ша­ет. Да­вай что ли, по ста­кан­чи­ку, пред­ло­жил Ба­тон, взяв бу­тыл­ку вис­ки. - Не по­ме­ша­ет, со­гла­сил­ся Ни­ко­ла­ша. - На­та­лья Пет­ров­на долж­на при­е­хать. по­ни­зив го­лос, ска­зал Ба­тон, раз­ли­вая вис­ки. Вот хо­зя­ин ... - Оно те­бе на­до, пре­рвал его Ни­ко­ла­ша. - Пра­виль­но, кив­нул Ба­тон. Креп­че спишь. "Ну и что моя жизнь? спро­сил се­бя Ко­ст­ров. Ров­но три ко­пей­ки, от­ве­тил он сам же се­бе. Рок судь­бы, ина­че не ска­зать. На­до бы­ло на­ле­теть имен­но на это­го "упы­ря"! Бес­но­ва­тый при­ду­рок! Ой бл...ь, жизнь так быст­ро за­кон­чи­лась! со­кру­шал­ся Ко­ст­ров. А что в ней бы­ло? Дай вспом­нить... Ми­ли­ция, бы­ло... Хо­ро­ший "опер", на хо­ро­шем сче­ту, бы­ло. План по рас­кры­ва­е­мо­сти, что б их, злил­ся Ко­ст­ров, то­же бы­ло. На­кру­ти­ли, на­чаль­ство, "бес­пре­дел", то­же бы­ли. Му­жик тот в до­ме, как его... Пу­лош­кин, Пе­леш­кин, Пе­лен­кин! Что б ему... То­же бы­ло, по­ди­то­жил Ко­ст­ров. Суд был, от­би­вал­ся как мог, адво­кат "му...к", слил ме­ня... Зо­на бы­ла... И хо­ро­шо что "крас­ная"... Дра­ки бы­ли, го­ло­ду­ха, жизнь свою спа­сал, недо­сып по­сто­ян­ный, тре­во­га, то­же бы­ло.... Кум пад­ла хит­рый, по­ста­вил во­прос реб­ром, пря­мо как я ко­гда то. В кле­щи взял, ни ту­да рып­нуть­ся , ни сю­да... Пад­ла в по­го­нах... При­шлось со­гла­шать­ся, а что де­лать? Кто на мо­ем ме­сте, ска­зал бы ина­че? Этот Осень что ли? Да он сам, "пел на до­зна­нии как со­ло­вей"! То­же мне, спра­вед­ли­вый за­кон­ник! Да он же пер­вый, ес­ли де­ло бу­дет о его соб­ствен­ной шку­ре, вло­мит всех и сва­лит! Черт по­бе­ри! Ну как же так вы­шло, ко­рил се­бя Ко­ст­ров. За­чем по этой до­ро­ге по­ехал, мог и в объ­езд... Все эко­но­мия б..ь! На­до бы­ло сра­зу на до­ро­ге во­прос ре­шать, и не бы­ло то­гда это­го, тя­же­ло ды­шал но­сом Ко­ст­ров. Хрен с ним, с день­га­ми, я еще за­ра­бо­таю, а вот ес­ли по­ка­ле­чат, или то­го ху­же, он вы­пол­нит свое обе­ща­ние, то­гда точ­но за­ко­па­ет. И все, кон­чи­лась вне­зап­но, жизнь, быв­ше­го "зе­ка", быв­ше­го "опе­ра", ко­то­рый по­про­бо­вал жизнь, с обо­их сто­рон! Все за­но­во хо­тел на­ла­дить, да " не срос­лось"! Ло­ли­та ду­ра "гре­бан­ная" она же да­же не удо­су­жит­ся ме­ня ис­кать. Бу­дет ду­мать что я "по ба­бам на­ла­дил­ся", злил­ся Ко­ст­ров. На­до что то де­лать, до­го­ва­ри­вать­ся, ина­че ни­как, для ме­ня. Ни­че­го хо­ро­ше­го. Боль , уни­же­ния, мож­но пе­ре­тер­петь, я же не вор, " масть дер­жать", мне лег­че. Нена­ви­жу во­ров! Са­мые бес­по­лез­ные лю­ди! Я сде­лал ему свое пред­ло­же­ние, зна­чит, сей­час вы­бор за ним. Хоть бы жад­ным ока­зал­ся, раз­мыш­лял Ко­ст­ров. День­ги все лю­бят, это факт. И чем их боль­ше пред­ло­жишь, тем быст­рее мож­но до­го­во­рить­ся. Я уже дав­но по­жа­лел о том по­ступ­ке, раз­мыш­лял Ко­ст­ров. И не те­бе вор Осень, вер­шить по мне суд. По­то­му что суд Бо­жий, нель­зя за­ме­нить су­дом во­ров­ским, твер­дил се­бе Ко­ст­ров. В мо­ей жиз­ни непу­те­вой, небы­ло, ни­че­го пре­крас­но­го, ве­ли­ко­го, и вос­хи­ти­тель­но­го. Я при­шел в ор­га­ны, с пре­ступ­но­стью бо­роть­ся, а мне, мои то­ва­ри­щи, не по­ве­ри­ли. Так нель­зя! Это же си­сте­ма! Что бу­дет ес­ли она, со­всем рухнет? Не о том ду­ма­ешь Ко­ст­ров. Как от­сю­да вы­брать­ся, вот что нуж­но сей­час. Мо­жет пе­ре­пьют­ся "кач­ки", да у ме­ня шанс бу­дет." - Эй! да он со­всем крас­ный, ука­зы­вая паль­цем на Ко­ст­ро­ва, уди­вил­ся Ни­ко­ла­ша. У него же нос раз­бит! За­дох­нет­ся же, под­ско­чил он. - Да? уди­вил­ся Ба­тон. Я не по­ду­мал. Ни­ко­ла­ша снял скотч, и Ко­ст­ров, глу­бо­ко вдох­нув воз­дух, по­шат­нул­ся, и упал вме­сте со сту­лом. - Ты при­ду­рок Ба­тон, крях­тел Ни­ко­ла­ша, под­ни­мая те­ло Ко­ст­ро­ва. - Ерун­да все это, мах­нул ру­кой Ба­тон. Пусть бы ва­лял­ся се­бе на по­лу. А ты чуть ли не на по­лу­со­гну­тых, по­мор­щил­ся Ба­тон. - Осень те­бе их пе­ре­ло­ма­ет, ес­ли этот сдохнет рань­ше, тя­же­ло ды­ша ска­зал Ни­ко­ла­ша, вер­нув­шись за стол. - "Жу­ти не го­ни," хмык­нул Ба­тон. Про­еха­ли. "Что еще бы­ло в мо­ем су­ще­ство­ва­нии, тя­же­ло ды­ша раз­мыш­лял Ко­ст­ров, с за­кры­ты­ми гла­за­ми. Хо­ро­ше­го? спро­сил он се­бя. На­вер­но толь­ко На­та­ша... Са­мая сим­па­тич­ная, про­стая де­вуш­ка, с кра­си­вы­ми гла­за­ми. Вот ко­го, не за­быть ни­ко­гда. Она буд­то свет­лое пят­но, в мо­ей се­ро- чер­ной жиз­ни. Ка­юсь сей­час, дав­но уже... Как пло­хо по­сту­пил то­гда, по скот­ски! Ду­мал "пар вы­пу­щу", и дев­ка моя на­все­гда, и про­бле­мы ис­чез­нут... Да толь­ко боль­ше их ста­ло. Ни­че­го рас­ка­я­ньям сво­им не из­ме­нишь, ду­мал Ко­ст­ров. Про­сить про­ще­ния бес­по­лез­но, по­то­му что толь­ко на сло­вах про­стят, а за па­зу­хой ка­мень оста­вят, что бы при слу­чае са­да­нуть по го­ло­ве. Так все­гда бы­ло... И бу­дет... Не я пер­вый в этой ми­ре с та­ки­ми про­бле­ма­ми, и не я по­след­ний... Вот ска­зал, не "в масть", усмех­нул­ся се­бе Ко­ст­ров. Вро­де как сам се­бе, уже от­ме­рял. Нет, не го­дить­ся так. Я не со­гла­сен. На­до вы­би­рать­ся от­сю­да... Лю­бы­ми спо­со­ба­ми..." Осень сто­ял на ве­ран­де, ку­рил, и смот­рел на го­ры. День под­хо­дил к сво­е­му за­вер­ше­нию. " Вот так слу­ча­еть­ся, ду­мал Осень. Глав­ное иметь же­ла­ние, и на­деж­ду, и Бог те­бя услы­шит. Я дол­го этой встре­чи ждал. То раз­го­рал­ся как огонь, и не мог спать по но­чам, то ути­хал, ду­мая о дру­гом. На­та­лья мой свет! Это по­нят­но, и ре­ше­но! Дочь Са­би­ну, ни­ко­му не поз­во­лю оби­деть! Да я не мо­ло­дой, да боль­ной, к со­жа­ле­нию. Ла­ге­ря ни­ко­му не да­ва­лись про­сто, все кто там был, оста­ви­ли свою часть на­все­гда. И не вер­нуть уже... Этот "му­сор", пад­ла, жи­вой... По­че­му? Он что, хо­ро­шие де­ла со­вер­шил? Нет, он лю­дей "мо­чил", уни­жал, топ­тал! Он же се­бя все­гда спа­сал "шку­ра"! Боль­шин­ство их, та­ких, гни­лых! При­дут по­го­ны, "кси­ва", и по­шли го­нять на­род, ко­го ку­да... скри­вил­ся Осень. Нет у них по­ка­за­те­лей, по дво­рам "бом­жей ко­сят", есть по­ка­за­те­ли, на ули­це гра­бят, их хрен до­зо­веш­ся, про­сто­му че­ло­ве­ку. Где здесь по­ря­док? Су­е­та од­на, да по­ка­зу­ха! За "ба­б­ло" де­ла за­кры­ва­ют, во­про­сы ре­ша­ют... Да что я в са­мом де­ле, за "мен­та" это­го хло­по­чу, уди­вил­ся се­бе Осень. Гад же, сплю­нул он на клум­бу. Та­ко­го не жаль! В рас­ход ... Да за­чем его слу­шать, по та­ко­му слу­чаю, здесь я сам раз­бе­русь. По всем по­ня­ти­ям, я дол­жен это сде­лать. За­ва­лить "мен­та", и за­быть! А я по­че­му то раз­мыш­ляю? Он же мне жизнь ис­ка­ле­чил! Пад­ла! Нет в ме­сти ни­че­го хо­ро­ше­го, это прав­да. Но она долж­на свер­шить­ся, и это прав­да." До­ку­рив си­га­ре­ту, он по­ту­шил оку­рок в пе­пель­ни­це, и вер­нул­ся в дом. Гл.9. На­та­ша. Как по­вто­ряю имя твое, как го­во­рю о те­бе пло­хое, пусть жал­кое во­ро­нье, на­кар­ка­ет мне ху­дое... Не бу­ду твер­дить сло­ва, в ко­то­рых из­вест­но до точ­ки, ска­жи кто твой друг а я, ска­жу те­бе, кто здесь лиш­ний... Ко­гда на­сту­па­ет день, пусть хму­рый, немой, и пе­чаль­ный... Ска­жи се­бе, солн­це есть, оно нас со­гре­ет лу­ча­ми... Она ти­хо во­шла в ком­на­ту, и так же ти­хо, буд­то на цы­поч­ках, по­до­шла к нему, со спи­ны. По­ло­жив ру­ки ему на пле­чи, она на­кло­ни­лась, и неж­но по­це­ло­ва­ла его в шею. - Ты при­е­ха­ла, по­ло­жив свер­ху свою ла­донь, на ее ру­ку, ти­хо про­мол­вил Осень. - Ты зна­ешь, еле до­бра­лась. Ве­тер силь­ный под­нял­ся и дождь. По ра­дио го­во­ри­ли шторм идет. - Как Са­би­на? - Она улы­ба­лась, и про­си­ла те­бя по­це­ло­вать. Что я и сде­ла­ла. Они смот­ре­ли в ок­но, на мо­ре, "ве­се­ля­ще­е­ся" вда­ли. Вол­ны с бе­лы­ми "ба­раш­ка­ми" на­ка­ты­ва­ли од­на на од­ну, буд­то иг­ра­ли в дет­скую иг­ру. - Что вра­чи го­во­рят? негром­ко спро­сил Осень. - Сде­ла­ют все воз­мож­ное, от­ве­ти­ла На­та­ша. - Мо­жет за гра­ни­цу? тя­же­ло вздох­нул Осень. - Ска­за­ли по­ка не на­до, вздох­ну­ла На­та­ша. - Ты уве­ре­на? - Я им ве­рю, улыб­ну­лась На­та­ша. До су­ме­рек па­ра ча­сов, и мо­ре как буд­то бес­ну­ет­ся боль­ше. Да? - Точ­но под­ме­ти­ла слег­ка кив­нул го­ло­вой Осень. Ты го­лод­на? - Я на­вер­ное, бу­ду толь­ко чай, от­ве­ти­ла На­та­ша. А ты? - А у ме­ня что то, ап­пе­ти­та нет. Ты иди, я сей­час при­ду. - Хо­ро­шо, ти­хо про­мол­ви­ла На­та­ша, и по­шла в сто­ло­вую. - Мне при­го­товь по­жа­луй­ста ко­фе, по­про­сил Осень. - С мо­ло­ком? - Нет, чер­ный. - Ты спать не со­би­ра­еш­ся, уди­ви­лась На­та­ша. - Пу­стое, спо­кой­но от­ве­тил Осень. Не пе­ре­жи­вай за ме­ня. " Се­го­дня на­до все ре­шить, ду­мал Осень. Но­чью, что бы успеть до утра. Ма­ши­ну на трас­су "от­го­ним", его ... "Мент", за­но­за мно­го­лет­няя! Ты же ме­ня за­крыл, ни за что! Да еще по мак­си­му­му да­ли! Су­ка! Не знаю по­че­му, ру­гал се­бя Осень. Про­сто хо­чу услы­шать, за­чем? Оправ­да­ние се­бе ищешь? Хо­чешь быть как су­дья? Су­дить! Кто ты та­кой, что бы его су­дить? Я мо­гу, имею пра­во, ре­ши­тель­но , про се­бя, ска­зал Осень. Он мне жизнь ис­ка­ле­чил, На­та­ше жизнь по­ло­мал... Я имею пол­ное пра­во, при­го­во­рить эту су­ку! Глав­ное, что бы она не зна­ла. На­та­ша ес­ли узна­ет, бу­дет срыв. Это же псих.боль­ни­ца сра­зу! А еще Са­би­на... Черт! Не на­до ду­мать, на­до де­лать." Осень под­нял­ся, и про­шел в свой ка­бинет. От­крыв дверь, он на­пра­вил­ся к боль­шо­му сей­фу в уг­лу. На­брав код зам­ка, от­крыл, и вы­нул от­ту­да пи­сто­лет. "Так бу­дет про­ще, и быст­рей, по­ду­мал он. Мож­но его ко­неч­но и по ку­соч­кам ре­зать, да толь­ко кто это бу­дет де­лать на са­мом де­ле, а не на сло­вах. Нет, ко­му де­лать! Ря­дом толь­ко бол­ту­ны и без­дель­ни­ки. Жрать, спать, де­вок щу­пать, да ино­гда хи­ло­го по­буц­кать, вот и все по­мощ­ни­ки, по­мор­щил­ся Осень. Что име­ем..." осмат­рев­шись в ка­би­не­те, он от­крыл пла­тя­ной шкаф, вы­брал длин­ную коф­ту, на­дел ее, и убрав пи­сто­лет за по­яс, вы­шел. В кор­ри­до­ре он оста­но­вил­ся на­про­тив фо&